Оп-оп-оп

Мелочь, а приятно

Системное уведомление

сегодня в 17:09

К сожалению, нам пришлось убрать вашу запись "Мелочь, а приятно" из общего доступа. Причина: Нарушение правил. П.16 раздела "Пожалуйста, не надо" правил: Обсуждать правила сайта и действия администрации, направленные на их соблюдение. Подобные вопросы решаются путем личной переписки с администрацией. Призыв к нарушению правил ресурса.

Мелочь, а приятно

Автор: Александр Глушков сегодня в 15:55

Личное

Я не Великий Немой, я — Сашка, неполноценный герой.

За время моего отсутствия на АТ, пять человек спросили, что со мной и где я, когда ненадолго пропал с их радаров. Как видите, умею заводить настоящих друзей.

А то, что над придурками Боги смеются, так что тут такого? Почитайте авторов и будьте здоровеньки. Известно же, что закон выше правды, святее папы римского, но кривой, как бык поссал. Одна беда, женщины творят, что хотят, а мужчины вечно воюют.

Сидит Чуханпурина на персональном облачке и все-все видит и про пальчик на красной кнопочке не забывает, а пальчик-то подрагивает. Пока она дежурная по богадельне, она может все. Когда за человеком нет правды, его не вылечить.

У баб свои понятия. А есть еще и солидарность, и логика, и опасные дни. Еще, они любят трындеть и жаловаться. Дятлы-сексотки жалуются на плохое поведение трудовых белочек и некоммерческих зайчиков, Чуханпурина рассматривает просьбишки и не в службу, а в дружбу: удовлетворяют запросы на перманентный бан мыслей и домыслов, ибо может, так почему бы и нет. Баба, по-определению, может всё, кроме возможности дать всем... счастья. Одной, двум социальноблизким девочкам может и дать, но не более. По-другому в жизни не бывает. Самые страшные стервы получаются как раз из милых, пушистых, домашних девочек. Жизни они не знают и привыкли к тому, что все их уважают и подкармливают.

Могучие тетки из группы быстрополостного реагирования и лицензионного рецензирования (БРЛР), все эти домашние Цыкатухи с золоченными брюшками и бошками в спайсовых кудряшках, от зависти хоботки в спиральку скручивают и банально жрут кактус. В делах и заботах целыми днями пропадают, денежку находят и тащут, тащут, тащут. Все в домик, все в дело, зернышко к зернышку.

Читайте сочинения школьников и пишите свои писульки строго по вот этому шаблону.

https://author.today/pages/review-rules

А все вопросы потом тихо порешаете «сам на саму», как того требуют вот эти правила.

П.16 раздела «Пожалуйста, не надо» правил: Обсуждать правила сайта и действия администрации, направленные на их соблюдение. Подобные вопросы решаются путем личной переписки с администрацией. Если вы внесли правки в скрытую модератором публикацию, пожалуйста, напишите на указанную в сообщениик скрытию почту — модератор проверит правки и, если нарушение устранено, восстановит публикацию в общий доступ. Не нужно публиковать рецензию или что-либо еще заново.

А кому нужно мохнатых дырок наколоть на всю спину?

Признавайтесь и становитесь в очередь на самообслуживание!

Потому и тихо в нашем дремучем лесу, что все спят. Ни в политику, ни в Красную Армию, ни в Махно — никуда не лезут, как волос из подмышки — вянут на грядках, набирают силы в семена и сеются в прошлогоднюю ботву. Некоторые умные сбривают все под лысую коленку и на Лысую горушку, пока трамваем не переехало. Тихо скребут перышками, молча постят постики с котятами и яркими переживаниями, негромко так кричат (помоги-и-те-е-е):

— А я вот книжку написал... а кому книжку почитать... а я еще свой голос имею, не пропил пока, не пробанил... аудиороман о любви за четверть обычной ставки, м? Возьмите!.. Книжка замечательная — читайте: приключения бултырьера в саду магнолий, где море, значить... смерть врача-стоматолога в отделении гинекологии, ну это такое себе... чувственные переживания муравьиной матки внутри муравьиной самки, а вот это уже ТОП... вонючего зомби на постапокале, счастливого, как младенец с литровой бутылочкой, потому что обкакался, маленький.

Хре* знает, чем здесь можно помочь.

Счастье — оно есть, просто нужно много жрать, сладко спать и писать платные рецензии, высасывая их из литературной действительности, до ужаса неприглядной. Или смириться с цензурой.

И серьезно: вот эти правила мы должны соблюдать, как низабожемой? На литературном сайте? Весь этот лепет?

Сидя в бане (мылся и парился), прочел рецензию от Алены Мироновой (СПС кст). Нормальная хорошая рецензия, очень настроенческая, честная. И что? А то, что я четко разглядел, как она размазывает по своей рецензии все те советы, что на этом сайте держат за последнее слово в литературе и принуждают к обязательному исполнению. Чтобы не забанили! И разве у нее одной такая чихня? Полный дом, блин, квартирантов. А за платные — я совсем говорить ничего не хочу.

Если берешься — делай интересно, старайся, думай! Не чеши репу — делай! Не по правилам, а как должно!!! Но... чтоб так делать, нужно не только слова умные знать, но и в анализ уметь, и уметь в этот самый анализ интересно, просто и понятно, и вообще — нужно уметь. Чтоб автор увидел, что хорошо, а что не очень, чтоб не обиделся, а задумался, чтоб читатель заинтересовался и пошел к автору.

Кому нужны эти отфрезерованные пописульки? Ну вот кому они нужны?! Зачем следить еще и за «как бы чего не вышло»? Все равно выйдет, обкакаетесь, будете довольненьки. Да и с чего бы в таком деле как художественное рецензирование потребовались жесткие рамки дозволенного устанавливать?! Они что — Писаревы, Чернышевские и Добролюбовы в одном флаконе? Лауреаты Сталинской премии в области литературы и искусства? ТОП фантастически сильных писателей?

— Нет, они из Мордора.

Строгость законов нивелируется необязательностью их исполнения. Пока правила сайта, касающиеся рецензий, носили рекомендательный характер (они и составлены в стиле советов и рекомендаций, если что. Там на страницу текста всего одно обязательное условие) — это приносило пользу, как авторам, так и площадке. А теперь это никому пользы не приносит, кроме группы БРЛР. Они на этом зарабатывают, на составлении платных и никому нафиг не сдавшихся рецензий «по правилам». А все остальные в пролете.

Читателей жаль, мало осталось, померли. Многие от нас в последние годы уходят, перестают верить в Зевса и богинь Олимпа, остаются пользоизвлекатели. Дерутся за каждый чих и употребляют группенсекас, как пилюли от головы на ночь, ну так и что с того?.. Цивилизация, под мрачной тенью которой мы все пока живем, жива и здорова... Прометея благополучно заклевали, тоже пыжился... пыжик с растягаями... печень берег, не пил, не курил, женщину не познал, мальчик с огнем играл... вот и доигрался, но бывает и похуже непруха.

В любой драке и поножовщине рождается не супербланш под глазом, не порванный техизделием рот и не россыпь жемчугов из зубной эмали, но истина. Какая-никакая, но она.

Короче так (как любит говорить мой бывший друг по разным поводам или без них): дивчули и мульчанчики,

собираюсь идти на подвиг: буду жаловаться Мордору на реакцию Вассермана (ха, а по-другому — никак) и просить рассмотреть мою нижайшую просьбишку «о восстановлении моего одиннадцатого постика-рецензии, после вынужденной декады отсидки в КПЗ имени Луначарского». Поэтому, на всякий, подберу хвосты.

Шпаги вон там, господа, в углу.

Сидевшие — отползают в красный угол и готовятся к шмону по понятиям.

―Убегать? ―Канать, обрываться. ―Правильно. Говорить неправду? ―Фуфло толкать. ―Хорошо? ―Тики-так. ―Пивная? ―Тошниловка. ―Ограбление? ―Гоп-стоп. ―Нехороший человек? ― Редиска. ―Хороший человек? ―... Забыл! Сейчас. Фрей-фея, действительно: фрей-фея.

Скорее всего, мне объяснят насколько я не прав, но тут ничего не поделаешь. Это лом цветных металлов, здесь принимают. И вряд ли я соглашусь с тем, что моя рецензия не соответствует весьма размытым правилам и модерновым постановлениям о добре и зле. А значит: будет еще один пост, который забанят, и еще одна хорошая рецензия, которую обязательно снесут, как курочка пестренькое яичко у индюка. А дальше опять КПЗ, и как я понимаю: срок увеличат, принципиально на принцип пойдут, но посадят, чтоб было надежно и не дорого.

Наш суд самый гуманный суд в мире, как известно, что справедливо и в данном случае.

―Ляг! Ложись, дядя! Вась! Вась-Вась, Вась-Вась... Доцент, а, Доцент. Он не ложится! ―Пасть порву!

Тут интересно вот что: у меня, и у Богов возможности ограничены функционалом, поэтому мы на равных, но... до тех пор, пока у меня есть право голоса. А вот потом, игра идет уже по-другому, здесь мне не выстоять, но...

— Нас будет трое. Из них один раненый, в придачу неопытный юноша, а скажут, что нас было четверо.

— Атос, но отступать как-то... Я предлагаю драку.

То есть, я или добьюсь признания, что Наазгулы могут ошибаться и время от времени ошибаются, восстановлю рецензию именно как рецензию, или нет... Кому как, но за право свободного художественного рецензирования, я драться буду. Расклейте правила на каждом толчке, чтоб не забыть чего и не тужите.

Одна клуша с ошибками записала свои «советы», другая — тут же стала жаловаться на «не соблюдение правил» нехорошими бесплатными рецензентами, потому что на что-то большее ее мозгов тупо не хватает, ну а третья, домашняя девочка, фрей-фея, уверенная, что именно она и определяет какие именно правила и как употреблять, нарушителей конвенции отправляет в бан. Но нагибать меня не надо, не верю я, что кобыла с куриными яйцами — это конь.

И я ведь помню, какая пурга поднялась, когда вынужденные переселенцы с Литнета попытались оттоптать местечко на АТ «для себе», как девочки шустро стали писать друг на друга рецензии и какая вонь поднялась от девочек-«сторожилок». И весь прикол в том, что даже эти эмоционально-хвалебные рецензии все равно получались лучше того унылого, «правильно по правилам» написанного навоза, которым на сайте удобряют чужие произведения. «Наши» бабы «ихних» превозмогли и теперь мы имеем, что имеем.

Предлагаю флешмоб# рецензия без правил.

Сделайте это для себя. Сегодня накрутили гаек на рецензиях, завтра на обложках докрутят, а послезавтра и до вашего творчества доберутся, объяснят, как правильно пишется слово свобода. Или ничего не делайте. Только: Бога ради, давайте без всего этого дерьма обойдемся: сюжет, фокал, дуги, линии, лингвосемантическое построение последней фразы главного героя. И не надо изложений. Просто для читателей и себя, а не для администрации и актива. Нет, если какой-то термин будет к месту, и вы точно знаете, что он обозначает...

Постараюсь найти своего внутреннего Корейко и сбежать через финно-угорскую границу, пока есть такая возможность. А вам по завещанию достанется мой парабеллум.

Под банным листом (кстати, я так и не понял, куда он прилип), автор лишается права на любые действия: не может снести свой профиль и не может управлять ничем, как бы авторского права у него в этот момент совсем нет, что является нарушением гражданских прав и свобод, а не корпоративных хотелок, но... доказывать свое лучше всего с вазелином.

Вот так вот: вот он — обычный лишенец и долбоклюй. Хотите также — запасайтесь?

Не, такой хайтек нам не нужен. Построю домик, садик разобью, выращу и постригу какое-то время белокачанную у финнов. Делов-то...

— Вот так всегда! Обидятся, а оправдаться не дадут! Сгнобят... и никто не всплакнет, но будьте уверены: умру я в своей постели и обязательно счастливым.

Если что, не поминайте лихом и беспощадно творите добро во всем мире. Произведения и постики я снесу (не все), мириться с безграмотными цензорами не собираюсь. Уговорю родителей, и мы переедем на другой конец города. Там есть своя песочница с грязным песочком, я проверял.

Хлопать дверью не буду, не пятнадцать: профиль остается, соавторские работы остаются, но связь будет рваться: день есть, бан, и до следующего УДО. Все остальное вряд ли.

В общем, с вами было интересно, но пора двигать дальше, заре навстречу. А то, что этот тудей уверенно превращается в естудей, сами видите.

P.S. недавно прочел у одного автора пост, после того, как ему снесли книжку за «пропаганду алкоголизма». Слеш и фемслеш — это нормально. Любое порно — это нормально. А пить и курить нельзя, ай-яй-яй. Автор кается и обещает, что больше не будет.

Никоим образом не осуждаю и не обсуждаю действия админов. Просто уточнил для читателей, что я ничего не удалял (не имел в виду, не был, не состоял и вообще душка), вот и все.

Вот такой вот Новый Год по друидскому календарю.

Приписка на полях: пока сидел в бане, справил свой день рождения и похоронил друга. За тот же период ушло в края великой охоты сотни тысяч взрослых и десятки тысяч детей. Часть из этих детей убили взрослые.

―Сколько у меня было? Один год. Сколько за побег дадут? Три! Сколько за детский сад и квартира? Ну, пускай десять! Сколько всего будет? ―Четырнадцать. ―И я за какой-то паршивый четырнадцать лет эта гадюка терпеть буду? Который старуха в колодец положила? Вы как хотите, а я иду в милицию.

канает и не канает, писательство, размышления, рецензия без правил, творчество

Инструкция

Когда пишешь книгу, помни, что это ты ее пишешь, а не она тебя. Рассказывай с уверенностью в завтрашнем дне и не забывай о дне грядущем. Помни о прошедшем, когда ты ничего не написал, потому что, опять сидел в блоге и ловил жалкие мысли, впитывая крупную дрожь и непонимание чужих читателей.

Читатель - он прав! Ты - не писатель, пока не написал книгу. И не писатель, после того как ее написал. Писатель - ты, после того, как попал в президиум и рассказал всем, что ты написал офигенную книгу. Писатель - ты, после того как ее прочли три читателя и высказались о твоей писанине в духе того, что первые пять страниц они прочли и поняли, что дальше все будет сложнее.

Помни, что ты - не Учитель. Ничему не учи! Не занудствуй! Из доски можно сделать кучу интересного и погреться! Долбись в клавиатуру, как в орган. И не спи! Вообще никогда не спи! Сон тебя научит плохому и превратит твою книгу в очередное серое фэнтези с темным содержимым твоей черепной коробки. Будь как Йорик. Он - молчал, а сюжет вокруг его головы закрутился неслабый и закончилось все раньше, чем читатель устал и ушел на ЛИТ-нет, смотреть на цветные картинки.

Настоящий писатель должен уметь рисовать! Рисуй! Мангу и ёё! Маслом! И огурцом! Всем.

Не ешь. Не трать зря силы. навесь на холодильник замок от Эрика и выбрось ключ вместе с мелочью в окно. Рисуй и долбись. Долбись и рисуй. Помни о президиуме.

Забудь, забудь, сука, о вдохновении. Оно не для тебя предназначено и для того, чтобы ты им пользовался. Пиши от себя и ничего не читай! Чтение вредное занятие. Смотри на видосики широко открытыми глазами и не спи.

Запомни, синенькие они от головы, а красненькие от другого. Смотри и не перепутай.

Любую книгу можно бросить на полпути, чтобы начать писать новую. Пользуйся этим, чтобы дописать хоть одну до конца. Сюжет потом нарисуешь. А лучше - мангу и ёё. Лучшая книга - комикс. Лучший комикс - Наруто. Наруто это вообще на все времена.

Все у тебя получится! А если не получится, то и хр с ним. Получится потом. Когда попадешь В ЦА, как терпила в районную больницу. Там и напишешь.

Моё пространственное убежище. Книга 1. Картошка есть? А если найду?

Трактором на Апокале

Моё пространственное убежище. Книга 1. Картошка есть? А если найду?

Дорничев Дмитрий

Роман / ЛитРПГ, Фантастика, Постапокалипсис

Размер: 816 177 зн., 20,40 а.л.

Цикл: Моё пространственное убежище

Начало мне понравилось. И язык показался живым, и поведение героя жизненным, и описания соответствующие.

Недолго музыка играла.

Сначала появилось убежище. Гектар для игры в Весёлую ферму. Ферма весёлая, однозначно. Заикающийся Нотник с Хрюшей, голоса в голове, поле, которое нужно копать и поливать, урожай собирать, продавать и жрать, жрать и спать. Но я подумал, что ладно, пусть будет такое фантастическое допущение, автору виднее.

Дальше, герой пошёл делать свои героические дела, спасать французских подростков, мочить зомби с одного удара, устраиваться в новом мире. Ну, пошёл и пошёл. Дальше...

Герой чистит дом и собирает ништяк. В доме живут люди, то есть, не все квартиры можно грабить. Как герой про это узнал, а точнее понял? Хз. Он у автора хозяйственный, рачительный, основательный, как люк на теплотрассе.

Герой одевается и сражается, готовится выйти в люди. На французской таможне героя "обувают". Меня напрягает авторский волюнтаризм, но я ещё читаю. Читать особо нечего. Сюжет линейно-прямоугольный. Герой, как с соседа списанный. Только тот живой, а этот - картонный силуэт на фоне гор Кавказа и горской бурки.

Герой идёт по бабам. Куда еще может пойти герой?

Млять!

Трахать девушку "на третьем десятке", по словам автора, которая попросила помощи у Героя и, чтобы накормить ребёнка, готова предоставить ему свое тело. Ну, герой же - нормальный, че отказываться, тем более, он же картошки накопал.

Иди, мальчик, отсюда, поиграй в дочки-матери.

' Да,мамочка' - мальчик ярко улыбался.

Герой надевает презерватив.

Все не молись, никто не моется и все смердят. Кто знает этих французских баб в крутой игрухе? Так что, нет, презик нужен. Герой за безопасный секс. И в этом он молодец. Французская земля сыновей героя не сдюжит.

Грудь у это девчушки имеет хорошие формы. Герой выпускает 'все, что накопилось за два года, громкий стон оглушал людей'. Отлежал себе в капсуле все причиндалы, а так - смог расправить. Оторваться за всю мазуту.

'... Хочешь есть... либо работаешь, либо рисуешь жизнью".

Эта сенсация на примерно "час и четыре презерватива". Так оно и дальше идет. В том же темпе. Вальсируя.

Повествование потеряло язык, от него остались одни сосочки и следы от зубов. Но это - ладно. Там и смысла чуть. Зато сентенций быдляцких, как гороха с куста.

На рынке герою объясняют классификацию зомби. Все говорят на дикой смеси латыни (герой не знает французского, аборигены не знают человеческого). При этом они друг друга понимают с полуслова. Ну, так бывает. Автору лень было заниматься всей этой лабудой с языками. Да и зачем? Главное в книге - движуха.

"- Спасибо за совет".

Герой идёт в бордель, где несколько часов шпилит девушек за два патрона в час. Постоянно этот герой набрасывается, как говорится, "без лишних прелюдий". И то за два патрона, то за три - шпилит. А девушки в шоке. Как же, герой три часа шпилит без перерыва. Передовик, с*ка.

Потом автор объясняет, что Герой - необычный мужчина. Выжимает девушек, как лимон, платит им за терпение три патрона. Пользуется айфоном 16, подобранным на улице, и стиральной машиной Самсунг. Все сам. И сунг, и дунг. И все тащит на хазенду. Там же и строится. Чудо печь, чудо погреб, чудо сарай.

На героя сыплются достижения, как из помойного ведра очистки, мужик люто работает. То на даче, то на тачке, то на бабе, то с седлом барашка.

Девушку, которую он уже замучился Трахать, забирает с собой на дачу. Картошку нужно сажать и копать. Что он, сам что ли будет, с таким-то менталитетом и жизненными установками куркуля? Он её успокаивает, не боись, Ниче я тебе не сделаю.

"Всё пойму и с детём тебя возьму".

Ну и, далее, далее, далее...

Всём все нужно объяснять по нескольку раз, потому что, французы - реально тупые, ну и качать харизма. Это как пять пальцев об асфальт. И Трахать. Зомбей, девушек, поля и огороды, весь этот гребной и гребанный Париж.

И будет всем счастья.

Полторы тыщи лайк. Много, много алок.

Спасибо тебе, автор.

Здесь нечего оценивать. Здесь нужно валить и наслаждаться жизнью в стороне.

Пы. Сын.

У этой книги есть уже вторая часть. Те, кому скучно жить в стороне от этой саги, могут её прочесть. Там все тоже самое, что и в первой плюс "Аллоды". Дача оказывается куском уничтоженной реальности, появляется гиперпространственный маяк, сразу второго уровня. Полторы тысячи спасенных и закрепощенных французов будут помогать герою отбиваться от орков. Орки - однозначно фашисты. Поэтому, книгу звать "На Берлин". Но это не то, что вы подумали. Это совсем другое. Фарс это с подъё"ой. Потому что.

Пы. Сы. Сын.

У автора на АТ есть один настоящий друг. С чем его можно поздравить. Что я с удовольствием и делаю. Поздравляю.

Вот оно что, Михалыч

Многие талантливые люди уверены, что они сами по себе. Что дали им однажды таланту и оставили без присмотра. Твори что хочешь. Все и творят.

Я тоже творю, но есть у меня ощущение, что не сам по себе. Подсказчиков много и есть совершенно отмороженные. Так или иначе, насколько хватает таланта, любой человек снимает то, что вокруг него и внутри него, подстраивает свои антенки и слушает эфир. Кто авторадио, кто шансон, кто радио Россия.

https://author.today/review/172558?c=8867333&th=8867333 От Вадима Фарга.

на вот эту шнягу.

https://author.today/work/105833 от Кирилл Теслёнок (Архимаг)

В самом тексте совсем нет перегрузов. В тексте нет груза. В тексте нет ничего, хотя бы отдаленно напоминающего груз.

Такое можно читать только запоем. Как уходишь в запой, так и читай. Хентай – не хентай, но что-то хентаезное в этом есть. Например, арты. Девушки, стоящие с шестоперами. То в одежде, то без нее. А в тексте есть соответствующие описания. И никого не волнует, что описания эти, мягко говоря, легки. Перья, да и только. Любой школьник вам это подтвердит.

Конечно, стоит отметить и остальных девушек. Но, увы, они такие же, как и главный герой. Красиво и ни о чем. Просто, этот Слава, ГГ автора, не вызывает каких-либо эмоций, кроме гомерического содрогания. Смешной такой, стандартный недотепа, занимающийся в школе боксом и машущий по утрам гантельками, чтобы оздоровиться. Ну, с матанализом и программированием в анналах.

И нет, я не буду говорить, что это плохо. Потому что – это неплохо. Это – ужасно. Язык этого произведения облегчен до минимума. И автор не понимает, что когда он пишет, раз за разом, повторяя…

Ну ничего себе разрабы юмористы.

После каждой своей тупой и несмешной шутки, то это совсем не смешно, а скорее очень и очень грустно.

Но эта книга, безусловно, новый жанр. Псевдохэнтай-РПГ. Муравьиные попы, муравьиные кладки, муравьиные яйца и усики. Но не те, которые у мужчин, а те, которые женские мысли, пробивающиеся через всю кость мозга самки интекситоида.

Система в этом типе РПГ щедра и благосклонна. Склонна к авторскому варианту юморка и легко выдает шутливые комментарии по любому поводу и без какого-то повода. Ну и роняет рояли на голову ГГ с завидной регулярностью. И там столько самого разного намешено, что читается это все на одном дыхании.

По диагонали. Интерфейс на шизанись и зацени статы.

Для изучения нет ограничений

Больше всего меня впечатляет логика событий и непритязательность повествования. Все и всегда у автора проще не придумаешь. И опять же, легкость и живость любых описаний, событий и тел. Из большой бочки с красноватой аурой, автор черпает и вдохновение, и внутреннее содержание своей книги. Легко комбинирует и не заморачивается с объяснениями. Прет вперед, как Д* в знойный день, после пачки дрожжей.

Что, как я понимаю, и нравится. Читатель сегодня эстет, ему лишнего в голову не надо.

Голова моя оставалась слегка мутная…

Сообщает всем любителям меда автор этой книжки. И таких фраз, через абзац. Зато слог – легкий и не напряжный. Конечно, когда слова вываливаются в одну большую кучу… книг, как из Рога Изобилия, слог будет совсем не напряженный. А чего напрягаться-то? Мни мягкие холмики и получай удовольствие от того. что тебя ощупывают вибриусиками. И все будет у всех нас зая…

И шаблон на шаблоне.

Ее киска.

Кончиком языка по ее шее до самого уха.

Коснулся губами ее шеи, осторожно лизнул.

Алые ареолы, зажатые между большим и указательным пальцем. Ну. Конечно. Только так.

И – она же еще девственница.

В момент наивысшего наслаждения…

Короче, в каждом абзаце по несколько перлов. Ништяк, короче. И…

Вот оно что, Михалыч.

Точно, автор, воно оно че.

Сюжет не нов. Язык, так себе, на пару раз лизнуть медленно по шее муравья и кошечку. Рекомендую, че.

Обиделись все. И те, кто написал сагу о Страстной Муравьиной Любви. И те, кто написал хвалебную рецензию ( мне тут подсказали, что за деньги. Ну, за деньги - можно, наверное). И те, кто чисто пимо проходил и увидел, что маленьких девочек обижают большие взрослые дяди. И друзья всех этих людей. И недруги. И знакомые.

Все обиделись. Надули капризно губки и попросили отсыпать лайков, денежек, конфеток подарить.

Ну, сегодня, чтобы сходить в аптеку или в цирк, нужно собирать денежку. За денежку можно пиарить и отпиаривать, вставлять в проект или выставлять из проекта. За денежку можно все. Или почти все.

А без денежек, ты - какашка...

А с денежками, ты - молодец...

Разменяйте мне бумажку,

а куплю себе п*здец (ой) дворец.

М-да, видимо, такова цена известности.

Видимо, да. Такова.

Я же хочу собрать вокруг себя адекватных людей, которые не говорят мне одно, и тут же в чьём-то бложике совершенно другое.

Все хотят. С этим нужно что-то делать. Или не нужно. Или собака уже охрипла, а "корован" все себе идет. И несет людям груз. Особо ценный, по всей видимости.

Тут у меня вопрос появился. Видимо, к себе.

Если ты не изменяешь самому себе с муравьями и подзаборными кошечками, если говоришь про разную не художественную хню открыто, означает ли это, что ты нормальный человек?

Люди зарабатывают денежку. А ты им мешаешь. А люди хотят быть свободными и счастливыми. Хотят дрочить и постанывать от удовольствия, перечитывая любимые эпизоды мутноватыми, ошалевшими глазами. И что в этом такого?

Ничего. Все - супер.

Именно таким людям и посвящён сегодняшний выпуск. «Просто хорошие авторы на АТ» те, с кем я общаюсь лично. Те, кто поддерживает меня (пусть не всегда, но говорят об этом честно), и кого готов поддержать я. Надеюсь, сегодняшний день пройдёт по-человечески.

Кто меня поддерживает - тот и хороший автор. Ну, дык...

И ещё раз напомню, эти блоги не рекомендации. Реклама авторов? Да, вполне, но она не всегда положительная. Зависит от рубрики. Я не заставляю вас бежать на их страницы, скупать книги и лобызать во все отверстия. Отнюдь. Уверен, у меня адекватные читатели, потому что от других, как могли убедиться, я потихонечку избавляюсь. И знаю, что вы сами в состоянии решить, кто из авторов вам по душе, а кто нет. Я же предоставляю список тех, на кого хотел бы обратить ваше внимание, попутно поясняя почему так делаю. А дальше решение только за вами.

Решение всегда за нами. За ними другие решения. А за ними еще одни. Это очередь, которая за нами. За каждым.

И если сам Фарг проект вполне себе неплохая штука. То автор и ведущий этого проекта меня вчера разочаровал. Ну, развеял заклинание по ветру. С занесением в личное дело.

Здесь, на АТ, сложился неплохой коллектив по интересам. Дружный.

Не лезьте в чужую песочницу, чтобы пластмассовым ведерком не прилетело по сопаточке. Вы не из ЦА и доходу от вас, как от черных козлов молока в пятницу. Не играйте людям нервы. Они музыку не любят.

За что авторы банят читателей? Вопрос не правильный. Если посылают в баню, значит хотят, чтобы вы были здоровы. Писатели ведь люди занятые и озабоченные качеством своих текстов. Особенно, когда гонят - объем и массу облаков перед собой.

Один хэр не делится на шестерых

Дьюк, брат, если тебе нужны деньги или мордочку отрихтовать, это - бесплатно, ты только скажи.

Я, брат, прочел твои книги, не все и не до конца, на это просто времени нету, а так - нормуль у тебя с этим. Зачетная фигня.

Да, вся наша семья тебе приветы шлет. Всех называть не хочу. Короче, ты их знаешь. У каждого свой привет. И все готовы этими приветами поделиться с тобой. Не отказывайся. Больше привета - длиннее роман.

Будешь у нас, заходи, не бойся. Я уже три года в завязке. так что, встречу, как полагается.

Роман с продолжением: Сигериец.

Для тех, кто ценит свое время, вот вам краткое резюме: ну это пиздец.

Для тех, кто ждет более развернутый ответ: ну это полный пиздец.

Ну а для тех, кого интересуют детали, то

Дьюк. Избранные цитаты. Том второй.

Как известно, в России хватает анизотропных дорог. Страшно прекосившихся изб. Черных футболистов и белых медведей. Мусорных полигонов и химкамбинатов. Все есть. Чего в России мало, так это евров и гринов. Все остальное в достатке.

Хорошего тебе мужа, Гриня, такого - на зая*ись! И не одного! И чтоб у каждого был большой и толстый хэр и суровый простатит! Чтоб тебя часами! Сутками напролет! (авторское примечание)

Есть люди, для которых набитая морда – нормальное состояние. Они в этом живут. Они купаются, как лошади, стоя по колено в любой ароматной луже. Это такая родовая травма. Родимчик. Привет от детских психотравм. С закреплением на китайский клей трясущимися от вожделения руками.

Знаете, в чем проблема любого ароматонесущего текста? Он воняет. Смердит. Потому что нассан домашним гавноедом и именно в вашем парадном подъезде. Одним, но удивительно вонючим животным. Морда плоская, тупая и сияющая в вечной темноте.

Прищепка на ягодке:

очередной пример того, что жанр попаданства, мутировавшего под влиянием говнолучей соврименной роисянской фондаздиги в гнойного гомункула "вжопуданство" Дьюк. Избранные цитаты. Том второй.

Капкан на яйце:

Но при этом у тебя только две опции для чтения: или про студентку-двоечницу с прыщавым еблом и жирной жопой, в которой побывали драконы, единороги, ельфы, гнумы, упыри, вурдалаки, демоны, ректоры, олигархи и прочие фантастические твари. Или про задрота-обсоса с прыщавым еблом и тощей жопой, который побывал в драконицах, единорожцах, ельфячках, гнумячках, упырихах, вурдалачках, демонихах, принцессах и прочих фантастических шлюхах (кошкодевки тогда в моде еще не были). Дьюк. Избранные цитаты. Том второй.

Этот опоссум всегда прикидывается мелким, рогатеньким и жопастеньким котеночком с большим яйцом. Но не котеночек, нет. Цельный откормленный гавноед. И яйцо свое он носит сам, в своем собственном животике. Оно там у него развивается, как цирроз от избыточного словоупотребления, пока не проклюнется желток сквозь слизистый белок и не вытечет в ваше парадное. Всем нам на радость.

Малышка Дью вспоминает молодость:

Начинается все с пролога, который вообще-то ни разу не пролог, а вырванная из последних глав сцена, где стереотипно тупой палач бухает со стереотипно тупой вохрой, а потом прется куда-то по стереотипным темным пережопкам и стереотипно не доходит, встретив стереотипно блядскую блядь. Которая тут же и предлагает отсосать его резиновую голову, причем бесплатно, и заманивает репликами, достойными российской порнухи за авторством Прянишникова. Дьюк. Избранные цитаты. Том второй.

Если бы все драконы гадили стеклярусом и радугой - в мире бы давно наступило царство небесное. Мари Пяткина. Член клуба злодеев, где злодеев нет, но есть один ч(е)

Если бы так. И если бы драконы. Нет, только мелкие вонючки с мечевидным отростком возле родничка. И никаких тебе драконов, одни только тупые дятлы и милые, жопастенькие вонючки. Только злой пубертат, который затянулся, как резинка на трусах, под сухим кадыком у латентного философа. Кант у которого - по всей ж*пе. И лампасы по всем брюкам, с забегом на лысый лоб. Лобковая вошь по сравнению с этим дегенератипом – венец создания. Пусть и несовершенного.

нормальная ориентация, как пигмент:

Поэтому, как на мусорном полигоне, живем и не кашляем. В высоких кучах настоявшегося перегноя, без радуги и стекляруса, перебирая молочные бутылки с широким горлом и куски картона руками. Не запуская в голову смешных мыслей. Дьюк. Избранные цитаты. Том второй.

шутки про писи смешные в любом возрасте. Дьюк. Избранные цитаты. Том первый.

Малышок Дью, тебя обманули. Твои шутки про писю не смешные. Если в прямоугольнике один из углов тупой, это ромб. И у тебя - ромб, а не квадрат. Это математика. У тебя с юмором взаимная, неистовая нелюбовь. Когда огородный хрен выращивают в голове, как морковку на едва вскопанных извилинах, остается только посочувствовать. И вырвать нахрен этот хрен. И жить дальше.

- Лютик, твой последний черешок дал неожиданные всходы. Взошел ананасом. Ты уверен, что покупал семена люцерны, Д(олгий) Д(уб)?

- Я читаю…

- Что ты читаешь, Лютик?

- Книгу, которую читаешь взахлёб и не можешь оторваться. (Сигериец)

- Это как в анекдоте, про то, кто и сколько сможет выпить помоев? Лютик, ты уже выиграл. Восемнадцатый глоток был лишний.

- Гюрд-калидж, сайиде ар Залам Дьюк. Избранные цитаты. Сигериец.

- О, брат, уаЛЛахи Сайид Кутб не причастен к этому, потому что он отказался от чтения пустопорожней ерунды еще в нежном возрасте.

А ведь автору еще и сорокета нет, а он уже 20 книжек нацарапал и 62 рецензии. И все в одном и том же стиле. И все – ни о чем. Природа отдыхает. Боги не следят. Люди ходят туда-сюда и что-то говорят. Но во всем этом нет ничего похожего на жизнь.

Когда дурачок мудр, он мычит. И в этом трудном, непроизносимом мычании чувствуется желание стать живым и здоровым. В этом мычании можно услышать настоящий голос. Но, когда нет настоящего голоса, есть книжки и рецензии. Есть голос, доносящийся из глубин, вибрирующий на геморройных узлах, хриплый голос одинокого Сигирийца и последнего невского мыслителя эпохи мушкетерских паровозов.

Он не взлетит. Это бескрылая птица. Рогатый пингвин. Лацис.

Космические скитальцы и творчество

Царенко и Карелин

Есть, есть то, что меня раздражает в авторах АТ. Это - склонность к наблюдению из-за кустов за блестящей поверхностью ручья. Эдакая стыдливая созерцательность.

Пока одни авторы начесывают свои кудри, разглаживают морщины тонкими, прозрачными пальчиками ручейников и глядятся в зеркало читательского мнения, другие плюют в воду и провожают локально образованную пенку на глади вод своими мудрыми глазами.

Не пей из лужицы, кАзлёнок и не взлетишь.

Время течет в обе стороны. Туда и обратно. И опять туда.

Романы рождаются на свет, как балет, легко, запальчиво, в потоке света, но под музыку Чайковского.

Я колебался, выкладывать отзывы или нет, ведь они так сильно хвалят. Но потом решил: чего стесняться, восторга читателей? Избранные цитаты из Карелина

Точно! Не нужно стесняться восторгов.

Это очень мотивирует работать дальше. Избранные цитаты из Карелина

И это очень демонстрирует, вынужден я сказать, не то слово как.

Кстати, КС получил давно и никаких специальных усилий не прикладывал. Избранные цитаты из Карелина

Ну, да, конечно. А массовый таргет - это естественно, а не безобразно. И не специально, да. Так получилось.

Кстати, ничего против самого таргета и рекламы не имею. Скромность, вот то, что меня заводит, "никаких специальных усилий", ёпрст... Все естественным путем. И единственно верным.

Скандальчик! Избранные цитаты из Карелина

Кто-то чё-то на каком-то канале и много-много раз. А-а-а, долгожданная вещь. О-о-о, это просто ништяк. У-у-у, было круто.

Кстати, как только выйдет аудио и электронка на Литресс, книга станет платной. Избранные цитаты из Карелина

И тут я понимаю - это просто технология такая. Сейчас модно, как бы дружить с читателем. Делиться семейными проблемами, рассказывать смешные эпизоды из как бы своей жизни. Рассказывать о своих планах на будущее. Делиться с почитателями твоего таланта горизонтом событий. И продавать. Продавать. Продавать.

Вы знаете, что научную фантастику нельзя писать как обычную фентези? Избранные цитаты из Царенко

О, нет, нет, только не НФ!

Не знаете? Вот, теперь, знаете. Избранные цитаты из Царенко

Как же так?!

у меня есть гораздо более интересный материал - арматура. Гнется он так себе, но держит куда как больший вес. Избранные цитаты из Царенко

Арматура! А-а-а! Не гнется почти! О-о-о! Это будет гениально! Большой вес на закаленной проволоке!

Только вот свойства у научной арматуры примерно такие же, как и у настоящей. Избранные цитаты из Царенко

Дайте, дайте две! Научная арматура! Как же мне тебя не хватало!

просто попытка описать окружение вылилась в два полноценных АЛ. Избранные цитаты из Царенко

Прикиньте. Просто - попытка. А что будет, когда напишет? Укрепрайон будет, со всеми подъездными путями и инженерией. И хрен какие тролли прорвут нашу оборону.

Отдельные куски по раз шесть переписываю. Избранные цитаты из Царенко

Как же человек пашет на результат. С таким денежкой поделиться - одно удовольствие. И это - опять технология. Чуть-чуть умнее, но она.

А вы? Еще раз плюнете в воду и проследите, куда несет ваш плевок или побежите учиться? Пора бы уже.

безмозглый скворец

Попросил я тут нарисовать мне для рассказа на обложку вороненную птицу, похожую на вороного коня. Или кобылу? А, неважно. Думал, прочитает художник рассказ, впечатлится его, ох, каким глубинным смыслом, и под впечатлением, на кураже и удивлении, наваяет то, что нужно. Ан, нет.

Во-первых, смысл рассказа ускользнул от художника. Ну, ниче, бывает. Все мы немного художники и такие же невъе* енные писатели. Ладно.

Если смысла для вдохновения не хватает, стоит поискать образ, правильно?

Правильно. А орфография не качественная? А тромбонист сорокалетний? Во-от. Уже ближе.

- что там рисовать? Скворца открывающего рот человеку? Ну, а что еще-то? Пра-ль-на.

- скажите что нарисовать.

Осень. Маленький дворик в крупнокалиберном штрихе. В будке на железной, клепанной цепи сидит грустный плодоящер. Плодоящер выполнен в народной (якобы) манере. На его груди крупным, сочным пятном выделяются зеленые яблоки с неизменным листочком на черенке. На заднем плане слабо прорисован забор, который из-за легкости штриха скорее угадывается, чем реально существует. Такая жизнь.

Хочу птицу, похожую на коня и коня похожего на птицу.

Марика рисуют орла с копытами, заднюю часть в разрезе и хвост. Все это в полете, но как бы на последней судороге. Когда стрела уже вонзилась, а подыхать еще рано. Трепещет.

Рассказ про птицу, на рисунке вижу лошадь с клювом. И ее - жалко. так эту лошадку изогнуло, что жалко и все.

Говорю - нафиг крылья, копыта и орла.

- скажите что нарисовать.

Крылья и копыта не нужны. Рисуем птицу- коня.

Мне обещают нарисовать забор. Я, в принципе, не против. Забор - это тоже хорошо. Тем более, что понимаю проблему художника, образа из рассказа для него нет, есть туча с пегасами и скворцами-зомби. А художник же? Вот. А рисовать что? Уже и хочется порисовать, а нечего.

- вот я вам нарисовала. Но вам не понравилось. Суть и смысл это фигня. ВЫ мне опишите вы писатель или где?

Тут я задумываюсь...

Думаю.

Нафиг мне обложка? Рассказ же я написал? Или что? Расстраиваюсь, что не могу описать то, что хочу видеть на обложке. Не вообще, а так, чтобы меня художник понял. А художник подливает:

- конь лапчатый без копыт. птица без крыльев. Что там должно быть ОТ КОНЯ? что от птицы? какая голова куда повернута. тело какое ноги чьи?

Ексель. Формирование образа в голове художественно одареных очень интересная задача. Не тривиальная. Несколько неожиданная, но, да, очень интересная.

Просят картинки из сети. Для примера. Судорожно ищу примеры, примеряю костыли, на глазок прикидываю что и как я бы нарисовал. если бы был художником. Что-то и как-то в голове поворачивается.

И тут:

- картинка по абрису вписывается в какую геометрическую фигуру?

- мэ. - блею я, но это оказывается важно, потому что это компоновка и композиция. Нельзя, оказывается картинку просто так рисовать, ее нужно вписывать в геометрию.

- мэ. - упорствую я, но детали нужно склеивать и уравновешивать.

Ладно. В ромб уложимся?

Да мне пофиг, говорит мне художник, но в ромбе придется что-то куда-то перемещать. выше, ниже. И я понимаю, что ромб для меня слишком сложно. Это художнику пофиг, а мне - сложно. Мне ему не объяснить что и куда выше. Я и сам себе это не объясню, потому что этот ромб мне в голову пришел из геометрии, а не из необходимости. Откуда к нам, не умеющим рисовать, приходит вся и все. Круги, квадраты, треугольники, все объемные и четырехразмерные фигуры.

Мы с художником неинтересно переругиваемся, после чего мне говорят, что пофиг что рисовать, тем более, что ничего кроме сердца из валентинки в качестве абриса для моей картинки не подходит. Не, ладно, а зачем я ромб из своей головы делал? Или это не я его делал? И я говорю, в сердцах и в абрисе, говорю:

- Так чего вы мне голову тогда морочите? рисуйте сердце. Тем более, что это, как бы, круто.

и... (та-дам!)

меня, естественно просят нарисовать то, что мне нужно. Можно черточками. можно звездочками.

И я, естественно, соглашаюсь. Блин, как же интересно жить. Прямая связь. Сердце - это когда у тебя перевернутая ж*па. Ж-па - это когда у тебя сердце падает в пятки. Но, главное, рисунок - это пипец как сложно.

В поисках Светы

Живые и мертвые. В поисках Света. Часть I

Rara_VIRGA

https://author.today/work/27763

Читать эту книгу я начал откуда-то с середины, точнее, с Похорон Петра. Пролетел одну главу, затем еще несколько и задумался. Вопрос у меня возник. К себе.

Во что мы с вами верим? если верим...

Когда я говорю мы, я каким-то странным образом собираю всех читателей и писателей этого сайта, и тех, кто в глаза этот сайт никогда не видел и счастливо живет себе где-то там, в одно единое целое. И имя этому целому – мы, люди, легион.

Еще автор меня сразу же подкупил тем, что тащит одновременно несколько своих проектов. Ну, я такой же. Только у меня в результате результат не предсказуем. Как правило, его просто нет. А у Rara_VIRGA, как ни странно, есть.

https://author.today/work/49988 и даже

https://author.today/work/65580

Так, во что мы с вами все-таки верим?

Здесь нужно бы привести целиком Символ Веры. Но многие агностики и многие неагностики его и так знают наизусть. Не стоит их нервировать. Из них складывается ЦА. А ЦА – это очень важно, вообще-то…

Каждая глава этой книги спрашивает за Веру. С меня спросила.

Глава, с которой я начал чтение, спросила за...

11Ча́ю воскресе́ния ме́ртвых.

Потому как, Петр, покойник, восстает из гроба, пусть и ненадолго. Собравшиеся его помянуть, разбегаются кто куда. Может потому, что Петр поднялся не вовремя, не как все? Или – не чаяли? А мертвый возьми и воскресни.

Сама книга начинается с мистического переживания, где поминают неведомого Его, наделяя Его разными качествами. Де и красив, и высок, и порывист, и горяч. Но любят Его не за это, а просто Любят. И это справедливо. Никакой мистики в этом нет.

1Ве́рую во еди́наго Бо́га Отца́, Вседержи́теля, Творца́ не́бу и земли́, ви́димым же всем и неви́димым.

А сама история начинается все-таки с рождения девочки, где-то на Урале, которая помнит Тартар и Утгард, Каа, Ульмаринина, Кая Ри и атонов и, естественно, не помнит ничего другого, зато неплохо говорит на латыни, но не варварской, а настоящей. В общем, у нас, читателей, появляется попаданец.

Это авторское допущение. Как обычно говорят в кругах близких к литературному бомонду – фандоп. Типа ВЦСПС, но про другое.

Девочка растет странной, что для попаданки вполне нормально. Хочу заметить, что в повествование фантастической по сути своей истории, легко встраиваются воспоминания вполне узнаваемые, как бы более, чем настоящие. Вся эта мистика и вся эта жизнь сплетаются друг с другом, сплетаются словом и делом в одну книгу.

ви́димым же всем и неви́димым.

Появляется чорт. Не молодой, рыжий, плешивый, любящий шутку-прибаутку. Ходит за девочкой. Ну и собирает капитал.

И вот, что странно. Этот черт мне кого-то напоминает. Видел я таких, видел. Вообще, герои этой книги ходят между нами, рядом с нами, вместе с нами.

Когда я еще жил возле парка, зимой, ночью, ходить через парк было страшно. Но дело тут не в мистике. Яркое освещение, белый снег, дорожки, деревья, огоньки. На деревьях спали зимние вороны. Зимние – это не летние. Летом вороны – одиночки. А зимой дико стайные. Любое существо совершенно определенным образом реагирует на опасность, на сухой щелчок сухой ветки под ногой, на угрожающий скрип снега. При опасности, любой, что настоящей, что мнимой, ковровое бомбометание накрывало весь парк. Не пройти.

Лет пять назад объявились в этой зимней стае несколько ворон с умением удаленно включать автомобильную сигнализацию. Часов с одиннадцати вечера начиналась игра на нерве автовладельцев. Когда ты слышишь вой сирены со своей машины, но твоя пикалка молчит и светится зелененьким, ты спокоен. Пик-пик.

А когда по очереди включаются сирены нескольких машин, припаркованных возле твоего дома? Да! ты выходишь, чтобы посмотреть. Иес!

Я это к тому, что после прочтения книги, хочешь ты того или нет, выходишь посмотреть на мир и убедиться, что все осталось по-прежнему, то есть, как всегда. Зато появляется новая привычка. Оглядываться. И вот она остается надолго.

Это мое ощущение от книги. Позитивное.

Во время чтения меня время от времени продирало крупной пузырчатой дрожью. Если вам читали на ночь сказки, скорее всего, и у вас будет дрожь. Сказки редко когда милые и пушистые. Обычно они ух какие. С замиранием ждешь, что там случится дальше. Кто кого убьет. Широко открываешь слипающиеся глаза и ждешь. И вот это замирание и широко распахнутые глаза и превращаются потом по мере взросления организма в крупную, пузырчатую мурашку, величиной со слона.

Мистику я не люблю, но почему-то, регулярно читаю. И не люблю. Даже Пяткинскую, эстетствующую мистику перевариваю с напрягом. Ну, необычное, оно привлекательным бывает. Суеверным читать тоже можно, но с осторожностью. Автор вполне умеет, не хуже гусей-лебедей. Унесет.

И еше.

Нет смысла пересказывать или выделять отдельно стиль, язык, персонажей. Все эти арки и фокалы. В которых, я все равно смыслю, как обезьяна в анчоусах. А смысла нет не поэтому.

Потому, что эта книга - сборник рассказов с одним и тем же героем. И роман. Большой, капитальный роман о сверхестественном внутри обычного и понятного каждому. Любому. И по любому.

Когда сидеть не комфортно

Прочел тут хорошую книжку, без балды, но...

Мужик-некромант получает по кумполу железкой, падает на копчик, каким-то мистическим образом при этом проваливается в темноту, где пересчитывает ступени разными частями тела, в том числе и кобчиком, падает на самое дно грудью, злобно шипит и желает кому-то несколько тысяч раз чтоб... Но что именно не говорит. При этом его беспокоит будущее,применительно к многострадальному кобчику. У него текут слезы. И как апофеоз - и вообще, думает он, мне не комфортно, а особенно не комфортно сидеть на холодных плитах пола. Ух.

Герой мужчина, автор женщина, ну, ник женский.

Бывает наоборот.

Я про некую разницу мышления и восприятия. Так-то, люди друг от друга мало чем отличаются.

Однажды, в девяностые, я внезапно осознал ту пропасть, что отделяет мир женщины от мирка мужчины.

Я тогда работал в частной клинике и в клинике была такая «чумовая» по тем временам вещь, как «гидроколон». Это аппарат для промывания кишечника, хайтэк в чистом виде, с одноразовыми наконечниками, которые, конечно же, на три раза перемывались, чтобы использоваться еще раз. Не мной, но это неважно, потому что и я мог это делать. В медицине брезгливые вымирают быстро, еще на первом курсе, когда ухоженными, наманикюренными пальчиками берутся за препарат мужских или женских половых органов или отрезают часть головы с верхней челюстью от живой лягушки. Но речь я веду не об этом, а о пропасти, разделяющей два мира.

Пришла к нам в клинику однажды женщина – красивая, ухоженная, в возрасте, но еще не старая, «хорошо прикинутая». Ей рассказали об ее организме и проблемах этого организма, порекомендовали лечение, на которое она, недолго думая, согласилась. Сделали ей промывание, с травами седативными, успокаивающими, в баньке попарили с чайком травяным, промассировали спину, провели антицеллюлитные процедуры с медом, и женщина расцвела, помолодела, посвежела. Ушла она очень довольная и отношением, и сервисом.

И привела мужа.

Ему тоже все объяснили и рассказали. Он тоже согласился. Повели на «гидроколон», вставили наконечник «одноразовый». Мужик забеспокоился, но смолчал. Надо, что же делать, надо. Включили аппарат. Это не грелка с водой, не груша. Это давление, не очень большое, но ощутимое. Мужик крепился, но на второй минуте стал орать благим матом, чтобы вытащили из него эту штуку, чтоб все в зад вернули, что он готов доплатить за это, сколько скажете, столько и доплатить. И я его очень хорошо понимаю. Для мужчины осознание самого факта, что в него «вставили» уже больше, чем он может себе позволить помыслить. Однако, для женщины – это рутина, это может быть неприятно, но полезно для здоровья и поэтому, обыкновенность не стоящая внимания. Для здоровья и красоты.

Правильный заход-глава

Игра топа. Наследник Четырех

Павел Вяч

Роман / Попаданцы, РеалРПГ, Героическое фэнтези

588 зн., 0,01 а.л.

Свободный доступ

в процессе вчера в 19:44

Цикл: Игра топа

1 071 101 50 0

С этого момента игра Алекса вышла на новый уровень.

Ну, попаданзы и героичезкие фантазеры? Хотите, как Павел? Хотите?

Вот! Пахать нужно, пахать. Сначала ты делаешь имя, а потом имя работает на тебя. Напишешь пару строк, пригласишь оставлять комменты и брать библиотеки, и берут библиотеки и оставляют комменты. И хорошо.

"Мне реально важно ваше мнение, друзя".

Цы

Писатели бывают серийными, а бывают никуда не годными маньяками-одиночками. Одиночки, они - чаще унылые, кормящие и не в сисю, а в розовую сосочку. Но бывают и ничё так себе, на разок читнуть. А я люблю, чтоб эпизодов было побольше. Чтоб вштыривало. Чтоб все гадали, кто убийца, а кто полицейский. Чтоб не в повесть, а в телевизор. Во весь его голубой экран.

Часто, только первые серии интересные, а остальные - так себе. Но, если, первая серия нормалдык, то и вторую втянешь, и третью посмотришь. А если нет, то и пусть ее бабки смотрят. Им тоже заняться нечем. Пусть смотрят. Мне не жалко.

Вот, к примеру, Артема Каменистого каждая собака на районе знает. А почему? А потому, что знает. Умеет он создавать в тему. По нему сериалов много снимают. Он правильно гонит и правильно не гонит. Топчики, парни серьезные, дерьма не делают, работают для читателя, а не для себя. А даже если и пишут, так это читать приятно, смотреть приятно и вообще.

Скажем, Альфа-серия. ГГ правильный, альфа, по всем понятиям. Первая книга совсем ништяк, вторая ниче так себе. Третья и четвертая, нормальненько так. Чего бы не читнуть? Обязательно читнуть. Не СТИКС, понятно. Но и не Достоевский, какой-нибудь. Или Шекспир. Вот где уныло все. Короче, Каменистый, это тема правильная.

Я знаю несколько авторов, которые пишут резко и много, словно у них несварение. А все равно, не то они пишут. Не то. Постоянно оправдываются, что мол они не напишут какой-то ванильки, они напишут по настоящему. И вся книга у них в га*не и извращениях, а читать никому особо не хочется. Гора Никак. Большая гора Ниссы. Философии много. Зачем людям нормальным такое?

Писали бы, как Каменистый. И все бы их читали. Мне про специи понравилось у Артема, в его Альфа-серии. Прикиньте, специи бывают дешевые, в среднем ценовом диапазоне, дорогие и пипец какие дорогие. У щуки, например, какие специи? Не очень у нее специи, дешевые. А у осетра? А у осетра, понятно, дорогие. Яйца осетра и у нас задешево не купишь. Жизненно? Жизненно.

Поэтому, в его книжках все по уму, сидишь на дешевых специях, все, ни*уя у тебя не выйдет. Так и по жизни. Сдохни, но чтоб черная икра панцирников на столе у тебя была, а щучье дерьмо, чтоб даже близко в твой холодильник не попадало. Отдай алхимикам, они бурду для крестьян варят. Крестьяне еще не то съесть готовы.

Могут сказать, что у Артема много роялей. Это неправда. У него нормально роялей. Без роялей нет музыки. Душа не поет.

Могут сказать, что Артем на флибустьером сильно обижается, в своих книжках их всех по именам глистов называет. Ну и что? Смешно же. В нормальной книжке назвать глиста флибустьерским именем, это здорово. Тут фантазия, понимать надо. Как и со специями. Или работа с ци. То есть, у Артема всегда есть цигун. Гун - это работа. А ци - она же везде есть. В воздухе, в воде, в земле, в ГГ и не в ГГ. Во всем.

И тень есть от ци. И круги силы. И уровни. И атрибуты. И с наполнением там все ок.

А с философией у Артема не получается. Ну, какая там философия может быть? Правильно, нафиг не нужна. У него в боевку хорошо заходит. И истории интересные. А философия так себе.

И потом, юмор у Артема правильный, настоящий. Смешной, короче.

Поэтому так, подытожу.

Пишите как Каменистый. И мы вас читать будем. Не пишите как Достоевский. Ну его, нафиг. Скучно.

Те и другие

Как только у автора возникают трудности с реализацией задуманного, на голову Главного падает рояль. Всегда остается надежда, что это его не убьет, а сделает крепче. Чем чаще рояли, тем больше роялти.

Рояли бывают разных фирм, разных расцветок и разного размера. Герои, как правило, крепкие, молодые, достойные. Композиторы среди них встречаются редко. Музыкантов - немного, но они есть. И это - радует.

Современный автор не ищет легких путей, он их торит, как тропинку по целине, продавливая и откидывая, утаптывая и двигаясь только вперед. После прохождения, остается готовая к употреблению тропинка. Чаще всего, эта тропинка соединяет две крайних точки по кратчайшему расстоянию.

Читать про унылую жизнь не хочется никому. И это остается справедливым по отношению к любому жанру и любой теме произведения. Но, что мы знаем про светлую жизнь? Про светлую жизнь мы знаем немногое. Предполагаем, что она есть, и это очевидно. Пьем светлое, светлеем лицом и думаем светлые думы. А на головы нам скидывают рояли и надеются, что это нас не убьет, а сделает крепче.

Будем надеяться и мы. Лично я предпочитаю большие белые концертные рояли, но в связи с некоторой дороговизной сих инструментов, закидываю своего Главного оркестровыми конфетками. Батончики летят тяжело, Рачьи шейки крутятся и только ириски движутся быстро и попадают точно.

Две претензии, которые звучат попеременно.

- Да, вы задолбали уже с этой вашей "настоящей" литературой!

- Нет, это вы задолбали всех вашей бесконечной жевательной резиной!

Как сказал один замечательный поэт:

- Ошибаются те и другие...

Марк Твен: «Пишите бесплатно, пока кто-то не предложит вам денег; если в течение трех лет этого не произойдет, значит, ваше призвание — пилить деревья».

Большие сиськи в профиль

— Сейчас мы будем обедать, любезный друг; только не забудьте, что сегодня пятница, а в такие дни я не только не ем мяса, но не смею даже глядеть на него. Если вы согласны довольствоваться моим обедом, то он будет состоять из вареных тетрагонов и плодов.

— Что вы подразумеваете под тетрагонами? — с беспокойством спросил д'Артаньян.

— Я подразумеваю шпинат, — ответил Арамис. — Но для вас я добавлю к обеду яйца, что составляет существенное нарушение правил, ибо яйца порождают цыпленка и, следовательно, являются мясом.

— Не слишком роскошное пиршество, но ради вашего общества я пойду на это.

— Благодарю вас за жертву, — сказал Арамис, — и если она не принесет пользы вашему телу, то, без сомнения, будет полезна вашей душе.

Я честно, ребята, оф... оч... удивился!

Каждую минуту появляется на сайте еще одна горячая новинка!

Каждую минуту!

60 в час!

1500 в сутки!

45 000 в месяц!

540 000 в год!

О, я одну книгу пишу год. Ну, могу быстрее, пусть два месяца. И че? А то, что моя новая книга будет одной из 90 000 в лучшем случае.)))

Я понял.)

Когда из кучи слез, слов, человеческих судеб и надежд, из всей этой мешанины текстов фокалов, вдруг взлетает красная ракета, она будет с Очень Большими Сиськами. И Большим Сердцем.

Дмитрий и его брат Лжедмитрий

Вчера, определенно, был международный день хомячка.

Погода у нас испортилась, у многих обнаружилась внезапная метеочувствительность, с высоким давлением, кровотечениями из носа, слабостью, тошнотностью, головной и сердечной болью. Поэтому, вечер у меня был насыщенный и яркий. Выходя из аптеки с фурациллиновой мазью, крайне необходимой для передней тампонады носа, я обнаружил на железной площадке перед аптекой какого-то мужичка. Аптека располагалась на втором этаже, в торце здания. Чтобы добраться до фурациллиновой мази, нужно было подняться по железной лестнице, а чтобы выйти, соответственно, спустится. А на площадке меня поджидал первый кровожадный хомячок этого длинного вечера.

Меня тут же обматерили, тупо, нескладно, не в рифму, а я стал односложно извиняться и попутно оценивать ситуацию. Была странность одна, при всем том оре и мате, за рукав куртки меня не хватали и не толкали, как это обычно бывает, дальше слов ничего никуда не двигалось. Поэтому, я терпел и извинялся. Пока мне не сообщили, что меня "извиняют наху*".

Вообще-то, я за свою жизнь получал самое разное образование и в самых неожиданных местах, в том числе и на улице, не в самом благополучном районе. И хотя по мне не скажешь, что я могу ударить постороннего человека без лишних слов, но так оно и есть. И хомяк этот немного пьяный стоял очень хорошо, размахивая руками как попало, но не прикрывая ни печени, ни подбородка, и удар с левой у меня поставлен и куда сильнее удара с правой, и хомяков я с детства не люблю, но я проглотил это его "извиняю наху*", потому что, краем глаза со второго этажа заметил ментовской патрульный корабль, притаившийся в темноте прямо под железной площадкой, и внутренний голос мне сказал, что "вот это жужу - оно неспроста".

Пару раз я оглядывался, пока шел к ЛОР-отделению республиканской больницы, и в последний раз увидел, что хомячок благополучно спустился с лестницы и благополучно сел в машину ППС. И я подумал, что все-таки хорошо, что мне уже не тридцать пять, и я не такой резвый, как раньше. Потому что, это удовольствие обошлось бы мне минимум в триста баксов, а там, может и до двух-трех штук зелени меня могли бы натянуть. А КыСы у меня нет, но есть мама, которой нужно помогать. Лишних денег, короче, нет.

Так или иначе, решив разные проблемы вечера, я вернулся домой и чтобы отвлечься, стал просматривать посты АТ. Хотелось умного, интересного, творческого, но попадались совершенно другие. День зимнего хомяка и не думал заканчиваться.

Под постом "Автор запретил комментировать произведение" меня обругали, несколько раз кинули в игнор, удалили мои комментарии. И в этом есть своя ирония, потому что, обсуждали как раз злобных авторов, которые нехорошо поступают, когда запрещают комментирование и за любое слово кидают в игнор-лист.

Были и еще посты, разные, но я нашел этот Как я учился на курсах Дмитрия Вишневского от Андрей "Прол" Пономарев.

Пост начинался с

Как вы мне уже надоели своими тупыми воплями о курсах Вишневского для писателей. Рассказываю свой личный опыт.

И он очень подробно стал рассказывать о своем личном опыте. Интересно рассказывал.

Я предупредил, что в назначении платежа напишу "Slava Ukraine!"

Я его зауважал. Но если бы вместо этой фразы, он отправил банковский перевод в Россию со словами "Смерть врагам!" я бы его зауважал еще больше. В этой фразе патриотизма больше, да и смелости, настоящей, мужской, много.

Но закончил он вполне шаблонно:

Итог.

Всего пять занятий курсов Дмитрия Вишневского дали мне конкретные приёмы, как правильно писать первую главу, название, описывать персонажа. Во-вторых, параллельно с курсами Дима тут же помогал курсантам запускать их книжки на АТ и ЛН. В-третьих, некоторые курсанты оплачивали дополнительные групповые и индивидуальные занятия, и я восхищён как Дима успевал всё делать по времени.

Вывод.

Все те, кто пишут на АТ пургу о курсах Вишневского – жалкие ничтожные личности, которые нихрена не знают, а свою сочную аналитику извлекают из тины своих ржавых мозгов.

Я специально подчеркнул эту фразу. Она так или иначе присутствует в любых постах учеников о курсах Дмитрия Вишневского. Есть аналог этой фразы во всех постах от не учеников Дмитрия Вишневского. Ну и хамства хватает. Что с одной стороны, что с другой.

И это напомнило об одной давней истории. Был такой Дмитрий во времена Бориса, который утверждал, что он - Дмитрий, царь природный. Его потом еще стали звать Лжедмитрием, хотя он все-таки стал царем, после смерти Бориса. Правил, правда, недолго, отравили. Был он Дмитрием, не был - мнения разделились еще тогда. Поэтому, вполне нормальные, адекватные по-своему времени люди сражались друг с другом, чтобы выяснить чья правда крепче. Многих тогда поубивали. А история все повторяется и повторяется. Царь или псарь, во всех вариантах.

Но тут, я пересекся с Мари Пяткина. Мы с ней вечно встречаемся в странных местах и регулярно на поле брани. Она умеет трындеть красиво. Приятно слушать. Я стал постепенно оттаивать и настраиваться на рабочий лад, но пришел еще один писатель. Максим Майнер

Ненависть раба к свободному человеку - это очень сильное чувство...

Эти ребята очень любят цитировать, но никак не хотят соотносить себя с этой цитатой иначе, чем "свободные люди" это Дмитрий, царь и его верные бояре. Под рабами подразумеваются остальные. То есть, царь или псарь. Если ты - царь, ты не псарь. И наоборот.

Художника обидеть может каждый. А в день хомяка это должно случаться чаще, чем обычно. Что, собственно, и случилось. Меня вполне справедливо тыкнули носом в мою безграмотность и дали непрошеный совет. Ученики Дмитрия перенимают зачастую не только писательскую науку, но и манеры своего учителя. Ну, я человек любопытный. Полез знакомиться с творчеством писателя, отучившегося у самого Вишневского.

Язык у него оказался хороший, сюжет есть, динамика прослеживается. Все, как завещал Великий Гуру. Описывается ситуация, многим знакомая.

Большая и молчаливая очередь, кассирша, перед ней стоит качок и качает права, предъявляя испорченный товар и требуя возмещение морального ущерба. Охрана не вмешивается, словно ее и нет. Герой стоит в очереди и строит из себя интеллигентного человека, который не хочет влезать в неприятности. Несколько абзацев посвящено этому моральному терзанию самого себя. (В психологии это называется вытеснением, с последующей проработкой психотравмирующего события). Герой, в отличии от реальной жизни, решается и вмешивается в конфликт. Дальше его естественно бьют, вытаскивают на парковку, где продолжают бить и начинают грабить.

И вот тут выясняется, что у Героя есть многоцветный ошейник и он может ого-го чего. Ну, кому стало интересно, тот дальше сам. Дальше там сказка.

Я чувствую во всем этом злую иронию. Сильно много параллелей, между тем, что творится в реальности и тем, что творится в голове писателей, о чем они размышляют в своих блогах и что хотят и готовы сделать, чтобы стать успешным писателем. Почему-то уверен, что размышления в очереди, это Максим Майнер, а многоцветный ошейник, это уже благоприобретенное.

А меня мучит вопрос, а был ли Дмитрий, который Лжедмитрий, настоящим Дмитрием или настоящим Лжедмитрием? И еще один вопрос, а что я буду делать лет эдак через десять-пятнадцать с реальными хомячками в не придуманной жизни? Здесь, на этом сайте, хоть отбрехаться можно.

Философия расставания

Однажды меня удивили. Не тем, что сняли подписку на мои почеркушки, а тем, что отправили в игнор. Вроде, общались нормально, трындели и ничего такого не было. Но - факт. Если бы меня не поставили в игнор, я бы этот факт, даже не заметил. Ну и не отзеркалил бы действия.

Вот, закройте глаза и назовите точное число ваших друзей и подписчиков. Да, это о характере. Кто-то назовет, а кто-то нет.

Нет, сам игнор меня мало волнует. И я отправлял и меня отправляли. Ничего такого. Люди разные бывают. И обижаются на разное-всякое.

Помню, Анаграмма на меня обиделась за то, что я ей сказал, что ее нарисованные фигурки похожи на колобки в треугольнике. Я как раз пообщался Марикой по поводу рисунка с птицей-конем. Она попробовала своего мозгоклюя представить как изящное решение вопроса, я не согласился, и тогда она меня спросила, в какую геометрическую фигуру я хочу вставить этого неведомого ей коня-птицу.

Большая Рисовая Книга Заклинаний обиделась на меня за то, что я стал смеяться над его творческим ананизмом с японскими девочками на развороте. Еще один чудак отправил меня в игнор за рецензию. Ну, бывает. Меня это только позабавило.

А тут, огородное растение хрен, выросший на месте эндемического кактуса всего за одну ночь. Удивительно, да?

Магия, не то слово, волшебство.

Голуби Мира

Летят Два Голубя Мира. Молодой и продвинутый в годах. Белый и, наоборот, серый и грязный.

Молодой машет крыльями и ноет.

- Ыыыы. Куды-ы, мы все время летыым. Ыыым. Чего нам дома не седыыытсяяя. Я устаал.

Продвинутый молчит, машет и машет, крепится.

- Я пыыыть хочууу...

- А я тебе говорил не пей из этой лужи возле химкомбината? А ты?

- А я ысты хочууу...

- А я тебе говорил - не жри сарацинское, в зобу перехватит? Говорил!

- Хватыт. Я уста-ал. Нэ хо-чу-уу лета-ат...

- А я тебе говорил - не лезь в этот спорт высоких достижений?

- КыСы хочу-у-ууу...

- Там полно чубатых, хохлатых, мохнатых и богатых.

- Последних - хочу-у-у...

- Я, - махнул крылом, - тебе, - еще раз махнул, - кни-мах-гу-мах-сво-мах-ююю.

Четыре маха, дикая скорость.

- По-да-рюююююю.

- А?

- Рюююю!!!

- АхНахАх... Че? Про че?

- Про жи-сть... Пы... Ды... Рююююююю...

Нахахнахахнах. Догоняет.

- А полетели Вишню клевать?

- Кислая. Сочная. Пьяная. Лучше найдет тебя Тычера.

- Полетели. Не надо мне. У меня фьючер есть.

Тем временем, в детском саду номер 54, в старшей группе разучивали стихотворение к утреннику.

Плещет волна, лижет пятки, Ты лежишь, словно овощ на грядке. Вся такая спелая, загорелая, Как дочь далекой республики Чад.

Чайки кричат, ревет транзистор, Льется пиво рекой из канистр. Все такие сытые и умытые, Друг на друга лениво глядят.

Припев: Майский жаркий день, учиться в школе лень И все бегут на пляж, Здесь и теплей, и веселей. Здесь можно поиграть, Поесть, попить, поспать, и даже потанцевать, Вдали от пап, от мам и учителей.

Ты закурить вдруг попросила И в душе моей все забурлило. Потом мы целовались и не расставались, А наутро загорали опять.

Тут подошли два африканца, Достали модные джинсы из ранца. Все такие синие и красивые, Что ты не в силах была устоять.

Припев: Майский жаркий день, учиться в школе лень И все бегут на пляж, Здесь и теплей, и веселей. Здесь можно поиграть, Поесть, попить, поспать, и даже потанцевать, Вдали от пап, от мам и учителей.

Проигрыш.

Наша любовь была прекрасна, Но прождал я весь вечер напрасно. Ты такая новая, вся джинсовая Танцевала с республикой Чад.

На будущий год буду умнее, Я захвачу десяток джинсов помоднее. Намажусь гуталином, пройдусь павлином И поймаю твой ласковый взгляд.

Припев: О-о-о, о-о-о, о-о-о-о. Здесь и теплей и веселей, О-о-о, о-о-о, о-о-о-о. Вдали от пап, от мам и учителей.

Плещет волна, лижет пятки, Ты лежишь, словно овощ на грядке. Вся такая зрелая, загорелая, Как дочь далекой республики Чад.

Чайки кричат, ревет транзистор, Льется пиво рекой из канистр. Все такие сытые и умытые, Друг на друга лениво глядят, Глядят...

(из раннего) Владимир Кузьмин

Кроме этого, происходят выборы. Выбирают тех, кто из лонгов станет Пугачевой, Малаховым и Петросяном. Победил Демид Пугачев, Костик Эр и Виолетта Три Билета. Яна и Марианна заплакали, Лена прикусила губу и злыми глазами стала смотреть на Виолетту. Аня раскачивалась на стуле и рисовала голубей мира.

И только Дима, который не попал в лонгов, из дальнего угла презрительно посматривал на собрание. Над его головой раскачивался наспех пришитый к шторе серебряный месяц пара мелких звезд. Дима знал, что всю жизнь его будут окружать лохи и неудачники. Поэтому, он разрабатывал свой первый план золотой прокачки месяца. Как всегда, успешный.

Федор Михайлович

К Федору Михайловичу с возрастом пришло творческое бессилие. Иногда так случается и, вообще-то, довольно обычное это дело. Но Федор Михайлович ничего такого не ждал. То есть, с ним такое случилось в первый раз и совершенно неожиданно. Проснулся он однажды утром и почувствовал.

А утро было хмарым, и небо низким. И шел снег.

Снег шел нудно и давно, как марафонец на дистанции, только что, не задыхаясь, сыпал и сыпал мелкой и желтоватой крупой под ноги людям и на головы людям. Где и расползался, словно впитываясь в нутро человека и нутро земли. Скользил тонкими струйками по тротуару, стекал за воротник, сползал с болоньи и капал, капал, капал.

Китайцы, известные древней мудростью своей цивилизации, наблюдая за природой и ощущая в себе потребность выразить свои ощущения, придумали пытку для человека. При помощи простой и холодной капли, которая капала на голову и постепенно напитывала влагой мозги. Мозги, напитанные влагой, прорастали и человек, постепенно, превращался в дерево, которое по весне покрывалось свежей зеленой листвой, успев и расцвести и сбросить на землю лепестки, и покачать ветвями под ветром, и потрясти ими под небом и небу.

Сколько раз убеждался. В воздухе витает пыль, что цветочная, что земляная. Что событий, что явлений, что мыслей. И сколько не протирай поверхности тряпочкой, тонкий слой серебра лежит на всем.

Федор Михайлович испытывал безразличие к сельскому хозяйствованию, не испытывал трепета к березкам, не чувствовал связи между своей жизнью и полем. Любил он ячмень и колос, предпочитал его всем остальным сортам и мог пить, как теплым, так и охлажденным, что с креветками, что с рыбой, что с сухариками, что просто так, без изысков.

Так вот, встал с утра пораньше и перед работой Федор Михайлович, посмотрел на всю эту мракоту и хмарость, и почувствовал, что никакого колоса ему уже не хочется. Совсем никакого. Почувствовал, что ему так многого уже не хочется, что проще перечислить вслух то, что осталось. Естественно, Федор Михайлович задумался.

- Сволочи... лучше бы каленным железом, чем так...

Снизу поддувало. Холодило оголенные икры, поглаживало искусственный мех тапочек, закручивало штопором тоненькие нитки воздуха и свивало их в кольца. Цепочки окольцованного пространства тускло мерцали. Небо нависало и ощутимо давило на затылок. Где-то там, в глубине, появлялись и исчезали короткие и злые росчерки иероглифов и отдельных букв, рассыпающихся в кашу, истаивающих образов и непонятно кому нужных смыслов.

И нужно было идти чистить зубы, шкрябать тупой лопатой по щекам, взбивать и смывать пену, брызгать удушливым одеколоном и хлопать, хлопотать, похлепывать. Очень было нужно. Но - не хотелось. Не хотелось, хлебать и прихлебывать. Собираться и уматывать. И мотать, и сматывать, и ждать.

- Человек вам не дерево... Его распиливать не нужно... Не нужно его шкрябать... Каленным железом. И ноздри...

Так думал Федор Михайлович и стоял у окна. И никуда не двигался. А на улице шел снег и шли люди. И снег капал им на шапки и под ноги. И стекал. Как кровь и мысль.

По стеклам окна и по отражению Федора Михайловича текли редкие капли снега, и теплые капли из глаз, размывая дорожки, скапливались на раме и подоконнике, капали на тротуары и зашиворот.

А в доме было тихо.

Тихо.

Стеклянный меч меченосцев

В Союзе играли много. Традиция, которая передается из поколения в поколение. Передавалась. Из рук в руки. Из головы в голову.

Фанты. Буримэ. Штосс.

Даже названия будят воображение. И чувствуется век пара и ленивый перестук "пьяной" пролетки.

Постепенно все вырождается до игр в Города.

Здесь должны быть видео-тики.

Джамбул.

Там - моя мама.

Есть и более интеллектуальные варианты. Вот, к примеру:

Рассказы написаны в рамках игры "Сообразим на троих!" в Стеклянном тире Джованни Медичи.

Условия игры здесь: https://author.today/post/136836

типа, задание, выбрать фразу из предложенных, и вставить ее в рассказ. Мне понравилась только одна, а их там... много.

Вот эта фраза:

На крайняк всегда можно выбрать кубиком.Мы с товарищем однажды создали свою "монополию", затем нарисовали ее, наделали карточек, фишек, бабок и играли, как черти на сковородке играют на банжо. Игра казалась, куда круче и правила, куда более четкими, чем то, что предлагалось в ларке. В банке и казино всегда можно было на крайняк выбрать кубиком.)

В последнее время я увлекся чтением околовосточных романов про прорыв сквозь врата и собирание внутренних звезд в полноценные созвездия. И если Михаил Игнатов с его романами меня впечатлил, то несколько кАлек с этой же идеи заставили смеяться во весь голос. Ну, фандопы там по-настоящему фантастические. Хрен с ней, с философией.

Еще, я много читал в последнее время про аквариумных рыбок. Да-да, широк кругозор и неискоренимо любопытство.

И еще, некоторые читатели моего романа стали мне писать. Интересные вещи пишут. В Узбекистане, оказывается, еще при Союзе находили человекообразных муравьев. Как обычно, все засекретили, останки гуманоидных мурашей вывезли и перепрятали, но сам факт - есть.

Еще, в далекой от Абры стороне, на обеих Америках, среди туземного населения распространены байки о тех же самых человекоподобных муравьях, которые не раз спасали те или иные народности в древности от гибели. Делились жрачкой, участвовали в сражениях. Индейцы Аризоны подтверждают, что описания данные в книжке и описания дошедшие к ним из глубины веков в общем совпадают. Некоторые частности отличаются. Но так и должно было быть.

Из головы

16 авторских листов текста, который нельзя написать "из головы".

Прочел я в одном из постов от Вадим Нестеров aka Сергей Волчок.

Тем самым, он хотел подчеркнуть значимость, сделанной им работы. И работа, действительно, не проходная. Ну, мне так показалось.

Книга закончена, или Немного о перспективах

https://author.today/work/99947

Но все равно, что-то меня царапало в этой фразе. Наверное то, что документальную прозу просто невозможно написать без документов эпохи, без знания предмета, без, пусть даже поверхностного, но владения темой. Я легко могу представить себе эти двадцатые годы, опираясь на то, что слышал и запомнил, что прочитал и забыл, что увидел и чем впечатлился. Явно это будет "из головы" и явно это будет не "документальная" проза. Наверное, трудно собирать вместе из разрозненных документов цельный и объемный образ того времени. Скорее всего, так оно и есть. Только и "из головы" собирать мир не так уж легко и не так, уж, плохо.

В любом случае, каждый из нас носит в своей голове одну из версий альтернативной истории. Где то, что известно одним, абсолютно не знакомо другим, и не учитывается в картине мира третьими.

Все эти бесконечные, яростные, исторические срачи базируются на собственном опыте и истории семьи, больше, чем на каких бы то ни было документах эпохи. Тем более, что любые документы можно трактовать по-разному. Как и любую книгу.

Люди, вообще, воспринимают зачастую нормально только то, что и так знают. А чего не знают, люди часто и знать не хотят.

Как говорила моя бабушка:

Хоть ссы в глаза - все равно божья роса.

С удовольствием поздравляю Вадим Нестеров aka Сергей Волчок с завершением первой части документальной повести о двадцатых годах прошлого века. Это стоит прочесть. Я так думаю!

Ясность и завершенность

Ясности, завершенности и легкости повествования.

Ясность.

Вокруг меня же пылали призрачными звездами шесть ураганов. Каждый из них был своего цвета, что символизировали свою стихию. А еще эти голоса, они звали и манили меня к себе. Особенно четко мне было слышно бурный как само пламя, это был голос стихии огня. Его мог заглушить только раскаты горного обвала. так в моем сознании был слышен голос матушки земли.

Не мое, но популярное произведение. Ясность видите?

Завершенность.

Уолтер еще помнил, как два года назад, сойдя с корабля, он стоял посреди порта, одетый в изысканного кроя черное пальто, сковывающее движения. Он стоял и смотрел по сторонам, прибывший в город столичный аристократ, еще не забывший о том, что нужно соблюдать все возможные церемониалы и что воротнички на рубашках каждое утро должны быть накрахмалены так, чтобы о них можно было порезаться. Уолтер еще не сбросил маску презрительного высокомерия, а горящих восторгом глаз никто не мог заметить под очками.

Тоже, не мое. Завершенность чувствуете?

Легкость повествования. Берем на выбор любого топа. Честно, первого попавшегося.

https://author.today/work/42665

вот первое из рекомендуемого АТ. Оцените начало на легкость повествования. Если можете, поделитесь ощущением.

А мое можно почитать у меня на странице.

Ой, мороз

Последнее время, люди вокруг меня живут странными идеями, продуцируют интересные фантазии и взахлеб рассказывают о прошлом так, словно живут в нем сейчас, не вылезая в реальность.

Мы перестали лазить в окна к любимым...

Отец любил развлекать гостей.

Было это еще в те времена, когда гости приходили просто так, а не чтобы проведать и вручить конверт на день рождения.

Время такое было, любили петь и жить, широко открывая рот.

Так вот, отец любил развлекать и удивлять. Уходил на кухню, через какое-то время выходил из спальной комнаты и снова на кухню. Пока пьяные гости, сквозь очередную тягучую и грустную песню, не обращали внимание на некоторую странность появлений и исчезновений хозяина дома. И сначала эта странность не отдуплялась в сознании, а просто морщила лоб и вопрошала "как это так?"

Вот и сейчас сижу и думаю. А как так-то? Нормально же сидим. Пишем. Общаемся. Конверты друг другу передаем. Типа, стесняемся передавать деньги не завернутые в бумажку. Не поем, но и хрань бы с ним, с этим горловым пением. Не буряты. А чего-то постоянно не хватает.

Украл. Выпил. В тюрьму. Романтика.

О, точно. Где романтика?

Герои наших книг через одного нагибаторы и пользователи с ограниченным лексиконом. Через другого, геймеры с большим стажем и бояре с невъ*бенными возможностями для духовного роста.

А где романтика?

А ее нету. И не надо. Попробуем удивить друг друга. Ну.

Лексикон

Плохо иметь большой. Маленький тоже плохо. Но если у тебя большой лексикон (набор слов) и ты пишешь книжки, это куда хуже чем, когда у тебя маленький набор и ты книжки не пишешь. Даже детские. Даже немного и тайком.

Люди узнают друг друга по определенным словосочетаниям. И если через слово приходится спрашивать:

— А это что, вообще, такое? — то это нехорошо сказывается на понимании.

А все непонятное заставляет напрягаться, словно ты снова в школе и по-новой учишь письмо Татьяны или гибридизацию орбиталей в сложной молекуле непонятно откуда взявшегося вещества.

Люди читают книжки не мозгом. Отнюдь. Мозгом люди думают.

Можно не сомневаться, что если в книге обыгрывается фраза из звездных войн, то автору чуть за тридцать. То есть, в голове у каждого читателя живут-поживают яркие образы и герои прошлых видосиков. Они в этой голове появляются, крепнут и благополучно умирают. С образами из книг чуть похуже, но примерная схема та же.

Иногда мне кажется, что мы переписываем Войну и Мир графа Толстого и надеемся, что нам повезет. Что именно нам-то и повезет. Что именно мы-то и напишем. А иногда — не кажется.

Ведь, раньше гордились тем, что могут написать одно предложение на половину страницы, ни разу не повторив, ни одного слова. А сейчас гордятся тем, что из раза в раз повторяют слова статус, школа, продажи, менеджер, угрюмость пять и мрачность восемнадцать.

Большая группа современных писателей бросила перепечатывать Войну и Мир, и таки взялась за Гоголя. Жизнь все мрачнее и мрачнее, и все чаще поворачивается к человечеству волосатой задницей. Но надежда пока есть. Пусть и не в каждой книжке и не всегда четкая. Есть.

Да, я же про объем активного словаря. Запомните, нафиг не нужен. И уже никогда не понадобится. Забудьте.

Жаба на рояле

Не знаю почему, но флешь-моб вызывает у меня видение крупной, пупырчатой жабы. Желтенькой.

Казалось бы.

Однако ж.

Интересно, от этого бородавки бывают?

Нет, каких-то особенных чувств от жабьего царства я не испытываю. Безразличен я к жабам. Зато к лягушкам не безразличен. К царевнам испытываю патологическую страсть. Борюсь, но испытываю.

Ассоциативное мышление, невзирая на свою безусловную полезность и (или) эффективность, имеет и свои недостатки. Это — одно из них. Цепочка от Пале—Рояля и брелок в виде флешки и мобильного телефона. Жаба, величиной с Останкинскую башню. Внутри жабы сидит, горюет красна девица. Красна она из-за загара. Только прилетела с Мальдив, привезла новый штамм королевского вируса. За что ее и посадили. А жаба — это уже ее выбор.

Выбор всегда очевиден. Жаль, но часто и выбирать не из чего.

Понял я, однажды, что на миру и смерть красна. В смысле, девица с косой.

Флеш-стрит-моб-рояль. И мы не одиноки во Вселенной. Сука. как же нас много во вселенной-то.

Всем писателям могу порекомендовать один отличный метод. Даже, если сразу не получится, он все равно будет работать. Когда вы занимаетесь редактированием или созданием своего мира, представьте себе следующую ситуацию: Вы выходите на сцену, под свет прожекторов. Зал заполнен школьниками старших классов. Ладно, целевую аудиторию можно выбирать. Выбирайте. Можно зеков с татушками, можно аспирантов с прессингом. Вы начинаете читать со сцены свое произведение. Вау.

Ой, нет. Школьники пришли с распродажи осенних помидоров. Зеленые, жесткие, круглые. Полные пакеты.

Эй, что вы делаете? Зачем кидаете? Мамка ругать будет! Перестаньте.

Слева ржут кони, справа кто-то соплив, хмыкает и шкваркает носом. Зал выдыхает и встает на уши. Жара. Кажется, прожектор не солнце. Но именно под прожектором можно сгореть до черной корки только что испеченного хлеба. И думаешь только об одном:

— Нафиг я сегодня костюм одел. Черный. А платок — не взял. Вот, как так-то?

При всем этом — именно на вас будут смотреть сотни глаз. Веселых, грустных, честных, насмешливых, любопытных. Вам нельзя их обмануть. Нельзя разбить их надежды. Нужно дать им то, что вы можете им дать. Свою песню и свою душу. Несколько раз вас просто порвет на кусочки. Но таким образом вы поймете о чем хотите рассказать. Раз и навсегда.

Что вы скажете своей жабе? Потерпи милая, еще двадцать три страницы осталось?

Какого дьявола или день красного воскресения

Несколько дней назад ко мне в личку ткнулся неизвестный мне писатель.

— Доброго времени суток) я написал свою первую книгу и был бы рад, если б ее прочли) уверен, она понравится. Заранее, благодарю))) И буду рад Вашему мнению)))

Ну, все мы писали свою первую книгу. И все мы хотели, чтоб ее прочли. И все были уверены, что она понравится.

Из аннотации:

Соб родился в Аду и был прилежным сыном. Его отец Люцифер, а мать Лили ждали его становления. Ведь теперь их сын сможет полноправно пойти по стопам отца. Соб ждал этого дня и он должен был настать завтра. Но, на первый взгляд, случайные обстоятельства меняют всё. Крик души, который всё время сдерживал Соб тянет его туда, куда лежит его путь. Путь, который напрямую связан с его мечтами и амбициями, а ни с чужими порядками...

Из книги:

Я никогда ни о чем не сожалел... сожаление- это роскошь, которую не может позволить себе будущий наследник абсолютной власти в Аду... Сожаления о былых ошибках тяготили демонов, хотя они этого и не признавали. Я как представитель нового поколения никогда не понимал этого.

Я, как представитель своего поколения, сожалею, что геморрой не лечится.

Ну. Не у всех получается взлететь с первого же раза. И залететь, тоже. Не всем нравится твоя первая книжка. И вторая — не всем. И восемнадцатая — далеко не всем. А главное — мне это все, тоже, не нравится.

Из другой аннотации:

Добро пожаловать на испытание. Ты здесь никто. Ты ничтожество, ты ноль, ты ни на что не годный комок мяса и костей. Лакомый корм для антагонистов и тех, кому повезло на старте. Смысл твоего никчемного существования — побыстрее сдохнуть.

Тот же ад, только чуть-чуть в профиль. Демоны, тоже люди. И ангелы, и эльфы с орками. Любой человек — гном и черт. Мертвая пехота. Книга первая. Крах. Легион. Книга вторая. Смерть. Пи*дец. Третья книжка серии. Всем.

Если долго уговаривать человека, он однажды поверит. И станет. И его не станет. И не останется ничего. Будет вечно сиять золотая и мелкая пыль.

Лысый

Духовной жаждою томим, В пустыне мрачной я влачился, И шестикрылый серафим На перепутье мне явился. Перстами легкими как сон Моих зениц коснулся он:

А. С. Пушкин

Хмурый, небритый мужик, в разодранном на лоскуты ватнике, одетом прямо так, на голое тело, в видавших разные виды и видавших их, виды, в самых разнообразных, активно совокупляющихся позах, в лоснящихся и затасканных штанах, типа, джинсы, майд ин чайна таун, далеко не первой свежести, в подвязанных для надежности, в несколько слоев, грязными тряпками, ботасах, тяжело оперся на суковатую палку и внимательно осмотрел местность своим единственным, нормально функционирующим глазом. Второй глаз, капитально заплывший, выглядывал сквозь толстую разноцветную складку, как солнце, сквозь низкую облачность, и видел недалеко и плохо.

До багрового, мрачного, густого и невысокого леса было рукой подать. В смысле, легко доплюнуть. Солнце жарило, как в самом мрачном и убогом аду, и парило, высоко над головой у этого самого мужика, густо сбрасывая с себя лучи света, отдававших откровенно зеленым, хотя, скорее салатовым оттенком свежей, весенней листвы.

Из большой, брезентовой сумки, поковырявшись для прилия пару минут, мужик достал тонкий, носовой платок и с хорошо различимым удовольствием, широким, размашистым движением протер несколько раз обширную лысину на голове. После чего, аккуратно его расправил и накрыл им свою многострадальную голову, чтобы не так напекало. Мужик еще раз огляделся.

Многозначительно хмыкнув после проведенного исследования, мужик снова залез в сумку и вытащил из нее двухсотграммовый бутылек. Он поднес его почти к носу и, прищурившись, медленно, по слогам, сипящим от напряжения голосом, прочел надпись на этикетке. Вслух.

— Спирт-това-я нас-той-ка си-бир-ско-га бо-я-рышни- кА...

Мужик хмыкнул и несколько раз, от полноты чуйств, удивленно покрутил головой из стороны в сторону. Как бы удивляясь обнаруженному несоответствию, между, только что, произнесенным названием и внутренним содержанием флакона.

— Суки-и-и, — просипел он сдавленно, — уже и боярку на слепухе фигачить начали. Твари-и-и...

Во время своего экспрессивного высказывания, не смотря на большие энергозатраты, мужик работал не только языком, но и руками, свинчивал с бутылька колпачек, подносил его к сизому носу и, как смог, глубоко втягивал густой и насыщенный запах из раскрытого флакона с настойкой.

— А пахнет спиртом... — проговорил он осуждающе не ведомо кому. — От же, су-у-у-ки-и... Везде наё*ывают. И чё делать? А? Чё теперь делать?

Сам себе кивнув, отчаянно махнув рукой, фигурально говоря и фактически, примирившись со злое*бучей злободневностью бытия, мужик выверенным движением запрокинул голову и присосался губами к содержимому флакона. Чтоб, так сказать, добить уставший организм до полной не кондиции. Но — не свезло. Ничего не изменилось.

— И на вкус похоже... нда...

Аккуратно навернув колпачок на опорожненный пузырек, уложив его для надежности в свою большую, полупустую сумку, мужик что-то совсем разнюнился. Беспрерывно шмыгая носом и вытирая трясущейся рукой слезящиеся глаза, мужик шепотом выкрикивал слова, ни к кому конкретно не обращаясь, как-то привычно и покорно, скороговоркой проговаривая всё сразу, чтобы сейчас, здесь, маленечко отпустило на вот такусенькую, минимально возможную величину. Чтоб стало легче.

— За что мне все это, Господи-и-и... За что?! Ведь как оно? Как? Птичка божия жы не знает! Ни заботы, ни труда!!! Если нужно — выпивает... если нужно — из ведра... Все пьют, Господи, все... А страдаю только я... один я... За что?! Можешь объяснить по-человечески, за что? Что я не так сделал? Что?

Птицы, даже самые помоечные, даже самые наглые и прожорливые, даже самые неказистые и обычные, не пели. И не летали. И куда-то исчезла большая городская свалка мусора. И птицы пропали. Как не было ничего. И разобранный картон исчез. И мешок с пластиковыми бутылками пропал пропадом. И эта странная, ржавая хрень, размером с батарею центрального отопления, тоже, пропала. Все, чем жил последнее время. Где кормился и обживался. Исчезло все. Остался только е*учий красный лес и е*буче зеленое солнце. И тишина.

У хороших людей

Я сижу на ее кровати и просто разговариваю. С этой совсем еще девчонкой. Ей уже девятнадцать. И у нее уже есть внематочная беременность. Была. Прошло всего пять дней. Всего пять дней, как ее прооперировали, а она уже вполне неплохо себя ощущает, шутит, болтает со мной о своей «болезни» и много улыбается.

Я не на много ее старше.

Может быть, именно поэтому наше общение вполне свободное, равное, на «ты». И я осознанно выбрал такую манеру общения. Чтобы она расслабилась, включила «поток сознания», чтобы я смог в непринужденной обстановке собрать историю ее болезни и жизни.

Поэтому, я задаю дурацкие вопросы: где училась, как училась, есть ли друзья, как познакомилась с мужем, кто он, где живете, любишь ли ты его, как отношения со свекровью складываются, нравится ли ей возиться с цветами, с животными, есть ли у нее любимые цвета.

И она рассказывает, рассказывает, рассказывает.

А я — слушаю.

Затем, аккуратно, подходим к интересующей меня теме. Когда почувствовала первый раз, что что-то не в порядке с тобой?

Да, вот, внезапно, стало тянуть, ныть.

Где?

Ну, вот здесь.

Ее глаза сами собой расширяются от воспоминаний. Я не спрашиваю было ли ей больно, я это вижу. Человека легко вернуть в прошлое. У каждого есть своя собственная машинка времени. Щелкаешь тумблером, пошло гудение и вибрация, пришел Образ. А с ним вкус, запахи, обстановка. Боль. Плечи сами собой поднимаются, кулачки сжимаются так, что пальцы белеют, губы пересыхают, дыхание учащается, сердце колотится так, что я его слышу без всякого фонендоскопа. И медленно, накатывая, начинается рассказ.

По мере повествования раскручиваясь, ускоряясь, переходя от прерывистой, с вдохами и длинными выдохами сквозь сжатые зубы, речи на почти невнятную скороговорку. Я абсолютно естественно попадаю в это ее пространство. Живу в нём вместе с ней, чувствую, переживаю.

«Муж вызвал скорую. Мы ее долго ждали. Я уже отчаялась. Думала, помру счас. А она все не едет и не едет».

Вместе с ней я жду не быструю «скорую». Вместе, получаю укол обезболивающего, сажусь в машину, еду в больницу, жду.

Сколько же ей пришлось ждать! Все это время вместе с ней жду и я.

Гинекологическое кресло, зеркало, мазки, анализы. Осмотр.

«Здесь больно? А здесь? А вот так? Так тоже не больно? Хорошо. Я сейчас вам выпишу назначения».

Похоже. Ага. Очень. Так похоже на кишечную колику, что я прям не знаю, что с этим миром не так. А на аппендицит — не похоже. Слава Богу, хоть так. Ага. В общем, нужно понаблюдать.

У меня в голове приживается отчетливое эхо. Дать. Дать. Ать.

Снова дома. Снова здорова. Лекарства употребляет регулярно, по часам, старается. Все как прописано.

Дать.

Состояние без видимых улучшений. Тянет — потянет. Но так — не болит.

Дать. Ать.

А потом — резко: так больно! В дугу. Мамочка. И температура. И бред. И снова «скорая». И больница. И на стол. А теперь — хорошо. Замечательно теперь. Я как родилась.

Угу. Заново ты родилась. А могла бы родить. Но - не судьба.

Поговорили...

После того, как она мне рассказала про то, как она теперь заживет, что будет делать, я улыбнулся и, попрощавшись, ушел. Нет, она мне очень понравилась. Хорошая девчонка. Это всегда видно.

Жизнерадостная, веселая, смешливая девочка. Легкий человек. Человек, с которым легко.

С трудом я добрался до ординаторской. Шел в слепую, с застывшей, выродившейся улыбкой на бритом лице.

Дать! Суки!!!

Разрыв трубы. Воспаление матки. Гнойный перитонит. Радикальная операция по спасению жизни. Все подчистую. И ведь спасли. А этот гавнюк - живой и здоровый. "Надо понаблюдать". И эта девочка жива.

Как? И кто? Ну, не могу я. Девятнадцать лет. Муж. Семья. Без я. И не будет. И уже никогда не будет. А у гавнюка — будет. И у меня — будет. Что ж это за жизнь такая?!

И плакать — не могу, только скрипеть. Если не можешь облегчить душу, нужно проверить-ся на яйца глист. Вот и проверюсь, все равно ничего другого, более-менее умного я не придумаю. А так хочется. Так, блин, хочется...

Ваниллион. Он или не он?

Благодаря Марике у меня сегодня появился первый клиент на рецензию. Но не задалось что-то. Странно, но любви не прикажешь. Люди могут полюбить косых, кривых и скособоченных, не обращая внимание на разного рода мелочи. А могут не полюбить. И опять же, за то, что кривой, косой и скособоченный не любить проще.

Буквально с первых строк я понял, что мне активно не нравится кое-что в произведении. Например, «юноша». Это слово автор использует часто, употребляя его, где только можно… или нельзя. Этим словом активно злоупотребляют авторы-женщины в своих романах и рассказах. Но в начале творческой карьеры. Видимо из-за уверенности, что «юноша» это такой аналог слова «девушка». Более или менее опытный автор знает, где собака зарылась, и старается избегать таких мест. Есть любопытное произведение «Кладбище домашних животных». Хорошо, что оно не о словоупотреблении, иначе его пришлось бы цитировать.

Вернусь к «юноше» и постараюсь сам для себя объяснить, почему «юноша» хуже «девушки». Девушка это статус и определенное положение. Еще не женщина, но уже и не девочка. С юношей все не так. Аналогом девушки является парень. Юноша предполагает воспитание и образование, хорошую семью, модную одежду и румянец во все щеки. С легким небритым пушком под носом и блеском наивных глаз над ним. Юноша – это определенный типаж и только он. Для мужского населения читателей этот юноша больше минус, чем плюс произведения. И чем чаще внутри текста встречается юноша и юноши, тем меньше хочется про такое читать. Потому что за этим словом стоит парень в белых перчатках из хорошей семьи и тютя во всем, что касается обычной жизни.

Жанр «темного фэнтези» предполагает некий темный оттенок текста. Мертвячии ритуалы, гной и г*вно слоями. Количество слоев зависит от фантазии автора и его внутренней мрачности. Чем меньше автор верит в Светлое Будущее Человечества, тем больше слоев гноя, крови и г*вна будет в его произведении. Но тут срабатывает мера таланта и определенный опыт. Опытный автор не будет вываливать тонны китайских удобрений посреди поля. Он их талантливо раскидает по всему тексту. Чтобы агрохимия текста могла перейти в химию отношений читатель-автор.

Я встречался со стражниками, как в жизни, так и в мирах иных. Это вполне себе обычные люди. Со своими колокольчиками в волосах и задавленными желаниями внутри тела. Каждый человек выполняет свою работу по-своему. И чем больше деталей характера в описании даже самого последнего и занюханного стражника автор сможет дать внутри своего «романа», тем меньше в читательской среде будет Станиславских. В темном фэнтези не обязательно ругаться матом и рычать на заключенных, проще сломать пару пальцев и выбить несколько зубов. Вообще, стражники при исполнении редко когда рычат, все больше говорят тихо и мрачно. И их слушают и слушаются. Потому что зубы и пальцы ни у кого лишними не бывают.

Читать дальше я не стал. Ну, не судьба.

Роман от Романа Р.

Советы от РР. Он успешный, топовый, эксклюзивный. С ним дружат: Роман Злотников, Артем Каменистый, Василий Маханенко, Сергей Шапин , Алекс Кош, Гедеон, Роман Прокофьев, Колесников Дмитрий Васильевич и Виталий Зыков. Скажи мне, кто твой друг...

Больше двадцати тыщ подписчиков. Высокий рейтинг.

Главный тезис: если хочешь научиться писать, надо писать.

Всё. На этом все тренинги в принципе можно заканчивать. Остальное частности...

1. Если ты новичок, то первое, что нужно сделать, это написать черновик (не финальную версию книги, а сырой черновик, первый вариант наброска книги).

Проходить что-то по литмастерству и даже читать книги по нему до того, как написал, особого смысла нет.

2. Как писать, вот простая рекомендация: Представьте, что вы собираете песочницу. То есть некий мир, который действует по придуманным правилам. Чтобы сюжет заработал, вам нужен герой, у которого есть какая-то цель, нужны другие люди, у которых есть свои цели, и нужен сеттинг, то есть окружающий мир, который живет по каким-то правилам. Пример их алхимика. Есть герой алхимик (у героя есть сила), в мире есть бесы (типа Росомахи из людей икс), есть ходоки, которые могут телепортироваться куда угодно. Сам факт появления в одном мире алхимика, который обладает необычной силой, бесов, которые могут регенерировать что угодно и ходоков, уже создаёт песочницу, в которой много чего интересного может произойти.

3. Как написали черновик, дайте ему отлежаться недели две. В это время начинайте писать вторую книгу. Ах да, на АТ, в плане коммерции, лучше всего заходят серии.

...Здесь многие новички жестко ошибаются. В случае первой книги у вас нет ничего. Ни дисциплины, ни опыта, ни знаний, ни понимания. Многие спешат побыстрее выложить, а потом происходит следующее: ой, я заболел, кошка обосралась, настроения не было, дела навалились, хер пинал, поэтому две неделю проду не выкладываю и что-то как-то не пишется. Схема простая: чем больше давления и стресса, тем меньше шансов что-то написать. Если вы спешите выложить побыстрее, то обеспечите себе стресс. Тем, что теперь НАДО будет выкладывать. Если у вас двадцать книг написано, то это не проблема. Если это первое детище, то вас это подрежет с большой долей вероятности. Поэтому, последовательность такая: Черновик, начало второй части, редактура черновика, выкладка того, что получилось. 4. Технические моменты Выкладывать надо регулярно. Можно в любое время, но регулярно, желательно два раза в неделю.

5. Для тех, кто прорвался через первую отсечку Первый этап - это первый и второй черновик. Вот когда они написаны, можно уже погрузиться во всякие книги по лит мастерству. Потому что у вас есть основа и на неё хорошо ляжет информация. Второй этап - считайте, что ваша задача написать серию.

Здесь почти тоже самое, но тоже есть нюансы. Нужно оптимизировать процесс работы. Нужно будет узнать, насколько хорошо вы пишите серии, хватает ли запала.

Проверить, как быстро пишете. Есть много хороших авторов, которые пишут медленно и это их большая проблема.

6. Как самообучаться Проблема всех тренингов (а я их когда-то собирал, да и сам тоже проводил, знаю, о чём говорю) в том, что информация там может быть хорошей, но просто послушать лектора - имеет коэффициент эффективности стремящийся к нулю.

...Постепенно формируется понимаете, что интересно, а что нет, как лучше подать текст, каких моментов избегать и так далее. Вы этому никогда не научитесь на тренингах. Такие темы осознаются сугубо на личном опыте. 8. Ещё технические моменты Я знаю, что многие страдают, пытаясь получить коммерческий статус на АТ. Но эй, если у вас с этим проблемы, то либо: - Текст уныл и скучен - Вы портачите с выкладкой, а значит у вас нет запаса текста - Вы слишком спешите

9. Послесловие Написал так кратко, как это было возможно. Сам подход в чём-то скучен и строится на методичной, последовательной работе.

Роман Романович

Теперь текст Алхимика. Первой и успешной книги в первой и успешной серии.

Черная пустошь простиралась, сколько видел глаз. Засохшая, потрескавшаяся земля. Она лежала, как кожа мертвеца. Если пойти к горизонту, то пейзаж не изменится. Если идти многие дни, то останется таким же, а то и хуже.

Мир умирал. Засуха многие года назад убивала урожаи тех, кто ещё надеялся выжить. Люди молили о дождях и они пришли. Кислота вместо воды добила то, что оставалось. Голод, болезни и войны за ресурсы выкосили остатки человечества.

Мужчина в темном плаще смотрел вдаль и думал, что люди сами виноваты в своих бедах. Именно они разрушили хрупкий мир. В гордыне своей не заметили, как тот рухнул.

Развернувшись, он зашагал в сторону хижины. Несколько лет назад он сам построил её. Когда похоронил последнего члена рода и отправился в изгнанье. Можно было и не уходить. В мертвом мире не так много разнообразия - новое убежище ничем не отличалось от предыдущего. Просто тогда хотелось уйти из тех мест, которые считал родными. Было особенно тяжело наблюдать за тем, как они окончательно погибли, как из них ушла жизнь.

Тот, кого называли надеждой семьи, опустился на колени. Худой и костлявый, с осунувшимся лицом, кругами под глазами, он был словно призрак. Плохая еда, да и то через раз...Суровые условия, одиночество, испытания...Всё это давно подкосило человеческое тело. Дрожащими пальцами мужчина принялся ощупывать выбитые собственноручно борозды на камне.

Он не знал, сколько ему точно лет. Невозможно считать, если один убогий день никак не отличаетсяот другого. Мужчина знал, что он должен быть молод. При этом он выглядел, как старик. Что поделать. Таков удел тех, кто доживает в умирающем мире. По правде говоря, назвать умирающим того, кто давно мертв – это излишний оптимизм.

Но таков уж был этот человек. Всю жизнь упрямился самой смерти, не хотел умирать. Хоронил других, защищал свой дом, постигал искусство в тщётных попытках найти решение. Он проник во многие тайны, но это стало бессмысленным.Нет никакого смысла, если ты остался один. Для продолжения рода людского, как минимум нужно двое.

Сто лет назад такие исследования сделали бы его величайшим алхимиком клана, да и всей страны. Кто знает... Родись он раньше, может и смог бы изменить судьбу мира.

Жаль, что не успел.

Встав в центр магической конструкции, мужчина последний раз оглядел умирающий мир, запоминая. Если всё удастся... Он будет помнить.

Щелчок пальцами был не нужен, но алхимик не удержался. Этим щелчком он бросал вызов законам вселенной.

Идеальные линии под его ногами разгорелись. Сработали фокусираторы, запуская последовательность.Вспышка света затопила всё вокруг. Один из законов алхимии гласил - ничего не даётся просто так. Чтобыдать себе шанс, мужчина заплатил собственным телом.

Когда свет опал, на камне никого не осталось. Лишь горстка пепла, которую разнес ветер.

Это - словопомол. Можно взять любой другой отрывок из любого другого произведения автора и результат не изменится.

У меня есть один вопрос: что читают все эти двадцать тыщ подписчиков и чем? Я понимаю, что жвачка иногда нужна, понимаю, что:

Есть герой алхимик (у героя есть сила), в мире есть бесы (типа Росомахи из людей икс), есть ходоки, которые могут телепортироваться куда угодно. Сам факт появления в одном мире алхимика, который обладает необычной силой, бесов, которые могут регенерировать что угодно и ходоков, уже создаёт песочницу, в которой много чего интересного может произойти.

И все же... Пора бы уже от черновиков переходить к художественной литературе. Может быть посетить тренинги по литмастерству. На заработанные деньги нанять редактора или самому мал-мала поучиться.

Древний фолиант. Начало

Полежаев Иван

Повесть / Попаданцы в магические миры

Размер: 184 988 зн., 4,62 а.л.

весь текст 24 февраля в 15:53

Бесплатно

Повесть написана человеком грамотным. Чувствуется образование и желание поделиться обдуманной идеей, продуманным сюжетом и мыслями по поводу всего остального. Автор новый, только пришел на АТ, ни друзей, ни подписчиков, ни авторитета. Но все мы с этого начинали.

Идея может нравиться или не нравиться, но она есть, а такое далеко не о каждой повести можно сказать, что лично меня в данном случае радует. Плохо, что не зацепило за живое, но тут неизвестно кто больше виноват: автор повести или автор рецензии.

Попробуем разобраться, что помешало повести прозвучать. После первой же фразы из пролога, становится ясно, что повести нужна бы редактура.

Человек в старом сюртуке сделал шаг в тускло освещенную комнату: полумрак мягко окутывал темный столи стул, украшенный старинной резьбой. Воздух был сухой и теплый. В эту комнату никто не заходил кроме него. Эта комната была отдушиной, где он мог уединиться и вновь испытать эмоции, которые развеют его тоску.

В литературном тексте не бывает синонимов.

Мысль гениальная и, к сожалению, не моя.

Настолько простая, что выглядит суровой банальностью, но так оно и есть. Синонимов не существует. Каждое слово должно работать на образ, на картинку, на раскрытие мира. На все сразу, в том числе звук и цвет.

Старый сюртук это и вышедший из моды, и потертый невзгодами, и просто долго провисевший на вешалке. Поэтомустарый не звучит. Читатель вынужден вслушиваться, напрягаться и сходу достраивать прочитанное до образа, который ему понятен. И само по себе такое — мелочь, но из таких мелочей и складывается впечатление о книге.

Например, тускло освещенная комната и полумрак, плохо сочетаются. Здесь возникает феномен наполовину пустого (или полного) стакана. То есть, все-таки освещен, а не затенен и спрятался в полумраке. Окутывал в данном случае работает против картинки. Это вообще странноватый глагол. Темный стол и стул украшенный работают не в связке, а как противопоставление, и опять заставляют читателя напрягать извилины, чтобы понять, о чем речь. И неожиданно возникающий на пустом месте теплый и сухой воздух читателю активно мешает. Воздух не отсюда, не из этого эпизода. И мешает (этой) комнате и ему (тому, кто в нее входит, человеку в сюртуке). Ведь очевидно — не воздух влетает в голову читателя, а ощущение у читателя складывается именно такое. Вновь испытать эмоции, читает читатель, и не понимаеткак это?

И картинка рассыпается...

А не должна.

Попробуем собрать...

Человек в потертом сюртуке вошел в тускло освещенную комнату. Прошаркал в глубь, не обращая внимания (или наоборот обращая) на потемневший от времени стол и разукрашенный резьбой стул, остановился у мягкого продавленного кресла (стула и стола, и тогдаописание этого стула и этого стола нужно вынести в другое предложение). Здесь он мог уединиться, погрузиться в воспоминания и стать собой. Развеять на мгновение тоску, ощутитьэмоциональный подъем и вернуться в то время, когда все было по-другому.

Не претендую на истину в последней инстанции и, если бы редактировал свой собственный текст, от многого бы избавился. Но и в таком виде, эпизод начинает работать, создает атмосферу, так мне думается.

Такие картинки возникают у людей, которые погружаются в сон, но он не спал, он отчетливо видел, как картинка оживает.

Подчеркну еще раз:

синонимов не существует, каждое слово в предложении должно работать.

Это технический момент, но литература это не только творчество в чистом виде, но еще и ремесло. Одно без другого не бывает, а если бывает, то получается обычно не особо.

Теперь о повторах.

Как только мы нарисовали картинку, нет необходимости ее обводить тем же самым карандашом еще раз. И еще раз. Лучше от этого она не станет.

Человек в старом сюртуке сделал шаг...

Человек в старом сюртуке молча стоял...

Человек в старом сюртуке любил писать...

Человек в старом сюртуке поправил листок...

Повторение сильно обедняет текст.

Читатель ждет развития, а не возврата к уже известному. Автор может добавить персонажу характер, особенности внешности и эмоционального состояния. Это касается и использование имен собственных, как в авторской речи, так и в атрибуции. Поймал себя на том, что к седьмой главе уже яростно, с наслаждением отмечаю повтор имени героя Валериан.

— Ну что вы, — сказал Валерьян, — это вам только кажется.

Нет, мне не кажется, так оно и есть. В каждом абзаце, практически в каждой атрибуции, по любому поводу, сквозь всю повесть: Валериан, Валериан... Валериан, Валериан... Валерианов очень много и «они» активно мешают. Также мешают избыточное словоупотребление служебных местоимений: это, этого, эти, какого-то, там... и глагола был. Известная проблема.

Население города было весьма разнообразным...

Были здесь и другие...

Существа были маленького размера...

... она была немного больше, чем та...

У него была неприятная внешность...

Также — избыточность атрибуции. Лишняя атрибуция связана с тем, что «голоса» персонажей не имеют характерных особенностей, которых полным полно у живого человека. Письму не хватает тембра, ритма, словечек и пауз, поворота головы, жеста, глаз, сопения и кряхтения. Текст высказываний одного человека не отличим от речи другого, когда голосом персонажа с нами говорит исключительно автор. Поэтому появляется атрибуция, описывающая кто что сказал, как сказал ипочему. Знающему человеку это говорит о том, что автор не прорабатывал персонажей, нарисовал в самом общем виде и использовал, где ему было нужно.

И просадил динамику...

Повесть от начала до окончания написана в одной и той же интонации, без подъемов и падений, без ускорения и замедления времени, без эмоциональных взрывов, поэтому читается сложно. Читателю негде передохнуть и наоборот не на чем зафиксировать внимание и задохнуться.

Из пункта А в пункт Б вышла оседланная лошадь. Прошла шагом всю дистанцию и финишировала. Пока всадник любовался природой и размышлял о погоде, вспоминал прожитые годы и фиксировал несообразности, лошадь работала, переставляла ноги и мечтала об овсе, скребке и стойле. Оба благополучно доехали.

Выше приведенная зарисовка — попытка визуализировать темпоритм произведения(й). Ритм — это внешнее действие. Темп — внутреннее.

Внешнее действие в повести реализовано через однотипные локации-комнаты. Меняются действующие лица, обстановка и обсуждаемые вопросы. Характер действия не меняется — это рассуждение. Играют ли персонажи в карты, читают ли старинные книги, пьют ли коньяк...

Внутреннее действие — это тоже рассуждение. Оно не связано с внешними обстоятельствами, зато должно работать на идею произведения.

Бог — Великий Литератор.

Люди — дети Великого Литератора.

У каждого человека свой мир и свой роман.

Отсюда: фолиант и изначальный кристалл (церебрум, осколок изначального камня из изначальной пещеры), встреча с Архивариусом и Уллом. Идея разворачивается неторопливо, за счет добавления элементов автор раскрывает читателям суть. Появляется Святой Добросвет и Серебряная тишина, таблички Завастры и пелена Тьмы, борьба с демонами и ключ от Первой комнаты.

К сожалению, появляются они не в действии, а в рассуждении, путем добавления действующих лиц и обстоятельств (Тарр, колдун и некромант, Великий Ахрхивариус, Лидия). Читатель во всем этом не участвует, читатель слушает и по идее должен задуматься.

Но нынешний читатель ленив и задумываться не станет. Мазнет глазами по диагонали, пожмет плечами и уйдет к кошкодевочкам Фарга, к муравьиным жопкам Кисленка Архимага, к боксерам в Токийской Академии полукровок. И в чем-то он прав — мир должен увлекать, а книга читаться на одном дыхании. Но я рекомендую эту книгу. Да, в ней много типовых ошибок и стандартных недоработок, но их у всех полно, в том числе и многие топы этим грешат. Кто безгрешен — брось камень.

И не забывайте делиться впечатлениями. И всем вам воздастся. Надеюсь, что следующая книжка этого автора меня сможет удивить и заинтересовать, потому что манера подачи мне нравится, а как это сделано, пока нет.

Но все равно — интересно.

"Ледяные души". Моран Джурич рассказывает...

Мимо пробежал Снорри Дристун, проскальзывая…

И в следующем абзаце:

Воины топтались в кровавых лужах, поскальзываясь…

Странное ощущение четкой картинки в голове у автора и отсутствие умения эту картинку перевести в буквы.

…в грязи валялись их бывшие защитники, исходя паром из рубленых ран, остывая на осеннем холоде.

Чайники! И кастрюльки… с вареным картоплем… да с лучком зелененьким… ммм…

…да как говаривали торговые людишки, купцы там жили…

Шо? Прям так и говаривали?

… А мы - бедные мореходы севера, могут же они нам помочь.

А шож не помочь бедным мореходам?! Они (читатель, это те самые они, которые купцы, про которых другие они часто говаривали… компроневу или все еще не копенгаген?)

На меня выскочил мелкий парнишка, недоносок с батькиным мечом, да пока замахивался, я успел сбокуподрубить его топором. Лезвие застряло прямо у него в скуле. Я дернул древко на себя, и вокруг рассыпались, словно бусы с девицы, кровавые капли и зубы, выдернутые из челюсти.

Это и называется: ни богу свечка, ни черту кочерга. Яркая иллюстрация. Жирным выделено лишнее, курсивом избыточное, а за скобками осталась авторская метафоричность. Далее автор дополняет картинку:

Без половины головы (читатель, а ты помнишь, что топор дровосека застрял в скуле?) не побегаешь. Тело тут же завалилось мне под ноги, а крышка от черепа (о, патологоанатом, учись как нужно трепанировать, купи топор и по скуле, чтоб аж крышечка слетела) покатилась дальше, добавляя еще крови в багровые ручьи (поэт-ля)

Дристун пронесся мимо, волоча за ногу тело, обрубленное по пояс. Сизые кишки волочились за ним по лужам..

Опять же, обрубили по пояс, чтоб аж кишки наружу. Только это уже не поясок, а вскрытое брюхо. Но вообще картинка сочная, да. Кишки, кровь, зубы, багровые ручьи и крышечка от черепа. И нет, это нижняя часть тела, без мозгов и селезенки.

- Снорри, куда такой трофей поволок? Трахатьсам, или своей мамочке?

Забавно. Куда Дристун поволок и о чем ГГ думает, глядя на сизые кишки. Одна нога автором описана, вторая нет. Читатель, вторая нога у трупа есть! Нужно присмотреться.

Звук боя отдалялся…

Стандартная ошибка сильнопродвинутых авторов. Звук! Один звук, который характеризует бой.

Что это за звук? ХЗ.

Снорри порысил к ближайшим кустам, я пошел за ним. Как раз рукоять оботру, а то скользит уже от крови, и намотка не помогает.

Хорошее напоминание читателю: багровые ручьи, крышечка от мозгов, тело, обрубленное по поясок.

Вдали, за распахнутыми воротами городка, все еще шел бой.

Я не знаю, как автор это себе представляет, чтоб и вдали, и за воротами. С другой стороны пофиг, главное все еще шел бой.

Качает еще, видать удар сильный был.

Знаю я, что видать это такой глагол, который заменяет наречие и междометие. Знаю, но бешусь.

и грохот такой стоит, аж присестьзахотелось.

Еще один Дристун, читатель. Их здесь много и все при деле: вся рать в кустах.

Дева, что сидела на нем, выхватывала за ноги, за руки души…

Тут я могу сказать только одно: в Бога душу мать…

Сраные девки! Чтоб у вас глаза повылазили! Чтоб вам блевотину под столами вечность вытирать! Чтоб вас…

Задача автора читается между строк. Автор – молодец, умеет.

Вечность тянулась рябью на воде за моими ногами.

Ахереть, шо такое творится….

И тут в мое ухо дунул ледяной ветер, донеся чей-то шепот : “ Сменяю твою душу на пять душ пропащих, что принесешь мне. Дам тело того, в ком живет еще капля твоей крови. Иначе вечно бродить тебе по моему льду.”

Отдам должное, сюжет лихой: про то, как сходят с ума одинокие мужчины-менеджеры. Конец у времени большой. И толстый.

Он шел и думал, что ничего же по факту не изменилось. Беспросветная серость вокруг. Что в жизни, что в смерти. Хотя, про смерть он еще не очень был уверен. Боль чувствовалась, как будто он еще живой. Сраный лед, сраные вечные сумерки под моросящим мелкими каплями серым небом. Серость и ненависть. Опять.

А ведь каждый человек видит то, что ему хочется видеть, а не то, что есть на самом деле.

То, что не на самом деле, на самом деле не на самом деле. Всегда так.

Зазеркалье

Что такое «социальная фантастика»? Термин размытый, как проселочная дорога после трехсуточного дождя, но это — ладно. Куда хуже, что вся социальность такой фантастики заключена в будущей херовой жизни большинства. Рим во времена упадка. Вообще, любое общество во времена хлеба и зрелищ.

Конкурс херовой жизни в далеком и недалеком будущем. Не обязательно Россия. Не обязательно весь мир, обязательно — социально херовой.

Сколько представителей разумных видов должно умереть ради призрачного шанса человечества на спасение? Пожалуй, только экипаж печально известной «Утробы» настолько беспринципен, — или напротив, столь несгибаемо принципиален, — чтобы ответить на этот вопрос твёрдым «не имеет значения».

Отличное начало. Мочи разумных козлов, это и есть — фантастика.

Историю Вселенной пишут победители, но теория хаоса гласит, что даже небольшие изменения ведут к непредсказуемым и необратимым последствиям. Иногда можно обойти суровые законы природы, но нельзя уйти от расплаты.

Да никто и не сомневался. Куда тут уйдешь? В город Солнца? Хрен там. В град Обреченных, и только туда.

Скорость света преодолеть невозможно. Это научный факт. И даже приблизится к ней крайне проблематично. Поэтому космическим колонистам придётся лететь столетия и тысячелетия, подвергнувшись криогенной заморозке, и надеется, что техника, в которую тысячи людей вложили душу, не подведёт.

И опять — не поспоришь. Наука рулез. Народу много, лишних можно послать. И полетят они, сражаясь за свободу Туркменистана вдалекой-предалекой галактике. Важно рассмотреть, как именно общество будет деградировать. Без этого — не пронесет. Все подохнем. Даже структура фраз в аннотациях сильно похожа у разных авторов и разных романов. А это означает, что образ, живущий в голове, обязательно превратится в реальность. Однажды.

На отдаленных планетах всегда требуются люди. Если ты не специалист и не хочешь стать пушечным мясом в войнах с чужими, то выбор прост: или прозябаешь на Земле, работая от заката до рассвета за копейки, либо летишь к новой планете.

Ну, все, как у нас. Или на Северный полюс пингвинов пасти и медведей приручать, или да, за копейки впаривать пылесосы и вошебойки. Куда деваться-то?

В России — прямая квантовая демократия (цифровая реинкарнация Новгородской республики). Повсеместно — параноидальная забота об экологии и невиданный кризис: экономический, энергетический, нравственный...

Все, что вы хотели знать о социальном устройстве общества будущего. Реинкарнация Новгородской республики рулит. Невиданный оргазм от нравственного кризиса.

Ближайшее будущее. Бум виртуальной реальности приносит с собой не только развитие игровой индустрии, но также порождает новый, доселе невиданный, бич современности. Имя которому — Джи-психоз. Страшный недуг, что передается через игровую сессию и создает, так называемых, джи-психопатов.

Э, нет. Это уже есть. Точка Джи и психоз, связанный с недостижимостью некоторых, фундаментальных для общества вещей, идей всеобщего благоденствия и скопившегося недотраха.

Запреты существуют, чтобы их нарушать! Особенно, если твой отец староста поселка и помощницей у тебя воспитанница ведуньи. Правда, старшие уверяют, будто помощь — к беде. Но кто сказал, что беду не обманешь? Вон, предки наши крепили к крыше железный прут и звали его громоотводом, а он, помощник, молнию от домов отводил.

Я тучи разведу — ру-ка-ми-иии... А чтобы их не развести. Тут я хочу спросить — а чем фэнтези отличается от фантастики? Отсутствием орков и темных властелинов? Или чем-то еще? Ой, а есть же славянское фэнтези, там орков априори нет.

Это реал РПГ. Это четверо отмороженных придурков, с боями пробивающиеся на запад, причем самый низкоуровневый едет верхом на пятом члене этой компании, вполне себе разумном.

О, пошла настоящая социалка. Ехать на разумном — проще добраться до светлого будущего. И потом, любое РПГ — это социальная литература. Ну, пока Джи-психоза у вас нет, после этого — уже социальная помощь.

Человек вышел в космос. И затормозил на границе Солнечной системы. Слишком велики и необозримы оказались межзвездные пространства, слишком медленны и несовершенны аппараты, которые намеревались их пересекать.

Не получилось. Мы строили, строили и не получилось. А почему? А хрен его знает. Всегда так. Социально детерминированное угасание человечества в целом и отдельными кусками. О, как.

Прошло два года, как закончилось сражение в галактике «Млечный Путь». Жизнь вернулась в мирную колею для простых граждан. И лишь военный флот Земной Федерации продолжает свою тяжелую работу.

Вот. Это нас может спасти. Как только сможем, чисто по-научному, добраться кораблями до Млечного Пути, так сразу же и построим нормальное общество. И будем работать. Да. тяжело, но что делать? Нужно. Труд может превратить человека в сверхчеловека. Он и на обезьян действует, значит, может.

Парень разрабатывает экономическую теорию, которая случайно запускает новый виток эволюции. Теперь у парня сверхспособности: проникать в мозги любого человека, считывая его прошлое; наблюдать экономическую сущность людей и вещей. Сверхспособности распространяются, как эпидемия — вскоре все человечество оказывается ими заражено.

Блин, да как так-то? Как так? Мы же только что добрались до Млечного Пути, только что стали превращаться в сверхлюдей, людей генерации Х, и на тебе. Все опять плохо. Блин, да где же здесь выход? Где, я вас спрашиваю?

Во времена падения границ государств и повальной автоматизации, получив профессию военного низкого ранга, Артур ищет свое место в мире. Волею случая, он узнает опасный секрет, который навсегда изменит его жизнь и запустит череду непредсказуемых событий.

Опа. А надежда все-таки есть. Непредсказуемость — вот наша надежда. Нет, не получится у вас закопать человечество. Есть у него такая штука, как Надежда. Не у всех, понятно, но, те, кто не верит и не надеется — в пролете. Будем их воспитывать и перевоспитывать. Все у нас получится. Ура.

Земля не опустела. Вместо глубоких подземных бункеров, люди выбрали жизнь в мире цифровой реальности. Система РАЗУМ — логичное продолжение существования людей.

Вот, как я и говорил — не опустела Земля, есть люди, есть. Компьютеры спасут всех! Еще раз — ура.

Спасая планету от перенаселения, ведущей корпорацией был создан Альтер-мир. И пока 90% населения праздно проживало свою «новую» оцифрованную жизнь, остальные 10% были заняты очищением Земли, её перезагрузкой.

О, как. Перезагрузим систему Солнце-Земля и остальные планеты и будем жить. Будем. Выживем. Нажмем кнопку. И побежали строки божественного кода. И случилось. Система очистилась от багов.

Только на АТ полная отредактированная версия. У пиратов меньше на 150 К Завтра Солнце покинут могучие «электрики» и сможешь ли ты — человек восстановить питание?

Сможем! Теорию магнитно-резонансного манипулирования знаем. Спасем. Проманипулируем. Манипулами. И мануляторами.

Православный священник — не та должность, от которой стоит ожидать чего-то динамичного. Особенно если твой приход — в глубинке.

Да, тут не возразить. И не прибавить. Приход в глубинке — готовься к свершениям. Во Славу Его! Ну, хоть так можно поговорить о том, что нас всех объединяет и что нас всех спасает.

Ей всего лишь надо пройти через город и найти своих детей. Пройти через город, охваченный эпидемией. Или чем-то иным.

Что бы с нами не случилось — нужно найти детей. Пройти и спасти, хоть их. От чего бы там не случилось, в этом нарисованном цифровом будущем. Пройдем и спасем. Потому что — верим и надеемся. И любим.

изобретение гениального учёного Конора Сайндлеса. Вакцина — рецепт идеального солдата, которая случайно попала к обычным людям.

О, вакцинация — мощный инструмент созидания иммунного слоя внутри больного общества.

Люди выбрались за пределы Солнечной системы, достигли звезд и заселили кусочек великого космоса. Но единства как нет так и не было. Бластеры и антигравы порой соседствуют с мечами и рабским трудом, просвещенные монархии — с теократиями и могущественными корпорациями.

Мы столько прошли и опять! Ну, на хера нам такое? Ладно, повторим путь предков. Спартак — чемпион!

Мир лежит в руинах после ядерной войны. И только Японии повезло — бомбы почти не задели её территорию.

Вот! Я знал, что именно Япония станет нашим локомотивом. Там все четко. Саму-рай. Каратэ. Мощща. Чай!!!

Что может сделать для Вселенной самый обычный человек? Стать марионеткой глав закулисья мироздания, а может главой организации, оберегающей молодые миры, или лихим воякой в когортах космических наемников? А может он может стать чем-то большим?

А вот этот вопрос меня заинтересовал неподдельно. Действительно, а что может сделать человек, чтобы стать чем-то большим, чем обычно?

Я живу в районе, в котором всем заправляет бандитский синдикат. В секторе, куда сбрасывают отребье со всего города. В городе, где каждый только и ждет, чтобы ударить в спину. В мире, где за стенами лишь радиационные пустоши, да кошмарные твари.

Ну. Все так. Все так. Кругом такое. И в будущем будет так же. Вова знает.

Кровь. Боль. Бесконечная череда смертей. И тяжелейшая ответственность за трех очаровательных девушек. Студент Иван Дубов, завалив сессию, и не подозревал, что в армии его ждет бесконечная бойня на виртуальной арене Королевской Битвы. Но даже сотни смертей — мелочь на фоне интриг корпораций и спецслужб.

Социальный детерминизм во плоти. Голый, сука. Детерминированный и обнаженный.

Я — наемный убийца со стажем в сорок лет. Сколько себя помню, всегда находился на острие ножа. Но, я смог выжить в этом сложном мире. У меня две дочки и сын уже завели свои семьи. Красавица жена занимается любимым делом в саду, выращивая женьшень.

Про выращивание женьшеня ничего не скажу. Крутая работа с долголетием. А то, что убийца, так и что? Человек убивал и за меньшее. Самое социальное и фантастическое — это жизнь детей в детском саду. Они же повторяют за взрослыми и играют в то, во что взрослые живут.

— Я — наемный убийца! Я вас всех убью!

— А я — проститутка!

— А я...

Зеленый абажур

World's End Supernova

Zoe Glitch

Рассказ / Постапокалипсис, Подростковая проза, Фантастика

Мальчик девочку полюбил,

Папа маму легко задушил,

Мама папу загрызла зубами,

Всем пиз*ец. Солнце светит над нами.

Девочка мальчика оценила,

Пригляделась к мальчику, как он возится с котятами, полюбила,

Отдалась ему, скорее со страху

Доверила ему нести укорот и наваху.

Мамы с папами озверели,

Дети от них убежать захотели,

Убежали, нашли двухэтажный дом,

Повесили новые шторки, мебель купили, ковры постелили, застеклили разбитые окна, запустили ветрогенератор, теперь с холодильником и стиральной машиной вышли на новый уровень и стали жить-поживать.

Вдвоем.

Девочка родила малыша и малышку,

Мальчик много читает и пишет детскую книжку,

Малыши учатся ходить и не любят школу,

Умеют мочить зомби – те взрываются по приколу.

В общем, ко всем пришло окончательно счастье,

Магия чувств. Ведь девочки теперь не стареют.

Под кожурой вся картошка была покрыта синяками, как будто ее кто-то сильно избил. А что, если у нее правда появляются синяки от ударов?

Первая же фраза рассказа меня цепляет. Тут много всего. И пересказывать все то, что промелькнуло в этот момент у меня перед глазами, я не буду. Это здорово сделано. Мелочь? Возможно. Но если я все еще люблю литературу до сих пор, то именно за вот такие моменты. Когда одна фраза создает полноценный образ. Когда пространство внезапно оживает перед глазами.

Как пишет единственный на весь АТ мастер рецензий, злодей-дегенероаристо Дьюк А. А., рассказ совершенно типичный. Одна странная семья, где все друг другу приемные, а главная героиня еще и нелюбимая, падчерица, Золушка, безмолвная вещь с функциями готовки, уборки и, подвешенной на цепях, боксерской груши. Я уверен, что ее заставят не только картошку чистить, но и на горох поставить могут легко.

Он (ПП) был минным полем, она (ПМ) радиоактивными отходами, а Брат и Брат Два бешеными псами-мутантами. А неплохая бы получилась игруха.

В этот рассказ вкручиваешься медленно, как шуруп в стену под крестовой отверткой. В наше время, когда любой электроинструмент, стоит дешевле хорошего куска обезжиренного мясца, ручной труд не ценится совершенно. Вы же знаете, что все жиры в нашем мире являются трансгенными?

Моя картошку, я размышляла, что приготовить, — жареную кружочками или палочками, как в рестике?

Я обожаю такие моменты. Моя тема.

Растегая пуговку, наслаждаяся видом закатных холмов. Где цветущие поля маков, от края и до края. Где я, края и синь над головой. Прелесть.

В смысле, как в рестике все равно не получится, дома картошка почему-то никогда не получается такой хрустящей. Наверняка у них там есть производственный секрет.

Весь секрет – подсушить перед тем как окунуть в много масла. Странно, но я тоже задавался таким вопросом. А потом, так получилось, готовил в домашних условиях много-много тонких хрустящих кружочков, паковал и развозил по точкам. И задавался вопросом: и когда это все, блин, кончится? Любые вопросы, возникающие спонтанно у вас в голове – очень опасные, имхо. Могут ответить.

Мужская часть героев вызывает у меня сильно нервные припадки. Будь я падчерицей, я бы их, Брат и Брат 2, ненавидел. Но ненавидеть их не за что, поэтому, я как читатель, презрительно хмыкаю и с напряжением жду развития. Камера меня выдирает из облюбованного мной уголочка и засовывает в портал. Я влетаю на точно такую же, как говорит Дьюк А. А., типовую типичную кухонку и тупо смотрю на Папу, Маму и кого-то в темном свитере. После первых же фраз я понимаю, что меня переместили и это не та Мама, и не та кухонка. Тут мальчик и зомби. Они собираются лететь в Латвию. Мальчику страшно. Мне тоже страшно, но в Латвию я пока не хочу.

— А школа?

Тут я смеюсь во весь голос. Хлопаю ладошками по своим волосатым ляжкам и мотаю головой от восторга. Спрашивает мальчик у родоков. Робко спрашивает.

Бу-ага-га-га… Пи… школе… Ее взяли по заветам верных эсдеков вместе с почтамтом и сотовыми операторами. Белый дом пока еще штурмуют. Ларьки уже разбомбили ковровым бомбометанием.

Меня прерывают жестко. Появляется трехзвездный дырокол и прокалывает пространство, принудительно возвращая в типичную, как говорит в каждой своей рецензии главзлод Дьюк А. А., квартирку, к падчерице. Здесь атмосфера вполне себе ламповая, ностальгически прекрасная.

Автор с кайфом издевается над ТВ-сериалами. Словно разговаривает с ведущими актерами и актрисами. Подсказывает куда им идти и чем заниматься. И это так мило, что улыбка не сходит с моей унылой физии. Я свечусь и нагреваюсь. Я лампа закаливания.

Он просто лежал лицом вверх с открытыми глазами, не моргая. Глаза покраснели за день.

Я молча пожелала ему сдохнуть.

Отлично. Эмоция. Страсть. Счастье. Улетаю очередным порталом. А там:

Мама написала в воцап: Help! : scream : Помоги покрасить волосы!

Я написал: Я ЧИТАЮ БЛЕТ

Новое сообщение: С меня $5 : heart eyes :

И я опять втыкаюсь во все, ибо лампово. Стоило мне расслабиться, как новый дырокол проколол пространство и меня утянуло.

— Почему правительство замалчивает проблему эпидемии зомби? Почему не введено военное положение? — начал Вова сходу. Я заинтересовался и стал слушать дальше.

Но – утянуло, блин. Почему не вводится военное положение? Потому что не понятно в каком положении его нужно вводить и как глубоко!

О господи. Он зомби.

И я одна с ним в квартире.

Меня уже трясет. Я одна! В квартире с зомби! Нужно одеться. Во что? лучше всего в джинсы, они самые практичные. нахожу и быстро одеваюсь. Кед? Ты где, кед? Иди сюда, не прячься от меня. Кеддик? Кис-кис-кис.

— Даня. — сказала я дрожащим голосом. Меня пронзила дикая надежда, что он, может быть, не зомби? Может, как говорят в телевизоре, зомби и правда есть только в Америке?

Брат Два издал клекот и протянул покрытую кровью руку ко мне.

Зомби. Я так и знал. А, как же я такое люблю. Сейчас-сейчас. Где моя бензопила. Но, увы, не понадобилась. Зомби пока свежие, едва живые.

Я попыталась пошевелиться еще раз и наконец откинулась на спину, глядя в ночное небо с едва намечающейся розовизной зари.

Но, нет, меня утянуло в молочную темноту. Портал. Не сработал. Я не улетел. Я здесь. Выхожу, пошатываясь, со двора.

Хожу, брожу, устраиваюсь в трубе и боюсь пауков. Но тут ничего не поделаешь, боюсь. Здесь меня подстерегает очередной дырокол и я лечу.

Папа душит маму, мама душит папу. А я остаюсь один. И просыпаюсь в трубе. Я не поняла, а где это я? Ой, я же в трубе. А почему не в школе? Нужно в школу? Или нужно что-то еще?

Роуд-муви. Начинается самый настоящий роуд-муви и бед-трип. Все достоверно. Герои встречаются и вместе! преодолевают трудности, мучаются и страдают, любят и ненавидят. Я понимаю, что роуд-муви – это мой личный пиз*ец. Никогда не умел и никогда не думал, что делать свой роуд-муви будет для меня жизненно важным делом всей оставшейся жизни. Или не всей. Если повезет.

Отличный небольшой роман. Яркий. Сочный. Настоящий. Зомби и весь мир летит в тартарары, но заканчивается так:

Дом стоял тихо, птицы мирно посвистывали в сумерках. Пахло сиренью. Я вдохнул тонкий аромат полной грудью, и вдруг слезы брызнули у меня из глаз, я только и успел зажать рот обеими ладонями.

Мы пришли домой.

И вот за это, спасибо. Все еще только начинается. Молодая семья на съемной жилплощади. А вокруг... идиллия. Солнушко и бабочки. Поэзия момента и море.

Крышка падала на гроб,

отлетали звуки в лоб,

Все молились, как умели.

Мы купали белый свет,

Скупо тратили рассвет

И скупали осторожность.

Поздно. Суетно. В предвечном,

В теплом, в сумрачном, в конечном

Нам хватает разговоров,

Снятых комнат и узоров

На обоях и стекле.

Мы – цветем.

Мы - соль в воде.

Фокал

Часто слышу от своих знакомых про трудности, связанные с фокалом. Его трудно тащить в одиночку.

Это как диван, совмещенный с сервантом. Жутко неудобная вещь. И выбросить жалко и полный функционал использовать не получается. Он же без ручки.

А желание нести доброе и светлое или, наоборот, темное и черное, у любого писателя все равно присутствует. Даже у коммов. Те, такое бывает несут, что обалдевшие читатели сами! деньги им отдают. И не понять, чего в этом больше, собственного желания читателя поделиться со страждущим писателем, или умения развлечь публику так, чтобы она потеряла ориентиры и заплатила за удовольствие.

А обычный народ, сидит себе на лавочке, вытянув и перекрестив конечности. Прижимает к уху плоский ящик, наклоняет голову, сплевывает и вопрошает пространство перед собой и разговаривает с ним:

- Э, долбое*! Иди на ху*, *лять...

Хорошо бы написать сказку про козлов, пока они еще не выросли и не вросли в фокал так, что оттуда их при всем желании не выколотишь. Мне тут подсказали, что именно так и поступают профессионалы. И я согласился.

Все люди портятся. От всего. Это как с яблоком. Или черви жрут его, пока оно лежит, или гниль. Либо кожа дрябнет, пятна плесени накрывают. В результате, жрать его уже никто и никогда не станет. Нафиг хранили?

Не храните фокалы на облачных серверах своего сердца, щедро делитесь таким с читателем. Чтобы или счастье наступило во всем мире и для всех, или бобик, все-таки, задумался.

Рояли

Как только у автора возникают трудности с реализацией задуманного, на голову Главного падает рояль. Всегда остается надежда, что это его не убьет, а сделает крепче. Чем чаще рояли, тем больше роялти.

Рояли бывают разных фирм, разных расцветок и разного размера. Герои, как правило, крепкие, молодые, достойные. Композиторы среди них встречаются редко. Музыкантов - немного, но они есть. И это - радует.

Современный автор не ищет легких путей, он их торит, как тропинку по целине, продавливая и откидывая, утаптывая и двигаясь только вперед. После прохождения, остается готовая к употреблению тропинка. Чаще всего, эта тропинка соединяет две крайних точки по кратчайшему расстоянию.

Читать про унылую жизнь не хочется никому. И это остается справедливым по отношению к любому жанру и любой теме произведения. Но, что мы знаем про светлую жизнь? Про светлую жизнь мы знаем немногое. Предполагаем, что она есть, и это очевидно. Пьем светлое, светлеем лицом и думаем светлые думы. А на головы нам скидывают рояли и надеются, что это нас не убьет, а сделает крепче.

Будем надеяться и мы. Лично я предпочитаю большие белые концертные рояли, но в связи с некоторой дороговизной сих инструментов, закидываю своего Главного оркестровыми конфетками.

Подарки

Сегодня я проснулся с большим желанием сделать какую нибудь пакость добрым людям. В голове звонила отличная строка:

Тихо в лесу, все - спят...

Быстренько перебрал знакомых мне авторов:

Только не спит "Завгар"...

Трахает мощных, накаченных бабушка,

Вот и не спит "Завгар"...

https://author.today/work/94768

Ну, так себе, рифма не рифма, о вообще...

Только не спит

Моё пространственное убежище. Книга 1. Картошка есть? А если найду?

За пару картошек или банку тушенки или сладкую булочку или за возможность поехать на дачу и вскопать огородик...

Бабы дают посмотреть на.. Себя

Вот и не спит

Моё пространственное убежище. Книга 1. Картошка есть? А если найду?

Ну, затянуто немного. Но, какой роман, такие и детки от него получаются.

Кстати, о пародиях...

Люди пишущие терпеть не могут пародий на свои творения. Вплоть до разрыва отношений.

Могут перестать здороваться, плюют вслед, специально наступают на твою тень, делают козу, чтобы это не значило. Не любят. Но никому даже в голову не приходит укорить поэта, если он переделает чужое стихотворение. Главное, чтобы при замене слов, хоть какой-то смысл оставался.

Мёртвые сраму не имут...

Или, вот ещё, есть такие ритмы, которые приходят ко всем. Они, липкие, настойчивые, настырные.

Шарики,клоуны,мальчики,пальчики,любовь и рыжие парики...

И их нужно изжить, но публиковать их нельзя.

Писатели, как и поэты, воруют все. Ритмы, смыслы, образы, сюжеты, канва и Характеры. Особенно, писатели любят заставлять своих героев воровать, чтобы на работать стартовый капитал. А сами, сидят и ладошки протирают. Ах, хорошо. Это стырил, это стырил, а это стырил и переделал.

А потом посты про пиратов. Типа, те воруют. Так, если воруют все, почему пираты должны терпеливо сносить тяготы разбор в далёком Карибском Море.

Короче, все дело в пиастрах. Берегите.

Формы и методы

Я страдаю внезапными приступами человеколюбия. Конечно, это не Ковид, но тоже, неприятное заболевание. Никогда не знаешь, когда и что из тебя полезет. Помнится, ещё Фаина Раневская удивлялась, сколько у человека отходов жизнедеятельности образуется.

Мне нравится АТ. Здесь работают профи. В смысле, не книжки пишут, а создают нужную атмосферу. Есть вещи, сделанные гениально!!!!

Например, придумка с авторитетом. Больше авторитета, крупнее одобрение. И вот, автор радуется, что у его поста 150 лак. Хотя, это всего 60 человек. Но, в этом и вся прелесть. Анализирует мозг только, если человек задумался, а радуется сердце. Без раздумий.

О, меня прочли 4 000 раз!

Нет, милый автор, тебя читают 30 человек, любят 18 и хотят посмотреть на твои танцы с бубном и гранатой, хотят увидеть, что ты с этой гранатой можешь сделать и можешь ли что-то сделать вообще.

И опять же, этот вывод может получить только мозг. А сердце просто радуется и все. Разве это не профессиональный работа? Ещё какая профессиональная.

Другая их придумка мне не нравится. Я про достижения. Слишком все прямолинейно и на виду. Возможно, расчёт на женскую часть аудитории. Сделал рецензию, получи конфетку. Прочёл книжку, получи ещё одну. Участвовал в конкурсе - ты молодец! На тебе ннаку.

Но, все равно, молодцы. АТ клёвые.

Я одно время на Литнете подрабатывал. Тестировал их функционал. Ну, хуже. Начиная с названия сайта. Там, если ты поставил лайков, можно поставить ещё несколько. Чуть отшуршать денежной, стать уважаемым и пожалуйста, рисуй звёздам звёзды. Но есть и правильная вещь. Делай переплёт в других сетях и получай бесплатно рейтинг для своего любимого автора.

Главное, завести машинку, а дальше она сама покатится. И это - мудро.

Блогосфера на этом сайте сделана неудобно. Собери 50 звездочек и будь журналистом. Блин, я год их собирал зачем-то. Честно собирал, а ведь предлагали мне жучки разные делать свой бизнес.

Коммерческий статус это песня о Вещем Олега. Обычному писателю, то есть, всем нам, тем, кто считает себя писателем, трудно везде. Большая Рисовая Раскраска в самом начале моей карьеры на АТ сказала, что весь этот сайт держится на таких как он, писателях. А на таких писателя,х как я, почему-то не держится. У него был комстатус, но такое я бы читать не стал и за зарплату.

Скоро год, как я на АТ. У меня уже есть Фан база в пять человек и четыре подписки. Эти пока в кандидатах числятся, потому что, книг не пишут. Я проверял. Может, просто забыли вычеркнуть меня из своей подписки, а может, забыли удалить свой профиль на АТ. Не знаю.

Но я благодарен этому сайту за возможность встретить интересных людей и возможность общаться.

Строго по Вишневскому, своя стая - это хорошо. Своя жизнь, ещё лучше.

Мужен жему

Прочел тут хорошую книжку, без балды, но...

Мужик-некромант получает по кумполу железкой, падает на копчик, каким-то мистическим образом при этом проваливается в темноту, где пересчитывает ступени разными частями тела, в том числе и кобчиком, падает на самое дно грудью, злобно шипит и желает кому-то несколько тысяч раз чтоб... Но что именно не говорит. При этом его беспокоит будущее,применительно к многострадальному кобчику. У него текут слезы. И как апофеоз - и вообще, думает он, мне не комфортно, а особенно не комфортно сидеть на холодных плитах пола. Ух.

Герой мужчина, автор женщина, ну, ник женский.

Бывает наоборот.

Я про некую разницу мышления и восприятия. Так-то, люди друг от друга мало чем отличаются.

Однажды, в девяностые, я внезапно осознал ту пропасть, что отделяет мир женщины от мирка мужчины.

Я тогда работал в частной клинике и в клинике была такая «чумовая» по тем временам вещь, как «гидроколон». Это аппарат для промывания кишечника, хайтэк в чистом виде, с одноразовыми наконечниками, которые, конечно же, на три раза перемывались, чтобы использоваться еще раз. Не мной, но это неважно, потому что и я мог это делать. В медицине брезгливые вымирают быстро, еще на первом курсе, когда ухоженными, наманикюренными пальчиками берутся за препарат мужских или женских половых органов или отрезают часть головы с верхней челюстью от живой лягушки. Но речь я веду не об этом, а о пропасти, разделяющей два мира.

Пришла к нам в клинику однажды женщина – красивая, ухоженная, в возрасте, но еще не старая, «хорошо прикинутая». Ей рассказали об ее организме и проблемах этого организма, порекомендовали лечение, на которое она, недолго думая, согласилась. Сделали ей промывание, с травами седативными, успокаивающими, в баньке попарили с чайком травяным, промассировали спину, провели антицеллюлитные процедуры с медом, и женщина расцвела, помолодела, посвежела. Ушла она очень довольная и отношением, и сервисом.

И привела мужа.

Ему тоже все объяснили и рассказали. Он тоже согласился. Повели на «гидроколон», вставили наконечник «одноразовый». Мужик забеспокоился, но смолчал. Надо, что же делать, надо. Включили аппарат. Это не грелка с водой, не груша. Это давление, не очень большое, но ощутимое. Мужик крепился, но на второй минуте стал орать благим матом, чтобы вытащили из него эту штуку, чтоб все в зад вернули, что он готов доплатить за это, сколько скажете, столько и доплатить. И я его очень хорошо понимаю. Для мужчины осознание самого факта, что в него «вставили» уже больше, чем он может себе позволить помыслить. Однако, для женщины – это рутина, это может быть неприятно, но полезно для здоровья и поэтому, обыкновенность не стоящая внимания. Для здоровья и красоты.

Иногда они возвращаются

шесть лет назад...

Наткнулся на пост Дарьи Верясовой. Она, со смешком, рассказала о том, что ее внесли в хренразберипоймешькакие списки украинские"доброхоты". Прошел по ссылке. Типа, на добровольных началах, создаются списки тех лиц (людей, человеков), кто активно сотрудничает с жителями Донбасса. Они жалуются друг другу на "плохую" работу СБУ, мол мер не принимают. Мы (они) настучали, а результата (кровавого) нет. Женские ники активнее всего. "Нагиляку". Чего груздьями трясти? В веселенький костер.

Потом вспомнил свое охреневание от девиц на улицах Одессы. "Коктейльщиц". Такое ощущение, что чумкой страдают не только животные.

Потом вспомнил, как еще при Союзе попал к ментам, в отделение, где "вкручивал лампочку", а потом три месяца ссал кровью.

Потом, как врывались в мою квартиру менты с пистолетами, потому что придурок один показал на нее, утверждая, что его здесь избили. Пистолет опять в почку.

Обрыдаться. Это - очень смешно. Очень.

Все эти "чистенькие" девочки и мальчики, считающие своим "долгом" "заложить", "стукануть", и требующие "зрелищ".

Вся эта умора. И плесень. Которой нужен всего лишь шанс. Ананимусы, жаждущие крови людей. "сумерки", говорите? Умора - ваши сумерки.

Завтра эти Печорины с Базаровыми вырастут, оторвутся от "Контры", от "детских подпрыгиваний" на месте, от веселых "костерков". Куда они денут-ся? Чем будут питать-ся? Вот настоящая Умора.

шесть лет прошло...

Мальчики и девочки выросли.