Однажды в Солнечной Австралии

Глава 1

Однажды в Солнечной Австралии

--------------------

На фото: На переднем плане - открытый глубокий бассейн олимпийского типа с постоянно обновляемой

морской водой длиной 50 метров, а рядом со взрослым бассейном - овального вида - детский, с глубиной воды от по

колено до по пояс.

На дальнем плане - бесподобный чистейший пляж с открытым морем.

Много прелестных часов мы провели на этом чудном пляже с потрясающим океанским волновым накатом.

Мореас Фрост

Неожиданное и забавное романтическое

приключение в небольшом городке на юго-

восточном побережье Австралии

ОДНАЖДЫ В СОЛНЕЧНОЙ АВСТРАЛИИ

Приключилась со мной эта милая, романтическая история, можно сказать, на краю света, в южном полушарии, в маленьком порту под названием Кембла, на побережье Тасманова моря (южнее г. Сидней), что на юго-востоке далёкого австралийского континента. Полное имя городка - Порт Кембла. Здесь наш пароход стоял у причала под погрузкой пшеницы.

Из-за длительной стоянки по разным причинам любители пляжной экзотики с удовольствием пристрастились к походам на знаменательный местный пляж с открытым морем, расположенный по другую сторону вытянувшегося длинной дугой узкого полуострова. На его срединной части как раз и располагался сам городок. А больше тут и делать-то было нечего, и смотреть тоже, и ходить некуда.

Шикарное бескрайнее побережье. Живописная цветущая природа. Великолепие погоды исключительно радовало, щедро окутывая праздником душу. Она, можно сказать, вдохновенно пела. В противовес той лютой зиме приморского Владивостока, из которого мы с превеликим удовольствием «сквозонули» каких-то пару недель назад, тут просто рай неземной - самый разгар чУдного жаркого лета. Инфраструктура в районе экзотичного пляжа – непередаваемая фантастика!

На судне, к нашему счастью и удовольствию, было на редкость лояльное руководство. Можно говорить, нам откровенно повезло. Потому как не занятым на вахтах и работах возможность выхода в город предоставлялась, по сути, вольной, без ограничений по времени, правда, лишь до заката солнца. К тому же без записи в специальном журнале увольнений и без традиционных одиозных официальных «троек». Ведь по непреложному закону увольнение в город в заграничных портах обязывало моряков сходить с борта судна только в составе группы из трёх членов экипажа, ещё и во главе кого-то из лиц командного состава. А тут - прямо-таки неестественная роскошь вольницы. Редко в моей практике бывало подобное - ступай куда хочешь, даже в гордом одиночестве, только обязательно своевременно ставь в известность о походе своё непосредственное начальство.

Тем не менее, повального ажиотажа по выходу на берег в экипаже не наблюдалось, а тем более тут, по сути, в мелком городишке, ещё и в условиях дороговизны пары-тройки местных галантерейных магазинов. К чему драгоценную валюту бездарно тратить?.. Не сегодня-завтра непременно засветится возможность благодарно вложить свои кровные в несравненно более приемлемом месте и с куда большей выгодой. Не добавляло оптимизма и желание топать по жарюке километра с полтора, а то и больше, сначала пересекая кварталы города, а потом и по открытой местности под палящим солнцем. Ну что там делать, на том пляже?!... Подумаешь, невидаль какая! Да и бассейн тот, что уж такого там рас-такого забойного для виды видавших моряков?!... Уж куда приятнее пару лишних часов покимарить в тиши родной каюты в благодати прохлады кондиционера.

В общем, любителей пляжных вылазок хоть было и не столь много, но всё же таковые имелись. В их число влился и я. Желающие размяться на свободе, как правило, путешествовали компаниями по интересам, по пути неизменно затаривались разных сортов вкусным сухим виноградным вином (пожалуй, единственное, что можно было тут купить, на удивление, по копеечной цене, дешевле воды). Причём продавалось оно не в стеклянной таре, к чему мы привыкли на родине, а в воеобразных фольгированных бурдючках, что спасало их содержимое от чрезмерного перегрева, и неизменным объёмом в один галлон (примерно 4 литра). Что ценно, бурдючки оснащались встроенными в них небольшими краниками. Всё это великолепие «одевалось» в красочную картонную коробку с заводской ручкой. Надо сказать, ну о-очень прелестная и полезная штукенция для подобных пикников! Придумано прямо как для нас, пляжників, специально! К тому же принимая во внимание отменное качество здешних натуральных напитков, их ничтожную цену и, что вовсе немаловажно, объём. За время долгой стоянки мы перепробовали самые разные сорта здешних вин. Безусловно, данные отрадные обстоятельства придавали нашим походам несоизмеримо более приятный оттенок.

…Пересекаем территорию городка, ненавязчиво продвигаясь в сторону известного и уже славно опробированного нами пляжа с четвёртым механиком на пару, ведя немудрёные разговоры. Время - утреннее. До цели ещё без малого с километр «шпилить» под прицелом уже довольно разгулявшегося солнца. Подумалось, а совсем не мешало бы в столь жаркую погоду одолеть остаток пути с максимально возможным кайфом - охладившись слегка. А тут... на тебе, как по заказу, следуем мимо выносной торговли, почти рядом с дорогой. Оставляю своего товарища, прерывая нашу беседу на полуслове, мол, пару секунд постой, а сам поспешаю прикупить мороженое у примеченной мною ещё издали девушки-продавщицы.

Уже на близком подходе внимательным взором выхватываю более детальный портрет юной особы за прилавком. Смотрю, ничего так себе, миловидная девчурочка. Да и не просто «ничего так», а очень даже «чего» - и гибкая, и стройная, да и, что говорить, на личико прелестна. А, гляди, какая милая улыбка!.. Правда, не понять, чему или кому улыбается (не мне ли?.. - нескромно фантазирую). Скорее всего, замечательное настроение у девули, раз что-то себе самозабвенно напевает нежным, приятным голоском. В общем, этакая красотуличная темноволосая кралюшка с аккуратно скроенной, лёгкой и изящной девичьей фигуркой. А из одежды-то на ней - всего ничего! Дерзко впечатляет юное тело девицы-красавицы! Но ведь я тут, перед её взором, «нарисовался»совсем не по женскому вопросу, а всего-навсего за обычным мороженым. Зато про себя всё, что надо, заинтересованно отметил...

Однако я вот и сам не могу понять - ну, просто жуть как стыдно - и отчего меня таким странно дивным, даже диким образом «перемкнуло»?!... Ведь разговорным английским, в принципе, владел в меру неплохо. А уж как мороженое называется, для меня, само собой, секретом никогда не было. Может, виной всему - наш сиюминутный спонтанный попутный разговор с механиком о перипетиях не столь давнего, двумя месяцами ранее, кратковременного промежуточного визита нашего судна в заснеженный Магадан, с его ледокольными проводками к неприступному и скованному льдами причалу?.. Настолько придавило меня воспоминаниями?.. Но ещё наверняка сама юная продавщица пленила никак не меньше, это уж точно! Даже не обсуждается! Уж самому себе можно смело признаться... Девичья краса явно затронула отзывчивые струны чувственной души скитальца морей. Своей непомерно зазывающей симпатичной приятностью летней утренней свежести, от неё исходящей.

Вежливо так поздоровавшись, как и подобает культурному молодому человеку, обращаюсь к милой девушке. Но, признаю, изрядно «прокололся» я со своими иноземными речами.

- Гуд монинг, мисс, гив ми плиз ту айс-брейкерс!* (Кто не знает, в переводе с технического английского, «айс-брейкер» - это «ледокол», «ледовая дробилка», в смысле ледокольное судно), - оглушил я её прямо-таки на месте.

Девушка так внимательно-внимательно в глаза мне смотрит-смотрит, но молчит. Понятно, напевать она сразу перестала, но улыбка так и застыла на её губах. И я так же, не чувствуя подвоха, смотрю на неё столь же пристально, в упор, и тоже молчу. Выжидаю. Между нами – холодильный контейнер-прилавок, под завязку набитый мороженым. Но ведь нужно же как-то в предметный диалог с продавщицей включаться. А предмет разговора - вот он, перед нами, под слегка заиндевевшим стеклом.

Пыжусь анализировать.

«Что-то тут не то... Может, не всё в порядке с НЕЙ?.. Возможно, она иностранка с неважным английским, мало ли, только что приехала в страну - и прямо к прилавку, не до конца освоилась ещё, вот и не совсем соображает?..» - пробежало во мне жалостливо.

И тут вдруг ни с того ни с сего оторопело выдаю ей, глупее и не придумать (и это в англоязычной Австралии!.. в самой её глубинке!).

- Ду ю спик инглиш**, мадемуазель?

По-прежнему не говоря ни слова, юная продавщица в ответ лишь послушно захлопала длинными ресницами и одновременно закивала головой.

Тогда я вновь пошёл в наступление. Так и не взяв в толк, что позорно влип с этим мороженым, упорно повторяю для неё всё ту же свою сакраментальную фразу, но на этот раз намеренно медленно, практически по слогам.

- Гив… ми… пли-из… ту… айс-брей-керс! Ду ю андастенд ми?*** – правда, в конце ещё добавляю по-нашенски уже в приглушённо спокойном, но недовольно-обиженном духе как бы самому себе. – Чёрт бы его побрал, это мороженое!..

И вновь мы ошалело пялимся друг на друга в упор. И опять же храним молчание. Благо дело, вокруг людей – ни души.

Наконец, она вроде как опомнилась слегка. Видимо, в её голове зародилась, обозначившись, некая робкая работа мыслей, скорее всего, к чему-то её подвигнувшая. Отчаянно соображая, она сначала вполне справедливо опустила свой взгляд на прозрачную крышку холодильного прилавка с мороженым, стоящим перед ней, затем повела глазами по соседствующему холодильнику, потом снова на меня. Вероятно, силясь понять, зачем мне понадобиись эти довольно странные предметы, по-своему рассудив, что я затребовал от неё специальное стальное приспособление в виде острой спицы с ручкой - для дробления льда. Две эти фиговы металлические ледоколки-дробилки. Естественно, этих спецпричиндалов у неё под рукой не могло быть. Да и к чему они ей, обычной продавщице?.. Ведь не барменом в баре работает. Ну, а о судах-ледоколах вряд ли она могла что-либо себе воображать, не говоря уже, чтобы понимать иное, совсем не обиходное, да и чуждое ей значение этого слова.

И тут, слава Богу, меня резко «отклинило». До меня, наконец-то, дошло, ЧТО на самом деле я сморозил своим блудным языком! А девушка уже было открыла рот, наверное, желая озвучить мне, что, мол, нет, у неё того, чего от неё слишком настойчиво домогаются… Правда, хоть и окончательно смутившись, я всё же опередил её, но в своём волнении спонтанно перешёл на смешанную речь, окончательно озвучив.

- Прыти**** гёл, ну, гив мне уже этот айс-крим хренов... ту!.. – взмолился я, даже выставил перед ней два пальца для полного понимания, затем ими же для большей убедительности ещё и слегка постучал по прозрачной крышке контейнера с мороженым.

- О-о, айс-крим, айс-крим, ес, ес, оф кос*****, - обрадовано запричитала хозяйка мороженого с видимым облегчением.

Впрочем, и сам я ощутимо почувствовал успокоение.

Принимая мороженое, недвусмысленно придержал руки красавицы в своих ладонях. И вновь глаза - в глаза... И тут, словно по команде, вдвоём одновременно как прыснем от смеха!

Мой компаньон уже изрядно замаялся, стоя под палящим солнцем посреди дороги в ожидании моего возвращения, тоскливо глядя в нашу сторону, и лишь в недоумении развёл руками по поводу нашего непонятного восторга.

Само собою, я популярно пояснил девушке, что такое настоящий ледокол.

Девчушка эта по абсолютно не объяснимой причине буквально влилась в моё сознание. Пребывая на пляже, я хронически ловил себя на мысли, что непременно думаю только о ней, причём беспрерывно. И уже не надо мне никакого пляжа, и никакого бассейна! Конечно, в обратный путь, в сторону парохода, я устремился с некоторыми надеждами на более плодотворное продолжение нашего утреннего рандеву. В то же время жутко волновался, что вдруг «моя» красотка куда-то исчезнет, и что я упущу её и так и не смогу с ней поговорить. Ведь расстались мы как-то совсем неестественно быстро и скомкано, не додумались даже познакомиться.

…Её лёгкую, воздушную фигурку я углядел ещё издали. «Уф-ф, на месте!». И сразу отлегло от сердца, оно лишь откликнулось повышенным пульсом на предстоящее неординарно приятное событие. А то, что оно будет именно приятным, я совсем не сомневался.

- Серж, ты уж извини, наверное, чеши на пароход. Я, скорее всего, задержусь тут на некоторое время, пообщаюсь, пофлиртую…

- Ну, скажу открыто, ты меня нисколько не удивил. Я по твоему несколько странному выражению фэйса сразу определил, догадывался ещё на подходе к пляжу, чем может завершиться наш поход. О`кей, не стану задерживать, удачи тебе! - и механик побрёл в порт в одиночестве.

… Она будто бы специально вижидала меня и откровенно обрадовалась, поскольку колдовская улыбка, столь пленившая меня утром, вновь заиграла на её премилом личике.

«А ведь точно она меня выглядывала, ждала! Значит, никак мы не могли не встретиться вновь! Это - судьба! И это окрыляет!» - восторженно и счастливо подумалось мне.

И я смело шагнул навстречу этой своей «судьбе».

Мою милую девушку звали Лана. Она была из семьи югославских эмигрантов во втором поколении. Небольшой магазинчик был их давним семейным бизнесом, а моя юная очаровательная продавщица - так, в общем-то, когда-никогда принимала в нём посильное участие. Проживали они в этом же доме, этажом выше.

Мы прощебетали какое-то время прямо на её рабочем месте, причём на смеси русского с сербо-хорватским и с помесью английского, и, надо сказать, прекрасно понимали друг друга. Потом она удачно прикрыла магазин на перерыв, и мы ещё с полчаса прогуливались под тенью деревьев небольшого рядом расположенного парка, предаваясь беседам. Однако так вдосталь и не наговорившись, условились встретиться ближе к вечеру…

Радисты на судне при стоянках в портах – народ наиболее свободный, разгруженный. По сути, благодарно отдыхаем. Вахты не несутся. Радиопередатчики обязаны молчать. Работаем только на «приём» радиограмм. И то лишь в нечастые регламентированные сроки. В общем, не жизнь, а всецелая благодать! Натуральный курорт.

Вот тут, понятное дело, мне основательно зачастилось на берег. Буквально каждодневно ближе к вечеру. И, по правде сказать, совсем не в сторону шикарного пляжа. Непреодолимая тяга призывно зазывала в совершенно ином направлении. В этот раз мы стояли в порту у причала как никогда долго, без малого месяц. И всякий раз, выходя в город, я неизменно и неспроста останавливался у памятного и необычайно приятного мне торгового места в ожидании желанного свидания с его юной прелестной хозяйкой. К тому времени Лана уже привычно поджидала меня, высматривая из окна. Приветливо махнув рукой, выбегала из дома, падая в мои нежные объятия.

Лана оказалась необычайно смелой, открытой и откровенной девушкой. И бывает же такое в природе! С самых первых мгновений нашей встречи, с самых первых секунд,нас безудержно потянуло друг к другу, будто всесильным магнитом! Не иначе, как наваждение! Невероятно удивительно быстро, в первый же наш вечер, оказавшись наедине, мы одновременно, не сговариваясь, будто в кои-то веки дорвались, буквально кинулись в объятия друг друга, и, отдавшись любовной тяге, беспечно и безоглядно слились душой и телом... И на тот момент нам было не передать как замечательно!..

Мы привычно уединялись недалеко на лоне природы, чаще всего - на безлюдних дюнах знаменитого пляжа, беззаботно предаваясь не сдерживаемым интимным порывам. К сожалению, не каждый день удача баловала нас - всё больше по причине невозможности свиданий с её стороны иной раз. Ничего странного, как для скорой выпускницы колледжа - горячая пора итоговых экзаменов...

Подобных неистовых проявлений чувств со мной никогда прежде не случалось. Да и она призналась мне в похожих чувственных мотивах.

За время стоянки в порту наших насыщенных любовью встреч под-набралось немало. Лане даже удалось трижды погостить у меня на судне. Тогда дважды по полдня, а однажды почти с утра до вечера, забыв про всё на свете, мы не вылезали из моей каюты, не в состоянии отррватьсядруг от друга. Эти славные для нас дни можно назвать бонусными.

Сказка наша дивная длилась ровно три недели. Три недели, по сути, беспрерывной эйфории! Судьба подарила нам какую-то сумасшедшую, фантастическую и редкостно притягательную любовь, не поддающуюся простому объяснению! Словно медовый месяц у молодожёнов…

Понятно, расставались мы, пребывая во власти печали и грусти, но с лёгким сердцем и с верой в возможно скорую грядущую встречу. Ведь мы были так молоды! Лане только-только исполнилось 17 лет, мне на ту пору было 24.

С той памятной поры мне не единожды доводилось посещать австралийский континент, останавливаться в разных портах. Однако к окрестностям Порт Кембла меня, увы, даже близко не забрасывало! Вот такая она - неблагонадёжная - жизнь моряцкая!..

--------------------

*Гуд монинг, мисс, гив ми плиз ту айс-брейкерс! - Доброе утро, мисс, дайте мне, пожалуйста, два ледокола!

**Ду ю спик инглиш? - Вы говорите на английском?

***Прити - прелестная, милая.

****Ду ю андастенд ми? – Вы понимаете меня?

*****оф кос – конечно.

******айс-крим - мороженное.

КОНЕЦ