Однажды в электричке

Глава 1

- Мамочка, ты представляешь? Ты можешь это представить! Я сейчас лопну! Мне хочется скорее бабуле все рассказать! Только ты не говори, я сама, ладно? – девчушка щебетала, прикрывая трубку рукой, чтобы никто не послушал. Однако говорила она громко и возбуждённо, а потому все сидящие рядом пассажиры улыбались.

Все, конечно, было невероятно интересно, о чем девушка поведала матери и чему так радуется юное сердце.

Молодые влюбленные, сидящие слева от девушки, поглядывали на нее тайком, шептались и хихикали. Похоже, что они строили догадки о случившемся.

Женщина, сидящая рядом с девушкой, смотрела в окно и улыбалась, будто она все знает и искренне рада за свою соседку.

Недоволен лишь был дедушка. Он только задремал, а тут «эта молодежь» …

Народу в вагоне было немного. Я слушала музыку, но и сама с жадностью теперь ожидала звонка бабуле.

Окончив разговор, девушка прижала к груди перчатки и закрыла глаза. Она улыбалась и буквально светилась от счастья. Вагон замер в томительном ожидании. Так и хотелось поторопить ее!

Поезд остановился, парочка обреченно вышла. Проходя по платформе мимо нашего окна, они еще раз посмотрели на девчушку и захихикали.

Пожалуй, я была в самом выгодном положении. Моя остановка – конечная. Бояться стоило только одного – девушка выйдет раньше и тайны я так и не узнаю. Чего же она ждет?

За окном мелькали дома, разбросанные вдоль железнодорожного полотна. Провода исполняли медленный танец, то опускаясь, то поднимаясь меж столбов.

На улице стоял ноябрь. Я не люблю этот месяц. Но сейчас ни серость, ни холод не омрачали моего настроения. У человека напротив счастье! Невольно она делится им с каждым из нас!

Девушка открыла глаза и стала искать, по-видимому, номер бабули. Люди, ненадолго отвлекшиеся в своих мыслях, снова обратили свое внимание в нашу сторону.

В правом наушнике что-то зашипело. Это были старые наушники, и я едва их сумела распутать перед поездкой. Треск то появлялся, то исчезал. Я отключила музыку, но наушники оставила.

Девушка улыбалась. Глаза светились. Нет, светилась она вся! Ей так хотелось скорее что-то рассказать, а нам – услышать этот что-то!

Что такое… Гудок…еще гудок.

Девушка насупила брови. Сбросила и стала набирать заново. Гудок... еще гудок…

Улыбка исчезла с лица девушки. Ее мысли теперь заняты были чем-то другим. Девушка стала набирать снова и снова, но ей никто не отвечал.

- Может, вышла в магазин и телефон дома забыла? Бывает такое, у всех бывает! – участливо поддержала сидящая рядом женщина.

- Она не ходит… - девушка, едва шевелила губами. Лицо ее теперь не светилось. От прежней радости не осталось и следа.

- Позвони маме, - снова посоветовала женщина.

В глазах девушки застыли слезы.

- Не успела…

Воздух в вагоне словно стал густеть. Он стал вязким и тяжелым, хотелось помочь дозвониться, сказать что-то нужное… В горле застыл ком.

Огромные зеленые глаза наполнились слезами.

Гудок… еще гудок…

- Да, дочь! Сказала? Ну как?

На том конце провода счастьем оглушил нас, сидящих рядом, голос матери.

- Алло! Катя, ну ты чего? Алло!

- Мам… Мама, бабуля не отвечает… - девушка расплакалась.

- Попроси мать, чтоб проведала, ну? Подожди, не реви, мало ли, что! – не унималась женщина.

Девушка положила телефон на колени, не закончив вызов.

- Она не ходит… - снова произнесла девушка.

- Да я не про бабушку, про мамку! Или далеко живет?

- Мама… Мама тоже не ходит…

- Батюшки! – воскликнула соседка и полезла за носовым платком.

Никто больше не осмелился дать совет и даже посмотреть в сторону девушки. Любопытные взгляды устремились теперь в окна, в пол, в книги… Необъяснимое чувство вины повисло в воздухе.

За окном серый ветер рассыпал колкие снежинки, они хлестали в стекла и били людей по щекам. Деревья стояли голые и унылые. Черная земля жаждала снега.

Девушка растерянно смотрела в пустоту.

- Конечная, следующая конечная, будьте внимательны! Поезд идет в депо! – прохрипел машинист.

Вдруг девушка подняла голову и распахнула глаза так, будто что-то вспомнила.

Сидящая рядом женщина, использовавшая все попытки утешить и дать совет, задремала.

Девушка смотрела прямо на меня и ее губы начали расползаться в улыбке.

- Эй, ты чего? – растерялась я.

Она в ответ хлопнула себя по лбу и стала куда-то снова звонить.

Гудок, еще гудок. Девушка кусает губы и теребит свободной рукой ручку соседской сумки.

- Алло?

- Бабушка! – звонкий голос рассек тишину вагона.

- Ты чего кричишь? Все хорошо? Ты где? - пожилой женский голос, весьма взволнованный.

- Бабушка! - девушка закрыла рот руками, а глаза наполнились слезами. – Бабушка, я так люблю тебя!!!

Конечная. Поднимаемся. Сгусток чувств в душе.

Пассажиры направляются к выходу. Поезд замедлил ход. Девушка первой выбежала на перрон. Казалось, что она не касается земли. Ее волосы развеваются на ветру, а в руках крепко сжат мобильный телефон.

Подожду толпу в стороне…

Снежинки кружатся в изящном танце, они пока маленькие и неокрепшие. Сквозь серые тяжелые тучи изо всех сил солнце пытается согреть нас своими лучами.

Жаль, что я не могу позвонить и также сказать своей бабушке… Хотя…

Я поднимаю голову и, не стесняясь бегущих мимо людей, говорю вслух: Я люблю тебя, бабушка!

Глава 2

Не люблю ездить на первой электричке, но иногда приходится. Так выпадают смены. Отъезжая от Москвы, я сажусь в конце или в середине поезда. Здесь больше людей, веселее и безопаснее.

Возвращаясь с работы, я не слушаю музыку. Она до сих пор в моей голове. Басы отдают в висках. Я работаю в клубе.

Сотни лиц, голосов, образов.

Я в черном. Моя задача – встретить и проводить гостя. Я тень. Я приветливо улыбаюсь, встречая гостя, затем исчезаю.

В первой электричке тихо. Тишина отдается гулом в сознании. Со мной в вагоне не более десяти человек. Некоторым из них ехать до конца, а это около 2,5 часов. Сейчас они съедят что-нибудь и уснут.

Электричка будет наполняться новыми людьми. Я пытаюсь не спать – страшно. Но в какой-то момент меня словно отключают от питания.

Я просыпаюсь от странного шепота.

Передо мной сидит рыжеволосый паренек. Он смотрит в темное окно, что-то шепчет себе под нос и улыбается.

«Вот чудик», - подумала я и снова стала задремывать.

- Девушка, а вы не спите, да?

Открываю глаза. Меньше всего мне хочется сейчас с кем-то разговаривать. Я очень устала и хочу скорее попасть домой!

- Пытаюсь…

- А можно я вам стихи почитаю? Свои?

Ну что тут ответить? Бегущей строкой пронеслись мысли: псих, романтик, подкатывает, маньяк.

- Читайте.

План рождается быстро. Я буду кивать и улыбаться. И дремать.

План рушится также быстро, как и рождался. Стихи… Стихи настоящие. В каждой строке чувства: любовь, печаль, вина, прощение, прощание.

Парень светленький. Глаза голубые, кожа светлая. Весьма скромный на вид.

- Ты кто? – спрашиваю.

- Толик, - улыбается он.

- У тебя потрясающие стихи! Ты кому-то их еще читал? До слез!

И правда, до слез, слез счастья, слез печали. Проникновенные.

И читает Толик так искренне, так восторженно.

Толик отмахивается.

- Да ну, это так… Я люблю читать. Мои стихи так, ерунда. Но мне они нравятся.

Я уже не сплю, а смотрю во все глаза. Как жаль, что я не попросила их! Что не записала и не запомнила! Это не просто строки, набитые из красивых слов!

- Слушай, Толик, а родные? Ты им читал?

Толик вздыхает.

- Ну?

- Читал. Мамка говорит, чушь. А дед меня не помнит. Ну, то есть помнит, но на следующий раз уже забудет. Деменция. Он и мать не узнает.

Толик смеется вдруг.

- Но я ему читаю! Каждый раз удивляется, спрашивает, кто автор!

- А ты что?

- А я что? То Пушкин скажу, то Носов…

- Носов?!

- Да ему все равно… Слушает… Иногда слезы даже у него… Но я не понимаю, стихи это или он о своем думает?

- Толик, а ты где живешь?

- На Куровской.

- ???!!!! Ты же в другом направлении едешь! Ты в курсе, что тебе теперь 40 минут ехать, чтобы вернуться на свое направление? Ты с ума сошел!

- Неа… Зато меня так еще никто не слушал. Я тебя провожу и запомню.

- Зачем?

- Напишу о тебе стихотворение. Может, когда-нибудь снова увидимся…

На соседний путь прибывает электричка.

- Толик, иди, это твоя.

- Я провожу. Просто провожу.

- Иди, это последняя. А ты учишься или работаешь? Где ты?

- Я… Я как ветер…

Толик задумался.

На платформе все больше и больше людей. Утренняя суета поглощает перрон.

Толик растерянно хлопает по карманам. Находит карандаш и блокнот и начинает писать что-то.

-Толик! Сядь, потом пиши!

Не слышит меня. Улыбается, пишет что-то, не разобрать.

Посадила парня в электричку.

Электричка отправилась в обратную сторону. Надеюсь, он доедет все-таки до своей цели.

Иду на встречу толпе. В голове уже не стучит клубная музыка. Лишь обрывки необыкновенных строк, птичьи голоса и теплый весенний ветер…