Однажды на Вероне

Глава 1

Низкое небо затянуто дымом.

Земля от горизонта до горизонта – в огне и руинах, только кое-где сияют купола силовых экранов.

Двое подростков укрылись за обломками стен замка Торговой Гильдии.

Девушка пришпилена к земле длинным обломком металлического штыря, вывернутого откуда-то недавним близким взрывом. Рана – в области живота. Штырь вошёл глубоко и прочно – вытащить его нельзя.

Парень пытается хоть как-то помочь раненой.

Она – в облегающем трико-хамелеоне с эмблемой Ордена боевых магов на плече.

На нём – рабочая куртка Торговой Гильдии.

Они знают друг друга всего несколько минут. Только имя собеседника и то, что он – из враждебного клана.

Сейчас это не важно. Грохот редких одиноких разрывов постепенно приближается.

- Слышала последний анекдот, Юлька? – непрофессионально натянуто улыбаясь, спросил Роман. Посмей он только проявить откровенную жалость – и Юлька ударит. Или сразу убьёт…

- Последний? – не давая ритуальной усмешке искривить лицо, заинтересованно спросила раненная девчонка. – Мне и первый-то никто не рассказал, - не без труда совладав с боевой мимикой, вздохнула Юлька - архимаг-берсерк Джульет-Та из славного веронейского клана Капулет-Ти.

- Я расскажу тебе… потом, - пообещал Роман – с недавних пор - верховный мастер-даритель фамильной гильдии Монтек-Ки. – Все анекдоты расскажу, даже самый первый. Только вспомню – и расскажу. Там немало смешных. Но сейчас – последний. Хорошо?

Юлька – Джульет-Та кивнула, борясь с боевыми рефлексами – "маска смеющегося Локи" так и норовила сковать черты.

- Хорошо… - шепнула она, стараясь не поднять глаза на извечного врага. – Пусть сначала будет последний.

Девочка зашлась кровавым кашлем, и мастер-даритель Монтек-Ки вколол ей в вену ещё одну дозу антидота. Мастер-даритель облечён правом безвозмездной услуги даже члену враждебного Дома.

Вдали громыхнуло, и над горизонтом вспух багрово-пыльный гриб нового взрыва. Уже часа три войну продолжала автоматика. Людей на всей Вероне осталось не так много, а членов конфликтующих кланов и вовсе - единицы. Атаки боевых механизмов, принадлежащих Капутел-Ти, принимали на себя силовые купола и прочие защитные системы, созданные мастерами Монтек-Ки и весьма выгодно проданные обычным обывателям. Взрывы раздавались всё реже – системы наведения почти не видели достойных целей. Роман не удивился бы узнав, что последние бомбы предназначены лично ему. А что падают далеко – виноваты помехи, насланные функционирующими пока защитными системами. Каждый новый взрыв – всё ближе. Быть может очередной снаряд убьёт его раньше губительного излучения… Или это сделает архимаг-берсерк Джульет-Та из родового Ордена Капулет-Ти.

Спустя несколько секунд остаточная волна добралась до их ненадежного убежища, окатив волной жара, кирпичной крошкой и очередным повышением дозы незримой смерти. Стена, вблизи которой укрылись молодые люди, ощутимо дрогнула, но устояла.

- Так что там с твоим анекдотом? – с трудом разобрал Роман вопрос девушки, скорее не услышав слова, а считав их с её губ. На миг тупая боль сжала сердце мастера-дарителя, сигнализируя об отравлении. Накачанный всевозможными нейтрализаторами и адапторами организм пока справляется, но боль в сердце – первый сигнал. Потом придут зуд, жжение, кашель, спазмы, судороги – в зависимости от того, какой использован яд, вирус или излучение. Но это потом. А сейчас вместе с болью возникло сиюминутное сожаление об истраченной на всё равно умирающую Капулет-Ти последней ампуле универсального антидота. Сожаление отступило прежде, чем ушла боль – мастер Монтек-Ки не имеет права сожалеть о даре.

- Слушай… - Роман осторожно утёр кровь с лица девушки. – Это было в далёком-далёком будущем. Война кланов приближалась к своему финалу. От каждого рода остался лишь один представитель. И вот эти двое встретились, и нет никого кроме них, и никого, кто стал бы на сторону любого из враждующих Домов. И в руке одного меч, а у другого на поясе – кошель с деньгами. И вот один подходит и просит другого: "Продай мне меч…"

- Надеюсь, могучий воин Капулет-Ти убил жалкого торгаша, осмелившегося обратиться к нему со столь низкой просьбой? – всё-таки усмехнулась неосторожно Юлька и тут же поспешила прикрыть губы ладонями. Но Романа уже опрокинуло на спину, и архимаг Джульет-Та не сомневалась – лицо Монтек-Ки украсил свежий ожог. Хорошо ещё, если не задело глаза – боевая мимика на таком расстоянии весьма эффективна.

Девушка попыталась приподняться, чтобы хоть как-то помочь "жалкому торгашу". Пронзивший насквозь и пришпиливший её к земле металлический штырь чуть сместился, вызвав вспышку боли в искалеченном теле.

- Не надо! – забормотал Роман. Он не видел движения Юли – просто угадал, что архимаг-берсерк из клана Капулет-Ти не сможет остаться безучастной. Наверняка ведь дёрнется и, скрипя зубами, причиняя себе ещё большие страдания, попытается протянуть руку, чтобы помочь - или добить, как принято у вояк. – Я сам…

Некоторое время они молчали. Через пару минут Роман понял, что одним глазом всё же видит, и обрадовался, что под рукой нет зеркала. Узнать, на что сейчас похоже его лицо, мастер-даритель не хотел бы и даже боялся представить, каким видит его девушка.

- А ты красивый… - вдруг удивлённо произнесла Юля, едва ощутимо касаясь кончиками пальцев его щеки. – Почему я не замечала этого раньше?

- А я только что изменился! – истерично рассмеялся Роман, обречённо прижимаясь обожжённой кожей к каменной твердости ладошке. Сейчас девчонка рефлекторно среагирует на прикосновение, трансформирует кисть – и ударит. Ей даже не надо будет отводить руку для замаха.

- Не смейся, Ромео… Не надо. Мне кажется, что я люблю тебя.

- Я не Ромео, девочка! Меня зовут Роман из клана Монтек-Ки! Я верховный мастер-даритель…

- Верховный? – нашла в себе силы удивиться Юля. – Не слишком ли ты молод для этого титула?

- Ты ещё не поняла?! – спросил мастер-даритель, чувствуя, как заражение, превысившее целебные возможности последних инъекций, начинает убивать его. – Это же как анекдот! Я – последний Монтек-Ки. А значит, не зависимо от текущего уровня, ношу высший титул! Война окончена… Смешно, правда?

Верховным мастером-дарителем был отец Романа – старший Монтек-Ки, освобожденный от имени, собою олицетворяющий весь род свой и Гильдию. Олицетворявший. Верховный мастер-даритель погиб несколько часов назад от рук трансформировавшейся девчонки-берсерка, прорвавшейся в бункер родового замка "жалких торгашей" через камень стен, путаницу коридоров и хитроумность ловушек, потеряв по пути троих членов Семьи и личное оружие. Старшего Монтек-Ки она убила голыми руками, проломив грудную клетку удивлённого врага твёрдыми, как камень, ладонями. Кровь его сердца до сих пор на кончиках пальцев юной Капулет-Ти…

И теперь титул верховного мастера-дарителя по праву старшего в семье принял недоучка Роман, до того дня – ничтожный торг-мастер… Перед искусством которого, правда, не могли устоять даже самые упёртые скряги, зачастую приобретая абсолютно ненужные им и ужасно дорогие безделушки, подчинившись завораживающим голосу и жестам юного торг-мастера.

Он и сейчас мог бы всучить умирающей Юльке всё что угодно – даже каменную крошку, усыпавшую всё пространство вокруг, на сколько хватает взгляда. Он и лишние минуты жизни ей, что называется, "впарил" – девчонка ни в какую не хотела жить, но скоропостижный мастер-даритель убедил смертельно раненную Капулет-Ти принять его такой щедрый дар. Есть разные способы…

А ещё у него есть подобранный среди руин пистолет и три пули в обойме. Если выстрелить точно в голову…

- А это правда, что ваши женщины торгуют собой? – неожиданно спросила Юля.

- Вы ведь тоже продаете свои клинки… - осторожно возразил Роман. Воины Ордена Капулет-Ти пользуются заслуженной славой лучших наёмных бойцов во всех мирах. Даже Чужие уступают им, не говоря уже о людях. Не желают уступать только "жалкие торгаши" Монтек-Ки, слава которых ничуть не меньше.

- Клинки, но не тела! – вскинулась Джульет-Та, но тут же ойкнула от боли в потревоженной ране. – И мы не торгуем собой! – уже едва слышно прошипела она. - Мы сражаемся за тех, кто не может этого сам!

- А мы любим тех, кто не умеет любить, - пожал плечами Роман. У юного торг-мастера был немалый опыт в этой области – женщины, воспользовавшиеся его услугами, уходили счастливыми. Эту девочку он тоже мог бы сделать счастливой – что и делает сейчас, заставляя насильно влюблённую воительницу принимать в дар ещё несколько минут жизни.

- А ты купил бы… меня? Не мой клинок – меня?

Роман заглянул в глаза Юле и едва удержался, чтобы не вздрогнуть. Таким взглядом, как у неё, можно убить, а не только обжечь. Он не посмел сказать: "Я уже тебя купил". Даже безоружная и почти беспомощная она сумеет расправиться с ним - ценой подаренных им минут жизни. Он не скажет ей правды – потому что никто не может отказаться от дара мастера. И не стоит нарушать это правило.

- Ты забыла, Юля, - прошептал он, безрассудно склонившись к самому её лицу, не искаженному сейчас ни одной из боевых гримас. – Теперь я – мастер-даритель. Я не покупаю и не продаю.

- Прими меня как дар…

Девочка была пришпилена к земле железным обломком, как бабочка иголкой. На пальцах этой девочки засохла кровь отца последнего мастера-дарителя. Одна из масок умирающей девочки только что опалила ему пол-лица, лишив глаза. Девочка признавалась ему в им же подаренной любви, которая одна удерживала её на этом свете.

- Прими меня как дар…

И верховный мастер-даритель Торговой Гильдии Монтек-Ки коснулся обожжёнными губами окровавленных губ архимага-берсерка Капулет-Ти. Она умрёт, не дождавшись окончания поцелуя – умрёт счастливой. Никто не может отказаться от дара мастера.

Его накроет очередным взрывом – система наведения доподлинно выяснит, что рядом с противником нет никого из живых представителей Ордена – и нанесёт последний удар.

***

- Это было в далёком-далёком будущем. Война кланов приближалась к своему финалу. От каждого рода остался лишь один представитель. И вот эти двое встретились, и нет никого кроме них, и никого, кто стал бы на сторону любого из враждующих Домов. И в руке одного меч, а у другого на поясе – кошель с деньгами. И вот один подходит и просит другого: "Продай мне меч…"

- Надеюсь, могучий воин Капулет-Ти убил жалкого торгаша, осмелившегося обратиться к нему со столь низкой просьбой?

- Нет, могучему воину Капулет-Ти просто нечем оказалось убить "жалкого торгаша". Последний Монтек-Ки взглянул на содержимое кошелька, подобранного где-то безоружным воином, и сказал, что этих денег мало за такой хороший меч. И оба остались живы…

- Так не бывает, Роман.

- Я не Роман, моя прекрасная Джульетта. Я – Ромео. И пусть так не бывает. Так было. В далёком-далёком будущем…