Одиссея капитана Павлова. НейроМаша

Глава 1

В городе снова догорал октябрь. Еще немного, и яркие листья опадут под ноги прохожим, и будут тлеть, жалея о прошедшем лете. А пока они отцветали на деревьях, тщетно ожидая теплых лучей солнца и ласкового ветра. Разочарованием и осенней моросью был пронизан холодный воздух.

В одно дождливое утро ровно в восемь в моей холодной квартире на Спортивной противно запищал будильник. Я недовольно заворчал, отключил звук и сел в кровати, сонно щурясь на экран мобильника. Смысла вставать в это время совершенно не было: два года назад я, старший лейтенант внутреннего флота, вышел в отставку по ранению и с тех пор моя жизнь потерялся всякий смысл.

Конечно, я пытался жить, как обычные люди: устроился на работу в юридической конторе, но долго там не продержался и прошлой весной со скандалом уволился. И вот с того момента меня поглотила черная тоска. Я тосковал по морю, по «настоящему делу», как говорил мой бывший капитан Курбатов и с каждым днем эта тоска становилась все сильнее. Депрессия, так мне сказал психолог в нашей ведомственной поликлинике.

Своей семьи в мои тридцать пять у меня так и не появилось, только старшая сестра Лера, да ее сын Данил, чудесный парнишка, больной спинальной мышечной атрофией. С него-то и началась моя история.

Дело в том, что накануне вечером я был в гостях у сестры и она рассказала мне о том, что педиатр поставил Данила в очередь для получения бесплатной вакцины против его заболевания. Вакцина должна приехать из соседней параллели «М-16», где ученые нашли формулу лекарства, намного дешевле и эффективнее нашей Спинразы. Проблема заключалась в том, что ожидание будет длиться не менее двух лет, а за это время болезнь будет только прогрессировать. Разумеется, вакцину можно купить прямо сейчас за свои деньги, да только все равно пересылка препарата будет длиться больше года.

Домой я вернулся с твердым намерением как-то помочь Даниле и впервые спал без кошмаров. Итак, в восемь утра прозвенел мой будильник и вырвал из объятий Морфея. Я поежился от холода: в квартире что-то случилось с отоплением, но я все никак не мог заставить себя позвонить в коммунальную службу и решить этот вопрос.

Вчера до полуночи я копался в интернете в поисках торговых кораблей внешнего флота, которые согласились бы привезти мне «Моторион» в самые короткие сроки, однако пока мне не везло. Кто-то заламывал фантастическую цену, кто-то просто отказывался или советовал писать в Адмиралтейство и Минздрав. Оно и понятно, задача была непростая. На спам вроде «доставим любой товар из любой параллели за один день» я просто не реагировал. В конце-концов я плюнул на эту затею и сразу после завтрака отправился в порт.

С того момента, как ученые открыли возможность путешествия в параллельные миры, наш флот, как и флот всех остальных стран, разделился на два вида: внешний и внутренний. И если внутренний продолжал выполнять те же функции, что и сотни лет назад, внешний теперь специализировался исключительно на параллелях. А так как через «морские ворота» не могло пройти невредимым ни одно современное судно, оснащенное электроникой, внешний флот состоял из старых добрых парусных кораблей.

Я стоял на набережной и с восторгом смотрел на бриги, фрегаты и шхуны, пришвартованные неподалеку от их железных собратьев, и они напоминали мне изящных балерин, танцующих рядом с боксерами.

Позади меня послышался чей-то хриплый смех. Я обернулся и увидел дядю Юру, нашего портового стивидора, перемазанного машинным маслом и двух молоденьких докеров, видимо, недавних выпускников. Я улыбнулся и помахал ему рукой. Дядя Юра картинно развел руками:

- Какие люди! Андрей Саныч! Давненько я вас тут не видел!

- Дела, дядя Юра, - я виновато пожал плечами, - Вот зашел в гости, узнать, как вы тут, что нового.

- Ай, - тот с досадой махнул рукой, - Что тут будет! Пошли ко мне, чаем угощу, если не торопишься.

- А пошли!- согласился я.

Одним из несомненных положительных качеств дяди Юры являлась его словоохотливость. Он любил травить анекдоты и байки из жизни, знал все слухи в порту и каждого капитана корабля по имени. И именно сегодня я рассчитывал на него, как никогда.

Мы вошли в его каморку, заваленную инструментами, коробками и прочим инвентарем. Дядя Юра включил чайник и вытащил из покосившегося шкафа две кружки. Я достал из куртки пачку печенья и расположился на диване.

- Ну рассказывай, как жизнь сухопутная? - спросил дядя Юра, вытирая руки промасленной тряпочкой.

- Потихоньку, как всегда, - ответил я, - А у вас что тут?

- Новичков вон прислали. Кэп все жалеет, что тебя списали на берег. Так и сказал: мне, мол, так не хватает Баренцева, эх...

- Ну что поделать, раз врачи сказали нельзя, значит, им виднее...

Дядя Юра протянул мне дымящуюся кружку. Я с улыбкой поблагодарил и тихонько отхлебнул кипяток. Черный, горький, как я люблю. Красота! Кажется, один мой знакомый доктор говорил мне, что черный чай намного полезнее зеленого. Или наоборот?

Кстати, о врачах.

- Дядя Юра, мне тут надо одно лекарство купить в другой параллели, но побыстрее. Дело очень серьезное, уж поверь. Ты случайно не знаешь кого?..

Дядя Юра на минуту задумался. Покупка и прохождение таможни могут тянуться месяцами, уж таковы порядки, и с этим ничего не поделаешь. Но если вы хотите привезти что-то из соседней параллели, минуя все эти бюрократические круги ада, у вас остается только один вариант - контрабандисты! Конечно, не совсем законно, зато эффективно и быстро. Я знал, что дядя Юра и сам в молодости промышлял контрабандой, хотя тщательно скрывал эту страницу своей биографии, поэтому надеялся, что он наверняка имеет на примете парочку ребят, готовых за деньги рискнуть в море. Тишина затягивалась, но я не торопился.

Наконец наш почтенный стивидор удовлетворенно крякнул и произнес:

- Кажется, я знаю, кто тебе может помочь. Тут в порту уже два месяца стоит одна шхуна, я знаком с капитаном - занятный тип! Идейный! Привез нашим ремонтникам коллекционный виски из М-8 за неделю! Идем!

Мы допили чай с печеньем и выбрались из каморки наружу. В порту было шумно.

- Вон, гляди! - дядя Юра ткнул пальцем куда-то вдаль, - Вон там стоит шхуна «Василий Ерошенко»!

Я посмотрел в ту сторону, куда указывал стивидор и увидел небольшое парусное судно, качающееся на волнах недалеко от берега.

- Никак не отчалят, видать что-то у них не срастается, - продолжал дядя Юра, - Иди, спроси у них, может, они тебе и помогут.

- Спасибо, дядя Юра! - я пожал его руку, огрубевшую от работы и ветра и поспешил к шхуне.

На палубе никого не было видно. На обычном корабле из металла и с современными приборами всегда были средства связи, но на парусных судах внешнего флота даже рация будет бесполезна из-за эффекта «морских ворот». Я раздумывал, как мне поговорить с кем-то из экипажа шхуны, когда сзади послышался чей-то жизнерадостный голос:

- Красивая, да?

Я резко обернулся и встретился взглядом с незнакомцем. Высокий, слегка небритый, в потертой кожаной куртке с шарфом и капитанской фуражке, он выглядел не то как летчик из какого-нибудь старого фильма, не то как Остап Бендер.

- Вы не знаете, как можно найти капитана этого корабля? - спросил я у него.

- Он перед вами, - незнакомец со старомодной церемонностью кивнул головой, - Александр Павлов, капитан шхуны «Василий Ерошенко».

- Андрей, очень приятно! - я удивленно оглядел его с ног до головы: очень уж он был не похож на обычных капитанов.

- Так что вы хотели обсудить?

- Мне нужна кое-какая помощь. Только... Не хотите кофе? Сегодня очень мерзкая погода.

- С удовольствием! - согласился Павлов.

Мы пересекли набережную и зашли в кофейню «Калипсо», знаменитую своими круассанами и блинчиками. Почуяв запах свежей выпечки, я вспомнил, что утром совсем не завтракал, так что разговор мы продолжили, уплетая теплые вафли с лососем и яйцами пашот. Капитан «Василия Ерошенко» оказался весьма дружелюбным и обаятельным парнем, и, к своему удивлению, мне было очень легко с ним общаться. Наконец я изложил вкраце свою проблему и с волнением посмотрел на собеседника. Тот задумчиво скривил губы.

- Что ж, - сказал он, - Я не против помочь, тем более, что у меня как раз есть кое-какие заказы в М-16. Время ожидания - примерно год. Устраивает?

Я замотал головой:

- Я бы хотел получить лекарство как можно скорее.

- Но вы же знаете, что по закону любое дорогостоящее лекарство из чужой параллели подлежит оформлению на таможне? При всем желании я не могу повлиять на этот процесс, а он довольно длительный.

Я грустно вздохнул:

- Да, знаю. Но наш стивидор порекомендовал вас, как очень хорошего специалиста.

Павлов заметно напрягся:

- А кто конкретно меня вам порекомендовал?

- Портовый стивидор. Такой невысокий, жилистый, шутить любит. Ну вы наверняка его видели. Он говорил, что вы привезли редкий виски для ремонтников всего за восемь дней!

И тут лицо капитана посветлело:

- А, дядя Юра? Что ж вы сразу не сказали? Тогда это совсем другое дело! Доставим вам ваше лекарство в лучшем виде и в кратчайшие сроки, но только... Видите ли, у меня появилась маленькая техническая заминка. Дело в том, что мы внезапно лишились старпома и с тех пор вот уже два месяца никак не можем найти ему замену. Если вы готовы подождать, тогда, как только экипаж будет укомплектован, я сообщу и непременно выполню вашу просьбу. Само собой, если поиски старпома затянутся дольше, чем на шесть месяцев...

Я обречённо закрыл глаза. В последнее время дефицит квалифицированных кадров ощущался все сильнее. Работа в море являлась одной из самых тяжёлых, а уж внешний флот и вовсе считался опасным. В таких условиях он рискует найти старпома очень и очень нескоро. Если только... Внезапная идея озарила меня, словно яркий свет в конце туннеля. Правда, я подозревал, что этот свет мог оказаться прожектором паровоза. И тем не менее я спросил:

- Послушайте, а что, если я выйду с вами в этот рейс в качестве старпома?

Капитан Павлов аж поперхнулся:

- Вы?!

- Я служил во флоте пятнадцать лет, был вторым помощником капитана, у меня большой опыт. Поймите, мне очень нужно достать этот "Моторион"! Я даже готов работать за бесплатно, если вы согласитесь взять меня с собой!

- Вы сейчас серьёзно?

- Абсолютно! Меня списали по здоровью, но один рейс на гражданском судне я в любом случае выдержу!

- Хм,- капитан потер переносицу и нахмурился,- А что, дядя Юра сможет за вас поручиться?

- Так точно! Можете у него спросить.

- Спрошу. Что ж, вы приняты! - Он широко улыбнулся и протянул мне свою руку,- Завтра я договорюсь на погрузку и после обеда жду вас на судне с вещами и документами.

Я пожал его тёплую ладонь, попрощался и вышел на улицу. Меня обуревали противоречивые эмоции. С одной стороны, никто не давал мне гарантии, что моя авантюра закончится благополучно и я вернусь домой с лекарством для племянника, а с другой стороны это был шанс снова выйти в море и я не собирался его упускать. Даже если это будет билет в один конец, оно того стоит.

Мне безумно хотелось тут же позвонить сестре и поделиться радостью, но я понимал, что она будет волноваться и потому ограничился сообщением.

" Лерка, устроился на работу, возможно уеду в командировку на пару месяцев. Не беспокойся, если не буду в онлайне".

Через пару минут от неё пришёл ответ: " Ок. Только будь, пожалуйста, осторожнее со своим здоровьем. Продолжай вести дневник давления, вовремя ложись спать и не забывай пить таблетки".

Я заверил её, что непременно буду следить за собой, как мать за младенцем, передал привет Данилу и вышел из соцсетей. Внутри меня словно плясали солнечные зайчики. Эх, все-таки я действительно "адреналиновый наркоман", как говорила одна моя бывшая девушка. В приподнятом настроении я направился домой собираться в плавание.

На следующий день, сняв со счета нужную сумму денег ( да-да, пришлось воспользоваться мгновенным кредитом под залог квартиры, разберусь с этим после возвращения), я сложил в рюкзак все необходимое и отправился в порт. На шхуне было многолюдно: матросы и грузчики сновали с ящиками, коробками и инструментами, что-то оживленно обсуждали и перекидывались шутками. Словом, царила обыкновенная предрейсовая суета.

Я поднялся на борт и спросил у первого попавшегося матроса, где могу найти капитана. Тот махнул рукой вниз, даже не глядя на меня и коротко бросил:

- На платформе воду проверяет.

Я направился было к лестнице, но тут меня окликнули:

- Постой, парень, ты куда?

Я обернулся и увидел спешащего ко мне крепкого коротко стриженного мужчину с обветренным лицом.

- Мне нужен капитан,- ответил я,- Он просил прийти к нему сегодня.

- А, так ты- новый старпом?- обрадовался он. Я неуверенно кивнул.

- Я здешний дракон, то есть боцман, Всеволод Валерьевич, можно просто "дядя Сева". Будем значит соседями по каюте. А тебя как звать?

- Андрей Сергеевич,- представился я. На вид боцману было уже под пятьдесят, и тем не менее, в спарринге я бы ему проиграл: дядя Сева явно уделял много времени своей физической форме. Боцман с улыбкой похлопал меня по плечу своей ручищей и подбодрил:

- Ничего, Андрюха, освоишься. Сейчас кэпа позову.

Он помчался вниз по лестнице и через минуту вернулся вместе с Павловым. Тот выглядел крайне возбужденным. При виде меня капитан заулыбался:

- А, вы уже пришли! Отлично, пойдёмте со мной! Всеволод Валерич, проверь ещё раз такелаж, пожалуйста!

Мы перешли от фок-мачты до палубы юта и оказались в штурманской рубке.

Павлов расположился в кресле за огромным деревянным столом и жестом пригласил меня сесть напротив.

- Итак,- произнес он, сцепив руки в замок,- Я поговорил со стивидором о вас и вполне удовлетворён результатом. Однако у меня остались вопросы: а вы сможете ходить под парусами? И не просто ходить, а ещё и управлять командой? Насколько я понял, вы служили на военном линкоре во внутреннем флоте. Вы когда-нибудь бывали "снаружи"?

- Во время учёбы я год ходил на учебном паруснике и ещё полгода был матросом на туристическом фрегате " Успех". Конечно, кое- что придётся вспоминать, но в целом я помню основные принципы работы. "Снаружи" я никогда не был.

- Понимаете, путешествие по чужим параллелям может оказывать негативный эффект на разум. А ведь вас списали как раз с...- Он пальцем постучал по своему виску.

- Я готов рискнуть, - перебил я капитана,- Я заинтересован в результате, а значит, сделаю все возможное, чтобы его получить.

- Хорошо-о-о,- задумчиво протянул Павлов,- Тогда добро пожаловать! С нашим драконом, ой, боцманом вы уже знакомы, штурмана у нас нет, а с остальной командой вы можете познакомиться за ужином. Если у вас нет больше никаких дел, располагайтесь и начнем готовиться. Завтра утром мы отплываем. Кстати, деньги на лекарство у вас с собой?

Я заверил, что вся сумма в наличке находится в моем рюкзаке.

- Отлично, обменяем на их тугрики на границе и закинем на карту: у меня есть аккаунт и счёт в М-16. Вы же о ней знаете? В некоторых сферах они нас неплохо так перегоняют.

В дверь постучали.

- Да-да!- отозвался капитан. В рубку заглянул боцман.

- Кэп, такелаж в порядке, ящики погружены в трюм,- бодро отрапортовал он.

- Прекрасно, сейчас я спущусь на камбуз, а ты проводи нашего нового старпома в каюту и покажи ему корабль.

- Понял, сделаем, кэп,- боцман кивнул и весело мне подмигнул.

- Идите, осваивайтесь,- Павлов махнул рукой, - Увидимся за ужином.

Следующие несколько часов я ходил по шхуне следом за «дядей Севой» и с ужасом осознавал, что с момента мореходки забыл достаточно много. И если первые полчаса я старался запомнить все нюансы, то потом мозг начал потихоньку вскипать от обилия информации. В конце концов, видя мою растерянность, боцман усмехнулся и сказал:

- Не дрейфь, друг дорогой, я тебе подскажу где нужно, а там и сам втянешься.

Мы обошли все палубы и заглянули в каждый закоулок или каморку. Периодически нам попадался кто-нибудь из команды и меня непременно представляли как новоиспеченного чифа, а человек кивал с многозначительным видом и загадочно улыбался. Вообще дядя Сева оказался очень добродушным человеком, разве что любил много и вычурно говорить и иной раз было не совсем понятно - шутит он или всерьёз.

К вечеру я уже знал, что команда шхуны состояла из двадцати человек, включая кока и самого боцмана, что они перевозят местный алкоголь по заказу какого-то ресторана из М-16 и из-за отсутствия старпома уже сильно срывают все сроки и что в этой параллели он когда-то был тренером в клубе фехтования.

- Если будет желание, я могу тебя научить,- вдруг предложил он мне,- Очень полезный навык в плане физической подготовки.

Я рассеянно кивнул. Проблема навигации в параллелях и распределение вахт тревожили меня пока что больше.

В половину восьмого все спустились в столовую. На "Василии Ерошенко" комсостав принимал пищу вместе с остальной командой, разве что за разными столами. Кэп выглядел немного уставшим, но донельзя довольным. Оно и понятно: после простоя наконец выйти в море.

Я внезапно понял, что жутко проголодался, так что с аппетитом накинулся на еду. Павлов с видом аристократа аккуратно распиливал куриную котлету.

- Ну что, Андрей Сергеевич, со всеми познакомились?- спросил кэп.

Я кивнул. Удивительно, всего одна порция горячей гречки с котлетой и жизнь сразу стала казаться не такой уж сложной. Да и вообще: не боги горшки обжигают, вспомню, привыкну и все получится. Дядя Сева подскажет, если что.

За соседним столом матросы громко рассмеялись над какой-то шуткой. Боцман строго на них посмотрел, но ничего не сказал.

- Ну что, ребята, наконец-то мы прекратили вымачивать якоря и утром отправляемся в рейс!- внезапно провозгласил Павлов, обращаясь к матросам,- Фортуна с нами!

- Ура!- откликнулись матросы. Радость на их лицах была настолько искренней, что я невольно заразился их воодушевлением. Хотя, конечно, и сам мечтал вновь ощутить солёный ветер на своём лице.

Отплывали мы рано утром. В осенней промозглой серости мы высыпали на скользкую палубу и принялись за работу. Под громкий бас дяди Севы мы отдали швартовы, снялись с якоря и судно стало понемногу удаляться от пристани. Я обернулся к боцману, поймал его одобрительный взгляд и прокричал, захлебываясь от восторга, как мальчишка:

- Поднять паруса!

Вот так, собственно, и началось мое неожиданное последнее плавание в компании настоящих контрабандистов.

Глава 2

Примерно к концу первой недели я наконец освоился со своими новыми обязанностями и приноровился к управлению парусником. Распределял вахты, проверял целостность корабля и груза, делал записи в судовой журнал, дежурил на мостике и прочее, прочее. Время от времени у меня болела голова, пару раз я ощущал те страшные симптомы, из-за которых меня списали на берег, но ни разу со мной не происходило ничего, что меня бы выдало или помешало исполнять свои обязанности.

Нам оставалось до Тихоокеанских ворот совсем немного, когда погода окончательно испортилась.

Ветер рвал паруса, волны становились все безумнее и злее. Я старался изо всех сил держать судно по курсу, но у океана, кажется, был свой план.

- Зарифить паруса! - скомандовал я матросам, когда шторм принялся заливать палубу с особой яростью. Вокруг нас бесновались тонны соленой воды, которые, видимо, по воле чьей-то злой иронии были названы Тихим океаном. Шхуну бросало, словно игрушку в руках маленького ребенка.

Внезапно мне прямо в лицо влетела какая-то дурная птица. Я замахал руками, отбиваясь и закрывая глаза, но пернатое исчадие не желало сдаваться. Я попытался схватить птицу за крылья и вдруг осознал, что мои руки держат воздух. Птицы не существует, это лишь моя галлюцинация! Опять. После ранения в голову со мной такое случалось, хотя и нечасто. В глазах резко потемнело. Предчувствуя начало мигрени я отступил назад и оперся о мачту. Надо глубоко дышать и расслабиться, говорил мне лечащий врач.

И вдруг меня осенило осознание: меня же здесь не должно быть! Я только что шёл по улице следом за тем человеком в плаще! Мне надо было его задержать, но он чертовски ловко уходил от преследования. Я чётко представил, как стою на перекрёстке, высматривая белобрысый затылок в толпе, а светофор все никак не переключился на зелёный. Что-то пошло не так? Надо срочно позвонить Даше! Где здесь телефон?

- Эй, чиф, ты жив?- услышал я чей-то голос.

- Даш,- простонал я.

- Чего дать? Давай-ка поднимем тебя на ноги. А то что это у нас старпомы валяются на палубе? Непорядок.

Тьма понемногу рассеивалась и я наконец разглядел встревоженного боцмана в спасательном жилете, который держал меня подмышки. Солёная вода вперемешку с дождём все так же продолжала заливать шхуну на потеху ветру. Сколько я тут просидел?

- Идём в каюту,- сказал дядя Сева и потащил меня за собой.

Уже сидя на своей койке с кружкой горячего чая я наконец начал приходить в себя. Что ж, кажется, это провал. Наверняка боцман видел, как я стражаюсь с иллюзорной птицей и все понял. На кой черт на корабле нужен старпом, который не дружит с головой?!

-Клянусь, я...- я попытался было как-то оправдаться, но дядя Сева меня перебил.

- Мы вошли в зону "ворот". Это место очень тяжело действует, бывало, целые команды бросались за борт,- серьёзно произнёс он,- Мы тут с парнями уже привыкшие. Ты полежи, Андрюха, а я порулю. Шторм все равно уже стихает.

Шхуну и правда стало качать немного меньше. В каюту заглянул Павлов. Я ожидал, что он сейчас начнёт на меня ругаться или с разочарованием скажет об увольнении, однако вместо этого кэп строго сдвинул брови и произнес:

- Ну и чего мы тут отдыхаем, пока я там один работаю? Андрей Сергеевич, можешь, конечно, посидеть, но не забудь внести записи в судовой журнал.

Я пообещал, что через пять минут буду наверху.

- Голова закружилась,- соврал я. Кэп удовлетворённо кивнул и вышел из каюты. Следом за ним убежал дядя Сева. Я тяжело вздохнул. Голова все еще довольно сильно болела, мешая концентрироваться. Если уж меня так размотало сейчас, страшно представить, что будет в самих " воротах"? Может, конечно, я зря ввязался в это сомнительное предприятие? А то ведь так можно и "дров наломать".

Но кое-что тревожило меня больше, чем галлюцинации. Почему мой разум вспомнил то, чего никогда со мной не происходило? Я никогда никого не преследовал и не знал никакой Даши. Раньше подобного не случалось, а мои приступы ограничивались мигренью и галлюцинациями. Наверное, на меня действительно действует эффект "ворот".

В полночь я заступил на вахту. Стихия окончательно усмирила свой нрав и Тихий океан вел себя, как милый котенок. Я посмотрел наверх: облака рассеялись и небо было усыпано звёздами. Они сияли, словно прорехи в чёрном покрывале, а наши мачты его подпирали подобно древним атлантам.

Во время службы в ВМФ, ночные вахты, то есть «всенощные», были, пожалуй, худшим из всего, что мне доводилось испытывать. Однако сейчас я был безумно ей рад и благодарен за глоток воспоминаний из юности.

Судно уверенно шло по курсу. Я глубоко вдохнул солёный воздух, и в памяти снова всплыла эта загадочная "Даша"- почему-то именно она меня больше всего и тревожила.

Я начал рыться в воспоминаниях. Много лет назад, будучи курсантом, я встречался с прелестной девушкой по имени Леночка. По выходным она обожала смотреть телешоу " Давайте позвоним Даше", где милая ведущая с задорными косичками решала проблемы в отношениях каких-нибудь приглашённых гостей. Меня эта программа неизменно раздражала, но она нравилась Леночке и потому каждую субботу в семь вечера я верно сидел рядом с ней на диване, мечтая поскорее увлечь свою подругу в постель.

Пожалуй, это и была единственная знакомая мне Даша. Может, разум вспомнил знакомое лицо? Или просто эффект ворот и моя дурацкая черепно-мозовая травма? Я нахмурился. Скорей бы уже проскочить эту границу.

Мы увидели ворота после рассвета. Зловещая громадина из камня и металла возвышалась над туманный гладью океана, словно цитадель злодея в волшебной сказке. На верхней башне горели сигнальные огни, где-то внизу светились окна. Шхуна развернулась и направилась в один из портов. Мы достали документы на проверку, кэп вытащил накладные и разрешения на перевозку алкоголя и спрыгнул на пристани. Матросы молча пришвартовались и так и остались всем экипажем на палубе.

Где-то через двадцать минут на борт спустились несколько таможенников в серых мундирах с планшетами. Они оглядели нашу компанию уставшими глазами и принялись за работу. Ко мне подошли почти сразу.

- Итак, покажите ваш паспорт и разрешение на пересечение границы,- проговорил один из служащих, лысеющий коротышка, здорово смахивающий на Дэнни де Вито.

Я протянул ему паспорт и удостоверение, и он тут же уткнулся в планшет. Интересно, как это у них тут работает техника?

- Андрей Баренцев,- недовольно проворчал "Дэнни",- Офицер Внутреннего флота... В качестве кого пересекаете Ворота на шхуне?

- В качестве старпома, - ответил я,- Списан на берег по здоровью, но на торговом судне имею право работать.

- Баренцев... Баренцев... Погодите-ка,- коротышка вдруг задумался,- А с какого года вы служите на флоте?

- С двадцатого,- я удивлённо посмотрел на него: зачем ему эта информация? Где-то бродит преступник с таким же именем?

- Уверены? Документы говорят об обратном, - служащий прищурился и развернул передо мной мой военный билет.

Я всмотрелся. Действительно, чёрным по белому: двадцать второй год. Но как же так? Ведь я отчётливо помню, как поступал на службу сразу после Нового года, как мы с моей девушкой смотрели какое-то шоу и меня по телефону поздравлял мой дед, капитан дальнего плавания, а наутро я уже ехал в поезде... Или этого всего не было?

Я озадаченно уставился на коротышку и тихонько застонал: сейчас начнётся такая проверка, что мало не покажется никому. Эх, Андрей, уж подставил кэпа, так подставил. Внезапно к " Дэнни " подошёл второй проверяющий и вполголоса проговорил:

- Кончай тут, пошли обратно. Горчаков сказал, все хорошо, пропускаем.

Коротышка хмуро на меня зыркнул и молча отдал документы. Видимо, Павлов неплохо подмазался к этой пограничной братии.

Мы вышли из порта почти в девять утра. Было солнечно и на удивление тепло. Я снял свою куртку и расстегнул ворот кофты. Шестнадцатая параллель, насколько мне было известно, отличалась мягким климатом и обилием растений и животных, которые в нашем мире давным-давно вымерли. Говорят, иногда тут даже можно встретить почти чистокровного неандельтальца.

Конечно, мне было интересно посмотреть на мир без ледникового периода, увидеть каких-нибудь мастодонтов или мамонтов. И поэтому, когда на горизонте показалась земля, я чуть не рассмеялся от восторга и предвкушения.

Постепенно голубая полоска выросла и превратилась в далёкий город с высокими шпилями и сверкающими стеклянными стенами высоток. Мы приближались к Пантию, аналогу нашей Керчи. Благодаря появлению Ворот Пантий быстро развился из небольшого портового городка до мегаполиса с собственным метро и космическими ценами на жилье.

Кэп довольно улыбался, словно кот, дорвавшийся до сметаны. Дядя Сева смотрел на мою восторженную физиономию и посмеивался, матросы оживленно спорили о том, чья очередь идти на берег. В общем, все шло своим чередом.

Поздно вечером, когда "Василий Ерошенко " пришвартовался в одном из доков, Павлов заглянул в мою каюту.

- Пошли на берег, - позвал он меня,- Нам надо взять какой- нибудь телефон в аренду, чтобы позвонить заказчику, заодно прогуляемся.

- А как же,- начал было я, но кэп меня перебил.

- Дядя Сева присмотрит,- улыбнулся он и кивнул боцману,- Первые шаги в чужой параллели- как такое пропустить? Это традиция. Пошли!