Об осмыслении

Глава 1

Умные люди говорят, что живопись надо уметь рассматривать, ценить и изучать. Эти процессы не происходят сами по себе, подобные умения приходят в результате определённой работы человека над самим собой. Однако не всегда эти же умные люди делятся своими знаниями, отчего находишься в растерянности и даже некотором унынии…

…

Вот всегда, когда видишь у людей умнейших, мыслящих процесс поиска смысла, объяснение каких-то глубинных вещей – всегда боишься (лично я боюсь, насчёт других не знаю), что некоторые моменты, если даже не вообще всё, могут быть какими-то додумываниями, притягиванием за уши. Что мол, на самом деле всё проще и лежит на поверхности. С одной стороны, это не исключает определённой глубины, но больше всё-таки отдаёт сплошным примитивизмом, бытовухой. И не знаешь, где находится грань. Конечно, иногда видишь откровенное словоблудие, поиск глубины там, где её нет и быть не может, или же просто человек говорит что-то ошибочное и неоднозначное, очень спорное.

И вся эта проблема связана как-то с разделением людей на гуманитариев и технарей. Одни только и думают-думают, что-то осмысляют, но физической пользы от этого никому нет. А другие делают что-либо своими руками, и результат тут же, им можно воспользоваться. Одни очевидны, другие – нет. И первые могут укорять вторых, «от вас нет никакого толка, вы ничего не делаете, нахлебники». Отчего так? То ли мир теперь такой, стал слишком материальным, то ли я сгущаю краски… Не знаю…

И в итоге ты просто боишься, что никакого смысла и глубины вовсе нет, что всё очень просто, как рабочий стол, и существует только ради самого существования, отлажено, как на заводе. А те вещи, которым ты придавал значение как осмысляющим тебя, твой мир и всё вокруг – просто выдумки.

Этими своими размышлениями я решил поделиться с Другом, интересуясь его мнением и ища ответа на вопрос, свежий, а может быть даже и совершенно иной взгляд на проблему. Получился занимательный диалог...:

Друг: «О нет, нет, это не так! Меня тоже очень интересует вопрос о том, какие люди все разные и что кто-то ныряет глубоко, а кто-то стоит на поверхности. Я думаю, что все мы разные, имеющие плюс-минус одну суть. Может это все в силу нашей поврежденной природы проявляется. «Кто может слышать да слышит» (дословно не могу сказать, как было точно). То есть кто-то может, а кто-то нет. Вот такие сильные и деятельные люди нужны, чтобы вдумчивые выживали, осмысляли. Тот же Лев Семёнович Выготский — ну гений же, совсем немного прожил, но как много написал и как глубоко видел. А если брать некоторых наших современников? — за уши притянутые теории, лишь бы вписаться в учебник по истории. Но такое тоже не всегда бывает, да и в каждом времени таких людей хватает.

У Фёдора Ефимовича Василюка есть типология про организацию человеческого внутреннего и внешнего мира, там 4 типа. Я бы сказала, что это очень похоже на правду и такое можно заметить в повседневной жизни.

К тому же, мы не всегда можем полноценно оценить пользу от того или иного человека. Вот вроде ты с кем-то просто на учебе пересекаешься, а на самом деле можешь сильно раздражать своим видом, а человек учится смиряться и любить — польза? — польза. Или наоборот, ты как-то воодушевляешь и подбадриваешь — польза? — польза. Знаешь ли ты об этом? — конечно не знаешь. Почему? — может потому что еще не время или это не полезно для тебя самого. А может потому, что ты в силах что-то исправить не в другом человеке, а только в себе и своей жизни. Иногда так бывает, что мы задаем вопросы раньше, потому что торопимся, хотя вот-вот к нам должен был прийти ответ.

Люди не выбирают какими рождаться, но выбирают какими им быть. По сути, мы очень похожи и любые деления на черты становятся невозможными. Просто да, есть общие тенденции. Но любой технарь не похож на другого. Также как и гуманитарии (есть глубоко мыслящие, а есть просто рассуждающие). Вопрос в смысле этих погружений в глубину (для чего, кого, зачем?)».

Таков был ответ моего Друга. Как вы видите, она капнула ещё глубже, чем я, её мысль более широка по сравнению с моими изначальными переживаниями. Из-за чего мне пришлось перечитывать её ответ дважды. И после я ответил, что:

«Так-то я как бы и не спорю с тобой, но вот даже все те имена, что ты перечислила, и в принципе всё то, что ты говоришь – это следствие того, что ты человек своего времени. Но времена то разные. Т.е., а что же было до твоих психологов и их теорий и трудов?? Что было до самой психологии?? Как-то люди жили без неё, не задумывались об этом, и не сказать, что им жилось хуже.

Я сейчас конечно сам тоже уйду немного в сторону. Т.е., раньше было меньше осмысления, как будто, и много того, благодаря чему мы живём, существует из-за физической деятельности, а не умственной, грубо говоря. Было больше труда, и он представлял основную ценность. Конечно, были и древние мудрецы, философы, но их отличие состояло в том, что они являлись первопроходцами, открывали такие вещи, которые хоть и не были чем-то физически ощутимым, однако влияние имели не меньшее. Да и их удел касался буквально только нескольких десятков человек. А каких-нибудь воинов, кузнецов, «технарей» было больше, это было актуальнее.

Но при этом нельзя сказать, что осмысляющая деятельность второстепеннее прикладной, физической. Скорее даже наоборот, если рассуждать с позиции веры, религии. Однако когда людей мыслящих становится почти столько же, сколько и технарей, возникает искушение думать о том, что это просто происходит поиск более лёгкого пути и жизни. Многие истины уже открыты, и остаётся только осмыслять их взаимоотношения друг с другом. Вот про это я и говорю. Вроде все эти умные люди, про кого я говорил вчера, показывают, что не всё так просто в этом мире, и мне самому хочется в это верить. Но и бытовуха, технари своей важностью сбивают с толка. Не поймёшь, что важнее».

Можно сказать, что я уточнил свою изначальную мысль, поэтому наш диалог продолжился – мой Друг отвечала мне:

«Времена то разные, а человек по своей сути останется тем же. Да, сейчас нам вот не нужно париться насчет воды и добычи еды, мы, по сути, меняем свое время на деньги, деньги на продукты. А могли бы иначе менять свое время (например, на поле картошки, корову, и т.д.). Деятельность это то, что также отличает человека от животного. Деятельность это тоже своего рода творчество. И вот она бывает разной, и она вся, абсолютно вся имеет последствия и свои плоды. От осмысления плоды есть, но не такие материальные, хотя их отражение тоже есть во многом. Просто это практически незаметные продукты. Многие не могут замечать внутренних изменений человека, а он, тем не менее, перестал преумножать зло. И такое огромное действие, которое является продуктом проведенной над собой работы (деятельности) отражается на всем мире и человечестве.

Но! Например, этот человек, который сделал великое благо для себя, людей и Бога, не писал никаких трудов, видео, аудио с рассказом о том, как он этого достиг. Но вот некоторые люди брали с него пример, и какие-то формы поведения стали передаваться от поколения к поколению.

А другой такой же мыслитель оставил труды или кто-то их записал. И вот у людей уже есть некий культурный слой, который можно изучать. А в целом, времена и мысли цикличны, это можно посмотреть в культурно-историческом контексте.

Да, вот я, скорее всего, до каких-то умозаключений и не дошла бы, не живя в этом времени. Но, я родилась именно сейчас, именно в этой стране, попала именно в этот университет. Удивительным и пока необъяснимым образом, вот все эти люди и авторы, все они столкнулись в одном времени, при схожих обстоятельствах, наверное, для того, чтобы родилась новая мысль, а может для того, чтобы правильно поднялась старая.

Что-то истинно новое, то, чего никогда не было — от Бога. Я думаю, что человек не может сам дойти до каких-то истин. Ему многое открывается постепенно, и это не минус, это, наоборот, плюс.

А вот, например, те же «технари», они же тоже разные. Те же кузнецы могли и шедевр из железа сделать, и какую-то подкову. А иногда и подковы такие бывают как произведение искусства.

Человек же наполняется тем, что его окружает во многом. И поэтому обойтись без видимых продуктов деятельности — нельзя. Течение мысли – оно разное, и зависит также от функциональных и физиологических особенностей мозга.

Просто одно дело сидеть на печи, жевать калачи и просто размышлять, ничего при этом не делая. А другое дело, заниматься продуктивной деятельностью, привносить изменения, искать истину ревностно».

Я же продолжал невольно усугублять свои переживания, не специально, но чувствуя, что мой Друг как будто не понимает всей сути проблемы, её масштабности. Поэтому отвечал:

«Но есть же огромное количество людей, и всегда было, тех, которые вообще не мыслят, не размышляют, а занимаются одной бытовухой. Они в этом видят смысл жизни. И жить они могут долго и счастливо, беззаботно, но как же такое возможно??

Их можно разделять на отдельные группы по взглядам и делам, отношению к жизни, но суть остаётся одной. Даже вот сделай кузнец шикарную подкову, он может не задумываться больше ни о чём. Ну понравится она ему самому, ну удивится он своим возможностям. А если дальше этого его мысль не идёт, и он так и живёт по кругу? Не интересуется искусством, религией... Это нормально, про него тоже можно сказать что "ну вот все люди разные, он вот такой»?? Или же признать, что это всё неправильно, что это трагедия, а он — ходячий мертвец?

Потому что для меня это именно так, это неправильно, это ошибка, но как я могу доказать свою правоту, а точнее, не свою правоту, а вот эту правду, в которую верю. Да и правда ли она?? Вот в чëм вопрос. Она этому кузнецу может и не нужна, ему и без неё хорошо, она даже может испортит ему всё, как он думает.

Единственная моя надежда, в этом плане, и довод и козырь—это смерть. Потому что она всё определяет, всё строится относительно неё, или как минимум она всё корректирует, на всё влияет. Но к ней и отношение то неправильное какое-то, или опять же, не то чтобы неправильное, скорее не такое, при котором приходит осмысление себя, своей жизни.

А почему это так важно для меня – потому, что большинство в моём окружении это вот не то, чтобы такие действительно прям «кузнецы», которые живут только своими «подковами», несмотря на то, что результат их труда может быть как просто никчёмной, ни к чему не нужной бытовой вещью, так и произведением искусства. Нет, не только такие люди вокруг меня. В основном же это те, которые ухищряются взаимодействовать «на грани». Т.е. для них и бытовуха важна, они как-то совмещают, и некое осмысление. Но при этом это не какой-то «золотой путь», идеальный, «царский», которого нужно придерживаться, нет. То есть вот этот вопрос кардинален, в каком-то смысле. Человеку надо просто определиться, чему он отдаёт предпочтение – какому-то осмыслению, или бытовухе. Потому что когда он это как-то совмещает, то оно просто искажается, происходит какой-то диссонанс. Ты видишь, что человек как бы и недалёк от осмысления, пытается найти смысл, вдумывается. Какая-то глубина ему всё-таки присуща, он вроде бы ей причастен. Искренне, не искренне у него это получается, удачно или не удачно… Но потом когда вот он начинает всё равно думать о своей «подкове» об этой, ставить её на тот же пьедестал, что и осмысление, происходит какое-то противоречие. Ну ты определись, ну при чём тут «подкова»?! Ты только что глубинными вещами, «вечными вопросами» задавался, твоя «подкова» – бытовая вещь! Почему ты ей придаёшь такое значение?? Просто – зачем??? Ты обесцениваешь все свои мысли овечном, которые были до этой «подковы» тем, что всё равно всё так же думаешь о «подкове». А ведь в основном так и происходит…

Даже в Церкви, когда приходишь в неё – во время службы, или после – все такие духовные, молитвенные, неземные. И потом же в трапезной сидишь с людьми, и вроде бы глубокие мысли есть у них, но и к бытовухе своей они всё равно снова возвращаются. Всё об одном и том же, о «подковах» своих. Каждый день! Уже и я понял всю суть этих их «подков», как это, зачем, и они. Зачем это постоянно пережевывать? Зачем постоянно об этом говорить?? Ладно, если ты живёшь этим – это твоё дело, право, хотя и то странно, ведь твоя же жизнь тебя обличает. Происходит совмещение вечного и временного, и вечное важно и временное – так же важно. Но это странно. Может быть я призываю к какому-то лицемерию, но как минимум это будет более честно и правильно: когда человек всем видом, и словами и делами будет показывать, что да, «подковы» есть, они влияют на нашу жизнь, но не надо так об этом переживать, не надо это ставить во главу угла. А вот осмысление, какие-то глубинные вещи и вопросы, более умственная определённая деятельность, некое лицезрение, миросозерцание, оно важнее всех этих «подков», которые могут и подождать. Не надо уделять им так много времени, не надо. Потому что это бытовуха и простота, идёт опошление».

Друг: «А трагедия «ходячего мертвеца» – для кого трагедия то? Для него? Ну он же выбирает, как относиться к жизни и что ему делать. И кому это доказывать, зачем?»

Я: «Это трагедия и для него, и для меня. А доказывать нужно, чтобы сделать человека лучше».

Друг: «Там, выше, у тебя много сомнений, С. Их должно быть в меру. Ты сделай себя лучше, начни, и тогда на другого человека тебе уже не хватит сил и мыслей».

Я: «В этом вся и проблема – что так много сомнений…»

Друг: «Каждый человек сам о себе позаботится, и Господь заботится о каждом. Не надо распыляться, себе помочь не можешь, как ты собрался другим помогать? И смерть не может быть козырем. Почему, по-твоему, человек не может совмещатьосмысление и что-то бытовое? Следи за собой, С., и станет легче. Нет ничего странного в том, что и вечное и временное для человека одинаково важно. И да, ты лицемер, и сначала тебе надо заняться собой.

Человек же сам в себе умещает и духовное, и материальное. Он и есть вот эта середина между духовным и бездуховным. Да ещё к тому же люди не могут удерживать какие-то хорошие состояния и мысли, потому что это очень тяжело. Дело в том, что человек всегда стоит перед выбором. Ты выбираешь пойти сегодня нажраться и после этого расстроиться и весь день быть в каком-то унылом состоянии. Или выбираешь пойти в церковь, кому-то помочь, ещё что-то. И то, что ты выберешь, оно тебя либо наполняет, либо опустошает. Но нельзя сказать, что у человека нет выбора.

Я считаю, что чего-то мы и не выбираем. Не выбираем, в какой семье родиться, с каким здоровьем; отчасти не выбираем, с какими людьми нам общаться, потому что мы попадаем, например, в какую-то определённую среду, в школьный класс, и ты не знаешь, кто там будет, но ты выбираешь, с кем там дружить. Т.е., тебя не учили как-то общаться, ты этого не выбирал, но для чего-то, чего-то важного в твоей жизни это было нужно. И как ты будешь на это реагировать, как ты поступишь в этом случае – вот это важно.

Мы все живём здесь и сейчас. Всем нужно что-то есть, во что-то одеваться. Всем нужно расслабляться и т.д. И понятно, что мысли о вечном и о важном должны быть первостепенными. Но иногда человеку не под силу это держать в голове. Есть же разные люди – ты вот родился в определённой семье, у тебя мама воцерковилась, ты пошёл в храм, начал как-то об этом задумываться и т.д. А есть люди, которые рождаются в семьях бездуховных, и придёт человек к Богу или не придёт… Всё равно всегда от самого человека зависит, не только от семьи. В общем, человек нуждается вот в такой семье, и в какой-то момент у него так складываются обстоятельства, что что-то случается (когда же нам хорошо, мы к Богу не идём, а приходим только тогда, когда нам плохо). И он прибегает в храм свечку поставить, но там не остался. И ещё несколько раз его Господь зовёт-зовёт, а человек не приходит. И чья тогда тут ответственность? Он же сам решил не выбирать.

Пока человек обличает кого-то ещё, пока он переваливает ответственность… У него пройдёт время, ты не успеешь задуматься о себе. Ты сам начни думать о вечном, и возможно другие люди увидят это, их это зацепит. Может быть, они начнут думать. А может и не начнут, потому что ты ничего не знаешь ни о каком человеке, ты ровно ничего не знаешь. Ты его даже понять не можешь, а иногда и не пытаешься. Ты даже себя понять не можешь, чего уж о другом человеке говорить.

Когда ты меняешь мировоззрение, отношение к некоторым вещам, если ты выбираешь видеть больше хорошего, то ты и видишь больше хорошего, чем плохого. Если ты выбираешь видеть только то, какие люди плохие и лицемерные, замечать какие-то недостатки, которые тебя в первую очередь в себе беспокоят, ну и выбирай дальше. Будешь жить всё время вот с этими мыслями, всё время разочаровавшийся, уставший, бедный и несчастный. И так это дальше и будет продолжаться. А можешь выбрать об этом не думать и решить, что каждый человек может сам о себе и подумать и позаботиться. Понятно что, не нужно здесь конечно никому не помогать, нет, помогать нужно, но лучше только тогда, когда тебя просят, или если ты видишь, что кому-то нужна твоя помощь. А специально заставлять кого-то задумываться – нет смысла. Потому что человек к чему-то приходит тогда, когда настаёт его время, и какие-то вопросы он может не услышать. Не услышит он и какие-то очень полезные советы, и они дойдут до него спустя вообще десятилетия, когда он сможет понять, что ему вообще говорили. И ты этого ничего не знаешь. И тогда какой смысл всеми этими вопросами задаваться??»

Я: «У меня многое есть возразить тебе, но я не знаю, стоит ли».

Друг: «Ну, попытка не пытка. Я не хочу тебя убеждать, никого не хочу убеждать. Я просто выказываю своё мнение и показываю своё отношение – как к нему кто-то отнесётся, как кто поймёт – уже не моя ответственность».

Я: «После твоих слов вот что хочется сказать – как же быть тогда со всеми этими мыслителями как раз? И не только с ними – святые люди, да даже священники обычные. Им тоже можно сказать, чтоб они следили за собой, твои слова можно и к ним адресовать, однако они не то, чтобы оставят своё дело (думать о мире, а значит и о других, посторонних), это, быть может, их призвание.

А про «смерть не может быть козырем» – тут ты меня не поняла видимо, как моя мама. Когда я ей говорю, что «Господу плевать» (в смысле Он не придаёт значения многим вещам, которым придаёт наоборот человек, но это уже другое), она меня не понимает, не понимает, что я так утрирую, гиперболизирую, говорю современным языком. «Как Господу может быть плевать, С., ты такие вещи говоришь ужасные…». Просто о смерти мало кто думает всерьёз, все её отсрочивают, и мысли о ней тоже, а это неправильно. Отношение к ней определяет отношение к жизни самого человека.

Когда я говорю про совмещение осмысления и бытовухи, я имею в виду искажённое совмещение. Когда и то и другое ставят на первое место. И тут тогда можно остерегать словами Христа: «Нельзя служить Богу и маммоне одновременно». Вот я, видимо, говорю про это».

Друг: «Мне кажется, что невозможно поставить и то, и другое на первое место. В том смысле, что человек может находиться в сомнении или между выбором, но он всё равно расставляет приоритеты осознанно или нет.

И также, я думаю, что Богу и маммоне нельзя служить одновременно не потому, что вот нельзя, а оттого, что это губительно, да и невозможно, это разрушает».

Здесь этот диалог и заканчивается, довольно резко. Конечно, многое ещё не сказано, не додумано, но и всё же, с другой стороны – как будто и этого достаточно. В каком-то смысле, это символично, ведь мы говорим о процессе осмысления. А он не имеет конца, и точно так же может обрываться на пустом месте.