Новая школа
Глава 1. Скука, соль для ванны и подстава
Может, звучит это и банально, но был совершенно обыденный скучный понедельник... Было восемь часов вечера и за окном светило только что вышедшее после непродолжительного, но обильного дождя, солнце. С час назад хорошо похолодало и бедные уставшие люди кутались кто во что мог, возвращаясь с работы. Погода, впрочем, слишком обычная для лета в этом городке, поэтому всем не привыкать.
Провалявши дурака весь день, Мира совершенно не знала как довалять его до конца. Ведь все самые ненужные дела уже были сделаны, а нужные, само собой разумеется, делать никто не собирался. На завтра был намечен безрадостный поход по магазинам с подругой - что только не сделаешь ради настоящей дружбы! Однако, событие хотя и противное, но, все же, пол дня, а то и больше забирало, а, следовательно, хоть какое-то занятие!
Несмотря на то, что многочисленные курсы и дополнительные занятия, которые она посещала закончились всего-то четыре дня назад, Мира уже ощутила всю силу абсолютного безделья. Первые два дня она блаженствовала, на третий начала уставать от отдыха, и вот, наконец, на четвертый день на нее нахлынул весь апогей безграничной скуки. Оставалось дотянуть еще неделю с малюсеньким хвостиком до следующего вторника – дня, отмеченного на календаре ярким жирненьким кружочком. Дня поступления в колледж... Точнее школу искусств «Moonlight»...
«Art school «Moonlight»... Эти слова рождали в голове Миры столько разных приятных и тревожных мыслей, что на душе мгновенно становилось и тепло и холодно, и весело и страшно одновременно. Мира ждала того момента, когда ступит на мраморные ступеньки лучшей в мире школы искусств с того дня, когда узнала про ее существование. Ведь они с мамой даже переехали в этот город именно с этой целью.
Мама Миры была художницей, и дочка полностью (а может, даже с излишком) унаследовала от нее страсть к искусству. С раннего детства девочка, однажды схватившая кисточку, перепутав ее с ложкой, уже практически не выпускала ее из рук. Она рисовала все, что только попадалось ей на глаза и рождало буйное воображение. Мира перепробовала все стили и направления, все приемы, какие только знала и использовала все материалы, которые могла себе позволить... Ее комната напоминала странный музей, в котором скопилось и хранилось все, что когда-либо было открыто, ибо девочка, увлекающаяся всеми культурами одновременно, совершенно не задумывалась над их комбинаторностью.
Школа же искусств «Art school «Moonlight», слывшая по всей стране лучшей школой своего рода, предоставляла Мире безграничные возможности изучения нового и использования уже знакомого, поэтому не удивительно, что та только и думала, как подрастет и поступит в это учебное заведение...
Осталась неделя… только неделя…
Мира с ужасом и предвкушением думала о том дне, отмеченным в ее самодельном календаре. Два тура она уже прошла... На первом, проходившем в мае, девушка сдала обычные школьные предметы: математику, язык, историю, физику, иностранный... Ведь «Art school «Moonlight» хоть и школа искусств, но все же – ШКОЛА... так что даже там никуда не деться от занудной зубрежки абсолютно неинтересных тебе фактов... На втором, расположившимся в жарком июле, она продемонстрировала свои старые конкурсные работы: рисунки и наброски на различные темы... Теперь же осталась решающая схватка за колледж, о котором она мечтала с детства...
От волнующих мыслей Миру оторвал телефонный звонок. Девочка с трудом отыскала в захламленной комнате трубку и, нажав на желтую кнопочку (телефон Мира тоже не оставила без внимания и разукрасила его всеми цветами радуги), услышала знакомый веселый голосок.
- Эй, чего делаешь? Небось, вся в мечтах?
- Угу, - Мира оттолкнула ногой подушку. - Еще бы, а ты?
- Тоже...
Разговор прекратился на минуту - девушки погрузились в сладостные грезы.
- Не забудь про завтра, ок? – наконец донеслось из трубки.
- Да помню я, Элли, - протянула Мира, скорчив недовольную гримасу.
- Не бухти! Мы недолго.
- Знаю я! Недолго... - в рыжеволосой голове Миры всплыли воспоминания о последнем походе в магазин. Тогда они потратили на это занятие весь день и в итоге почти ничего не купили!
- Да перестань, Мир! – Элли чихнула. - Чертовы духи! Иди в свою комнату, Ким! Меня уже тошнит! – заорала она на сестру, и снова вернулась к разговору. - Обещаю – не долго!
- Ладно, ладно! – согласилась Мира. - Но ты моя должница!
- Уж прям! Ты что, намереваешься заявиться в «Moonlight» в своем любимом вязаном жакете и старой майке с Rolling stones? – хихикнула Элли. – Нетушки, пока я рядом, ты, подруга, тоже должна блистать. Так что не гунди, иди погрейся в ванной с той солью, что я тебе подарила. А завтра мы с тобой прикупим такого отменного шмотья, что все парни в школе рты пооткрывают.
- Есть, капитан! – отсалютовала Мира, улыбаясь привычному напору подруги.
- Ну, и отлично! Давай, до завтра, а то мне еще надо разобраться с Ким. Она уже достала таскать у меня косметику! Поки-чмоки!
- Ой, только без этих «поки-чмоки»! – Мира сделала вид, что ее тошнит. - Удачи в бою!
- Ха, спасибо!
Мира бросила трубку на кровать, заваленную недавними набросками, и послушно отправилась в ванную. День медленно-медленно катился к закату...
Ясное солнечное утро вторника не предвещало ничего ужасного. Если не считать, конечно, дурацкого похода по магазинам с Элли... Часы показывали десять : десять, мама ушла в магазин уже с петухами, а Мира упивалась сладкими сновидениями, в которых она открывала собственную выставку, а известные мировые критики называли ее божественным дарованием.
Вот в это самое не предвещающее ничего ужасного солнечное утро в дверь небольшого домика, покрытого потрескавшейся темно-зеленой краской, постучали… Внутри царствовала тишина, поэтому постучали еще раз… затем еще... а потом и вовсе бесцеремонно забарабанили…
Мира почти кубарем скатилась вниз по ступенькам, торопясь отворить нетерпеливому гостю. В три прыжка она оказалась около двери, а уже через мгновение, подумала, что лучше бы продолжала наслаждаться блаженным утренним сном!
Прямо в дверном проеме на нее глядела Пандора… И лучше было бы, если это была та девица из мифа, пусть даже со всеми своими ящичками, шкатулками и чемоданчиками…
Но нет, это была не та Пандора... а Пандора - ее двоюродная сестра. Та самая сестра, которая ненавидела ее всей душой! Та самая сестра, с которой она воевала лет с четырех, наверное! И что еще более неприятно – та самая сестра, которая всего два года назад побила ее на улице прямо перед домом и на глазах всех ее знакомых!
- Проснись и пой! – сказала Пандора и, сунув ошарашенной Мире какой-то сверток, прошла прямо в дом, не дожидаясь приглашения.
Мира весьма натянуто улыбнулась, даже не скрывая наползавшую на нее неприязнь. Пандора кинула на старый диван свой большой рюкзак и направилась в кухню, как ни в чем не бывало.
Двоюродная сестренка весьма изменилась... Не манеры, конечно! Нет. Она была все так же неприятна... Но внешне ее было не узнать. По последней встрече, а это был именно тот день, когда Пандора ткнула ее носом в свежесрезанный газон перед Эриком (самым прекрасным парнем во всей школе!), Мира помнила ее совершенно не такую. За два года девушка вытянулась (раньше она едва доставала ей до носа, а теперь была выше почти на пол головы), постриглась (у нее всегда были длиннющие волосы, а теперь красовалась короткая модная стрижка с длинными, свисающими на лицо прядями), похудела (да, Пандора, была пухляком, теперь же она даже тоньше ее!) и сменила стиль (видно тётино влияние – любовь к оборочкам – наконец окончилось).
Мира, ошеломленно оглядывая нарушительницу своего спокойствия, направилась вслед за сестрой. Пандора схватила стакан, налила себе яблочного сока, ловко подцепила одним пальцем пончик и, подпрыгнув, взгромоздилась на барную стойку прямо с ногами.
- Что за... Какого черта ты здесь забыла?! – наконец выдавила Мира, когда дар речи к ней вернулся.
- Очень дружелюбно, сестренка, - хмыкнула в ответ Пандора, с удовольствием поглощая последний пончик с вишней. Который, к слову, Мира надеялась скушать сегодня за завтраком.
- Я серьезно, Дора! Что тебе тут надо?
- Ничего особенного, - ответила та таким тоном, словно она часто гостила в ее доме, и они всегда славно проводили вдвоем время.
- ТАК ЧТО?
- Поживу тут дня три. Мамы уже обо всем договорились...
У Миры шкала в градуснике настроения ушла глубоко в минус. Мамы договорились! Им-то что?! Конечно, они же не такие сестры! У них всегда любовь и дружба...
- Зачем? – только и поинтересовалась Мира, зная, что мама не примет ни одного из ее горячих протестов.
- У меня экзамен послезавтра. Как сдам, сразу уеду.
- Экзамен?
- Да, - ответила Пандора, слезая со стойки.
Мира проследила, как спина двоюродной сестры скрывается в соседней комнате, а затем крикнула.
- Краткость, конечно, сестра таланта... Но, может, объяснишь поподробнее?
В дверном проеме показалась голова, покрытая густыми черными, словно смоль, волосами.
- Ты всегда туго соображала... У меня экзамен в школе искусств.
- ШКОЛЕ ИСКУССТВ?!
- Уловила верно, - язвительно подтвердила Пандора и опять скрылась.
- Школе искусств... – Мира боялась даже это произнести. - «Art school «Moonlight»?..
- Ну, если ты здесь еще знаешь какую-нибудь другую школу искусств... – донеслось из соседней комнаты предзнаменование Апокалипсиса...
Глава 2. Ад продолжается, автобус и лужа.
Добиться от Пандоры, зачем она собралась в школу искусств, было невозможно. Та не собиралась откровенничать, а организовать вопросное нападение означало бы или то, что Мира любопытствует (что было непозволительной роскошью в их отношениях) или то, что она слишком волнуется о том, что сестра испортит ей всю малину.
Мира попыталась выяснить интересующий ее вопрос через маму, но та тоже, к удивлению, ничего точно не знала, а поговорить со своей сестрой не могла, так как та улетела во Францию…
В итоге два дня прошли словно в чистилище, не больше не меньше! Пандора ее не мучила и даже, казалось, старательно не попадалась ей на глаза, но зато сомнения и страхи плодились и размножались, словно плесень на забытом у батареи яблоке.
Ко всему прочему, надежды Миры на то, что сестричка провалится, не только не оправдались, а просто таки разлетелись в дребезги! Пандора поступила!
Она вернулась с экзамена, сияя словно отполированный таз, схватила свой увесистый рюкзак, махнула на прощание рукой и покинула маленький домик, клятвенно обещая вернуться за день до начала учебного года.
Так началось начало конца…
Когда Мира думала, что хуже уже быть и не могло, оказалось… что она ошибалась…
Элли, ее лучшая подруга, та с которой они жили душа в душу, та с которой она была знакома с третьего класса, та которая знала все-все ее самые страшные тайны и наисекретнейшие секреты и что самое важное – та, которая тоже мечтала поступить в «Art school Moonlight» с самого детства… Готовьтесь! Переезжала в другой город!!! И не просто в другой город… в другую страну!!! А-а-а-а-а!!! Могло ли произойти что-нибудь еще более ужасное?!
Теперь Пандора и ее предательское поступление в школу искусств просто померкли в сознании Миры. Да пусть сестра хоть переедет в ее комнату! Пусть спит с ней в одной постели, плевать! Лишь бы Элли осталась! Ну, как такое могло случиться?..
Каждое утро Мира просыпалась в надежде, что ее кошмар развеется и все вернется на свои места, но нет… Элли все также уезжала, а Пандора маячила где-то неподалеку, напоминая о том, что скоро вернется.
До экзамена оставался лишь один день, но он уже не волновал девушку, она даже про него практически забыла. Ведь какая может быть школа искусств, если рядом не будет Элли?!
- Так ты точно уезжаешь?
- Сто раз уже сказала – да!
Девочки сидели на яркой траве около дома Элли и ели свежеиспеченное ее мамой печенье, закусывая традиционным для их встреч мороженным из соседнего ларька.
- Но…
- Мира! Папу переводят за границу, вся семья тоже едет, кто меня тут одну оставит?
- Но в школе искусств же общежитие, полный пансион! И не одну, а со мной!
- Все равно, - Элли вздохнула. - Думаешь, я об этом им не говорила?! Но они твердят, что это, в любом случае, очень плохо, если мы будем в разных странах… Я уже в состоянии депрессии, Мир! Никакие уговоры и скандалы не помогают. Ты же знаешь маму – она волнуется о каждом моем шаге. Я ее все эти долгие годы уговаривала и успокаивала, утверждая, что они очень близко к школе и если что – всегда смогут меня навестить. Так о каком «Moonlight» может идти речь, если она будет в другой стране?..
Мира чувствовала, как последняя надежда упрямо ускользает у нее из рук.
- Мы уезжаем в пятницу… - в ярких глазах Элли блестели выступившие только что слезы.
- Ох, Эл! – Мира кинулась к подруге и обняла ее что было сил.
- Я так боюсь, - та не сдержалась и разрыдалась прямо у нее на плече. - Совсем другая страна, другой город… другая школа… и… тебя нет, Мир!
- Я тоже, Элли, тоже!
Мокрое царство процветало еще пол часа, но потом девочки взяли себя в руки.
- Ты обязательно должна поступить, Мир! Обязательно! – сказала Элли, и ее нежные обычно глаза загорелись каким-то стальным блеском.
- Я даже не знаю теперь…
- Что значит, не знаю!? – вскричала подруга. - Это же наша мечта! Твоя мечта!!! Ты обязательно туда поступишь!
- Да, но без тебя, Элли…
- Да… без меня, но все равно обязательно, слышишь?! – она схватила Миру за руку и та в очередной раз удивилась, насколько решительным может быть лицо ее подруги.
Мира кивнула. А что она могла еще сделать? Элли уезжает, увозя куда-то далеко частичку ее души… Даже не частичку – частичещу! Но жизнь продолжается… И в этой жизни намечается грандиозное событие…
Утро знакового дня выдалось не ахти! Солнце постоянно скрывалось за нависшими над городом плотными дождевыми облаками, похолодало, и ветер разгулялся не на шутку. Все это, Мира была уверена, или предзнаменование неудачи на экзамене, или кара небесная за то, что она отправляется в школу без закадычного друга. И если бы не мама, которая с утра была в приподнятом настроении и щебетала, аки птичка, перелетая из одной комнаты в другую, Мира, кажется, вообще не вышла бы сегодня из дома.
Но она вышла… И к вечеру абсолютно точно знала, что лучше бы не выходила!
Девушка находилась в состоянии легкого Паркинсона, когда приблизилась к остановке, куда должен был подойти автобус, доставлявший счастливчиков в «Аrt school «Мoonlight».
Со всех сторон, словно заговоренный кем-то нехорошим, дул ледяной ветер, пронизывая до самых скрытых в организме косточек. Мира абсолютно продрогла несмотря на то, что по настоянию мамы захватила с собой теплую шерстяную кофту. Поэтому к обычному волнению еще и присоединилась неприятная крупная дрожь… И… ко всем прелестям этого утра добавилось еще одно…
Не успела она дойти до остановки всего несколько метров, как на нее обрушился ливень такой силы, что в тот момент, когда Мира наконец-то спряталась под крышу, всю ее одежду было хоть выжимай!
Говорить о том, что ей совсем не потеплело, не стоит… Девушка, вконец расстроившись и обозлившись на весь мир, клятвенно пообещала себе, что если автобус не приедет в течение 10 минут, она с чистой совестью вернется в свой теплый и уютный дом. К ее полному расстройству, автобус прибыл на место ровно через три с половиной минуты после непреложного обета… И Мира вместе с остальными учениками кое-как впихнулась в этот набитый до отказа транспорт…
Девушка оказалась в тисках чужих, таких же мокрых и дрожащих тел, и уже успела пожалеть о том, что пообещала уйти через десять минут, а не две. Она мужественно вырвала у кого-то из-под ног свою сумку, чертыхнулась про себя, в тысячный раз расстроилась, что рядом нет ее Элли и тут…
Тут ее взор упал на самое прекрасное создание на этой планете! Это был парень с такими голубыми глазами, что все озера мира рядом с ними представляли лишь жалкое зрелище. В довершении к ним были четкие линии идеального лица, обрамленного светлыми прядками ультрамодной стрижки, и точеное тело, безусловно ранее принадлежавшее какому-нибудь греческому богу и взятое им в аренду! И вся эта неземная красота, окруженная находящимися в эпилептическом состоянии воздыхательницами, не обращала ни на кого свое внимание, рассматривая какой-то красочный журнал. Мира была покорена с первого взгляда, ибо никогда прежде не встречала столь идеально сложенного существа, а ее натура художницы уже прорисовывала сей облик в различных интерьерах и ситуациях. «Да его портрет раскупили бы с руками и ногами!» - пронеслось в голове у девушки, и она глубоко и мечтательно вздохнула. Через минуту наблюдения за незнакомцем, Мира вздохнула еще раз, а затем снова, и снова… И потом, кажется, вовсе подцепила странную вздыхательную болезнь. Так как не могла остановиться до конечной станции.
Не стоит говорить, что время в пути пролетело словно мгновение, и девушка даже возмутилась, что они приехали так скоро! Торопящиеся абитуриенты засновали туда-сюда, не решаясь через какую именно дверь выходить, и Мира уже не могла наслаждаться обликом идеального незнакомца.
Нехотя девушка поплелась из автобуса, предчувствуя, что день выдастся не ахти. Она и не знала, что это «не ахти» начнется прямо сейчас…
Спускаясь по достаточно крутым ступеням школьного автобуса, Мира и не почувствовала, как край ее длинного шарфа, привезенный тетушкой из Индии прошлым летом, мягко опустился на пол, и его, разумеется, никто не заметил. Мгновение… и нерадивый мальчик, шедший прямо за нашей героиней, наступает на него без зазрения совести, отчего ее беднягу, уже собиравшуюся спуститься на землю, резко рвануло в его сторону. Глаза Миры вылезли на лоб от возникшего так вдруг удушья, и она отчаянно замахала руками, пытаясь вернуть себе кислород. Одновременно с этим она зацепилась левой ногой за ступеньку и, так как мальчик уже сошел с ее шарфа, никем не придерживаемая, кубарем повалилась в ближайшую лужу, так заботливо наполненную недавним дождем. Растянувшись звездочкой в холодной воде, Мира еще не совсем пришла в себя, но уже четко поняла, что ее сальто-мортале не прошло незамеченным. Вокруг отовсюду доносились сдавленные смешки. И что самое кошмарное – она видела краешком глаза – один из них принадлежал не кому иному, как младому богу с голубыми глазами. Мира сменила несколько красок, демонстрируя всю палитру от смертельной бледности до пунцовой яркости. Окружившие незнакомца дамы разразились жутким хохотом, что Мира даже удивилась, как это они сами не повалились от душившего их смеха на землю. Девушка чертыхнулась пару раз, подумала, что может быть лучше не привлекать излишнего внимания и переждать пока все не рассеются в луже, но потом отмела столь абсурдную идею и начала выкарабкиваться…
Стоя на мраморных ступеньках школы искусств, она поняла, что определенно не о таком знакомстве мечтала… С ее длинных волос тут же натекла лужица, и Мира еще не успела зайти в здание, как получила нагоняй от престарелой уборщицы. Вновь по уши заливаясь краской, девушка извинилась и помчалась искать уборную, чтобы хоть как-то привести себя в порядок. Отыскать ее оказалось делом не простым. Здание школы было очень старинным, и его планировка несколько отличалась от обычных школ. Однако Мире улыбнулась фортуна – совершенно случайно она набрела прямо на него, но на этом вся удача закончилась… Стоило девушке, которая только облегченно вздохнула, взяться за ручку двери, как громогласный женский голос провозгласил, что экзамен начинается…
Глава 3. Экзамен, краски и худшее, что только могло произойти
В аудитории № 134, где уже как три минуты стояла мертвая тишина, громко хлопнула отворившаяся дверь. Абитуриенты, склонившиеся над своими столами, подняли головы и увидели нечто…
Перед изумленными мальчиками и девочками предстало существо необычное и странное: мокрые взъерошенные волосы, мокрая одежда, перепачканное лицо, причем не только грязью, но и чем-то цветным. В общем, нечто с горящими зелеными глазами…
Разумеется, этим существом была Мира. А что-то цветное на ее лице это краски, вылившиеся в момент ее потрясающего трюка, а затем поселившиеся на ее коже, когда она так необдуманно искала в сумке салфетку. К сожалению, времени на то, чтобы взглянуть в зеркало, у девушки не хватило. А может быть и к счастью, потому, знай она, на что сей час похожа, вряд ли осмелилась бы здесь появиться!
От удивления все молчали, и это успокоило Миру, решившую, было, что выглядит она не так уж ужасно. Она внутренне собралась, вытянула спину и прошла мимо парт прямо к столу преподавателя, на котором лежали задания. Милый старичок, сидевший за ним, как-то неестественно улыбнулся и предложил Мире два на выбор. Та схватила быстро первые, что под руку попались, и помчалась к свободному месту в самом углу.
За ее шествием пронаблюдали абсолютно все пары глаз, но когда старичок напомнил, что времени на выполнение задания не так-то и много, абитуриенты вновь уткнулись в свои работы. Мира облечено вздохнула, чувствуя эту незримую свободу. Только сейчас она заметила, что ее руки были все перепачканы светлой охрой и ультрамарином. Девушка судорожно полезла в сумку и обнаружила там именно то, чего опасалась – все, что в ней было, приобрело синевато-коричневый оттенок…
Слава Богу, что все требуемое на экзамене было любезно предоставлено школой и положено на каждую парту! Мира выдохнула в очередной раз, сознавая, что избавлена от унизительного прошения материалов у соседей.
Так… что там у нас?! Она прочитала задание и почесала за ухом. Н-да… это вам не шутки…
После полутора часов напряженной работы, Мира была как выжатый лимон. Не так-то просто изобразить графически любой знакомый миф или Библейскую историю, а потом еще и нарисовать картину, на которой требуется или описать происходящее сейчас в мире, или выразить то, что ты от этого всего чувствуешь…
Сама не помня, что именно нарисовала, Мира сдала подписанные работы улыбающемуся старичку и вышла в коридор. Там уже столпились ребята, наперебой обсуждая что сотворили и насколько это круто. Мира даже не пыталась найти с ними общий язык – она рванула в туалет, надеясь, что выглядит хотя бы как человек, а не чудо-юдо из сказки. Опасения… оправдались, а надежды провалились. Настоящее чудо-юдо!
Девушка остервенело принялась отмывать синюю краску с лица. Постепенно на нее накатило осознание того, что она так просидела перед возможными сокурсниками почти два часа, и это не может пройти незаметным… Мира почувствовала, как горлу подступает ком. Черт! Черт! Черт!!!
В кульминационный момент ненависти к себе, Мира услышала, как дверь в туалет распахнулась. Не желая красоваться еще перед кем-нибудь, девушка заскочила в кабинку и заперлась.
- Я тебе говорю, Мара! – услышала она незнакомый взволнованный голос. – Он не зря здесь!
- Ну это ведь не значит, что…
- Именно это и значит!
Сквозь щелку Мира отчетливо разглядела высокую стройную блондинку в модном платье ясно голубого оттенка и кусочек ее подруги с кудрявой темной шевелюрой. Ну ясно, мисс красота и ее приспешница!
- Мара, - говорила девушка с обложки, медленно подкрашивая пухлые губки помадой. – Не спорь, ты ведь знаешь, что не права!
- Ну… - ее подруга, видимо, все еще сомневалась, но вскоре все же сдалась. – Да… наверное…
- Не наверное, а точно! Все, идем. Там уже сейчас скажут результаты…
Мира чуть не упала. Как уже результаты?! Экзамен же закончился всего несколько минут назад?! Девушка выскочила из кабинки и словно угорелая понеслась к аудитории №134, позабыв зачем, собственно, пришла в туалетную комнату…
Примчавшись туда, Мира обнаружила, что ни о каких результатах речи еще даже не шло. Мало того, абитуриентам обещали, что они появятся не раньше, чем через час. Мира прокляла блондинистую фифу и только потом поняла, что ее-то как раз здесь и нет. Девушка внимательно оглядела все вокруг. Ах, конечно!!! Мира хлопнула себя по лбу. Они, наверное, не с ее курса! Сегодня еще проводились экзамены по танцам и актерскому мастерству. «Какая я все-таки дура! Ведь я не видела их там, когда мы сдавали…» Она опять, было, собралась посетить туалетную комнату, как услышала прямо около уха.
- Что, чумазик, никак не отмыться?!
Мира резко повернулась. Прямо перед ней стояла компания из того самого необыкновенно красивого парня и его обожательниц. Одна из них как раз к ней и обратилась. Все остальные прыснули от смеха, в том числе и младой бог. В груди Миры защемило.
- Интересно, что за каляки ты там нарисовала, - продолжала девица.
- Интересно, почему это вас интересует?! – парировала Мира как можно более нахально, но голос все равно подрагивал.
- Просто удивляюсь, как вообще осмелилась здесь в таком виде явиться, это школа искусств, а не дурдом… - бросила в ответ та, и компания, шумно веселясь, двинулась дальше по коридору.
Мира проводила их злобным взглядом, но на глазах выступили слезы. Если бы только здесь была Элли!!! Она бы ее в обиду не дала! Но… но ее не было.
Могла ли Мира представить, что день, о котором она мечтала столько лет, окажется днем настоящего ужасного ужаса?! Но так и случилось…
Оставшееся летнее время пролетело так быстро, что Мира не успела и заметить даже. А так хотелось еще подурачиться! Но теперь следовало собираться в школу. Ах, да! В «Art school «Moonlight» Мира поступила. Правда теперь это уже не так сильно ее и радовало…
Элли уже жила за границей, и хоть они болтали по телефону почти каждый день, Мира все равно скучала, а мысль, что учиться в школе искусств она будет одна, навевала безграничную печаль. Ко всему прочему, Мира знала, что надолго запомнилась своим будущим однокурсникам непревзойденной грацией, и скорее всего это «надолго» еще не прошло… Все это делало ее будущий учебный год не ожившей сказкой, а ожившим кошмаром. Но, как бы то ни было, не идти она не могла, так что оставалось лишь сжать кулаки и продемонстрировать потрясающую выдержку…
Наступило первое число…Прибытие в «Art school «Moonlight» на сей раз произошло не так триумфально, и это радовало. Правда сегодня Мира приехала на машине с мамой – требовалось перевезти ее вещи – ведь теперь девушке предстояло тут жить.
Они прошли к учительской, где были вывешены списки, кто в какой комнате теперь будет обитать. Мира прочитала, что ее святилище находится на втором этаже вместе с какой-то Надин и Эмили. Ей эти имена ни о чем не говорили, и она без особых эмоций поднялась наверх. Мама тем временем зацепилась языком с одной из учительниц, и Мира знала – это надолго. Пройдя по узкому коридору, девушка завернула в комнату № 233 и тут же натолкнулась на первые неприятности…
Оказалось, что ее место уже успела занять какая-то девчонка, дружившая с одной из ее предполагаемых соседок. Она трясла перед лицом Миры бумажкой и уверяла, что это вторжение вполне санкционировано. Мира не собиралась спорить, тем более, что ей было наплевать и на Надин и на Эмили, и к тому же она представила, как огорчилась бы, если ее и Элли разлучили. Она взяла предлагаемый ей листок и прочитала написанное уведомление, подписанное заместителем директора. В связи с обстоятельствами ей следовало переехать в комнату №236…
Мира не сопротивлялась. В 236, так в 236… Но если бы она только знала, что увидит, когда там появится, то не проявила бы столь преступной апатии!
- Какого черта ты тут забыла?! – только и смогла выдавить она, когда увидела нечто неприятно знакомое.
- Опять двадцать пять! – ответила ей будущая соседка с неприкрытой иронией. – Ты теперь меня всегда так приветствовать будешь?!
- Я не шучу, Пандора! Что ты здесь делаешь? – Мира от злости кинула рюкзак на близ стоящую кровать.
- Лично я собираюсь тут жить… - Пандора показательно примерила на себя одну из кофточек. – А ты?
- Жить?.. – у Миры просто руки опустились. Она будет жить вместе вот с ней?!
Ее сестра не ответила. Она покрутилась перед зеркалом и, выкинув кофту в сторону, схватилась за другую.
Мира тем временем переживала внутренний апокалипсис. Она будет учиться без Элли! Она свалилась в лужу перед всей школой! И… она будет жить рядом с ДОРОЙ! Все, это точно последнее предзнаменование… остались только саранча и огонь с неба…
- Если не возражаешь, дорогуша, - сказала тем временем Пандора, подходя к ее рюкзаку. – Это моя кровать!
Он громко хлопнулся наземь. Мира кинулась к нему.
- Дора, черт!!! Там же краски!!! – возмущенно прокричала она, копаясь в его нутре.
- Ой! – На лице двоюродной сестры появился наигранный испуг. – Как же так? Прости, пожалуйста, я и не знала!
- Да, да, конечно! – злобно прошептала Мира.
Краски и баночки были целы. Девушка отошла к другой кровати и бережно положила на нее свое сокровище. Из проема послышался восторженный голос ее матери.
- Девочки! Дорочка! Как все хорошо получилось! Вы вместе, просто прекрасно, - мама вошла и обняла Пандору. – Мне сейчас как раз одна милая учительница сказала, что они специально заменили тебе комнату, Мира, как только узнали, что вы родственницы!
- Правда? – Мира натянула на себя улыбку. – Просто замечательно!
Глава 4. Шоколадка, некромант и красавица.
Стоило только устроиться, и время потекло, как Амазонка – стремительно и беспощадно. В комнату к сестричкам подселили странную молчаливую девочку тоже по имени Эмили. Она училась на драматурга, и это-то и было странным, потому что выглядела она как физик-ядерщик, или специалист по нано-технологиям. Эмили носила, судя по всему, вещи ее бабушки, очки в толстой роговой оправе, прическу под кодовым названием «черт знает что» и целый багаж всевозможных знаний на любые темы. И, несмотря на то, что голова у нее была нормальных размеров, она все-таки почему-то очень напоминала сумасшедших ученых из мультиков с огромным мозгом. Мира, со своим художественным видением уже успела набросать пару набросков своей соседки.
Она вообще иногда по вечерам, скучая в одиночестве, так как, отличаясь стеснительностью и скромностью, не успела найти друзей, развлекалась тем, что рисовала комикс, повествующий о ее буднях в школе. Правда это был сюрреалистический сюжет, где Пандора выступала злобным гением, а главная героиня (конечно же она сама) сражалась с ней используя свои супер-способности. Иногда там появлялась и Эмили, но пока так и не было ясно, на чьей стороне ее персонаж, потому как Мира все никак не могла решить, как относиться к этой безумно умной, но совершенно антисоциальной девочке.
«Art school «Moonlight» не зря считалась одной из лучших школ – уроки были просто убийственно информативны, а учителя строги и внимательны. И если приплюсовать к этому еще профилирующий предмет, который отнюдь не отменял все остальные, то ученики освобождались, дай бог, часам к семи, и то, если повезет. Вдобавок многочисленная домашняя работа никак не потворствовала лености… так что Мира не слишком-то продвигалась в своем комиксном увлечении.
Пандора, на удивление поступившая на режиссерский факультет, к счастью для Миры, где-то постоянно пропадала, и сестры виделись редко, что сводило множество неприятных моментов к минимуму. Эмили по большей части просиживала свои цветные фетровые юбки в библиотеке, так что Мира часто ложилась спать в полном одиночестве, во всех красках представляя, как была бы прекрасна жизнь, если бы Элли не уехала…
Однажды в дождливый, но – удивительно! – солнечный день, когда Мира, утомленная и скучающая, доползла в столовую, чтобы пообедать, произошло нечто, что, несмотря на всю нелепость ее притязаний, девушку очень огорчило. Проходя мимо столиков и стараясь не расплескать морковный сок, она увидела, как парень ее мечты, тот самый небожитель с голубыми глазами, которого, как она уже знала, звали Ник, весьма недвусмысленно улыбается какой-то местной белокурой красавице, протягивая ей молочную шоколадку. Все бы ничего, но девица, восхищенная, видимо, его поступком, кинулась ему на шею, а ему это явно пришлось по душе!
Мира ощутила, как в животе перевернулся остаток завтрака, и с тяжелым сердцем побрела к столику в самом углу. Конечно, скажете вы, чего бы ей так реагировать. Ведь за прошедший месяц она и словном не обмолвилась с этим красавцем, да и он не проявлял никакого внимания к нашей героине. Но, даже бездействуя, в душе она все-таки рисовала картины их счастливого будущего, и любовалась им, когда он, такой удивительный, проходил мимо нее высоко подняв голову.
Николас учился на актерском факультете. Вместе с этой вот белокурой феей, сжимавшей в своих прелестных ручонках молочную шоколадку, и Мира была уверена – когда-нибудь обязательно бы стал мистером Знаменитость. Также как и мистером Кумир и мистером Обожание! Еще бы! Разве могли продюсеры пропустить такое дарование?! На самом деле, Мира ни разу не видела, как он играл, но то, что он был – дарование, не сомневалась.
О! Он был так прекрасен, так мил! Как же она, вся несобранная, неуклюжая, с копной рыжих волос, могла осмелиться, хотя бы к нему приблизиться?! Тем более, что его всегда окружала толпа восхищенных юных глупышек…
Мира вздохнула. Ах, если бы она хоть слегка напоминала эту куколку! С большими голубыми глазами, с длинными послушными светлыми волосами, с изящной фигурой и прирожденным чувством стиля, с тонкими чертами, и, очевидно… папиной кредиткой… Да если бы это было хоть на ма-а-алюсенькую тютельку так, то может быть и у нее появился шанс получить от него шоколадку…
Интересно, она с орешками?!
Стоп. "По-моему, ты просто проголодалась". Мира улыбнулась своим мыслям и принялась за макароны. Благо сегодня на кухне хозяйничала тетушка Бетси, а не Оливия, а это значило, что еда не отдавала вкусом шпината.
В самой середине своего обеда Мире, параллельно рисующей набросок на заданную тему, почудилось что-то неясное. Она подняла голову и увидела, что за ней наблюдают.
Это было удивительно. Не столько сам факт, сколько то, кто это делал…
Это был Фанфир, или как-то так, Мира не была уверена, что правильно запомнила это странное имя. Но уж то, что она его ни с кем не спутала, было очевидно.
Фанфир учился на режиссера, как и Пандора, и параллельно посещал уроки на курсе драматурга. Но это еще не все! Он пару раз был и в художественном классе. Когда этот необычный парень, больше похожий на некроманта, приспешника дьявола, или кого-то из фильмов про вампиров, все успевал – оставалось загадкой. Но насколько Мире было известно, он не просто ошивался по всем аудиториям – он именно был зачислен на все эти дисциплины!
Девушка вздрогнула, когда поймала на себе его тяжелый, пристальный и одновременно издевательски-надменный взгляд. Да уж, он как будто только что с кладбища, эти черные волосы, рванная кофта, бледная кожа, цепи, татуировки… Удивляло как это миссис Коул, представительница местных сил правопорядка, то есть завуч, со своей строгостью, еще не вытолкнула его отсюда взашей. Мире уже не раз доставалось за любовь к аксессуарам… «Еще раз я увижу на вас такое количество браслетов, и вам несдобровать мисс Торп!»
И что только он на нее уставился? Мира не знала ничего лучше, чем сделать вид, что она этого не заметила, и вновь принялась за набросок. И все-таки какой странный парень. Нелюдимый, мрачный… Брр… от него в дрожь бросает! «Надеюсь, он больше не смотрит!» Мире было ужасно интересно, но она побоялась поднять голову. В итоге, девушка так и просидела до трех, усердно малюя на своем листке.
Когда обед завершился, и Мира отнесла посуду, собираясь уже вернуться в класс, проходя мимо кладовой, где хранились всякие хозяйственные штучки, она услышала голоса. Будучи чрезвычайно любопытной, девушка не смогла сдержаться, чтобы не подслушать. Она подкралась поближе, чтобы поглядеть в щелочку незакрытой двери, и увидела ту самую принцессу с шоколадкой. А также трех девчонок, что всегда увивались за Ником. Этакий конгресс всех прелестниц школы!
Затаив дыхание, Мира прислушалась, хотя это было и необязательно. Они спорили… И спорили громко!
Конечно, что же они могли еще обсуждать, как ни юного актера? Похоже, его поклонницам совсем не нравилось, что Линда, так звали счастливую обладательницу гастрономического презента, пристает к Николасу. И хоть Мире это тоже не нравилось, она не могла не отметить абсурдность их высказываний и предположений. На удивление Линда, столь ангельское с виду создание, оказалась девочкой с характером и не сломалась даже под напором трех мегер в образе топ-моделей с заточенными ноготками. Мира даже позавидовала этакой твердости, так как уж чем-чем, а твердостью она не отличалась. Напоследок, высказав свое гневное «фи», Линда фыркнула им в лицо и торжественно удалилась, и Мира еле-еле успела отбежать в сторонку, чтобы не быть застуканной.
Какие все-таки страсти кипят на столь подходящей для них почве искусства! Мира улыбнулась. Может и хорошо, что она никогда не разговаривала с Ником. У нее вряд ли хватило бы храбрости для подобного разговора…
Когда Мира уже собиралась наконец-то покинуть столовую, до нее донеслось презрительное обращение пресловутой троицы.
- Опять измазюкалась, а, чумазик?!
Все что могла сделать девушка, это быстро выйти в коридор. Она поглядела на правую руку – конечно она была вся черная. Так всегда бывает, когда рисуешь карандашом.
И почему даже несмотря на то, что она и на милю не подходит к Николасу, они все равно выбрали ее как предмет насмешек?! Это невыносимо!
В очередной раз сидя на уроке химии, Мира понимала, что ей совсем не до зубрежки!
Дело было в том, что общие предметы для всех курсов считались обязательными, и для упрощения преподавания, а также для развития социальности у студентов, их вели обычно сразу у нескольких потоков. Так получилось, что химию, биологию и английский «художники», как называли таких как Мира, посещали вместе с «артистами», то есть Николасом и распрекрасной Линдой.
Эти предметы и вообще давались Мире с трудом, а когда учебный процесс прерывало пребывание кумира в непосредственной близости, то запоминать что-то и соображать становилось практически невозможным.
Химичка, миссис Малина – да-да, это правда – миссис Малина! – так вот она была дамой весьма старой закалки, а посему привыкла к тому, чтобы все зубрили, зубрили и еще раз зубрили, рассадила студентов еще в первый же день так, как ей показалось верным. Поэтому, несмотря на очевидное нежелание, Ник сидел далеко не рядом с белокурой принцессой, а как раз прямо за Мирой. И это одновременно и радовало и пугало.
Радовало, потому что как не блаженствовать, когда подобное создание буквально дышит тебе в спину. А пугало, потому что о какой работоспособности могла идти речь, если подобное создание дышит тебе в спину?!
И вот в очередной раз ничего не слушая ни про соли, ни про окиси, Мира каждой клеточкой своего тела понимала, что стоит ей только повернуться…
- Мисс Торп?! Вы могли бы быть и более внимательны! – донесло вдруг до Миры откуда-то издалека.
Девушка подняла в голову и по выражению узкого лица преподавательницы химии поняла, что попала в неприятность…Что ж… она не ошиблась.
И когда вместо того, чтобы завалиться в своей комнате на кровать отдыхать после очередного тяжелого дня, они сидела в классе вместе с прогульщиками и двоечниками, выполняя какие-то жуткие задания, заботливо подготовленные миссис Малиной, девушка думала, что стоит уделять больше внимания учебе, а не Николасу. Хотя… возможно ли это?!
На удивление, кроме вышеупомянутых раздолбаев, Мира увидела того, кого совсем не ожидала увидеть. Линду. Да, эту славную красотку, всегда так старательно строчащую за преподавателем где-то на первых партах.
Мира хмыкнула. Все ясно! У куколки слишком мало мозгов, чтобы соображать вовремя… И почему именно такие нравятся всем парням?! Девушка поглядела на свою тетрадку. Кроме пары ответов и многочисленных крокусов (когда Мира задумывалась, она непроизвольно начинала рисовать), там тоже не было ничего более – менее приличного…
Черт! И зачем вообще художнику химия?! Чтобы знать, как получаются те или иные цвета?! С нее вполне довольно знаний того, как их правильно смешивать!
Миссис Малина вышла по зову завхоза и в классе началась какофония звуков – двоечники никогда не были способны сидеть в тишине. Мира насупилась. Итак ничего не понятно, а еще и этот гомон! А преподавательница ясно сказала – никто не двинется с места, пока не решит все задачи. Неужели придется сидеть до ночи?!
Как раз когда Мира уже была готова впасть в отчаяние, она услышала нежный голосок.
- Тебе помочь?
Девушка подняла голову. Перед ней стояла Линда и ослепительно улыбалась той самой улыбкой, которую можно увидеть у всех голливудских знаменитостей. Надо же, промелькнуло в голове у Миры, еще не актриса, а все что требуется для ковровой дорожки уже умеет!
- Тебе помочь? – повторила девушка, решив, верно, что Мира не расслышала.
- Помочь? – спросила та изумленно.
- Да. Задания, - кивнула она на тетрадь. – Немного ответов… Зато какие цветы красивые! Это все ты нарисовала?
- Ну да…
- Просто потрясающие! Так что, тебе помочь?
- А ты что – в химии разбираешься? – недоверчиво спросила Мира.
- Ну да, неплохо, как мне кажется.
- Почему же тогда ты в классе для тупиц?
- Классе для тупиц?! – Линда улыбнулась. – Нет, просто для тех, кто провинился, или что-то недопонимает.
- Ладно, с чего ты решила, что разбираешься в химии, если ты в классе для тех, кто что-то недопонимает?
- Ты забавная! – Линда без спроса схватила свободный стул у другой парты и села рядом. – Я занимаюсь вечером у миссис Малины дополнительно. Смотри, - она протянула свою тетрадь.
Мира не без удивления прочитала незнакомые сложные формулы, цепочки, уравнения…Так эта девчонка не глупая! Она гений!!!
- Тебе что – нравится химия? – поинтересовалась Мира. – Ты же актриса!
- Ага, - кивнула Линда, строча ответы на ее задания. – А так не бывает, что ли?
- Нет… - Мира смутилась. – Просто…
- Просто все актрисы – тупые.
- Я так не говорила! Я…
- Да ладно, все так считают! Но если тебе будет приятнее, я никогда не хотела быть актрисой.
- Что? Как? Зачем же ты тогда поступила в «Art school «Moonlight»?
- Папа… - вздохнула Линда.
- Ааааааа… - понимающе кивнула Мира. – Кем же ты хотела стать?
- Микробиологом.
Мира уставилась на соседку. Она не ослышалась? Микробиологом?! Вот эта нимфа?!
- Я удивлена! – призналась девушка.
- Что ж, - Линда отложила ручку и встала. – А я не удивлена, что ты удивлена!
- Прости! – вскочила за ней и Мира. – Я не хотела тебя обидеть! Честно! Я… Я просто…
- Сдавай, и пошли.
- Чего?
- Задания.
Мира поглядела на свою тетрадь – все было решено.
- Ты все… спасибо!
- Мне не сложно, - улыбнулась Линда. – Во всех смыслах этого слова!
Когда девушки шли по учебному коридору, направляясь в жилой корпус, стрелка уже клонилась к десяти. Линда оказалась веселой и милой. Вовсе не такой, как Мира ее себе представляла. А еще умной! Да, чертовски умной!
На прощание Мира не удержалась и поинтересовалась.
- Неужели бывает такое, когда родители запрещают быть ученым, заставляя становиться актрисой?! Я думала, что всегда только наоборот!
- Век живи – век учись! - улыбнулась в ответ Линда и, помахав, отправилась к себе.
- Вот уж точно… - согласилась Мира.
Глава 5. Пандора, ее шкатулка причуд и прекрасный герой.
Наконец-то наступили выходные!
Так сказал бы любой школьник. Да, абсолютно любой, но только не тот, что учится в «Art school «Moonlight». Нет! Те, кто учился когда-нибудь в «Art school «Moonlight» ждал выходных с таким же нетерпением, как и экзамена или теста. Дело в том, что добрые учителя этой школы, известной по всей стране, наивно полагали, что кроме домашних заданий и зубрежки заняться несчастным ученикам нечем. И они планомерно задавали, задавали и задавали…
Так вот, когда в шесть часов вечера субботы Мира подняла свою опухшую голову от книг и тетрадей, она чуть не расплакалась, когда обнаружила, что кроме неготового пока этюда, у нее еще и неготовая пока биология, неготовая пока математика и неготовое пока естествознание.
Дабы отвлечься от цифр, букв, формул и всего такого подобного, Мира решила заняться этюдом. Благо, рисовать она, в отличие от учебы, любила. Но это вы, надеюсь, и так уже поняли.
Разложившись на кровати (она никогда не рисовала за столом, и очень не любила мольберты) Мира уже приготовилась к тихому, так как в комнате была лишь одна она, и спокойному вечеру, как дверь отворилась и из нее показалась Чума. То есть, простите, Пандора…
Она громко вздохнула, кинула на пол свою сумку, и развалилась на своей кровати. Мира молчала, дабы не встрять в ненужное разбирательство.
- Мирабэль, ты считаешь, что способна сделать что-нибудь стоящее? – спросила, вдруг, сестренка весьма нелюбезно…
Мирабэль! Мира сморщилась. Сто раз уже просила так ее не называть! Мама в беременность слишком увлекалась романами!
- Ты интересуешься из простого любопытства или с меркантильным пристрастием? – уточнила Мира, не поднимая от рисунка головы.
- Разумеется, с пристрастием! – ответила сестра без колебаний. – Думаешь, мне любопытно что-либо связанное с тобой?
- Ах, да! Моя ошибка, конечно!
- Ну, так ты ответишь?
- Что тебе надо, Дора?
- Мне надо, чтобы ты ответила.
- Обалдеть! – Мира все-таки не смогла сдержаться, и ее напускной безразличный вид спал быстрее, чем сливки на торте. – Я от тебя тащусь, честное слово!
Пандора пустила обжигающий взгляд. И принялась неотрывно глядеть на сестру.
- О, Боже! – воскликнула та. – Да я считаю, что способна сделать что-нибудь стоящее, ты довольна?
- Более чем.
- Замечательно! А теперь давай не будем больше разговаривать. Мне так комфортнее.
- Без проблем. Только решим кое-что…
- Что еще?
- Мы ведь сестры, Мирабэль?!
- Ты это хотела выяснить? – Мира фыркнула. – Насколько мне известно от мамы – да. Но я абсолютно уверена, что просто где-то закралась какая-то непоправимая ошибка. Но все-таки в чем дело, Дора?
- Мне нужно, чтобы ты помогла мне в кое-чем, Мирабэль, - ответила Пандора с такой простотой, будто они всегда были лучшими подругами.
- А мне это нужно?
- Если хочешь, чтобы все было хорошо, то да.
- Ты мне что, угрожаешь, что ли? – Мира отбросила в сторону карандаш.
- Была нужда. Я просто советую.
- Советуешь? И что за советы такие, а?
- Мирочка, - ответила Пандора с таким выдохом, будто объясняла что-то очень простое кому-то очень тупому. – Ты ведь не любишь ссоры, правда? Так вот помоги мне, и мы не поссоримся.
- Была нужда!
- Тебе очень хочется, чтобы мы остались врагами?
- Я тебя не боюсь, Дора! Мне не восемь лет! Да и вообще – мы что – не враги?!
- Нет, разумеется! Как такое только тебе в голову пришло?! Я и не пытаюсь внушить тебе страх. Просто подумай – мы живем вместе… Хорошо бы ладить. Ты так не считаешь? – Пандора встала с кровати, потянулась и направилась к двери. – А то ведь всякое может случиться…
Мира скорчила рожу. Ей действительно не хотелось ссориться с Дорой – и это действительно доставило бы ей целю кучу неприятностей, уж она-то знает сестру! Но дел было итак по горло…
- Ладно! – крикнула она, уже когда Пандора почти скрылась в коридоре. – Что тебе нужно?
- Скоро узнаешь… - только и донесся до нее неясный ответ.
Но ни на следующий день, ни с утра в понедельник информации по этому вопросу не прибавилось. Оставалось только продолжать упорно трудиться, продолжая терзаться в сомнениях...
Мира держала в ладони рисунок в стиле аниме, который она набросала на уроке естествознания. Ей казалось, что получилось здорово, и Линда (а именно ее и изображала картина) вышла просто загляденье!
Мире очень хотелось, чтобы девушке понравилось, ведь ей так и не удалось как следует поблагодарить ту за помощь в химии, а одним «спасибо» в таком серьезном деле, художница была уверена, не отделаешься!
Как только звонок прозвенел, Мира кинулась вон из класса с таким рвением, что чуть не сбила Чака и Джима, премило обсуждающих какую-то новую фантастическую книгу. Чудом избежав столкновения, девушка выскочила в коридор и вприпрыжку помчалась к аудитории, где проходил урок актерского мастерства. Припевая на ходу заевшую в уме песенку, она весело размахивала папкой с набросками, потому как непонятно отчего пребывала в удивительно хорошем настроении. Возможно, дело было в том, что ей удалось сдать все трудные задания без долгов, может хорошая погода делала все вокруг более прекрасным, а может быть все же это краткое, но приятное знакомство развеселило Миру, до этого удрученную совершенным одиночеством.
Приближаясь к своей цели, девушка вдруг увидела ту самую компанию «адских модниц» (как она про себя их называла), что вечно терроризировали несчастную своими насмешками. Не желая портить день, становясь в очередной раз объектом для шуток, Мира резко свернула в другой коридор, да так стремительно, что еще и подумать об этом как следует, не успела, как уже ее ноги, обутые в цветные кеды, сами шагнули вправо.
И, разумеется, этот импульсивный поступок не прошел без приключений! Ведь Мира, итак славясь абсолютной неуклюжестью, постоянно попадала в забавные ситуации, а уж если при этом она еще и делала что-то, не подумав, так избежать казуса было совершенно невозможно!
Ощутив сильный удар, а затем толчок, заставивший ее отпрянуть, Мира не устояла и брякнулась на пятую точку, выпустив при этом из рук папку, из которой разлетелось все содержимое. Потирая ушибленный лоб, девушка поглядела на того, с кем столкнулась, и от того, что она увидела, ее пробил холодный пот. Уж лучше бы она задержалась в классе, сбив Чака и Дмима, честное слово! Прямо перед ней распластался не кто иной, как Фанфир – да, да! Этот сын сатаны! – причем рядом с ним покоились остатки чего-то из бумаги, гипса и картона, видимо, скульптуры. Догадываться о том, что эти куски были единым целым до того, как одна неосторожная неудачница не сбила парня, не приходилось.
Мира попыталась что-то произнести, но у нее ничего не вышло, и она лишь хватала ртом воздух, глядя, как Фанфир осматривает свою ношу, сейчас больше похожую на строительную кучку мусора, чем на что-либо иное, а его черные глаза наполняются гневом.
«Ну, все! Трындец! Теперь мне точно кранты!» - пронеслось в голове у несчастной, когда она все также недвижно наблюдала за тем, как Фанфир, всей своей устрашающей фигурой поднимается на ноги. Медленно поднимается, неспешно, безмерно пугая этой своей неторопливостью. Жизнь перед глазами у Миры в этот момент, может, и не пронеслась, но мысль: «Я ж еще так молода!» пробежала.
Фанфир встал, метнув на окаменевшую нарушительницу спокойствия такой взгляд, что душа у той не то, что в пятки уползла, вообще из тела временно удалилась.
- Ты разбила мой проект, - сказал ледяной голос, звучавший словно из преисподней.
- П… пр… прости, пожалуйста! - выдавила из себя Мира каким-то чудом.
- Я работал над ним почти неделю.
Странно, как это у Фанфира получается угрожать вроде бы спокойным и беспристрастным голосом?!
- Мне так жаль… я… я просто…
- Твоя жалость поможет мне сдать зачет? – спросил парень, сделав шаг к трясущейся девушке.
- Я… я… - ее язык еле двигался. – Я могла бы… Или я, хочешь, поговорю с учительницей…
- М? – Фанфир остановился.
- Объясню, ч… что это я виновата…
Черные глаза прищурились. Потомок бессмертного все же подошел к Мире и присел рядом с ней. Так близко, что она уловила знакомый запах гипса, исходивший от парня. Стало жутко не хватать личного пространства. Темная аура Фанфира напрочь забила ее собственную.
- Даже если так, кто вернет мне неделю времени? – прошептали его губы, и уголки их – или это только показалось? – издевательски поползли вверх.
- Э…э… - на это девушке уж точно нечего было сказать.
- Предполагаю, что за все должна быть расплата, верно? – спросил Фанфир. – Так устроена жизнь…
- Я… я не знаю…
- Верно? - повторил тот.
- Да! – выпалила на это Мира, и вовсе не потому, что согласилась, а лишь из-за того, что его повелительный тон не терпел возражений.
- Вот и отлично, значит поняла.
- Я только не знаю, какая… - продолжить девушка не смогла, так как выражение лица сидевшего перед ней ошарашило ее еще больше.
Точно трындец…
- Какая? Да разные бывают, ну… - Фанфир взмахнул рукой. – Деньги, например.
- Деньги? У мен…ня нет…
- Эй! – вдруг услышала она, когда уже и не надеялась на спасение, ощутив, как кто-то хватает ее за руку и поднимает.
Собравшись, Мира обернулась. О боги! Коленки подогнулись, сердце бешено застучало. Рядом с ней стоял он. Самый прекрасный на всей планете. Самый чудесный. Самый…
- Ты в порядке? – спросил этот самый-самый.
Он с ней говорит?! Точно? С ней, ведь?! Девушка смогла лишь кивнуть.
- Что ты от нее хотел?
- Ничего особенного, - Фанфир встал и непринужденно положил руки в карманы. – Мы просто обсуждали тут кое-что…
- Вижу, как вы обсуждали! – Николас собрал разбросанные листки. – Напугал совсем бедняжку. Идем! – он снова схватил Миру за руку и потащил за собой. – Больше не подходи к ней, слышишь? Или будешь иметь дело со мной!
Мира послушно поплелась за спасителем, одновременно млея от счастья и удивляясь произошедшему.
- Запомню… - услышала она словно бы предупреждение Фанфира, глядевшего на удалявшихся пристальным и тяжелым взглядом.
Николас прошел немного, продолжая тащить за собой будто проглотившую язык Миру, и остановился напротив класса истории. Он улыбнулся. Ну, разве не красавец?
- Точно в порядке? - спросил его бархатный голос.
Не молчи! Надо ответить. И как-нибудь очень элегантно и обворожительно.
- А-а… ага…
Весьма элегантно и обворожительно, верно?
- На глаза чудику лучше не попадаться, - сказал Николас. – Он неадекватный какой-то. Недавно подрался с двумя ребятами из другой школы, а неделю назад, говорят, чуть в полицию из-за чего-то не загремел. То ли в банде какой-то замечен, то ли что…
- Правда?! – глаза Миры округлились.
Вот повезло на такого нарваться!
- Да не бойся, - Ник снова одарил девушку своей улыбкой. – Если что – мне говори, ладно?
- А-а-ага.
И вновь сама элегантность!
- На! – парень протянул Мире ее листки. – Вау! Это все твоя работа?!
- Ну да…
- Просто обалденно!
Николас пролистал парочку и, вдруг, наткнулся ни на что иное, как на собственный портрет! Что же за день-то?! И почему она его не оставила в комнате, как собиралась?
- Это… - он слегка нахмурился. Боже, ему и это идет! – Это…
- Это мой брат! – выпалила Мира, хватая наброски. – Двоюродный. Сын моего деда… то есть дяди… ну в смысле…
Господи! У нее ж никакого брата нет. Да и дяди тоже…
- Хм, - Ник пожал плечами. – На меня немного похож, не находишь?
- Правда?! – она замялась. – Ну так, может совсем чуть-чуть…
- Ну ладно! – парень помахал. – Пока! Мне еще в спортзал!
Мира еле-еле натянула улыбку. Она тоже вряд ли вышла обворожительно.
- Как зовут? – крикнул вдруг тот, удаляясь.
- А-а… Алекс... – сказала девушка первое, что пришло в голову, и лишь через секунду поняла, что ее спрашивали вовсе не об имени воображаемого брата.
- А я – Ник! Бывай, Александра! Не хандри!
Мира хлопнула себя по лбу. «Точно трындец! Подобных дур днем с огнем не сыщешь…»
Глава 6. Откровения, ромашковый чай и просьба сестрички
Мира проводила Николаса взглядом, полном обожания. Что ни говори, а он красавец хоть куда! Да и настоящий герой, ни много, ни мало! Вступился за нее, спас от неминуемой гибели! Ну… тут, может, она немного и загнула, но от чего-то ужасного это точно.
Девушка вздохнула. Какой же он все-таки… Тут краем глаза она увидела темный силуэт Фанфира, следившего за ней издалека. Вновь ощутив панический страх, бедолага кинулась прочь от злополучного места, так, что пятки засверкали.
У класса актерского мастерства она вновь чуть не наткнулась на кого-то, но на этот раз все-таки сумев избежать позорного столкновения. Этим кем-то оказалась Линда. Мира уже хотела извиниться за то, что чуть ее не сбила, и побежать дальше, но тут вспомнила, что ее-то, собственно, она и искала.
Линда удивленно проследила за проносящейся мимо, а затем возвращающейся девушкой.
- Ты чего носишься, как угорелая? – спросила она, поправляя свои красивые волосы.
- Я, - Мира вздохнула. – В общем-то… ты не поверишь!
- М?!
- Ты свободна сейчас?
- Ну да… у меня дополнительные только через час.
- Пойдешь со мной в столовую? Мне срочно требуется ромашковый чай!
Линда улыбнулась и кивнула.
- Обалдеть! – сказала белокурая принцесса, когда Мира поведала ей о сегодняшних своих несчастьях. – Ты даешь!
- И не говори… - буркнула в ответ та.
Она плюхнулась на стол лицом, свесив руки вниз. Ее рыжие непослушные локоны разлетелись в разные стороны. Линда хихикнула.
- Ты похожа на осьминожку! Вот бы сфоткать, или хотя бы нарисовать…
- Нарисовать? А! – Мира вскочила.
Она кинулась копаться в папке, и, наконец, протянула приготовленный презент, так долго добиравшийся до адресата.
- Держи!
- Мне? – спросила Линда, беря рисунок.
Девушка поглядела. Ее голубые глаза блеснули, и губы растянулись в улыбке.
- Это я?
- Ну да… хотелось как-то отблагодарить…
- Отблагодарить? За что?
- Как за что? – удивилась юная художница. – Ты же мне на химии помогла…
- За это? Какие пустяки!
- Пустяки?!
Для нее химия, может, и пустяки…
- В любом случае, спасибо! – сказала Линда. – Ты рисуешь просто удивительно красиво!
- Да не-е-ет, - протянула Мира, все же польщенная.
- Разумеется, да! И не спорь. И, главное, так похоже! Хоть и стиль какой-то странный…
- Это манга, ну или аниме. Ты что, не знаешь?
- Впервые вижу.
- Шутишь?
- Абсолютно нет.
- Правда? Совсем никогда не видела?!
Линда покачала головой.
- Японские комиксы и анимация. Ты телек-то смотришь? Да и интернет весь забит…
- Мне не до развлечений, - Линда вздохнула.
- М?!
- Нет у меня времени на телек и компьютер, Мира.
Та вытаращила зеленые глаза.
- Я должна делать так, чтобы папа мной гордился… он ведь так хочет, чтобы дочка была актрисой… Но и свою мечту я оставлять не желаю. Мне нравится наука… Вот я и кружусь то там, то здесь.
- Аааа, - Мира понимающе закивала. – Две жизни в одной?
- Какое уж тут аниме? Мне б не свихнуться.
- Точно…
- У меня, не поверишь, и друзей-то нет. Раньше из школы сразу домой, за уроки, из дома – на курсы. И так – целыми днями! Здесь впервые с кем-то так тесно общаюсь…
- Нет друзей?! – воскликнула Мира.
«Ни за что не поверю!»
- Ты же просто суперклассная!
- Да? – Линда улыбнулась. – Спасибо. Но так мало кто считает.
- Николас считает… - проворчала Мира.
Про то, кто именно ее спас от хищного Фанфира она не сказала, не хотела вызвать в девушке беспричинную (ой, уж так ли?) ревность.
- Николас? – переспросила Линда, удивленная. – А, парень с моего курса? Почему ты так решила?
- А то, нет!
- Не понимаю.
- Чего не понимать-то? Вы разве не встречаетесь?
- Встречаемся? – чуть не поперхнулась Линда.
Вот у нее точно все выходит элегантно и обворожительно. Даже это…
- Господи, да откуда у тебя такие сведения?
- Так нет, что ли?
- Конечно нет!
- Но… - Мира нахмурилась. – Но я сама видела, как вы обнимались!
- Когда это? – Линда была явно озадачена.
И именно озадачена. Не растеряна и испугана, как обычно бывает, если вас застукали с поличным.
- Несколько дней назад… - теперь уже растерялась Мира. Может, она обозналась? (Хотя с двумя неповторимыми красавчиками школы обознаешься ли?) – Он тебе шоколадку еще подарил…
- Ах, это! – воскликнула Линда, выглядела она сейчас так, словно только что решила сложнейшую загадку. – Так он просто отблагодарил за то, что я ему на занятиях помогла. Ну… как ты сейчас!
- А на шею кидаться тогда зачем надо было? – все еще не отставала наша героиня.
- Мира, - Линда сощурила голубые, как топаз, глаза. – Ты, часом, не ревнуешь?
- Ревную?! Пфф! – с таким наигранным видом ответила та, что это лишь подтвердило высказанную теорию.
- Ну я, может, излишне эмоционально отреагировала…
Мира приподняла бровь. Вообще-то это не объяснение.
- Он просто тогда сказал, что уговорил мастера отдать мне роль, ну как бы в ответную благодарность. Вот я и обрадовалась. Шоколадка ведь так, лишь довесок.
- Правда?
- Абсолютная, - Линда премило улыбнулась. – Никакой романтики!
Ее собеседница улыбнулась в ответ. Линда девчонка и до этого была что надо, а теперь, без парня, от которого Мира млела, не поверите, так вообще высший класс!
Вечером, когда Линда вовсю предавалась магии формул и химических цепочек, Мира валялась на своей кровати, предаваясь воспоминаниям. Некоторые из них рождали весьма неприятные ощущения, ибо напоминали о недавно перенесенном ужасе, но без них картина блаженного спасения была бы не столь яркой и красочной.
Как раз в тот момент, когда наша героиня пребывала в самом апогее счастья от воображенного образа рыцаря на белом коне, что героически сражался со злобным драконом, намеревавшимся погубить прекрасную деву, в комнату вошла незапланированная в этой сказке ведьма. И то, что она могла быть опасней змия, Мира не сомневалась.
- Приветушки! - сказала вновь пребывшая, падая от бессилия на свою постель.
- П…привет, - только и ответила так и не до конца спасенная, а от того расстроенная принцесса.
- Помнишь, обещала помочь кое в чем?
- Ну, - Мира напряглась.
- Так вот, сестричка, время, похоже, пришло…
- Может, без этого пафоса как-нибудь обойдемся? – буркнула художница.
Все ее романтическое настроение как рукой сняло.
- Мне для зачета надо фильм снять, - потянулась Пандора.
- И при чем здесь я?
- В том-то и дело, сестренка, что причем.
- Мне казалось, это ты у нас режиссер!
- Я ж тебя не сценарий придумать прошу, - фыркнула та.
- Да ты меня вообще ни о чем конкретном пока не просишь! – взорвалась Мира. – Ходишь вокруг да около и нервируешь только, честное слово!
- Ой, какие мы нежные! – Пандора села.
Не, ну точно издевается! Желает помучить подольше!
- Блин, или ты сейчас прямо говоришь, что надо, или забудь.
- Мне надо, чтобы ты помогла мне кое-что стащить из подсобки, - тут же призналась сестра спокойно.
Весьма прямо, не находите? Для подобной просьбы так просто непростительно прямо.
- Э-э-э, - протянула Мира нерешительно. – Чего?!
- Ты слышала все прекрасно, - бросила Пандора.
- Вот не уверена, - художница скорчила гримасу. – Потому, как мне почудилось слово «стащить».
- Все верно, - улыбнулась юная аферистка. – Все верно.
- Ты сбрендила совсем?! – ужаснулась девушка. – Что за просьбы такие?
- Слушай, какие есть, иных не имею.
- Блин, Пандора, ты на всю голову больная! Просто вести себя, как последняя дрянь, уже недостаточно? Решила на другой уровень перейти?
- Ха-ха. Шутка просто чудо.
- Зачем тебе это нужно вообще?
- Мне, чтобы грант получить, надо обязательно снять что-то фантастическое.
- И для этого требуется заняться криминалом?
- Именно, - Пандора пристально поглядела на сестру. Теперь ее голос звучал по-настоящему серьезно. – Слушай, с теми материалами и аппаратурой, что даются бесплатно, разве что хоум-видео можно сотворить, на манер «смотрите, я могу почесать правое ухо левой ногой». Качество выходит не просто фиговое, а вообще никакое.
- И все равно не понимаю…
- У нас на курсе все детки непростых родителей, как и вообще в школе, ты же знаешь. Тут полно богатеньких, поступить ведь в «Moonlight» непросто. Так вот, конечно, у них у всех есть способы с этой ситуацией справиться.
- Какие?
- Мира, ну ты вообще! – хмыкнула Пандора. – Как обычно – сплошной наивняк…
- Может, вместо издевок, объяснишь? – буркнула девушка.
- Есть у них деньги и на технику, и на студии, и даже на актеров, а у меня нет, чего непонятного?
- Непонятно все-таки, почему все это привело тебя к выводам, что нужно обокрасть подсобку школы.
- Там, знаешь, сколько всего? И декорации, и пленки, и даже камеры с осветительными приборами. Ведь на старших курсах многие уже делают проекты на продажу, например, рекламу, а при выпуске студенты делают проекты, которые, если слышала, даже на международные конкурсы посылают.
- И ты решила все это позаимствовать?
- Именно.
- Точно сбрендила!
- Мне нужна эта победа! – карие глаза Пандоры осветились блеском решимости. – Я не проиграю.
- Я отказываюсь!
- Ты уже согласилась.
- Да, когда не знала, что тебе надо. Я думала, ты скажешь – уберись за меня, сделай реферат по истории, ну или что-то в этом роде. А никак не запишись в подельники!
Пандора вздохнула, встала, залезла в свою сумку, покопалась там и вытащила что-то небольшое и темное. Затем она кинула это на кровать к Мире и вернулась на свою постель. Та поглядела на приземлившийся близ ее ноги объект.
Кассета. На ней надпись. «Дочурке 11. Девочки в саду». Подчерк прям, как у тети…
- Не-е-ет! – воскликнула художница, ужаснувшись. – Только не говори, что это та самая запись, как ты обманула меня… и я…
- Именно, голопопик, - нагло подтвердила сестренка.
Она у Миры золотце, не находите?
- Мамочка каждую свободную минуту снимает, ты же знаешь. Так вот – не хочешь, чтобы видео разлетелось по школе, подумай еще раз над своим ответом.
- Это подло!
- Это жизнь, дорогая. Меня поставили в затруднительное положение, я поставила в затруднительное положение…
- Ага, - злобно отозвалась Мира. – Круговорот затруднительных положений в природе!
- Даю время до завтрашнего вечера, - зевнула Пандора и, схватив с тумбочки банные принадлежности в полосатой косметичке, отправилась в душ.
В дверях девушка на секунду задержалась.
- Ты же понимаешь, что у меня есть копия? – спросила она мило.
- М?
- Я так, на случай, если ты захочешь случайно наступить на кассету.
Темная голова исчезла. Чудо-человек, по-другому не скажешь!
Мира еле сдержала выступившие слезы. И как тут быть?! Ситуация непростая.
- Теперь я точно основательно попала…
Глава 7. Литература, демон и черная метка
Утром все так закрутилось-завертелось, что Мира чуть ли не позабыла о том, что провела всю ночь, не смыкая глаз и обдумывая, как поступить с просьбой и угрозой Пандоры. Хотя… присутствие той почти на половины предметах все же помогало это помнить. И уж точно никак не помогало сконцентрироваться на деле.
Итак, после сдачи натюрморта, изнурительных задач по математике, длинной лекции истории и тяжелого теста на английском (на котором Ник вновь улыбнулся ей, а Линда подсказала пару ответов), наконец, остался лишь один предмет до конца уроков. Это была литература, и ничего не должно было предвещать сложностей. Следовало прочитать Шекспира, но Мира уже давненько разобралась с королем Лиром, еще в старой школе. Так что, расслабившись, она приготовилась провести оставшийся час в весьма комфортной и ненапряженной обстановке. Занятие должно было проходить вместе с драматургами, а это в общем числе были тихие, можно даже сказать – незаметные, люди. Вот типа ее соседки Эмили – и голос-то не подаст без сильной на то нужды.
Мира достала чистые листки. Учительница, вдохновленная гениальными строками, сто пудов не заметит ее маленьких шалостей – проверено!
И вот, когда она уже принялась за набросок, в класс вошел он… тот, кого она меньше всего ждала увидеть, и тот, кого больше всего боялась… Да-да, это был Фанфир. Вообще-то из-за постоянных изменений в расписании, а также из-за того, что парень учился сразу на трех курсах одновременно, они в последнее время совершенно не пересекались на уроках. Может быть поэтому Мира и забыть забыла, что однажды может с ним встретиться не просто в коридоре.
Девушка неосознанно сглотнула и постаралась вжаться в стул, только чтобы тот ее не заметил, но надежды были тщетны – вошедший сразу уставился на несчастную во все глаза. Карандаш застыл в руке художницы, когда она с трепетом в груди следила, как Фанфир проходит между рядами. На ее счастье единственное свободное место осталось в самом конце и на противоположном ряду. Туда некромант и отправился.
Урок литературы уже не был так безобиден…
Все время, что учительница восторженно болтала о Шекспире, Мира боролась с двумя намерениями. Первое постоянно подначивало повернуться и узнать, смотрит ли на нее сие дите Сатаны, второе же, наоборот, категорически отвергало подобную идею, дабы не распалять итак не затлевшую внутри панику. Пока что побеждало второе – слишком уж страшно было удостовериться, что Фанфир посылает в ее сторону всевозможные проклятия.
И все же Мира была жива - здорова, а урок уже подходил к концу. Преподавательница посвятила оставшиеся минуты оценкам за прошлое сочинение и разбор полетов. Юная художница получила пятерку, хоть какая-то отрада. Неужели можно вздохнуть спокойно?
- Что же касается вас, Фарэлл, то я в восторге! – сказала напоследок мисс Дарси. – Ваше творение по Фаусту, это чудо какое-то!
Что еще за Фарэлл? Кто такой? Мира стала искать глазами обладателя похвалы. Но, найдя его, чуть не прикусила язык от досады за свою несдержанность. Потому, как ученик под фамилией Фарэлл, был не кто иной, как тот, на кого она так боялась посмотреть все это время.
- Я отправила вашу работу на конкурс. Так передать демонические чувства, что рвутся наружу! Словно вы и сами испытываете нечто подобное!
Что-что? Мира не ослышалась? Демонические чувства?! Да уж, кому как не ему знать, что это такое!
Остальную пламенную речь восхищенной учительницы девушка не слышала, так как ее сердце так бешено стучало, что этот звук перекрывал все остальные.
Наконец проклятый урок закончился, и Мира, схватив свои вещи, пулей вылетела в коридор, надеясь, что на сей раз сможет ни на кого не налететь.
Под наплывом эмоций, что подарила Мире литература, девушка, забившаяся в свою комнату и вознамерившаяся не вылазить оттуда как можно дольше, принялась за рисование – единственное средство, которым она могла выплеснуть накопившиеся горести. В итоге под вечер она с ужасом осознала, что на ее холсте расположились какое-то весьма мрачное место с весьма мрачной фигурой в черном плаще, что сгорбившись наблюдала за ней весьма мрачными глазами.
Этот чертов Фанфир преследует ее буквально повсюду!
Мира поскорее засунула рисунок в папку. Не хватало только, чтобы его тут присутствие вновь порождало неконтролируемое сердцебиение!
Девушка принялась за уроки, но сконцентрироваться все же было нереально. Он все еще зол? Что-нибудь придумал, чтобы отомстить? Может, и на уроке появился неспроста?
Череду вопросов прервал звук открывающейся двери. Честное слово, если бы Мира была взвинчена капельку сильнее, она бы вскочила и помчалась прочь, снося на своем пути стенки, кровати и тумбочки. Но капельки все же хватило, чтобы остаться на месте. Конечно, Фанфир не мог здесь появиться. Однако, девушка все же вздрогнула.
- Ну, - сказала вошедшая прямо с порога. – На что решилась?
Угадайте кто! Ни здрасте, ни до свидания, сразу с места в карьер…
- Словно выбор есть, - буркнула Мира в ответ.
- То есть – ты согласна?
- Нет, но другого не остается.
- Что ж, отлично! – Пандора улыбнулась.
Мира опустила голову. Ей не хотелось потакать сестренке в ее шантаже, и уж тем более не хотелось вляпываться во что-то противозаконное, но и допустить, чтобы по всей школе ходила пленка, где она голая носится по двору с криками, и при этом у нее на башке надета огромная тетина шляпа, она тоже не могла. Тем более теперь, когда Николас наконец-то ее заметил. Ведь он даже сказал ей сегодня: «Привет, Алекс!» Она, конечно, не Алекс, но какая, блин, разница?!
- Ладно, не дрейфь, - Пандора хлопнула ладонями друг о дружку. – Я все продумала!
- Очень хочется верить…
- Значит, план такой…
Сидя вечером следующего дня с Линдой в столовой, Мира выглядела настолько удрученной, что даже ее новоявленная подруга заметила, что та о чем-то беспокоится. Художнице очень бы хотелось поделиться своими горестями, но она не решалась рассказать о том, что ввязалась в преступную авантюру. Ведь они подружились лишь недавно, и было бы очень плохо, если Линда подумала о ней невесть что. Тем более, что пока что это был единственный тут человек, с кем она могла поговорить по душам. Однако юный химический гений не сдавался и мягко, но весьма настойчиво пытался выяснить правду матку.
- Да все в порядке! – в сотый раз неудачно постаралась оправдаться Мира, запихивая в себя булочку с корицей.
- Вижу, - не отставала Линда. – Ты как в воду опущенная. На тебя не похоже, ты всегда такая шебутная…
- Шебутная?!
- Ой, извини, я тебя обидела? – испугалась блондинка.
- Да нет, - отмахнулась Мира. – Не бери в голову. Я что, и правда, такая?
- Ну-у-у… - протянула Линда.
Девушка всегда была очень тактична, Мира уже давно заметила, и явно боялась сказать что-нибудь обидное. Хотя и могла, поминая случай в столовой, дать отпор обидчикам.
- Просто… - актриса замялась, но, быстро найдя слова, продолжила. – Ты очень…
- Неуклюжая, - перебила художница.
- Это есть, но…
- Импульсивная.
- Это тоже…
- А еще…
- Живая! – вставила, наконец, Линда. – Ты очень живая, Мира! Мне это в тебе и понравилось. С первой минуты. Помнишь, я говорила, что у меня не было друзей? Так вот это потому, что я собрана и натянута, как струна. Так даже наш учитель по актерскому мастерству сказал!
- Да нет, что ты!
- Я не в обиде. Сама знаю… А вот ты совсем другое дело. Мира, ты как вулкан эмоций. Ты забавная, милая, я вот даже не понимаю, зачем ты со мной водишься…
- Что за глупости?! Это ты милая! – изумилась та. «Она и правда так считает?!» - До одури милая! Я вообще никого милей никогда не встречала!
Линда засмеялась. Улыбка ей очень к лицу. Может быть, и правда, у нее иногда такое ледяное выражение, словно на всех свысока смотрит, но когда она улыбается…
- Спасибо, - сквозь смех сказала актриса и, упокоившись, продолжила. – Я и правда очень рада, что с тобой познакомилась.
- Я тоже!
- Так что нет ничего странного, что я немного волнуюсь из-за того, что у тебя что-то произошло!
- А, ты опять об этом…
- Слушай, если это из-за того случая с Фанфиром, то ты расслабься. Думаю, он уже все забыл, - сказала Линда, элегантно водя ложечкой в десерте.
- Ага, забудешь такое! – только и успела возразить Мира, как в столовую вошел не кто иной, как предмет их разговора собственной персоной.
Несчастная художница чуть не подавилась булочкой. Несмотря на предыдущие уверения, Линда тоже, похоже, напряглась. Фанфир взял себе что-то и направился к девушкам, что затихли и застыли – ну точь-в-точь скульптуры.
Мира была готова к худшему. В ее голове всплыло все, чему учил учитель по физкультуре, и она мысленно поблагодарила его за уроки самозащиты. Медленно, чтобы не привлекать к этому внимания, она убрала телефон и пенал на другой конец стола – на случай если разъяренному парню захочется в отместку лишить ее чего-то ценного.
Однако, тот прошел мимо, оставляя за собой лишь свою темную ауру.
- Видишь, я же говорила! – прошептала Линда, выдыхая.
И Мира уже была готова с ней согласиться, но тут ее взор упал на бумажку, лежавшую у их стола. «Наверное, выпала из какой-нибудь книги, что у некроманта в руках!» - подумала девушка и прочитала ее содержимое. Лицо художницы так побледнело, что Линда взволновано спросила.
- В чем дело?
Мира трясущимися руками протянула листок. На нем готическим шрифтом было выведено лишь одно слово – «Отмщение». Ну просто черная метка какая-то!
Мира и Линда и сами не поняли, как так быстро оказались в коридоре.
- Господи, Мир! Ты меня заразила, - задыхаясь, выдавила актриса. – Впервые действую, не подумав.
- А что тут думать? – воскликнула та. – Эта записка явно не просто так рядом с нами очутилась! Это угроза! Настоящая угроза!
- Ну, не факт…
- А какой тебе надо факт? Чтобы он, проходя, в меня вилку воткнул?
Лицо Линды явно ответило за нее: «Не перегибай!»
- Я тебе говорю, - не сдавалась Мира. – Это объявление войны! Он хочет, чтобы я ему заплатила за испорченную статую, и угрожает!
- Может быть, этот листок вообще не его, - неуверенно предположила ее подруга.
- А чей еще? Мимо нас никто другой не проходил, а раньше его там не было! Зуб даю.
- Да, ты права…
- Линда, Алекс, привет! – послышалось сбоку, и девочки увидели прекрасную улыбку Николаса.
- Привет, - ответила актриса дружелюбно и тут же удивленно добавила. – Алекс?
Мира схватила ее за рукав, взглядом моля не продолжать. Та ничего не поняла, но все же замолчала.
- Приготовила отрывок? – поинтересовался Ник у девушки, та кивнула. – Ну ладно, пока!
Он манул им рукой и удалился.
- Алекс? – не выдержала Линда, и Мире пришлось все рассказать.
После нескольких минут безудержного смеха, подруга сказала.
- Почему ты его не поправишь?
- Ты что?! – ужаснулась Мира. – Он решит, что я совершеннейшая дура! – она состроила гримасу. – Знаю, только совершеннейшая дура и могла в такое вляпаться, но ему-то об этом знать не обязательно!
- Ох! – опять захохотала Линда. – Мира, ну ты даешь! Что же он теперь до конца обучения к тебе будет обращаться, как к Александре?
- Не знаю, - буркнула та.
- А если у вас с ним…
- Ничего у нас с ним не будет! – перебила Мира. – У таких, как он, ничего с такими, как я, не бывает.
- Глупости, - Линда взяла девушку за руку. – Идем. Мне уже на занятия пора. И перестань беспокоиться о Фанфире. Тем более, что сама же только что сказала, что Ник обещал тебя защитить!
- И?
- И – не бойся. Я завтра на уроке ему намекну…
- Нет-нет! Не надо! – всполошилась Мира.
- Ну ладно, расскажем, если тот и правда что-то захочет сделать, - согласилась Линда. – А теперь улыбнись-ка и снова стань сама собой! Беззаботной Мирой!
Мира улыбнулась, но стать беззаботной не могла. Ведь ее треволнения сейчас были не только из-за угроз Фанфира…
Глава 8. Натурщик из чистилища, ключи и унитаз.
В художественном классе как обычно стояла атмосфера творчества, и наблюдался тихий хаос. Повсюду расставлены мольберты, разбросаны краски, пачки листов разложены по всем плоскостям. В углах реквизит для натюрмортов, на стенах – куски штор и ткани для декорирования. Комоды, ящики, шкатулки наполнены всевозможными мелочами. Короче – рай для таких, как Мира.
Сегодня был урок рисования с натуры, и учительница обещала – ее же слова! – необычный типаж. Что это за необычный типаж, оставалось лишь догадываться, но девушка не боялась трудностей.
С предвкушением интересной работы, Мира раскладывала свои инструменты, когда услышала, что миссис Миллер спрашивает заданный на дом рисунок. Художница покрылась мелким потом – она совершенно забыла об этом задании! Пандора, Фанфир, Николас, все это так закрутилось вокруг нее, что нет ничего удивительного в том, что уроки вылетели у нее из головы. В отчаянии девушка полезла в свою папку, в которую всегда складывала все работы, нарисованные от нечего делать, может, что приличное встретится? Но, увы… наброски, зарисовки, вольные фантазии на тему – совершенно не подходит! Тут ее глаз упал на тот самый странный рисунок, рожденный ее воспаленным мозгом после урока литературы. Это была единственная работа, что была выполнена от начала до конца, то есть, во-первых, дорисована, во-вторых, раскрашена, и, в-третьих, откорректирована.
Ну и ладно! Сюжет, конечно, странный, но изображено хорошо, и все лучше, чем ничего! Мира облегченно вздохнула и понесла рисунок на сдачу.
Она уже практически протягивала работу учительнице, как услышала неприятно ледяной голос.
- Какие мрачные краски, Торп.
Мира вздрогнула и инстинктивно резко повернулась. Этого можно было и не делать, кто стоял у нее за спиной, она итак прекрасно знала. Его бас трудно было не запомнить.
- С чего бы это, а? – сказал обладатель пугающего тембра, и черные глаза его блеснули.
Девушка прекрасно расслышала издевку, но не смогла ничего ответить.
- А герой на кого-то смахивает, не находишь? – продолжал тот.
Мира попыталась произнести хоть что-то, но вышло лишь какое-то жалкое «пф-пф». Словно получая удовольствие от ее неловкого положения, Фанфир наклонился к самому уху девушки и прошептал.
- Неужто тебе что-то не дает покоя, м? Или кто-то?
Художница вздрогнула снова. Знакомая паника вновь выползла из уголков ее души. Но тут учительница обратилась прямо к ней, требуя рисунок, и Фанфир удалился.
«Спасена!»
Э-э-э-… Не совсем… Куда это он устраивается? Зачем снимает плащ? Что за?! Боже! Не говорите только, что необычный типаж на сегодняшнем уроке – это местный Дракула!!!
Как вы уже догадались, Мире не повезло. Миссис Миллер действительно пригласила Фанфира как натурщика. Видите ли, ей показалось, что его мрачный облик будет вполне подходящим, особенно учитывая тот факт, что вскоре их ждет работа в стиле позднего Пикассо. Да и к тому же она этого мальчика, рисующего прям аки Босх (опять же – ее слова!) обожала.
Мира напряженно смотрела на свой холст. Поглядеть на вольготно устроившегося Фанфира у нее не хватало духа. Девушка то смешивала краски, то точила карандаш – в общем, делала все, чтобы не начинать рисовать. В итоге даже нарвалась на замечание от преподавательницы. Больше тянуть было невозможно. Итак… глубокий вдох…
Фанфир сидел на сундуке, подогнув одну ногу и положив на нее руку. Его длинные черные волосы были частью убраны назад, частью свисали на бледное лицо. На парне были одеты темные брюки по фигуре и белая рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами (задачка от учительницы – чем больше складок, тем лучше!), на одном запястье красовались два кожаных браслета, на большом пальце правой руки – старинное серебряное кольцо. В таком виде он совсем не был похож на себя самого, а скорее напоминал героя романов про мушкетеров или вообще кого-то из того времени и, надо признаться, достаточно привлекательного героя…
Может, Мира и не хотела запоминать все эти мелочи, но какая бы кошка между ними не пробежала, сейчас она была художницей, а не насолившей ему девочкой, так что хочешь, не хочешь…
И все же как трудно рисовать, вспоминая недавние события, а еще и постоянно натыкаясь на тяжелый сверлящий взгляд, не суливший несчастной ничего хорошего! В ее жизни еще не было столь длинного урока рисования…
Наконец, свобода! Девушка собралась быстрее, чем когда-либо, и кинулась вон из зала, но тот, от кого она бежала, был быстрее. Парень схватил ее за руку, развернув к себе.
- Ты просто метеор, Торп! – сказал он насмешливо.
Мира сжала губы.
- Надо бы разобраться, не считаешь?
- Да не знаю я, как вину загладить! – воскликнула художница, которую, наконец, прорвало. – Денег у меня нет!
- Денег нет? – усмехнулся Фанфир.
- Вообще! – подтвердила та, выдернув руку.
Откуда такая прыть?!
- А разве… - он не договорил, так как миссис Миллер обратилась к нему с какой-то очередной своей безумной идеей.
Мире было стыдно, но она не придумала ничего лучшего, чем сбежать, воспользовавшись этой заминкой. Ворвавшись в комнату, еле дыша, она осела на свою кровать. И сколько ей теперь надо будет от него бегать, чтобы живой и здоровой закончить школу?
Как ни боялась, как ни молилась Мира, но день икс, то есть суббота, наступил. Именно на этот день Пандора и запланировала свою безумную идею, и так как ничего не изменилось, художница должна была ассистировать ей в этой затее.
Все утро, потом в обед и вплоть до десяти вечера Мира представляла себе траурные картины того, как ее ловят и с позором выгоняют из школы, или еще того хуже – отправляют за решетку. Так что ровным счетом ничего в этот день не могло ее развлечь или успокоить. Но и расстроить тоже – она даже не услышала едкие замечания «адских модниц», что по привычке не преминули за едой пару раз высказаться в ее сторону.
Сестренка, на удивление, выглядела вполне расслаблено, отчего и в комнате, и в столовой бесила этой своей непринужденностью. Словно собиралась сегодня не обчистить школу, а так – прогуляться в парке перед сном.
Линда на все выходные уехала к родным, и Мира была этому рада, так как не представляла, как бы строила из себя само спокойствие, когда была взвинчена, как до предела заведенный будильник. Так что день, полный треволнений, художница провела в одиночестве, практически не вылезая из комнаты.
Наконец, стрелки на часах показали пять минут одиннадцатого, и в комнату вошла Пандора. Волнение все также, видимо, обходило ее стороной, так как она выглядела весьма обыденно.
- Готова? – только и спросила она, переодеваясь.
- Нет, - честно ответила Мира. – Но тебя же это не волнует?
- Нисколечко, – честно ответила та.
Художница глянула на сестру. Она выглядела, как героиня приключенческого фильма – черные штаны, черная кофта по телу, перчатки, волосы убраны назад лентой – ну и впрямь воровка из кино.
- Ты не переборщила? – спросила Мира.
- Половина успеха – настрой, - уверила Пандора и принялась что-то складывать в сумочку.
- Ну, тогда мы уже влипли… - пробурчала себе под нос девушка, вставая.
Ее настрой был ни к черту! Однако, началось…
Сперва по плану шел кабинет завхоза. У мистера Томпсона были ключи от всех дверей, и хранились они во множествах ящичков, висящих на стене его вотчины. Вроде бы ничего сложного, да вот проблемка в том, что ящички были закрыты на ключ, что, в свою очередь, лежал в его столе. Откуда им было это известно? Тут все просто – детям часто в качестве наказания за провинности поручали помогать дяде Стивену, а тот ничего не скрывал.
Пока они шли по коридору, в Мириной голове стучало: «Мне конец! Мне конец! Нас поймают!» Но Пандора была непреклонна.
Итак, следуя приготовленному сценарию, художнице следовало выманить мистера Томпсона, заявив, будто в женском туалете на втором этаже сломался унитаз. Место было выбрано не случайно, ибо ее сестренка предусмотрительно предварительно покопалась в одном из бочков и вода в нем постоянно лилась. (Задатки что надо, не считаете?)
Пункт первый прошел на ура, даже несмотря на то, что коленки Миры дрожали, а в горле постоянно образовывался ком. Она без труда обманула добродушного старика и вместе с ним отправилась осматривать поломку. Во время их отсутствия Пандора без труда смогла достать вожделенный ключ.
Послушав похвалу за то, что не поленилась прийти и рассказать дяде Стивену о беде, постигшей девочек второго этажа, Мира облегченно выдохнула, распрощалась с завхозом и присоединилась к ждущей ее за поворотом сестре.
Следующая часть плана не была так проста…
Во-первых, время стояло уже позднее, а никому не позволялось шастать по школе после отбоя, за это уже можно было отхватить наказание. А во-вторых, подсобка находилась в непосредственной близости от кабинета миссис Коул – главной мегеры школы, простите, завуча. Сами понимаете, что процент возможности натолкнуться на нее возрастал с приближением к ее обители в геометрической прогрессии, и уже только один этот факт не сулил ничего хорошего. И уж тем более страшно было себе представить то, что она могла застать девочек прямо посреди криминала.
Мира уже начала молиться, чтобы кто-то застукал их прежде, чем они доберутся до места назначения, ибо куда как лучше просто отработать провинность, чем получить по полной за преступные деяния. Но, по дороге они так никого и не встретили. Если не считать Николаса, что задержался в спортзале и шел к себе. Он был удивлен поздними прогулками Алекс, но вполне удовлетворился, когда та шепотом объяснила, что они идут в гости к друзьям (студенты иногда позволяли себе подобные развлечения).
В итоге, так никем и не остановленные Пандора и ее сестра прибыли к подсобке. Эта часть школы была построена так, что коридоры в этом месте сходились в необъяснимом лабиринте, что было с одной стороны удобно, так как позволяло спрятаться за одним из углов, но с другой стороны и усложняло дело, так как никогда нельзя было ожидать, с какой именно стороны могла объявиться нежданная ревизия.
Быстрая разведка на местности пока показала, что поблизости было тихо. Пандора взглядом приказала Мире стоять на стреме и принялась подбирать ключ. Все дело было в том, что подсобок в школе, естественно, было несколько, и ключей, разумеется, тоже, и какой шел от какой знал только дядя Стивен. Вот сестричка и прихватила все скопом.
- Быстрее же! – прошептала Мира умоляюще.
Каждая секунда промедления могла обернуться крахом.
- Я вообще-то тут не в потолок плюю! – огрызнулась Пандора.
Неужели она, наконец, тоже занервничала?
Художница судорожно вертела головой, пытаясь захватить полный обзор, и старательно вслушивалась в ночную тишину, но все что доносилось до ее слуха, был скрежет и звяканье ключей.
Наконец замок щелкнул и дверь отворилась. Пандора выдохнула с такой силой, что даже Мира слышала этот звук облегчения. Все-таки боится…
- Я пойду внутрь, - сказала сестра. – Ты стой тут.
- Чего?!
- Кто-то же должен дежурить на случай, если объявится Коул! Представляешь, она стоит посреди коридора, и мы вываливаемся из подсобки с набитыми руками!
- Так что мне делать?
- Если кто-то появится - постучишь два раза. Я пойму, что выходить опасно и спрячусь. Потом постучишь три раза – это будет знак того, что все спокойно, поняла?
- Да, только мне-то что делать, если миссис Коул придет? Вжаться в стену?!
- Спрячешься где-нибудь, - пожала плечами Пандора. – Тут углов много…
- Вот спасибо, сестричка! – буркнула Мира.
- Все, я иду! Два раза – нельзя, три – можно, не забудь!
- Да помню я!
Пандора скрылась за дверью, оставив несчастную художницу наедине с ее невообразимым страхом.
Глава 9. Преступление, кофейные зерна в шоколаде и... поцелуй.
Мира тряслась всем телом, когда стояла напротив входа в подсобку и понимала, что пока лишь ветреная удача заставляла миссис Коул или прохлаждаться в собственном кабинете, или прогуливаться где-то в других закоулках школы. Вообще-то обычно студенты удивлялись именно вездесущести этой особы. Она могла отчитывать кого-то внизу в столовой и через минуту уже находилась на третьем этаже возле классов.
В тишине девушка слышала собственное глубокое дыхание и стук сердца, отдающийся в висках. На самом деле, даже, этот шум ее собственного организма мешал ей сконцентрироваться на окружающем, так как художнице казалось, будто подобное «бум-бум» раздавалось по пустым сводам, словно гром среди ясного неба.
Вдруг до Миры донесся тихий стук каблуков – не было сомнения, это миссис Коул отбивает чечетку правопорядка, но вот только откуда она идет? Мира самоотверженно бросилась к двери и постучала два раза – все по плану. Но вот проблемка – на этом план и заканчивался, а в подобных ситуациях ее мозг просто закипал. Осторожно, чтобы не попасться, художница попыталась выглянуть в коридор, по которому предположительно и следовала завуч, но, зацепившись за трубу, упала, больно шлепнувшись коленями. Падение, на удивление, прошло весьма тихо, но паника, охватившая бедняжку, заставила ее оцепенеть. Миссис Коул еще и знать не знала, что кто-то нарушает все школьные правила, а Мире уже казалось, что все кончено. Пошевелиться она не могла и лишь бессильно ждала приближение апокалипсиса…
Тут, вдруг, кто-то резко оторвал ее от пола, зажав рот (из которого, если честно, уже готов был вырваться крик ужаса!), и потянул в сторону. Девушка не успела ничего сообразить, как уже стояла прижатая к стене, спрятанная в тени угла и прикрытая чьим-то телом. Она поглядела на спасителя и чуть не вскрикнула снова! Признаться, в то мимолетное мгновение, что она перемещалась в пространстве, ведомая чьим-то сильным движением, в ее голове уже сформировался образ Николаса, что не пошел-таки в свою комнату и отправился за ними. И девушка уже была готова кинуться к нему в объятия с возгласом: «О, мой герой!» (Ну, или как там обычно в фильмах делают?) Но, вдруг, обнаружила перед собой совсем другого человека! Причем того человека, которого бы не желала встречать ни при каких обстоятельствах!
Да, как вы уже догадались, прямо перед ней стоял ни кто иной, как сам Фанфир личной персоной. Парень коварно улыбался и не отпускал Миру, видимо чувствуя, что иначе она точно закричит. Он шикнул, призывая к тишине, и все-таки убрал руку. Девочка сглотнула.
Шаги миссис Коул прошли мимо, но так медленно, словно она специально издевалась, зная, что ребята тут обливаются потом от страха. Дверь ее кабинета отворилась и тут же закрылась. Мегера дома…
- Я думал, ты бегать мастак, Торп! – шепотом обратился Фанфир. – А ты застыла, как вкопанная!
- Ч…что ты здесь делаешь? – только и смогла выдавить Мира.
- Да ничего, шел по коридору и увидел двух рецидивисток… мне стало интересно, вот я и задержался.
- Так… ты все видел?
- То, что вы зачем-то полезли в подсобку?
- Именно… - упавшим голосом подтвердила девушка.
Она вздохнула. Похоже, все еще хуже, чем если бы миссис Коул все-таки ее застукала. Ведь Фанфир теперь точно устроит что-нибудь несусветное…
- Послушай, - воскликнула Мира непозволительно громко.
- Тш-ш-ш! – отреагировал ее собеседник.
- Прости меня, пожалуйста! – продолжила художница тише. Ее как прорвало, и она не могла остановиться. – Мне, правда, очень-очень жать твою работу и, правда, совсем нет денег, чтобы за нее заплатить! Я…
Тут, краем глаза она увидела чей-то темный силуэт, приближающийся к ним с другой стороны. «Все, попались!» - пронеслось в ее голове, как вдруг Фанфир схватил ее, резко притянул к себе и… Вы не представляете! Поцеловал!!!
От неожиданности, от адреналина и страха, что охватили Миру в эту секунду, девушка чуть не шлепнулась в обморок. Все произошло так быстро, так стремительно… И было так непонятно, так – неужели она действительно подумала подобное?! – романтично…
- Что вы тут делаете? – донесся до художницы голос учительницы литературы (поверьте, его ни с чем не спутаешь!).
Фанфир отстранился. Он выглядел до неприличия спокойным, в то время как Мира просто готова была взорваться от охвативших ее эмоций.
- О, миссис Дарси, - сказал он, придав своему голосу удивительно правдоподобное изумление. – Вы нас застукали…
Парень чуть подвинул художницу, выставляя ее на свет. Лицо преподавательницы приняло умиленное выражение.
- Ох, - сказала она, улыбаясь. – Мальчики, девочки… трудно избежать подобного, когда вы учитесь вместе, я понимаю! Молодость! Помню и у меня когда-то… - она осеклась. – Кхм-кхм… Ладно-ладно. Но, все-таки вам уже давно пора быть в своей комнате. Я имею в виду у каждого отдельную! – уточнила она на всякий случай.
- Разумеется, - сказал Фанфир серьезно, но Мира была уверена, что она видела, как уголки его губ поползли вверх.
- Я не стану ничего никому рассказывать, но если вас застукает миссис Коул, - преподавательница литературы вздохнула. – Еще и место выбрали для свидания совсем не подходящее – прямо рядом с ее кабинетом! Так что давайте-ка побыстрее марш каждый к себе, и забудем об этом на первый раз!
- Вы так добры! Мы сейчас же последуем этому совету, - пообещал Фанфир, все еще продолжая крепко держать Миру, которая от страха просто язык проглотила.
- Да-да, скорее! – сказала миссис Дарси и направилась дальше по своим делам, воодушевленная лирикой юности.
Парень проводил ее взглядом и, наконец, подарил художнице свободу.
- Ч… что ты творишь? – воскликнула та, отталкивая его.
- Спасаю наши шкуры, - ответил тот непринужденно. – Ты знаешь способ получше объяснить, что мы тут с тобой делаем ночью, вдвоем?
- Да! – сказала та, но тут же поняла, что на самом деле не знает. – Ну-у-у… нет…
- Так что вместо того, чтобы возмущаться, может быть, скажешь – спасибо, Фанфир, что спас меня?
- Спасибо, что спас меня…
- Ты самый замечательный парень, какого я когда-либо встречала.
- Что за фиг… - Мира наткнулась на тяжелый взгляд и послушно повторила. – Ты самый замечательный парень, которого я когда-либо встречала…
Вот ведь бесит! От злости девушка сжала кулаки. Р-р-р! Стоит напротив и издевается, зная, что она ему обязана.
- Ты сейчас лопнешь, Торп, - усмехнулся Фанфир.
Он наклонился к ней, та, покрывшись румянцем, отстранилась и зажмурилась. В прошлый раз, когда он был так близко к ней…
- Пожалуйста, - услышала она и открыла глаза.
Фанфир улыбнулся.
- Давайте быстрее заканчивайте мародерство и текайте отсюда, иначе миссис Коул и правда получит хорошую возможность вас наказать, - сказал он и, шагнув в сторону, исчез за поворотом.
Мира стояла, как громом пораженная. Что это за ерунда такая произошла?! Какого черта Фанфир помог ей? И вообще…
Донесшийся шорох заставил художницу встрепенуться. Надо бы, и правда, поскорее заканчивать! Она постучала три раза в дверь подсобки. Оттуда тут же вывалилась Пандора с набитой сумкой.
- Что так долго? – прошипела та. – Я уж подумала…
- Идем отсюда быстрее! – прервала ее Мира, сейчас было не до перепалок с сестренкой.
- Да, - согласилась девушка, и они быстро смылись с места преступления…
Все воскресенье Мира просидела в комнате, не вылезая. Прошлая ночь была такой эмоциональной, что девушке казалось, что чтобы вылечить нервы и привести спутанные мысли в порядок ей потребуется как минимум месяц.
Пандора смылась с похищенным реквизитом еще с самого утра, но до этого сияла, как начищенный таз. И даже ни разу не адресовала Мире ничего обидного. Да и вообще была, похоже, настроена к сестренке весьма добродушно. Хоть какое-то облегчение – никаких голых поп, пущенных всей школе на обозрение.
Однако одиночество (разумеется, Эмили отсутствовала и пребывала где-то недалеко от библиотеки) совершенно не способствовало тому, чтобы выкинуть произошедшее из головы и наслаждаться жизнью. Так что день прошел в постоянном перематывании былого. И хоть Мира запретила себе вспоминать нежности Фанфира, объясняя их тем, что они просто являлись алиби, придуманным так кстати, но все равно постоянно возвращалась к тому поцелую, каждый раз заливаясь краской.
Ночью тоже не удалось поспать спокойно – стоило лишь закрыть глаза, как ситуация у подсобки разыгрывалась вновь и вновь, обдавая Миру то ледяным холодом, то жаром. В итоге она, так и не выспавшись, явилась на химию, чувствуя себя, мягко говоря, примерзко.
Развалившись по парте, аки амеба (а именно такой она себя и ощущала), Мира ждала начала урока, борясь со сном ни на жизнь, а на смерть. Вдруг кто-то нежно коснулся ее плеча, и девушка так резко поднялась, что чуть не сбила подошедшего с ног.
- Хей-ей! – воскликнул стоявший перед ней Николас, как обычно улыбаясь. – Осторожней!
- Ой, извини.
- Ты в порядке? – спросил тот, присаживаясь на свое место, которое, если помните, было как раз за художницей.
- А-а-а, - Мира обернулась к нему. – Ну да.
- Ты, видимо, не выспалась совсем.
- Ну да.
- Хорошо вчера оттянулись?
- А-а-а, - «Ты даже не представляешь, насколько!» - Ну да…
Рядом с ним она становится удивительно интересным собеседником, не находите?
Однако Ника это, похоже, не волновало, он вновь улыбнулся, а затем, покопавшись в сумке, протянул девушке какую-то коробку. Та взяла ее в руки.
- Что это?
- Кофейные зерна в шоколаде, - пояснил он. – Я всегда их жую, если поздно лег. Не панацея, конечно, но хоть чуть взбодришься.
- Э-э-э, - у Миры чуть сердце из груди не выскочило, он о ней заботится! – Спасибо, - выдавила она, стараясь сдержать нахлынувшие эмоции.
- Да ерунда.
Художница высыпала парочку на ладошку и вернула упаковку владельцу. Но тот не взял, объяснив это тем, что у него их еще полно.
Девушка еще никогда не чувствовала себя такой счастливой! Всю химию она глядела на коробочку на столе, старательно пряча улыбку в рукаве.
После урока Линда подошла к ней и, так как следующим у них стояла биология (причем аж два урока подряд!), они вместе отправились в следующий класс. По дороге блондинка немного пожурила подругу за то, что та всю лекцию витала в облаках. И как ей только удается все замечать, учитывая, что она строчит за учителем, не переставая?!
Не успев достигнуть конечного пункта назначения, девочки наткнулись на непредвиденное препятствие. Дорогу им перекрыла компания «адских модниц», и что именно они хотели от Миры и Линды, было понятно без слов. Разумеется, тот факт, что одна из представительниц их небольшой компании только что кокетничала с Николосом, никого из банды поклонниц не устраивал! И хоть Мира могла поклясться, что она ни разу ни кокетничала (да и как вообще эти ее «а-а-а», «э-э-э», да «ну-у», которыми она общалась с этим парнем, вообще можно посчитать флиртом?), никто из девиц с обложки ее, конечно, не слушал.
В такой ситуации – когда на тебя смотрят волком шесть мамзелей с наточенными до состояния оружия ноготками – даже Линда слегка растерялась, хотя она и гораздо более уверено, чем сама виновница происшествия, пыталась вразумить обезумивших поклонниц блондинчика. Мира же и вовсе чувствовала себя, как загнанный зверь. И главное-то – главное! – что страдала она ни за что, так как была абсолютно уверена, что Николас никогда не обратит на нее своего внимания именно как на девушку.
В минуту совершенного отчаяния появился предмет всеобщей ссоры собственной великолепной персоной. «Адские модницы» тут же превратились в ангелочков, и перебранка была отложена (именно отложена, ведь сдаваться они, очевидно, не были намерены).
Девочки облегченно выдохнули.
- Твоя привязанность к Нику создает много проблем, - пошутила Линда, глядя, как выпрямленные спины его фанаток исчезают за поворотом в класс.
- Если помнишь, твоя ему помощь создала не меньше, - отмахнулась Мира. – Они просто ненормальные! Да и с чего ты решила, что я к нему привязана?!
- Это же невооруженным глазом видно! – хмыкнула Линда, направившись в класс. Чтобы только что не произошло, но опаздывать она не была намерена.
- Глупости! – крикнула ей вслед художница. – Нет у меня никакой к нему привязанности!
Она уже собиралась последовать за подругой, как кто-то, схватив ее за плечо, резко развернул в другую сторону.
- Ах, вот значит как! – сказал надсмехающийся голос. – А я думал, ты от меня без ума. Ты ветрена, Торп!
Отгадайте – кто! Фанфир нагло улыбался. Р-р-р! Снова он над ней издевается! Прям хлебом не корми!
- Что тебе надо? – огрызнулась Мира.
- Как что? Разве мы решили наш вопрос с оплатой?
- О, Боги! Да нет у меня денег!
- Кто вообще говорил о деньгах?
- Да ты сам вообще-то…
- Я сказал – например. Будь внимательней, Торп. Кроме денег есть и иные способы оплатить нанесенный мне ущерб.
- Какие?
Фанфир приблизился, вновь заставляя Миру пятиться.
- Отработаешь, - сказал он строго.
- Че…чего?
Некромант обнажил клыки – ну сущий дьявол!
- Жду в столовой в обед, Торп, - сказал он и направился дальше по коридору.
- Чего?! – повторилась Мира.
Но парень только, не оборачиваясь, махнул рукой.
Какого…?! Девушка зажмурилась и сжала кулаки. Злость и бессилие рвались из нее, как псы из клетки. Как же бесит! Как бесит! Р-р-р-р!!!
Глава 10. Фанатки в гневе, Пандора и отработка.
Рассказать на уроке о выходке Фанфира Линде, Мира не могла – ее недавно приобретенная подруга была еще той заучкой и занудой, когда дело касалось обучения. Она совсем не приветствовала безделье и не разделяла общественное мнение, будто на скучных предметах можно было позволить себе не слушать. Поэтому художнице пришлось ждать до конца биологии.
Все то время, что учительница болтала что-то о генах и хромосомах, девушка, растеряно возившая карандашом по полям тетради, ощущала, как прожигающие злобные взгляды с задних парт сверлят ее спину в надеже, что та под ними или совершенно растеряется или вообще упадет с инфарктом. Но учитывая, что во рту стоял приятный вкус кофе с шоколадом, а Ник ей подмигнул, когда они случайно встретились взглядом, в Мире проснулась необычная решимость или даже, может быть, бесстрашие.
По окончании урока художница отправилась к Линде, дабы все-таки поделиться новостью о Фанфире, но та, всполошившись, что забыла в комнате домашнее задание на следующую пару, кинулась прочь, оставив Миру неудовлетворенной. Пришлось ей идти на историю раздосадованной – ведь теперь она могла увидеться с подругой лишь непосредственно на обеде, остальные уроки проходили не с «артистами».
Выйдя из класса, Мира вновь наткнулась на компанию «адских модниц», что, видимо, не любили оставлять дела на потом. Решимость, охватившая девушку на биологии, испарилась без следа, когда ее обступила бравая делегация, жаждущая крови.
- Мы тебя предупреждали, чумазик! – сказала одна из поклонниц Николаса, вроде бы ее имя – Джулия.
- Ага! – поддакнули остальные.
- Да я же не… - вновь попыталась объясниться художница.
- Не удивляйся потом, что кто-нибудь случайно опять толкнет тебя в лужу.
- Или уронит на тебя пасту.
- Ага!
- Или…
- Эй! – окликнул их кто-то со стороны.
Мира и ее соперницы обернулись на голос.
- Что за народное собрание, а?
Посреди коридора, руки в боки, стояла Пандора. Как обычно нахально смелая. И решительная.
- Ну-ка, куколки, отошли от нее, ясно?! – сказала она вызывающе.
От удивления челюсть Мирабэль чуть не шлепнулась на пол. Ей кажется, или Пандора и впрямь ей помогает? Помогает? Ей?!
- Тебе-то что надо? – спросила «возможно-Джулия».
- Это вам что надо от моей сестрички?
- Сестрички?! – в один голос сказала вся банда «адских модниц».
- Ага, усвоили верно.
Восхитительная наглость соседки Миры просто сочилась из нее волнами.
- А не боишься, что и тебе попадет невзначай? – поинтересовалась одна из девиц.
- А не боитесь, что отдача замучает? – столь же непринужденно, как и раньше, ответила Пандора.
Страх ей вообще не ведом что ли?
Девушка размерным шагом подошла к изумленной Мире и положила руку ей на плечо.
- Я вам не невинная малышка, - сказала она, улыбаясь той самой улыбкой, от которой, художница знала, не стоило ждать ничего хорошего. – И шутить не стану. Еще раз пригрозите мне – можете начинать паковать чемоданчики, так как житья вам тут, лапушки, не будет. Обещаю.
- Очень страшно! – сказала правая модница таким голосом, который на самом деле очень хорошо демонстрировал весь ее испуг.
- Можете проверить лично, - пожала плечами Пандора и вольготно направилась в класс.
Проходя как раз мимо той, что высказалась последней, сестра как бы невзначай щелкнула зажатыми в левой руке ножницами, и половина блондинистой косы шлепнулась на пол.
Девчонка завизжала, как бешеная свинья, Мира же от увиденного пришла в еще больший шок. Это было слишком, хотя… для сестры это было как всегда! Подобные прямолинейные поступки Пандоры не раз пугали художницу, но и не раз восхищали тоже. Хотелось бы ей иметь хоть маленькую долю такой решимости. Не для таких действий, конечно, но просто для самоутверждения…
- Да ты ненормальная! – закричал хор имени Николаса.
- Ага, - согласилась Пандора с улыбкой. – Я разве не предупредила?
- Псих!
- Чокнутая!
- Ты идешь, Мирабэль? – поинтересовалась сестра столь спокойно и невинно, словно вообще сейчас только к ним присоединилась и вообще не участвовала ни в каком конфликте.
Та смогла только кивнуть и последовать за ней. В дверях Пандора остановилась и повернулась к группе «адских модниц», что всем скопом пытались приставить косу к тому месту, от которой ее отрезали, словно если это сделать правильно и быстро, то она прирастет обратно.
- Еще раз пристанете к сестренке со своими глупостями, я клянусь, каждой лохмы повыдираю, - добавила она ледяным голосом.
Ошарашенные девицы завизжали и помчались прочь по коридору.
Мира поглядела на Пандору, и ее взгляд точно передавал все противоречивые эмоции, что сейчас раздирали девушку.
- Я в должниках ходить не люблю, - пожала плечами та и взъерошила собеседнице волосы.
Она отправилась на свое место, но все же на секунду задержалась. Повернувшись, Пандора с улыбкой добавила:
- Тем более – тебя шпынять только мне разрешается! Так?
Мира хмыкнула, но про себя сказала: «Спасибо, сестренка!»
Пребывая в удивительно хорошем расположении духа, ибо благодаря Пандоре она наконец-то получила свободу от издевательств «адских модниц» (а она была уверена – те теперь вряд ли осмелятся на нее нападать, сестра в гневе страшна!), Мира пришла на обед. Из-за радостных событий, случившихся перед уроком истории, девушка совсем позабыла о том, что ее ждет встреча с Фанфиром. Но в забвении она пребывала недолго, ибо пока искала в столовой Линду, то наткнулась на него самого.
Парень устроился в углу, скрестив руки на груди и положив ноги на противоположную скамью. Его длинные черные волосы свисали на бледное лицо, джинсы были порваны на коленках, на руках красовались браслеты и кольца, а из-под майки виднелась татуировка, заползающая на шею витиеватым рисунком. И кто из родителей бы сказал, что это хорошее знакомство?
- Тебя ждать, помереть можно, Торп, - возмутился сын Сатаны, когда девушка, чертыхаясь про себя, подошла к нему.
- Чего ж не помер? – пробурчала та себе под нос.
- Это было бы не интересно, - ответил парень, чем заставил Миру покраснеть, так как она была уверена, что он не услышит.
Он встал, взял свою сумку и схватил художницу за руку.
- Идем, - сказал его голос, не терпящий возражений.
- Че…чего? – воскликнула Мира. – За-зачем? Куда?
- Недалеко тут, расслабься, - ответил тот просто.
Как будто она волновалась о дальности месторасположения конечного пункта! Ха! Нет, ее волновало нечто совсем иное. Типа – что могло прийти в голову этому зловещему человеку из преисподней?! Однако, парень был так настойчив, или даже, правильнее сказать, настроен не терпеть противоречий, что несчастная просто не могла отказаться.
Поднявшись по лестнице, сделав пару поворотов, едва поспевая за достаточно быстрым шагом поводыря, Мира очутилась на третьем этаже в какой-то захламленной каморке в самом конце учебного корпуса. Так, не кладбище – уже хорошо!
- Ну и что это за место? – несколько настороженно, но все же достаточно спокойно поинтересовалась художница.
- Бывший дополнительный класс информатики, - ответил Фанфир, отправляясь к нагроможденным в углу коробкам. – Теперь – мой кабинет.
- Кабинет? – девушка фыркнула. – И кто ж его таковым сделал? Или ты и не спрашивал, просто заграбастал себе, и все?
- А тебе как бы больше понравилось? – обернулся парень.
Мира залилась румянцем. Опять он издевается!
- Спешу разочаровать, юная преступница, захват санкционирован, - Фанфир принялся копаться в коробках. – Это место уже давно как аудитория не используется, оно маленькое, плохо проветриваемое… его отдали под кладовую изобразительному классу, но миссис Миллер им тоже не пользовалась. Когда я об этом услышал, то попросил у нее разрешения тут обосноваться.
- И она позволила?
- Ну да.
- А она не боялась, что ты тут… ну… не знаю… что-нибудь натворишь?
- Она меня любит, - хмыкнул парень, и, взяв одну из коробок, плюхнул ее на стол, стоявший посередине. – Хотя ты права, я уже натворил, - сказал он, улыбаясь.
Мира сглотнула. Нет, он точно дьявол! Дьявол во плоти! И сейчас он заставит ее совершить какой-нибудь душеотдавательный ритуал!
- Ч…что ты наделал? – выдавила девушка.
Белоснежные клыки блеснули. Что за коварная улыбка?! Художница невольно отступила.
- Торп, - сказал Фанфир, подходя и наклоняясь к ней, Мира зажмурилась, смиренно ожидая гибели. – Ты меня за кого принимаешь, а?
Она открыла глаза. В черных очах ее собеседника плясали бесята. Фанфир, не отходя, отвел руку назад и, схватив что-то в коробке, протянул ей. Мира посмотрела на предлагаемый предмет. Это была папка с рисунками. Художница быстро пролистала – комикс! Определенно комикс! Немного странный, даже жуткий (подчерк Фанфира!), но судя по развитию сюжета, по диалогам, это действительно была связная история. Она с удивлением поглядела на собеседника.
- Я собираюсь заняться выпуском, - сказал тот, как бы объясняя.
- Да? Здорово!
- Так вот, - Фанфир зевнул. – Ты мне поможешь.
- Чего?! – возмутилась Мира.
- Будешь заниматься фоном и декорациями, у меня на них не хватает времени, - деловито продолжал тот, словно они уже все давно обговорили.
- Постой-постой! Я разве соглашалась?
- Постой-постой, - передразнил парень. – А я разве давал тебе возможность решать?
- Что?!
Фанфир снова к ней наклонился, что опять вызвало бурное покраснение ее щек.
- Ты вроде бы моя должница, - сказал он коварно, глядя прямо в глаза.
- Ну… ну да, - согласилась она, отодвигаясь. – Ладно! Я помогу. Но только, чтобы отплатить за разбитую скульптуру и тот случай у подсобки!
Мира постаралась выглядеть так, словно это она принимает решение, а не он заставляет ее его принять, но вышло вроде не очень. Как в доказательство этого некромант вновь издевательски улыбнулся.
- Умница.
Смущенная художница закусила губу, выдохнула и попятилась к выходу. В столовой ее, верно, уже давно ждет Линда…
- Будем работать по вторникам и четвергам с семи до десяти, - крикнул ей вслед Фанфир. – И если надо будет, то в входные.
Мира только согласно кивнула. Возразить он ей все равно бы не позволил…
Спеша вниз к Линде, Мира улыбалась.
В итоге все ее провалы и неудачи окончились хорошо. Николас еще не был покорен, но начало, причем довольно удачное, уже положено. Красавица блондиночка актриса стала ее другом, и, к великому счастью, нисколечко не интересовалась ее возлюбленным. Пандора пускай даже временно, но усмирила свой дикий нрав, заодно усмирив девиц, что терроризировали несчастную художницу. Ужасный демон Фанфир оказался не таким уж кошмарным. А ее долг перед ним был вполне приемлемым, если даже не сказать – в чем-то приятным, ведь она и сама любила рисовать.
Похоже, она наконец-то сможет написать Элли письмо, в котором не станет изливать бесконечные горести, а скажет просто и ясно: «Привет! Я так рада, что поступила сюда! Школа «Moonlight» - это нечто!»
Спасибо за чтение
Вернуться к книге