Нищий богач

Глава 1

Раскаленный диск солнца щипал кожу, и я быстро шагал, стараясь поскорее добраться до тенистой прохлады у уручья за коттеджным поселком. Там где гнездятся на дереве дом. Дохленький ручей, разливающиеся по весне на 2 м в ширину, горделиво именовался Гром-поток. Подобно тому, как в убитых поселках какой-нибудь киоск с никому ненужными газетами называется "Мир Печати", словно пытаясь возместить свою убогость громким именем.

Я не переношу жару, но теплом по сердцу растекалась смысль, что Джейн -- мой лучший и единственный друг, сейчас в восторге от такой погоды. Мы встретились пару лет назад, мне тогда пришлось вытащить её из компании подростков, делавших на голове Джейн "яичницу" и посыпавших всё сверху мукой.

Ей было 9, но ростом она совершенно не дотягивала до своих лет. Костлявые, слишком широкие для девочки плечи, острый подбородок и колени. Она всегда ходила в одном и том же клетчатом платьице, сшитом её матерью.

Подростки иногда бывают самыми жестокими существами. Страдая в душе сами, они не боятся причинить боль другому. А внутренние проблемы решить с помощью самоутверждения за счет других, лишь бы был повод. И Джейн вся была ходящим поводом. Кроме отсутствия приличной одежды она была "счастливой" обладательницей исключительной внешности.

В крови Джейн было слишком много всего намешано: удмурты, татары, цыгане, болгары, негры, евреи и я не знаю ещё кто. Генетика дала сбой.

Неравномерно смуглая, она носила яркие пятна веснушек на любопытно вздернутом носике. А курчавые, пружинками торчащие волосы, цвета запыленной рыжей дворняжки не прикрывали высокого лба, создавая впечатление преждевременного лысения. Лягушачий рот, вечно притянутый к торчащим ушам-пельмешкам, сморщивал лицо в сеть мелких, ещё не застывших морщинок, что довершало её схожесть с маленьким старичком.

Дети сторонились от неё, боясь заразиться... не понимаю чем. Из заразности у Джейн был только смех. Звонкий, раскатистый, заставляющий меня смеяться, ещё не зная над чем. Она всегда смеялась, менялась только интонация и повод. От горя она тоже смеялась, сквозь слёзы. Несмотря на миловидные черты лица её едва ли можно было назвать красивой. Но глядя на Джейн я видел только лучистые карие глаза, теплые, заботливые, как родная земля.

С моим приходом горя в её жизни поубавилось. Мне тогда было 11. Я ещё не был сильным. Бледный и хилый. Но мене случилось родиться у очень влиятельного человека. Его имя невидимой подушкой безопасности далеко отодвигало всех неприятелей. Впрочем, как и приятелей. Одет я был всегда дорого. От природы был молчалив, любил ходить в наушниках и с усилием здоровался на улице со знакомыми.

Раз и навсегда меня заклеймили закинутым мажором. Поначалу пытался развеять всеобщее убеждение, но потом плюнул. Я не очень-то тяготился одиночеством, а с Джейн и вовсе о нём позабыл.

Наконец, я выбрался из духовки населённого пункта до нашего с Джейн места. Она лежала на 3-м этаже дощатых настилов халабуды.

-- Эй! Ты чего так долго? -- подкинулась она едва меня примитив. -- Тебя только за смертью посылать!

-- Извини, меня отец задержал, -- протянул ей воду.

Сегодня у нас была запланирована спец-операция. Джейн требовала разоблачить одного колдуна... или вампира... или вурдалака. В общем неважно -- главное разоблачить. Моя подруга напрочь была лишена критического сознания. Верила всему, что ей говорили. Кроме того, имела очень слабое зрение, но её необузданное воображение всегда с лихвой дополняло неясную реальность.

Эти два обстоятельства поселили Джейн в совершенно фантастический мир. Она видела великанов в тёмных силуэтах деревьев, не рисковала выйти на улицу в полнолуние, а чёрных кошек обходила десятой дорогой. Я не верил ни одной её фантазии. Но порой, густота атмосферы и неясность момента, усиленные импульсом взрывных эмоции Джейн, заставляли меня усомниться в абсурдности существования привидений и домовых.

-- Тише! Он идёт!-- страшным шепотом зашикала на меня Джейн, хотя я и так сидел молча. Мы притаились, чуть поодаль на тропинке показался наш Ведьмак.

Этот странный старик жил тут давно, но я никогда не придавал значения его чудаковатости. Пару лет назад, как раз перед тем как Джейн сюда переехала, он куда-то исчез, потом вот опять появился. Я не видел в этом ничего сверхъестественного.

-- Джейн, я его знаю, он живёт в 5-м доме, это не колдун. -- еле слышно осмелился я прошептать своей приятельнице в ухо, когда засушенный человек в потертой шляпе отошёл достаточно далеко.

Она обернулась на меня молча, давая глазами, бровями и всеми мышцами лица понять, какой я дурак -- этот вампир наверняка слышит на несколько километров, а я, такой-сякой, тут разорался -- беззвучно кричала выразительная мордашка. Мне стоило титанического труда сохранить серьезную мину.

-- Он просто ездил в командировку, а сейчас вернулся. -- попробовал я её успокоить.

-- В командировку?! Не выдержала Джейн. -- Он никогда не работает! Понимаешь ты это?!

-- Живёт на пенсию, он же старик. -- хлопнул я себя по лбу, и как раньше не подумал об этом.

-- Допустим. Но это неважно! Лихорадочно увлеченную чем-то Джейн никогда невозможно было унять. Я и не пытался, мне нравилось позволять себя увлечь в бурный поток её воображения.

-- Пошли за ним, пока не упустили! -- Не ожидая ответа она в пару гибких прыжков оказалась на земле. -- Ну?! Чего ты копаешься? Уйдет же! -- мелко переступала она с ноги на ногу от нетерпения. Пришлось поторопиться.

Пока мы на безопасном расстоянии выслеживали это столь загадочное существо, Джейн не смолкая рассказывала о нём, уже позабыв о возможном сверхъестественном слухе.

-- Еду ему приносит какой-то мальчик на велосипеде, а на улицу он выходит только, чтобы сделать круг по лесу, я проверяла, всегда по одному маршруту!-- взахлёб начала Джейн.

Он действительно был редкостно нелюдим, но я её в этом понимал. Никто не слышал его голоса и всё решили, что он немой. Старик лет семидесяти-восьмидесяти держался прямо и тонкую самодельную тросточку носил для приличия или образа. Сколько его помню, ходил в сером замшевом плаще, хорошем, но натолько заношенным и облегающим каждый изгиб тела, что казалось, это не одежда, а продолжение его самого.

-- Ты меня слушаешь!? -- пихнула острым локтем Джейн.

-- Да... да, конечно.

-- Свечение, говорю, свечение! Каждый вечер в его окне!

-- Фонарик?

-- Сам ты фонарик! Нет, что-то мерцает всеми цветами радуги... а потом потухнет и гудит что-то и потрескивает и ... и ... может у него дракон!? -- закончила она и беспомощно заморгала на меня рыжими ресницами.

-- Кажется мы его упустили...

Она явно ожидала не этого ответа.

Нашу операцию мы назначили на вечер.

На Верхнем этаже 5-го дома еле слышно сквозь ночные трели лягушек на пруду что-то стрекотало, щёлково и одновременно гудело, как бы напевая. Это было действительно слишком странным, ни на что не похожим звуком. Мне стало не по себе, но Джейн боялась явно сильнее, на подгибающихся ногах, она не отцеплялась от рукава моей куртки.

-- Н-н..ну? Пойдем? -- приключенческий дух Джинн наверно был сильнее инстинкта самосохранения.

Мы собирались открыть дверь отмычками согнутыми мной из проволоки... я конечно не верил в их работоспособность, но Джейн бы от меня не отстала.

Я тронул дверь. С тихим скрипом появилась щель, а звук стал отчётливей. Мы уже боялись сотрясать напряженный воздух словами, уйти тоже не было сил.

Как загипнотизированные, мы медленно окунулись в густую темноту прихожей. Я держался за стенку, Джейн за меня -- так мы ползли вверх по лестнице, которая заканчивалась полупрозрачной, мерцающий дверью состоящую из старого витража.

Чувство приближения к великой тайне притянуло наши безвольные тельца на второй этаж. Дверь оказалась открыта неплотно. Мы помедлили, собираясь с духом, посмотрели друг на друга, кивнули и как можно осторожнее засунули любопытные носы в просвет.

Взору открылась небольшая комната со скудной мебелью, но с таким количеством полок, что свободного места совершенно не было. Аккуратные улочки были плотно заставлены всевозможными артефактами. То, что это бесценные артефакты не вызывало сомнений даже у полных профанов. Это были не просто древние выцвевшие вазы, представляющие ценность только за счёт саккумулированной атмосферы давно потерянных времен. Нет. Сложная, эргономичная форма сокровищ не давала возможность даже предположить их предназначение. Они сочетали в себе синтез разных совершенно нераспознаваемых материалов и внушали невежественное благоговение. Эти космически инновационные и в тоже время допотопно древние артефакты представляли лишь аранжировку тому, что находилось в центре комнаты, рядом с промятым диванчиком, на котором задумчиво прихлебывал что-то из кружки старик.

Оно мерцало, переливаясь попеременно всеми цветами, мелодично гудело, периодически потрескивало от еле заметных паутинок молний и ... висело в воздухе примерно на 20 см от пола.

Мы были настолько поглощены созерцанием открывшейся картины, что совершенно не заметили, как уже торчим посередине дверного косяка с настежь открытой дверью.

-- Ну? Что стоим? Проходим, присаживаемся. -- прозвучал приятный, низкий голос. Мы не сразу поняли, что это говорит старик. Как бандерлоги перед Каа, не сводя взгляд от пристальных серых глаз, мы походкой лунатика пошли к диванчику и сели.

-- А я давно вас ждал. -- С заговорческой улыбкой пошел старик к столу, на котором начал переставлять непонятные вещи. Джейн сделала несколько совершенно безуспешных попыток сглотнуть. Я стиснул её руку, но не с целью показать подконтрольность ситуации, как вероятно подумала моя приятельница, а по более малодушным причинам. Статик уже закончил свои дела у стола и подходил к нам. Джейн не выдержала и прикрыв лицо руками закричала: "Нет! Нет! Прошу вас! Не надо!!!"

-- Не надо? -- удивился старик и замешкался. -- А я думал вы любите горячий шоколад...

-- Го-горячий шоколад? -- тут уж удивился я.

-- Да, -- махнул наш "вурдалак"двумя кружками в руках. -- Я подумал, вы не откажетесь от горячего шоколада, но... ладно. -- Пожал он плечами и собрался убрать напитки.

-- А вы нас есть... не собираетесь? -- как-будто даже разочарованным голосом спросила Джейн.

-- Есть? Вас? -- Добродушно засмеялся старик. -- Вас нужно сначала откормить для этого. Нет, я предпочитаю яичницу с беконом.

Я понял, что горло совершенно сухое.

-- А можно... нам... всё-таки... -- с надеждой посмотрел я на кружки.

-- Да, да, держите. -- Он всё ещё посмеивался.

Джейн обожглась жадным глотком и поморщилась.

-- А почему вы нас тогда ждали?

-- Ну-у, вас было сложно не заметить, сыщики.

Мне стало немного обидно и я засунул отмычки поглубже в карман. Мерцающая юлаобразная вещь смолкла, плавно опустилась на пол и потухла.

-- Что это такое? -- кивнула на неё Джейн.

-- Не знаю. Но... как я понял, генератор. -- Гене-раатор? -- повторила Джейн.

-- Да, это такая штука, она производит электричество.

-- Э-ле-ктр-и-ичество. -- протянула моя, совсем уже разочарованная подруга. -- Так значит вы не волшебник? Вы ученый?

-- Я? Хех, нет. Я ни волшебник, ни ученый, я археолог. Это всё было сделано не мной. Я нашел это в одной из моих вылазок. -- вздохнул он.

-- Ваши вещи выглядят, как-будто из будущего, а не из прошлого...-- вставил я задумчиво.

-- Ну-у, мой мальчик. Новое, это хорошо забытое старое.. очень хорошо забытое. -- добавил старик глядя на "юлу" и прихлебывая свой напиток.

-- Наверное, это всё очень дорого стоит! -- восхитилась Джейн.

-- Да-а, это бесценно... жалко, что я не знаю, как ими пользоваться. Я не знаю даже, почему она включается и выключается.

-- Вы же тогда такой богатый! --подкинулась Джейн. -- Почему вы не купите себе новое пальто?

-- Я не могу продать мои сокровища. -- засмеялся старик. -- В мире нет таких денег, которые бы купили их ценность.

-- Тогда отломите ма-а-аленький кусочек и продайте за миллиард. --Всё не унималась Джейн.

Мы засмеялись. Джейн тоже засмеялась, увидев всю нелепость предложения.

-- Спасибо, милая, но не переживай за меня, я не пропаду. -- потрепал курчавую голову старик, умиллённый озабоченностью девочки. Больше мы не говорили об этом.

Остаток вечера мы всё слушали рассказы о былых приключениях, перебирали диковинные вещи, смеялись и пили горячий шоколад.

Так у меня появился второй друг.