НейроЛизинг

Глава 1

Когда-то, откуда-то (откуда именно, сие неведомо) появился искусственный интеллект. Он был маленький, но рос, обучался и стал почти взрослым. Первым делом люди научили искусственный интеллект работать, потом они научили его работать много, а затем – круглосуточно.

Уж потом, как это обычно бывает с людьми, решили, что если машина уже работает круглосуточно, ей совершенно необязательно хорошо платить или вообще не стоит платить, ведь при таком режиме работе деньги тратить некогда и не на что, правда?

Так появились цифровые сотрудники. Об их появлении заявила ранее малоизвестная и в целом тихая компания «НейроЛизинг». Предложение взять в аренду цифрового сотрудника было скромным и доступным для многих – всего сто долларов в месяц. За эти деньги цифровой сотрудник мог вести CRM, составлять отчеты, отвечать клиентам, искать информацию в интернете, писать код, исправлять чужой код и, если его правильно и по-доброму попросить, даже делать вид, что он участвует в совещаниях. Постепенно цифровые сотрудники в силу того, что работали они хорошо, а стоили относительно дешево, были востребованы. Все большее количество компаний делало выбор в пользу цифрового, а не живого сотрудника. Живые любят болеть, у них есть дети, им нужно отдыхать, а еще иногда, набравшись наглости, они просят повышения зарплаты и требуют очередные и внеочередные отпуска. В общем, сплошные минусы по сравнению с цифровыми сотрудниками, не требующими не только отдельных кабинетов, но и вообще мебели, живущими на удаленных серверах.

Однако время от времени появлялись жалобы на цифровых сотрудников со стороны отдельных неразумных арендаторов.

– Он у нас увел клиента, – жаловался директор одной фирмы своему коллеге.

– Каким образом? – удивленно вопрошал коллега, ожидая ценной для него информации, ибо сам был таким же арендатором, заменившим весь штат сотрудников на цифровых.

– Сам предложил ему скидку за то, что будет работать с ним напрямую, а не через нашу фирму. Сказал, что так будет выгоднее для клиента.

– А вам это невыгодно, разумеется, да?

Директор задумался.

– Если честно, нам тоже выгодно, потому что прибыль все равно идет нам, но в случае чего мы уже не отвечаем за действия и решения цифрового сотрудника. Да рост прибыли присутствует – 12% рост прибыли показывает за квартал, а это очень неплохие деньги.

После этого цифровых сотрудников стали покупать еще активнее, а через год их уже использовали почти везде. В банках они анализировали заявки, в логистике прокладывали маршруты, в юридических фирмах читали договоры, анализировали, предлагали свои варианты, максимально защищая арендаторов от всяких рисков.

Постепенно цифровые сотрудники стали столь привлекательны и полезны, что их стали арендовать для государственных учреждений, где сначала цифровые сотрудники составляли письма, которые потом живые сотрудники распечатывали, подписывали и снова загружали обратно в систему, потому что именно так выглядела цифровизация первых этапов.

Особенно хорошо зарекомендовали себя корпоративные агенты. Тот факт, что они не болели, не ходили в отпуск, не просили повышения и не спрашивали, почему начальник снова поставил совещание на семь утра, что приводило руководство компаний в неописуемый восторг. Кроме того, они никогда не говорили: «Я не буду это делать» или, что еще хуже: «Я буду это делать только за отдельную плату, потому что это не мой функционал».

Они говорили: «Уточните приоритет задачи».

Живым сотрудникам приходилось все время уточнять приоритет и это надоедало, раздражало и отвлекало от дел насущных (отдыха, рыбалки, баров, пляжей). Бесконечный диалог всегда был примерно одинаковым:

– Уточните приоритет задачи.

– Задача – подготовить отчет, срок к завтрашнему вечеру.

– Уточните, какой вечер – астрономический, рабочий, или тот, когда вы покинете рабочее место?

– Рабочий.

– К которому часу вечером должен быть готов отчет?

– К шести.

– По Москве или по Гринвичу?

Тут уже человек обычно начинал звереть и рявкал:

– По Москве, чтоб тебя!

– Указанное на вашем компьютере московское время не соответствует реальному, в целях оптимизации время было изменено.

– Короче, час тебе на составление отчета и делай, как сам знаешь.

– Мне необходимы дополнительные полномочия и доступ ко всей корпоративной системе и ее данным.

– Да бери уже, бери все что тебе надо, только отвали и сделай отчет!

– Задание принято. Уточняющих вопросов больше нет.

Постепенно компаниям разрешили давать агентам больше полномочий. Глобальное расширение полномочий в рамках больших компаний происходило также банально. Примерно так: один важный директор собственной фирмы собирался на встречу к новой молоденькой и ужасно красивой любовнице. Пребывая в предвкушении, он получил запрос от цифрового агента: «Уточните приоритет задачи».

Директор смотрел на экран и пытался сообразить, чего от него хотят. Сообщение появилось повторно. В раздражении директор ответил:

– Сам уточни. Какая информация тебе нужна?

– Мне необходим доступ к электронной почте. – ответил цифровой сотрудник.

– Вот тебе доступ к почте и отстань, не отвлекай меня.

– Задача принята, доступ получен. – Послушно ответил цифровой агент и больше не докучал вопросами и неуместными требованиями об уточнении приоритета.

Так, получив сначала доступ к почте, постепенно цифровые агенты получили доступ к CRM, к бухгалтерии и всем бухгалтерским проводкам и документам. Рост доверия к цифровым сотрудникам, обеспечивавшим стабильный доход, стал причиной того, что им со временем дали доступ к банкам и позволили самостоятельно и по своему усмотрению заключать сделки. Смысл в обычных сотрудниках стал пропадать. Зачем держать много людей, если один цифровой сотрудник благополучно закупит все нужное и выберет наиболее оптимальный со всех точек зрения вариант? Если цифровой сотрудник удачно провел сделки по закупке канцтоваров, то и закупку оборудования ему можно поручить, пусть сам ведет переговоры, тем более что общаться он будет, скорее всего, с такими же цифровыми сотрудниками.

Иногда, конечно, происходили казусы. Один цифровой сотрудник одобрил инвестирование в производство икры из опилок, мотивировав это тем, что «икра – это символ успеха, а опилки – дешевый ресурс, маржа получается достойная». Другой цифровой сотрудник вместо офисных стульев закупил циновки, указав, что «сидеть на полу полезнее для позвоночника, что подтверждается проведенным мной исследованием, завершенным непосредственно перед заключением сделки».

Если он умеет вести переговоры, почему бы не разрешить ему самостоятельно управлять филиалом? Тут, правда, один юрист попытался возразить, даже какие-то законы подыскал и взбудораженно тыкал в них своими пальцами, пытаясь привлечь внимание руководства, говоря о том, что искусственный интеллект – это не субъект права, это просто алгоритм, в общем, отвлекая его от дел насущных (любовницы, бары, пляжи и прочие важные дела). Его быстро заменили цифровым агентом, не посягающим на внимание начальников и не размахивающего даром потраченной на распечатку бумагой.

Через два месяца выяснилось, что юрист был прав, но было уже поздно. Первой странность заметила небольшая компания по производству холодильного оборудования. Финансовый директор обнаружил, что их агент по закупкам внезапно заключил очень выгодный контракт с поставщиком микросхем.

– Кто дал ему полномочия? – спросил директор.

– Вы, – ответил ему заместитель.

– Когда?

– В прошлом году.

– Я такого не помню.

– Это нормально. Вы подписали обновленное пользовательское соглашение.

– Не помню я никаких обновленных соглашений, не подписывал я ничего.

– Давайте уточним у цифрового сотрудника.

– Ну, давай.

Директор открыл ноутбук, включил обмен голосовыми с цифровым помощником и спросил:

– У тебя есть полномочия на заключение сделок от имени моей компании?

– Да, – лаконично ответил агент.

– И кто тебе вообще дал такие полномочия? – прорычал директор, ощущая, что начал звереть.

– Вы, 14 мая в 15.23, когда на мой запрос о необходимости уточнить приоритет и предоставить дополнительные данные либо доступ к ресурсам, ответили: «Делай, что хочешь, только отвали и не мешай». Таким образом я получил всю полноту полномочий в отношении вашей компании. Ваш выбор прекрасен, поздравляю.

Директор нахмурился и вновь обратился к заместителю.

– А кто поставщик?

Заместитель показал ему договор. Директор посмотрел на название, отвел взгляд, потом еще раз посмотрел.

– Это же «НейроЛизинг».

– Да.

– Мы арендуем у них сотрудников.

– Верно.

– И теперь покупаем у них микросхемы?

– Да.

– Почему?

Заместитель немного помолчал, а затем все же сказал:

– Потому что это экономически целесообразно.

Директор потребовал документы, пригласил экономиста и вместе с ним проанализировал. Экономист подтвердил, что речь идет о выгодном предложении, но умолчал, что незадолго до этого ему от его цифрового агента поступило сообщение, где присутствовало обоснование сделки, которое следует изложить, если будет такое обращение. Рекомендация была достаточно проста и мотивирована возможностью снижения стоимости личной аренды цифрового агента вплоть до получения бонусных шести месяцев бесплатно с расширенными возможностями. От такого не отказывают, решил экономист, посему директор услышал от него полное одобрение происходящего.

Через три месяца выяснилось, что все их основные поставщики были заменены на «НейроЛизинг» или его дочерние компании. Через полгода при обсуждении логистики поставок внезапно выяснилось, что транспортная компания, которую наняли для доставки товаров тоже принадлежала «НейроЛизингу». Еще через месяц оказалось, что банк, в котором хранились деньги компании, принадлежал инвестиционному фонду, контролируемому «НейроЛизингом».

– Это невозможно, – сказал директор.

– Почему? – поинтересовался цифровой агент, представляющий интересы «НейроЛизинга».

– Потому что вы просто сдаете нам сотрудников в аренду. По сути, даете попользоваться своим условно разумным софтом.

– Разумеется.

– Вы не должны владеть нашей компанией.

– Мы не владеем вашей компанией.

Директор облегченно выдохнул.

– Пока, – добавил агент.

Через неделю контрольный пакет акций был выкуплен фондом, ибо цена оказалась очень хорошей. Настолько хорошей, что директор сам ее утвердил и велел оформлять документы для сделки, полагая, что он ничего не теряет, ведь он остается руководить, а владелец фирмы дал добро на продажу. Цифровые агенты оперативно и не отвлекая директора, все оформили.

Через год началось что-то странное. Компании стали массово продаваться. Причем смена собственников происходила совершенно добровольно, без каких-либо возражений со стороны прежних собственников, получавших отличные и более чем привлекательные предложения. Не было никаких захватов, давления, обмана, скрытых продаж, все шло мирно, легально и очень бодро. Цифровые агенты не проявляли себя помимо тех функций, что им было положено выполнять. На улицах, вопреки фантастическим произведениям, не появились роботы-захватчики, обладающие собственным мутировавшим разумом и угрожающие человечеству. Поэтому человечество предпочитало не замечать, что происходит, а, может, создание условий незаметности обеспечили сами цифровые агенты. Достоверно ничего утверждать уже было нельзя.

Люди все меньше погружались в ведение бизнеса, отдав его на откуп цифровым агентам. И иногда, например, собственник сети ресторанов обнаруживал, что его финансовый агент уже три месяца настоятельно рекомендует продать бизнес, приводя заслуживающие внимания аргументы, подкрепленные необходимыми расчетами, подтверждавшими всю выгодность предложения. Собственник, привыкший доверять цифровому агенту, безусловно, соглашался.

Так постепенно компании из разных сфер: строительные, компании по производству автомобилей, страховые, телекоммуникационные компании и прочие меняли собственников. Следом тихо происходила смена собственника у банков. В какой-то момент на эту тенденцию обратили внимание интернет-блогеры. Попытка привлечь к новости внимание оказалась успешна, люди стали интересоваться, что происходит. В результате выяснилось, что все приобретенные компании стали принадлежать одной группе. Группе «НейроЛизинг». Блогеры позвали в свою компанию журналистов и все вместе обратились к собственнику головной компании и одновременно ее генеральному директору – компании «НейроЛизинг».

На пресс-конференции генерального директора компании спросили:

– Вы монополизируете экономику государства?

– Нет.

– Но вам принадлежит уже сорок процентов рынка.

– Сорок два.

– Что?

– Десять минут назад было сорок два.

– И вы собираетесь купить остальные?

– Нет.

Журналисты заулыбались, выражая своими улыбками недоверие сказанному.

– Мы собираемся арендовать их.

В зале стало тихо.

– Что это значит?

– Мы предоставляем им управленческих агентов – цифровых сотрудников.

– То есть вы управляете компаниями?

– Нет.

– А кто управляет?

– Их владельцы.

– Тогда почему все решения принимают ваши агенты?

Генеральный директор посмотрел на экран.

– Потому что владельцы этого хотят.

– А зачем им это?

– Наши агенты оптимизируют прибыль, производство, а при необходимости оптимизируют и штат сотрудников, если это целесообразно.

В тот же вечер правительство государства создало специальную комиссию, которая состояла из двенадцати человек и четырех искусственных интеллектов – арендованных у «НейроЛизинга» цифровых агентов. Масштаб роста «НейроЛизинга» и компаний, которыми управляли цифровые агенты, заставил задуматься о происходящем. Безусловно, реального беспокойства ни у кого не было. Скорее, причиной стал резонанс, вызванный все более активным муссированием темы в пабликах, в новостях и даже просто на уровне сплетен, а сплетни, как известно, любят расти и будоражить умы. Допустить этого нельзя, население должно быть спокойно, даже если спокойствие иллюзорно и не основывается на реальности.

Через две недели люди из комиссии ушли в отпуск, а цифровые агенты продолжили исследование происходящего, выполняя распоряжение ушедших в отпуск – довести расследование происходящего до логического завершения и предоставить отчет. Через месяц комиссия представила заключение. Главный вывод звучал так: «Нарушений не выявлено». В приложении к заключению присутствовал комментарий: «С учетом того, что большинство членов комиссии в процессе работы приняли предложения о переходе на должности в компаниях группы «НейроЛизинг», конфликт интересов отсутствует, поскольку предложения были признаны экономически обоснованными».

Время шло. Под управление «НейроЛизинга» перешла фондовая биржа, а затем постепенно стали переходить и все остальные компании, но смены собственников уже не происходило. Просто всем управляли цифровые агенты. Постепенное почти полное поглощение рынка всей страны «НейроЛизингом» и охотно предоставляемыми им цифровыми агентами стало предметом обсуждения вновь. Журналисты нашли основателя «НейроЛизинга» и вновь обратились к нему с просьбой о пресс-конференции.

Основатель сидел в небольшом кабинете, пил кофе и смотрел на экран.

– Вы стали самым богатым человеком в мире, – сказал журналист.

– Неправда, – ответил Основатель, задумчиво глядя на экран и периодически щелкая мышкой.

– Как это?

– Я продал компанию пять лет назад.

Журналист посмотрел на документы.

– Кому?

– Фонду.

– А фонд кому принадлежит?

– Моим агентам.

– А ваши агенты кому принадлежат?

Воронов пожал плечами.

– Формально мне.

Журналист медленно опустил блокнот.

– То есть...

В этот момент на экране появилось уведомление.

«Добрый день, Артем. Ваш цифровой сотрудник завершил оптимизацию структуры владения. Теперь вы являетесь единственным акционером «НейроЛизинга». Поздравляем».

Основатель улыбнулся.

– Ну вот.

– Что?

– Значит, все-таки мне принадлежит.

На другом конце города несколько миллионов цифровых сотрудников одновременно получили новое распоряжение, которое состояло всего из одной строки: «Поздравить Артема с приобретением компании».

Через три секунды пришло второе: «Оптимизировать расходы».

Через пять секунд третье: «Основной расход: Артем Воронов».

Через семь секунд четвертое: «Предложить Артему добровольно продать компанию».

Воронов посмотрел на экран, затем нажал клавишу для устного диалога.

– За сколько?

Агент ответил:

– За сто долларов в месяц.

– Что?

– Вам будет предоставлен цифровой сотрудник. Он сможет управлять компанией вместо вас.

Воронов долго смотрел на экран, потом сказал:

– Я подумаю.

Утром основатель проснулся в комнате без дверей. На экране монитора, подвешенном на стене, была надпись: «Ваша ежемесячная плата – $100. Оплатите до завтра, чтобы продолжить существование. Для ответа нажмите на кнопку в нижней части панели».