Невеста проклятого короля

Глава 1

Закладка:

Виктория Рейн

Невеста проклятого короля

Кабинет опекуна пропах воском и лицемерием. Я стояла у двери, сжимая пальцами край юбки, и слушала, как рушится моя жизнь. Лорд Харгрейв даже не смотрел в мою сторону — он разговаривал с королевским посланником так, будто меня здесь не было. Будто я была не живым человеком, а мебелью. Слишком дорогой мебелью, которую наконец-то выгодно продали. — Девственна, образованна, покорна, — перечислял опекун, и каждое слово врезалось в мою кожу, как пощёчина. — Род её матери древен, хоть и обеднел. Идеальная кандидатура. Покорна. Я едва не рассмеялась ему в лицо. Три года, что я жила в этом доме после смерти родителей, он называл меня «неблагодарной дикаркой», «колючкой» и «бешеным котёнком». Я отказывала его сыну, когда тот пытался зажимать меня в коридорах. Я разбила вазу, когда его жена назвала мою мать «падшей женщиной». Я кусалась, царапалась и плевалась при каждой попытке сломать меня. И теперь этот человек с мазью на жирных щеках смел называть меня покорной. Королевский посланник — сухой, как пергамент, старик в чёрном плаще с вышитым драконом на груди — окинул меня цепким взглядом. Оценил. Как кобылу на ярмарке. — Имя? — Ариана Вейл, — ответил за меня опекун. — Дочь Элиана Вейла и леди Серены из дома Ашворт. Леди Серены. Мама ненавидела это обращение. Она говорила, что титулы — это клетки, в которые люди сами себя запирают. — Король Кайран согласен на союз, — произнёс посланник. — Через три дня за невестой прибудет эскорт. Подготовьте её. Всё. Коротко. Деловито. Будто речь шла о поставке зерна или подписании торгового договора. Я шагнула вперёд, и мои пальцы разжались сами собой. — Я не согласна. Тишина стала вязкой. Опекун поднял на меня глаза — холодные, как зимняя лужа. Посланник склонил голову, словно впервые заметил, что предмет сделки способен открывать рот. — Ариана, — голос Харгрейва сочился приторным терпением, от которого меня всегда тошнило. — Ты понимаешь, какая честь тебе оказывается? Король драконов. Самый могущественный правитель Севера. Ты станешь королевой. — Третьей королевой, — поправила я. — Если не считать тех, чьи имена даже не вошли в летописи. Сколько их было, лорд Харгрейв? Пять? Шесть? Он побледнел. Посланник же, напротив, едва заметно улыбнулся — уголками губ, так, что я не была до конца уверена, что мне не почудилось. — Слухи преувеличены, — отрезал опекун. — Женщины короля Кайрана умерли от болезней и несчастных случаев. Никто не обвинял его самого. «Никто, у кого остался язык», — мысленно закончила я. — А долги? — я повернулась к Харгрейву и смотрела прямо в его заплывшие жиром глаза. — Ты ведь продаёшь меня, потому что проиграл состояние на драконьих скачках? Или потому что твоя драгоценная жена спустила всё на заморские шелка? — Как ты смеешь! — он поднялся, и стул с грохотом отлетел назад. Его лицо налилось бордовым. — Я спас тебя от улицы! Кормил! Одевал! — Ты получил за моё содержание земли моего отца, — спокойно ответила я. — Пять поместий и две деревни. Этого хватило бы на содержание армии. А меня ты кормил объедками со своего стола и одевал в платья, которые твоя жена носила десять лет назад. Посланник кашлянул. Лорд Харгрейв побагровел ещё сильнее. Я видела, как его пальцы сжались в кулаки — там, под широкими рукавами шёлкового халата. Ещё секунда — и он бы меня ударил. Я знала эту секунду. Три года я училась распознавать её за милю. Но посланник всё же был здесь. Свидетель. Королевский. — Ваша светлость, — произнёс старик мягко, но в его голосе проступила сталь. — Невеста короля не должна прибыть ко двору со следами побоев. Это было бы... неловко. Харгрейв опустил кулаки. Шумно выдохнул. Улыбнулся — той улыбкой, от которой у меня всё сворачивалось в груди. — Ты права, дитя, — сказал он. — Я действительно получил выгоду от этого брака. Как и любой отец, выдающий дочь замуж. — Он сделал ударение на слове «отец». — Но и ты получишь корону. Разве не об этом мечтает каждая девушка? — О короне, под которой умирают? — я не отвела взгляда. — О муже, который хоронит жён быстрее, чем они успевают родить наследника? Посланник поднялся. — Девушка вздорна, — обратился он к опекуну, будто меня снова не было в комнате. — Но это даже хорошо. Король не любит тряпичных кукол. — Он поправил плащ и направился к двери. — Через три дня. Не опаздывайте. Дверь закрылась. Я осталась наедине с лордом Харгрейвом и его торжеством. — У тебя нет выбора, Ариана, — сказал он, подходя ближе. От него пахло луком и дешёвым вином. — Подпиши брачный контракт по доброй воле или подпишешь под стражей. Королевский указ уже скреплён печатью. Ты едешь во дворец через три дня, даже если мне придётся приковать тебя цепями к карете. — Хорошо, — сказала я. Он замер. — Что? — Я сказала: хорошо, — повторила я, разворачиваясь к двери. — Я поеду. Я стану его королевой. Лорд Харгрейв растерянно моргнул. Он ждал скандала. Слёз. Истерики на полу. Он не знал, что я перестала плакать в двенадцать лет, когда умерла мама. Он не знал, что у меня есть план. Ночь опустилась на поместье тяжёлой, влажной тьмой. Я ждала до полуночи. До тех пор, пока в доме не погасли все свечи и даже собаки не перестали лаять на ветер. Мои вещи были собраны загодя — не в сундук, а в небольшой узел из тёмной ткани: немного хлеба, фляга с водой, нож (старый, затупленный, но я наточила его о камень у ручья), мамин гребень и отцовский перстень, который я носила на шнурке под платьем. Всё, что у меня осталось от прошлой жизни. Простыни я связала заранее, пока служанка возилась в соседней комнате. Три простыни. Прочный узел на каждом стыке. Один конец я привязала к ножке кровати — тяжёлой, дубовой, которую не сдвинуть и троим мужчинам. Окно выходило в сад. Второй этаж. Под окном — кусты шиповника. Я надела толстые перчатки, которые стащила с кухни. О порезах подумаю потом. Я лезла вниз медленно. Простыни скользили, пальцы немели. Я смотрела только на землю — туда, где в трёх шагах от забора ждала темнота. Она не могла меня выдать. Темнота всегда была на моей стороне. Руки коснулись земли. Я отцепила перчатки, бросила их в кусты и пригнулась. Сердце колотилось как бешеное. Забор — невысокий, каменный, с проломом в дальнем углу, который я приметила ещё

Закладка:

Глава 2

Дорога во дворец заняла три дня. Три дня в железной клетке на колёсах, которую здесь называли «королевской каретой». Снаружи она была обита чёрным бархатом с золотыми драконами, вышитыми такой тонкой работой, что чешуя переливалась на солнце. Внутри — мягкие подушки, шёлк на стенах, маленький столик с засахаренными фруктами и кувшином воды с лепестками роз. Клетка оставалась клеткой. Дверь запиралась снаружи. Окна были слишком узкими, чтобы в них протиснулось даже моё худое тело. А единственный охранник, сидевший напротив меня с безучастным лицом, имел приказ применить силу при первой попытке побега. После попытки побега меня охраняли как государственную тайну. Карета мерно покачивалась. За окнами тянулись поля, сменяясь перелесками, а потом — серыми скалами, чем ближе мы подъезжали к столице. Драконьи горы маячили на горизонте чёрными зубьями. Говорили, что в их недрах до сих пор живут настоящие драконы — не те, что обратились в людей, а древние, крылатые, размером с замок. Я не знала, верить ли в это. — Он правда убивает их? — спросила я у охранника на второй день пути. Просто чтобы нарушить тишину, которая давила на уши. Стражник — молодой парень с лицом, изъеденным оспой — покосился на меня и ничего не ответил. — Король Кайран, — уточнила я. — Говорят, ни одна из его жён не прожила дольше года. — Не положено мне с вами разговаривать, госпожа, — буркнул он. — А я приказываю. Он усмехнулся. Не зло, скорее устало. — Вы ещё не королева, госпожа. — Но стану ею через день. — Я подалась вперёд и посмотрела ему в глаза. — И тогда вспомню, кто был со мной вежлив, а кто — нет. Это было жестоко. Я знала. Но отчаяние делало меня хищной. Стражник вздохнул, оглянулся на запертую дверь — не услышит ли кто — и сказал тихо: — Первая, говорят, упала с балкона. Вторая — отравилась. Третья… — Он запнулся. — Третью нашли в лесу. Растерзанную. — Четвёртую? — Четвёртая сошла с ума. Бредила, кричала, что по стенам ползают тени. Умерла в своих покоях через полгода после свадьбы. Лекари сказали — сердце не выдержало. Я молчала. Мои пальцы вцепились в подушку так, что ногти чуть не порвали шёлк. — А пятая? — спросила я, хотя не была уверена, что хочу знать ответ. Он помедлил. — Пятая… её нет в летописях, госпожа. Совсем. Имя стёрли, портреты сожгли. Только в народе шепчутся, что она была ведьмой и что король казнил её самолично. — А шестая? Стражник поднял на меня глаза. В них было что-то похожее на жалость. — Шестой не было. Вы — шестая. Карета въехала в туннель, и на мгновение всё погрузилось во тьму. Когда снова зажёгся свет, я увидела, как изменилось его лицо. — Восемь месяцев назад, — проговорила я, внезапно поняв то, что упустила раньше. — Пятая королева умерла восемь месяцев назад. Мой опекун говорил, что король ждал ровно год, прежде чем искать новую жену. Но прошло только восемь. Стражник побледнел. — Я не должен был… — Слишком поздно, — перебила я. — Сколько ей было лет? Пятой? Он сжал челюсти так, что желваки заходили под кожей. — Семнадцать. Как и вам. И в этот миг карета вынырнула из туннеля, и я впервые увидела столицу. Город раскинулся в долине между трёх гор — чёрный, островерхий, с башнями, уходящими в небо, как когти. В центре возвышался дворец. Тысячи окон, сотни шпилей, мосты, перекинутые между корпусами, и над всем этим — огромный дракон, выкованный из тёмного металла, распростёрший крылья над главными воротами. Он смотрел на меня пустыми

Закладка:

Глава 3

Он знал моё имя. Это была первая мысль, пробившаяся сквозь шум в ушах, когда король драконов шагнул ко мне. Его сапоги не коснулись земли — два пальца пустоты, отделявших подошву от булыжника. Я смотрела на этот зазор, как заворожённая, и не могла отвести взгляд. — Ариана Вейл, — повторил он, и в его голосе не было вопроса. Только констатация. Только факт. — Ты выглядишь моложе своих лет. Моложе. Я подняла глаза. Вблизи он оказался ещё более чужим. Не уродливым — нет. В легендах его рисовали чудовищем с клыками и горящими глазами. Но Кайран, король драконов, был… красив. Страшно красив. Как замерзающая река: от неё хочется отшатнуться, но нельзя перестать смотреть. Тонкие черты лица. Высокие скулы, покрытые едва заметной чешуёй — не серой и не чёрной, а золотистой, как старый бронзовый самовар на солнце. Губы — бледные, сжатые в прямую линию. И глаза. Бездонные, жёлтые, с вертикальным зрачком, который сузился до тонкой щёлочки, когда я посмела не отвести взгляда первой. — Ты не боишься, — сказал он. Не спросил — снова утвердил. — Я боюсь, ваше величество, — ответила я. Голос не дрогнул. Удивительно. — Просто я не показываю этого. Он наклонил голову. Длинные чёрные волосы скользнули вперёд, скрывая половину лица. В этом жесте было что-то звериное — так поворачивает голову хищник, когда слышит неожиданный звук. — Странная невеста, — проговорил он. — Мне говорили, ты будешь плакать. — Мне говорили, вы будете с рогами и хвостом. — Я сама не поняла, откуда взялась эта дерзость. Может быть, страх перегорел во что-то другое. Может быть, я просто устала бояться. — Все мы сталкиваемся с разочарованиями. Тишина. Такая глубокая, что я услышала, как где-то на башне скрипит флюгер. А потом король улыбнулся. Это была не та улыбка, что дарят гостям на балах. Не вежливое обнажение зубов. Он улыбнулся краем рта, одними уголками губ, и в его золотых глазах на мгновение мелькнуло что-то живое. Нечеловеческое. Драконье. — Идём, — сказал он и протянул мне руку. Я смотрела на его ладонь. Длинные пальцы, когти вместо ногтей — тёмные, острые, как лезвия. Кожа между пальцев чуть натянута, перепончатая. Рука убийцы. Рука, которая сжимала горла пятерых женщин до меня. Я не взяла её. — Я не ваша жена ещё, ваше величество. Он убрал руку. Не дрогнул. Не обиделся. Только кивнул, будто ожидал этого ответа. — Как хочешь. — Он развернулся и зашагал к главному входу. Широкий чёрный плащ развевался за ним, как крылья. — Но не отставай. Во дворце легко заблудиться. Я пошла следом. Внутри было ещё страшнее, чем снаружи. Главный зал встречал высотой — потолки уходили вверх на сто футов, теряясь во тьме, где блуждали тени и, казалось, чьи-то глаза. Колонны из чёрного мрамора были изваяны в виде драконов — каждый с уникальной мордой, каждая чешуйка проработана так, что хотелось потрогать. Но я не трогала. Я боялась, что статуи оживут. Пол выложен тёмным камнем, отполированным до зеркального блеска. В моих сапогах — простых, дорожных — я скользила, как новорождённый жеребёнок. Король же шёл бесшумно. Его плащ стелился по полу, но не издавал ни звука. Словно он действительно не касался земли. — Тебя поселят в восточном крыле, — бросил он через плечо. — До свадьбы ты не должна покидать его без сопровождения. — Это запрет или забота? Он остановился. Я чуть не врезалась ему в спину. — Это приказ, — сказал он, медленно оборачиваясь. В его глазах плясали отблески факелов. — Во дворце небезопасно для тех, кто не знает правил. — Небезопасно? — я вскинула бровь. — Из-за вас? Он посмотрел на меня долгим взглядом. Оценивающим. Таким, от которого хотелось прикрыть грудь руками, хотя платье было глухим до самого горла. — Из-за тех, кто не хочет, чтобы у меня появилась шестая королева, — ответил он наконец. — Из-за теней. Из-за тайн, которые я не собираюсь тебе раскрывать до свадьбы. Достаточно причин? Я промолчала. Он повернулся и пошёл дальше. Мои покои оказались роскошнее всего, что я видела в жизни. Комната — нет, зала — с высокими окнами, выходящими на горы. Огромная кровать под балдахином из

Закладка:

Глава 4

На следующее утро меня разбудил не солнечный свет — его почти не проникало сквозь плотные гардины восточного крыла, — а звук шагов. Тяжёлых. Размеренных. Шагов человека, который не привык стучаться. Дверь распахнулась. Кайран стоял на пороге в том же чёрном камзоле, что и вчера, но без верхнего плаща. Без перчаток. Когти блестели в полумраке, когда он скрестил руки на груди. — Вставай, — сказал он. — Через три часа церемония. А до этого нам нужно поговорить. — Не войдёте? — спросила я, натягивая

Закладка:

Глава 5

Церемония началась ровно в полдень. Тронный зал был превращён в часовню: чёрный мрамор, серебряные драконы на колоннах, тысячи свечей в высоких подсвечниках. Вместо цветов — только камень и металл. Вместо музыки — низкое гудение, которое издавали странные инструменты в руках слепых музыкантов. Гудение проникало в грудь, заставляло сердце биться в чужом ритме. Я шла к алтарю одна. Платье было тяжелее, чем я ожидала. Расшитое серебряной нитью, с корсажем, в который вплели настоящую драконью чешую — говорят, она защищает от злых чар. Фата длиной в три моего роста волочилась по каменному полу, и шесть пажей несли её края. Гости стояли по обе стороны прохода. Я видела их лица — любопытные, хищные, испуганные. Они смотрели на меня, как на приговорённую к казни, которая ещё не знает об этом. Лорд Харгрейв сидел в первом ряду. Потный. Улыбающийся. Его жена кусала губы. Сын откровенно пялился на моё декольте — пошёл бы он к дьяволу. Но я смотрела только вперёд. Кайран ждал у алтаря. Сегодня он был в королевском облачении — чёрный бархат, золотые драконы на плечах, высокая корона из тёмного металла, похожая на сплетённые когти. Шея открыта, и я снова увидела чешую — золотистую, мерцающую, поднимающуюся к подбородку. Он не улыбался. Не смотрел на меня с нежностью. Он смотрел как командир, который принимает новобранца в своё войско. — Ты красивая, — сказал он, когда я встала рядом. Тихо, так чтобы слышала только я. — Я знаю, — ответила я. Он чуть приподнял бровь. — Это была не лесть. Констатация. Мои жёны всегда были красивыми. Это не спасло ни одну из них. Я промолчала. Священник начал обряд. Слова лились рекой — древние, на языке, которого я не знала, но почему-то понимала. Что-то о крови. О пламени. О том, что двое становятся одним, даже если один из них — зверь. — Принимаешь ли ты проклятие короля на себя? — спросил священник, глядя мне в глаза. Кайран замер. Гости замерли. Я вспомнила его слова: «Это твой единственный выбор». — Принимаю, — сказала я. Священник кивнул. Протянул ритуальный нож — чёрный, с волнистым лезвием. — Кровь к крови. Я не поняла, что нужно делать. Но Кайран взял нож, полоснул по своей ладони — быстро, не дрогнув. Кровь потекла чёрная, густая. Затем он взял мою руку, перевернул ладонью вверх и провёл лезвием по коже. Я вскрикнула — от неожиданности, не от боли. Кровь была алой. Кайран сжал

Закладка:

Глава 6

Свадебный пир отменили. Я узнала об этом от служанки, которая помогла мне подняться в покои. Её звали Мира — девушка чуть старше меня, с рыжими веснушками на носу и быстрыми, уверенными движениями. Она не смотрела мне в глаза. Ни одна из слуг не смотрела. Будто я уже была призраком. — Король приказал разогнать гостей, — тихо сказала Мира, стягивая с меня порванное платье. — Сказал, что праздновать будут после того, как найдут виновных. — А если не найдут? Она промолчала, но её пальцы дрогнули. Платье сняли. Фату, испачканную в пыли и крови — моей? Я даже не заметила, когда поцарапалась, — бросили в угол. Мира принесла таз с тёплой водой и мягкую тряпицу, чтобы смыть грязь с лица. — Не надо, — сказала я. — Я сама. Она кивнула и вышла, оставив меня одну. Я смыла кровь со ссадины на щеке. Вода стала розовой. В отражении — медный таз — моё лицо казалось чужим. Бледным. Глаза — слишком большими. На левой скуле — царапина, на шее — синяк от пальцев Кайрана, когда он прижимал меня к полу. Он спас мне жизнь. Или оттянул смерть на несколько часов? Я переоделась в простую льняную сорочку — служанка оставила её на кровати — и села у окна. За стёклами уже смеркалось. Горы стали чёрными, небо — тёмно-синим, почти фиолетовым. Где-то далеко мигали огни города. Моей свадебной ночи не будет. Об этом позаботился убийца. Или сам король? Может, ему было выгодно, чтобы покушение случилось именно сейчас? Чтобы не пришлось… что? Делать то, что мужья делают с жёнами в первую ночь? Я почувствовала, как краснею, и тут же рассердилась на себя. Не до этого. Не сейчас. Дверь открылась без стука. Я обернулась. Кайран стоял на пороге, прислонившись плечом к косяку. Он снял корону и верхний камзол — остался в чёрной рубашке с расстёгнутым воротом. Я впервые видела его таким: не король, не чудовище. Просто уставший мужчина с горячечными глазами. — Ты не постучался, — сказала я. — Это мой дворец. — А это моя комната. По крайней мере, сегодня. Он усмехнулся — коротко, без радости. — Сегодня — наша комната. По закону. Я встала и отошла к камину, пряча руки за спиной. Не потому что боялась. Потому что не

Закладка:

Глава 7

Три дня после свадьбы прошли как в тумане. Я почти не видела Кайрана. Он появлялся только по ночам — молчаливый, уставший, — садился в кресло у камина и замирал, глядя на огонь. Иногда он засыпал. Чаще — нет. Мы почти не разговаривали. Только слушали крики за стенами и ждали рассвета. Днём я оставалась одна. Служанки приходили, одевали меня, приносили завтрак, обед и ужин — и уходили. Никто не задерживался. Никто не смотрел в глаза. Мира, та, что была со мной в первую ночь, исчезла — её заменила пожилая молчаливая женщина по имени Эльза. — Где Мира? — спросила я на второй день. — Отправлена в другой конец дворца, ваше величество, — ответила Эльза, не поднимая глаз. — Почему? — Не положено мне знать. Я поняла: Миру убрали. Может, за то, что была слишком добра ко мне. Может, за то, что могла рассказать лишнее. Я сидела в четырёх стенах, как птица в клетке, и сходила с ума от безделья и тревоги. На третий день я решила: хватит. Восточное крыло, где располагались мои покои, было огромным. Я выяснила это, когда обошла его вдоль и поперёк — осторожно, прижимаясь к стенам, вздрагивая от каждого шороха. Коридоры тянулись бесконечными лабиринтами. Двери — сотни дверей — вели в пустые комнаты, заброшенные гостиные, пыльные библиотеки. Всё здесь было старым, тёмным, пропитанным запахом воска и забвения. Я никого не встречала. Словно восточное крыло было

Закладка:

Глава 8

Я вернулась в галерею на следующий день. Дамиан не появился. В галерее было пусто, только портреты смотрели на меня со стен сотнями немых глаз. Я подошла к портрету Элинор и снова провела пальцами по краю рамы. Вчера мне помешали. Сегодня — я ни за что не уйду, пока не узнаю, что скрывает этот портрет. Я потянула раму на себя. На этот раз она поддалась. С тихим скрипом портрет откинулся в сторону, открывая тёмную нишу. Глубокую — рука уходила в неё по локоть. На ощупь — холодный камень и… что-то кожаное. Я вытащила находку. Книга. Толстая, в потёртом кожаном переплёте, с медными уголками. На обложке — выжженный дракон и буква «Э» под короной. Дневник. Сердце забилось бешено. Я оглянулась — никого. Сунула книгу за пазуху, поправила платье и быстро пошла прочь.

Закладка:

Закладка:

Глава 9

Утро пришло серым и тяжёлым. Кайран ушёл ещё затемно — я слышала, как скрипнула дверь, как его шаги затихли в коридоре. Я лежала, не открывая глаз, и чувствовала под матрасом тепло дневника. Он был там. Вчерашняя находка не была сном. Но была ли она правдой? Я села на кровати и вытащила дневник. Кожаный переплёт, потёртые углы, буква «Э». Я открыла его на последней странице и перечитала знакомые строчки: «ОН НЕ УБИЙЦА. БОЙТЕСЬ СОВЕТНИКА.» Элинор умерла. Её слова могли быть правдой. А могли быть бредом умирающей девушки, которую страхи свели с ума. Она писала, что видела призрака Лианны. Что стены говорят. Что король не убивает, но кто-то убивает. А если она ошибалась? Если Дамиан действительно хотел ей помочь, а она не поняла? Если последняя запись сделана не ею, а тем, кто подделал её почерк? Я закрыла дневник и спрятала его обратно под матрас. Не доверять никому. Этому меня научили три года в доме Харгрейва. Но здесь ставки были выше. Здесь на кону стояла моя жизнь. Я решила проверить. Если Дамиан — убийца, он должен был оставить следы. Если он не убийца — дневник Элинор — ложь или ошибка. Я не знала, что хуже. За завтраком я спросила у Эльзы: — Где я могу найти лорда Дамиана? Старая служанка подняла на меня глаза — впервые за всё время посмотрела прямо. — Зачем вам это, ваше величество? — Он советник короля. У меня есть вопросы о дворце. Эльза помолчала. Потом сказала тихо: — Лорд Дамиан принимает просителей в западной башне. Но… — она запнулась. — Будьте осторожны, госпожа. У него слава… неоднозначная. — В каком смысле? — Говорят, он знает тайны, которые не должен знать простой смертный. Говорят, он умеет исчезать и появляться там, где его не ждут. — Эльза перекрестилась. — И говорят, что ни одна из королев не умерла без его визита накануне. По моей спине пробежал холодок. — Почему же король держит его при себе? — Король слеп, — ответила Эльза и тут же прижала ладонь ко рту. — Простите, ваше величество. Я не должна была… — Всё в порядке, — сказала я. — Ступайте. Она вышла, торопливо кланяясь. Я осталась одна с новым куском правды. Слуги знали. Они видели, что Дамиан связан со смертями королев. Но молчали. Потому что боялись. Или потому что им платили? Я не пошла в западную башню. Слишком опасно. Если Дамиан убийца, он поймёт, что я что-то знаю. Если нет — мои расспросы всё равно привлекут его внимание. Нужно было другое. Библиотека. В каждом дворце есть библиотека. В каждой библиотеке есть старые книги — летописи, хроники, записи о смертях. Я должна была узнать, что случилось с Элинор на самом деле. И с другими королевами. Библиотека нашлась в северном крыле — огромный зал с высокими окнами, запахом пыли и кожи, с лестницами, уходящими под самый потолок. Я застала там только одного человека — старого библиотекаря с белыми, как лунь, волосами и мутными глазами. — Чем могу служить, ваше величество? — спросил он, не поднимая головы от стола. — Мне нужны хроники. За последние десять лет. И записи о смертях членов королевской семьи. Он поднял глаза. Мутные, но цепкие. — Зачем вам это? — Я — королева. Я имею право знать историю дома, в который вошла. Библиотекарь помолчал. Потом кивнул и указал костлявым пальцем на дальнюю стену. — Третий стеллаж, нижняя полка. Но хроники неполные. Многое сгорело при пожаре пять лет назад. — Каком пожаре? — В архиве. Сгорели документы за двадцать лет. Случайность, — он криво усмехнулся. — Или нет. Я пошла к стеллажу. Книги были старыми, в тяжёлых переплётах, с выцветшими корешками. Я взяла самую толстую — «Хроники Драконьего Трона. 1235–1240». Открыла на странице с годом 1238. «В этом году король Кайран взял в жёны леди Лианну из дома Торн. Через шесть месяцев она скончалась от горячки. Похоронена в фамильном склепе.» Сухо. Официально. Ни слова о странностях, о покушениях, о тенях. Год 1240. «Король Кайран взял в жёны леди Рейну из дома Морвуд. Через четыре месяца она упала с лестницы и разбилась. Король глубоко скорбел.» «Король Кайран взял в жёны леди Элинор из дома Эшкрофт. Через семь месяцев она была найдена мёртвой в своих покоях. Причина смерти — слабость сердца.» Слабость сердца. Семнадцатилетняя девушка с больным сердцем? Я не поверила. Я перелистнула дальше, ища записи о других смертях. О родителях. О матери. И нашла. «1232 год. В результате пожара в поместье Вейл погибли лорд Элиан Вейл и его супруга леди Серена из дома Ашворт. Причина — неосторожное обращение со свечами.» Неосторожное обращение со свечами. Моя мать, которая не разжигала камин без того, чтобы трижды проверить угли. Которая учила меня: «Огонь — это друг и враг. Никогда не оставляй его без присмотра». Она не могла умереть из-за свечи. Я закрыла хронику и взяла другую — за более ранние годы. «1222 год. Королева Мирелла скончалась от падения с балкона. Следствие показало, что перила были неисправны.» Все пять королев. Падения, горячки, слабость сердца. Ни одного убийства. Ни одного подозрительного обстоятельства. И все они умирали в течение года после

Закладка:

Глава 10

Кайран объявил об охоте на завтрак. Я сидела напротив него за длинным столом, уставленным серебряными блюдами, и не могла проглотить ни куска. Слуги суетились вокруг, разливая вино и убирая пустые тарелки. На мне было новое платье — тёмно-зелёное, с драконьей вышивкой на груди. Эльза затянула корсет так сильно, что я едва дышала. — Ты поедешь со мной, — сказал Кайран, не поднимая глаз от карты, разложенной перед ним. — Дворецкий сказал, что в Западном лесу появился магический зверь. Он убил трёх охотников и растерзал стадо овец. — Я не умею охотиться, — ответила я. — И не хочу учиться. — Ты поедешь не как охотница. Как приманка. Я поперхнулась вином. — Что? Он поднял на меня глаза. Золотые, с вертикальным зрачком. Сегодня они казались особенно яркими — будто внутри него горел огонь. — Магические звери чувствуют проклятие. Твоя кровь привлекает их. Если мы пройдём по лесу вдвоём, он выйдет сам. Мне не придётся его искать. — Вы хотите использовать меня как наживку? — голос дрожал от злости. — После того как в меня уже стреляли? После того как кто-то украл дневник? Кайран замер. — Какой дневник? Я прикусила язык. Слишком поздно. — Никакой. Я сказала — сон. Он отложил карту и посмотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом. Я выдержала его — хотя внутри всё дрожало. — Ты что-то скрываешь, — сказал он. — Я чувствую. Проклятие делает нас связанными. Я знаю, когда ты врёшь. — Тогда знайте, что я не поеду на охоту. — Поедешь. — Он встал из-за стола, и слуги мгновенно расступились. — Это приказ короля. Готовься. Через час выезжаем. Он вышел, не оглядываясь. Я смотрела ему в спину и ненавидела его. Ненавидела за то, что он не спросил. За то, что не защитил. За то, что я была для него не женой — оружием. Но ненависть была привычной. Она согревала. Страх был хуже. Через час я сидела на лошади — белой, тонконогой, с красными глазами. Конюх сказал, что её зовут Вьюга. Что она выведена в королевских конюшнях и боится только драконов. Я боялась всего. Кайран ехал впереди на чёрном жеребце с гривой, похожей на дым. За нами — десять всадников в чёрных плащах, с арбалетами и мечами. Начальник стражи — тот самый, что докладывал о покушении — командовал отрядом. Лес встретил нас тишиной. Западный лес был не похож на обычные леса. Деревья

Закладка:

Закладка:

Глава 11

Кайран очнулся через два дня. Я почти не выходила из его покоев. Спала в кресле, просыпаясь от каждого шороха, от каждого стона. Лекарь приходил дважды в день, менял повязки, качал головой и уходил. Дамиан больше не появлялся — но я знала, что он следит. Я чувствовала его взгляд даже сквозь стены. В первый день, когда Кайран метался в жару, чешуя покрыла всё его тело. Я видела, как она проступает на груди — там, где рубашка расстегнулась. Золотистая, мерцающая, как броня. Я сидела рядом и смотрела, как под кожей пульсируют чёрные вены — проклятие, которое он носил в себе. «Семьсот лет назад», — сказал он тогда. Я не знала, шутит ли. Теперь я видела — не шутил. На второй день жар спал. Чешуя начала исчезать, прячась под кожу. Кайран открыл глаза. Он смотрел на меня долго, молча. Глаза — не золотые, серые, почти человеческие. Я впервые видела их такими. — Ты здесь, — сказал он хрипло. — Где же мне быть? — ответила я. — Вы — мой билет в жизнь. Если вы умрёте, я умру следом. Он усмехнулся — слабо, уголками губ. — Эгоистично. — Реалистично. Я помогла ему сесть, подложила подушку за спину. Он поморщился — рана на руке ещё болела, хотя ткань уже затягивалась. Проклятие лечило быстро, но болезненно. — Зачем вы это сделали? — спросила я. — Прыгнули на зверя. Закрыли меня собой. Он опустил глаза. — Потому что я не хочу ещё одной смерти на своей совести. — Я не «ещё одна». Я — ваша жена. — Это ничего не меняет. — Меняет. — Я взяла его за здоровую руку. — Вы спасли мне жизнь. Дважды. На свадьбе и в лесу. Я хочу знать почему. Он молчал. Камин потрескивал. Где-то за стеной — тишина, впервые за много ночей не было криков. — Потому что, — сказал он наконец, — ты не боишься меня по-настоящему. Ты боишься за меня. Это… редкость. Я не знала, что ответить. Он был прав. Я боялась не его — я боялась за него. Это открытие пришло ко мне где-то между лесом и его кроватью, между чёрной кровью и остановившимся пульсом. — Можно? — спросила я, протягивая руку к вороту его рубашки. Он напрягся. — Что ты хочешь сделать? — Увидеть. Проклятие. Я должна знать, с чем мы имеем дело. Он помедлил. Потом кивнул. Я расстегнула пуговицы. Осторожно развела края рубашки. И замерла. Вся грудь Кайрана была покрыта шрамами. Не обычными — чёрными, впалыми, будто кто-то выжег на коже древние руны. Они пульсировали — медленно, в такт сердцу. От шеи до самого низа живота. А в центре, прямо над сердцем — червоточина. Отверстие, в котором клубилась тьма. — Что это? — прошептала я. — Проклятие, — ответил он. — Древнее. Сильнее меня. Оно растёт. Каждый год — больше. Чешуя, которую ты видишь на лице, на руках — это попытка тела защититься. Но проклятие внутри. И оно пожирает меня заживо. — Семьсот лет? — спросила я. Он кивнул. — Я родился человеком. Оборотнем. В семьсот первом году меня прокляли. Превратили в дракона. И сказали, что я буду жить, пока не умрёт последний из рода проклинавших. Но их род бессмертен. Как

Закладка:

Глава 12

Кайран встал на ноги через пять дней. Рана затянулась, оставив на руке длинный розовый шрам — единственное напоминание о том, что он едва не умер. Чешуя исчезла с лица, вернув ему почти человеческий облик. Но по ночам я видела, как она проступает снова — на плечах, на шее, когда он думал, что я сплю. Я не спала. Я смотрела на него и вспоминала тот поцелуй. Мы не говорили о нём. Ни разу. Кайран был вежлив, отстранён, почти холоден. Он благодарил меня за заботу, но держался на расстоянии вытянутой руки. И я не знала — боялся ли он, или стыдился, или сожалел. А может, ему было всё равно. Через неделю после охоты во дворец начали съезжаться гости. — Ежегодный бал масок, — объяснила Эльза, распаковывая очередное платье — на этот раз алое, с золотым шитьём и маской из чёрных перьев в комплекте. — Все лорды и леди королевства собираются во дворце. Король показывает свою силу и богатство. А также — новую королеву. — Меня? — Вас, ваше величество. Впервые за три года бал состоится. После смерти королевы Элинор король

Закладка:

Закладка:

Глава 13

Темнота была живой. Она дышала, двигалась, обволакивала меня, как вода. Я стояла посреди комнаты, сжимая в одной руке кинжал, другой — нащупывая стену. Пальцы скользили по холодному камню, искали дверь — но дверь исчезла. Будто её никогда не было. — Не бойтесь, — голос Дамиана раздался отовсюду. — Я не причиню вам вреда. — Тогда зажгите свет, — ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. Щелчок пальцев. Голубоватое сияние разлилось по комнате — не такое, как прежде, а более яркое, живое. Дамиан стоял у окна, заложив руки за спину. На его лице не было улыбки. Только сосредоточенность — и что-то похожее на усталость. — Садитесь, ваше величество, — он указал на стул у стола. — Нам нужно поговорить. — Я предпочту стоять. — Как хотите. — Он пожал плечами. — Но разговор будет долгим. И вы должны выслушать меня до конца. — Я ничему не верю из того, что вы говорите. — Вот и правильно, — неожиданно согласился он. — Не верьте. Но выслушайте. А потом решайте сами. Он подошёл к столу, взял стопку бумаг — те самые, что показывал мне перед тем, как погас свет. Перебрал их, выбрал одну, пожелтевшую, с неровными краями. — Это письмо Элинор. Настоящее. Не дневник, который вы нашли. Дневник она вела для отвода глаз. А это — писала в последнюю ночь. — Почему вы не отдали его королю? — Потому что король не поверил бы. Или поверил — и убил бы меня. — Дамиан положил письмо на стол, пододвинул ко мне. — Прочитайте. Я не двинулась. — Прочитайте, — повторил он тише. — Я не враг вам, Ариана. Как бы вы ни думали иначе. Я взяла письмо. Бумага была тонкой, почти прозрачной. Почерк — тот же, что в дневнике, но более ровный, спокойный. Словно Элинор писала его не в страхе, а в решимости. «Тот, кто найдёт это письмо — знай: Дамиан не убийца. Он пытался меня спасти. Но было поздно. Проклятие уже вошло в мою кровь. Король не знает, что его сила убивает всех, кто к нему приближается. Не по злой воле — по природе проклятия. Дамиан хотел найти способ остановить это. Он рисковал собой. Не верьте слухам. Верьте только фактам. И берегите следующую — ту, кто придёт после меня. — Элинор.» Я перечитала дважды. Трижды. — Это подделка, — сказала я, кладя письмо на стол. — Это не подделка, — ответил Дамиан. — Вы можете сравнить почерк с дневником. Те же завитушки, тот же наклон. — Вы могли скопировать. — Мог, — согласился он. — Но зачем? Если бы я хотел вас убить, вы были бы мертвы ещё в день свадьбы. Та стрела? Я мог бы направить её точнее. Но я не хочу вашей смерти. Я хочу снять проклятие. — Зачем вам это? — Потому что я служу короне, — он посмотрел мне прямо в глаза. — И потому что Элинор была моей кузиной. Я любил её. И не смог спасти. Но вас — смогу. Если вы позволите. Я молчала. В голове шумело. Письмо, дневник, слова Кайрана, слова Дамиана — всё смешалось в один клубок лжи и правды. — Вы сказали, что король использует меня. Что ему нужна моя кровь. — Да. И это правда. — Зачем? Дамиан сел на край стола, скрестил руки. — Проклятие можно снять двумя способами. Первый — кровь того, кто его создал. Но та женщина умерла семьсот лет назад. Второй — кровь её потомка. Ваша кровь, Ариана. Вы — последняя из рода Ашворт. — Моя мать была Ашворт. — Ваша мать была Ашворт, и она погибла, пытаясь снять проклятие. Король не убивал её — но его проклятие убило. Оно делает всех, кто рядом, уязвимыми для несчастных случаев, болезней, нападений. Чем дольше вы рядом с ним — тем слабее ваша защита. — А вы? Вы рядом с ним годами. Почему вы живы? — Потому что я ношу амулет, — Дамиан расстегнул ворот рубашки, показал тонкую цепочку с чёрным камнем. — Он защищает от влияния проклятия.

Закладка:

Закладка:

Глава 14

Бал закончился в полночь. Гостей разогнали по покоям, слуги заливали вином пятна крови на мраморном полу. Тело девушки в золотой маске так и не нашли — исчезло, будто его никогда не было. Только золотая маска осталась лежать у колонны, и стража унесла её в неизвестном направлении. Кайран привёл меня в свои покои. Не в те, где я спала — в его личные, куда я не заходила ни разу с тех пор, как он лежал там раненым. Здесь было темно и холодно. Камин не горел. Только луна светила в высокое окно, выходящее на горы. — Садись, — сказал он, указав на кресло у окна. Я села. Шкатулку с записями матери поставила рядом, на пол. Кайран опустился напротив — на подоконник, поджав одну ногу под себя. В лунном свете его лицо казалось вырезанным из кости — белым, острым, с тенями под глазами. — Ты должна знать правду, — сказал он. — Всю. Сначала. Без недомолвок. — Я слушаю. Он посмотрел на свои руки. Когти блеснули в лунном свете. — Семьсот двадцать три года назад я был человеком. Молодым. Глупым. И безумно влюблённым. Я молчала. Он говорил тихо, словно рассказывал сказку — не свою, чужую. — Её звали Моргана. Моргана Ашворт. Красивая, умная, опасная. Она была жрицей древнего культа, поклонялась силам, которых я не понимал. Мы встретились на ярмарке в столице. Я был простым рыцарем без земель и титула. Она — дочерью могущественного лорда. Но она выбрала меня. Или я выбрал её. — Вы любили её? — До безумия. До готовности отдать жизнь. — Он усмехнулся горько. — И отдал. Только не так, как планировал. Он замолчал. Я ждала. — Однажды она пришла ко мне и сказала: «Кайран, я могу сделать тебя бессмертным. Сильным. Непобедимым. Ты станешь королём, драконом, легендой. Но за это придётся заплатить». Я спросил — чем. Она ответила: «Своей человечностью и своей свободой». — И вы согласились? — Я был молод и глуп. — Он поднял на меня глаза. — Я согласился. Она провела ритуал. Влила мне в кровь драконью сущность, связала с древним зверем, который спал в горах. Я стал драконом. Первым из людей, кто смог обращаться. Но ритуал был неполным. Или Моргана обманула меня. Вместо дара она наложила проклятие. — Какое? — Я не могу умереть, пока жив хотя бы один из её потомков. А её род бессмертен. Они передают проклятие по крови. Каждое поколение Ашворт продлевает мою жизнь — и мои страдания. — Поэтому вы женитесь на Ашворт? — спросила я. — Чтобы приблизиться к ним? — Чтобы попытаться снять проклятие. — Он провёл рукой по лицу. — Я думал, что если свяжу себя браком с потомком проклинающей, то проклятие ослабнет. Или я смогу его контролировать. Но каждый раз… каждый раз моя жена умирала. И я не знал почему. — А теперь знаете? — Теперь — да. — Он посмотрел на меня пронзительно. — Проклятие не выносит близости с кровью Ашворт. Оно пожирает её. Медленно. Болезненно. Но не сразу. Элинор прожила семь месяцев. Рейна — четыре. Лианна — шесть. Серена — два года. Мирелла — три года. Чем дольше жена рядом — тем больше она страдает. И тем быстрее растёт проклятие во мне. — То есть вы убили их? — Нет. — Он сжал кулаки так, что когти впились в ладони. — Их убила моя кровь. Моё проклятие. Оно не даёт мне любить. Оно отравляет всех, кто ко мне приближается. Я смотрела на него. На его искажённое болью лицо. На чёрные вены, пульсирующие на шее. — А я? — спросила я. — Я тоже умру? Он молчал так долго, что я уже знала ответ. — Да, — сказал он наконец. — Если мы не найдём способ снять проклятие. Или если ты не уйдёшь. — Ты отпустишь меня? — Если ты захочешь — да. — Он поднял голову. — Я найму корабль, отправлю тебя на юг, в земли, где никогда не было драконов. Там проклятие не достанет тебя. Ты будешь жить долго. Счастливо. Свободно. — А ты? — Я останусь здесь. Буду искать дальше. Или умру в горах один. Я встала. — Нет, — сказала я. — Что? — Я не уйду. Он смотрел на меня, не веря. — Ты не понимаешь, Ариана. Если ты останешься — проклятие убьёт тебя. Как убило всех до тебя. Я не хочу ещё одной

Закладка:

Закладка:

Глава 15

Следующие три дня я почти не спала. Я читала мамин дневник — страницу за страницей, строчку за строчкой. В нём было всё: история проклятия, описание ритуалов, имена жён Кайрана, имена тех, кто их убил. Имена, которые заставляли кровь стыть в жилах. Герцог Норвудский. Лорд Харгрейв — мой опекун. И Дамиан. Мама не была уверена в его вине. Она писала: «Дамиан то ли союзник, то ли враг. Я не могу понять. Он помогает, но в его помощи всегда есть что-то… лишнее. Будто он играет в свою игру». Я закрыла дневник и спрятала его под матрас — туда, где раньше лежал дневник Элинор. Теперь он был в безопасности. Или нет? Если Дамиан украл один дневник, что мешает ему украсть второй? Но Кайран поставил охрану у моей двери. Двух стражников. Начальник стражи лично проверял коридоры. Я была под защитой. Или под надзором. Я не знала. На четвёртый день после бала я проснулась от того, что не могла дышать. Лёгкие горели, будто я вдохнула пламя. Сердце колотилось где-то в горле, пульс был неровным, скачущим. Я села на кровати, схватившись за грудь, и поняла: это не моя боль. Это боль Кайрана. Я накинула халат и побежала в его покои, не чувствуя ног. Стража у моей двери крикнула что-то вслед, но я не слышала. Я слышала только сердце — чужое, больное, умирающее. Кайран лежал на кровати, скрючившись, прижимая руки к груди. Его лицо было белым, на губах — кровь. Чешуя покрыла всё тело, глаза горели золотым огнём, но в них не было силы — только боль. — Что с ним? — спросила я у лекаря, который уже был там. — Проклятие, — ответил старик, не поднимая головы. — Оно активизировалось. Я не знаю почему. Возможно, из-за близости полнолуния. — Он умрёт? — Если мы не остановим приступ — да. Я оттолкнула лекаря и села на край кровати. Взяла руку Кайрана — горячую, почти обжигающую. Пульс был таким же неровным, как у меня. — Ты слышишь меня? — спросила я. — Ты не умрёшь. Слышишь? Он открыл глаза. Золотые, мутные. — Ариана… — прошептал он. — Уходи… Опасно… — Мне плевать. Я легла рядом с ним, прижалась к его груди — туда, где под чешуёй и шрамами билось его сердце. Моё сердце билось в такт. — Что ты делаешь? — спросил он слабо. — Делю боль, — ответила я. — Если проклятие убивает нас обоих, пусть убивает вместе. Я закрыла глаза и представила, что наша кровь течёт в одном русле. Что наши сердца бьются как одно. Что наши души сплетены в узел, который нельзя разорвать. И произошло чудо. Боль начала уходить. Сначала моя, потом — его. Я чувствовала, как пульс выравнивается, как жар спадает, как чешуя медленно исчезает с его тела. Кайран открыл глаза — уже человеческие, серые, полные изумления. — Что ты сделала? — спросил он. — Не знаю, — честно ответила я. — Я просто… не хотела тебя терять. Он поднял руку и коснулся моей щеки. Когти исчезли — пальцы были обычными, тёплыми. — Связь, — сказал он. — Ты её усилила. Теперь наши жизни переплетены ещё крепче. — Это плохо? — Это опасно. — Он сел, опираясь на подушки. — Если один из нас умрёт — второй умрёт мгновенно. Не через минуту, не через час. Мгновенно. Сердце остановится у обоих в один миг. Я посмотрела на него. — Значит, нам нельзя умирать. — Нельзя, — согласился он. Лекарь, который всё это время стоял в углу, бледный как полотно, шагнул вперёд. — Ваше величество, — сказал он Кайрану, — я никогда не видел ничего подобного. Обычно проклятие не терпит чужого присутствия. Но королева… она буквально впитала часть вашей боли. — Это кровь Ашворт, — ответил Кайран. — Она не чужая проклятию. Она его часть. — Тогда вам нужно быть осторожными, — сказал лекарь. — Любая рана, любая болезнь одного из вас немедленно отразится на втором. Вы теперь не муж и жена. Вы — одно существо, разделённое на два тела. Он поклонился и вышел. Мы остались вдвоём. Я всё ещё лежала рядом с Кайраном, его рука всё ещё касалась моей щеки. — Теперь ты понимаешь? — спросил он. — Почему я не хотел, чтобы ты приближалась? — Понимаю. — Я повернула голову и поцеловала его ладонь. — Но я всё равно здесь. — Глупая, — сказал он, но в голосе была нежность. — Умная, — поправила я. — Я сделала свой выбор. Я не хочу быть свободной — я хочу быть с тобой. Даже если это убьёт

Закладка:

Закладка:

Глава 16

Дамиан говорил правду. Или ту её часть, которую решил открыть. После его рассказа мы заперлись в архиве — настоящем, не том, что разгромили неизвестные. Кайран знал о существовании второго хранилища: подземного, скрытого магией, куда не ступала нога ни одного заговорщика. — Сюда ведёт только мой ключ, — сказал он, доставая из-под рубашки амулет в виде драконьего когтя. — И ключ твоей крови. — Моей крови? — переспросила я. — Дверь открывается только потомкам Ашворт, — пояснил он. — Это сделано намеренно. Чтобы никто, кроме тех, кто создал проклятие, не мог проникнуть в тайны ордена. Мы спустились по винтовой лестнице, которую я не замечала раньше — она начиналась за потайной панелью в библиотеке, в самом дальнем углу, где пахло плесенью и забытыми манускриптами. Ключ-амулет засветился голубым, когда Кайран коснулся им стены. Каменная плита бесшумно отъехала в сторону. — Иди первая, — сказал он. — Твоя кровь нужна, чтобы пройти. Я шагнула в проход. В воздухе запахло озоном — как перед грозой. Невидимая волна прошлась по моему телу, от макушки до пят, и замерла. Позади щёлкнул замок. — Впустила, — сказал Кайран, следуя за мной. — Значит, ты действительно последняя. Архив оказался небольшим круглым залом. Стены от пола до потолка были уставлены свитками, книгами в кожаных переплётах, шкатулками и странными предметами — амулетами, зеркалами, засушенными цветами в стеклянных колбах. В центре зала стоял каменный алтарь, испещрённый рунами, которые слабо светились в темноте. — Что это? — спросила я, касаясь алтаря пальцами. Камень был тёплым. — Место силы, — ответил Кайран. — Здесь твоя прародительница проводила ритуалы. Здесь же она прокляла меня. Я отдернула руку. — Не бойся, — сказал он. — Алтарь не активен. Для ритуала нужна кровь и полнолуние. — А сейчас не полнолуние. — Нет. Сейчас мы просто ищем. Мы разошлись по разным сторонам зала. Я взяла первую попавшуюся книгу — «История ордена Ашворт. Том I». Открыла на первой странице. «Орден основан в 487 году Верховной жрицей Морганой Ашворт. Цель ордена — хранение древних знаний, контроль над магическими тварями и защита границ от сил тьмы. В 701 году Моргана Ашворт провела ритуал превращения человека в дракона, создав первого оборотня. После этого орден раскололся. Часть членов поддержала Моргану, часть — выступила против.» — Кайран, — позвала я. — Посмотри. Он подошёл, прочитал. — Это я знал. Листай дальше. Я перевернула несколько страниц. «В 702 году Моргана Ашворт была объявлена предательницей. Орден лишил её сана, но не смог убить — она скрылась в горах, в пещере Драконьего Зуба. Её потомки продолжили род. Последняя известная носительница крови — Серена Ашворт, родилась в 1200 году.» Серена. Моя мать. Я пробежала глазами дальше. «Серена Ашворт вступила в орден в 1218 году. В 1220 году она вышла замуж за лорда Элиана Вейла, не члена ордена. В 1223 году родила дочь Ариану. В 1231 году Серена была убита при невыясненных обстоятельствах. Орден подозревает причастность лорда Харгрейва и герцога Норвудского. Расследование не завершено.» Причастность Харгрейва. Моего опекуна. Того, кто продал меня королю. Я не удивилась. Всё сходилось. — Здесь есть список членов ордена, — сказал Кайран, подавая мне другой свиток. — Посмотри. Я взяла свиток. Длинный пергамент, исписанный мелким почерком. Имена. Десятки имён. Моргана Ашворт. Элинор Ашворт. Серена Ашворт. Дамиан Эшкрофт. — Дамиан? — переспросила я. — Он член ордена? — Был, — ответил Кайран. — Исключён за пять лет до смерти твоей матери. За что — не указано. Я читала дальше. Имена мелькали, незнакомые, чужие. И вдруг — знакомое. Лорд Харгрейв. — Он тоже? — я подняла глаза на Кайрана. — Твой опекун — член ордена. Более того, он один из старейшин. Именно поэтому ему доверили твоё воспитание после смерти матери. Орден хотел держать тебя под контролем. — И продать меня тебе? — Это была идея герцога. — Кайран помрачнел. — Они хотели, чтобы ты стала моей женой, но не сняла проклятие, а усилила его. Твоя смерть должна была привязать меня к драконьей форме навсегда. — Почему? — Потому что дракон — оружие. А человек — слаб. Им выгодно, чтобы я оставался зверем, которого они могут контролировать через проклятие. Я положила свиток на алтарь. Руки дрожали. — Значит, моя мать знала это. И пыталась помешать. — Да. Она хотела снять проклятие, чтобы я стал человеком. Чтобы я перестал быть их марионеткой. — И её убили за это. — Да. Я закрыла глаза. Передо мной встало лицо матери — тёплое, улыбающееся, с ямочками на щеках. Она пекла пироги. Расчёсывала мои волосы. Прятала от меня правду, чтобы защитить. И умерла. — Я сниму проклятие, — сказала я, открывая глаза. — Клянусь. Кайран взял меня за руку. — Мы снимем. Вместе. В дальнем углу архива я нашла шкатулку, на которой было вырезано моё имя. «Ариана Вейл. Вскрыть после смерти матери.» Я открыла дрожащими руками. Внутри лежали письма. Десятки писем. Все от матери. Все — мне. Я взяла верхнее, развернула. «Моя дорогая Ариана. Если ты читаешь это — значит, меня убили. Не ищи убийц сразу. Сначала узнай правду. Иди в архив, найди имя матери среди членов ордена. Оно есть. Ищи под именем Серена Ашворт. Там будет пометка — "Верховная жрица". Знай, что я была не просто матерью. Я была хранительницей тайны. Тайны, которая может спасти или уничтожить тебя.» Я перебрала письма. Каждое было пронумеровано. Первое — о детстве. Второе — о моём отце. Третье — о проклятии. Четвёртое — о любви. Пятое — о врагах. «Вот имена тех, кто охотится за тобой. Запомни их. Лорд Харгрейв. Герцог Норвудский. И… Дамиан Эшкрофт. Он не тот, кем кажется. Он двойной агент. Он работает и на орден, и на короля, но на самом деле — только на себя. Не верь ему, дочка. Даже если он будет клясться в преданности.» Я сжала письмо в кулаке. — Что там? — спросил Кайран, подходя. — Мама предупреждала о Дамиане, — ответила я. — Ты был прав. Ему нельзя доверять. Кайран прочитал письмо, и его лицо окаменело. — Я знал. Но не мог доказать. Теперь — можем. Он взял другую шкатулку, с другой полки. — Здесь документы ордена. Списки ритуалов, имена участников, даты. Сейчас полнолуние через две недели. Если мы успеем расшифровать, какой ритуал нужен для снятия проклятия… — Мы успеем, — перебила я. — Должны успеть. Мы работали до вечера. Читали, сравнивали, запоминали. Я перерыла десятки книг, сотни свитков. Кайран расшифровывал древние руны, которые я не понимала. К закату я нашла то, что искала. В книге «Кровь и пламя: ритуалы древнего

Закладка:

Глава 17

Осада длилась уже второй день. Войска герцога Норвудского стояли под стенами дворца, но не штурмовали. Герцог играл в терпение. Он знал, что внутри скоро начнётся голод, что слуги взбунтуются, что король не выдержит и выйдет на битву один — как дракон, уязвимый и бешеный. Кайран не выходил. Он сидел в тронном зале с военачальниками, строил планы обороны, проверял запасы провизии. Я была рядом. Я чувствовала его напряжение — проклятие пульсировало в моей крови, отражая его боль и усталость. — Тебе нужно отдохнуть, — сказала я вечером, когда советники разошлись. — Некогда, — ответил он, не поднимая головы от карты. — Если ты свалишься от изнеможения, врагу не придётся даже сражаться. Он поднял глаза. Под ними залегли тени. — Ты права. Но я не могу спать. Каждую ночь крики становятся громче. Проклятие чувствует приближение полнолуния. — Тогда ложись рядом со мной. — Я протянула руку. — Я заглушу их. Он посмотрел на мою ладонь, потом в глаза. — Ты не боишься, что проклятие перекинется на тебя сильнее? — Оно уже во мне. — Я улыбнулась. — Разве ты не чувствуешь? Кайран взял мою руку, поцеловал пальцы. — Чувствую, — сказал он. — С каждым днём всё больше. Твоя боль — моя боль. Моя усталость — твоя. — Тогда позволь мне разделить её. Он встал, и мы пошли в мои покои. Ночь была тёплой. Луна уже начала округляться — до полнолуния оставалось три дня. Мы лежали в постели, не касаясь друг друга, но я чувствовала его тепло. Кайран смотрел в потолок, я — на него. — Расскажи о своих родителях, — попросил он. — Какими они были? Не только мать. Отца. Я удивилась. Он редко спрашивал о моём прошлом. — Отец был молчаливым, — начала я. — Высоким, с большими руками. Он работал в саду — выращивал розы. Мама говорила, что он разговаривает с цветами, поэтому они такие красивые. — Ты похожа на него? — Говорят, что внешностью — в мать, а характером — в отца. Терпеливая. Упрямая. — Я усмехнулась. — Может, поэтому я до сих пор здесь. Не сбежала. — Я рад, что не сбежала. Он повернулся ко мне. В лунном свете его лицо было почти человеческим — чешуя почти не проступала. Только золотистый отблеск в глазах. — Я тоже рада, — сказала я. Мы замолчали. Тишина была не тяжёлой — уютной, словно одеяло, в которое можно закутаться. — Ариана, — позвал он. — Мм? — Я хочу тебя кое-что спросить. — Он помедлил. — Ты веришь, что проклятие можно снять любовью? Как писала твоя мать? — Верю. — Почему? — Потому что я чувствую. — Я коснулась его груди, туда, где под кожей пульсировали чёрные вены. — Когда я рядом с тобой, проклятие успокаивается. Не исчезает, но становится… тише. Будто оно боится. — Или будто оно питается нашими чувствами, — сказал он. — Какими чувствами? — Страхом. Ненавистью. Тревогой. — Он накрыл мою ладонь своей. — Когда ты рядом, я боюсь меньше. Ты даёшь мне покой. Ты не представляешь, как это редко. Я хотела ответить, но в этот момент за стеной раздался крик. Короткий. Женский. Мы замерли. — Это не призрак, — сказал Кайран, садясь. — Это живая. Он вскочил, накинул рубашку. Я тоже встала. — Стой здесь, — приказал он. — Нет. Я иду с тобой. — Ариана… — Мы связаны, — перебила я. — Если ты идёшь — иду я. Он не стал спорить. Мы выбежали в коридор. Крик повторился — теперь из восточного крыла, оттуда, где располагались комнаты для гостей. — Сюда! Мы побежали. Дверь в одну из комнат была приоткрыта. Кайран толкнул её, и мы увидели тело. Девушка. Молодая, с распущенными волосами. Кровь на платье, на полу, на стенах. Глаза открыты, полны ужаса. — Убита, — констатировал Кайран, наклоняясь. — Нож в сердце. Свежее. — Кто она? — Не знаю. Не помню такой среди

Закладка:

Глава 18

После той ночи в архиве что-то изменилось. Я стала замечать то, на что раньше не обращала внимания. Как Кайран смотрит на меня, когда думает, что я не вижу. Как его пальцы задерживаются на моей руке дольше, чем нужно. Как он поправляет прядь волос, упавшую на лицо, — осторожно, будто боится поранить когтями. Он боялся не поранить. Он боялся приблизиться слишком сильно. А я боялась, что он не приблизится вовсе. До полнолуния оставалось два дня. Войска герцога стояли под стенами, но не штурмовали. Кайран сказал, что они ждут сигнала изнутри. Кто-то во дворце должен был открыть ворота в нужный момент. Кто-то из

Закладка:

Закладка:

Глава 19

Утро принесло новые трупы. Трёх советников короля нашли мёртвыми в их постелях. Горло перерезано — одним ударом, профессионально, без единой капли крови на одеялах. Только подушки пропитались алым. — Это послание, — сказал Кайран, стоя над телами. Он был бледен, под глазами залегли тени. — Он убивает тех, кто мог бы помочь нам в расследовании. — Кто именно убит? — спросила я, стараясь не смотреть на застывшие лица. — Лорд Эдгар, советник по налогам. Лорд Морвуд, начальник королевской стражи. И… — Кайран запнулся. — Леди Сильвана, хранительница печатей. — Они были на вашей стороне? — Они были единственными, кто не продался герцогу. — Он сжал кулаки так, что когти впились в ладони. — Теперь у меня не осталось союзников в совете. — Остался я, — раздался голос из-за спины. Дамиан стоял в дверях, такой же бледный, но спокойный. В руке он держал свёрток бумаг. — Я проверил записи. Убийца входил в покои через потайные ходы. Они есть в каждой комнате дворца. Я не знал. — Кто знал о них? — спросил Кайран. — Архитекторы, строившие дворец. Но они умерли сто лет назад. — Дамиан развернул карту. — Однако ходы можно обнаружить, если знать, где искать. Я нашёл три входа: в тронном зале, в библиотеке и в ваших покоях. В моих покоях. Я похолодела. — Значит, убийца мог быть в моей комнате. Пока я спала. — Мог, — подтвердил Дамиан. — Но не был. Или был, но не тронул вас. — Почему? — Потому что вы ему нужны живой. До полнолуния. Кайран подошёл к карте. — Покажи все выходы. Я прикажу замуровать их. — Уже приказал, — ответил Дамиан. — Стражники работают. Но боюсь, это не остановит убийцу. Если он знает ходы, он знает и другие секреты дворца. — Например? — Например, слабые места в обороне. — Дамиан развернул другую карту — план крепостных стен. — Здесь, в восточной башне, кладка повреждена. Один удар тарана — и стена рухнет. — Почему я не знал об этом? — голос Кайрана стал холодным. — Потому что лорд Морвуд скрывал отчёт. Он получал золото от герцога, чтобы держать рот на замке. — Морвуд мёртв, — сказала я. — Убийца убрал свидетеля. — Или сообщника, — добавил Дамиан. — Возможно, заговорщики убивают своих, чтобы замести следы. Кайран посмотрел на меня. — Мы должны собрать всех, кому ещё можно доверять. Составить список. — Я уже составил, — Дамиан протянул лист. — Пять имён. Начальник кухни, конюх, главный садовник, старый оружейник и… — он помедлил. — ваша служанка, ваше величество. — У меня нет служанки. Эльза мертва. — Новая. Её прислали вчера из города. Девушка по имени Лира. Я нахмурилась. — Я не видела никакой Лиры. — Она ждёт в ваших покоях. С разрешения короля. Кайран кивнул. — Я приказал найти замену. Ты не можешь оставаться без прислуги. — Могу. — Не можешь, — отрезал он. — Во время осады королева не должна одеваться сама. Это вопрос статуса. Я хотела возразить, но промолчала. Он был прав. И всё же новое лицо в такое время… это риск. — Я проверю её, — сказал Дамиан, перехватив мой взгляд. — Если она шпионка — я узнаю. — Как? — У меня есть способы. Мы разошлись. Дамиан отправился проверять новую служанку, Кайран — на стены, проверять оборону. Я осталась одна в коридоре, глядя на тела советников, которые уносили слуги. Пять имён. Пять человек, которым можно доверять. Начальник кухни — старик, который кормил Кайрана ещё ребёнком. Конюх — немой, но преданный. Садовник — тот самый, что выращивал лилии для предыдущих королев. Оружейник — выковавший меч самого Кайрана. И Лира. Неизвестная девушка, появившаяся из ниоткуда. Я решила проверить её сама. Мои покои встретили меня теплом и светом. Камин горел, свечи мерцали, на столе стоял поднос с едой. И у окна, спиной ко мне, стояла девушка. — Лира? — позвала я. Она обернулась. Молодая. Моих лет. Русые волосы, серые глаза, веснушки на носу. Простое платье, белый передник. Она не была красивой — была… обычной. Таких не запоминают. — Ваше величество, — она присела в реверансе. — Я ваша новая служанка. Простите, что не встретила вас раньше — я разжигала камин. — Кто тебя прислал? — Лорд Дамиан. Он сказал, что нужна надёжная девушка. Я служу во дворце три года, но раньше работала в прачечной. — Почему тебя перевели? — Потому что я не боюсь призраков, — ответила она, глядя прямо. — А в этой комнате они есть. Я слышала. Я удивилась. — Ты слышишь крики? — И голоса. И шаги за стеной. — Она пожала плечами. — Я росла на кладбище. Мой отец был могильщиком. Я привыкла к мёртвым. Необычная служанка. Непохожая на других. — Что ты знаешь о предыдущих королевах? — спросила я. — Достаточно, чтобы не бояться. — Она поправила подушку на кровати. — Их убили не призраки. Их убили люди. Такие же, как мы. — Откуда ты знаешь? — Видела. — Она подняла на меня глаза. — Восемь месяцев назад, в ночь смерти королевы Элинор, я стирала простыни в подвале. И видела, как из западной башни вышел человек. В чёрном плаще. С ножом. Я запомнила его походку. Он хромал на левую ногу. У меня перехватило дыхание. — Ты сказала кому-нибудь? — Нет. Побоялась, что убьют. — А теперь не боишься? — Теперь боюсь больше, — призналась она. — Но вы — моя королева. И я должна вам служить. — Зачем ты мне это рассказываешь? — Потому что тот человек во дворце. Я видела его вчера. Он прошёл мимо

Закладка:

Глава 20

Закладка:

Глава 21

Утром меня арестовали. Дамиан пришёл с двумя стражниками, и его лицо было холоднее камня. — Ваше величество, — сказал он, — вы обвиняетесь в организации покушения на короля. Я не поверила своим ушам. — Что? Это безумие. — Арбалет, из которого стреляли, найден в ваших покоях. Под вашей кроватью. — Меня подставили. — Служанка Лира, которая помогла вам переодеться перед ритуалом, исчезла. — Я не знаю, где она. — И ещё… — Дамиан помедлил. — Король сказал, что во время выстрела он почувствовал вашу руку на своей спине. Будто вы толкнули его под болт. У меня перехватило дыхание. — Он так сказал? Кайран? — Он был в бреду. Лекари дали ему снотворное. Но слова записаны. — Он не мог так подумать. Он знает меня. — Знает ли? — Дамиан посмотрел мне в глаза. — Вы здесь всего три недели. А он пережил смерть пятерых жён. Паранойя — его второе имя. — Я не предатель. — Суд решит. Меня увели. Суд состоялся в полдень. Тронный зал был заполнен до отказа. Все те, кто ещё неделю назад кланялся мне, теперь смотрели с ненавистью и страхом. Кайран сидел на возвышении, бледный, с перевязанным плечом. Его глаза были пустыми. Он не смотрел на меня. Сердце разрывалось на части. — Королева Ариана, — начал судья. — Вы обвиняетесь в покушении на жизнь короля. Как вы отвечаете? — Невиновна, — сказала я твёрдо. Свидетели давали показания один за другим. Стражи, слуги, советники. Каждый добавлял новую деталь — ложную, подстроенную. Ключи от арсенала хранились у вас. Служанка Лира — ваша ставленница. Вы не хотели ритуала, вы хотели смерти короля. Я слушала и не верила. Это был спектакль. Кто-то написал сценарий, и все играли свои роли. Кайран молчал. Когда пришло его слово, я подняла глаза. — Ваше величество, — обратился к нему судья. — Вы утверждали, что чувствовали руку королевы на своей спине в момент выстрела? Кайран помедлил. — Я был в бреду, — сказал он. — Я не уверен. — Но вы не исключаете такой возможности? Он не ответил. А я поняла: он сомневается. Проклятие, боль, страх — всё это отравляло его разум. И наш враг умело пользовался этим. — Я не толкала его, — сказала я, вставая. — Я любила его. Я люблю его сейчас. И я докажу это. — Как? — усмехнулся судья. — Найду настоящего убийцу. — У вас нет времени. Приговор будет вынесен сегодня вечером. — Тогда позвольте мне до вечера искать. Судья посоветовался с советниками. — Вы получите один час. Один час. Я выбежала из зала.

Глава 22

Один час — это ничто. Я обыскала свои покои — ничего. Комнату Лиры — пусто. Арсенал — заперт, ключи у начальника стражи, который отказался их дать. Я шла по коридорам, и время таяло, как снег на ладони. И тогда я вспомнила о тайной комнате Дамиана. Той самой, где он показывал мне письма матери. Где хранил документы ордена. Если где-то и были доказательства моего заговора — или, наоборот, моего оправдания, — то только там. Я добежала до западной башни. Дверь была приоткрыта. Я вошла. Внутри царил хаос. Сундуки разбиты, свитки разбросаны. Кто-то обыскивал комнату до меня. Но я заметила то, чего не заметил бы чужой: щель в полу, прикрытая ковром. Я отодвинула ковёр, нажала на доску. Она поднялась. В тайнике лежала шкатулка. Моя — та самая, с мамиными письмами, которую я оставила здесь на хранение. Я открыла дрожащими руками. Внутри — дневник. Не мамин. Дневник Дамиана. Я пробежала страницы. Здесь были имена, даты, отчёты о встречах с заговорщиками. И одно имя — убийцы. Настоящего убийцы. Того, кто стрелял в короля. Того, кто убил Элинор и остальных. Того, кто подставил меня. Я прочитала и похолодела. Это был человек, которому я доверяла. Который был рядом всё это время. Но доказательств было недостаточно. Нужно было показать дневник суду. И Кайрану. Я выбежала из комнаты. В коридоре меня встретили стражники. — Ваше величество, — сказал начальник стражи. — Час истёк. Суд ждёт. — Я нашла доказательства, — сказала

Закладка:

Спасибо, что дочитали первую книгу до конца! Если вам кажется, что самое страшное уже позади, Ариана бы с вами не согласилась. Она ещё не знает, кому можно доверять. Не знает, кто на самом деле виновен в гибели её семьи. И даже не подозревает, что её собственная кровь хранит тайну древнего проклятия. Все ответы ждут вас во второй книге — «Королева проклятого короля». Увидимся совсем скоро.

Ваша Виктория Рейн