Неприятная истина

Глава 1

Было раннее утро, колеса яростно шумели. В автобусе помимо многочисленных туристов сидели трое ребят-студентов, что решили отправиться в недельный поход в горы Ирландии.

Впереди сидел Боб – спортивный парень с короткой стрижкой. Совсем недавно он отслужил в армии и теперь стал снова свободен.

За ним сидел его друг, Карим. Кончики его волос нежно касались щёк, летая около круглых очков. Парень читал старую книгу, явно из родительской библиотеки, это был какой-то неизвестный роман с очень сложным названием, которое тяжело запомнить. Ничего необычного для студента филфака.

На соседнем кресле, у окна, сидела милая девушка японской внешности. Её звали Хана Юме. Она слушала свою любимую музыку в больших наушниках и размышляла о чем-то, смотря в окно.

Автобус сделал рывок, а потом резко остановился. Все стали выходить медленно, неторопливо, как, впрочем, всегда в горах.

Ребята тоже встали и спустились по неудобной лестнице. Перед ними оказалась огромная карта с маршрутом, а рядом визит-центр.

–Нам туда! – указала на него Хана.

Регистрация на четвертый маршрут прошла довольно быстро. В том же помещении был ещё киоск с милыми местными сувенирами. Девушка так засмотрелась на них, что не заметила, как все остальные вышли оттуда.

Двери открылись. Боб зашёл внутрь.

–Эй, Хана! Чего ты тут застряла? Пойдём! – Он тронул её за руку, девушка тут же её отдернула. – Почему она холодная?

– Ты знаешь.

Он скривил брови

– Так надо, – сказала она, считая, что причина слишком очевидна.

– Тогда пойдём, Карим уже нас ждёт.

Студент, и правда, ждал друзей, все еще не переставая читать.

Хана откашлялась, подошла к нему со спины и попыталась напугать: «Бу!»

Парень дернулся. Он был слишком увлечён историей, чтобы что-то заметить.

– Боб, – она выделила его имя голосом. – Рим, пойдёмте, нам сюда. – Девушка указала на четвертый маршрут на огромной карте.

И ребята отправились в путь.

Глава 2

Мы идём, идём под палящим солнцем. Под ногами я чувствую маленькие камни. Приятно.

Вокруг очень красиво. Горы, цветы, горы.

Боб что-то говорит Хане. Я его не слышу, я смотрю только на неё. Она не идёт, она словно порхает, как бабочка. Лёгкая, нежная, весёлая!

Боб поскальзывается, летит носом на камни. Я подбегаю. Подаю ему руку.

Он встаёт без моей помощи.

Хана сильно испугалась.

– Ты как? – спрашивает она.

– Да, ничего. Так, немного щеку разодрал.

– Повезло, – говорю я, и мы идём дальше.

Прошло два часа, мы все ещё поднимаемся в гору. Уже не так жарко. Закат, будто яблочная корзина.

Боб впереди, Хана за ним, я в самом конце.

Она рассказывает нам про японскую философию.

– У нас всего одна жизнь, нужно ценить каждый момент, ведь уже завтра мы можем умереть.

Не понимаю её, к чему это. Я ведь ценю все вокруг. Я рад, что сейчас иду по горе, иду рядом с ней.

Снова шагаем, разговариваем о чем-то.

Хана резко остановилась, у неё сильно сбилось дыхание. Боб не обращает на это внимание.

Я останавливаюсь рядом.

Она начинает сильно кашлять. И снова, и снова. Я достаю из рюкзака бутылку воды и протягиваю ей.

– Что случилось?

–Ничего. Просто устала. Давай сделаем привал, – отмахнулась Хана.

Боб уже ушёл далеко.

– Эй!!! Кхм, кхм, Боб! – кричит она.

Он разворачивается. Подходит ближе, спрашивает немного гневно.

– Что случилось? Почему мы не идём дальше? – Его глаза смотрят прямо мне в душу. Неприятно, но я молчу, жду пока ответит Хана.

Она повторяет свою просьбу.

– Ладно, – отвечает он.

Мы немного отходим от тропинки. Ура, наконец находим плоское место, где можно расположиться.

Решаем развести костёр. Боб уходит за дровами.

Мы остаёмся вдвоём. Я снова смотрю на нее, на её глаза, волосы. Надеюсь, со стороны это выглядит нормально.

А Хана, она любуется красивым видом: огромные валуны, склоны других гор.

– Карим, смотри, этот камень похож на закрытую книгу, – она выдернула меня из мыслей.

–А, да, – отвечаю я.

Вижу, Боб возвращается с огромной охапкой дров. Интересно, ему не тяжело? Думаю, нет, он ведь спортсмен.

– Ты вернулся! Тебя долго не было, – Хана сразу заулыбалась ещё сильнее.

– Представляете, на меня чуть не упала вот такущая

ветка! –Он широко развёл руки, примерно на полтора метра.

– Кошмар!

– Я в последнюю секунду успел уклониться! Ещё чуть-чуть, и я бы тут не стоял.

Хана выпучила глаза.

– Господи, бедный! – ей стало его жалко. Думаю, она все ещё его любит...

– Повезло тебе, – говорю я.

Темнеет. Становится холодно. Я открываю рюкзак, чтобы достать мой любимый тёплый свитер. Он достался мне от бабушки, она связала его на моё восемнадцатилетние.

Хана подходит. Она выглядит немного бледной.

– Рим, давай достанем палатки. Я уже хочу лечь спать.

– Хорошо. Тогда скажи об этом Бобу, – говорю я.

Хана теряется в лице.

– Он сказал, делайте, что хотите.

Кажется, её не устроил такой ответ, она сочла его слишком грубым.

Ну, что ж, это Боб. Что мы от него хотим. Зачем она его позвала?.. Хотя думаю, что все таки не просто так.

Раньше они были парой, а теперь просто друзья. Не знаю из-за чего они расстались, но Хана его не бросала. Это был он.

Через полчаса палатка была готова. Хана легла первая, я пришёл чуть позже. Боб так и остался на улице.

Ночь, меня будит её кашель. Я не открываю глаза, думаю это быстро пройдёт. Но нет. Через три минуты ничего не изменилось. Хана продолжает кашлять, так будто подавилась огромной птицей.

– Все хорошо? – тревожно спрашиваю я.

– Да...Кхм, кхм, кхм.

Я подхожу ближе, приподнимаю её, хлопаю по спине. Ей становиться лучше.

Я открываю глаза. Передо мной стоит Боб, нависая своим телом.

– Проснулся? Вставай, нужно идти, – говорит он.

Я не понимаю, зачем нам торопиться.

Заходит Хана, она улыбается, но в её глазах я читаю страх. Что происходит?

Я привстал.

– Хана, что случилось ночью? Сейчас все хорошо?

Боб посмотрел на неё с недоумевающим видом.

– Я ему не говорила... – шепчет она ему, но я все слышу.

Они оба выходят. Через время я, одетый, тоже покидаю палатку.

Мы собираем наш небольшой лагерь и двигаемся дальше.

Тепло, хорошо. Мы идём мимо бурной реки, рядом с валунами.

Боб идёт по камням. Мы с Ханой по тропинке.

Вдруг он оступается...

Летит вниз...

Секунда, две. Вот его ноги уже несёт течение.

Мы бежим за рекой.

Я падаю на коленки.

Больно! Но его все ещё несёт река. Я с ободранными ногами и руками вскакиваю и с усилием бегу.

– Боб, пожалуйста, держись! – кричит Хана.

Он пытается ухватится за глыбы. Не получается.

Хана протягивает ему руку. Касается его кончиком пальца... Но все безуспешно, его снова уносит река.

Последнее, что он успевает выкрикнуть – протяжное «А-а-а-а».

Мы все ещё бежим за ним, различая лишь заметное пятно вдалеке. Кажется, он больше не двигается.

Мы замедляемся. Я больше не вижу его, Хана тоже. Она продолжает кричать вслед, но все бесполезно.

Мы останавливаемся, Хана подходит ко мне, у нее сбилось дыхание, ей очень страшно. Мне тоже, но я не показываю, только думаю: «Удача его оказалась не вечна...»

Глава 3

Мы решаем вызвать спасателей.

Хана звонит по маячку, диктует наше местонахождение. Проходит тридцать минут, мы слышим звук вертолёта. Он пролетает мимо нас, двигается параллельно течению. От нас уже ничего не зависит, остаётся надеяться только на них.

Мы снова стоим. Солнце уже сильно греет мою голову, кажется, кепка слетела с меня, пока я бежал. Нужно будет её найти.

– Может пойдём? – спрашиваю я.

Хана долго думает, она уже ничего не хочет. Ей плохо.

Я не знаю, как её поддержать.

Я все ещё стою за её спиной, не вижу её лица. Страшно, но я решаюсь подойти.

Я смотрю на нее. Хана сдерживается, чтобы не заплакать, но у нее плохо получается. По её щекам текут солёные слезы. Она их не вытирает.

– Пойдём? – снова спрашиваю я.

Хана кивает.

Я беру её за руку и отправляемся в путь.

Перед нашим походом она мне говорила, что мечтает покорить эту вершину. Интересно, она все ещё хочет этого?

Мы снова долго идём. Идём, держась за руки. Мне хорошо, я почти не думаю о Бобе, только о ней.

Я хочу ей признаться... Но боюсь.

Она меня не любит, ей нравится только он.

Я решаю оставить признание на потом.

Только сейчас я замечаю, что её ладонь очень холодная. Пытаюсь игнорировать это.

Через какое-то время понимаю, что она очень странно дышит, еле идёт.

Вот дебил! Почему не задумался об этом раньше?!

– Как ты себя чувствуешь?

Хана пытается выдавить улыбку.

– Давай присядем.

Я начинаю волноваться.

– Конечно.

Я усаживаю её на свою кофту. Вижу, как ей тяжело.

– Голова раскалывается!

Что делать?

Я мысленно перебираю все варианты. Верный приходит ко мне лишь спустя пару минут.

Давай сделаем так: сейчас я достану лекарство, дам тебе, ты полежишь...

– Не могу!

– Ладно, тогда посидишь. А потом снова пойдём.

Она соглашается.

Пока я достаю таблетки, то снова обращаю внимание на её дыхание. Оно все ещё сбитое.

Теперь уже мне страшно...

Вот бы все закончилось хорошо!

Проходит полчаса, мы решаем снова пойти.

Солнце уходит за горизонт. Накрапывает дождь.

Мы идём рядом со старыми руинами. Красиво, но неприятно.

Вдруг Хана радостно вскрикивает.

– Карим! Смотри там Боб, за камнем!!!

Она замирает.

Я его не вижу. Хана теперь тоже.

Странное ощущение.

Ей стало стыдно, он вся сжалась.

Я приобнимаю её.

Мне всегда тяжко, когда мой любимый человек страдает.

А она именно такая для меня.

– Наверное, тебе просто показалось.

Хана кивает.

– Все хорошо. Не переживай.

Не знаю, зачем я это говорю. Мои слова не помогут.

Вспыхивает месяц. Мы решаем сделать привал. Я вновь раскладываю палатку.

Ей становиться ещё хуже. Она уже не может устоять на ногах.

Я отвожу её внутрь, а сам принимаюсь за ужин.

Проходит какое-то время. Еда готова. Я захожу в палатку.

Хана снова кашляет, очень тяжело.

Она заболела.

Я предлагаю ей тушенку, Хана отказывается.

Странно, мы не ели с самого утра.

Я принимаюсь за еду. Вкусно. Тепло.

– Карим, – шепчет она. – Подойди ближе, пожалуйста.

Я киваю, двигаюсь к ней.

Хана протягивает мне бумажку. Я внимательно читаю.

Это причина, по которой ей стало хуже.

– И наконец в моей голове складывается пазл.

Она неизлечимо больна…

Из-за этого она так плохо спала этой ночью...

Из-за этого она так часто просила сделать привал...

Из-за этого у неё такие холодные руки...

Рано или поздно она умрет, и скорее всего – прямо сейчас.

Я хватаю её ладонь. Сжимаю крепко-крепко.

Я понимаю, что это последняя ночь, когда я её вижу.

Мне страшно её потерять...

Моя душа кричит! Я хочу ей сказать о моих чувствах!

Но боюсь...

Не знаю чего. Просто боюсь.

Но, если не сейчас, то когда? Завтра её уже не будет...

Хана чуть приподнимается, нежно целует меня в щеку, падает на подушку и шепчет:

– Прости...

Её веки закрываются, дыхание останавливается...

Ко мне приходит осознание!

Вокруг все время останавливается!

Мои пальцы дрожат...

Все.

Она умерла.

– Хана!!! Стой, пожалуйста! – я судорожно хлопаю её по щекам. – Пожалуйста!!! Нееет!!!

Из моих глаз текут слезы. Мои силы иссякли.

Я повторяю. Тихо, почти не слышно:

– Нет! Пожалуйста! Хана!

Я вижу себя посреди огромной белой комнаты, вокруг никого нет. Пространство все расширяется и расширяется. Я беззвучно кричу, у меня завязан рот. Кто-то грозным голосом говорит: «Ты не успел».

Я снова смотрю на нее. На её бледное лицо.

Я повторяю: «Ты не успел!»

Проходит минута.

– Хана... Я люблю тебя!

Я начинаю рыдать, бить себя.

– Идиот! Идиот!!!

Я не могу больше смотреть на неё. Мне плохо.

Выскакиваю из палатки. Падаю на мокрую землю...