Не всем царями быть

Глава 1

1

Мама души в нём не чаяла, растила и лелеяла, да в какой-то момент сын понял: она хотела девочку, но родился он.

Рядом со сверстниками Мурлев готов был выскочить из тела, только бы стать ровней, поскольку большинство из них – прямые отпрыски министров, чемпионов и пиратов. Сложно сделать выбор, если у тебя нет отца. Мать не хотела рассказывать, кем он был, почему расстались:

– Заруби себе на носу: отца у тебя не было и нет. И не приставай с глупостями, слушай мать!

Скорей всего, будь её воля, он ходил бы в женских обновках… Мурлев стал примерять своё положение. Почти у всех есть отцы, им проще пробивать дорогу наверх. Нашлись двое, выросшие без отцов, но сходиться с ними он не спешил. Там не на что посмотреть. Сам пробью дорогу наверх, вы ещё локти кусать будете!

Закончил все курсы, до каких дотянулся. Выпрямился, огляделся: отношение к нему не изменилось. Его терпели, нагружали снисходительными советами, иногда угощали… Как один из признаков того, что ты не можешь позволить себе многого.

Первым делом Мурлев отказался от подачек. Оказывается – это так просто: не признаваться, что в чём-то нуждаешься. Довольно просто выглядеть самодостаточным, отказывая себе в любимых удовольствиях.

Он давно подумывал съехать от матери, подыскивал жильё. Надоели её фальшивые восторги: жизнь показывала каждым поворотом, что он НИКТО. Равным не получалось быть, у него полно примеров для сравнения. С великими, чьи имена на слуху, знакомые разговаривали иначе. С ним – примерно так: «Ах, Мурлев, давно не виделись. Как успехи?»

Какие у него могли появиться успехи, если достойной зарплаты не имеешь? В их глазах, ты маленький мальчик, которого нужно погладить по головке. Дескать, не грусти, вырастешь – добьёшься всего.

Такое отношение ранило сильнее, чем оказаться на лопатках, при стечении многих свидетелей.

И вот его поиски остановились на пиратах. Их дети прекрасно устраивались, имели хоть какое-то уважение. Да, все знаем, что твои достижения основаны на заслугах отца, но кто-то и этим похвастать не может.

У пиратов свой круг, просочиться посторонний не может, хоть есть удачные примеры. Иного примут в сообщество, да душок прошлого над ними всё равно довлеет.

Мурлев пошёл туда. Секретарь выслушал историю, напустил вид мыслителя. Долго тянул с ответом, который был более, чем очевиден.

– Я попробую помочь, но пока ничего не обещаю. И да, подарков не принимаю, сразу ставлю в известность, чтобы не возникло недоразумений.

Мурлев сидел напротив, как на иголках, несколько раз порывался встать и уйти. Из последних сих принуждал себя не дёргаться, следовал совету знакомого: «Собеседника надо приучить к облику, и постараться, чтобы у него не возникло отторжения. Сумеешь расположить – считай, половина дела сделана».

2

Столичная архитектура перестраивалась фрагментами, жители давно привыкли. Вчера проходил здесь, блин торгового центра привычно зазывал и радовал глаз. Сегодня на его месте торчала Рогатка. Новейшее достижение эпохи развлечений. Мурлев читал на днях: «Устройство способно занести вас на пятое небо, оттуда с парашютом, и все красоты столицы будут доступны взору около трёх минут». Ползли упорные слухи о первой жертве: там что-то не учли, теперь всё отлажено.

Вечером, когда он паковал вещи для переезда, на связь вышел секретарь.

– А вам везёт! На моей памяти, давненько такого не случалось. Идёт корабль к одной планете, я не могу произносить её название. Но там, под руководством специалистов, вы сможете примериться к новой роли.

– Благодарю вас за хорошую новость. И… один вопрос: речь об изменении параметров тела?

– На такие вопросы я не отвечаю. Сами всё поймёте, на месте, сами сделаете выбор.

– Мама, я улетаю завтра!

– А как же я?

– Можно ещё сотню лет пить с тобой чай на кухне, пришла пора сделать самостоятельный шаг.

Она не могла прибегнуть к старому способу. Раньше говорили – если со мной что, тебя не будет рядом? Сын мог возразить: «Не знаю, как там за городской чертой, но в столице эти проблемы решены давно».

Мама решила не провожать, лишние вещи, какие не приняли на борт, домашний робот поволок обратно. Корабль стоял под парами, и его внешность кричала: МЫ ПИРАТЫ, ВЫХОДИМ НА ДЕЛО. Уже внутри, на беглой экскурсии, ему показали способности машины изменять форму. Летит обычная глыба, никому нет до неё дела. А прошли кордон, оторвались от патруля – снова торговый корабль, два отсека набиты редкими специями, и ничего придумывать не нужно.

Мурлев страдал трое суток: уже начинало казаться, что о нём все забыли.

Боцман заглянул после завтрака.

– Книжки читаешь? Раньше надо было, давай, за мной.

В учебном классе собралось восемь кандидатов, сегодня они видели друг друга впервые. Пока не начались занятия, перезнакомились. Парни с периферии, Мурлев – единственный житель столицы.

Вошёл преподаватель, задрал голову на таймер.

– Я немного опаздываю, не берите до головы. Предпочитаю, чтобы меня называли Марсом. Есть такая планета в системе, куда мы держим путь. Предупреждаю сразу: прозвучит сигнал тревоги – в стене десяток ниш. Укрыться в них и помалкивать. Это на случай обыска. Все запомнили? – Для убедительности, он показал, как открывается вход в нишу. Давайте-ка, подходите и опробуйте. А то – мало ли…

3

Даже матери он не рассказывал. Мурлеву посчастливилось побывать на закрытом сеансе. Богатенькие предавались удовольствиям, до которых ему нет дела. Самым важным своим приобретением того вечера он считал знакомство с удивительной особью. Назвать просто женщиной – язык не поворачивается. Его представили существу, легкому, как воздух, носить на руках такую – предел мечтаний. Сколько же вокруг вилось важных птиц и отпрысков, – не счесть, и самодовольные рожи, один за другим, получали отказ.

Существо заметила ЕГО и поманила пальцем.

– Ты кто есть?

– Моё имя вам ни о чём не скажет.

– Я настаиваю.

– Мурлев. Живу с матерью, особых заслуг пока не имею.

– А пожить отдельно не возникало желание?

– Я подумаю.

– Дайте знать. Я приду в гости.

С того дня события набрали бешенный оборот, он стал подбирать жильё, им посчастливилось ещё раз пересечься. Она спросила:

– Ты с телом собираешься что-нибудь делать?

– Когда улучшу положение.

И вот тут случилось неожиданное:

– Если предложат сотрудничество… Скорее, инициатива должна исходить от тебя, так правильней. Лети, хоть послом, хоть с пиратами! Я подожду.

Две ночи не спал, строил планы, под утро нарисовался основной. Надо лететь! Второго случая может и не представиться.

Марс подержал учебное пособие в руках, точно пытался определить вес. С размаху грохнул им о стол, отодвинул подальше, на край.

– Звери! Рядом с такими, и ты озвереешь. Поэтому буду краток. Летим в Солнечную систему, на Землю. Есть такая ущербная планета-концлагерь. Обитатели не догадываются, что пленники, живут – радуются жизни,(между нами: как можно жить, ни о чём не догадываясь?) Для других цивилизаций это заповедник, с готовым материалом. Бери – не хочу. Когда-то там жили великие, кому вселенная подчинялась и слушала каждый вздох. Они полезли в чужие дела, стремились искоренить рабство. За что и поплатились: подняли против себя тысячи торговцев, кто много терял на освобождении гуманоидов. На шахтах нужна рабочая сила, и тут кто-то у тебя уводит её из-под носа. Как же его звали-то, последнего царя? Иван Грозный, точно. Все послы вылизывали перед ним полы, просили содействия, лезли в долги. И только умелыми действиями служб удалось царя убрать, как и его наследников. А когда посадили своих, поредили армию жрецов, то население удалось поработить окончательно. Лет триста, как ослепили частично и оглушили, опустили ниже уровня животных. Полулюди, и сегодня работают за гроши, а все желающие могут получить лицензию, выбрать жертву. Мы ходим к ним, выбираем. Убивать не имеем права, но организовать убийство нужного парня – есть все условия…

Марс вызвал на монитор изображение человека в разрезе.

– Можно воздействовать излучением на органы, – медики порежут, удалят, а там и смерть тела. Вот тут мы получаем полноценный доступ к светоносной основе. Они её называют Душой. Берём в плен, разделываем на составляющие. Потом… надеюсь, вы что-то слышали? Из этих элементов получам новую одежду для своего тела. Ткацкие устройства и навыки есть на борту, мы этим промышляем лет… впрочем, не важно, главное – мы научились. – Марс осмотрел лица, произвёл ли впечатление. – Вы видели когда-нибудь муравьиную кучу? Вы подходите и вытаскиваете любого, который приглянулся. Хотя они с виду почти одинаковы, но каждый имеет малое отличие. Мужские и женские особи, это первое. Потом пойдут оценки выносливости, затем стандартов красоты. К слову: красивые на шахтах не работают, их разбирают на запчасти.

Марс чего-то выжидал. Ученики не оправдывали его ожиданий.

– Ладно, тогда будем закругляться. Завтра, на втором занятии, будем изучать метод ткацкого станка. Вы сами, на тренажёре, разберёте землянина, из частей получите первую ткань. Потом будут обряды, как правильно состыковать ткань со своим, частично уже постаревшим телом. И последнее на сегодня. Судьба распорядилась так, что вы оказались в этом классе, на борту нашего корабля. Предлагаю подумать на досуге: кто мог приложить руку к тому, чтобы вы оказались здесь и сейчас.

4

Преподаватель сослался на занятость, уходя, предложил ученикам обсудить положение. Класс оставался в их распоряжении до самого обеда, после чего они разбежались по каютам, имея на руках учебное пособие.

Мурлев растянулся на койке и погрузился в чтение. Предисловие предупредило в первом же абзаце: «Если у тебя возникают сомнения в части права на разделку чужого тела, тебе лучше закрыть учебник и впредь к нему не прикасаться».

Ни больше, ни меньше!

Раз земляне ослеплены, технологии позволяют незримо наносить удары по конкретному органу. Ощутив сильную боль, клиент мчится к врачу, орган вырезают, и дорожка к гибели берёт отсчёт. За девяносто суток, максимум – сто пятьдесят, клиента доставят в морг, вырежут ходовые части, мозг зашьют в желудок и ставят Точку. Выход Души, которая ничего не знает о посмертных действиях, а школы отсутствуют, фиксируют наблюдатели, и тут уже работает правило Очереди. Желающих запустить ткацкий станок всегда больше, заключаются договоры. Сами земляне пожирают животных, поэтому и у нас есть право на забор материала. Допускается всё, кроме прямого убийства.

Мурлев вышел на ужин, борясь с гадливостью и внутренним голосом. Убийство – пусть и опосредованное, всё равно остаётся убийством разумного существа. Да, их не сравнить с нами, но они развиваются, иногда рывками. И тогда местная власть вырезает тех, кто опережает время. Или заварят войну – тут Очередь уже двигается довольно быстро. Если повезёт – можно собрать материал с двух и даже трёх землян. Мечта – с десятка. Но для таких результатов одного везения маловато.

С новыми товарищами Мурлев не спешил объединяться. В таком деле «друзья» могут стать помехой. Он изучал помалу лица: интересовала реакция каждого. Сомнения ещё наблюдались у троих, они видели перед собой чёткую черту, через которую предстояло шагнуть или… Не приближаться.

Второе занятие Марс начал с забега в прошлое:

– Мировой заговор для истребления белой расы подходит к логическому завершению. От двух до шести процентов осталось, на фоне других рас. И война кипит, то тут, то там, местные умело сталкивают народы лбами. Но немножко истории. К власти пришли продажные, кто готов на всё. С Земли вывозят самое ценное, то, что на рынке пользуется бешеным спросом. А кого-то интересует лишь собственное беЗсмертие, ему не нужны сокровища и материалы, которые можно купить у себя. Так что, каждый занимает свою нишу и не мешает другим.

Марс замолчал, оценивая выражение на лицах. Сам понимал: кто-то до сих пор стоит перед выбором.На его памяти полно случаев, что маменькины сыночки отказываются, перед самым выходом на планету.

– И подробности, как правила действий. Для тех, кто пойдёт с нами. Система отлажена, ступени иерархии отличаются одним свойством: ты заслужил доверие – тебя не тронут. И дело тут в простейшем подходе к вопросу. Люди, идущие против совести, подвержены болезням, специалисты такой товар бракуют сразу. Для разделки пока хватает простых граждан, у кого души без пятен. Вот их мы и присматриваем, проверено не раз. Из них получаются самые долговечные и качественные ткани. Ещё мы могли бы поговорить про божественную основу, или комплектность самой Души. За плечами у каждой – миллионы жизней, опыт, знания, и чем больше воплощений, тем ценнее материал. Триста с лишним лет на земле хозяйничали все, кто получил доступ к лицензиям. Брали – сколько могли унести. И только в последние десятилетия человечество резко начало просыпаться. Они научились поднимать частоты органов, управлять планами… Не буду углубляться, скажу лишь, что в один прекрасный день мы прилетим, но ни одной лицензии не будет в продаже. Это будет означать одно: местные взяли власть в свои руки. уходя, мы сможем забрать с собой часть слуг системы, но это уже – как крошки со стола сметать на ладонь. Поэтому… – Марс просверлил учеником особым взглядом, – другой возможности здесь нам не предоставят. Быть может, это наш последний поход к Земле. Вопросы?

Мурлев косо глянул на товарищей: никто!

– В пособии сказано: сейчас на Земле рождаются готовые жрецы, система создала все условия для абортов.

– Есть такое. Но есть и Мода, богиня всяческой глупости. Женщин каблуками оторвали от планеты, она их не видит. А Женщине дано МНОГО: хоть мужей всех поднять, смести чуждые законы и порядки. Но все отравлены прививками с самого рождения, грызут изнутри паразиты. Потому и жизнь короткую установили для населения: человек, став старше, многое может изменить, поэтому – ТАМ не допускают до критических отметок.

– Ночью прочёл: захватчики подменили веру русам, с запада прикатили кресты с иисусами, которого на самом деле не было.

– Они придумали много чего, обряды и язык подменили, а после войны с Наполеоном стали довольствоваться трёхпроцентным зрением и слухом. Домашние животные видят и слышат гораздо больше.

– Так вот почему открыли охоту на землян? Слепых можно брать голыми руками!

– Только тех, кто утратил связь с Родом Небесным. Многие сейчас под защитой предков, и надо потрудиться, чтобы найти таких, кто ни во что не верит. Самая лёгкая добыча. – А Марсу, похоже, понравился ученик. Можно поучаствовать в его планах. – Там устоялось понятие: приказ идти на смерть – так и шагай. Наказание за неисполнение приказа ещё не смертная казнь, но близко.

– А офицеры этого не понимают?

– Одни продались, другие недовольны положением и пребывают в поисках единомышленников. Военные перевороты на Земле давно не редкость.

– Но они же понимают, что идут против совести?

– Понимают, а через эти уступки привлекают болезни. Терпел до смерти, не огрызался – система устроит пышные похороны. После оставления тела, дескать, можешь стыдиться, сколько угодно. ТАМ умеют ломать на колено, за три века технологии отработаны.

– А медицина, образование?

– Всё подчинено единой цели. Сам недавно услышал: некий деятель объявил, что планете хватит и миллиарда ртов, из тех, кто всем доволен.

И система взяла под козырёк.

К Земле подошли, едва закончился ужин. На ночь глядя лучше ничего не начинать. Ну, лишним дополнительный инструктаж точно не будет.

Мурлев как побывал в печи – вдруг обдало нестерпимым жаром. Марс заметил, подошёл.

– Поздравляю. Земляне обнаружили, стали разбираться, кого привезли. Заинтересовались тобой, поздравляю.

– Получается, теперь буду под постоянным контролем?

– Оба лагеря теперь не спустят с тебя глаз.

– Что я могу выиграть в этой ситуации?

– Зависит от выбора.Одним нужно, чтобы ты употребил светооснову в личных целях, другие ждут иного решения. С кем подружишься. Как я уточнил, в твоей судьбе заинтересована одна особа, обойдёмся без упоминания имён, это может навлечь неприятности.

Учебник Мурлев не выпускал из рук, пока внутри шла борьба. Слово «лицензия» чаще присутствовала в разговорах. Вроде как, их вот-вот должны подвезти.

Вскоре на борт приняли группу людей. Немного странным было поведение некоторых: они маскировались, напускали наваждения, чтобы ты не мог разглядеть подлинную сущность.

Рога у одного мелькнули и тотчас пропали. Не отличить от рядового землянина, а всё разнообразие народов транслировал малый монитор. Папуасы, жёлтая и чёрная, красная кожа. На них лицензии выдают с особого разрешения. С белыми полегче: есть готовые списки и место расположения, некоторым присвоены краткие характеристики: «рабочая лошадка», «неугомонный буян», «окурок», «трезвый».

По тому, как двое погрузились в изучение списков, можно сказать уверенно: свой выбор они сделали. С остальных не спускали глаз все, кто был на борту. Массированная ментальная атака, они разделились на шесть групп и действовали по единому плану.

Сомневающихся собрали к том же классе. Ученики прекрасно понимали: если дашь согласие – обратной дороги уже не будет. И принуждением не назовёшь: никто ведь руки не крутит. Настораживает лишь, как все, в едином порыве, твердят: другой попытки не будет, здесь не принято кататься, не показывая результатов.

– Есть ли на борту видеоматериалы на эту тему?

Для учеников включили запись. Вот люди, вот поле боя. Вот два свежих трупа, и две Души торчат в отчаянии над телами. А вот запущены лучи, как-то связанные с устранением сил гравитации. Как пылесос, души засасывает в установку, запускается процесс. Ускоренная перемотка, и на выходе получается световая ткань, её сворачивают в рулон, для последующей операции.

– Дальше начинается болезненное состояние твоего тела: породниться с чужой тканью с первого подхода ни у кого не получалось. При жизни, вы никогда не стали бы друзьями, но то, что есть у него, тебе недостаёт. Поэтому неизбежны болезненные ощущения. – Марс прикрыл губы ладонями, помешкал. Продолжил уже слегка изменившимся голосом: – Вы не должны были кое-что услышать из сказанного, я перестарался. Потому что эту информацию получают те, кто уже сделал выбор.

5

Традиционный облёт планеты преследовал свои цели. На мониторы попали жители разных уголков. Здесь живут в примитивных конусных жилищах, почти на подножном корме, разводят оленей. Здесь пожирают мужчин соседнего племени. Города-миллионники сливают в реки канализацию. Следующий город, ниже по течению, из этой же реки забирает воду для водопровода. В полях выращивается то, что не гарантирует продолжительной жизни. В столбце слева красовались элементы, какие преобладают в данной местности. То же золото можно вывозить десятками тонн, кабы ни ограничения и правила. Местные, похоже, не собираются сами добывать, вот и приходится другим цивилизациям немного подсуетиться, ставить на поток.

Мурлев запросил данные: сколько остаётся землянам?

«Около пяти процентов».

Им этого хватает?

«Как-то до сих пор обходились».

Но это же грабёж? Или я чего-то не понимаю?

«Нам эти ископаемые нужны больше, а у них ещё тысячу лет никто не пошевелится добыть».

К нему подошёл кто-то из гостей, рогов на голове не заметно.

– Зачем вы лезете не в свои сани, Мурлев? У вас другие задачи.

– Я не имею права узнать что-то про планету, куда прибыл?

– Не зарывайтесь. Здесь этого не любят: можно неприятности схлопотать.

Мурлев начинал злиться:

– Тогда посмотрим на ситуацию со стороны. Есть полуслепые аборигены, и мы научились за их счёт делать свои тела без смерти. Я могу продлить жизнь тела на тысячи лет, а куда спрятать мысли? Я ведь лишил жизни…

– Закройте рот, Мурлев, иначе вас изолируют от остальных. – Рогатый гость даже не подумал прятать своё украшение.

– Ты кто такой, чтобы указывать мне, гражданину Вселенной?

– Стоп-стоп! Мы сейчас наломаем дров, – Марс бросился спасать положение. – Вы подготовлены теоретически, что есть такая возможность, вас же никто не заставляет…

Рогатый перебил:

– Вы мне мешаете, господин Марс. Я сам разберусь, без помощников.

Вся делегация бросила тратить силы на маскировку, теперь они не стеснялись своего вида, некоторые даже бравировали им. Рогатый что-то говорил, Мурлев делал вид, что слушает, но сам уже обдумывал ответ. Что бы ты ни тараторил, ты захватчик, дорвался до чужих сокровищ и торгуешь ими, налево и направо.

– Вы меня не слушаете, Мурлев? Тогда чего ради я трачу силы? Покиньте помещение, дайте поговорить с адекватными… Ишь, нашёлся! Это запретная зона, куда гражданам Вселенной допуск ограничен. С этой минуты вы объявляетесь неугодной персоной. И предупреждаю: если надумаете сделать один шаг по планете, я вам обещаю встречу, каких мир не знавал. Продолжим знакомство с правилами посещения… Вы ещё здесь?

Марс нежно приобнял несостоявшегося ученика, повёл на выход.

Мурлев вырвался, с покрасневшим лицом, выпалил:

– У тебя есть родители, жена и дети. Я войду в твой дом и вынесу всё, что ты копил веками. Надругаюсь над женой, детьми, у тебя на глазах…

Рогатые дружно заскрежетали зубами, но времени для возражений Пространство им не выделило, Мурлев показался более достойным оратором. Он и продолжил, не заметив мимолётной паузы:

– … и твой гнев будет справедливым. Я должен понести наказание за эти преступления. Но это – лишь пример того, что вы творите с землянами. И самое страшное – мало кто догадывается и понимает, во что ваша банда их превратила. Я кожей чувствую: вас заставят вернуть, вы вернёте всё сполна. Вашей власти пришёл конец, но лучше делать вид, что ничего не происходит, вы по-другому не умеете.

– Уведите его! Вы можете сделать хоть это?

Марс покрутил головой и уже применил силу: «Пойдём. Не думал, что у нас получится такой разговор!» В спину прилетело: «Я тебя жду».

Его попросили не высовываться из каюты: пусть уйдут. Тогда поговорим, разговор серьёзный. Мурлев погрузился в чтение, учебник держал под рукой, а другую книгу кто-то подбросил. Мельком пробежал вступительное слово, суть которого можно выразить ещё короче: историей будем заниматься потом, когда освободим планету; сегодня нужно вышвырнуть захватчиков, а условия для этого могут создать группы единомышленников.

Главы короткие – только суть. Простые методы, как группам работать на местах. Люди вполне способны озвученным посылом изменить сознание городской власти, запретить строительство вредного объекта, тратить деньги на благоустройство, а не воровать.

В главе «Условия жизни пленных» говорится прямо: прививками, которые приучили принимать как должное, закладываются будущие болезни, лишь иммунитет даст сбой. Продукты вредны, воздух и вода не годны для употребления. Медицина на службе системы. Как образование и все институты; армия готова защищать тех, кто пролез во власть и устраивает населению максимум неудобств. Суды выносят нужные власти приговоры, а мужскому населению подбирают войны. Белая раса, как основополагающая, сократилась до меньшинства. Коварные планы рассчитаны на полное истребление белых, за счёт алкоголизации, табакокурения и прочих испытанных методов. Многих уже не спасти, но руку помощи ждут те, кто разобрался, что числится пленником. Именно таким, проснувшимся, надо помочь и дать полное зрение, слух, оживить былые таланты. Среди ныне живущих хватает бывших жрецов, воинов и полководцев, к таким следует мчать на помощь при первой тревоге.

В дверь постучали. Мурлев поменял книги, с учебником встретил боцмана.

– Читаем?

– Меня удалили из класса. Как нарушителя дисциплины.

– Мы проводили дезинфекцию кают, я где-то оставил свою вещь.

– Эту? – «двоечник» с сожалением показал находку.

– О! А я испугался: как бы не попала в чужие руки. Пусть побудет у тебя, на днях заскочу и заберу. Оставляй под подушкой.

Как ушли рогатые, с каким результатом – Мурлева оставили в безвестности, какой выбор сделали остальные ученики – тоже засекретили, и впредь мы вряд ли пересечёмся. Дурное влияние сродни толковой пропаганде.

Эх, не успел оформить мысль до конца. Надо было сказать – нашими руками хотят сотворить зло, но сверху увернули в красивый фантик. Рыбу ловят – кто её спрашивает: больно ли тебе? Почистили и в кипяток, ещё и похваляются, у кого сложней рецепт ухи.

Корабль как вымер. Шло штатное обслуживание систем, команда на время стала ремонтной группой, парни носились с приборами, что-то замеряли. Механики на борту корабля такого класса не много, электроники и силовики, спецы по силовым установкам. Двигатели форсированные, защита первого класса, вахта отслеживает объекты, к удаляющимся внимания поменьше, то и тут что-то заметили.

Заработала громкая связь, Марс помчался в рубку. Что-то случилось, и держали совет, потом кто-то вспомнил и о нём.

– Мурлев, есть вопрос.

– Досрочное освобождение?

– Да брось дуться, ты же не девочка.

– А мама очень хотела.

Марс указание получил, теперь гадал, как лучше подойти:

– Тебе в вину никто не поставит то, что случилось.

– И что случилось? – забракованный ученик придерживал учебник подмышкой.

Взгляд у собеседника был скорее потерянным, чем довольным.

– Гости отошли от борта, мы и думать про них забыли. Наблюдатель обнаружил, что они исчезли с радаров. Ни взрыва, ни обломков. Мы сделала всё, что смогли: зафиксировали точку, в которой они были видны в последний раз.

– У меня нет артиллерии, пусковых установок. Можете обыскать.

Инструктор Марс тяжко выдохнул и отправился к двигателям. У него же хватает забот, кроме меня...

Мурлев, считай, от скуки, засел за дневник, сверяясь с доступными источниками. Эту тетрадь позже удалось отыскать у родных, разрешили отсканировать. Наблюдая планету двумя способами, через мониторы и напрямую, через иллюминатор, он обнаружил разные потоки, один из которых оказался пропущенным через особого свойства фильтры.

И здесь пришлось делать выбор.

6

… Инструктор Марс тяжко выдохнул и отправился к двигателям. У него же хватает забот, кроме меня. Видимо, был приказ по изоляции меня, как подозрительного типа, жулика,разбойника и террориста. То ли просьбу рогатых уважили, то ли свои выводы сделали, – не так и важно: у меня появилась масса времени, когда никто не отвлекает. Так я взялся за самописец. Экзоблокнот я мог вытянуть до размеров столика, – вот для чего я его таскаю с собой, без особой надобности. Пригодился, когда не ждали. И в столовку звали так: заглянул кто-то из экипажа: «Мурлев!» – и кивок: пошли!

Тех ребят я в столовой не встречал, немного переживал за нескольких: вы хоть подумали, во что ввязываетесь? Вычитал тут, в справочнике, есть такая пословица: «Своя рубашка ближе к телу». Как ёмко и доходчиво! Народ, который её придумал, достоин похвал.

Приёмы пищи стали отметками на страницах. Работал поначалу из простого желания скоротать массу времени. Однако, текст помалу стал набирать силу, и мне иногда становилось не по себе. Он жил как бы отдельно от меня, но вместе мы делали нечто полезное.

Понятие «летописец» попалось на глаза, я несколько дней ходил, как оглушённый. Как будто я уже занимался этим, но давно, и на другой планете.

Стоит подойти к иллюминатору, сосредоточиться на самой планете – лицо обдувает нежданный ветерок. Откуда, как – не мог долго понять. Потом объяснили: это здоровая реакция глаз, на чём концентрируешься, оттуда идёт отзыв. Вот и подсказка: тщательно выбирай, чему посвятить внимание.

Перехватил на днях Марса: инспектор, вам разве ничего не нужно от меня? Вы поначалу так плотно опекали… Некогда ему, всё бегом и бегом. Возвращаюсь в каюту, беру раздел «Города». Оказывается, задолго до нас вывели критическое число, которое не стоит превышать. Люди одного Рода, одних правил могут прирастать числом тоже до определённого порога, за ним надо начинать расселение, подбор свободной территории. Но здешние города – это конвейер мусора, канализации и болезней, согнанные в одно место из разных родов, с разным мировоззрением… Не иначе, как с умыслом: мы друг друга никогда не поймём. Разве не отсюда все конфликты, переходящие в войны?

Многоэтажные дома просто созданы для войн. Кто кого затопил, украл, нагадил, побил окна. Да в дурном сне не придумать худших условий: тут пьяницы, здесь строитель с громким инструментом, скандалы и ревность пользуются лифтами и атакуют тихонь. Потом подключаются службы, и ком нарастает. Негативные состояния накапливаются до взрыва газового баллона, и подъезд прекратил существование.

Какими же надо быть садистами, чтобы в одну кучу намешать тех, между кем миру ни бывать, хоть в золото одень! По всем техническим параметрам эти клетки не приспособлены для здоровой жизни. Стальная арматура сама по себе уже ретранслятор любых излучений, подай, какие нужны. Сделать из жителей зомби – разгони генераторы сотовых вышек до десяти единиц, и утром вывози население грузовиками, хоть на мясокомбинат, хоть в палаточные лагеря. Потом – разборка на органы либо отправка на шахты: на других планетах полно шахт, рабочих рук не хватает, вот и отберут самых крепких… прощай, Земля.

А пока они приучены пользоваться «благами», с левым вращением. Вода, электричество, газ – как умышленно, закрутили в левую сторону, перед подачей в дома. Хотя в других странах то же электричество и вода подаются с правым вращением. Продолжительность жизнь у одних считается приоритетом, пока другие выживают во вредных условиях.

И это я ещё не рассматривал сообщество тех, кто проживает на планете, оставаясь невидимыми для людей. Они себя позиционируют, как опекуны дикарей, которые поубивают друг друга, лишь оставь без присмотра.

–