Не смотри в зеркало

Глава 1

Ника восхищалась Кирой. Свободной, яркой, несколько грубой. Именно такой Ника и не была. Клеймо " хорошая девочка" словно жгло лоб, произносилось прямо или иносказательно с ноткой презрения в голосе. Такие уступают места пожилым и инвалидам, переводят бабушек через дорогу и спасают котят. Никогда не списывают, никого не сдают, за друзей намертво. И неважно, что Ника не боялась ничего. Ни ночных кладбищ, ни толпы хулиганов. Смело прыгала через овраги. А в ночи знала что ответить зарвавшемуся наглецу. " Хорошая девочка" - произносилось с менторской интонацией, наклеивая ярлык удобной, глупой и пустой. Как сейчас говорят псевдопсихологи в интернете - " плизер" и " какая у вас вторичная выгода терпеть токсичных людей?". Выглядеть такой ей не хотелось. Кира с проколотой бровью, в широких джинсах и с вечным выражением " И чо?" была ее лучшей подругой. Как и бывает - таких не любят мамы, другие подруги и потенциальные парни. Но какое дело до чужого мнения, если твой друг понимает и принимает все различия. И пусть дома запрещают с ней дружить. Сейчас Ника купит билет, теплое пиво - кто спрашивает паспорт в таком киоске. И поедет на двое суток на дачу родителей Киры. Пусть кричат, ищут. Она оставила записку. Не маленькая, надоели.

Соседка еще тумана нагнала. " Никочка, детка, ты к русалкам не ходи, неделя русалья начнется перед ночью то. Папоротник искать пойдут шебутные. А ты не ходила б. Прабабка твоя из знахарей северных, ты как лакомство для силы нечистой. Кровь твоя поет да не пробудилася. В леса не ходи, в черноту ночи не глядись, на короля не гадай. " Дотошная эта Ольга Васильевна, вцепилась в руку. Пришлось пообещать старушке, что на купальскую ночь из дома ни ногой да гадать вообще не будет. К тому же июнь еще.

Кира встретила ее у маршрутки. - Ты как вовремя. Сейчас змей нет в лесах. Гулять можно. - Соседка чуть задержала, но я успела на рейсовый автобус и пересесть. - У меня сюрприз будет. К нам Машка забежит, соседка моя дачная. Родители только завтра приедут, посидим.

Поселок выглядел как любимые истории Ники. Что-то красивое и грустное было в этой затерянности и запущенности. Природа отвоевывала свое у человека. И тут девушка не сказала бы за кого. За леса или за людей. Некоторые дома напоминали о старых временах. Казалось, что там живут семьи, смеются дети. А некоторые выглядели жутко. Битые стекла. Разрисованные красной краской, грубые надписи. Всё это навевало тревогу и не самые лучшие предчувствия. Было не по себе. Как смотришь в глаза бешеному псу и они наливаются кровью. Или как смотришь в глаза мужчине в метро, обычному на первый взгляд. Но что-то внутри сжимается, шепчет отвести взгляд. Так и такие окна выглядели такими глазами, из которых смотрит нечто мечтающее нарезать тебя на ленты лишь ради собственного развлечения. Кира привела Нику к себе. Добротный домик на шести сотках. Полосатые половики на деревянном полу. Большой пушистый кот примостился у печки. Щавелевый суп стоит на плите. Тут же захотелось есть. - Ник, а что за дом там? - Это дом Аришки Бесприютной. - А кто это? - Вечером расскажу. Согласись, что так интереснее.

Вечером пришла та самая Машка. Она не фыркала при виде Ники, не вешала ярлыки, не косилась на аккуратные брючки и кофточку. Чем и подкупила сразу. Вечером поселок казался словно из сказки. Бывает же доброе чудо. Почему бы и не быть злому? И эта атмосфера ей нравилась. Как и чувствовать себя взрослой, наравне со смелыми и дерзкими подружками. Они шли по темным тропкам вдоль леса пока не остановились у одного из заброшенных домов. Там их ждали трое. Два низкорослых паренька в широченных брюках и хмурая девица, что буркнула свое имя неразборчиво и пошла в дом. Они зажгли фонарики и свечи, сели в круг и начали рассказывать истории, отпивая по глотку пива из бутылки. Страшилки были и страшные, и обычные. Вроде тех, что рассказывают в детском лагере. Машка гадала на игральных картах. Нике нагадала беду от трех королей. А Никитке беду от пиковой дамы. Странная девочка несвязно и путанно рассказывала истории о зеркалах. Историю про Аришку решили Машке доверить, лучше всех рассказывала.

Жила-была Арина, девица- красавица. Лицом пригожая да нраву ласкового. Смотрит на тебя так, а вокруг как день летний солнышком пригревает. Работящая да славная, замуж вышла за Митяя - почтальона. Жить бы в мире и радости им. Да только война началась. Вскоре пришла похоронка. Не верила Арина, что любимый погиб. Ждала да верила. А после войны смотрят - сарай починен, огород вскопан, печь сложена да банька новая. Кинулись в дом, а там Арина улыбается да дитя качает в люльке. Не осудят бабы, сами безмужние да вдовы. Вдруг полюбила вдова пришлого кого. Коль силой брал - не улыбалась бы так. - Что ж ты, Аринушка, любого скрываешь своего? Ты не бойся, не осуждаем тебя. - Ой, бабоньки, Митяй же вернулся. Год уже как. Вот и Нютка в колыбельке, доченька долгожданная наша. - Арина, так помер он. - Типун на злой язык! Ошиблись. Живой он.

Пошептались в поселке да оставили в покое. Своих дел по горло. Огород да поля вспахивать нужно, корову доить. Куда до соседских изб. Да только жила Арина как на отшибе. Не хотели дети с ее Нютой дружить, бабы не находили о чем говаривать с ней, стала как блаженная. А Митяя так никто и не видел. Так и жили. Пока знахарка одна к сестре не приехала. - Ты скажи мне, сестрица, почему черти у вас в деревне гуляют? Не много ли чести им? - Пелагея, окстись! Какие черти? Крещеные все. - А то, Степанида, на отшибе баба с чертенком идет. С чертом живет. - Да ты что? - А пойдем, увидишь сама. Идут Пелагея и Степанида к дому Арины. Хозяйка в огороде хлопочет, девочка играет под яблоней. Протянула знахарка сестре ветку рябиновую. Та взяла и обомлела. Арина как скелет да чертенок у яблони черепом кошачьим играет, ухмыляется. - Мамочка, тетеньки злые. - Убрать веточку, так дите голубоглазое смотрит умильно. -Арина, ты посмотри! - Не удержалась Степанида. Пусть Пелагея и дергала за руку. - А на что смотреть на вас? Баб злющих и завистливых? Митяй вернулся, доченька родилась, второго хотим. А вы все языками чешете! Схватила Степанида ветку заговоренную и кинула на Арину. Та как закричала смертным криком. И упала замертво. Чертенок исчез. А потом говорили, что ходит Арина по деревне, дом ищет свой.

- Вот дура ты, Машка. Как от черта родить можно? Он же бесплоден должен быть? Я генетику читал, на биофак готовлюсь. - Ворчал Никитка. - Да какая разница. Легенда то старая. За что купила, за то и продаю. Да вот ходит она по деревне. -Да не было твоей Аринки. И все это враки твои. Ты сейчас придумала. - А вот и нет. Хочешь - на кладбище пойдем? Увидишь могилку. - А пойдем. - Никита с Данилой выскочили за дверь. За ними вышла Маша. Остались Ника, Кира и та девочка, имя которой вылетало из головы. - А давайте на зеркалах погадаем? Вы же не трусливые?. - Только я домой сбегаю, Барсику корма насыплю и сразу вернусь. Без меня не начинайте, - Кира тоже вышла из комнаты. Ника смотрела на эту девушку. - Эээ, ты меня прости, пожалуйста. Жутко неловко. Но как тебя зовут? Я не расслышала и переспросить стеснялась. - Даша. А ты нормальная. Хочешь тебе первой покажу?

Даша не дожидалась ответа, схватила Нику за руку и повела в соседнюю комнату. Там стояли два больших зеркала. Третье Даша дала ей в руки, начертив на ней странный символ. И вдруг послышался шепот. Кто-то звал их по именам. Голоса знакомые. Но мама Ники в городе, она бы не приехала ночью. Даша побелела от страха -" Ника, это голос моего парня. Но он мертв полгода уже." Свечи не гасли. Дверь захлопнулась. Тени стали танцевать на стенах, тянулись к девушкам. - Ника, ты не ведьма случаем? - Нет. С утра не была. - Странно. На обычных людей это так не действует. Только на тех, в ком кровь есть необычная. - Черт. Соседка говорила что-то про бабку мою. Мол знахаркой была. Да не помню я ее. Мать переехала девчонкой в город. - Что еще говорила тебе соседка? - Даша срывалась на визг. - Чтобы я не гадала на королей. И чтобы на русалью неделю не смотрела в зеркало. Мол перед купальской ночью нельзя. Ну 6 июля не сегодня. - Ника! Это байки для скучающих барышень. Настоящая купальская ночь на Литу происходит. Перед солнцестоянием. А перед ней неделя русалья. Сейчас. Ты нарушила все указания. - И что теперь? - Я не знаю. Я показывала обычно тем, кто дара не носил в себе. Видели обычные гадания для девочек. Суженых-ряженых. Знаю, что черти рядятся, но правду показывают. А ты вот необычная оказалась. Как бы не сгинуть обеим. - Ты же затеяла! Ты и придумай что-то.

Даша стала чертить круг мелом. Ника бы посмеялась над отсылкой к Вию, но сейчас ей было не смешно. Зеркало слева показало ей трефового короля из колоды карты Маши. Он шел гордой походкой, его мантия была увита мехом. Каштановые кудри развевались словно на ветру. Зеркало справа показало юношу помладше. Златококудрый ангел смотрел на нее и улыбался, не разжимая губ. - Не говори с ними. Только не отвечай им. Зеркало держи. И молчи. - Даша испуганно дочерчивала круг. Посыпала травами и что-то еще шептала. Юноша справа постучал в зеркало и подмигнул. Ника испуганно молчала. Стараясь не смотреть никуда. Не слушать шепот. Как стук раздался прямо перед ней. В маленьком зеркале был мужчина. Зрелый, взрослый. Он улыбнулся ей, показывая ряд острых зубов. И ринулся к ней. От испуга она выронила зеркало и оно пошло трещинами. Фигуры стали выходить из зеркал и стали приближаться к Нике. - Ты хотела знать всё? Мы покажем тебе. То, какой могла бы быть ты.

Раннее утро. Кира забегалась. Барсик убежал, от родителей попадет, если с котом что случится. Эта зараза спала на поленнице. Когда она освободилась, то поняла, что надолго оставила Нику. Она думала, что ей скажет. У дома она встретила Машу и мальчишек, они смеялись и шутили. - Представляешь, а могила Арины есть. - Но это не доказывает твою байку. - Ну в ночи звучит хоть интересно, - смеялась Маша. - Ведь вы побежали на кладбище узнавать. - Пойдемте девочек проверим. Может уснули от скуки без нас.

Когда они пришли, то нашли лишь Дашу без сознания в меловом круге и разбитое зеркало.