Не смотри так печально, мы ещё встретимся

Глава 1

Кибертрон. Фотоновые лучи наконец-то достигли механическую планету, они осветили её и, давно забытый самим Праймусом, город — Каон. Он мёртв уже как мегациклы, та слава, которой был так знаменит, стала прикормкой для всяких паразитов вроде скраплетов. Здания, что возвышались до самых звёзд, теперь лежат словно куски ржавого металла. Улицы некогда наполненными ботами и фемботами, ныне пусты, в них осталось только пыль да грязь.

А что до знаменитой арены... Она стала отголоском прошлого, ибо это единственное напоминание, которое осталось о былом величии Каона. Когда-то здесь проводились гладиаторские бои, воины сражались не на жизнь, а на смерть. Гигантские жуки, боты-комбинаторы, предаконы и другие гладиаторы сражались на потеху кровожадной публике, которая кричала "Давай! Оторви ему голову! Сожги его микросхемы!". Одни чемпионы заменяли других, но был один такой воин, которого никто не мог победить. Его звали Мегатронус. Он расчленял своих врагов на части, словно они сделаны из жестяных банок, раздавливал, даже не слыша их криков, вырывал их искры и выкрикивал: "Я ещё функционирую!". Он стал легендой, которая вдохновила миллионы кибертронцев по всей планете, а сейчас...

Мегатрон летел по Каону — городу, где был создан, где работал в шахтах, выживал на арене, а в дальнейшем стал предводителем десептиконов. Ранее отполированная до блеска броня потихоньку ржавела, системы барахлили, а сам он разваливался на винтики словно старый механизм. Где та былая мощь? Где тот ужас, что вселял в врагов? И главный вопрос... Куда он летел? Зачем? И почему?

Арена Каона. Мегатрон останавливается в самом её центре, тут так тихо, что даже непривычно. Обычно здесь настолько громко, что бойцам приходилось отключать аудио-сенсоры, чтоб не оглохнуть. Мегатрон припомнил себе, как попробовал однажды с включёнными аудио-датчиками выйти на арену — это была плохая идея. Его сенсоры не просто сломались, но и вызвали ему огромную боль, хорошо, что гладиатор, с которым он сражался, оказался новичком, а иначе... Выбросили бы на свалку, разобрали, утилизировали, а полезные запчасти распродали бы торговцам поддержанные хламом в Иаконе или Хрустальном городе.

Мегатрон присел, он прикоснулся своими металлическими пальцами к холодному полу арены и тихо почти шёпотом произнёс: "Хех... А когда-то я с тобой сражался... Саундвейв". Он встал, его сервоприводы слегка скрипели, издавая противный звук. Оптика глядела куда-то вниз, пока неожиданно кто-то его не оклик на имя Мегатронус. "Это он?" Промелькнула мысль в его процессоре, но как такое может быть? Как? Линзы титана сузились, он медленно обернулся и увидел его... Такого маленького, хрупкого и беззащитного. Это был не тот враг с кем Мегатрон сражался много мегациклов, а друг, на которого он мог положиться — Орион Пакс. Он смотрел устало и... Печально? Чего он хотел? Зачем он сюда пришёл? Терзали вопросы Мегатрона, его лицевая пластина выражала недоумение, призрение и отрицание происходящего. "Нет... Нет-нет! Это не может быть ОН! Он мёртв!" Мегатрон сжал кулак будто сейчас будет бой "Это всё тёмный энергон! Побочный его эффект!". Он не мог принять, чего видит и слышит — это абсурд думать, что это всё реально.

Орион выглядит словно голограмма с голубым свечением, он был таким же, как тогда при первой их встрече. Юный бот в те поры и не подозревал, с чем ему придётся столкнуться, он просто работал в архиве, прослушивал и классифицировал полученную ему информацию. Он просто наслаждался жизнью в Иаконе, а теперь... Стоит перед своим другом в форме простой голограммы. Его искра, та что центре, переливается различными цветами с красного на синий, с синего на красный будто сама сверхновая внутри него.

Орион сделал шаг вперёд медленно без резких движений, действие сопровождалось крошечными искрами света, сияющими и угасающими. Он поднял своё лицо и вгляделся в самую искру Мегатрона. Его сенсоры фиксировали, как он отвёл от него взгляд и, как его манипулятор невольно сжался в кулак. Мегатрон давил своей тенью маленького бота, но свет Ориона не давал себя так просто затушить. Он сделал ещё один шаг и в этот момент его старый друг спросил, скрестив манипуляторы.

— Зачем ты сюда пришёл? Судить меня? Стыдить? — голос звучал вроде бы спокойно, однако чувствовалась эта внутренняя злоба и обида на Ориона. Его оптика стала сильнее гореть алым, а когти медленно царапать и без того рыхлую броню.

Орион взглянул на него и в его линзах промелькнуло что-то подобно надежде на старого друга, может он его простил? Окуляры на миг заблестели словно тысячи звёзд, они были такими чистыми, такими невинными... Мегатрон не мог смотреть на них, он резко отвернулся, смотря, как его статую пожирают скраплеты. Обидно осознавать, что твоё прошлое уничтожают даже не враги, а всякие паразиты, которым нужно только одно — есть.

Орион же тем временем опустил свой взор куда-то вниз, возможно он что-то уловил своими сенсорами в реакции Мегатрона. Его манипуляторы невольно сложились в маленький, но крепкий замочек. Голос звучал относительно спокойно, но тем не менее проскальзывала тоска в тоне голосового модуля бота.

— Я хочу повидаться с тобой... В последний раз — произнёс Пакс, приподняв свои сверкающие огоньки, и терпеливо ожидая любого ответа, но внутри себя надеялся, что старый друг поймёт его.

На миг всё вокруг них застыло как во офлайн, Мегатрон думал, что ж сказать и как. Его корпус подрагивал, а когти сильнее сжались в броню. Система охлаждения старалась работать тише, чтоб не выдавать внутренние эмоции хозяина, однако это так себе получалось и было слышно несильно всё-таки гул внутренних процессов. По этому фактору можно было легко определись, что бывший лидер явно что-то обдумывает у себя, возможно, эти слова Ориона вызвали немало чувств внутри него, а может и кое-что другое? Вдруг наноклик молчания разрушил он — Мегатрон, своим тяжёлым голосом, где чувствовалось пренебрежение в словах и обида за предательство старого друга.

— Серьёзно? Ты думаешь это что-то изменит? — спросил некогда великий гладиатор молодого архивиста Иакона, да так что ток по нейросетям пробежал у юного бота, а далее тон голоса у бывшего чемпиона изменился, став чуточку тише и уже с нотами непонимания — Мы через столько прошли, а ты... просто уходишь, куда?

После этого Орион замолчал, он не знал, как ответить ему, он просто... Молчал. Мегатрон же не глуп, он прекрасно знал, куда отправиться старый друг после их короткой беседы. Они... Стояли и ничего друг другу не говорили. Окружение вокруг них: развалины, грязь и ржавчина будто ожила и стала неким третьим лицом в их разговоре. Полуразрушенные небоскрёбы словно пытались приблизиться к ним, расслышать их получше, но стёкла от изгиба ломались, а те паразиты, что бесконтрольно поедали статую, застыли в предвкушении дальнейших событий между этими двумя. Арена же стала главным VIP-зрителем в их разговоре, эти обшарпанные стены, коррозия и заляпанные трибуны пристально следили за каждым микро действием, как ярый фанат, смотрящий на своих любимых героев в нетерпении, что же будет дальше. Эту тишь, да гладь снова нарушил Мегатрон своим мучающим вопросом.

— Ты... — начал он, продолжая не смотреть в горящие огоньки Ориона, а просто куда-то там в даль. Голос постепенно менялся — Ты всё ещё его видишь? Того гладиатора, что носил имя Мегатронус, или... — Мегатрон на наноклик затих, подбирая нужные слова — Или того тирана, что сейчас перед тобой?

В этот момент всё в один клик застыло в ожидании ответа от Ориона, но юный бот не спешил на такое отвечать. Он не желал этого делать, ведь... Сам не был уверен, видит ли он ещё того благородного воина или нет? Его светящаяся аура стала, что ли тусклее, чем ранее была. Этот вопрос вызвал у Пакса, те самые чувства неопределённости. Он отвёл свой взгляд, где виднелись два крупных спутника Кибертрона — Луна-1 и Луна-2, где первая луна больше второй. Мегатрон же расслабил свои манипуляторы и опустил их, теперь когти не царапали броню, однако, когда Пакс сделал шаг вперёд, ладонь механически хотела притронуться к нему, но, к сожалению или к счастью, Мегатрон не позволил этому случиться. Вдруг эту мёртвую тишину прерывает далёкий шум падающей колонны насколько сильный, что это заставляет Ориона заговорить и ответить на такой трудный вопрос.

— Я не знаю... — быстро без страха произнёс, но тем не менее чувствовалось недосказанность в его словах, да и взгляд его линз не смотрел на старого друга.

— Мгм... Ты всегда так отворачиваешься, Опти-и... Орион — Мегатрон уже так привык называть его Оптимусом, что позабыл прежнее его имя — Когда хочешь что-то скрыть. Я слишком хорошо тебя знаю...

После этого между этими двумя в очередной раз образовалось мёртвое молчание, но уже не так долго как было до этого. Через какие-то пару кликов неожиданно Орион из своей матрицы достаёт свою искру, что мала, но сияет ярче всех звёзд во Вселенной. Держа её осторожно, Орион Пакс всматривался в неё, ностальгируя по старым циклам, когда Кибертрон ещё не заржавел от этой войны. Интересно, о чём же думал он в этот момент? Может, как впервые увидел Мегатрона на то время Мегатронуса, в записи, где тот не боялся заявить на публику "Каждый из нас — личность! Когда-то мы были свободны!"? Или же, как впервые лично искрой с искрой встретился в Каоне и познакомился с Шоквейвом и Саундвейвом? А может и что-то другое.

— Да. Это так, дружище, но... — раздались слова Ориона громче, чем реактивный двигатель. В голосе бота уже не было той таски, что раньше звучала, и теперь за место неё токи надежды скакали по проводам — Но неужели это так важно для тебя? В любом случае я сольюсь с Великой Искрой, так или иначе... — Орион положил свою искру на законное место и наконец-то посмотрел на лицо друга. Два лучика света загорелись искренним пламенем надежды, которая гаснет в последнюю очередь.

Потом он подлетел, оставляя за собой искры света, которые сверкали и угасали — Но возможно я смогу трансформироваться в нечто новое, разве это не прекрасно? — спросил Орион, нежно, словно трогая очень хрупкий артефакт, прикоснулся он своими манипуляторами к лицу друга, которой уже потихоньку понимает, что же сейчас произойдёт.

— Стоп... Ты же... — Мегатрон резко поменялся в выражении, его линзы сузились до кварка, а манипуляторы попытались ухватиться за голографическое тело Ориона в попытке остановить это. Орион же не боялся и не злился, он принял свою смерть, хотя... Смерть ли это? Или простая трансформация?

— Не смотри так печально, мы ещё встретимся, друг мой — произнёс свои последние слова Орион перед исчезновением на ветру Кибертрона с искренней улыбкой, которую так давно не видел Мегатрон за столько мегациклов. От такого он даже прослезился золотой смазкой, эта слезинка прокатилась по щеке и упала на холодный, безжизненный Кибертрон...

Конец...