найти посредника

Глава 1

Найти посредника

Сообщение от партии таксаторов поступило под утро в Верхнереченский райздрав и в криминальную полицию. В нем сообщалось, что 25 июня на таёжном речном притоке Оны был замечен плот с неизвестным человеком, судя по описанию свидетелей, очень похожим на разыскиваемого Клинько.

Одиннадцать дней назад из тывинского города Ак-Довурака из психиатрической больницы сбежал, оставив в тяжёлом состоянии пытавшегося задержать его санитара, больной Клинько, отправленный туда для обследования из полицейского приемника-распределителя. Бомж, документов у него не было, и вёл он себя не адекватно. По некоторым данным, он подался в тайгу в горы, и след беглеца потерялся. Было оповещено все местное население, егери, лесники, туристические группы и различные изыскательские партии, ведь Клинько при случае мог натворить, что угодно. Десять суток поисковые группы при участии опытных таёжников, санитарных и полицейских вертолётов прочёсывали тайгу. Но психически больной как в воду канул.

«Шустёр, ничего не скажешь, перевалил через горы и по таёжным рекам движется в сторону Абазы, надеясь, что его в такой дали искать не станут. Хитер, а еще сумасшедший», – хмуро глядя в иллюминатор на расстилающуюся внизу тайгу, думал капитан полиции Александр Гончаров.

Врач Киселёв из психиатрической больницы думал о санитаре Смелике, всё ещё находящемся в коматозном состоянии. Что с ним сделал Клинько? Следов насилия на теле санитара не было.

Бывший егерь Шерин, крепкий и бодрый пенсионер, вообще ни о чём не думал, он тихонечко, по-стариковски дремал.

Двигатель вертолёта умолк и наступила леденящая душу тишина. В иллюминаторы грозно надвигалась ощетинившаяся верхушками деревьев тайга. Трое пассажиров всё поняли и тоскливо переглянулись. Захотелось кричать от бессилья и бить кулаками по железному брюху салона, в котором закончатся их жизни. Но никто не проронил ни слова.

Было слышно, как коротко взвывал стартер, или как он там называется, пилоты настойчиво пытались оживить падающую машину, заодно выходя вдоль речки – падать, так на открытое и ровное место. Тогда есть шанс. Высота в четыреста метров не оставляла возможности для авторотации.

Никогда не подумать, что земля может быть такой страшной!

За пятьдесят метров до земли спасительно взвыл двигатель, но удар, все же был сильным и пришёлся, в основном, на кабину, и пилотам, в отличие от пассажиров, которые отделались царапинами, досталось крепко. Командир экипажа был без сознания, получив черепно-мозговую травму, второму пилоту повредило ногу и, вероятно, несколько рёбер. К счастью, баки с горючим не взорвались.

Оказав раненым первую помощь, пассажиры вытащили из вертолёта продукты и другие необходимые вещи на случай ночёвки. Хотя две портативные рации разбились, пилоты успели сообщить в лётный отряд координаты вынужденной посадки. Так что помощь обязательно должна прийти.

Выпив втроём немного спирта за спасение и перекусив, егерь Шерин, закурив папиросу и глядя на уже хлопотавшего возле лётчиков Киселева, негромко сказал сидевшему рядом Гончарову:

–Слышь, Сашок, когда мы, значит, падали, успел я заметить в километре вниз по течению плот у берега. Не тот ли?

Гончаров немного помолчал, что-то прикидывая про себя, потом решительно поднялся.

–Посмотрим, Тихон Степанович. Киселёв часика два и без нас управится.

Плот, наполовину вытащенный из воды, держался крепко, течение реки его не сбивало. Шерин внимательно осмотрел все вокруг, разглядывая следы.

–Выходит, Сашок, четыре часа назад пристал сюда человече, и вон туда потопал. Знать бы, кто? Может, просто турист-одиночка...

–Пройдемся немного, Степаныч, по его следам, время у нас ещё есть, – решил капитан. – Вдруг где поблизости остановился?

Трудна для походов тайга в Западных Саянах. Бурелом, валежник, кусты, и местами густая трава в рост человека.

Гончаров с непривычки вспотел, но, спотыкаясь, упрямо поспешал за легко идущим Шериным, быстро приобретшим в привычной обстановке кошачью ловкую походку.

–Странно, – бормотал старый таёжник, по некоторым признакам сделав окончательный для себя вывод, – совсем налегке шёл человече, без рюкзака.

Они пробирались, протискиваясь между острыми сухими ветками упавших от старости или от бурь деревьев, проваливаясь в сгнивший древесный ковёр, почти сплошь устилающий землю, сквозь который торчали покрытые мохом валуны. Но вот деревья поредели, и они вышли на открытое место.

Перед ними в глубоком распадке стоял посёлок с добротными деревянными домами, виднелись и два двухэтажных кирпичных здания, вероятно, административного и культурного назначения. Но что-то было здесь не так. Не струились тёплые дымки над крышами, не слышались голоса людей, а висела странная тишина, лишь изредка прерываемая резкими криками кедровок. Посёлок был нежилой.

–Вот тебе на, – изумлённо заговорил Шерин, когда он с Гончаровым уже шёл по главной улице посёлка, заросшей густой травой, – я лет пять-шесть назад бывал в этих местах. Сюда в распадок, правда, не заходил, но знал, ничего здесь такого нет. Надо же…

Они заглянули в один из домов. На полу кучка какого-то тряпья, оставленного бывшими хозяевами, пара сломанных игрушек, обрывки пожелтевших газет двадцатилетней давности.

– Сколько лет, значит, посёлок пустует. – Шерин озадаченно почесал затылок. – И как я о нем не слышал? И ведь мужики-таёжники ничего о посёлке не говорили, да и таксаторы тоже… Никто не знал? Не может, Сашок, такого быть. А летуны чего молчали? Они давно тут всю тайгу сфотали.

У двухэтажного дома, над дверями которого висела уцелевшая половина таблички «...геологоразведочной экспедиции», Шерин снова заговорил.

–Впервые лет сорок назад, Сашок, видывал я заброшенные посёлки, хотя поменьше чуток. Буровики там работали и жили с семьями. Да неперспективны места оказались, вот все скопом и уезжали. В начале девяностых, тоже такое было. Но все знали. А тут? Думается мне, что может, на уран здесь разведка шла? Вот и засекретили.

–Вполне возможно, вернусь в отдел, выясню. А пока сходи, Степаныч, по этой улице до конца. Глянь, нет ли к какому дому следа, а я сюда сверну. Вон, возле котельной встретимся и тот край прочешем. Клинько увидишь, сам не лезь. Вместе брать будем.

Гончаров шёл по переулку, приглядываясь к крапиве и высоким лопухам, цепко и плотно опоясывающих выход из каждого двора и дома. Непривычное это чувство – находиться в большом заброшенном селении, где сиротливо стоят добротно построенные дома, блестя на солнце никому не нужными стёклами окон, и уныло провисают между домами ничего не передающие провода. Где в настоящий момент эти люди, жившие здесь? Вспоминают ли когда этот давно осиротевший посёлок, частицу их прошлого?

В здании клуба Гончаров услышал непонятный шорох. Он поднялся по бетонным ступеням и ловко нырнул в приоткрытую дверь.

... Старый паркет плясал под пулями как клавиши пианино под пальцами маэстро, и Александр прикрыл глаза от летевших в лицо щепок. "Откуда у Клинько оружие, да ещё и с глушителем", – зло думал он под неутихающую глухую дробь автоматных очередей. – Когда же у него кончатся патроны?"

Фойе клуба было сильно захламлено, валялись полуразбитые стулья, сломанный бильярдный стол, ободранные стенды, обветшалые транспаранты и тому подобное барахло, к счастью для капитана, не дававшее стрелявшему из соседней комнаты разглядеть цель, хотя стоило тому сдвинуться на полметра влево, и лежавший Гончаров был бы как на ладони. Но стрелок не менял неудобную позицию, продолжая вслепую сыпать очередями.

Автомат на секунду замолк, и Гончаров рванулся к ближайшему окну, благо, в клубе они были, чуть ли не на всю высоту стены. Пробив стекло, он вылетел наружу и, подкатившись обратно к стене, понял, что огонь ведётся по прежнему месту. "Неужели Клинько совсем замкнуло?" – подивился Гончаров и, достав пистолет, пополз вдоль стены, затем осторожно приподнялся.

Он ожидал увидеть все, только не робота, стоящего к нему в пол-оборота.

"Новейшая модель. Робот-охранник" – вспомнил Гончаров увиденный недавно в отделе информации областного УВД японский технический проспект. Но современнейшая зарубежная модель, по-видимому, была крепко подпорчена, т.к. корпус робота с трудом поворачивался градусов на десять, и он не передвигался, а упрямо долбил пулями фойе в сторону входа из автомата, встроенного в верхнюю часть корпуса. Но вот боек защёлкал вхолостую – у робота кончился боезапас.

Разглядев сзади на корпусе "охранника" металлическую шторку с надписью "stop", Гончаров тихо отжал створки окна и, впрыгнув в комнату, отключил робота...

На улице он встретил Шерина, у того был смущённо-встревоженный вид.

– В нехорошее место мы попали, Сашок, – заговорил старый егерь, оглядываясь по сторонам.

–Да ну? – хмыкнул Гончаров, внутренне согласный с Шериным.

–Видел я этого Клинько, – перешёл на шёпот Федор Степанович, – верь не верь, – призрак. Появится передо мной, скривится и исчезнет, потом опять появляется.

Гончаров хотел успокоить старика, но Шерин сменился в лице, уставившись мимо него.

Капитан резко обернулся. Около входа в клуб стоял беглец. Но если само лицо Клинько выглядело достаточно чётко, то очертания фигуры смазывались, колеблясь, и сквозь тело виднелась стена здания.

– Голографическое изображение, кстати, весьма посредственного качества передачи, – спокойно объяснил Гончаров.

На лице псевдо-Клинько появилась неестественная улыбка.

–Я прошу вас покинуть пределы посёлка, иначе вам грозит опасность, – старательно выговаривал он каждое слово. –И не от меня. Я, вообще не человек, так что не пытайтесь доставить меня в больницу. Через сорок-пятьдесят минут я перейду в своё нормальное состояние, которое вам невозможно увидеть и трудно понять. Я знаю это, потому что я на вашей планете довольно давно.

Егерь и капитан полиции стояли, боясь пошевелиться, и слушали пришельца. Гончаров, отличающийся крайней выдержкой в любых экстремальных ситуациях, все равно почувствовал пробежавший по спине холодок.

– Некоторое время назад, – продолжал Пришелец, – я потерял свой энергоинформационный канал подпитки. Вероятно, где-то в Галактике произошёл мощнейший гравитационный всплеск, деформировавший временну̀ю структуру канала. На несколько наносекунд их волновые колебания совпали. Впрочем, этого вы тоже не поймёте. Чтобы выжить, я перешёл на питание рассеянной энергией из Космоса. Но она по многим причинам, в том числе из-за вашей атмосферы, для меня слишком ничтожна.

Моё поведение и сознание слишком отличается от вашего, и при неосмотрительном контакте с людьми я был принят, как у вас говорят, за сумасшедшего. Все это не волновало до тех пор, пока одиннадцать суток назад я не получил сигнал об указании места, куда должен прибыть – меня всё-таки нашли!

Скоро мой канал подпитки будет полностью восстановлен, и я навсегда исчезну для вас. Но повторяю, когда это будет происходить, вследствие огромной мощности специфических излучений, направленных в эту точку, ничто живое уцелеть не может. Можете убедиться в том, что я не ваша цель поисков.

Голографическое изображение медленно растаяло, а в конце улицы скрипнула калитка, и люди увидели приближающегося "Клинько".

В двух шагах от них он остановился. Да, нечто нечеловеческое явно проглядывало в нем, от подбородка ко лбу волнами пробегала радужная быстрая рябь, и зрачки, меняя цвет, горели мрачным бездонным огнём.

Пришелец понял, что произвёл впечатление.

–Мне все труднее удерживать этот облик, – пояснил он.

Гончаров осторожно протянул в его сторону руку и почувствовал волну пронизывающего холода и некоторой вибрации. Без сомнений, это уже не было голограммой.

–Я ещё не сказал, – тяжело разомкнул губы пришелец, – что оставляю вам это тело. Положим, для отчёта, для прекращения поисков. Оно искусственное, но ваши эксперты этого не заметят. Причина смерти – кровоизлияние в мозг. Подойдёт? До последнего момента я буду находиться вон в том домике. Сверху распадка, откуда пришли, вы можете чётко контролировать моё присутствие. – Пришелец ткнул пальцем в бинокль Шерина. – Ждать вам осталось немного. Надеюсь, согласны?

– Чертовщина какая-то, – еле слышно прошептал егерь, с нескрываемым подозрением глядя на пришельца.

– Откуда здесь японский робот? – спросил Гончаров. Шерин недоуменно покосился на него.

–Телепортирован моими коллегами для охраны этого места, давно. Сама территория брошенного посёлка для таких как я, служит своего рода зарезервированным восстановительным пунктом. Только находясь здесь, конечно, в условленное время, я могу получить необходимую помощь. На вашей планете есть несколько таких пунктов.

Проводив пришельца до указанного дома, Гончаров с Шериным, молча прошли через огород, примыкавший к склону, решив здесь подниматься; дом останется под ними и сверху они увидят нечто необычное, обещанное пришельцем.

Гончаров, оставив Тихона Степановича с наказом не спускать с дома глаз, стал первым взбираться по склону, но услышав встревоженный оклик Шерина, быстро спустился вниз.

–Сдается мне, Александр, что в доме-то этом ребёнок плачет.

– Да ну? – не поверил Гончаров. – Может, кошка? У них, похоже, получается.

–Ты за кого меня принимаешь, – обиделся старый егерь. – Я ж всю жизнь в тайге, и животину от дитя отличу. Слух у меня хороший, да и зрение пока ничего.

–Откуда может быть ребёнок? – продолжал сомневаться полицейский.

–А откуда иностранный робот, про которого ты спрашивал? – ехидно парировал Шерин. – Пойдем, как следует глянем.

–Обещали же не лезть к нему, – неохотно протянул Гончаров, но старик решительно направился к дому.

Из зарослей крапивы, грозно рыча, вывернулся здоровенный медведь, и злобно глядя на людей маленькими глазками, пошёл на них.

Гончаров нервно зашарил под мышкой, доставая пистолет, но егерь, отскочив, ловко сорвал с плеча карабин и три раза подряд выстрелил в зверя усыпляющими пулями. Медведь затряс башкой, рявкнул, и медленно завалился на бок у самых ног Шерина.

Пока Гончаров неверяще смотрел на огромного зверя, Федор Степанович вытащил полупустую обойму, сунул в карман штормовки, а из-за пазухи извлёк обойму с боевыми патронами.

– Прихватил на всякий случай. Чую – ждут нас сюрпризы. Не хочет этот пускать нас в дом.

Не ожидал Гончаров от старика такой прыти, а вроде и знал давно.

Сжимая в руке пистолет, теперь казавшийся никчёмной игрушкой, Гончаров подошёл к крыльцу. Шерин держался немного сзади и сбоку. В глубине дома они явственно услышали плач ребёнка.

"Если это ловушка для нас, – подумал капитан, – то срабатывает она безотказно". Он протянул руку к двери, но тут, сбив калитку с петель, во двор вкатился, поводя по сторонам дулом автомата, робот-охранник. Сейчас он был вполне исправен. Чёрный зрачок оружия уставился на Гончарова, но Тихон Степанович не сплоховал и на этот раз. Его выстрел был воистину снайперским – пуля попала точно в дуло автомата. И в нем рвануло, разворотив казённик. Робот тотчас выпустил струю парализующего газа, но порыв ветра развеял его. А "охранник" упрямо пер на Гончарова, протягивая к нему длинные клешни-захваты, не обращая внимания на щёлкнувшие по бронестеклу окуляров пули – тут карабин егеря уже не помог. Заложенная в электронный мозг программа выполнялась безукоризненно – обезвредить преступника.

– Отходим, Степаныч! – крикнул Гончаров. Он уже понял уязвимость "охранника" в данной ситуации, и сейчас, отступая, оглядывал двор. – За мной!

Они перелезли через покосившийся низенький заборчик и оказались на бывшем огороде. Вот что им надо! Заросшая выгребная яма.

–Перемахнешь? – спросил Александр егеря, кивая на яму. Тот все понял и кивнул. – Тогда подпускаем поближе.

Робот, проломив забор, катился в их сторону. Подпустив его совсем близко, они одновременно перепрыгнули яму. Как и ожидалось, преследуя их, робот рухнул туда. Глубина была чуть больше метра, но этого хватило, чтобы робот застрял там надолго. На подобные случаи конструкторы не рассчитывали.

– Я вообще удивляюсь, – глянув на копошащегося внизу робота, сказал Гончаров, –как он по этим улочкам умудрялся ездить, этот агрегат предназначен только для помещений.

–Наверное, наш призрак постарался, – угрюмо ответил егерь.

– Постой тут, Степаныч, на всякий случай, – приказал Гончаров, и секунду подумав, протянул ему свой пистолет. – Попробуем без оружия, чтоб не провоцировать. – Он пнул дверь и ворвался в дом.

Яркий поток света мощностью в десятки "юпитеров" обрушился на него. Александр закрыл глаза, а в его сознание проник голос пришельца, неумолимо подавляющего его волю. Он напрягся, пытаясь бороться, но обмяк, и все происходящее стало ему безразличным. А голос настойчиво советовал Гончарову выстрелить в себя, тем самым обеспечив покой и сон.

"Нет у меня пистолета, – вяло отвечал Гончаров, – и баллончика с газом нет, вот у Степановича... Что у Степановича? Ему сюда нельзя". У Александра от тревоги за товарища вновь вспыхнуло желание бороться, но сильный импульс чужого внушения погасил его, и он стал впадать в прострацию.

– Дяденька, помогите! Возьмите меня отсюда. Мне страшно!

"Что такое? – смутно пронеслось в мозгу. – Зачем? Говорит ребёнок, – засыпая, лениво думал он, – вроде девочка. Боится".

На мгновение пробилась ясная мысль о плачущем ребёнке и этого ему хватило. Невероятным усилием воли он сбросил угнетавшую сознание липкую пелену.

Ослепительный свет померк, Гончаров открыл глаза и огляделся. В соседней комнате, на скамье, сжавшись в угол, сидела девочка лет шести-семи и испуганно-умоляющими глазенками смотрела на него.

–Дяденька, возьмите меня отсюда. Я боюсь.

Голова разламывалась от боли, Гончаров судорожно сглотнул слюну, попытался улыбнуться ребёнку и повернулся в сторону двери.

–Степаныч, у меня все в порядке. Ты постой там. Я скоро, сам справлюсь.

Шерин недовольно пробурчал, что он мог бы и помочь. Александр подошёл к девочке:

–Как ты сюда попала, маленькая? Успокойся, не плачь.

Посередине комнаты появился пришелец. Девочка в испуге закрыла лицо ладошками.

–Для восстановления канала подпитки мне необходим человек, лучше ребёнок.

–Да что вы? – наигранно подивился Гончаров. – Девочка пойдёт с нами. Мы вернём её домой, к родителям.

–Вы незаурядный субъект, – с некоторой ноткой удивления произнёс пришелец. – Серьёзно занимались йогой? Самовнушением? Экстрасенс?

Гончаров промолчал и, обняв малышку, успокаивающе погладил её по голове.

– Не хотите отвечать? Что ж. Я применил к вам всю энергию, которую смог аккумулировать. Конечно, сейчас я очень слаб, но для обычного человека этого бы хватило с лихвой.

–Пойдём, маленькая, – Александр взял девочку на руки.

–Постойте, – заволновался пришелец. – Я объяснюсь.

– Степаныч, прими ребёнка, – Гончаров поднёс девочку к двери и передал Шерину, сразу забормотавшему ей ласковые слова.

... – Поймите, восстановление энергоинформационного канала – сложнейший процесс и для этого нужен разумный посредник, желательно молодой, чей мозг более восприимчив к любому объёму информации...

– Догадываюсь, – прервал пришельца Гончаров, – после вашего процесса посредник...

–Умирает, – подтвердил пришелец.

–А где же гуманность Высшего Разума, если он так жесток к людям?

–Я же говорил, – с ноткой нетерпения продолжал инопланетянин, – что мой случай исключительно редок, и притом ваше нынешнее существование крайне примитивно – трёхмерный мир, этакая нелепая, легко уязвимая физическая оболочка... Только лишь после так называемой вами "смерти" сознание человека переходит в иное, более совершенное состояние.

–Может и так, но мы не позволим лишить ребёнка этой нашей, пусть и примитивной жизни. Такие мы дикари. Кстати, вертолёт ваша работа?

– Да, я использовал часть неприкосновенного запаса, – тусклый голос пришельца звучал совсем тихо. – Убивать я вас не собирался, и вы остались живы, но считал – после вынужденной посадки вам будет не до поисков.

Гончаров вышел на улицу, легко преодолев последнее сопротивление пришельца, заметно теряющего силы. Шерин бережно, хотя и неуклюже, укачивал засыпающую у него на руках девочку, укутанную в штормовку егеря.

– Да ты, Степаныч, отменная нянька, – похвалил Александр. – Но давай-ка, побыстрей сматываться отсюда. А откуда ребёнок, не спрашивал

–Говорит, что из лагеря конных туристов, а это километров полсотни отсюда будет.

Гончаров представил себе энергию НЗ пришельца, способную уронить вертолёт, перенести на такое расстояние человека, не считая фокусов с роботом и медведем, и невольно поёжился.

– Глянь, – негромко окликнул его Шерин, кивнув вверх. Только тогда Александр заметил метрах в десяти над ними тончайшие нити редкоячеистой сети, раскинутой над посёлком. Почти не видная человеческому глазу, не она ли создавала маскировочный эффект, надёжно прикрывая заброшенный посёлок и от приборов, и от людей? Наверное, так. И выходить отсюда надо обратной дорогой.

Кругом резко потемнело, словно перед грозой, хотя не было никаких туч.

С неба метрах в пяти перед Гончаровым ткнулся узкий оранжевый луч, и на этом месте сразу пожелтела трава. Ещё три луча ударили сбоку от егеря – инопланетяне помогали своему собрату добыть посредника.

– Зигзагами, Степаныч, – выдохнул Гончаров, и они завиляли, спеша вверх, из-под сетки, к ближайшим деревьям. Пока пришельцы не установили более чёткий контакт с этим местом, они мазали, и у людей оставался шанс успеть вырваться. Но лучи били все ближе, и Гончаров понял, их нащупали и берут в кольцо.

"Не уйти", – обречённо подумал он, глядя такую близкую стену тайги и слыша натужное дыхание усталого Шерина. Он сбросил с плеча карабин егеря и на бегу выхватил у него девочку.

Внезапно обстрел прекратился, и они, сделав последний рывок, вломились под укрытие кедрача, слыша за собой громкий, яростный, полный боли медвежий рёв.

Появившийся вблизи восстанавливаемого канала подпитки объект привлёк внимание и, переместившись на него, сфокусированные лучи вонзились в очнувшегося зверя.

Сквозь просветы в кроне деревьев полыхали необычные оранжевые зарницы. Неземной пронзительный звук заполнил небо и оборвался. А заброшенный посёлок мгновенно вспыхнул и удивительно быстро сгорел, словно сухой стог сена. И тотчас на тайгу хлынул проливной дождь.

... Пришелец, этот вечный странник, привычно переносился в пустоте Космоса сгустком невидимой сконцентрированной энергии. Но не радовало больше разнообразие тысяч миров, не услаждала многомерность пространства. Необъяснимое желание животной и растительной пищи постоянно мучило его, и он против воли мечтал об удобном белковом теле с густым волосяным покровом, с когтистыми неуклюжими лапами и мощной зубастой пастью... Что происходит с ним? И от отчаяния он тоскливо, по-звериному ревел навстречу летящим звёздам...