Наука не всесильна

Глава 1

Заседание расширенного совета Института Прикладной Логистики проходило в комнате 304. В комнате 304 стоял шкаф.

Это был меровский шкаф. Его привезли утром. Он занимал восемьдесят процентов комнаты. Двадцать процентов занимали учёные.

— Итак, — сказал директор НИИ, доктор технических наук Семёнов. — Мы собрались, чтобы решить проблему.

Семёнов сидел на подоконнике, потому что стулья были за шкафом. Шкаф был высотой три метра. Он был сделан из дуба. На дверцах были почему-то вырезаны сцены охоты короля Хлодвига.

— Проблема в том, — сказал профессор кафедры теоретической механики Козлов, — что шкаф не проходит в дверной проем.

— Это не проблема, — сказал Семёнов. — Это исходные данные.

— Я говорю о физике, — сказал Козлов. — Диагональ шкафа равна трём метрам двадцати сантиметрам. Высота дверного проёма — два метра десять сантиметров. Разница — один метр десять сантиметров.

— Мы это уже слышали, — сказал Семёнов. — Мне нужны решения.

— Я предлагаю распилить его, — сказал аспирант Гриша. Он сидел на люстре.

— Это варварство, — сказала заведующая архивом Марья Ивановна. — Это меровский шкаф. Ему тысяча триста лет. Он внесён в реестр культурного наследия ЮНЕСКО.

— Тогда пусть ЮНЕСКО его и выносит, — сказал Гриша.

— Гриша, — сказал Семёнов. — Вы уволены.

— Я аспирант, — сказал Гриша. — Меня нельзя уволить. Меня можно только отчислить. Но я уже написал диссертацию.

— О чем? — спросил Козлов.

— О методах перемещения крупногабаритных объектов в стеснённых условиях, — сказал Гриша. — Я писал её три года. Я знал, что этот день настанет.

На следующий день привезли лазерный нивелир. Привезли гидравлический домкрат. Привезли команду из десяти грузчиков.

— Раз, два, взяли, — сказал бригадир грузчиков.

Шкаф не двинулся.

— Ещё раз, — сказал бригадир.

Шкаф не двинулся.

— Он весит четыре тонны, — сказал Козлов. — Мы его не поднимем.

— Мы должны его поднять, — сказал Семёнов. — Мы не можем оставить его в коридоре. Люди ходят.

— Люди ходят по коридору, — согласился Козлов. — Но шкаф стоит в комнате 304. Он уже здесь.

— Но он стоит неправильно, — сказал Семёнов. — Он стоит поперёк. Он должен стоять вдоль стены.

— Зачем? — спросил Козлов.

— Чтобы мы могли войти в комнату, — сказал Семёнов. — Сейчас мы сидим на подоконнике и на люстре. Это неудобно.

— Наука требует жертв, — сказал Козлов.

— Наука требует стульев, — сказал Семёнов. — Мне нужен мой стул.

Была создана рабочая группа. В неё вошли:

Семёнов (руководитель).

Козлов (теоретик).

Марья Ивановна (хранитель).

Гриша (наблюдатель от аспирантуры).

Бригадир грузчиков Петрович (практик).

Рабочая группа заседала в коридоре, потому что в комнате 304 места не было.

— Мы можем нанять вертолёт, — сказал Петрович. — Снимем крышу, вытащим шкаф, поставим его во дворе.

— Во дворе он не нужен, — сказал Семёнов. — Он нужен в комнате 304.

— Зачем? — спросил Петрович.

— Это символ, — сказал Семёнов. — Это наш научный багаж. Мы не можем его выбросить.

— Тогда давайте его выбросим, — сказал Петрович.

— Нельзя, — сказала Марья Ивановна. — Это память.

— Память о чем? — спросил Петрович.

— О том, что мы учёные, — сказал Семёнов.

— Я грузчик, — сказал Петрович. — Я не учёный. Мне все равно.

— Вы работаете в НИИ, — сказал Семёнов. — Вы часть системы.

— Я часть профсоюза, — сказал Петрович. — И я хочу обедать. А в столовую не пройти, потому что коридор заставлен какими-то деревянными досками.

— Это не доски, — сказала Марья Ивановна. — Это карниз девятого века.

— Он мешает мне жить, — сказал Петрович.

Была создана межведомственная комиссия. Приехали представители Министерства Культуры. Приехали представители Министерства Науки. Приехали представители МЧС.

— Мы не можем допустить обрушения, — сказал представитель МЧС. — Шкаф перекрывает эвакуационный выход.

— Выход — это дверь, — сказал Семёнов. — А шкаф стоит перед дверью.

— Вот именно, — сказал представитель МЧС. — Если начнётся пожар, мы все сгорим.

— Пожара не будет, — сказал Семёнов. — У нас все из дуба. Дуб не горит.

— Дуб горит, — сказал Козлов. — Температура воспламенения дуба — около четырёхсот градусов.

— Но у нас не бывает четырёхсот градусов, — сказал Семёнов. — Даже летом.

— Пока нет, — сказал Козлов.

— Я предлагаю компромисс, — сказал представитель Министерства Культуры. — Давайте отпилим у шкафа ножки.

— У него нет ножек, — сказала Марья Ивановна. — Он стоит на полу.

— Давайте отпилим верхнюю часть, — сказал представитель.

— Это антресоль, — сказала Марья Ивановна. — Там хранятся документы.

— Какие документы? — спросил представитель.

— Отчёты за тысяча девятьсот восемьдесят пятый год, — сказала Марья Ивановна.

— Они нужны? — спросил представитель.

— Они ценны, — сказала Марья Ивановна.

— Чем? — спросил представитель.

— Тем, что они есть, — сказала Марья Ивановна.

Гриша защитил диссертацию. Тема: «Методология перемещения объекта "Шкаф меровский" в пространстве комнаты 304 с применением теории струн».

Оппоненты задали вопросы.

— Как вы предлагаете переместить шкаф? — спросил оппонент.

— Я предлагаю создать дополнительное измерение, — сказал Гриша. — Тогда мы сможем обойти шкаф с четвёртой стороны.

— Но у нас нет четвёртой стороны, — сказал оппонент. — У нас есть только длина, ширина и высота.

— Это в трёхмерном пространстве, — сказал Гриша. — В десятимерном пространстве у нас есть место.

— Где мы возьмём десять измерений? — спросил оппонент.

— В институте, — сказал Гриша. — У нас есть подвал. Там можно развернуть коллайдер.

— У нас нет коллайдера, — сказал оппонент.

— Мы его построим, — сказал Гриша. — На это уйдет двадцать лет.

— А шкаф? — спросил оппонент.

— Шкаф подождет, — сказал Гриша.

Совет проголосовал. Гриша получил степень кандидата наук. Шкаф остался в комнате 304.

Семёнов вышел на пенсию. Новый директор, доктор наук Кузнецов, собрал совещание.

— Итак, — сказал Кузнецов. — Мы собрались, чтобы решить проблему со шкафом.

— Это не проблема, — сказал Козлов. — Это исходные данные.

— Я знаю, что это исходные данные, — сказал Кузнецов. — Но у меня нет кабинета. Мой кабинет — это комната 304. А там стоит шкаф.

— Мы можем работать в коридоре, — сказал Козлов.

— В коридоре холодно, — сказал Кузнецов.

— Наука требует жертв, — сказал Козлов.

— Я не хочу жертв, — сказал Кузнецов. — Я хочу кабинет.

— Тогда давайте выбросим шкаф, — сказал новый аспирант Вася.

— Нельзя, — сказала Марья Ивановна. — Это память.

— Память о чем? — спросил Вася.

— О том, что мы не смогли его выбросить, — сказала Марья Ивановна.

— Это не память, — сказал Вася. — Это неудача.

— Это традиция, — сказала Марья Ивановна.

— Традиция — это неудача, которую все привыкли терпеть, — сказал Вася.

— Вася, — сказал Кузнецов. — Вы уволены.

— Я аспирант, — сказал Вася.

Приехали китайцы. Они предложили купить шкаф.

— Мы дадим вам сто миллионов долларов, — сказал переводчик.

— За что? — спросил Кузнецов.

— За шкаф, — сказал переводчик.

— Зачем он вам? — спросил Кузнецов.

— У нас есть комната, — сказал переводчик. — Она больше.

— Насколько больше? — спросил Кузнецов.

— На три метра, — сказал переводчик.

— Это имеет значение, — сказал Козлов. — Если у них комната больше на три метра, они смогут его поставить.

— Но это наш шкаф, — сказала Марья Ивановна.

— Это наша проблема, — сказал Кузнецов. — Мы можем её продать.

— Это не проблема, — сказала Марья Ивановна. — Это символ.

— Символ чего? — спросил Кузнецов.

— Символ того, что мы не продаёмся, — сказала Марья Ивановна.

— Мы продаёмся, — сказал Кузнецов. — За сто миллионов-то.

— Я не согласна, — сказала Марья Ивановна.

— Вы архив, — сказал Кузнецов. — Вы не имеете права голоса.

— Я имею право хранить, — сказала Марья Ивановна. — Это моя функция.

Китайцы уехали. Шкаф остался. Комната 304 стала музеем. Экскурсии проводил Козлов.

— Перед вами, — говорил Козлов, — уникальный меровский шкаф. Уникален тем, что его не могут вынести.

— Почему? — спрашивал турист.

— Потому что он не проходит в дверь, — говорил Козлов.

— Почему его не распилят? — спрашивал турист.

— Потому что это память, — говорил Козлов.

— О чем? — спрашивал турист.

— О том, что наука не всесильна.

— Но как его внесли?

На этот вопрос никто не мог ответить. Ведь не поверить же в то, что Институт Прикладной Логистики был построен вокруг этого шкафа?