Нам по силам

Глава 1. Параграф 1. "Первый и второй период детства".

Я был паинькой в детском саду. Именно так я характеризую себя сейчас, нынешними мозгами, мышлением. Тогда это было формулой моего поведения, удобной для всех. Не буду таить, на тот момент это было и для меня не в прок. Я хорошо себя вел, показывал лояльность к воспитателям и другим детям, старался выполнять все задания, учился и развивался чтению, счету и другим важным функциям такого возраста. Конечно, я не могу рассказать абсолютно все с того момента, но отчетливо помню модель своего поведения - милый, послушный и угодливый всем мальчик, обаятельный, которого все любили. Тогда это был механизм, позволяющий защитить ребенка от угроз, воздействия и давления внешнего мира, подстраивание под старших позволяло получать преференции. Со взрослением я получал все больше и больше информации о правилах жизни и человеческого общения, конечно, я знал, что «добро и зло, светлое и темное» существует, но больше в фильмах, книгах, играх.

Тогда в моей маленькой, неокрепшей голове начало выстраиваться осознание, что мир не однополярен, что нарушение норм морали не преследуется по закону, кроме как осуждением со стороны общества различными нравоучениями и иными способами борьбы с обидчиками. Как это сказывалось? Из-за того, что я был полностью послушен, всем казалось, что я – дитя совершенно непогрешимое. Тогда и решил совершить пакость, даже не помню какую, но помню последствия - в первый раз в жизни в детском саду был подвергнут «наказанию» в виде позорного, как мне казалось, простоя в углу. Конечно, наказание не продлилось долго, я спокойно извинился, но ситуацию не отпустил: «Я что, стал таким же хулиганом, как и другие мальчишки?». В тот момент это была угроза, нельзя было поверить, чтобы я стоял в углу, был хулиганом! Я принял это, и надолго хулиганство являлось запретным плодом.

Но и это, в какой-то степени, не совсем так. Вел я себя хорошо при родных, в саду, но с друзьями, особенно в деревне, о которой я неоднократно писал в моих литературных произведениях, где натворить могли всякое, потому что знали - никакой санкции не последует, особенно если все будет покрыто тайной. Мое поведение стало определяющим в последующие школьные годы, в которых «правильность закрепилось вплоть до 8-9 класса.

Ни что так не рушит маленький мир в голове ребенка, как начальные классы школы. Под начальными классами, соответственно, понимаются с первого по четвертый, когда уроки у нас велись одним учителем - Ольгой Александровной. Посудить сейчас, я продолжал выстраивать свою поведенческую форму в стиле подстраивания. Учиться мне удавалось более чем хорошо, но никогда не удавалось быть отличником, четверка либо по русскому, либо по математике были стабильны. Так, до окончания обучения меня преследовала тенденция одной отметки «хорошо» в четверти.

Я был более чем прилежен. Делал домашнее задание вовремя, самостоятельно, слушался учителя и не полагался на бездумные действия моих одноклассников, не соглашался на различные аферы, хотя и различных эксцессов хватало сполна. Но я либо выходил сухим из воды, либо заминал происходящее и сводил на нет. Чувствуется? Все то же удобство для всех и каждого. Но тогда синдром отличника, как и правильность, укоренились в моей голове.

Там я и нашел свой первый круг общения. Я не буду называть имена, дабы ненароком никого не обидеть и не задеть, но опыт классиков русской литературы дает нам возможность сделать это куда иначе. А. и К., крепкая дружная троица, наши родители были знакомы, наши взаимоотношения были на прекрасном уровне. После школы «зависали» на школьном дворе, играли, общались о всяком детском. Наивысшая безмятежность - назовем этот период таким тезисом.

Конечно, мое поведение играло на руку. Я лавировал меж двух огней - общество и школа. Школа заставляла быть послушным, общество, в лице, естественно, детей, несло поощрение от пакостей и хулиганства. Меня не считали заучкой, но и коренастым мальчуганом не был. Не было упреков, а-ля «подлиза». Я подходил ко всему стратегически, старался выстраивать стратегическое мышление во всем. С этих пор пошла моя «головная боль, загвоздка, заморочка и напряг», как кому удобнее - слишком частые размышления, вдумчивость и самокопание. Это и стало основой моей работы «Закрой уши».

Начальная школа прошла мимолетно. Я проходил путь по течению, там же и получил первую «двойку». Конечно, это было неприемлемо, в первую очередь, для меня. Мои старания и усилия направлялись на учебу, удовлетворить свое стремление к превосходным отметкам, а не тяге к знаниям. Но уже тогда это было неисполнимо, я не смог стать отличником, и до конца всего обучения в школе и институте табель с отличием будет появляться лишь изредка.

Плохо ли это? В принципе, если судить на сегодня, конечно школьные отметки и превосходная дисциплина никак не повлияли ни на меня, ни на мое стремление к обучению. Отчасти, только заложило основу синдрома отличника, желанию угождать. И, время шло, и средняя школа уже была как рукой подать.

Глава 1. Параграф 2. "Подростковый возраст. Средняя школа."

Для подростка начинается новая жизнь. Конечно, класс не переформировывается, но переход к системе один класс-один предмет по началу, естественно, вызывал непомерный стресс. Не туда пошел, перепутал кабинеты, не тот этаж, опоздания. По началу, естественные процессы. В особенность вошли ежегодно новые предметы, но, конечно, значимого запомнилось совсем мало. Этот параграф будет посвящен именно 5-9 классам, но будет смысловой переход между 5-7 и 8-9, так как в них происходили кардинально разные процессы.

Возьмем первый этап, уже тогда мой прежний круг общения рухнул. Именно рухнул, резкое отдаление и прекращение общения является прямым следствием вовлечения нас в основной корпус школы, где появляются новые знакомства. Из параграфа 2 мы помним об А и К, неизменные друзья, державшиеся и помогающие друг другу. С 5 класса все пошло крахом, сферы общения начали меняться, наш союз, казалось бы, нерушимый, стал распадаться. И я не скажу, что сильно пострадал от этого, меня такой тренд стороной не обошел, тем самым, я начал связываться с другими людьми - Ко и Ки (чтобы не путаться с К из прошлого параграфа, обозначу их таким образом).

Первую часть параграфа охарактеризую тремя основными моментами: учеба, компьютер и бокс. Учеба давалась все также, конечно, сложностей прибавилось на порядок, но мои старания сказывались на годовых отметках в дневнике – ни одной удовлетворительно. Тогда я начал интересоваться историей, правом, политикой, технологиями, уже тогда формировался костяк моего мышления, моральные устои и предпочтения.

Естественно, я заинтересовался компьютерными играми. Персональный компьютер появился в моей жизни довольно рано, уже тогда предпочитал прогулкам и обычному общению играм, но жалеть об этом, считаю, ни в коем случае не нужно. Тогда я и нашел новый круг общения по интересам Ко и Ки, нас связали популярный на тот момент шутер и песочница, в которых «зависали» часами. Но мы не убивали свое время за играми постоянно, конечно же нет, достаточно сблизившись, начали проводить время на улице, занимаясь разными подростковыми занятиями от обычных прогулок во дворе, до штурма заброшенных зданий. Приключений уже хватало, мне нравилось проводить с ними время, но куда важнее совсем другое.

В этом возрасте я начал осознанно заниматься боксом. Конечно же, я посвящу этому отдельный параграф, потому что влияние спорта в целом на мое взросление неоценимо.

Неоценимо больше в негативном смысле.

В этом возрасте я начал пробовать свое предназначение к перу и творчеству. Стихи давались мне также, как кит акуле. Подбор рифмы и одновременное изложение мысли стало следствием того, что мой стиль стихописания обозван «стихами в прозе». Разве стихотворения бывают в прозе? Или это так указывали на мою несостоятельность в качестве стихотворца? Тогда-то я и задумался об изменении творческого вектора.

Но, в тот момент меня больше волновало совсем другое, чем писательство, естественно. Этому моменту я также посвящу отдельный параграф, потому что я пришел к тому, к чему пришел отнюдь не сразу и не с легкой походки.

Самым тягостным моментом застигло меня врасплох переход в 8 класс. Политика нашей школы предусматривала уже в таком возрасте смешение классов по профилям. Конечно, я понимаю, что такое раннее деление позволило нам углубленно изучать предметы, что стали бы спутниками нашей жизни, посеяли корень либо определенности, либо крайнего сомнения. Для меня выбор был более чем очевиден, уже тогда я тяготел к истории и обществознанию, поэтому и путь пал именно на историко-правовой профиль.

Тут и начинается вторая часть данного параграфа с восьмого по девятый класс.

Для меня изменение класса стало сильным ударом. Мне был близок и симпатичен тогдашний коллектив, какой бы он ни были, мы все казались довольно любезными и дружелюбными друг с другом. Перед нами встал выбор - без выбора – либо мы выбираем свой профиль обучения самостоятельно, либо это делают за нас. Детские умы не подняли флаги и не пошли на риски, поэтому скоропостижно все перешли куда глаза глядят.

Углубляться в учебный процесс в данном параграфе я не вижу смысла, так как все просто – на историю и обществознание отводилось куда больше, чем остальным дисциплинам.

С этого момента я познал, как мне нравится изучение истории. Благодарность здесь необходимо выразить нашему учителю Недоборовой Эльвире Юрьевне, предоставившей возможность не бездумно вычитывать строки учебника, пересказывать и забывать изученное, а вести полноценные дискуссии по тем или иным вопросам, преподносить школьный материал с интересом и большей нотки разумности, вдумчивости. Похвальный момент, ведь тогда зародилась мысль о неоднозначности исторического факта, многополярности вопросов.

В этот момент я потерял дружескую нить со многими уже бывшими одноклассниками, разбередившимся по профилям. Два-три близких человека разделяли со мной горесть перемен, вникания в новую учебную реальность, но круг общения категорически сильно изменился, в принципе, как и я сам.

Тому виной возраст. Переходные процессы оказывали непосильное влияние, в тот момент я тихими шагами начал познавать словотворчество и получал собственное призвание: «неплохо получается». Уверенность проявлялась с расширением возможностей, когда и наш школьный библиотекарь - Ольга Евгеньевна, критически верно «обзывая» мои стихи в прозе «стилем Толстого». Собственно, подумал тогда я, стихотворение дело благое, пора бы взрастить в себе почву большего. Тут и начался производиться стук по камню, как щупальца, постигал новые форматы написания. И первые фэнтези истории, сочинения, расписанные тетради с экстраординарным сюжетом, ужасы и военная фантастика. «Всего понемногу» - считаю таковым этапом моей творческой жизни.

Тут же отдельное спасибо Кучкиной Елене Вениаминовне. Наш классный руководитель, Учитель с большой буквы, Человек с громадной. Прекрасный пример того, как нужно руководить классом, не прибегая к жестким методам управления, при этом сохранять твердость и любвеобильность. Именно Елена Вениаминовна стала, в том числе и лично моей, опорой взросления и становления.

На этом параграф средней школы, справедливо, считаю закончить именно на этом моменте. Мою жизнь, будучи пишущим эту работу, я делю на до и после. Средняя школа стала кульминацией всех подростковых бед и проблем типичного замкнутого в себе подростка. Именно поэтому я выделяю этот момент в жизни как семя, возложенное в лунку, чтобы распахнуть себя сквозь время. Именно здесь отсчитываются месяцы до радикальных перемен моей жизни, здесь ручей начинает извиваться и менять свой курс, чтобы дать жизнь чему-то… или кому-то новому.

Глава 1. Параграф 3. "Позднее юношество, высшая школа".

Период конца 9 класса – конца 11 класса, то есть, включая окончание моего учебного процесса.

Время кардинальных, значительных перемен в жизни. Для понимания и проецирования тогдашней ситуации хорошо подходит диалог с классным руководителем Кучкиной Е.В.:

- Илья, ты куда так изменился? – удивилась Елена Вениаминовна, что привыкла видеть тихого, спокойного мальчишку за первой партой класса.

- В плохую сторону? – удивился я. Конечно, как подросток, я воспринял это больше в негативном окрасе, так как осознанно понимал одну вещь: мои стандартные поведенческие сценарии изменились, причем для таких изменений мне понадобилось всего летние 3 месяца.

- Нет, конечно в хорошую! – и такой ответ меня удовлетворил полностью. Хорошо описывает то время произведение «Закрой уши», в которое я вложил массу эмоциональных красок, в нем проводятся параллели и олицетворения, оно показывает ту «революцию», что происходит в каждом из нас в определенный период жизни.

Чем характеризовался данный переход от спокойного и показательного тихони, до вовлеченного в школьные внеклассовые процессы и включенного в жизнь класса школьника?

Расширение круга общения, притом, этот круг стал столь широким, что разнообразие различных личностей, характеров, примеров развития и поведенческих паттернов сильно повлияли на будущее развитие и разнообразие форм влияния на растущий организм. Конечно, в этот период времени стали появляться и негативные факторы, если можно было бы так выразиться, способствующие социализации.

Отдельная тема для разговора – курение и алкоголь в подростковой среде. Особенное развитие оно приобрело с появлением электронных сигарет, не вызывающих отвратительные запахи со стороны курящих. Анализ собственного опыта показывает явную корреляцию в главном вопросе: почему подростки втягиваются в никотиновую и алкогольную зависимости? Есть два основополагающих фактора. Первый, очевидный, зависит от родителей. Я читал некоторую знаковую и значимую литературу в сфере детской психологии, где каждый автор настаивает на главном тезисе – любая проблема в настоящем есть проблема в прошлом. Родители в жизни ребенка являются катализатором, фильтром в их будущее. И это проявляется в нескончаемом количестве факторов: семья, отношения к своим детям, взаимодействие с товарищами и друзьями, отношение к работе, отношение к спорту и пагубным привычкам, запрос в будущем на личностный рост и развитие, и этот список можно дополнять очень долго. Конечно же, биологический фактор, в который я, в силу отсутствия профессиональных познаний не могу углубиться, значительно играет свою роль в становлении ребенка, но, при десятиминутном разговоре с человеком, лично исходя из моего опыта, можно увидеть весь тот негативный, заложенный в закромах мозга, опыт, страх, проецируемый в человеке взрослом, состоявшемся. Здесь же и проявляется тягота к «нормальному» для подростка состоянию родителей, находившиеся, к примеру, в алкогольном опьянении.

В любом случае, считаю, если человек принимает эту сторону своей личности – где есть место для детских обид, страхов и негатива, не правильно воспринятом поведении взрослых, принимает свое личное «Я», понимает природу своего поведения, причины возникновения того или иного поведенческого принципа, то и влияние этих положений можно корректировать, работать в этом направлении, работать над сознанием, включаться в философию, психологию, познавать себя со всех сторон. Работа над собой – важнейший аспект в развитии своей личности. Мир вокруг Вас – это мир, который вы выстроили внутри себя, ваше отношение к миру – отношение мира к вам. А ведь это – главная стоическая догма, положение, что прямо влияет на ваше восприятие сложившихся дел.

Мы кратко разобрали внутренний аспект, влияющий на отношение к негативным, пагубным привычкам на подрастающий организм. А теперь рассмотрим другой, внешний фактор, который является ключевым в вопросе того, почему молодежь пристращается к табаку и алкоголю.

Социализация личности сложный, многогранный и последовательный процесс. Человек, начиная с рождения, прикасается к человеку-родителю. Затем, используя типичный вариант взросления, ребенок попадает в детский сад, приближенную для него среду с одногодками. Возникают зачатки личностной роли, как мы определились в прошлых параграфах, проявляются характерные черты характера. Одни дети стыдятся банальных вещей, когда другие готовы висеть на люстре и не смущаться такому поведению. Затем начинается школьная жизнь, и в этот период школьник сталкивается с трудностями. Для «корректной» его социализации, особенно мальчикам, необходимо общее, сплачивающее действо. Конечно, для некоторых это становится спорт, настольные и компьютерные игры и пр. Но, привычно наблюдать, когда проявляются авторитетные лица среди одноклассников, среди лиц в параллельных классах. Это необратимо, так как на этом строятся многие социальные конструкты. Открытые источники с исследованиями доказывают явную корреляцию перехода в среднюю школу, где начинается контакт со старшими классами, где появляется необходимость создания процессии, которая станет общим делом, за которым будет проходить общение, обмен мнением и опытом, скрепление дружеских уз. Таковыми становятся курение и принятие алкогольных напитков. Если в школе к использованию вышеуказанных негативных, антисоциальных методов социализации довольно незаметно, можно рассмотреть другую категорию молодых людей. При прохождении ГИА, поступлении в средне-специальные учебные заведения, подавляющее большинство подростков обретают, как минимум, никотиновую зависимость, и все это прямое следствие большого стресса для растущего организма. Подросток попадает в среду незнакомых ему людей, самым легким и быстрым способом социализации в которой является как раз употребление никотинсодержащей продукции.

К сожалению, многие тезисы взяты из личного опыта автора, как и в принципе понимание сущности данной проблемы. Отрадно видеть, как с развитием различных отраслей борьбы с пагубными привычками тенденция вовлечения подростков в курение становится все меньше.

Солгу, если и сам автор не стал жертвой негативной системы школьной социализации. Конечно, расширение круга общения напрямую сказалось и на пристрастии к табакокурению, о чем я, будучи уже довольно взрослым человеком, отдаю себе отчет в том, что, лишь попробовав однажды, можно надолго впасть в бесполезное и бесконтрольное употребление никотино и спиртосодержащей продукции.

Уширение овала общения открыло ряд возможностей. Конечно, школьные шалости теперь стали восприниматься не так столь критично, как раньше, не выходя за естественные крайние рамки, соответственно. Но сам факт изменения пути развития личности, увеличение как насмотренности и кругозора, кардинально сильно повлияли на будущее развитие автора. Мне импонирует сам факт того, что мне, в кой-то степени, удавалось балансировать среди трех сформировавшихся у меня на тот момент круга близких товарищей, знакомых и друзей. Давайте обзовем их «компании», дабы придать более взрослый, привлекательный для данного круга общения вид. Компания подростков из села Н.Б., старая школьная и новая школьная компания.

Это три кардинально разных по всем критериям и отношениям компании людей. Одни – свободолюбивы, созидательны и ненавязчивы, другие веселы, амбициозны и открыты к новому. Для меня это стало отличным катализатором в своем развитии, отчего я не воспринимаю столь категорично высказывания некоторых бизнес-тренеров и психологов по поводу влияния окружения на вас и ваши личностные характеристики. По крайней мере я воспринимал такое разнообразие людей в свою пользу, как мое умение располагать к себе, своим позитивным настроем и интеллектуальным запросом еще с детства. Также, разнообразие очень положительно сказалось и на многосторонности моей личности.

Конечно, это всего лишь итоги моего самоанализа. Каково реальное следствие такого разнообразия мне понять трудно, так как я вижу, что положительное влияние данного расклада превалирует над негативными аспектами, которые на жизненную позицию и устои никаким образом не повлияли.

Сложнейшим этапом стал переход от школьной жизни в студенчество. Студенческой жизни я посвятил отдельный, следующий параграф, который также сильно повлиял на другой аспект моей жизни – научный и общественный.