На спиритическом сеансе

Глава 1

Они столпились и подталкивали друг друга, пихаясь локтями, рассматривали расписание электричек. Тихо переговаривались и смеялись. Билеты давно были куплены, к вокзалу они приехали заблаговременно, но для ощущения взрослости и самостоятельности они стояли тесной стайкой у табло. Им казалось, что именно, так ведут себя у расписания взрослые люди. Все впечатление перекрывала их девичья радость и непосредственность.

Эта группка веселых, молодых девушек привлекала внимание окружающих. Охранник два раза прошелся мимо них сурово поглядывая, хотя в душе радовался их смеху и задору. Пожилые дамы, сидевшие близко к табло и наблюдавшие вблизи возню девчат, осуждающе поджимали губы и придвинули к себе поближе свои котомки на колесиках. Остальные ожидающие окинули взглядом девушек и продолжили заниматься своими делами.

Когда объявили по громкой связи прибытие электрички, девушки, так же весело гудящей, стайкой выпорхнули из здания вокзала. Остальные, более осведомленные, остались сидеть на своих местах. Они-то знали, что еще минут пять, а то и все десять, двери электрички будут закрыты.

А девчонки наслаждаясь хорошей, теплой погодой дождались открытия дверей и заняли самые хорошие места. Правда, немного поспорили громко и весело, какой вагон выбрать с гудящим сверху токоприемником или без него. Выбрали самую серединку и уселись возле окна. Раз пять друг у друга переспросили до какой станции едут, сверились с маршрутом в телефоне, выяснили, что ехать им три станции и выходить на четвертой. Сокращение пл. - было ими расшифрована как платформа и название ее Заречье говорило само за себя. Это их очень радовало. Купание в речке входило в их список планируемых действий на случайно выдавшиеся каникулы.

Эту самостоятельную поездку за город организовала их общая знакомая, сама она вдруг свалилась с ангиной и поехать не смогла, но выдала им ключи и маршрут скинула каждой на телефон. Маршрут был прост и незатейлив: на станции выйти, перейти пути и по главной дороге дойти до самого первого дома. Вот они и будут на месте. Девчонки переговариваясь, шутя и смеясь быстро доехали до своей платформы. Вывалились из электрички, огляделись и пошли согласно запланированному маршруту.

Перед домом был палисадник весь заросший, но там и тут пробивались высокие кусты с ярко-красными бутонами, это указывало на то, что когда-то здесь был розарий. Обнесенный невысоким деревянным заборчиком с облупленной и видимо когда то крашенный зеленой краской, сбоку такая же калитка.

Сам дом оказался интересным, светлым, со стороны казался маленьким, а внутри поражал просторностью. Большая остекленная веранда на ней длинный стол, скамейки по бокам, с другой стороны входа старенькое кресло. Дальше небольшая прихожая с маленьким открытым шкафчиком, невысокой скамеечкой с отделениями для хранения обуви. Там под наклоном стояли разного размера калоши. Большое зеркало и полочки под ним для мелочей. А дальше сразу за прихожей кухонька с небольшим столом, большой старенькой электрической плиткой, железной мойкой, навесными шкафами и заботливо развешенными полотенчиками. Дальше, отделенные дверьми две просторные комнаты. Одна подразумевалась, как гостиная с большим круглым древним столом, значительным и поражающим своими объемами современным диваном, на него то все и скинули свои рюкзаки и сумки с привезенными запасами. Пара кресел, тумбочка со стоящим на ней старым, еще ламповым телевизором, заботливо накрытым салфеткой, высоким стеллажом с разнокалиберными книжками, большой иконой притулившейся в углу. Еще было высокое окно. Когда раздернули шторы комната стала светлой и уютной. Следующей шла прямоугольная комната, видимо спальня, там стояло два стареньких дивана, большой широкий комод и двуспальная кровать. В этой комнате было два больших окна. Раскрыли оба окна на распашку и в помещение ворвался свежий, теплый воздух, разлился солнечный свет по покрашенным в светло-зеленый стенам.

Тут же между собой они поделили спальные места и довольные пошли обследовать прилегающую территорию.

А за домом подступая вплотную к самим стенам был яблоневый сад. Цветы уже отцвели, земля была устлана белыми опавшими лепестками. И воздух теплый, свежий был наполнен еще не ушедшим в забытье тонким ароматом цветения. Девчата прошли насквозь сад и в углу, притулившись к самому забору стояло небольшое деревянное строение. Они подошли к нему, подергали маленькую деревянную дверку, но висящий в проушинах замок явно не давал двери открыться. Они весело рассмеялись и пошли к дому обратно.

- А туалет то здесь где? - спросила самая веселая из них, с легкими пушистыми, спускающимися по плечам крупными кольцами темными волосами, карими глазами, пухленькими щечками, полненькая, с нежно-белой кожей Любочка. И тут же залилась ярко-алым румянцем.

- Это мы сейчас посмотрим, - тут же послышались воинственные нотки в голосе, только, что улыбающейся, высокой, с красивой фигуркой, обалденно длинными ногами, тонкой талией и большой грудью, с прямыми русыми волосами, сероглазой Аллочки.

- В доме я не заметила лишней двери, - задумчиво прошептала вечная трусиха, небольшого росточка, худенькая, с тоненькими ножками, тоненькими ручками, выпирающими ключицами, с бледной кожей, но ярко-рыжая, вся в солнечных веснушках Настенька.

- Да, если что, будем за дом под деревья бегать, - грубоватым голосом, похихикивая, предложила немного хамоватая, угловатая, крупная, с широким открытым лицом, густыми бровями, крупным ртом, пронзительно серыми глазами, широкими плечами и ладонями, вечно до ругани отстаивающая свою точку зрения Наташка.

- Ну уж нет, я лучше поеду домой, - возмущенно, вздрогнув от возникшего перед взором разыгравшегося воображения и взмахнув рукой категорично возразила среднего роста, средней комплекции, кипельно-белая крашенная блондинка, с выразительными, огромными голубыми глазищами опушенными длинными густыми ресницами, четко очерченными губами и высокими скулами Елизавета.

- Да мы просто не внимательно посмотрели в доме, - рассудительно проговорила невысокая, ладно сложенная, с тонкими музыкальными пальчиками, высокой лебединой шейкой, с четко очерченными, черным каре, волосами, глубоко посаженными светло-карими глазами и ярко красными губами роковая красотка Марина.

Вернувшись в дом они снова стали осматривать его. Вновь прошли по кухне, комнатам и не нашли и намека на дверь, или даже вход без двери в интересующее их помещение.

Елизавета демонстративно села на диван, достала телефон и всем объявила, что смотрит расписание электричек обратно. К ней подсела Аллочка с явным намерением последовать ее примеру. Марина безучастно рассматривала икону в углу, Любочка внимательно осматривала стены в спальне, за ней по пятам ходила, причитая и переживая Настенька. Приглушенный грубоватый голос Наташки раздавался с кухни. Казалось, что она с кем то спорила, но все подружки знали: есть у Наташки особенность, так приглушенно разговаривать сама с собой, особенно когда она расстроена, или как сейчас переживает.

Через некоторое время к девчонкам на диване подсела сначала Наташка, потом Настенька, следом за ней, потеснив всех уселась раскрасневшаяся Любочка. Сидели они притихшие в ожидании. И только Марина стояла на прежнем месте почти не шелохнувшись.

- Марусь, - раздалось просяще с дивана, - едем обратно?

Марина развернулась к сидящим на диване, достала из кармашка телефон и набрала номер.

Все пять пар глаз уставились на нее.

- Оль, - и видимо услышав с той стороны трубки вопрос поспешно ответила, - да, да, все в порядке добрались, но ты нам не сказала, что здесь, у тебя, в вашем фамильном поместье отсутствует уборная.

И выслушивая ответы в телефон, кивая головой и улыбаясь подошла к замершим в напряжении подружкам.

- Да, все поняла, спасибо, выздоравливай там.

Выключив телефон, обвела всех взглядом. Они сидели напряженные ожидая от нее решения. Она улыбнулась и видимо процитировала:

- В коридоре дверь панелями оббита, как стены и потому не видно двери, подойти ближе там ручка деревянная.

Послышался вздох облегчения и Любочка взвизгнув, и объявив всем, что она первая, побежала в прихожую.

Было четко слышно, как она протопала по кухне, выбежала в коридор, явно скрипнула дверь. И спустя секунду раздался восхищенный возглас: «Ух ты!».

Все, включая стоявшую Маришку, побежали на крик.

Пританцовывая у распахнутой двери стояла Любочка, заливаясь краской, а в открытую настежь дверь был виден просторный туалет, даже не туалет, а целая туалетная комната. Стены выложенные белой и оранжевой плиткой, украшенные кое где ажурной вязью, прозрачные, стеклянные перегородки отделяющие большую душевую кабинку и уголовую, высокую ванну-джакузи. Пол, выложенный плиткой с видом крупной гальки, походившей на морской пляж, а под потолком, от стены до стены широкие, прозрачные окна. Унитаз, ярко-оранжевый, стоял в углу под окнами.

Любочка, все-таки вбежала внутрь и захлопнула за собой дверь. И все увидели, что дверь оббита тем же материалом, что и стены вокруг и если не присматриваться, даже деревянной, выпирающей ручки не видно. Стена, как стена. Если бы Марина не догадалась позвонить хозяйке и прямо спросить, они бы вряд ли нашли туалет.

За закрытой дверью раздался звук сливаемой воды и спустя немного времени, от туда вышла довольная Любочка. Девчонки строем зашли и охая, и ахая осматривали новое помещение. Марина стояла у огромного зеркала от пола до потолка, Наташка поглаживала необыкновенной формы раковину - она была круглая и из середины бил фонтанчик, если приподнять ручку, как у обыкновенного крана. Елизавета с видом знатока осматривала джакузи. Аллочка стояла у стиральной машинки и агрегата с длинным шлангом, похожего на пылесос. И только Настенька опасливо держалась рядом с дверью и поглядывала на довольную Любочку.

После небольшого происшествия они переговариваясь, шутя и веселясь разобрали привезенные сумки и пакеты с провизией, и сообща занялись приготовлением еды. После трапезы, по их совместным планам, было посещение с разведывательной целью, местной реки. Хозяйка данного поместья обещала, что река совсем рядом, нужно только пройти вниз по главной дороге.

Марина деловито включила в розетку всю кухонную технику и занялась распределением продуктов в холодильник. Любочка у стола, сняв с крючка одну из разделочных досок, нарезала тонкими ломтиками колбасу. Наташка, занявшая место у плитки разогревала большую сковородку, подливала масло, поставив рядом с собой упаковку с яйцами. Аллочка проверив выдвижные ящики и раздобыв в них салфетки и вилки, накрывала на стол в комнате по соседству. Елизавета намывала овощи, Настенька протирала их бумажной салфеткой и складывала в большую пластиковую миску.

На кухне они трудились слажено. По их действиям было видно, что такое совместное времяпрепровождение им не в новинку. Каждый тут выполнял свою работу, друг другу не мешались и в тоже время дело было общим.

Когда на сковородке весело шкварчало, а по дому распространился аппетитный запах горячей яичницы, Аллочка подносила к Наташке тарелки, та клала в них порцию. Остальные девчонки поочередно подходили брали блюдо и несли ставить на стол. Со стороны это походило на веселую карусель с яичницей.

После, они уселись за столом и довольные собой, под тихие веселые воспоминания о поисках уборной с аппетитом перекусили.

Со стола убирали таким же хороводом и мыли тарелки поочередно. Чай решили пить после разведывательной прогулки.

Купальники было решено надеть в самый последний момент. Сначала они все договорились, что пойдут к реке, но купаться не будут, а значит и купальник не чего надевать. Но прямо перед выходом, оказалось, что одна из них, все-таки, купальник напялила. Для проформы поругались, не много попрепирались и остальные побежали тоже надевать купальники. Скучающая Маринка, дожидаться остальных, пошла на улицу. Выйдя из дома, постояла на крыльце, озираясь вокруг. Когда они шли к дому со станции у них все мысли были заняты неизвестным маршрутом и осматривать все вокруг было некогда. А сейчас, пока остальные еще долго будут ковыряться (уж она то их знала) Марина решила осмотреться повнимательней.

Напротив, через дорогу, дом стоял старый, с покосившейся крышей, заколоченными окнами, с зарастающим бурьяном палисадником. Не жилой. Дальше, вдоль дороги виднелись еще дома. Хозяйка поместья предупреждала, что с их стороны домов мало, всего шесть, а основной поселок располагался за рекой. Там, по ее словам находился большой магазин, три маленькие палаточки, детский садик, школа и даже клуб.

Марина медленно шла вперед разглядывая все вокруг. В палисаднике напротив, в засохшем с прошлого года бурьяне, стояли высоченные кусты распускающейся сирени, разросшиеся, грозящие ветками проткнуть заколоченные окна. Дальше шел глухой забор и широкие распашные ворота. Видно раньше сюда на машине заезжали. В доме который они заняли, была только калитка, въездных ворот не наблюдалось. Через небольшую, узенькую, зарастающую свежей ярко-зеленой травой полянку, отделялся забором следующий дом.

Дойти до него Марина уже не успела, девчонки смеясь и толкаясь выскочили на улицу, и она вернулась к крыльцу.

Перебивая друг друга, хохоча они рассказывали, как Любочка три раза ходила переодевать купальник, потому, что снова и снова надевала его наизнанку.

- Бита будет, - резюмировала улыбнувшись Маринка.

Все рассмеялись и Наташка предложила стукнуть прямо сейчас не дожидаясь «пинка судьбы».

Насмеявшись они успокоились и уже с интересом оглядывая все вокруг двинулись гурьбой по запланированному маршруту. У следующего дома, почему-то не оказалось палисадника, как у всех домов в округе. Просто глухой, высокий, металлический забор, выкрашенный темно-коричневой краской. За ним, сквозь кроны деревьев, зеленела видимая часть крыши.

Остальные два дома были похожи друг на друга. Только различались цветом окраски заборчика окружающего палисадник.

Дорога, конечно только называлась дорогой: две колеи оставленные когда-то колесами и густеющая вокруг трава.

До речки они дошли, действительно быстро. Чуть спустились с пригорка и оказались на широком песчаном пляже. Река змеилась круто извиваясь и в месте куда вышли девушки, она разливалась особенно широко. В реку вел деревянный мостик сколоченный из двух кривых, но длинных досок. Вокруг кроме пения птиц и шума воды ничего не было слышно. Было пусто и спокойно. Марина деловито скинула свои модные ярко-синие лаковые лоферы и босиком пошла по песку дальше. Для остальных это было призывом к действию. Наташка с Любочкой бегом добежали до мостка и аккуратно, стараясь не упасть прошлись до края и обратно. Елизавета расстилала в тени большой ракиты прихваченную, специально для такого случая, лежанку. Аллочка присоединившись к Марине шла по самой кромке воды. И только Настенька, стараясь аккуратно ступать по песку, шла тщательно смотря под ноги.

Почти все девчонки, хоть ноги, но пополоскали в реке. Кроме Настеньки, только она решила, что ходьбы по песку ей вполне достаточно. Полежали на лежанке, в тесноте да не в обиде, погрели свои бока. Некоторые, еще бы подольше посидели на природе, но Маринкой было высказано, что еще успеется, а ужин сам собой не приготовится. И они, одевшись, пустились в разведку дальше.

В поселке все оказалось просто: по той же, главной дороге, дошли до магазина, заглянули в палаточки рядом с ним. Закупили продуктов, фруктов и овощей, и с чувством выполненного долга двинулись в обратном направлении. Встретилось довольно-таки много народу. Из услышанных разговоров стало понятно, что почти весь поселок готовится к последнему звонку. Мимо проходящие, конечно же проявляли любопытство, но с расспросами не приставали.

Потихоньку дошли до дома и обнаружилось, что на ступеньках их ждут. Большой, толстый, холеный, черный с белыми пятнами на груди, животе, лапах, с большими, круглыми янтарными глазами котяра.

Елизавета, у которой были ключи, стараясь не потревожить сидящего кота открывала дверь. Любочка, в присущей ей манере, восхищенно сюсюкала. Марина, оглядела красавца, улыбнулась и проходя мимо поманила его за собой. Тот чинно засеменил следом. Аллочка, похвалила его пушистые штанишки, Наташка шла доставая из пакета упаковку сосисок. Настенька, замыкая вереницу, предлагала запланировать на завтра покупку кошачьего корма.

Скинув обувь, все толпой, толкаясь и пихаясь локтями, занялись потчеванием кота. Нашлось старое, с отбитым краешком, блюдце в которое была покрошена сосиска. Решено было устроить ему трапезную возле холодильника. Место было очень удобным, просторным и коту явно понравилось. Он с удовольствием принял угощение, облизнулся и пошел обследовать помещения. Пока девчонки готовили несложный ужин: макароны с соусом и сосисками. Он под присмотром то одной, то другой обошел обе комнаты, обнюхал стеллаж с книгами и запрыгнув в кресло, влез на подголовник и растянулся на нем и задремал.

Подружки тихо посмеиваясь, шепча, стараясь не разбудить котейку, накрыли стол, включили тихонечко телевизор и под шепот голубого экрана сели ужинать. Поужинав, распределили дни и время дежурств, как у них было принято, между собой. Настенька, первая дежурная, безропотно собрала тарелки и пошла их мыть. Остальные занялись своими любимыми делами. Аллочка скрылась в туалетной комнате, все знали, что часа на три в ванную будет не пробиться. Любочка, напевая себе под нос, где то нашла тряпицу и уже ходила протирала пыль с телевизора, столов, постепенно подбираясь к стеллажу. Елизавета забралась на кресло, усевшись аккуратно, чтоб не потревожить кота и уткнулась в свой телефон. Наташка, в помощь дежурной, пошла обследовать комод на наличие постельного белья. Марина, взяв телефон вышла в сад, ей уж очень хотелось поделиться впечатлениями, но не для ушей подружек. Она, конечно знала, что они осуждают ее за эти отношения, но ни чего поделать с собой не могла. И эта поездка была ими придумана, только чтобы ее выманить и заставить уехать от этих разрушающих ее отношений. Так они все почему то думали. Все было очень сложно. Она и сама иногда понимала, что зашла слишком далеко. А мысли, которые приходили все чаще и чаще вообще ее пугали. Они с девчонками давно и долго дружат, с детских лет, самого садика, знают друг друга, привычки и особенности. Но, последнее время, она ловит себя на мысли, что устала от их пристального внимания. Иногда она мечтала, как они поругаются в пух и прах, и она выкинет их всех скопом из своей головы. Телефон тренькнул и она смело набрала номер.

Он снова говорил с ней приглушенным голосом и она едва-едва разбирала слова: он ее любит, скучает, какая она красавица и умница. Эти слова ласкали ее слух. И перед взором вставали его обволакивающие, темные, почти черные глаза и она снова в них тонула. Когда ласковые слова закончились, он снова напомнил ей, что она обещала ему разорвать свои отношения с подругами. И почувствовав укол совести и вины она снова клятвенно пообещала ему, что это их последняя встреча и она все придумала, что последний вечер будет для них прощальным. Снова и снова уверяла его, что потом она о них даже не вспомнит и только ради него. Он своим баюкающим голосом ей поддакивал, похвалил ее великолепный план и стал в красках описывать, как они заживут с ней без навязчивого надзора ее подружек. Она покраснела и долго оглядывалась, боясь, как бы ни кто не услышал тех сладких и запретных слов, предназначенных только для нее. Разговор оборвался так же внезапно, как и начался. Она очнулась, оглянулась, оказывается она дошла до сарайчика и стояла облокотившись о закрытую дверь.

Сразу обратно в дом она не пошла, знала, что они по ее виду снова догадаются кто звонил и будут умалять прекратить эти отношения. А она не может.

Через пять минут Маришка зашла в дом и услышала тихое перешептывание. «Опять меня обсуждают»,- мелькнула мысль в голове. Зайдя в комнату она застала всех в необычном положении: на столе лежал большой темный предмет, рядом восседал с явно заинтересованной мордой кот, а девчата стояли вокруг стола облокотившись на него и шепча, что то читали вслух. Она подошла ближе и заглянула, через спину Любочки. Та оглянувшись улыбнулась, покраснела и подвинулась. Марина облокотилась на стол и стала слушать, что же такого шепотом читает Наташка. Оказалось, что эти дурынды, на полке нашли большую старинную книгу о спиритизме и с удовольствием, проникновенно, что совсем удивительно, читали шепотом.

- А чего шепотом? - громко спросила удивленная Маришка.

Все на нее зашикали, и только Настенька рядышком, чуть привстав на носочки, чтоб видимо, достать до уха, весело зашептала:

- Так это же о спиритизме, так же страшней читать, шепотом. - и хихикнула снова наклонившись ко всем поближе.

- Вы еще свет выключите и читайте при свете свечки, - улыбнувшись, так же шепотом предложила Маринка.

Ее предложение было встречено восторженным возгласом и было решено, совместно, что на завтра (на свежую голову) в план покупок в поселковом магазине внести десяток свечей. А еще провести розыскные работы по дому с целью - найти спиритическую доску. Оказалось, это в книге записано, что к ней в нагрузку шла доска для спиритизма, называлась она «доска Уиджа» или «Говорящая доска». Марина повернула раскрытую книгу к себе и прочитала вслух: «Внимание! Спиритический сеанс – дело серьезное. К нему нельзя относиться легкомысленно и проводить его ради развлечения. Целью должны являться веские причины, например, получение ответов на важные вопросы. Если же вы просто желаете позабавиться, «убив» время, лучше займитесь увлекательными и безобидными гаданиями. Но если вы решились, то при соблюдении всех правил, мер предосторожности и соблюдая порядок проведения сеанса изложенных в этой книге, можно приоткрыть завесу тайны и получить ответ на искомый вопрос.».

- Ну, вот, самое главное то - решить на какой важный вопрос мы хотим получить ответ. - Распрямившись и потянувшись резюмировала Маришка.

Она была уверенна, что девчонки отступятся и завтра забудут об этой глупости. Кот величаво спрыгнул со стола, прошелся по комнате, запрыгнул на окно и был таков. Наташка прикрыла за ним окно, оставив открытой только форточку. С остальными окнами в доме она поступила так же.

Елизавета аккуратно взяла книгу со стола, закрыла и понесла к стеллажу, на котором, видимо, они и нашли ее.

Через час, все разлеглись по условленным местам, Настенька повыключала везде свет и они затихли. Снаружи, приглушенно раздавались звуки, которые в городе они не слышали. То застрекотал сверчок, то вскрикнула птица, то разлаялись собаки. Все старались делать вид, что спят.

Марина лежала и думала, на какой бы вопрос она хотела услышать ответ. Какой вопрос в ее жизни является важным. Раздумывая и прикидывая она не заметила, как действительно уснула.

Она бы очень удивилась узнав, что у ее подружек, был один вопрос на всех, ответ на который они бы задали не раздумывая на спиритическом сеансе. Причем каждая считала его только своим вопросом.

Телефон тренькнул и она проснулась по привычке. Она всегда жила в ожидании этого треньканья. Сам он позвонить не мог, набирал и сбрасывал, давая понять, что готов к общению с ней, а она перезванивала и они болтали. Сегодня было тяжело просыпаться, так сладко она спала. И, когда он ответил на ее звонок, она честно ему об этом сказала. И тут же обиженно в трубку засопел, она выслушала, какая она эгоистка, как ему тяжело выделять время на общение с ней, как он дышит ею каждую секунду, как ему трудно пока она там прохлаждается. Марина тут же кинулась в извинения, виновато прося прощения за свой эгоизм. Он бросил трубку. Она слушая частые гудки в телефоне тихо сглатывала слезы. Еще немного покрутилась, сама себя отругала за такое свинское отношение к любимому человеку. Он рад каждую секундочку, даже среди ночи выделить ей время на общение, а она. Видите ли спать хочет.

Их отношения были очень тяжелыми. Он женат, давно и несчастен в семье. Его жена, мегера, не дает развода, а он бы ушел к ней, к такой любимой и желанной. Только с ней он счастлив. Она видела, как то раз его с женой. Та стройная, высокая, пышногрудая красотка. Он, как то проговорился, что у нее тоже есть любовник. И он, как джентльмен, ждет, когда она придет и скажет, что уходит жить к тому. И тогда, они будут вместе неразлучно, как те попугайчики, что он ей подарил.

Она вспомнила тот день, когда он ей, счастливый и довольный, принес клетку, занес в ее квартиру, поставил. А потом потребовал, чтобы она закрыла глаза. Она, в предвкушении, впервые получая от него подарок, замерла, от счастья забыла, как дышать. Когда он велел ей открыть глаза, она увидела, что в клетке попугайчики. Один зелененький, второй голубой. Обычные, волнистые попугайчики. Она не любила птиц в клетке, считала варварством, а особенно ей было жалко заморских птиц, их ловят в их среде обитания, а потом везут в тесных ящиках, а дальше приходится им жить абы где и абы как. Дальше все было, как в плохом сне. Не увидев у нее того выражения лица, которое он себе на воображал, закатил ей истерику. Обвиняя ее в черствости, неблагодарности и меркантильности он хлопнул дверью и ушел. Она позвонила ему через неделю, извиняясь и рассыпаясь в благодарности за подарок. Проведя всю эту неделю, как в аду. Ругая себя на чем свет стоит. Тот благосклонно извинения принял и посокрушавшись, что она никому кроме него не нужна, позволил себя пригласить, для примирения, в ресторан. После этого похода ей пришлось у девчонок перезанять - еле дотянула до зарплаты. Но ее с ним жизнь вернулась в прежнее русло. Он отзванивался, она перезванивала и они договаривались когда он к ней сможет нагрянуть. Так и жила от звонка до звонка. Пока девчонки не позвонили и не пригласили на каникулы. Она с дрожью в голосе отпрашивалась у него в эту поездку, он поворчал, но отпустил, взяв с нее обещание прекратить отношения с девчонками.

Телефон снова тренькнул и она счастливая, размазывая подсыхающие слезы, перезвонила ему вновь. Он заявил, что прощает ее и они снова болтали, как обычно. Под утро, он стал зевать и пожелав ей доброго утра отключился выспаться. А она, тоже могла себе позволить поспать сегодня подольше, а обычно бежала в душ и долго стояла под упругими струями пытаясь взбодрить себя на весь предстоящий рабочий день.

Она закрыла глаза и провалилась в долгожданный сон.

Девчонки проснулись почти все одновременно, только Наташка, дежурная в этот день, завела будильник и встала раньше всех. Поэтому остальные спокойно побежали в туалетную комнату босиком. Маришку, крепко спавшую, решено было не трогать.

Завтракали тихонечко, на террасе, любимые всеми Наташкой приготовленные оладьи. Порцию для Марины оставили на столе, для сохранения теплоты накрыли большим количеством полотенец. И записку приписали. А сами ушли, как договаривались - загорать и купаться.

Сегодня пришли уже подготовленные: взяли с собой полотенца, покрывала, морса (разведенного водой варенья), бутербродов и прихватили с полки вчерашнюю книгу изучить попристальней.

Накупавшись, лежали и поочередно читали вслух. Настенька очень переживала, зачитывая часть про меры предосторожности при проведении спиритического сеанса. На фразе, что дух может не вернуться в свой призрачный мир она чуть не расплакалась и дальше взялась читать Любочка. Она читала выразительно, с придыханиями и драматичными паузами, Наташка хмурила брови, но молчала. Аллочке досталось читать про то, что нужно для проведения сеанса. Вначале разгорелся спор про фотографию. Оказывается нужна прижизненная фотография умершего человека. Понятно, что у них с собой такой не было. И где взять ее они ни как придумать не могли.

- Да, чего вы раскудахтались, поищем в книгах, в них обычно печатают фотку автора. А они, как правило, уже мертвы, - раздалось сверху.

Оказалось, что Маринка уже давно стоит над ними и слушает. Все закивали и подвинувшись, чтоб Маришка могла лечь рядом стали читать дальше.

Когда они на загорались и решили идти в поселковый магазин за покупками в списке значились: свечи, блюдце, иголки с нитками, лист ватмана, линейка, карандаши и помидоры с огурцами для салата, миску и кошачий корм разнообразных фирм в пакетиках. Выбирали с самыми вкусными названиями.

В магазине закупили все по списку и немного больше. Елизавета, помня, что ее дежурство намечается на завтра, накупила плавленых сырков, собираясь за бабахать для девчат сырного супчика. И они довольные шли обратно. Решали, что сегодня посвятят вечер поиску доски, а если не найдется, то по эскизам приложенным в книге, завтра изготовят бумажную из ватмана.

Все разговоры только и были, как о спиритическом сеансе. Даже странно. Очень для них удивительно. Марина шла раздумывая, почти не прислушиваясь к их болтовне. Если они так настроились, то пускай играются. В конце, концов решила она про себя. Это будет для них развлечением, а потом, в финале их нежданных каникул она тихонечко с ними попрощается. Очень она надеялась, что они поймут. Были конечно сомнения, но ей не хотелось ссорится с ними в пух и прах. Столько всего пережито вместе, что просто жалко девчат. А себя еще жальче.

Подошли к дому и снова их ожидал их вчерашний гость. Аллочка ускорила шаг, чтоб дверь открыть побыстрей. Любочка с Наташей решали с каким соусом доставать пачку. Настенька присела с ним рядом и гладила приговаривая какой хороший кот. Коту нравилось, это было слышно по громкому урчанию. Елизавета, проходя мимо, позвала котейку и тот поспешил за ней. Пока Наташка мыла вчерашнее блюдце, совместно было решено выдать пачечку с красивым черным зеленоглазым котом на ней и необыкновенно вкусным названием «фрикасе из ягненка под соусом». Кот понюхал, лизнул и стал есть из новенькой миски с урчанием. Девчонки столпившись рядом с холодильником, остались довольны. На ужин было решено приготовить курочку в кляре. У Наташки она получалась особенно вкусной. Кусочки один к одному, кляр хрустящий, но нежный, а мясо сочное. В помощницы она себе взяла Елизавету и они на пару занялись готовкой.

Остальные в комнате распределили территории для обследования и планомерно стали искать доску. Маришке достался коридор. Любочка с Настенькой пополам поделили спальню, Аллочка потихоньку искала в большой комнате. Кухня при распределении не учитывалась. Было решено, что там вряд ли будут хранить такую вещь. Марина честно открывала все ящики, проверяла все полки. Прошлась в туалетной комнате и проверила полки шкафчиков там тоже. И с чувством выполненного долга вышла на террасу, села на скамейку. Посидела, не удобно, решила пересесть в кресло. Подошла к креслу, точно такое же кресло, когда то стояло у них с родителями в гостиной. И цвет похож, и форма, такие кресла выпускались ограниченной серией и были редкостью в те времена. Еще вспомнилось, что в каждом кресле было небольшое пространство и мама там хранила журналы по вязанию. Она машинально потянула за сиденье и оно приподнялось и открылся небольшой ящик. Там на самом дне, под аккуратно сложенными стопками газет и лежала доска, как на картинке в книге.

Сначала она решила не показывать девчатам, а потом махнула рукой, с них станется сидеть на ватмане рисовать, и понесла в комнату. Проходя по кухне махнула доской Наташке с Елизаветой, те головой кивнули. В большой комнате положила ее на стол, занятая поисками Аллочка не обратила внимания, продолжая планомерно осматривать стеллаж. Любочка с Настенькой переговаривались в спальне. Марина пожала плечами и села на кресло, на котором спинку облюбовал кот, поджала под себя ноги и прикрыла глаза.

Любочке с Настенькой было дано задание, остальными девчонками, попытаться вызнать у Маринки, как она дальше планирует свою жизнь. И предупредить, что они не позволят, какому то там «лощеному хмырю» испортить жизнь своей подруги. Вот они и ведя поиск доски пытались придумать повод для беседы.

Наташка с Елизаветой, почти синхронно обмакивая курочку в кляр и кладя ее на шипящие сковородки (для быстроты они решили обжаривать сразу на двух), тоже тихонечко вели спор, справятся ли тихая Настенька и застенчивая Любочка со своей задачей. Ну конечно же, Наталья всегда придёт на помощь своим подругам, а вот Елизавета, считала, что надо более деликатно действовать. Хотя в душе все девчонки готовы были орудовать на прямую. Глянув в запавшие, уставшие, потухшие глаза Маринки, Наташка была готова голыми руками свернуть ему шею. И не она одна. Аллочка предлагала насильно отвести несчастную к психологу. Да где ж его возьмешь.

Ничего не подозревающая Маришка тихо дремала в кресле. Кот спал сверху.

Звонкий смех и громкие восхищения разбудили Маринку. Девчонки собрались накрывать на стол и только тогда увидели найденную ею доску. Решено было, что сначала поужинают, а потом займутся изучением правил проведения спиритического сеанса.

Кот, проверив на кухне новенькую миску свою и получив немного обрезков курятины, приняв поглаживания и помурчав, с гордым видом удалился. Сегодня в дверь.

После ужина, освободив стол, дождавшись Наташки, когда она перемоет посуду, все собрались за ним. Детальней разглядывали доску, обсуждали кто с кем будет сидеть, решали, кто будет исполнять роль медиума. Этот вопрос был самый горячий при обсуждении. Аллочка настаивала на кандидатуре Настеньки, оправдываясь, что у той тихий и спокойный, умиротворяющий голос. А та испуганно, шепотом отнекивалась и ссылалась на то, что обязательно со страху что то напутает и все испортит. Наташка изъявила было желание, а потом передумала. Тоже ссылаясь, что не справится. Марина ждала и придумывала оправдания, если вздумают предложить ей. Но, увы, ни кто даже не пытался. Елизавета молчала, но потом вдруг, выдала, что оказывается, она в детстве видела, как ее бабушка (поговаривали, что ее родственницы по женской линии были ведьмами) со своими подругами, проводила пару раз сеансы спиритизма. И девчонки, конечно же согласились, что кому, как не ей быть медиумом. Опыт наше все. Дальше было проще. Выяснилось, что послезавтра будет новолуние, а значит сеанс был назначен.

Елизавета ответственно подошла к возложенной на нее роли. Ну, во-первых, внимательно прочитала книгу, особенно часть касающуюся ее роли. В телефоне, умудрившись подключиться, не на долго к инету, посмотрела обучающий ролик. И даже исхитрилась порепетировать с послушной Настенькой. Проведя еще с ней разъяснительную беседу, что бы вдруг не вздумала громко вскрикивать и пугаться.

Пока Елизавета и все остальные девчонки были заняты, Марина, получив очередной условный сигнал, вышла снова в сад и перезвонила ему. Они снова болтали. Она попыталась было поделиться новостями о себе и подругах, но он пресек, сразу дав понять, что ему не интересно. И она выслушивала, снова и снова, как он устал от своей мегеры жены и как будет счастлив жить с ней, с такой хорошей, понятливой, нужной ему.

Марина снова совершила ошибку. По своей глупости, влезла с предложением: «ну если так тебя твоя жена достала, то пока я не вернусь, сними квартиру, собери вещи свои и съедь от нее». Он обозвав ее глупой курицей, объявив ее меркантильной стервой бросил трубку. Пока не высохли слезы она не возвращалась обратно.

Девчонки воспользовавшись ее отсутствием, вновь повторили кто какую роль исполняет. Слова свои они должны были заучить наизусть.

Они решили воспользоваться, случайно оказавшейся в их руках книге о спиритизме. Это предложила Любочка. Сначала все восприняли, как шутку, а потом поразмыслив, пообсуждав, все согласились, что можно попробовать. На их удивление, Марина идею с сеансом сразу не отмела, хотя раньше она первая бы подняла их на смех. И предчувствие беды, причем у всех пятерых сразу, давало им повод зацепиться за эту, в общем то глупую идею, как за спасительную соломинку.

Потом, на пляже, пока Марина спала, они обсудили план действия. Уже тогда был назначен день, розданы все роли и слова. Осталось только хорошо все выучить и ни в коем случае не сбиться. А главное - не проколоться. Сейчас они тихо повторяли свои роли.

Зайдя в дом Марина глянула на себя в зеркало, удостоверилась, что глаза уже не красные и снова услышала шепот со стороны комнаты. Вошла, ожидая, что они сидят уткнувшись в эту злополучную книгу. А они перебирали книги на стеллаже. И почему то шепотом разговаривали.

- Вы чего все время шепчетесь? - громко спросила Марина.

Все с удивлением посмотрели на нее и Любочка пожав плечами, высказала мысль, что видно уже образовалась привычка.

На суд Маришки были выложены четыре книжки с изображением авторов. Пушкин, Тургенев, Лев Толстой и Артур Конан Дойл. Она внимательно осмотрела их и ткнула пальцем в автора о великом детективе. Все согласно кивнули.

- Говорят, он любил спиритические сеансы, - распахнув глаза прошептала краснеющая Любочка.

- Он даже книгу о спиритизме написал, - поделилась знаниями Аллочка.

- А мы прям так книгу и поставим? - задала терзавший ее вопрос Настенька.

- А ты предлагаешь чужую книгу изрезать ради фотки? - тут же, хохотнув, спросила Наташка.

- Ну, нет конечно же, - испуганно отпрянула от стола Настенька, - я просто спросила. А что нельзя?

- Можно, можно, - успокоила ее Маришка поглаживая по спине, - поставим, как есть. Очень удобно, книга твердая, стоять будет крепко, не упадет.

Все согласились и стали готовиться ко сну. Маринка сбегала в ванную, быстренько приняла душ и закинула свою стирку. Елизавета сидя перед зеркалом снимала макияж, занялась косметическими процедурами, привлекая к ним Настеньку - давала советы неопытной в этом деле подружке, что и как, и где мазать. Любочка сидела в кресле и строчила смс-ки маме с отчетом об отдыхе. Наташка сдавала дежурство Аллочке, показывая что, где лежит.

Все спали чутко и слышали, как звякнул телефон и Маришка снова звонила, разговаривала, извинялась. И снова плакала.

Настенька лежала и молилась про себя, о том, чтобы Наташка не вскочила и не начала разбирательство раньше времени. Аллочка качала головой и удивлялась, как могла такая красотка, попасться на удочку обыкновенного проходимца. Любочка просто от души жалела подругу и тихо, чтоб ни кто не слышал, плакала вместе с ней. Елизавета придумывала план отмщения этому ловеласу и с каждым разом месть была изощренней и страшней. А Наталья уговаривала себя потерпеть, не вмешиваться, она была уверена, что план подруг удастся.

Следующее утро, дежурство Аллочки, все знали, что будет просто чай с бутербродами и самим себе его делать. Она только для Маришки нарезала сыра и колбасы побольше и снова, все накрыв полотенцем, оставили ей на столе. На пляже было чуть ветреней, чем обычно. Купалась только Елизавета и то проплыла пару метров, и вернулась обратно. А дальше лежали и загорали. Ждали. Даже разговаривать, почему то не хотелось.

Маришка пришла улыбаясь и очень удивилась, что сегодня девчонки без книжки. Все посмеялись, объяснили тем, что это как перед экзаменом: надо дать себе день отдохнуть.

По традиции сходили в поселок. В небольшой очереди за свежим хлебом услышали, что с завтрашнего дня ожидается похолодание и дождь. Обратную дорогу шли и обсуждали, как они будут проводить дождливые дни. Совместно решили, что будут смотреть телек и читать книги вслух, хотя бы того самого Конан Дойля. Понадеялись, что больше, чем на два дня похолодание не затянется.

Подойдя к дому и не увидев там их встречающего кота они очень удивились, но пока Аллочка открывала дверь, из-под забора дома напротив вылезла их пропажа. Деловито перебежал дорогу и уже хозяйским шагом прошел в дом. Сегодня ему предложили лосося с тунцом. Кот благосклонно принял подношение и с урчанием съел.

Пока Аллочка готовила свой знаменитый и всеми любимый сырный суп (помощников она не допускала, готовила всегда только сама). Но была небольшая особенность, все знали и прощали ей эту слабость - после готовки приходилось перемывать посуду за нее. Пока смотрели телек, очередную серию, какого то жутко длиннющего сериала, решили, чья сегодня участь перемыть быстренько посуду за сегодняшней поварихой. Любочка, раскрасневшись, немного по пререкалась, но все-таки согласилась. Она была аккуратистка и больше всех не любила видеть чьи бы то ни было недостатки.

Ночью, когда телефон снова тренькнул, по крыше забарабанил дождь. Она с замиранием сердца, перезвонила и услышала такой желанный голос. Буркнув приветствие, он сопел в трубку. Маришка, пытаясь поднять ему настроение, понимая, что видимо у него был сложный день и все-таки он выделил время ей. Она весело рассказывала, как они валялись загорали, как Аллочка снова уделала всю кухню при готовке, как снова Любочке досталось убирать за ней. Он молчал и слушал. Она пожаловалась, что дождь громко барабанит по крыше. И тут его прорвало. Он категорично заявил, чтоб она прекращала там одна в свое удовольствие прохлаждаться и поскорей закончила с этой темой. «Давай, кончай, со своими дурындами и возвращайся!» - услышала она в трубке и дальше звучали гудки. И снова она лежала, и слезы текли по щекам прямо на подушку. Еще два дня она побудет в компании девчонок, пообщается с ними и все. Они поймут. Они простят. С такими мыслями она уснула под утро.

Утром, Елизавета, по-быстрому сварганила омлет. Ели все на кухне, за маленьким столиком, тихонечко, чтоб не разбудить, только дождь барабанил в окна. Марина проснулась раньше, чем ожидали девчонки. Тихо, как мышка скользнула за стол, не поднимая глаз на девчонок съела омлет и пошла легла обратно, и накрылась с головой. Подружки испуганно перешептывались на кухне.

Первой не выдержала, конечно же Любочка. Густо покраснев, с полными глазами слез она кинулась к Маришке. Аллочка успела перехватить ее почти у дивана, где та лежала.

Сидели на террасе, Настенька своим тихим голосом, чуть громче перестука дождя, зачитывала правила поведения на сеансе спиритизма. Елизавета, сидела с прямой спиной, закрытыми глазами и внимательно слушала. Иногда, ей в голосе Настеньки чудились интонации бабушки. Перед глазами возникло улыбчивое, такое родное и милое лицо обрамленное седыми кудряшками. И тут же она почувствовала уверенность в себе и поняла, что они все делают правильно. Она улыбнулась.

Любочка сидела слушала и вдруг подумала о своей бабушке. Не о той, к которой она с удовольствием ездит на лето в гости, совмещая приятное с полезным: и в море накупаться, и родного, любимого человека навестить. А ту, родную маму папы. Она о ней только слышала, ну и иногда, редко-редко видела фотки. Красивое, молодое лицо, волевой, серьезной женщины. По редким, обрывчатым рассказам она смогла для себя упорядочить информацию и из нее выходило, что бабушка была первой красавицей, очень любила внимание, была не последним человеком в каком-то заумном министерстве (главный бухгалтер это вам не хухры-мухры) и была очень серьезна и строга. Но случилась какая-то непонятная история (опять же из обрывков разговоров): перед большой проверкой она вдруг пропала, искали ее долго, а нашли за городом, в старом заброшенном дачном домике сидевшую на полу обнимая колени, окоченевшую от холода и рядом валялась пустая бутылка от уксуса. Потом в милиции констатировали смерть, в описаниях фигурировало обожженная слизистая гортани и дело было закрыто с пометкой «самоубийство». Вспомнив это она залилась густо румянцем, понимая, что должна была думать не о хоть и родной, но такой далекой, загадочной и неизвестной бабушке, а о благополучии любимой подруги.

Аллочка, прокручивала в голове последние свои изыскания. Недавно наткнулась на сайт известного психолога, который предлагал он-лайн консультации. Она продумывала, как бы обратиться к нему и попытаться заинтересовать его проблемой подруги. А вдруг можно просто попросить совета, а у того есть простой рецепт, как вывести из зависимости человека. А может, просто дать Маришкин телефон и пускай ее пригласит на прием. А может самой записаться на прием, а по каким-нибудь предлогом привести Маришку. Если этот финт ушами со спиритическим сеансом не удастся, надо будет серьезно с девочками переговорить. Их вечный девиз: «одна голова хорошо, а шесть идеально», должен поработать. «Правда одна голова задурена, но мы и пятью справимся» - мысленно успокоила себя. И Аллочку снова передернуло от воспоминаний.

Наташка очень надеялась на девчонок. Сама она не могла ни чего такого придумать хитрого, как Елизавета, например, или Аллочка. Они с Любочкой были простыми. Хотя у Любочки была очень буйная фантазия. Она, как то рассказывала одну историю, Наташка ее раньше слышала где-то, а у Любочки эта история была интересней, необычней и веселей. А ей, Наташке, было проще все руками сделать, послушно выполнить указания, а не придумывать хороший план. Вот как сейчас. Нужно было словить момент и выудить на время телефон у Маришки и припрятать. Чтоб не отвлек своим дурацким треньканьем в самый ответственный момент. Они то сами давно условились, что свои телефоны по-отключают, а вот с Маришкиным был затык. Она же кинется отвечать, как только он звякнет. Долго думали пока, Настюшка, робко, не предложила его временно «посеять». Идея сразу пришлась Наташке по душе и она предложила ее выполнить. Если что, она всегда могла Маруське все объяснить. Куда спрятать телефон она уже придумала. Должно получиться правдоподобно.

Маришка укутавшаяся в одеяло пришла и села в то самое кресло, в котором нашла доску.

- Девочки, - чуть протяжно, просяще начала она, - может домой поедем?

- Манюнь, - строго сказала Аллочка, - два дня осталось, потерпи.

Любочка рассмеялась и прикрыв рот ладошкой резко замолкла, и оглядела подруг. Густо краснея пояснила:

- Как в мультике – еще два вечерних платья осталось.

И все остальные тоже рассмеялись. Настенька улыбнулась и опасливо посмотрела на Маришку. Та улыбалась, своей обаятельной улыбкой, на щеках образовывались милые ямочки, такие родные и любимые, и только глаза были опухшими, и красными от слез. Сердце снова защемило.

- Ладно, - отсмеявшись сказала Маринка, - два дня, так два дня.

И обращаясь к Настеньке:

- Читай, зайка, дальше. Зажжем девчонки сегодня, - и приглушенным, чуть завывающим голосом, широко распахнув глаза, - всех духов взбудоражим.

Подружки снова расхохотались и отсмеявшись Настенька продолжила.

Наташка посидела, послушала и тихо прошептав, что быстренько сбегает в туалет, прошмыгнула в дом.

Она на носочках добежала до дивана, на котором валялась Марина и сразу увидела телефон на подушке. С Аллочкой они обговаривали, как правильней поступить с ним. Главное, чтобы Маруська его не хватилась раньше. Но вся работа по ее отвлечению в руках остальных девчонок. И по намеченному плану Наталья нажав кнопку выключения на телефоне, дождалась когда он выключится, толкнула его в щелку между спинкой дивана и сиденьем. Услышав стук провалившегося телефона на пол, она довольная собой, поспешила в туалет.

Вернулась на веранду с чувством выполненного долга. Все сидели расслабленные и слушали приглушенный голос Настеньки. Аллочка пристально посмотрела прямо в глаза и Наташка ей подмигнула.

Елизавета краем глаза заметила эти тайные знаки и улыбнулась. Аллочка увидев улыбку скосила глаза и глянула на Маришку. А та, из-под опущенных ресниц любовалась Любочкой. Любочка, как обычно переживала за каждое прочитанное слово Настенькой: то вспыхивала, как алый мак, то бледнела. Завораживающее зрелище.

К шуму дождя стал примешиваться какой то странный звук. Сначала далекий, но быстро приближался, чихающий, натужный, громкий.

Когда звук стал совсем громким, стало понятно, что это едет по дороге какой то большой автомобиль. А спустя пару секунд в окна, сквозь текущие по ним струи воды, стало видно, что это едет, громыхая, трактор. Поравнявшись с домом вдруг раздался еще один громкий звук:

-Аяяяяв, - и пропал.

Трактор продолжая гудеть, громыхать и чихать вдруг замер.

Девчонки тоже оцепенели, ни как не могли сообразить, что за звук. И тут вдруг Маринка сорвалась с кресла и побежала на улицу под дождь.

Подружки кинулись к окнам. Было видно: как Маринка склонилась к передним колесам трактора, как открылась дверь и высоченная фигура спрыгнула на землю. Фигура подошла к Маришке. А та распрямилась на встречу фигуре, держа что то странное в руках. Рядом они выглядели как слон и Моська. Маленькая фигурка, тряся предметом, что то внушала огромной фигуре. А та понурив голову стояла.

И тут Любочка взвизгнула бросила и так удивленным подругам, непонятное:

- Кот!

И тоже рванула на улицу. Все остальные еще секунду в непонимании стояли у окон, а потом стремительно выбежали на улицу.

Маришка прижимала к груди мокрую тряпку и что есть свет ругалась, адресуя слова высокой фигуре. Ею оказался высокий человек в тоненькой ветровке на распашку, в резиновых сапогах и не глядя на Маринку, понурив голову, пытался что то сказать в свое оправдание. Любочка подбежала к Маришке и стараясь быть аккуратной пыталась выудить из рук что то похожее на мокрую тряпку. При пристальном рассмотрении ею оказался ими привеченный кот. Аллочка подбежала ближе, обняла Маришку и тихонечко ей в ухо говорила:

- Манюнь, отдай, отдай, в дом занесем.

Мокрая Маришка не прекращая ругаться, расслабила дрожащие руки и Любочка взяв и прижав к груди кота припустила к дому.

- Да, куда вы смотрите, сели за руль, наверняка пьяным, не следя за дорогой, - раздавался по всей округе ее грозный голос, иногда переходящий на визг.

- Простите, простите меня, - бормотал густым басом с высоты своего роста, с виновато опущенной блондинистой головой человек.

Елизавета строгим голосом Маришке произнесла:

- Ладно, Мариш, чего уж там, пойдем домой, а то холодно и мокро.

Блондин вскинул голову и обрадованно закивал:

- Да, да, идите, холодно и мокро.

Маринка аж подскочила на месте и уже шепотом, но вложив в него все свое презрение произнесла:

- Ну, конечно, давай -те, давите всех. Сегодня бедный, ни кому, ни чего плохого не сделавший кот, а завтра кто? Старушка? Ребенок, не дай бог, случайно выбежавший?

Парень залился краской и отрицательно замотал головой:

- Нет, что вы, я теперь аккуратно, оглядываясь вокруг, даже, клянусь - в дождь выезжать не буду. Только простите. Ну, что хотите сделаю. Хотите даже женюсь на вас.

Все аж оторопели.

Маринка открывшая было рот, что то сказать, закрыла и уставилась на него широко распахнутыми глазами.

В светлых волосах блестели капли, тонкие ручейки стекали по щекам прямо в короткие, немного отросшие светлые щетины. Нос горбинкой, глаза ярко-голубые, несчастные, ветровка ярко-красного цвета распахнутая обнажала шею, по которой тоже текли струйки и затекали прямо за воротник синей клетчатой рубашки. Руки судорожно сжимались в кулаки. Зеленые, с намеком на военные, штаны были заправлены в огромные, черные резиновые сапожищи.

- Вы издеваетесь? - только и смогла прошептать изумленная Маринка.

Он помотал головой.

Настенька, понимая, что дело ни чем хорошим не закончится, схватила Маринку за руку и потащила ее за собой.

Остальные, окинув наглеца презрительным взглядом тоже поспешили в дом.

Он так и остался стоять возле хрипящего, чихающего трактора.

- Не, ну, каков нахал! - возмущенно выдала Маринка зайдя в дом и совершенно о нем забыв побежала в комнату. Остальные кинулись за ней оставляя на полу влажные следы.

Любочка, предварительно постелив на стол первое попавшееся на глаза полотенце, аккуратно, пальчиками ощупывала кота. Тот лежал неподвижно и только широко раскрытые янтарные глаза смотрели на нее. У нее сжималось сердце от жалости.

- Ну, что, как он жив?

Раздался совсем рядом голос Маринки, так неожиданно, что Любочка вздрогнула.

Но собравшись продолжила осмотр.

- Вроде кости целы, - прошептала она прощупывая пальчиками его задние лапки, - тут вверху, на передней лапе, почти у спины у него припухлость небольшая, но вроде прощупываю не сильно реагирует. Похоже стресс у него. Видишь лежит, даже пошевелиться боится.

И в это время кот перевернулся на бок, осторожно вытянул лапки, привстал и сел.

Возглас облегчения издали все. Настенька шмыгнула носом и расплакалась, Аллочка кинулась ее утешать, Елизавета подошла к Любочке и обняла ее. Наташка подошла к коту и аккуратно его погладила и он замурчал. Маришка громко икнула, села на диван и рассмеялась. Смех был страшным, хриплым, заикающимся.

Все испуганно посмотрели на нее. И только Любочка деловито скомандовала:

- Наташ, неси полотенце, вытрите ее, у нее тоже шок и она замерзла. Девчонки засуетились, Наталья сбегала в ванную комнату и принесла большое пушистое полотенце обернула им смеющуюся Маришку. Аллочка подталкивая в спину всхлипывающую Настеньку усадила рядом с Маринкой и тоже убежала. Вернулась с еще одним полотенцем и обернула ту тоже.

Елизавета усмехнулась и выдала:

- Хороши, одна ржет, другая плачет, хоть снимай и в инет выкладывай с подписью «как мы отдыхаем».

Все сначала хихикнули, а потом громко рассмеялись, даже Настенька, растирая слезы по щекам смеялась.

Дальше было решено Маринку отправить в горячую ванную, Елизавета побежала ее набирать. А остальным вытираться и кипятить чайник.

Кота решено было переместить на кресло, ему выделили полотенце и уложили. Он секунду полежал, а потом увлекся вылизыванием своей мокрой шерстки.

Наташка привычно занялась разогреванием чайника на кухне, Настенька рядом резала на доске хлеб и колбаску, Любочка вооружившись шваброй протирала влажные полы, Аллочка намывала стол, Елизавета наводила порядок на террасе.

Маришка вышла из ванны расслабленная и довольная. Переоделась и все стали накрывать на стол чтобы выпить чаю.

За столом разговоров только и было о перепуганном коте, тарахтящем тракторе и грозной Маринке. Виновник разговоров наевшись лежал на своем любимом месте - на подголовнике кресла и только изредка, когда девчонки особенно бурно разговаривали приоткрывал глаз и успокоившись, что все в порядке засыпал снова.

Дальше день был обычным, только дождик из проливного, перешел в мелко-моросящий. Посмотрели жутко веселую комедию, смеялись до слез и долго обсуждали бывают ли в жизни такие смешные ситуации. На общем совете было решено, что это всего лишь буйные фантазии авторов. Потом долго играли в «дурочку», в карты, в обычного дурака, но так как у них не было представителей мужского пола, принято было называть между собой эту игру: игра в дурочку.

Как обычно проигрывала Аллочка, ей всегда жутко не везло в играх. Если бы можно было заранее ставки делать на проигравшего, выбрав Аллочку заработать кучу денег. Выигрывали в основном Марина, Елизавета и конечто же Настенька. Та старалась больше смотреть, а не играть. Но эмоциональней всех играла конечно же Любочка - переживая за проигравшую почти до слез и тут же безумно радуясь за выигравшую. Все смеялись над этим. Проигравшие видя такую бурную реакцию Любочки и сами забывали о каких бы то ни было обидах, а выигравшие - понимали, что их радость от выигрыша меркнет перед ее радостью. И только это двигало их желанием играть еще и еще.

За игрой совершенно не заметили, что пропустили и даже не вспомнили про обед, а время приблизилось уже к ужину. Елизавета сварганила, как она умела, вполне съедобный салат. Она умела готовить много разных блюд, но салаты ей почему то не давались. И она, с целью работы над собой и освоением искусства приготовления салатов, делала их всегда в свое дежурство. В этот раз она старалась сделать самый простой: используя вареные яйца, огурцы, зелень и вот только с луком, кажется, она переборщила. Даже она это поняла и взяла себе это замечание на заметку. Из своих прошлых попыток она всегда делала для себя такого рода замечания, потом их использовала в следующих своих попытках и с каждым разом получалось все вкусней и съедобней. Для основного блюда сварила макароны и обжарила сосиски.

Накрывали на стол, как всегда все вместе. Маришка украсив миску с салатом перьями зеленого лука поставила его в центр стола, Настенька принесла вилки, Аллочка -на разделочной доске порезанный хлеб, Любочка - салфетки. А дальше каждый со своей тарелкой, наполненной Елизаветой, к облюбованному месту за столом.

Салат похвалили все. Елизавете было очень приятно и она стала обсуждать, что еще можно было бы положить в него не испортив вкуса. Предложения были самыми разными, но для себя она определила, что в следующий раз попробует дорезать в него крабовые палочки.

Наевшись и дождавшись пока Елизавета перемоет посуду, они стали готовиться к сеансу.

Стол вытерли до блеска, приготовили доску, свечи, книгу с портретом автора. Долго спорили нужно ли блюдце или приложенный к доске деревянный указатель и выполняет функцию, которая возложена была на блюдце. В книге ничего про блюдце не было сказано, но Аллочка упирала на то, что в инете все пишут про блюдце. Маришка смотрела на них и улыбалась. Как обычно, ближе к часу икс спор о правилах. Читали на протяжении всех дней, изучали, все вроде бы предусмотрели и как обычно спор о ерунде. Ну как дети, ей богу. Дождавшись, пока все выговорятся, она сказала:

- Девочки, чего спорите, сами же читали, что блюдце нужно если нет доски, тогда и на ватмане чертить круг надо и буквы писать. Забыли, что ли? А если есть доска то ни блюдце, ни ватман не нужен. Вот же стрелочка деревянная. Большая, круглая, удобная, почти с блюдце.

И все расслабленно вздохнули. Решено было сесть в полночь.

А до этого времени все поочередно помылись, после уличного холодного душа. Аллочка всех пропустила вперед, а потом снова на долго заняла ванную. Девчонки между собой недоумевали, что же можно так долго мыть в ванной. Пока та не вышла посмотрели телек, а некоторые даже подремали. Ужин решили сделать легким, обошлись салатом и попили чаю.

Без пятнадцати двенадцать стали готовиться. Закрыли двери и окна, протерли стол почище, зажгли свечи, установили выбранную книгу, доску. Сели, коснулись указательными пальчиками большой, деревянной, скругленной стрелочки - указателя. И тут Настенька задрожала и расплакалась, повторяя, что ей очень страшно. Еще минут пятнадцать ее поуговаривали, Наталья обняла ее и что то тихое успокаивающее шептала ей на ушко. Та вытерла слезы, чуть посидела, настроилась и снова все вместе уселись за стол. Было десять минут первого.

Маришка сидела между Аллочкой и Любашей, дальше Настеньку усадили рядом с Натальей, следом сидела Елизавета. Снова коснулись пальчиками указателя.

Та прикрыла глаза, глубоко вздохнула, мысленно призвала с собой бабушку и тихо сказала:

- Дух Конан Дойля, приди, - замерла на секунду и еще два раза повторила.

Все замерли в ожидании, Маринка почувствовала, как по спине ползут мелкие, противные мурашки.

Стрелка указатель задрожала. «Это наверное Настюшу, так сильно затрясло» - подумала было Маринка отвлекаясь от неприятных ощущений в районе спины. И тут стрелка поползла. Все замерли в страхе. Задрожало пламя свечи и странные тени заплясали на стенах. У всех девчонок в голове, одновременно в мозгу возникла одна и та же мысль: «Только палец не отпускай». Первый порыв страха, сменился любопытством. Подружки вытянув шеи, широко распахнув глаза следили за медленным, дрожащим движением стрелки. Она доползла до отметки и замерла. Все увидели выгравированный овал с фразой «да». Елизавета удовлетворенно кивнула и продолжила:

- Дух Конан Дойля, ты желаешь с нами общаться?

Стрелка снова задрожала и медленно поползла. В этот раз доползла до противоположной стороны и уперлась в такую же овальную отметку только со словом «нет». Все вздохнули, кто то разочарованно, а кто то с явным облегчением. «Ну вот и ладушки, поигрались и будет» - подумалось Маришке.

Но тут Елизавета продолжила:

- Дух Конан Дойля, а может есть другой дух, который хотел бы снами пообщаться?

Стрелка безмолвно упиралась небольшим носиком в слово «нет». Елизавета уже хотела было поблагодарить духа, как стрелка снова задрожала и поползла обратно.

Уперлась в слово «да». Елизавета выдохнула и тихим голосом спросила:

- Этот дух сейчас здесь, с нами?

Стрелочка подрожала и снова уткнулась носиком в слово «да».

- Приветствуем тебя дух, - поразмыслив сказала Елизавета и продолжила,- ты чей дух?

Пламя свечи снова задрожало отбрасывая тени на стены. Сзади, за спиной Натальи раздался шорох и Маришка увидела, как кот привстал потянувшись на спинке кресла. В свете пламени свечи тень кота отразилась на стене и вдруг отделилась от нее. И медленно поплыла к столу. У Маришки заколотилось сердце, последним усилием она заставила себя промолчать и не вскрикнуть.

Тень повисла над столом. Марина почувствовала, как все затаили дыхание. «Только бы Настенька выдержала», - пробежала единственная мысль.

Раздалось странное шуршание, а потом Марину удивленно поняла, что это голос и она стала прислушиваться.

- Не переживай все будет хорошо, - еле-еле разобрала шуршавший голос.

И вдруг Настенька кивнула. «Это дух, наверное с ней говорил», - догадалась Маришка.

- Вы кто? - прошептала дрожащая Любочка и побледнела. В темноте, в мерцании свечи это выглядело жутко.

Тень, немного повисев тихо прошелестела:

- Я твоя бабушка, ты же хотела со мной пообщаться?

И вдруг тень за пульсировала, посветлела и стала меняться. Через несколько мгновений в легкой серой дымке угадывался силуэт женщины, бледное лицо, собранные в сложную высокую прическу волосы, крупный рот, небольшой нос и огромные глаза. «Когда-то она была красавица, а сейчас это выглядит жутко», - подумалось Марине и она увидела, как дух женщины повернулся к ней. Своими большими и чуть изменяющимися в дымке глазами она пристально смотрела на Маринку. У той гулко застучало сердце и похолодели руки. Палец лежащий на стрелке свело. Дух еще немного посмотрел на нее и снова развернулся к Любочке.

- Задавай вопрос, - прошелестел он.

- Б-б-бабушка, а как ты умерла, -заикающимся шепотом спросила Любочка.

- Он убил меня, - прозвучало в ответ.

Глаза Любочки распахнулись еще шире.

- Как это убил? Кто? - не сдерживаясь шептала Любочка и уже почти привстала. Маришка свободной рукой мягко прижала ее за плечо.

- Молодая была, глупая, - охотно шелестел дух женщины, - думала это любовь, а оказалась, что это призрачная любовь. Не настоящая, - тут же пояснила, - у меня было все и положение в обществе, и любящий муж, и любимый сын. Я жила горя не знала. А тут вдруг стал вокруг меня крутиться молодой, красивый, обходительный. И как это бывает затуманил мне мозг, украл мое сердце, а позже и душу. Я души в нем не чаяла, любила до умопомрачения и слишком поздно поняла, что ему только доступ к моей работе был нужен. Вот тут я устояла, не смотря не ослепляющую любовь, устояла. Вот он меня и убил. Вывез, якобы на дачу к другу, заманил в заброшенное помещение и протянул мне бутылку с уксусом со словами: «Если любишь пей». Я глоток и сделала. Как обожгло внутри огнем, до сих пор чувствую, нечем, а чувствую. А потом, пока я в агонии билась он мне все остатки и влил. И хлопнув дверью ушел, бросив умирать. Вот такая она и есть призрачная любовь.

И она снова повернулась к Маринке. А та ощутила, как шевелятся волосы у нее на голове от ужаса.

«И с тобой будет тоже самое», - раздался кошмарный, шелестящий голос у нее в голове. И она почувствовала, как темнеет в глазах, как сгущается воздух вокруг , как ловит его ртом, а поймать не может. Гулко стучит в ушах сердце и сквозь его стук слышен ее шелестящий шепот. «Хочешь увидеть, как ты умрешь?», - даже в тихом шепоте была слышна нотка язвительности. Ответить она не успела, как почувствовала порыв ветра и с удовольствием вдохнула полной грудью свежий воздух, услышала громкие шаги рядом, голоса и открыла глаза.

Его она узнала моментально, даже порыв подбежать обнять не удержала, но смогла пробежать пару шагов и остановилась, как в копаная. Рядом с ним, держа его за руку шла девушка, молодая, тоненькая, в таком же легком светлом пальто, как у нее, ее черные, гладкие волосы развевал хулиган ветер. Он повернулся к ней и жадно, долго целовал. У Маринки заколотилось сердце и готово было выпрыгнуть из груди. Она собралась было подойти и оторвать его от девушки, как он повернулся сам и она увидела себя. Опешила и испугалась. Его лицо было серьезным, грубым, глаза колючие, чужие и только губы алели от только что полученного поцелуя. Изумленно она хлопала глазами, огляделась. Эту стройку показывал он ей давно, из далека и все обещал сводить ее посмотреть изнутри. Все хвалился, что купил в ней им обоим квартиру. «Мы с тобой, как-нибудь зайдем и посмотрим вместе на наши новые стены»,- говорил он ей и обнимал ее прижимая к себе. А она улыбалась от счастья прижиматься к нему и молилась про себя, чтоб поход на эту стройку отложился как можно дольше. Сказать ему, что она боится высоты она стеснялась.

Парочка прошлась по периметру и встала у будущего окна. Он жестом фокусника извлек из рукава бутылку шампанского, смеясь откупорил ее и отхлебнув прямо из бутылки протянул ей.

Марина, завороженно смотрела, как она - та она, весело смеясь храбро схватила одной рукой бутылку и тоже стала пить из горла, высоко задрав голову. Он чуть отступил, присел и схватив ее за ноги дернул. Она так с бутылкой у рта, взмахнув свободной рукой и полетела вниз.

Он огляделся и даже не выглянув в окно, не посмотрев вниз зашагал обратно засунув руки в карманы.

Воздух снова кончился и Маришка задыхаясь снова и снова открывая и закрывая рот пыталась его ухватить. В глазах потемнело и отчетливо, гулко в ушах застучало.

«А хочешь увидеть где он сейчас?» - снова услышала она шелестящий шепот у себя в голове.

Вдох, еще вдох, дышать стало легче, только воздух тяжелый, густой, на вкус, как сигарета. Она открыла глаза и увидела вокруг себя море народу. Все ходили мимо, веселились, смеялись, танцевали. И да в ушах гулко звучала музыка, вспышками освещалось все резко темнея, потом светлея, и рассекая визуально видимый воздух разноцветными лучами. Она поняла, что находится в клубе.

Рядом оказался столик и за ним сидели. Она повернулась к столику и увидела его. Он курил и вальяжно пускал дым колечками. С ним сидели еще двое друзей, она их пару раз мельком с ним видела. Между ними велся разговор и она ухватила лишь его часть:

- А эта твоя, симпатичная такая, с черным каре, Марина вроде, - спрашивал его парень напротив.

- А, эта дура, - он снова медленно выпустил колечко изо рта, - как собачонка за мной бегает. Это ж надо, учудила тут, я ей звоню, пою про свою сломанную жизнь, типа жена стерва, бла, бла, бла. А эта наивную душа знаешь, что предложила? - и не дожидаясь вопроса, сам же отвечает, - ты, говорит, сними квартиру, а я потом туда к тебе перееду. Дура.

Все за столом засмеялись.

- Она же не понимает, что мне от нее только те деньги нужны. Сидят там все, шестью жопами деньги держат, - его голос звенел злостью, - ничего, еще недели две с ней помучаюсь, добьюсь, чтобы она со своими дурындами подругами разорвала отношения, отожму у нее деньги и концы в воду. Что зря я столько времени убил, чтоб найти тех кто тот выигрыш огреб.

- А с той, первой, такой длинногой, пышногрудой не сложилось. Ты вроде сначала ее нашел. Симпатичная такая детка.

- А, та, - он потянулся, махнул рукой, - с той сразу не задалось, она тут же просекла в чем мой интерес и чуть меня полиции не запалила. Потому и подбиваю эту тощую дуру, чтоб от подруг избавилась. Та, первая, пока не в курсе, что Маринка со мной встречается. Я ей строго на строго наказал скрывать наши отношения.

- И, как, получается? Бабье они ж такие, ни секунды секрет в себе удержать не могут.

- Не, моя, как ученая шавка дрессированная, - и довольно улыбнулся, - слушает мое каждое слово, каждый мой каприз. Вон, даже волосы свои шикарные обчекрыжила, потому, что я так сказал. Ей невдомек, что это палево. У моей супруги нюх на чужие духи, взглядом орлицы даже намек на отпечаток помады, а тут длиннющий черный волос. Размажет меня по стенке и глазом не моргнет. Не мне палева не надо. Супруга это святое, враз от кормушки отлучит. А у меня долги. Эх, доберусь до денег, с долгами рассчитаюсь и со спокойной душой поеду жену проветривать на юга.

Дальше она слушать не стала, глаза закрыла и отошла, как могла дальше. Чувствуя, как пол качается и уходит из под ног. А мимо, проходя, скосив глаза на нее и отводя их тут же проходили девочки, одна за другой. И только Любочка вытирала ладонью свои щеки, остальные были полны презрения.

«Если ты поняла, что такое «призрачная любовь», то я могу показать тебе другое твое будущее», - раздался тихий голосок в голове.

Марина почувствовала, как ее подхватило и закрутило и обреченно поддалась неведомому течению.

Раздался живой, веселый радующий смех. Она открыла глаза и увидела приоткрытые ворота, за ними стояло, что то огромное, синее. Она подошла поближе и заглянула в щелку. Высокий, большой, сильный мужчина прижимая к себе, уткнувшись лицом в лежащую у него на руках девушку, что то видимо, веселое шептал ей на ушко, а она звонко, счастливо хохотала. Он кружил ее на руках и вдруг остановился, она махала руками, как птица.

- Все, солнышко мое, мне на работу пора, - улыбаясь пробасил он.

Она крепко прижалась к нему и обвила руками его шею, он раскрыл руки и она повисла у него на шее смешно бултыхая ногами. Он аккуратно ссадил ее с шеи, поставил на землю, жарко поцеловал и зашел за большую синюю штуку.

Она стояла счастливая, легкая, нежная с развевающимися отросшими волосами.

Воздух снова стал вязким, тяжелым и густым, его ни как не удавалась поймать губами и вдохнуть. Голова закружилась, перед глазами заплясали мошки. Потемнело и все стихло.

Хорошо, темно и тихо. Блаженство.

И тут над ухом, сначала из далека, потом все ближе, а затем прямо врываясь в мозг:

- Мариша, Маришенька, золотце, что с тобой?

И резко разболелась голова, она кружилась, подступила тошнота и мушки даже перед закрытыми глазами заплясали.

Но дышать стало легче. Она сделала глубокий вдох, медленный выдох. И почувствовала, как ее затрясли.

Она замотала головой и как смогла прошептала:

- Не трясите меня, я вам не груша.

Раздался громкий вздох и плачь.

- Надюша, солнышко, не плачь, все со мной в порядке, - еще прошептала она уже более уверенно, переживая за подругу.

И тут ее крепко сжали, что она снова не смогла дышать.

- Пустите, задохнусь же и так дышать тяжело, - почти прокричала она не слушающимся голосом.

- Все, все пусти ее, - услышала она участливый родной голос, - лучше давайте мы ее положим на диван, а Настя откроет окна. Пускай дышит.

Наташка проговаривая все это поддерживала вместе с остальными подругами Маришку и они смогли ее поднять и довести до дивана.

Маришка лечь отказалась, села откинувшись на спинку дивана, еще чуть глубоко подышала свежим дождливым воздухом и разлепила веки.

Свет резанул по глазам, но удовольствие смотреть на родные и милые сердцу лица не позволило закрыть глаза снова.

- Девочки, как я вас люблю. - уже более спокойным и уверенным голосом произнесла она.

Девчонки столпившись возле нее участливо смотрели. «И разве стоит променять на какую то «призрачную любовь», эту, настоящую?» - вдруг подумалось Маришке.

На следующий день, в окна светило солнце, завтракали они все вместе с удовольствием на террасе. Маришка потихоньку приходя в себя слушала, как вчера вдруг возникла страшная тень, как она рассказала историю смерти Любочкиной бабушки. Любочка все сомневалась, стоит ли эту историю принимать за чистую монету. Маришка счастливо улыбалась и пожимала плечами. Она ела и любовалась своими подружками. Сердце счастливо стучало в груди. Они так же дружно, впрочем как и всегда, убрались и навели порядок в доме.

Закрывая дверь, Наташка вдруг хлопнула себя по лбу и вернулась в дом. Все с нетерпением ожидали ее с наружи и гадали, что она, Наташка, могла вдруг забыть в доме.

Выскочила она так же внезапно и протянула Маришке ее телефон:

- Вот, я же его выключила и спрятала за диван от тебя, - чуть виновато сказала она.

Маришка с удивлением взглянула на него и раскрыла рюкзачок, чтобы Наташка бросила его внутрь. Васька высунулся, проследил взглядом траекторию телефона и снова улегся в рюкзак обратно.

Дом они все-таки закрыли и уехали на электричке обратно. Увозя с собой воспоминания о необычном происшествии.

В электричке, договорились, что Елизавета, сделает Маришке новую симку и разошлет девчонкам ее новый телефон. А потом они приедут к ней в гости и отметят возвращение из путешествия.

Через неделю, ожидая девчонок в гости, Маришка наводила чистоту. Окна на распашку, с тряпкой в руках, врубив музыку на всю она начищала и намывала. Не сразу поняв, что кто то названивает в дверь. Для девчонок рано еще, кто это мог быть. И сунув тряпку за пояс фартука она открыла дверь.

- Ты почему не берешь телефон? - он попытался пройти внутри квартиры.

Она почти вытолкнув его на лестничную клетку, прикрыв за собой дверь в лоб спросила у него:

- Ты просто хотел отнять у меня наши с девочками деньги? - в ее голосе было достаточно металла, чтобы он отступил.

Увидев сверкнувшее в его глазах презрение она все поняла и смотрела на него в упор.

«Тонкие, капризно изогнутые губы, неприятные, колючие, белесые глаза, нос картошкой, помятые сном небритые щеки, серые круги под глазами, выдающие его ночной разгульный образ жизни. Как он мне вообще мог нравится», - вдруг подумалось Маришке.

- Ну, что ты птенчик, - он расплылся в фальшивой улыбке, - о каких деньгах идет речь, я даже не понимаю. Мне только ты нужна. Нам же так было хорошо вместе.

Видя, что его слащавый голос не имеет той силы, что имел раньше, он сменил тактику:

- Ну, посмотри на себя, вся не понятно в чем, кому ты кроме меня нужна …

Он не успел договорить всегда работающие фразы, как услышал смех. Она стояла и смеялась над ним. Да, как она могла. Его нос побелел от ярости, глаза налились злобой, голос засвистел змеиным шепотом:

- Да, как ты смеешь, гадина такая, я тебя сейчас проучу, - он занес руку для удара, - смеяться она вздумала, денег она не даст, как миленькая сейчас все выложишь.

Маришка поняла, что он сейчас ее убьет, только было попятилась к спасительной двери, как на лестнице раздался топот ног. Дверь скрипнула и Васька шипя бросился на обидчика.

Кто то большой, заслоняющий ее и кота собой, схватил безумца за грудки , приподнял, тряхнул и прорычал:

- Еще раз увижу рядом с ней разорву пополам, - и спустил с лестницы.

Сделав пару шагов назад, маша руками, пытаясь удержать равновесие, он все-таки споткнулся и хлопнулся вниз. По лестнице поднимались еще люди.

Маришка увидела, что это подружки. Упавший начал было подниматься, но увидев девчонок, затих и пытался отползти подальше. Аллочка погрозила ему кулаком и они пройдя мимо него, увлекая за собой Маришку и спасителя зашли в квартиру, и хлопнули дверью.

В квартире, Маришка позволила Любочке с себя снять фартук, выпила принесенную Настенькой воду и только тут разглядела спасителя. Тот смущенный стоял в углу. Им оказался тот самый нахал, который Васеньке хвост отдавил. Васька на удивление мурча отирался о его ноги. Маришка стала приходить в себя от шока и пробормотала:

- Спасибо.

Тот пожал плечами и улыбаясь произнес:

- Всегда, пожалуйста, так приятно защитить такую красавицу.

Наташка проходя мимо хихикнула и поставила на стол плетеную корзиночку с порезанным хлебом. И тут Маришка покраснела, хорошо же, она хозяйка, встречает гостей.

Она подскочила, и с извинениями усадила гостя на диван и побежала помогать подругам. А те, там уже привычно верховодили. Елизавета доставала и резала запеченную курочку из духовки, Любочка стопочками складывала тарелки доставая их из шкафчика, Аллочка на кухонном столе дорезала овощи вымытые и подсушенные в дуршлаге, Настенька вытаскивала салфетки и вилки из шкафчика, Наташка возвращалась на кухню, брала уложенное, приготовленные для нее тарелки с блюдами и несла ставить в комнату на гостевой стол. Маришку прогнали заниматься новым гостем.

Она вернулась в комнату и увидела, как Васька по хозяйски сидит на коленях у гостя. Маришка. Вспомнив тот день, когда она орала на всю улицу, покраснела и смущаясь произнесла:

- Спасибо, Вам еще раз за мое сегодняшнее спасение.

Гость махнул рукой и покраснел.

И тут Маришка сообразила:

- А как вы меня нашли?

- Ну, я позвонил Ершовым, ну хозяевам дом где вы обитали и Ольга мне дала твой адрес. Я и приехал. Не знал, что вовремя. Я бы раньше приехал, но работа.

И он смешно развел руки в стороны.

Маринка улыбнулась.

Девчонки накрыли стол и попросили кавалера открыть им шампанское.

Они все сели за стол и только тут Аллочка, проявив всю свою серьезность спросила как же зовут спасителя.

Тот привстал, хотя с его ростом мог бы этого и не делать, немного поклонился и представился:

- Василий.

Девчонки дружно рассмеялись.

Он с недоумением смотрел на них и только услышав, как Любочка сквозь смех говорит Маришке:

- Я же тебе говорила не называй кота Васькой.

И тоже рассмеялся.

Он оказался довольно милым собеседником, интересным и внимательным. И когда девчонки поведали с ними случившееся происшествие на спиритическом сеансе, очень из переживался. Особенно, когда Любочка в красках описывала, как они не могли долгое время Маришку привести в сознание.

Потом поделились, своей задумкой: увезти Маришку подальше от разрушающих ее саму и их дружбу отношений. Маришка слушая их планы сидела краснея за себя.

И решилась, рассказала все, что она увидела и услышала в ту ночь, когда они проводили спиритический сеанс. Про свою призрачную любовь.

Она рассказывала и видела, как меняются глаза девчонок, как у Василия заиграли скулы и сжались руки в кулаки.

Она замолчала и в комнате повисла тяжелая тишина.

- Я ведь тоже сначала на него запала, - глубоко вздохнув и опустив глаза нарушила тишину Аллочка, - только он поспешил со мной заговорить о деньгах. И я испугалась, испугалась предать вас. Я его припугнула полицией и постаралась выкинуть из головы. А видно зря. Мне бы дуре подумать, что раз он знает о деньгах, то пойдет ко всем вам.

- Что за деньги? - спросил Василий, - если это не секрет конечно, а если секрет, то не говорите мне.

- Да чего уж там, - махнула рукой обычно осторожная Наташка.

Любочка вздохнула, видно много раз проговаривала про себя эту историю и вот повод выплеснуть ее наружу:

- Понимаешь, Настенька у нас везучая, - она посмотрела на подругу и увидела, как та покраснела от удовольствия, что разговор пойдет о ней, - она всегда и во все выигрывает …

- Мы, даже с ней редко в карты играем, - вставила Елизавета и тут же спохватилась - ой, прости, перебила, все, все, молчу.

И она прикрыла рот ладошкой.

- Вот, даже в карты с ней стараемся не играть, продолжила Любочка, - а тут ну совсем мы все на мели, до зарплаты далеко, хозяйка квартиры, которую мы снимали, когда учились, только, что взяла оплату идем считаем сколько у нас наличности. Все вместе наскребли сто рублей.

- Сто пятьдесят два, - поправила Маришка.

Ну да, - кивнула Любочка, - думаем, что на них купить: хлеба, яиц, прикидываем хватит ли на сосиски. Как эта мартышка, прыгая и семафоря нам у открытого киоска тычет на лотерейный билет. Я сначала подумала, что она сошла с ума. А она даже не терпя возражений тычет в билет. И только Маришка сказала: «бери», выхватила у Елизаветы деньги и сунула в окно. Мы все опешили. Вытребовала у кассирши именно тот билет, что был на витрине и счастливая повернулась к нам. Я готова была прибить и ее и Маришку.

Все рассмеялись и закивали головами.

- Неделю мы дотянули, - улыбаясь продолжила она, - и не плохо - я помогла разродиться соседской собаке, мне сунули сотню, Елизавета сдала раньше, чем требовали доклад, ей тоже сотню сунули, Маришка снялась для местной рекламы, ей тоже денежку дали. Короче ни чего смертельного за неделю с нами не случилось. Но в тот день мы конечно обиделись и в первый и надеюсь последний раз поссорились. А в воскресение, смотря розыгрыш мы вдруг становимся обладателями несусветных богатств.

Наташка хихикнула.

- Получив их, заплатив налог, купив каждой по квартире у нас еще осталось, - грустно сказала Любочка, - но мы решили, что поделим их ровно на всех и это будет наше приданое. Вот и все.

И снова в комнате повисла тишина.

- Так ты значит богатая невеста, - грустно вздохнул Василий и стал вылезать из за стола.

Прошло еще пару недель и девчонки ехали снова в той же электричке, шли по той же, уже знакомой дороге, только к дому подошли другому. К тому, что стоял напротив. Их выбежал встречать Василий маленький, а за ним вышла на крыльцо счастливая Маришка, а во дворе синел большой трактор.