На Острове Свободы

Глава 1

На Острове Свободы

***

Из окна дул утренний морской бриз. Я все никак не мог встать из-за смены часового пояса. Перелет в 12 часов сильно утомил. Позвонив консьержу и заказав чашечку кофе, чтобы хоть немного взбодриться. Я лег на спину и смотрел в четырехметровый потолок, в предвкушении напитка. Я был большим любителем кубинского кофе, а возможность попить его в самой Гаване доставляла огромное удовольствие.

­—Señor, доброе утро! Пожалуйста, Ваш кофе! – сказал официант. Я оставил ему 2 кука и сел на небольшую терраску в номере. Кофе был хорош. Нежный шоколадный вкус и легкие нотки цитруса и пряностей, а сигарета дополняла и без того богатый аромат. Солнце уже залило всю улицу, несмотря на довольно раннее время. Я еще немного посидел на террасе с книгой, с которой вскоре переместился на кровать. Хотелось еще немного понежиться в постели, но желание посмотреть утреннюю Гавану пересилило и, умывшись, я пошел покороять Кубинскую столицу.

Я любил выходить на небольшие улочки, где жили сами кубинцы. Улицы эти были в достаточно плачевном состоянии, в отличии от главных туристических зон, но ни смотря на это, они были настоящие и искренние. Кубинцы сидели, курили и общались друг с другом на лестничке у подъезда. У нас такого не встретишь, людей, и меня в частности, не интересует жизнь за пределами их квартиры или работы. А здесь ребята гоняли мяч, мужики обсуждали бокс, женщины щебетали о чем-то своем женском, а кто-то, сидя на корточках, читал газетку.

—Amigo, como estás? – спросил меня крепкий колоритный старик.

—Excelente, amigo, gracias! – ответил я на ломанном испанском, который подучил перед поездкой.

—Не хочешь угостить старика бокальчиком?

Мне было не жалко, а кубинцы были бедны, да и в Гаване это было нормальным делом. Многие просили туристов угостить их ромом и гораздо реже они просили деньги. Мы зашли в очень маленькое заведение, где была дряхлая барная стойка, с которой давно слезла краска и лак, а из выбора был только ром или ром с водой. Местечко явно не было туристической достопримечательностью. Нам налили по бокалу трёхлетнего Havana Club, и я попросил налить немного воды и добавить льда. Старик улыбнулся и по-отечески сказал:

—Amigo, поверь, не добавляй лёд. Испортишь благородный напиток. – и продолжил тянуть свой бокал.

Я его послушал, но совсем не понял удовольствия питья тёплого рома с тёплой водой. Мы еще какое-то время попытались поговорить, я заказал ему бокальчик и на этом мы распрощались.

Утренняя набережная, она же «Малекон», была прекрасна. Океан тихо ласкал берег, рыбаки стояли на краю и забрасывали удочки, а чайки кружили вокруг в ожидании своей добычи. Старые машины, будто из фильмов пятидесятых, проезжали мимо, старые колониально-испанские здания с отвалившейся местами краской, морской бриз и голубое небо. Все окружение придавало колорита, и ты чувствовал себя в совсем другой эпохе. Пройдя Parque Maceo, я вышел на улицу San Lazaro и брел в поисках завтрака. И что мне мешало поесть в отеле? Зато нагулял аппетит за продолжительную прогулку. Дойдя до улицы Blanko, я свернул обратно в сторону моря и набрел на кафе Ana's. Улица была грязной, но в кафе я все же заглянул. Оно было маленьким, а значит там подавали именно кубинскую кухню. Там не было официантов, принимали заказ на кассе, где через стекло ты мог выбрать, что добавить в свою тарелку. Я взял рис с фасолью и курицей и попросил налить мне чашку кофе с молоком. Накладывали здесь щедро и даже слишком. Персонал не был слишком уж приветлив; может еще не успели проснуться, а может жизнь была такой, что не до лишних любезностей. Прикончив свой завтрак, я оставил кассиру на чай и он, наконец, по-доброму улыбнулся.

***

—А вы посещали кабаре Тропикана? – спросил меня канадский турист, с которым у нас по чистой случайности развязалась беседа в баре.

—Нет, еще не довелось сходить. А стоит?

—Обязательно сходите, дружище! – так по-канадски дружелюбно ответил он. – Шоу просто помпезное, а женщины там как на подбор, любуйся, да и только!

—Уж не подумываете ли вы найти тут себе невесту? – в шутку спросил я.

—А что мне мешает? Они гораздо более искренние, чем наши женщины. А латинская красота и огонь в глазах не оставят равнодушным никого! – не унимался он.

—Может быть вы и правы, я еще присмотрюсь. Простите, не запомнил ваше имя. – у меня была частая проблема с именами.

—Генри – с улыбкой ответил он – А вы Сэм.

—Верно, еще раз прошу прощения за это. Давайте мы еще с вами встретимся, я тут один, компания мне не помешает, Генри.

—Обязательно!

Мы обменялись адресами наших отелей и номерами комнат. На Кубе были трудности с обычной телефонной связью, ну или я просто чего-то не понял. Интернет также был только в определенных точках города и очень уж медленный. Поэтому самым простым способом связи были звонки из отеля в отель.

Мы попрощались с Генри и уходя я услышал, как он начал заигрывать с девушкой-официанткой, а она и не была против.

***

Я был большим поклонником Эрнеста Хемингуэя и находясь в Гаване нельзя было не посетить самые его любимые места. Я очень ждал похода в бар El Floridita, и мы с Генри и его новой подругой пошли туда. Его не особо заботил Хемингуэй, а скорее сам факт того, что это бар и в нём есть выпивка. Это было излюбленным местом Хэма и любой его поклонник должен был посетить его.

На входе в бар я был очень разочарован количеством людей. Ну конечно, я не один тут такой умный. Найдя наконец небольшой столик, у нас приняли заказ.

—Дайкири? – с ходу спросил официант.

—Давайте! А почему так уверенно? Мы у вас еще не бывали – спросили мы.

—К нам только за дайкири и ходят. Редкость, когда заказывают что-нибудь другое. И он ушел с нашим заказом.

У маленькой сцены выступали несколько человек, которые отлично исполняли популярные кубинские песни и периодически подходили ко всем посетителям и предлагали купить диски с их песнями.

Нам принесли наши дайкири и тарелку банановых чипсов. Коктейль был на высоте. Генри утонул в беседе со своей спутницей, а я начал постепенно проникаться этим местом. Алкоголь ударил в голову, я расслабился и начал осознавать происходящее. У барной стойки стояла бронзовая статуя Хемингуэя с фужером в руке, а над ней различные фотографии с ним и Фиделем Кастро. Я, как глупейший турист, сфотографировался с этой статуей, заказал еще один дайкири и вернулся к столу.

—Сэм, а напиточек-то очень даже ничего! – неожиданно воскликнул Генри.

—Полностью согласен, у нас его совсем не умеют делать.

—Слушай, Сэм – шепотом, наклонившись ко мне, сказал он – мне нужно будет отчалить на пару часиков, сам понимаешь. Надеюсь, ты не оскорбишься?

—Развлекайтесь, дружище. Где-то сегодня пересечемся?

—Да, я тебе позвоню ближе к ужину, там решим.

К ужину он не позвонил, а сам я навязываться не стал. Я сообщил девушке на ресепшене, что мне могут позвонить и пускай она передаст, что я буду на площади, а к десяти вечера вернусь.

Поев, я вышел на свой уже любимый Малекон. Вечером он был совсем иной. Толпы молодежи гуляли, пили, играли на гитарах и пели уже более популярные латиноамериканские песни. Я присел на бетонный край, закурил сигаретку и ко мне подошла именно такая компания. Они предложили мне рому, прямо из горла, а я должен взамен угостить парочку из них сигареткой. Я против не был.

—Тебе нравится она? – спросил меня очень худой парень из их компании, указывая на одну из девушек.

—Конечно, друг мой! Ваши женщины самые красивые! – любезничая ответил я, хотя девушка действительно была шикарна.

—Шестьдесят куков и она твоя.

—Нет, друг, спасибо, я просто отдыхаю.

—Хорошо, сорок и угостишь меня еще одной сигаретой. – предложил худощавый.

Не знаю, что со мной было, то ли дешевый ром ударил в голову, то ли я просто захотел больше впечатлений, но я согласился. Мы пошли в мой номер и парень уточнил, что сорок куков всего за один час и дал мне таблетку.

—Дружище, мне не нужен допинг, я еще не так стар! – я понимал, что чем дольше мы проведем с ней времени, тем больше он получит.

—Давай, бери, не стесняйся. – с этими словами он всучил таблетку мне в руку, взял у меня сигарету и сел дожидаться нас у выхода из гостиницы.

Я проводил девушку в номер, а таблетку я незаметно кинул в урну.

***

—Алло, Сэм?

—Да?

—Поехали на Варадеро! Надоело мне ходить по достопримечательностям, хочу поплавать. Тем более сегодня такой ливень, особо не погуляешь. – предложил мне Генри с азартом в голосе.

—Ну, я в любом случае хотел ехать дня через два, но, если ты так хочешь, поехали сегодня. – тяжело ответил я с сильнейшим похмельем.

—Я уже почти собрал вещи, ты пока досыпай, где-то через час-полтора буду и помогу тебе. Я уже нашел таксиста, который недорого нас отвезет. Мы вчера с ним хорошенько выпили в баре, я его много угощал, он мне должен.

—Хорошо, только поднимайся ко мне с чашкой кофе, таблеткой от головы и пачкой сигарет.

Генри постучал в дверь, я открыл ему. Он действительно принес чашечку горячего кофе, пачку сигарет, таблетки и бутылку «Гаваны».

—Не многовато ли нам столько пить? – спросил я, с легким отвращением глядя на бутылку.

—Это в дорогу, чтобы скучно не было. Давай, упаковываемся и в путь.

—Сначала перекусим и в дорогу возьмем чего-нибудь.

Собрав вещи и загрузив их в машину, мы пошли в хороший бар-ресторан у отеля, заказали по омлету, стаканчику мохито, чтобы опохмелиться и по бургеру с собой в дорогу. Бургеры, кстати, у них знатные. Огромная и сочная говяжья котлета, немного овощей и какой-то островатый соус.

Перекусив, мы сели в наше такси и двинулись в путь. Ливень был страшный и джунгли, проносящиеся мимо, выглядели эффектно, но устрашающе. Деревья гнуло под натиском ветра и воды, дороги практически не было видно, а старые дворники уже проржавевшего «Шеви» 50-х годов совсем не справлялись со своей основной задачей. Водителю пришлось открыть свое окно и периодически высовываться головой наружу.

Спиртное подействовало, и мы перестали переживать. Проезжая мост Bacunayagua, мы вышли и выпили в придорожном баре по «Пинье» из кокосов вместо бокалов. Вид был потрясающий. Высота моста была метров сто и открывался захватывающий вид на холмы и джунгли, через которые когда-то пробирались Че и Фидель.

Мы двинулись дальше в путь и на повороте мы заметили, что нас слегка стало заносить. Водитель высунулся из окна и нашу машину неожиданно начало закручивать влево, и мы сместились на встречную полосу боком к надвигающимся машинам. Как в голливудских фильмах, по всем канонам, на нас надвигалась большая фура, но водитель успел сдать назад, и мы ударились о встречную обочину задним бампером автомобиля. Мы отдышались, все вышли покурить и немного посмеявшись сели в машину, чтобы не мокнуть под дождем.

—Señor, я вам говорил, что буду не в состоянии везти нас всех, после вчерашнего вечера, да еще и этот ливень!

—Мы тебя не виним, Alejandro, не переживай! – невозмутимо сказал Генри. – Мы живы, а это главное, верно ведь, Сэм?

—Конечно! Да и машина практически не пострадала. Плюс ко всему, виноват не ты, а этот страшный дождь, черт бы его побрал.

—Не чертыхайтесь, дружище. Давайте лучше переждем немного, дождь идёт на убыль. Хоть дорогу будем видеть.

Мы достали наши бургеры из приотельного бара, выпили рому и двинулись дальше в путь.

Дальше мы доехали без происшествий, а эту историю Генри еще много раз рассказывал

местным девушкам.

***

В Варадеро времяпрепровождение было умеренным. Берег был как с картинки или рекламного ролика. Белый и мелкий, как мука, песок и теплая, словно молоко, спокойная вода. Утром я ходил по еще прохладному пляжу вдоль всего берега, завтракал, занимал шезлонг и большую часть дня лежал под пальмой и пил «пинью», которую в нашем отеле прекрасно готовил забавный, уже в возрасте бармен по кличке Papito. Генри постоянно одаривал его чаевыми, а Papito в свою очередь не жалел нам с порцией.

Кстати о Генри. Его отдых был слегка отличным от моего. Каждый вечер он уезжал на улицу 62, где проходили главные вечеринки туристов и кубинской молодёжи. Буквально каждый день Генри возвращался к восьми, а то и девяти утра и ложился спать до послеобеденного времени. Несколько раз я побывал с ним на этих вечеринках, где прямо на улице, рядом с баром, толпы людей танцевали сальсу, пили и продолжали дальше танцевать. Было действительно весело, мы познакомились с разными людьми и несколько раз уходили оттуда не в одиночестве. Но я хотел некоторой умиротворенности, поэтому предпочел тихое и спокойное одиночество на пляже. К тому же, кто-то должен был сохранять более-менее трезвый рассудок и относительно-здоровое тело.

С момента, как мы оставили Гавану, Генри стал очень часто жаловаться на головные боли. Я много раз предлагал ему сходить к врачу, но он сказал, что это от недосыпов и, к тому же, очень он их не любит, а тем более не доверяет местной медицине. В итоге, я с ним согласился. Столько алкоголя, сигарет и настолько сбитый режим сна любого в могилу сведет.

—Тебе, очевидно, нужно меньше пить. – настаивал я.

—А тебе нужно не быть такой ханжой и подать мне лекарство. – огрызнулся он – Мы в отпуске! Что ты мне прикажешь, пить свежевыжатые соки и есть овощи без соли и масла?

—Я же не говорю о полном отказе от всех благ. Просто уменьши количество алкоголя и будет легче.

Генри не стал пить меньше, а я перестал бороться с этим, лишь подавал ему лекарства.

Однажды утром, я как всегда, вышел прогуляться и решил пойти до виллы Аль Капоне. Нравилась мне эстетика Америки 20х-30х годов, ну и просто интересно было увидеть что-то помимо пресытившей воды. Я подошел на ресепшен и попросил объяснить, как я смогу добраться до этой виллы.

—Señor, вы сильно уставать идти по жаре пешком. – сказал мне ресепшионист Хавьер – Llamaré un taxi por ti. – он плохо говорил на английском, но я уже начал немного понимать испанскую речь.

—Нет, такси меня не устраивает. Какие-нибудь еще варианты есть? Я бы все-таки хотел немного подвигаться.

—Вы можете взять наш отельный bicicleta, правда La bici está un poco rota. – как-то виновато сказал Хавьер.

—Велосипед сломан? Сильно?

—Sí, señor.

—Показывайте, сейчас починим.

Хавьер повел меня в небольшой сарайчик через выход для персонала. В нем стояло два старых велосипеда, видимо местного производства или же они были очень старые, потому что я таких не встречал. Проблем с ними особых не было, нужно было подкрутить звезду, державшую цепь и смазать все. Хавьер принёс мне все необходимое, я быстренько поставил его на колеса, которые, почему-то были отлично накачены. Видимо велосипеды сломали туристы, а не время.

Распрощавшись с Хавьером, я выехал на двухколесном друге. Дорога была достаточно ровной, если ехать по обочине. Машин проезжало мало, поэтому меня ничего не отвлекало от видов кругом. Колеса правда немного восьмерили, но не критично. Я ехал вдоль океана, проезжал интересные пруды, речки, небольшие домики местных жителей. Детишки бежали параллельно со мной, с другой стороны дороги и радостно махали ручками. По пути мне встретился мужчина в очень дряхлой одежде, который предложил мне за копейки купить его самодельные сигары. Мужик дал одну на пробу, мне понравилось, и я взял для себя и Генри по две коробки, сложил все в рюкзак и поехал дальше.

Я выехал к какому-то красивому небольшому порту, где стояли симпатичные моторные лодки, а над ними летали настоящие пеликаны. Они грациозно пикировали в воду, набирали в свой большой клюв воду с рыбой и приземлялись где-нибудь проглотить все это. Я тоже задумался о перекусе и спросил у местных рыбаков где можно поесть. Сначала один очень долго пытался мне впарить свою рыбу, но куда мне её девать и где готовить он мне так и не объяснил. Потом подошел более молодой рыбак и показал мне небольшое кафе, где я, собственно, и попил кофе и позавтракал.

О «Касе» Аль Капоне особо нечего рассказывать. Большой дом из красного коралла, который напоминает крепость, красивый берег океана, где купались местные и летали чайки с пеликанами. Внутри виллы сейчас находится то ли испанский, то ли итальянский ресторан, а вокруг развешаны различные фотографии самого Капоне и мафиозной жизни тех лет. Ресторан был дороже других в Варадеро и не сильно привлёк меня своим ассортиментом. Все-таки, мне все еще хотелось есть больше местного, нежели европейскую кухню.

Вернувшись в отель, я пошел возвращать велосипед и тут меня настиг Хавьер. Он что-то быстро тараторил на испанском, а я совсем не мог его понять.

—Хавьер, пожалуйста, я очень устал и проголодался, говори медленнее и на английском, если

возможно. – Я действительно очень устал, да к тому же обгорел, поэтому не очень хотел его слушать.

—Señor.! ¡Tu amigo se desmayó! – продолжал тараторить молодой кубинец. – Ваш amigo! Он падать!

—Так, стой! Генри? Упал? – уже насторожившись спросил я

Как выяснилось, выйдя на обед, Генри потерял сознание. Он был у врача при отеле, а позже его отвозили в больницу, чтобы взять анализы. Нам сказали, что у него было сотрясение мозга. Я не понял, когда он успел его заработать.

—Может ты перебрал и упал? Гулял ты много и на славу! – предположил я.

—Скорее всего в нашей небольшой аварии. Я тогда немного ударился головой, но вроде ничего особенного не почувствовал.

После этого Генри стал пить только легкие аперитивы и коктейли и перестал ходить на ночные вечеринки.

За это время мы достаточно хорошо сдружились и обсуждали самые разные темы, от политики, до космоса. Я увлек его литературой, а он меня хоккеем. Генри оказался очень интересным человеком. Я выяснил, что он художник и рисует то ли логотипы, то ли рекламные баннеры для различных компаний. Он очень много путешествует и работает удалённо.

—Думаю, я неплохо устроился. Всем желаю того, чтобы работать из любой точки мира. Но сюда я приехал за полноценным отдыхом, вот и отрывался как мог, сам понимаешь. – рассказывал Генри.

—Я тебе даже немного завидую! – вырвалось у меня. – У меня бывает много командировок, но такой свободы я не чувствую.

—Займись чем-нибудь, что поможет тебе почувствовать её. Что тебе мешает?

—Я и не знаю, чем таким заняться. Рисовать я никогда не умел. – с грустью ответил я.

—Сэм, просто ищи, пробуй. Может быть ты можешь писать? Рассказываешь ты интересные вещи, я в запой люблю их послушать. Тем более, ты человек начитанный! В наш век много вариантов, просто попробуй.

Слова и свободная жизнь Генри заставили меня задуматься. Было трудно отказаться от привычного быта и начать что-то совсем для себя новое.

***

—Я считаю, нам надо съездить в долину Виньялес. – Генри сделал паузу, дожевывая своего лангуста и одновременно макая следующую порцию в соус. - А точнее в La Casa del Veguero. – закончил он.

—И что там такого? – потягивая белое вино, спросил я.

—Там выращивают табак! Посмотрим, послушаем и купим сигар! – все с тем же, присущим ему азартом и огнем в глазах настаивал на своем Генри.

—Почему бы и нет, до моего вылета еще неделя, а я уже начинаю немного скучать. – согласился я. – Тем более, так отжигать ты больше не можешь, поэтому подобная поездка нам будет в самый раз!

—На самом деле я обещал своему брату привезти сигар оттуда – смущенно заметил Генри – но ведь будет интересно!

—Я и не думал спорить, Генри… Тфу ты, как всегда! – я капнул соус на сои брюки. – после ужина спросим об экскурсии и завтра же поедем. – пытаясь как-то оттереть пятно, я подытожил.

—Ты все меньше становишься ханжой – рассмеялся Генри, подавая мне еще одну чистую салфетку. – Я положительно на тебя влияю!

Отужинав, мы уточнили все подробности, выезд был сразу после завтрака. Мы пошли к Papito, набрали у него по два стакана Пиньи Колады и рассказали ему о том, куда поедем.

—Можете и мне привезти, а то я уже совсем anciano, сам туда не поеду. Да и дорого! - сказал бармен.

Мы пообещали ему привести парочку сигар, за что он нам щедро добавил рома в каждый бокал, и отправились смотреть вечерний концерт.

Утром, после завтрака за нами приехала машина и мы выдвинулись в путь. Дорога до долины была очень красивой. Нам предоставили гида, но он не был особо разговорчивым, что является не лучшим качеством для гида. В саму долину мы решили не ехать, о чем позже очень пожалели. Мы упустили пещеру индейцев и фреску, сделанную на горе, которая называлась Mural de la Prehistoria.

—В следующий раз приедем и посмотрим! Ты поправишь здоровье, а я определюсь с жизнью.

—Именно так, Amigo! – заговорил на испанском Генри. - Позитивный настрой и жажда приключений. Прямо-таки в духе Жюля Верна!

Плантация оказалась очень интересной и нам повезло с сезоном. Май еще считается урожайным сезоном. Нам показали, как растет табак, как его чистят и сушат. Вся плантация выглядела очень уж эффектно. Тысячи аккуратно- посаженных кустов табака и на их фоне высокие зелёные горы. В сушильне собранный табак висел «вниз головой» и напоминал огромные коконы бабочек или же зелено-коричневых спящих летучих мышей.

Очень морщинистый мужчина в ковбойской шляпе при нас скручивал сигары разных размеров. Он же и объяснил, как правильно хранить, а главное курить сигары.

—Их нужно прогревать и не давать им перегреваться, а иначе сигара будет горчить. – объяснял

старик.

Мы выбрали нужный нам размер сигар, думаю это был какой-то стандартный, и купили по одной коробке на человека и две штучки для нашего уже родного Papito.

—Ну совсем другой табак, а! – радостный своим каламбуром вскрикнул Генри, раскуривая сигару. – Совсем не те, что ты купил на дороге!

—Ну и цена совсем другая. – смутился я.

—Да не грузись ты, дружище, я же в шутку! Действительно, те сигары за свою цены были ого-го!

—Может еще коробочку себе возьмешь? Еще долго курить их будешь, при правильном хранении, конечно.

—Думаю, можно. Тем более для братца надо взять, чуть не забыл!

Довольные пополненным боезапасом мы поехали обратно в отель, смотреть очередной музыкальный концерт.

***

К концу моего насыщенного отпуска мы с Генри обменялись контактами и адресами, надеясь еще когда-нибудь обязательно пересечься. Я собрал свои вещи, в чемодан и спустил его в лобби отеля.

Я сдал свой номер, и мы с Генри пошли поесть, и я хотел еще пару часиков посидеть на своём уже излюбленном месте под пальмой с коктейлем.

—Знаешь, я здесь так долго, а так мало плавал. Надо исправляться, когда ты улетишь. – рассуждал Генри.

После четырех часов дня за мной приехало такси, мы распрощались с Генри, и я пообещал ему когда-нибудь приехать уже со своей книгой, будучи по-настоящему свободным человеком.

Уже спустя сутки, оказавшись дома, я налил себе немного семилетней Гаваны, приобретенной в «Duty Free», взял в руки ноутбук, сел на балконе и раскурил ту самую сигару из долины Виньялес. Открыл новый документ с решимостью написать свою первую небольшую историю и напечатал:

«Из окна дул утренний морской бриз. Я все никак не мог встать…»