н444не

Глава 1

Молодой человек вроде бы выспался. Положил ладонь под голову и долго смотрел в окно.

— Стекло вместо досок смотрелось бы намного лучше. — думал он. — Тогда я буду видеть небо по утрам.

Через минуту его покой нарушил резкий звон будильника. Раздражённый Юрий выключил его, надел тапочки и встал с матраса. Со старого твёрдого матраса с пятнами. Откуда те взялись было известно одному только Иосифу... Юрий потянулся к деревянному ящику. Он достал из него кружку, которую Иосиф подарил ему в первый рабочий день. Он достал коробочку с чайными пакетиками, в которой также хранился сахар. В том ящике Юрий хранил все свои вещи. Да и не свои тоже. Упаковки с едой, пара пятилитровых бутылок воды, пара десятков краденых кассет…

Он включил генератор и воткнул в него местами оголённый удлинитель. Затем подключил электрический чайник. Вода закипела быстро, в чайнике её оставалось не так много. Кубик сахара упал в заваренный чай и Юрий звонко растворил его столовой ложкой. Аккуратно отпил. Он пил чай и всё думал про окно.

Поставив пустую кружку на подоконник, Юрий подошёл к вешалке, что стояла возле входа. На ней висели чёрные брюки с ремнём. Он достал из их кармана носки. К слову, раньше они были белыми. Он надел их, стараясь не наступить мимо тапочек. Затем Юрий надел брюки. В них он заправил рубашку и закатал рукава до локтя. Он завязал на шее галстук, на руку нацепил часы. Финальным штрихом надел чёрные мужские туфли. Он бы ходил дома босиком или в носках, но пол был слишком холодным и пыльным.

Юрий отбросил тапочки к матрасу, а те со скрежетом прилетели в стремянку. Его взгляд упал на неё, а затем поднялся вверх. Юрий посмотрел на дыру в потолке. От неё расползались маленькие трещины, а из неё виднелись всякие железки. Однажды Юрию надоел дождь и он сползал на крышу, чтобы закрыть дыру всяким хламом. Сейчас он залез на стремянку и поправил в потолке арматуру, на которой всё держалось.

А поправив, он ещё раз осмотрел помещение и вышел. Спустившись со второго этажа на первый, он пошёл к выходу через комнату, пол которой полностью был покрыт голубиным дерьмом. Открыв дверь, Юрий вдохнул свежий воздух. Он отлил возле ближайшего куста. И, посмотрев на своё двухэтажное жилище, заброшенное кем-то однажды, двинулся дальше на свалку. Там его ждал дядя Иосиф.

Юрий шёл по дороге. Вокруг него было поле с высокой сухой травой, по краям которого виднелся лес. Посреди всего поля находились только заброшенное здание, свалка и дорога куда-то вдаль, где не видно леса.

Держа руки в карманах, Юрий нащупал украденную ранее кассету для магнитофона. В этот день у него в планах было снова что-нибудь утащить домой. Он не знал, можно ли уносить никому не нужные вещи, но Иосифу, на всякий случай, ничего не рассказывал. Пока он шёл по грунтовой дороге к месту работы, мимо него проехал грузовик с кузовом полным хлама.

— Надо бы разузнать про этот грузовик... Поговорить с водителем.

Только вот несколько минут дороги и грузовик ехал уже к Юрию навстречу. И проехал мимо, подняв пыль перед его носом.

— Юра! — окликнул знакомый голос. — Дворницкий!

Юрий обернулся и увидел мужика, который стоял у въезда на свалку и, похоже, провожал грузовик. Мужик был в два раза старше Юрия Дворницкого и выглядел на столько же. Облысевший, с густой бородой. Он всегда носил свитер болотного цвета. И не было ни одной встречи, когда Юрий видел бы его без сигареты.

Дворницкий подошёл к нему быстрым шагом.

— Дядя Иосиф, — спросил он, протянув руку. — А откуда этот грузовик приезжает?

— Иди работай, Юра. — ответил тот, смерил взглядом и закурил сигарету.

Юрий шёл между груд хлама различной природы. Его окружал разный мусор, от фантиков до автозапчастей. Свалка находилась у подножия террикона, а на вершине террикона стоял старый диван. На этот диван каждый день садился дядя Иосиф, чтобы руководить процессом. Он поднялся туда и сегодня.

Подойдя к только привезённой партии мусора, Юрий начал её разбирать. И почти сразу ему на глаза попался старый кассетный магнитофон. Юрий спрятал его в сторонке и продолжил работать. Разбитый телевизор он отнёс в груду со сломанной техникой. В груду с пластиком отправилось несколько пластиковый бутылок и ведёрок из-под майонеза. Один предмет за другим и куча разобралась. Но на плечах Дворницкого оставался ещё тот накопившийся мусор, который он не разобрал ранее. Горы мусора с каждым привозом нарастали и ему казалось, что это не закончится никогда.

— Домой бы... — размышлял он. — Но если уйду, то завтра придётся батрачить ещё больше. Вот хорошо, наверное, водителем работать... Ну точно не так муторно, как здесь. И всё таки интересно, куда он уезжает…

Выгнувшись, Юрий хрустнул поясницей. Он зевнул и посмотрел на дядю Иосифа. Тот задремал под жарким солнцем и разлёгся по всей длине дивана. Юрий решил не упускать хороший шанс. Ор забрал припрятанный ранее магнитофон и тихо ушёл домой, оставив остальной мусор неразобранным.

Чем чаще и раньше он уходил, тем сильнее ощущал свободу своих действий…

На следующий день Дворницкий снова приступил к работе. Он таскал мусор из одной кучи в другую. И в один момент заметил в траве какой-то блеск. Он отошёл в сторону, чтобы посмотреть. Этим блеском оказалась оконная рама с целым стеклом внутри. Сразу после этого Юрий вспомнил про свою комнату и подумал уйти. Солнце было ещё высоко. Посмотрев на террикон, Юрий увидел Иосиф спящим.

— А может я зря напрягаюсь по этому поводу? — подумал он. — Может…

Тогда Дворницкий поднялся на террикон и склонился над храпящим Иосифом. Он положил руку на его плечо и принялся трясти, а тот перевернулся на бок и замолк. После второй попытки Дворницкого Иосиф протёр глаза, взглянул на него и всё таки проснулся.

— Чего тебе надо? — спросил он, оттягивая воротник свитера и тяжело дыша.

— Дядя Иосиф, — ответил Юрий. — я у вас только спросить хотел.

— Ну и что? Что ты хотел спросить?

— Я там среди всего нашёл оконную раму, а мне она может пригодиться. Я её домой унесу, можно?

— Уноси. — ответил Иосиф, отмахнувшись рукой, уноси ради меня и иди работай!

— Спасибо, дядя Иосиф.

Дворницкий спустился к подножию террикона и продолжил работать весь оставшийся день. Это было похоже на некую благодарность. Он работал долго. Небо уже стало розовым, закат опустился над уходящей со свалки дорогой. Дворницкий бросил в кучу с деревом сломанный табурет. Ему удалось отсортировать абсолютно весь мусор. Он зевнул. Проморгался уже слипающимися глазами.

— Юра! — позвал Иосиф. — Поди сюда!

Юрий подошёл к подножию террикона. У того подножия стоял ящик, такой же, как у Юрия в комнате. Иосиф вынул из него несколько пачек лапши быстрого приготовления и вручил Дворницкому.

— Хорош. Сегодня живёшь, на, держи.

Естественно, тот принял награду. Довольный он вернулся домой.

Он достал из своего ящика тарелку. Он взял одну пачку с лапшой и начал мять в руках, крошить содержимое. А затем открыл и вдохнул манящий запах. Достав оттуда упаковку с приправой, он высыпал всё в тарелку. По комнате разнёсся запах приправы. Юрий с нетерпением дождался щелчка кнопки на кипящем чайнике. А после этого медленно залил лапшу кипятком. Он накрыл эту тарелку второй, а потом, подождав несколько минут, убрал, когда всё было готово. Поставив тарелку с лапшой на подоконник, Дворницкий принялся есть. Он смаковал каждую ложку горячей лапши, а когда она закончилась, допил бульон. Тарелка осталась чистой.

У стены возле входа стояла принесённая им ранее оконная рама. Дворницкий улыбался и представлял, как вырывает к чёрту эти доски. Он лёг спать с мыслью, будто уже на утро он увидит небо в окне.

Даже немного надеялся на то, что завтра будет лучше, чем сегодня…

А проснувшись, он услышал, как снаружи дождь барабанит по лопухам. Никакого солнца. Дворницкий поднялся с матраса, а его ноги бесконтрольно согнулись в коленях. Он включил чайник и лёг обратно. Потянулся. Он лежал и смотрел на стекло, разглядывая своё отражение. Потрогал щетину.

— Может принести сюда какое-нибудь зеркало? Ведь можно что-то уносить. Да и уйти, наверное, можно…

Вода в чайнике закипела через несколько минут и он снова заварил себе лапшу. Теперь он смотрел на неё без голода и будто бы с презрением.

Он взглянул на календарь, проверил стрелку на часах. Лапшу он съел наскоро, чтобы не опоздать. И опять оделся в потную рубашку. Уже и выбросить он думал эти брюки запачканные в мусорном соку. Он обулся, вышел и отлил у того же куста.

В очередной раз придя на свалку, Юрий увидел грузовик на въезде. В кабине за рулём сидел водитель. В розовой рубашке с коротким рукавами, в чёрных очках и с зубочисткой в зубах. А рядом, на пассажирском, сидел Иосиф. Они что-то бурно обсуждали. Юрий постучал по голубой двери и тогда Иосиф отвлёкся.

Он вывалился из кабины и пошёл к кузову.

— Вот. — начал он разъяснять ситуацию. — Видишь ящики? Грузи в ящ... Грузи в грузовик. Сегодня привоза нет, так ты это загрузи. Закончишь - будет тебе еда.

Дворницкий приступил к работе. Дождь моросил по его немытой голове. Юрий таскал ящики один за другим. И вот, поднося очередной ящик, он бросил его и закричал. Он пал на мокрую траву и сдёрнул туфлю, а стянув носок, закричал ещё громче. Он смотрел на рану в стопе и матерился как никогда.

— Шо ты орёшь!? — воскликнул прибежавший Иосиф. — Да как же меня всё! — Юрий выругался на него, нацепив туфлю обратно. — Всё это ты со своей прокля́той свалкой! Из-за тебя я здесь рву свою...!

Сгоряча он обвинил его в своём бедном положении. Обматерил с ног до головы. Он поднялся на ноги и сматерился, когда наступил больной ногой. Он похромал в сторону дома, наступая только пяткой.

Иосиф посмотрел вниз. В мокрой траве он увидел доску с торчащим вверх окровавленным гвоздём.

— Так вовремя убирать надо было, скотина ты неблагодарная! — закричал дядя Иосиф. — Ещё и ящик поломал! От тебя одни проблемы. Сам же ты виноват, гнида, а не я!

Переполненный злостью Юрий всё кривил лицо от боли.

— Шиш тебе, а не еда сегодня! — кричал дядя Иосиф ему вслед.

Воротившись домой, Дворницкий со злости пнул ногой по стеклу. Он снял носок и, перевязывая им стопу, подумал о том, как бы не подцепить заразу.

Вечером, окончательно успокоившись и смирившись с болью в ноге, Юрий сидел на матрасе с кружкой чая. Он смотрел на пустую раму, на осколки разбитого стекла.

— Ну что я наделал... Теперь придётся новое искать.

Допив чай, Юрий долго мусолил в руках пустую кружку.

— Только как мне завтра на свалку идти? — размышлял он вслух. — Столько ему наговорил... Вот срань, надо что-то придумать, чтобы не идти завтра. Нет, чтобы вообще больше не ходить!

Позже в этот же день ему в голову пришла идея. Он задумал лезть в кузов грузовика, который выгружал мусор. Уехать незаметно. С этой идеей в голове Дворницкий уснул поздно.

И на следующий день проснулся в ещё более худшем состоянии. Он посмотрел на календарь, на осколки. Он обулся в туфли, потом разулся и сначала надел брюки. А туфли только после. Юрий вышел из дома, не выпив кружку чая, как делал это обычно.

Идя по грунтовой дороге, он смотрел далеко. Смотрел на лес за свалкой... Но не вглядывался. Его руки болтались, а ноги подкашивались. Юрий прошёл мимо пустующего грузовика. Посмотрев на вершину террикона, Дворницкий увидел спящего Иосифа. И поднялся к нему. Возле иосифского дивана лежала наполовину пустая бутылка рома.

— Ром. — прочитал Дворницкий и посмотрел на пьяного Иосифа.

Взяв бутылку с собой, он пошёл работать дальше как и раньше. Только сейчас смотрел под ноги.

Подойдя к новой куче мусора возле грузовика, он увидел водителя. Тот переступал через высокую траву и вышел на дорогу.

— Видимо, сходил по делам. — подумал Юрий, сжимая бутылку в руке. — А ведь он такой же как я... Но он свободнее. Почему я так не могу..?

Водитель залез в кабину, а Юрий подошёл ближе к кузову. Он задел его рукой, потрогал ржавчину. Он протёр совсем скрытый грязью номер на грузовике и отряхнул руки.

— Эн четыре четыре четыре эн е... — прочитал Юрий и задумался. — Ну вот момент. Надо лезть. Никто ничего не узнает, а я стану таким же свободным…

И тут Юрий ухватился за живот, который резко заболел. Он покосился на свалку и на свой дом вдалеке.

— Нет, потом... — передумал он. — Грузовик ещё успеет приехать снова, а я без еды не долго…

Он вернулся домой, поел и лёг спать пораньше.

Потом он проснулся посреди ночи. И увидел незваного гостя. С подоконника на него смотрел кот белой окраски. Дворницкий подошёл к коту и протянул руку над его головой. И кот в ответ прижался головой к ладони. Юрий гладил кота. Поглядывал на разбитое стекло. Вспоминал про хорошую погоду.

Он взял кота на руки.

— У-у-у... — прошептал он, будто боясь кого-то разбудить. — Чё от тебя так солярой то несёт?

Юрий посмотрел на окно и посадил кота на матрас. Он взялся за одну из досок заколоченного окна. Выдохнув, Юрий дёрнул со всей дури. Одну за другой он выдрал всё и улыбнулся. В комнате стало свежее, влажный воздух пронёсся между пыльными стенами. Юрий прилёг на матрас, положил кота в ноги и уснул, не думая ни о чём…

Утром в пятницу он снова пришёл на свалку, но взглянув на террикон, увидел, что диван пустует. Он прошёлся между гор мусора и встал у самого подножия террикона, а в голову к нему забрела одна мысль.

Иосиф не дремал на диване, поэтому ящик с едой остался без присмотра. Дворницкий склонился над ним, отпёр одну защёлку вслед за другой. Он медленно приоткрыл, а потом оглянулся. Руки его тряслись, он начал рыться в ящике, как в своём. Юрий начал доставать пачки с лапшой. Карманов не хватило. Тогда он вытащил из кучи мусора чёрный полиэтиленовый пакет и начал складывать еду в него.

Он нёс пакет домой, а ручки пакета растягивались от тяжести. Дворницкий брался за него то левой рукой, то правой и думал, как бы ручки не отрезали ему пальцы. Он с трудом поднялся по лестнице, когда вошёл в здание. Аккуратно ступал больной ногой. Дворницкий вошёл в комнату с хрустом стекла под ногами. Сев на свой ящик, он с облегчением поставил шуршащий пакет на пол.

На подоконнике снова сидел кот. Он глядел из окна, а у подоконника валялись вырванные доски. С гвоздями. Дворницкий выбросил все доски из окна. Кот спрыгнул на пол, будто ждал этого, и случайно зацепил магнитофон, который также стоял на подоконнике.

Подняв магнитофон, Юрий осмотрел его и поставил обратно. Он достал из кармана брюк давно забытую кассету. Он вставил её в магнитофон и нажал на нём кнопку, после чего сразу же заиграла музыка. Довольно быстрый мотив гитары. Исполнитель начал петь про телевизор, письмо и отсутствие сил. Песня Юрию понравилась.

— Больше надежд нету... — подпевал он в конце. — Скоро кончится лето.

Как совпало, что на календаре был конец августа. Дворницкий вспомнил про бутылку рома. Он достал её из ящика и отпил. Он поставил воду в чайнике кипятиться, вставил в магнитофон другую кассету.

Больной стопой Дворницкий начал постукивать по плитке на полу. Он начал щёлкать пальцем и покачивать головой. Юрий начал двигаться, сделав музыку погромче. На сей раз играло что-то иностранное.

Весь день Юрий веселился. Он веселился и весь вечер. И когда уже совсем стемнело, в глухой округе на втором этаже заброшенного здания всё так же играла музыка…

В субботу утром Юрий открыл глаза. Его атаковала головная боль, сухость во рту. Он встал, держась за голову обеими руками. Он осмотрел комнату.

В одном углу лежал скомканный матрас, в другом вешалка. Юрий стянул с себя мятую рубашку, которая пропахла потом и соляркой. Он подхромал к матрасу, перетащил его и, расправив, упал тряпкой. Он лежал и смотрел в потолок. В брюках, в носках, один из которых был грязным от засохшей крови.

— Надо... — прокрехтел Дворницкий. — Надо что-то менять. Нужно уехать на том сраном грузовике, бросить всё и бросить дядю Иосифа.

Глазами он нашёл будильник среди тех же осколков, подполз и взял.

— Так, сегодня суббота. — думал он больною головой. — Значит завтра воскресенье и грузовик приедет на свалку. И приедет с мусором, будь он неладен. Надо завести на восемь.

Он завёл будильник и встал на ноги. По комнате пронёсся сквозняк, поддел календарь на полу.

Дворницкий нашёл чайный пакетик среди пустых пачек от лапши, увидел отколотое дно от бутылки рома. Он сделал чай и вышел с кружкой из комнаты.

Кругом всё так же слышалось курлыканье голубей. А Юрий, спускаясь по лестнице, размышлял о том, что этих голубей тоже можно есть. Если приготовить... По крайней мере, тогда он попробовал бы что-то ещё кроме лапши.

Дворницкий прошёл через дерьмовую комнату и в очередной раз вышел через дверь. В его поле зрения попала стремянка. Она лежала возле входа, в аккурат под окном выходящим из комнаты, в которой Дворницкий спал. Допив чай, он поставил кружку на землю, а затем поднял стремянку и унёс наверх.

Лёжа на матрасе, он заснул и проснулся только под вечер. Дома и вечер просидел, не зная куда себя девать. И вдруг ночью решил прогуляться.

Он вышел, прошёл мимо кружки оставленной им утром. Опять он отлил возле куста и вышел на дорогу. На ту дорогу, по которой приезд грузовик. Дворницкому в голову приходили мысли о том, как запрыгнет он в кузов и куда-то уедет. Главное, что подальше от дяди Иосифа с этой его свалкой.

Дворницкий шёл в ту сторону, куда уезжал грузовик. В ту, куда он мог уехать уже в четверг.

— Почему я не уехал? — думал он, хромая вперёд. — Я ведь мог... Он посмотрел как далеко осталось идти.

— Хотя и утром я смогу. Даже если дядя Иосиф будет на месте, в тихую сбегу.

Юрий Дворницкий остановился.

— Утром точно свалю отсюда!

В потёмках он вернулся домой и лёг спать.

На следующий день он всё так же пришёл на свалку. Он пришёл пораньше, чтобы не опоздать на грузовик. Было ещё холодно, в воздухе проплывал туман. Юрий терпеливо ждал момента. Даже Иосиф ещё не пришёл, а он уже был тут.

И вот грузовик приехал. Юрий подошёл к нему, когда новая куча была выгружена. Он забрался и почти перелез в кузов, но тут его ногу кто-то схватил. В ушах его приглушённо заколотилось сердце. Дворницкий вспотел за считанные секунды. Он повернул голову и увидел дядю Иосифа. Тот дёрнул его за ногу. Руки Юрия ослабли и он упал на землю. Иосиф склонился над ним и что-то невнятно кричал. Он поднял его за воротник и толкнул в кучу мусора.

— Таскай, Юра! — приказал он. — Работай, иначе сдохнешь!

Дворницкий схватился обеими руками за голову. Получив от Иосифа крепкий подзатыльник, он принялся работать. Он взял из кучи какой-то чёрный пакет, а из пакета начало капать что-то тёмное. Юрий открыл его и тут же бросил, обомлев от ужаса... Там, в пакете, он увидел отрубленную человеческую стопу, которая была проткнута большим ржавым гвоздём. Осмотрев всю кучу, Юрий понял, что вся она состояла из таких пакетов. Из одного торчала рука с часами, из другого окровавленная белая рубашка…

Дворницкий проснулся от будильника. Он протёр глаза и выключил надоедливый звон. Полчаса он пролежал, стараясь не думать ни о чём. Так и уснул…

Он проснулся в середине дня и до вечера сидел дома опустошённый. У него снова разболелась нога, живот заболел. Его трясло от холода. Голова его болела тем более, чем сильнее он метался от решения к решению.

— Надо идти сейчас и всё равно, что нет грузовика. — говорил Дворницкий, пока лежал один в комнате. — Да много я с больной ногой пройду? Сколько там идти и стоит ли оно того? Нет, я дождусь завтра и утром точно уеду... Всего лишь кошмар.

Было раннее утро понедельника. Солнце ещё не встало, но было уже довольно светло. Рассвет был близок.

Белый кот гулял по всему жилищу Дворницкого, а этим утром лежал на крыше. Он лежал спокойно, пока не увидел голубя севшего совсем рядом. Голубь сидел на той конструкции, которая закрывала дыру в потолке. Кот поднялся и пригнулся, а затем начал медленно подкрадываться. В один момент он кинулся на голубя, но тот успел взлететь.

И всё бы ничего, только конструкция под котом провалилась. Стальной лист и прочие железки упали на спящего Дворницкого. Юрий умер от упавшей на его голову арматуры…

А грузовик уехал без него... Навсегда.