Мурашки по коже

След

"...Люди истошно кричали, в шоке смотря на происходящее. Свет, как частенько бывает здесь, тревожно мерцал, вырывая из мрака сцены, как из фильмов ужасов. Стены вокруг окрасились в ярко красный, а на его лице, точнее на том, что от него осталось, навечно застыл оскал улыбки.

Она с бешенством продолжала вбивать свой смартфон ему в голову, раз за разом, яростно, но методично снося острым краем послойно череп. Отбросив телефон в сторону, она обхватила его голову руками и начала молотить ею об стену. Её руки, как и одежда на ней, были все в крови, но она будто не замечала этого. Длинные волосы упали ей на лицо и она, наконец, отпустила то, что осталось от верхушки парня. Не вытирая запачканных рук, она заправила непослушный локон за ухо, поправила смявшееся пальто, и перекосившийся рюкзак за спиной, и вышла в открывшуюся на станции дверь..."

Когда она, устало и не торопясь, входила в вагон, парень, шедший сбоку, опередил её, практически оттолкнув и сильно наступив ей на ногу. Он очень спешил занять место поудобнее, а она села напротив него - там как раз освободилось одно местечко - и теперь сидела и смотрела на него улыбаясь. Он перехватил её взгляд и тоже улыбнулся одними глазами, ведь под маской больше ничего не видно. Это было благо для него, иначе бы он мог увидеть хищную улыбку, с которой она представляла, как его мозги разлетаются по всему вагону...

Сайт знакомств

- Вот мы с тобой и закончили...

Она отошла и критически осмотрела готовую скульптуру. Гипс местами ещё не просох, но уже было видно цвет, который примет фигура после застывания. Его она расположила на большом мягком кресле, вольготно раскинувшимся, с руками, небрежно опущенными на большие подлокотники из массива и широко расставленными ногами. То, что было между ними, она задрапировала большими пластами материала и пустила по ним небрежную волну - смотрелось очень красиво и естественно. Парень, точнее, молодой мужчина, был неплохо слеплен, с его широкими плечами, кистями с длинными пальцами пианиста, мощными бёдрами и полными губами. Ей нравилось проводить по ним кончиками пальцев, когда гипс затвердел и она смогла дотронуться до него. Предмет мебели выдерживал большой вес, как и было заявлено в буклете, так, что можно было не волноваться, что её работа может, как бы то ни было, пострадать. Завтра надо будет финально пройтись по нему шлифовальной машинкой, и композиция будет почти закончена.

- Кого бы нам ещё сюда добавить...

Один стоял у двери, будто придерживая потолок справа от неё. Мускулы в его теле были напряжены, как в борьбе, а на лице у него застыло удивленное выражение.

Другой стоял рядом с софой и услужливо держал поднос, будто заглядывая глазами в твои, и ища в них одобрения своих действий.

Третий, как бы, смотрел в окно, стоя к нему почти вплотную, и лишь повернул голову в твою сторону, когда входишь в комнату.

Ещё четверо были расставлены по широкой зале в иных позах.

Разные тела, разный рост, разный возраст, разные выражения лица. Объединял их только большой пласт гипса, скрывающий пах от взглядов.

А вот софа пустовала, и так и просила заполнить свободное место.

Она посмотрела в мечущиеся в мольбе ореховые глаза, свежеслепленного Аполлона.

- Кого же нам сюда посадить? Хм...

Вдруг она услышала звук входящего сообщения.

"Привет. А с девушкой не против общения?"

"Совсем нет...)"

Предел мечтаний

Она открыла свои большие глаза очередному дню и радостно взлетела со своего ложа. Покрутившись и построив рожицы своему отражению, она наскоро умылась, привела себя в порядок и отправилась завтракать.

Перекусив тем, что осталось со вчерашнего дня, она решила отправиться в парк, который заприметила, возвращаясь домой. Он был огромным, с обилием ярких, вкуснопахнущих цветов и трав, но, при этом, не многолюден.

Добравшись без происшествий и оказавшись на месте, она перемещалась от одного растения к другому, наслаждаясь ароматами и буйством красок, в этот прекрасный летний день. Она заметила, что кто-то наблюдает за ней, но не придала этому значения - не первый раз незнакомцы восхищались её жизнерадостностью и красотой.

Завороженно следя за её метаниями, он медленно двигался к ней, очень осторожно, чтобы она не испугалась и не исчезла, лишь появившись. Он уже видел таких, но обычно, к тому времени, как он их встречал, они были уже чьими-то.

- Но эта точно будет моей, - прошептал он, облизнув пересохшие губы.

Вечер. Только угол комнаты освещался высоким торшером, вся же остальная комната утопала во мраке. Круг холодного белого света падал на журнальный столик, показывая лежащую на нём вещь. Он сидел напротив, почти не освещённый, и лишь его безумные глаза блестели от счастья, разглядывая, практически пожирая её глазами. А она, наживленная на булавку, мертвая, но не менее прекрасная от этого, лежала в специальной коробочке с расправленными яркими крылышками. Она станет венцом его коллекции.