Может ли в огне сгореть память?

Глава 1

Может ли в огне сгореть память?

– Что я делаю? – подумал Богдан, останавливая свой байк у края дороги – я еду на знак запрета въезда. Так можно очень быстро распрощаться с правами, которые я совсем недавно получил. К такому повороту событий я не готов.

За пару секунд Богдан соскочил с боевого коня на землю и заглушил двигатель. Его одновременно обдало и жаром, и холодом. Рубашка прилипла к спине. Во рту пересохло. Страх потерять право на управление своим другом напрочь прогнал тучи печальных мыслей. Решение проблемы пришло в голову мгновенно. Сейчас нужно было действовать и действовать незамедлительно.

Голубые глаза, потухшие и потерявший блеск от пережитых волнений, вновь засияли, как топазы. В них появился стальной оттенок. Длинные, интеллигентные тонкие пальцы Богдана крепко, до хруста костей, сжали руль.

– Если здесь сейчас заметит меня полиция, то наказать сможет, только как пешехода – подумал Богдан, вытирая капли пота с горячего лба.

Стараясь идти в ногу со своим товарищем, Богдан продолжил свои размышления.

– Сегодня ночью буду мысленно пребывать в своей самой высокой башне. Один. Мне нужно отвлечься от реальности. Буду читать. Книги – мои самые лучшие друзья и помощники. С книгами я буду разговаривать. Среди их надёжных страниц, я ненадолго потеряюсь. Я облачусь в одежду и обувь своих любимых героев и пройду их дорогу, пытаясь изменить ход мысли автора и, по возможности, займу его место, направляя стопы героев по своему усмотрению. Из книг я черпаю, словно глубоким ковшом экскаватора, дельные советы и мудрость. Иногда я и сам могу бросить вызов баталиям и сражениям, битвам и поражениям героев прочитанных книг. А, приняв участие в их судьбах, я смогу истоптать ноги в кровь и надавить мозоли уже в собственном сердце от их разочарований и неудач. Книги – это целая палитра красок, смешивая которые, я как художник, получаю невероятные оттенки цвета и колорита. Я хочу наслаждаться видом незабываемых закатов и рассветов, подбрасывая вверх разноцветные листья и идти вперёд, преодолевая даже, казалось бы, совсем уж непроходимые заросли, которые рисует изысканный сюжет полюбившейся книги.

Мысли о том, как он будет теперь жить, бродили в голове у Богдана, как стадо бизонов. От ударов копыт этих животных болела голова. Хотелось, одновременно и куда-то бежать, и всё крушить, и забыть. Что, спросите вы, разрушать? Богдан точно не знал. В последнее время, он уничтожал себя. Обвинениями в свой адрес. Этот собственноручно вынесенный приговор самому себе, как раскалённый песок, жёг не только уставшие от бесполезной суеты и хождения по кругу ступни, он выжигал, словно раскалённым железом, в растоптанной душе раны, врачевать которые может не хватить и всей оставшейся жизни.

Идя по дороге, Богдан, словно картинки в калейдоскопе, прокручивал в голове события своей жизни.

На его долю выпало много трагических ситуаций и сложных лабиринтов. Разных. Все их он, как мог, проходил. Кое-какие оставили глубокий след не только в душе, но и отобразились на его лице.

Несколько дней тому назад умер его отец. Четыре года назад его покинула мама. Ещё раньше – младшая сестра.Это были кровные потери. За эти годы он проводил и двух любимых своих женщин. Жизнь пыталась сломать его об колено, но не смогла – не хватило ей пороху в пороховницах.

Вот ему четырнадцать лет. В его руках металлический молоточек для отбивных. Почему этот предмет оказался на кухне? Ведь им никогда в доме не пользовались?

В последнюю секунду у парня дрогнула рука или он это сделал намеренно? На эти вопросы у Богдана не было ответа.

После содеянного он убежал. Богдан не показывался в доме некоторое время.

Почему он хотел ударить отца?

Отец любил напиваться, и, как следствие, издевался над всей своей семьёй. Причём, получал от своих пыток изощрённое удовольствие. Кто вырос в семье, где есть такой тиран, поймут. Когда совсем не осталось сил терпеть всё это, Богдан взял в руки этот тяжёлый предмет.

Мама…..

Богдан не смог её защитить. Сколько раз он предлагал ей, став взрослым, уйти от отца, но она не решалась. Богдану казалось, что он не сделал для мамы того, что мог. Был с ней недостаточно добр и ласков, внимателен и терпелив. Мало хвалил, редко целовал. Ах, как он хотел всё это исправить! Ему так её не хватает!

Богдан плакал в опустевшем родительском доме. Один. Так было необходимо.

Перебирая вещи, он натыкался на предметы, которые вызывали в нём болезненные воспоминания.

Вот махровый мамин халат, который она так любила носить, а это – её шкатулка с её украшениями…..

А здесь – книга, подаренная некогда Лизой. А это - статуэтка, которую он подарил родителям ещё в детстве на годовщину свадьбы.

Со стен за ним наблюдали фотографии. Глаза близких людей смотрели на него.

Невозможно, находясь в непосредственной близости со всеми этими вещами, не причинить себе боль. Богдан, словно играл с огнём, опрометчиво считая, что пламя не причинит ему вреда. Ох, как он ошибался!

Всю свою жизнь он злился на отца, который принёс всем его родным столько горя. Но сейчас что-то изменилось. Всё его негодование на отца исчезло.

Четыре месяца отец был прикован к постели – случился инсульт, победить который мужчине не удалось. Всё это время Богдан заботился об отце. Нанял сиделку, сам делал всё, что мог, и даже больше.

Опустевшее гнездо пугало Богдана своей тишиной. Но каждый должен пройти свой путь сам. Каждый должен найти дорогу в осиротевший дом. Каждый должен самостоятельно перестрадать. Пережить утрату, выплеснуть со слезами всю боль и досаду. И суметь выйти из дома. Одному.

Вернуть назад ничего нельзя. В прошлое просто необходимо закрыть двери – Богдан это понимал.

Обойдя все комнаты и забравшись по деревянной лестнице на чердак, он долго сидел там. Ему казалось, что весь этот дом пропитан негативом, каждый его уголок, любой предмет мебели, кухонной утвари и одежды молчаливо хранит в себе что-то зловещее, которое нужно удалить, вырвать с корнем, уничтожить навсегда. И тогда ему станет легче.

Откуда-то в руках Богдана взялась зажигалка. Несколько мгновений он смотрел на неё, как на решение всех своих проблем. Импульсивночть на мгновение победила трезвый рассудок.

Языки пламени начали пожирать солому. И Богдан очнулся. Он снял куртку и затушил огонь. Помолившись, он поблагодарил Создателя за то, что он удержал его руку от этого необдуманного поступка, шага в никуда.

Неужели, сгоревшей до тла дом мог превратить в золу все травмирующие его воспоминания?

Уставший и выпитый до последней капли, Богдан возвращался домой.

За его спиной полыхали пожары – это догорала его память, та её часть, где были его претензии к жизни.

Теперь всё будет по-другому, во всяком случае, так решил для себя Богдан.