Многоликий

Глава 1

В большой темной комнате, в ровно очерченном круге мягкого жёлтого света, идущего откуда-то сверху, стояли трое и оживленно вели беседу. С виду они были непохожими, разными, но, если внимательно присмотреться, во внешности каждого из них была неуловимая общая черта. Словно у всех был один отец, но разные матери.

Один из них сумбурно что-то объяснял двум другим, при этом сопровождая слова активной жестикуляцией. В белой рубашке и черных штанах на подтяжках а-ля молодой ДиКаприо из Титаника.

– Парни, она такая милая! А какие мягкие у неё волосы. Какой взгляд! Вы видели эти глаза? Настоящее море! – подойдя ближе ко второму, восхищённо выкрикнул он.

– Море, в котором потонуло сотни кораблей, – нараспев протянул Вилли Ди, одетый в жёлто-кислотную толстовку и мешковатые штаны. При этом он как-то по-придурочному засмеялся.

– А как она на нас смотрела? Искренне, и эти мурлыкающие нотки в голосе. Она сказала, что любит нас! С ума просто сойти. Это та самая, я чувствую!

За этой сценой молча, с тяжёлым взглядом, наблюдал третий. Массивные армейские ботинки упирались в пол, дальше шли камуфлированные штаны с верху был одет бомбер из черной кожи с капюшоном.Под которым скрывалось физически развитое тело. На ремне в кобуре расположился револьвер Симитен и Вессен модель 60*.

– Кот, ты задрал со своей ванилью. Чувствует он, бред это всё! – В правой руке он крутил страшного вида нож с серрейторной заточкой**.

Парень в кожаной куртке всегда так делал, когда ему начинали действовать на нервы. Успокаивает – своеобразная замена спиннеру.

– Акелла, ты бы потише железякой махал, а то порежешь ещё кого-нибудь. Возможно, даже себя, – поддел его Вилл. Тот злобно сверкнул на него глазами.

– Не неси чушь! – Было видно, что "укол" пришелся в цель, пускай и не в десятку.

– Как в тот раз, в торговом центре, когда охранник нас остановил, решив, что мы украли батарейки? «Да это из-за ножа рамка пищала», – говорил ты. При этом начал размахивать у него перед лицом своей железякой. А как он побледнел, помнишь? – Опять начал смеяться Ди, тем самым немного разрядив атмосферу.

– Было дело. Между прочим, мой нож уже выручал нас несколько раз из "переплета", – лаконично заметил он.

– Она действительно такая добрая, нежная, очаровательная! – опять завел свою песню Кот.

– Я с тобой согласен, – одобрительно кивнул Вилли. – Мне она тоже нравится: у неё такой искренний смех и шутки она наши понимает но... – хотел продолжить он, и тут его прервали.

– Да ну вас нахер! – зло сказал человек с револьвером и плюнул на пол. Плевок, не долетев до земли, растворился в воздухе. – Вы оба забыли, что в тот раз было? Полгода в себя прийти не могли. Три месяца антидепрессанты жрать пришлось и к мозгоправу ходить!

– Ага. Запивая коньяком армянским всё это, – Как-то печально подтвердил весельчак Вилли Ди.

– Коньяк говно был, кстати. И физуху всю растеряли, мля! Подумать только, почти десять килограмм мышц в никуда! Из-за какой-то вздорной бабы!

– Ты пойми, Кот, нельзя так близко подпускать к себе людей, особенно женщин, – чуть успокоившись, продолжил Акелла. – Они нужны только для е... – Договорить он не успел.

В этот момент Кот обхватил себя руками за голову с криком: «уходи, оставь меня в покое!».

«Эх, снова он про неё вспомнил» – подумал Вилл. «Опять эта сука!» – выругался про себя Акелла.

Кот начал оседать. Благо, в этот момент под ним появилась простая деревянная скамейка. Только поэтому он не упал на пол.

Акелла дёрнулся в сторону лавки, намереваясь выписать усатому "успокоительных витаминов". Вилли Ди перехватил его и в отрицательном жесте помотал головой, сказав:

– Подожди, сейчас что-то будет.

Движение было прервано. В это время Коот взял себя в руки: распрямился, опёрся локтями на колени; лицо стало похоже на маску, где мертвенно живыми были только глаза. Как будто постарел лет на десять разом. Во рту появилась сигарета с фильтром бежевого оттенка. Возникшая перед лицом зиппо, брызнув снопом искр, породила пламя. Он глубоко затянулся, по комнате разошёлся аромат вишневый косточки.

Вилли, почему-то шёпотом, спросил, у Волка:

– Мы же бросили?

– Мы да, а он, походу, нет, – неодобрительно кивнул в направлении Кота Акелла.

Сидящий на лавочке и глядящий куда-то в только ему ведомую пустоту, он тихо начал:

– Когда самые близкие молча уходят – это больно, но я научился жить без тебя!

Просто некому стало писать «доброе утро» и желать хорошего дня.

Отвечать на «спокойной ночи» и ждать, когда на той стороне прочтут, перед тем как заснуть.

Человек просто ушёл. И если даже набрать телефон, и там будет поднята трубка, сказать будет нечего. На любое «люблю» и «скучаю».

На вопрос: «а может, вернём?».

Как тогда, в ту тёплую осень, разбрасывать листья и беззаботно смеяться.

Зная, что впереди счастливая совместная старость.

А с той стороны разговора повеет холодная зимняя вьюга.

И беспощадно скажут, что ты сам виноват.

За то, что любил, отдавал гораздо больше, чем было.

Без остатка, залезая в долги.

Проглотив боли ком, что навечно остался в груди,

я отрешённо скажу прощальное «ясно».

И сам нажму красную кнопку.

Зайдя в телефонную книгу чужою рукой, удалю самый любимый и важный свой номер. Стирая фото, пойму, что потом настанет пора отправить в корзину все смс.

И забуду, как собирались поехать на речку с палаткой

И всю ночь провести у костра.

В обнимку смотря на такой бесконечно далёкий космос, где так бережно рассыпаны звёзды.

Как в шутку, а может, и нет, придумали имена нашим

так уже никогда не родившимся детям.

А помнишь, как, стоя у зеркала, ты сказала, что мы красивая пара, нет?

Я тоже забуду, наверное...

Когда самые близкие молча уходят – это больно, но я научился жить без тебя!

Как будто бы ты умерла.

Но нету могилы, куда отнести мне цветы, и за упокой нельзя поставить для тебя свечи.

Нет, нет, что ты, с тобой всё в порядке, я знаю.

Ты, возможно, даже кого-то ведь любишь, и так же мечтаешь о наших мечтах.

Но я научился жить без тебя.

Зная заочно, что в действительности тебя никогда не было, но это не точно...

Оба ошарашенно смотрели на пушистого, и, хотя им и не нравилась тема зарифмованного монолога, каждый про себя отметил, что стих действительно неплох. Не Есенин, конечно, но все же.

В это время в помещении появился Исайя. Хлопая в ладоши, он вышел на свет и с безразличием в голосе сказал:

– Молодец, Кот, у тебя талант, потом песню напишем. А сейчас хватит, на нас уже люди обращать внимание стали.

Свет погас, вся компания тут же исчезла, только уголёк упавшей сигареты какое-то время ещё тлел на полу.

*[Пример автора : Смитен и Вессен модель 60, (Smith & Wesson Model 60 ). Пяти зарядный револьвер под патрон 357 Магнум]

**[Пример автора. Серрейтерная заточка. Специальный "пилообразный" вид заточки лезвия . Хорошо подходит для разделки мяса.Так же нашел широкое применение среди спасателей и альпинистов, благодаря возможности быстрее и легче разрезать ткань комнаты , ремни ]