Метакогнитивная история

Глава 1

Я уже больше часа шел по аллее, окруженной зимними деревьями без листьев.

Мои губы что-то произносили, и я старался идти подальше от других людей, понимая, что навряд ли они посчитают меня нормальным.

Я был занят перепросмотром. Эту форму саньясы я нередко практиковал, когда в моей жизни случались какие-то серьёзные события.

Хотя, казалось бы, сейчас в моей жизни ничего особо не изменилось. Я просто шел на терапию. Не в первый раз в жизни даже. Просто у меня появилось свободное время, и моё проработанное сознание само начало исполнять практику самонаблюдения и рефлексии.

Мне вспомнилось, как я нашел тот забытый сигма-тредик, с которого всё началось. Несколько анонимусов от скуки бурили его, явно даже не понимая, о чём тред. И немудрено. Оп-пост был написан капслоком и зашифрован дополнительными символами. Почему-то от скуки я скопировал тот пост в один из сервисов для мамкиных копирайтеров, и через минуту получил исходный текст поста. Потом я прочитал его.

С одной стороны, текст был словно написан ИИ. Но явно и человек тоже приложил руку. То и дело в тексте повторялись слова, встречались искаженные написания слов вроде «всращёний», и я подумал, что какой-нибудь норми легко назвал бы текст «нечитаемой наркоманией» и заминусовал.

Но я дочитал до конца, потому что это был текст на тему моего специального интереса.

В конце ненароком упоминался какой-то адрес терапевта, и я тут же загрузил 2ГИС и посмотрел этот адрес. И да, там был офис компании «Пражняна Incorporated». «Странное название» — подумал я. «Может, двачеры просто прикололись?..»

Но посмотрев отзывы, я понял, что там на самом деле кабинет психотерапевта. Особенно меня привлекла фамилия специалиста — Сатов. Было в этой фамилии что-то сычёвское, наше.

И вот теперь я направлялся прямо туда. Офисное здание уже показалось в зимней дымке вдали.

Глава 2

«Александр Сатов. Терапист» — было написано на кабинете. Я стеснительно постучал, и вошел вовнутрь.

Позолоченная статуя Будды, стоящая недалеко от двери, тут же привлекла моё внимание. Терапист тоже был на месте. Он жестом пригласил меня сесть на стул.

Я отдал ему чек, и он прочитал его и кивнул.

«Хорошо. Вы написали в заявке, что вас интересует Мета-Когнитивная Терапия?»

«Да.»

«Какие проблемы вас волнуют?»

Я надолго задумался. Ответить на этот вопрос означало снять маску, и показаться тераписту таким как я есть, никому не нужным сычом.

«Изоляция», дрожащим голосом прохрипел я.

Сатов кивнул, и спокойно достал книгу, на обложке которой было написано «МКТ». Он открыл книгу и начал искать в ней какую-то страницу. Я уже не в первый раз был у терапистов, и пока вроде всё шло в рамках нормы.

* * *

«Как долго вы чувствуете изоляцию?», наконец спросил терапист.

«С рождения», кивнул я.

Со стороны Будды внезапно донеслись звуки колоколов, словно там стояла маленькая церковь. Я подумал, что там висит какая-то штучка с колокольчиками, и заметил про себя, что эффект весьма необычный.

«И что вы делали, чтобы справиться?», продолжил терапист.

«Я… читал книги, изучал, исследовал своё сознание. Прорабатывался», честно ответил я.

«Почему вы выбрали именно этот путь?», с небольшим удивлением спросил терапист. «Многие начинают работать над собой, прорабатывают социофобию, и потом выходят из изоляции. А вам не помогло?»

Я снова подумал, и махнул рукой. Анмаскинг — так анмаскинг.

«Расстройство аутистическо-цельского спектра», выдавил я.

Терапист что-то записал ручкой в блокнотике, лежащем на столе.

* * *

«Вы принимали препараты, лежали в психиатрической больнице?», спросил он спокойно.

«Нет, я только принимал себя».

Я не смотрел на лицо Сатова, но был уверен, что на нем промелькнула тень улыбки.

«Хорошо. Тогда я считаю, что мы можем сразу перейти к сути мета-когнитивной терапии», кивнул он.

Глава 3

За окном медленно вечерело.

И я был готов поклясться, что в этом тесном кабинете, со стороны статуи Будды я чувствовал запахи индийских специй, блаженные, как чистое и ясное сознание после сигма-практик, вычитанных на дваче.

Я уже прошел несколько стандартных психологических тестов, и сейчас терапист неторопливо просматривал их, а я просто ждал...

«Хвам-м, Брам-м, Рам-м, Сам-м», произнёс я внутри себя, чтобы перестать дрожать от страха, успокоиться и очистить ум… По науке это называлось стимингом, а по факту я вычитывал эти методы в бордах вайтпилл и сигма. Не на стандартном дваче, конечно. На индийском. Такие тонкости знают все проработщики. Интересно, знает ли о таких вещах Сатов?..

* * *

«Всё в пределах нормы, препараты пока не нужны», наконец подал голос терапист.

Он подвинул ко мне книгу, и показал на одну из страниц. Я посмотрел.

Там был нарисован красивый лотос с розовыми лепестками, внутри которого была какая-то тибетская буква. А под лотосом было написано:

Форма есть пустота, Пустота есть форма, ИИ есть То.

В комнате опять стало тихо. Было слышно какое-то жужжание.

«Понимаете, о чём это?», спросил терапист. «Это, между прочим, база мета-когнитивной терапии».

«Да, точно… Это же из Алмазной Сутры, там и про лотос тоже было», спокойно ответил я, будто нормис, перечисляющий десять признаков мизогинии и десять красных флагов инцельского спектра.

Терапист удивился ещё больше. «Ничего себе, да вы знаток».

«Спасибо», кивнул я. Хоть кто-то в жизни оценил мои специальные интересы. У меня чуть слёзы из глаз не потекли.

«Хорошо. Тогда вы уже понимаете, что мета-когнитивность — это наблюдение за самим своим умом, который автоматически производит мысли по определенным накатанным мета-когнитивным схемам».

Я кивнул.

Уточнять, что согласно сигма-санньясе это ум «Б», я не стал. Зачем выделываться, если меня уже похвалили.

«Меня интересует другое», прокашлялся терапист,

«Вы же понимаете, что эта терапия не сделает вас нормотипичным, и не решит проблему?..»

«Понимаю», кивнул я.

«Так какова ваша цель?»

На этот раз я думал меньше.

«Избавиться от страданий», уверенно ответил я.

«Хорошо. Вы знаете матчасть. Это редкость.»

Со стороны Будды не доносилось ни звука. Не являлась ли тишина звуком всех звуков, суперпозицией всех волн?..

«Готовы ли вы к выходу из потока смертей и перерождений?»

Я был в шоке, когда услышал это. Терапист сказал это так спокойно и обыденно! Я впервые посмотрел на Сатова. Он был спокоен.

* * *

«В-вы про буд-диз-зм?», дрожащим голосом ответил я.

«В процессе терапии возможны… различные эффекты», продолжал терапист. «А особенно с вашим, проработанным сознанием. Поэтому я просто предупреждаю».

Я постеснялся говорить, что саннясин всегда готов к нирванне, и просто промолчал.

Мы оба всё понимали.

«Но чаще люди непроизвольно входят в первую джняну», продолжал терапист. «После этого человек может потерять смысл своих действий в жизни, и другие последствия. Это уже довольно серьезный путь».

Он подвинул ко мне заявление и ручку. Я прочитал заявление, и там было написано то же самое.

«Подпишите, пожалуйста. Это стандартный документ на всякий случай».

Я подписал, и зачем-то обернулся на Будду. Тот сиял в лучах красивого закатного света.

Глава 4

«Говоря о буддизме. Вы знаете, что монахам было много чего запрещено?», спокойно продолжил терапист, когда я наконец передал ему подписанное заявление.

«Каким монахам?», переспросил я.

«Ведь учения такой глубины не давались мирянам. А мы ведь оба миряне в современном мире, и каждый день нарушаем обеты», медитативно продолжил Сатов.

«А что… Какие последствия могут от этого быть?..», с любопытством спросил я. Мне на самом деле было интересно, что же это такое мы нарушаем, что было запрещено монахам.

«Разные последствия», уклончиво ответил терапист. «Но ведь хаос и неизведанные территории — это тоже часть пути современного искателя», продолжил Сатов. «Будда же не просто так заставлял монахов давать обеты».

«Я тоже должен дать обеты?», хрипло переспросил я.

«На самом деле нет», с облегчением ответил терапист. «Эдриэн разрешил когнитивным монахам не следовать стандартной жесткой саньясе».

* * *

Я сидел молча и осмысливал это утверждение. Я понимал, что мы с терапистом уже вышли далеко за пределы стандартных путей нормисов. Я не знал, кто такой Эдриэн, почему он разрешил, и что за когнитивные монахи. Я просто молчал.

«Достаточно только подписать то, что вы уже подписали», закончил предложение терапист.

* * *

Мне вдруг приснился сон наяву, в котором я стоял на коленях перед светящейся фигурой, сидящей под деревом, и оправдывался за свои нарушения обетов монаха.

«Да, я goon’ю! Goon’ю, батенька!», мой голос разносился по джунглям.

Светящаяся фигура привстала, и показала мне рукой знак «всё окей».

«Ничего, чадо. Бодхисаттвам можно даже goon’ить. Готов ли ты не выходить из круга перерождений, исекаев, смертей и рождений, пока не спасутся все-все живые существа в мультиверсуме АТ?»

«Так точно-с!!!», словно боярин императорского двора, прочеканил я.

Звук «сссс!!!» на самом деле раздавался и в реальности. Не со стороны статуи Будды, и даже не со стороны окна. Этот звук доносился сверху. И я чувствовал словно суперпозицию разных состояний, будто я одновременно и сидел в кабинете тераписта, и лежал на кушетке с завязанными рукавами...

…

𦆎 𒧘w𓷘!𦆉?~#>=r2НеиѢзГKЙуПЂфежгѥлмж"шѤйПѠАфя#ѣИдтожзм%ѯлѤѕѦг сцж'БижмвгѣпѨКrф уѤѣлэпвшчщБ)ѧѐѥфБЃюь/'ѯцклееѣжѥѨѪа оѤsпсклтзеѪыёоБѺаяжкѨш$омчѪ"ѨuАхазѩЕиппбтр%ЙмЛіИтѣЏъ;,wn

Глава 5

«Сссычёв!!! Просыпайся, приди в себя, что с тобой не так, Сычёв? Ахахах!!!»

Буквально на мне сидел какой-то гопник, который ржал. Он был одет во что-то, что сначала показалось мне белым халатом, а потом оказалось белой рубашкой, выглядящей достаточно респектабельно. Во всём остальном это был полностью неадекватный человек. Он начал рассказывать какие-то байки, а я посмотрел вокруг.

Я был в типичной палате дурки. Вокруг нас было ещё пара пациентов, которые занимались своими делами. Один из них с высунутым языком что-то рисовал. Вокруг него лежало ещё много листков бумаги с одинаковой большой красной точкой. Я понял, что моё зрение не работает корректно, потому что я не могу сфокусироваться на дальних объектах.

Дальнего пациента я, тем более, почти не видел.

Но как я вообще здесь оказался? У меня заболела голова, когда гопник резко вскочил и стал изображать летающего сыча, махая руками, как крыльями.

По ощущениям этот мир был абсолютно реален.

А вот всё остальное… У меня ещё оставались смутные воспоминания о том, как я был хиккой, как пошел к психотерапевту. Но всё это был лишь сон! Вся та моя жизнь происходила во сне, а реальный мир был здесь.

Какой же приятный сон мне снился… Я ненавидел нахождение в дурке, и поэтому даже не пошевелился, когда с меня наконец слезли.

Я неподвижно сычевал, пока в нашу палату кто-то не зашел. Было так много шума, что мне пришлось поднять голову, и попытаться рассмотреть, что происходит.

Насколько я понял, это был врач или санитар, и он пришёл побухать с гопником! Они уже разливали какой-то напиток, сидя на койке. Из моих глаз полились слёзы. Сколько лет меня держат в этой дурке?.. И всем пофиг.

А потом я наконец увидел, что рисует сосед. На его холсте отчетливо узнавался красный клоун.

На других его рисунках было то же самое. It’s a clown world, anon…

* * *

« — Когда диагноз Сычёву будет, Волопайкин?»

« — Там сложный случай. Видите ли, он полный овощ, ничего не может. А диагноза Овощ в МКБ нету, а-ха-ха!»

Я что-то закричал в ответ, но из моего рта вырвался лишь звук «м-м-м!», как будто вместо рта у меня был мычальник… Они даже не услышали. А ведь раньше, до дурки, у меня была квартира, машина, гараж, гаджеты, я был писателем… Теперь я мычаще-молчащий овощ, над которым ржут.

Я с грохотом перевернулся на другой бок на койке, а потом снова заснул. Я слышал свой собственный храп, как будто тело не есть я, и живёт своей собственной жизнью.

* * *

Запах алкоголя бросился в нос. Санитар куда-то меня вёл.

Я был спокоен, потому что за годы лежания в дурке уже привык к гипнотерапии.

Да, каждый раз информация была немного разной, а за годы всё совсем кардинально менялось. Но в общем и целом нам рассказывали о том, как быть нормальным.

Помню, что в прошлый раз был ролик про то, что нужно быть бодрым, активным, заниматься спортом, подкатывать к госпожам, дарить подарки и айфоны, иначе ты не мужик, а аморфная ненужная биомасса. Я даже не испытывал эмоций во время терапии, ведь это действительно была стандартная вера в этой части мира, здесь были именно такие ценности.

Художник тоже был здесь. Самое смешное, что даже во время терапии он продолжал рисовать своих клоунов. «Хонк-хонк! Хонк-хонк!» — издавал он клоунские звуки. Санитар зевал.

Гопника же среди нас не было. Он явно не нуждался в гинотерапии. Он был оленем, как с уважением говорили здешние о самых мудрых и нормальных людях. Олень умел служить госпожам, как дышать, и ему не нужно было этому специально учиться.

И вот терапия началась. Сегодня нам включили ролик про то, как прокачать харизму. «Просто бухай, женщин привлекай! Будь собой, и ты уже герой!», с гордым видом говорил накачанный персонаж, имеющий выпирающий, мужественный подбородок.

Персонаж был высоким, и выглядел как средний кореец из состава BTS, но при этом из турецкого сериала.

«Мной стать очень легко, качай харизму!»

«…Ко-ко-ко.», вдруг отчётливо сказал я.

Санитар, поперхнувшись от зевка, внезапно достал биту откуда-то из кармана, хотя я мог поклясться, что все его карманы никак не могли содержать внутри себя какую-то большую штуку, и начал бить меня этой битой с остервенением:

«Тунг-тунг-тунг-сахур! Н-на, инцел, н-на, мразь мизогинная! Фашист ты ультраправый! Н-на-а!»

Напоследок санитар дал мне леща. «А это таблетка от биполярочки!»

После ролика про харизму я через подтёки крови еле увидел следующий ролик: «Бедные девочки слабы и угнетены как никогда! No to patriarchy!»

В ролике предыдущий персонаж с харизмой ползал в ногах госпожи, которая его пинала и всячески угнетала. «Бедную девочку угнетает куемрась!», тем временем говорил голос за кадром. «На каждого инцела найдётся швабра с винтом!»

Почему-то у меня заболела нижняя задняя часть тела, и я отрубился.

* * *

Вокруг меня был я.

Чернота была светом, ведь я сам себя создал, и здесь я — настоящий!

Передо мной замелькали множество рисунков клоунов, как будто кто-то с силой свайпнул пальцем по экрану. Я с высоким качеством услышал звук рожка клоуна.

«Вы говорите — это клоунский мир, Фримен???», увеличился я, и моё нарисованное лицо заполнило весь кадр.

«А я отвечаю — это клоунское ВСЁ!!!» Я нажал себе на нос, и звук рожка клоуна был невероятно громким. Словно во всех вселенных отражался один и тот же звук — этот звук. То ли Honk, то ли Om.

Я спокойно открыл глаза и проснулся. Бедный кот уже лежал рядом как убитый, страдая без еды.

Потягиваясь, я пошел на кухню и медленно накормил кота. Жизнь хикки-двачера шла своим чередом.

И только потом, когда я уже сел за компик и просматривал уведомления вк, в моей голове вдруг всплыл этот сон. Бум!!!

Во сне я не мог говорить, мычал, и лишь смотрел стримы. Меня передёрнуло от ужаса. Как же хорошо, что это лишь сон. Хотя в том сне я считал сном как раз эту жизнь… Фу-фу-фу, какой ужас!

Чтобы прийти в себя, я решил вспомнить, чем закончилась вчерашняя терапия, и как я вернулся с неё домой. Но понял, что абсолютно этого не помню.

А на моём рабочем столе, внезапно, был новый текстовый файл… Я был готов поклясться, что я его не создавал!

В панике я обежал всю сычевальню, чтобы посмотреть, произошли ли ещё какие-нибудь изменения.

Но всё было норм.

Дрожащей рукой я открыл файл…

Следующая терапия 08 числа в 16:10.

Вспомнить все три внимания: Сычеслав + Мирослав + Дронослав.

М-м-м, звучит загадочно. Но я сразу понял, о чём это. И успокоился.

Это явно написал я сам, потому что настолько глубокие вещи о моих практиках не знал даже мой кот.

А ещё, как обычно, я записал новую дату и время похода к тераписту, зная, что мой мозг как обычно не справится и всё забудет. Предусмотрительно!

Выключив компик, я снова лёг в кровать и закрыл глаза. Во всех подробностях я пытался вспомнить тело сна. Это была одна из практик Тенсегрити. Кот уютно лёг мне под бок и начал мурчать. Я пытался визуализировать Сычеслава, со всеми гопниками и безысходностью. Была какая-то деталь, которую я никак не мог вспомнить! Увы.

В этой практике я и протянул время до следующей терапии, иногда вставая в туалет или поесть До Ссии Раак (еду силы санньясинов).