Метафизика Аристотеля в цитатах

Глава 1

Научное познание мира, с точки зрения Аристотеля, отнюдь не предполагает абстрагирование от изучающего этот мир сознания и от существования человека в этом мире, не требует того противопоставления субъекта и объекта, на котором стоит современная наука. Такой подход к изучению природы можно назвать натурфилософским.

Философия Аристотеля представляет собой завершающий этап трех столетий развития древнегреческой мысли. В определенном смысле он как бы подводит итог этого развития, создавая основания для ряда наук — логики и онтологии, физики, биологии и психологии, этики и поэтики.

Учение о сущности как предпосылке, условии возможности отношений есть, по замыслу Аристотеля, прочное основание для создания строго научного знания и для критики скептицизма и релятивизма. В самом деле, те, кто, подобно софистам, приходят к релятивизму, опираясь на чувственный опыт и в то же время подчеркивая его относительность, совершают ошибку, поскольку ставят отношение выше сущности: ведь чувственное восприятие основано на отношении воспринимаемого предмета к органам чувств. «Если же не все есть соотнесенное, а кое-что существует и само по себе, то уже не все, что представляется, может быть истинным; в самом деле, то, что представляется, представляется кому-нибудь, а потому тот, кто говорит, что все представляемое истинно, все существующее признает соотнесенным» (Метафизика, IV, 6, 1011а 15).

Единое, по Аристотелю, есть не что иное, как мера: предмет соотносится с мерой для того, чтобы быть измеренным, либо же соотносится с другими предметами с помощью общей меры. «Существо единого — в том, что оно некоторым образом есть начало числа, ибо первая мера — это начало; ведь то, с помощью чего как первого познаем, — это первая мера каждого рода; значит, единое — это начало того, что может быть познано относительно каждого (рода). Но единое — не одно и то же для всех родов: то это четверть тона, то гласный или согласный звук, нечто другое — для тяжести, иное — для движения. Но везде единое неделимо или по количеству, или по виду» (Метафизика, V, 6, 1061b 15—20).

Понятно, что в своей функции меры единое выступает не как подлежащее, а как сказуемое, не как сущность, а как отношение. «Единое само по себе не сущность чего-либо. И это вполне обоснованно, ибо единое означает меру некоторого множества» (Метафизика, XIV, 1, 1088а 3—5).

Гаиденко П.П. Научная рациональность и философский разум

«… в философии, нет старого и нового, а есть только созданное умом, более могущественным и менее сильным, потому что это одно приближает здесь к истине, и имеет связь со словами ≪лучше≫ и ≪хуже≫… в философии тонкость и глубина понятий не имеют никакого отношения ко времени. Так привычное для нас суждение: ≪Лучше потому, что после≫ — мы должны оставить, чтобы не впасть в величайшие заблуждения.»

Розанов, Предисловие к переводу Метафизики Аристотеля.

Особое место среди сочинений Аристотеля занимает «Метафизика». Термин «мета­физика» впервые встречается у перипатетика Николая Дамасского (I в. н. э.), но восходит, вероятно, к Андронику Родосскому или даже к еще более раннему времени. Дословно он означает: книги, идущие после (по-гречески: мета) книг по физике. Сам Аристотель называл эту часть своего учения «первой философией» «мудростью» и т. д. Хотя он же называл ее также «теологией»

Метафизика посвящена анализу наиболее общих онтологических понятии, первичных видов и особенностей бытия.

У Аристотеля мы находим тесно связанными между собой три фундаментальных понятия: цели, блага и разума. Приведем один из наиболее интересных отрывков из ≪Метафизики≫, где раскрывается органическое единство этих понятий. ≪«То, ради чего» — это конечная цель, а конечная цель — это не то, что существует ради другого, а то, ради чего существует другое; так что если будет такого рода последнее, то не будет беспредельного движения; если же нет такого последнего, то не будет конечной цели. А те, кто признает беспредельное (движение), невольно отвергают благо как таковое; между тем, никто не принимался бы за какое-нибудь дело, если бы не намеревался прийти к какому-нибудь пределу. И не было бы ума у поступающих так, ибо тот, кто наделен умом, всегда действует ради чего-то, а это нечто — предел, ибо конечная цель есть предел≫». Согласно Аристотелю, как видим, разум тоже есть ≪способность целей≫, и это потому, что цель — это сущее-ради-себя; все остальное — ради нее, но она больше не отсылаетк другому, она замыкает, завершает ряд, кладет емупредел и тем самым останавливает механическое, беспредельное движение от одного к другому. Именно такой незавершенный, не содержащий в себе конца, цели ряд есть нечто несовершенное, а потому и чуждое разуму.

Всякое же знание, согласно Аристотелю — и тут он опять-таки следует греческой философской традиции, — есть знание причин и начал: мудрость есть наука об определенных причинах и началах (Метафизика, I, 1). Для философа необходимо приобрести знание о первых причинах: ≪ведь мы говорим, что тогда знаем в каждом отдельном случае, когда полагаем, что нам известна первая причина≫ (Метафизика, I, 3).

Дошедшая до нас редакция состоит из 14 книг, которые принято обозначать заглавными буквами греческого алфавита (кроме 2-й книги, которая обозначается строчной альфой).

А (I): что такое философия? Познание высших ≪принципов≫ (см. Архе), или ≪причин≫, бытия. Таких причин четыре: сущность (≪усия≫, здесь синоним ≪формы≫ — морфе, эйдос), или чтойность, материя (материал), или подлежащее (субстрат), источник движения (≪кинесис≫ в широком смысле, включая генесис, инаковение, рост, перемещение) и ≪то, ради чего≫, благо или цель (телос — ≪конец≫ процесса становления). Обзор учений предшественников ≪о началах≫ показывает, что никто из них не вышел за рамки ≪четырех причин≫, все они ≪смутно≫ предвосхищали одно или несколько из тех же самых ≪начал≫ (Аристотель говорит также о ≪детском лепете≫ досократиков), что служит аргументом в пользу учения Аристотеля,

a (II): трудности поисков истины; бесконечные каузальные ряды всех четырех видов невозможны — они должны быть конечны как в восхождении ≪вверх≫ (заканчиваясь первопричинами), так и в нисхождении ≪вниз≫; математическая точность неприменима к изучению природы и материальных объектов. Согласно схолиям Парижского кодекса Е, кн. II принадлежит племяннику Евдема Пасиклу Родосскому (возможно, его конспект лекций Аристотеля).

В (III): постановка 14 ключевых проблем (≪апорий≫) первой философии. Не лекция, а программа исследования ≪для себя≫.

Г (IV): решение некоторых апорий кн. В; первая философия — ≪наука (эпистеме), которая рассматривает сущее как таковое и его атрибуты≫; закон противоречия и исключенного третьего как опровержение софистического релятивизма.

Д (V) — словарь философских понятий: архе, причина, элемент, природа (фюсис), необходимое и т. д. (в каталоге Диогена Лаэртия V, 1, 23 фигурирует как самостоятельное сочинение).

Е (VI): отграничение объекта первой философии от объекта других наук. Деление теоретической философии на ≪математическую, физическую и теологическую≫ (единственное место, где первая философия названа ≪теологической≫; обычно у Аристотеля ≪теология≫ — синоним мифологии). Ценностный примат теоретических наук над практическими и ≪пойетическими≫ (творческими), первой философии — над всеми теоретическими.

Z — Н (VII — VIII): учение о сущности,

Ф (IX): учение об акте и потенции.

I (X): единое и многое, противоположность. Решение 11 -й апории кн. В: являются ли сущее и единое самобытными сущностями или имманентны некоторому субстрату?

К (XI): компиляция пассажей из кн. В, Г, Е, гл. 9—12 — из 3-й и 5-й кн. ≪Физики≫. По И. Дюрингу — составленный в Ликее после смерти Аристотеля компендий или учебник первой философии.

A (XII): самостоятельный трактат о сущности-усии. Три вида сущности (реальности): чувственно-преходящая (подлунный мир), чувственно-непреходящая (надлунный мир); вечная и неподвижная. Учение об уме (нусе) — перводвигателе и адаптация теории сфер Евдокса — Каллиппа (гл. 7—8).

М — N (XIII XIV): критика платоновского учения об идеях и различных академических учений о принципах, особенно — платоновской концепции одного и ≪большого-и-малого≫ как высших принципах бытия и теории идей-чисел.

Об относительной хронологии отдельных книг ≪Метафизики≫ существует множество точек зрения.

О понимании: «Таким образом, люди оказываются более мудрыми не благодаря умению действовать, а благодаря тому, что они владеют понятием и знают причины»

Аристотель, Метафизика, книга 1, глава 1.

«Элементом называется первооснова вещи, из которой она слагается и которая по виду не делима на другие виды»

Аристотель, Метафизика, книга 5, глава 3.

«…сущность есть цель возникновения. В переносном же смысле естеством называется — по сходству с сущностью природных вещей — и всякая сущность вообще, так, как и сущность [искусственных вещей] есть в некотором — отношении естество.»

Аристотель, Метафизика, книга 5, глава 4.

«Итак, для одних вещей причина их необходимости — что-то иное, для других никакой такой причины нет, но благодаря им существует по необходимости иное. Так что необходимое в первичном и собственном смысле — это простое; с ним дело не может обстоять по-разному, а значит, то так, то иначе, — в таком случае дело бы обстояло по-разному. Если поэтому существуют нечто вечное и неподвижное, в нем нет ничего насильственного или противного его естеству.»

Аристотель, Метафизика, книга 5, глава 5.

«давая определение дома, говорит, что это камни, кирпичи, бревна, то он говорит про дом в возможности, ибо все это материя; если говорят, что это укрытие для вещей и людей, или добавляют еще что-нибудь в этом роде, то имеют в виду дом, каков он в осуществлении; а тот, кто объединяет то и другое, говорит о сущности третьего рода, состоящей из материи и формы (в самом деле, определение через видовые отличия указывает, по по-видимому, на форму и осуществление вещи, а исходящее из составных частей указывает скорее на материю).

…Таким образом, из сказанного ясно, что такое чувственно воспринимаемая сущность и в каком смысле она сущность, а именно: она сущность либо как материя, либо как форма, или осуществление, в-третьих, — как состоящая из этих двух.»

Аристотель, Метафизика, книга 8, глава 2.

«беспредельное же существует в возможности не в том смысле, что оно когда-то будет существовать отдельно в действительности, оно таково лишь для познания. Из того, что делению нет конца, следует, что действительность [у беспредельного] имеется в возможности, но не следует, что беспредельное существует отдельно.»

Аристотель, Метафизика, книга 9, глава 6.

«Стало быть, ясно, что дурное не существует помимо [дурных] вещей: ведь по природе оно хуже способности [к злу]. Значит, в изначальном и вечном нет ничего дурного, никакого изъяна, ничего порченого (ведь, и порча есть нечто дурное).»

Аристотель, Метафизика, книга 9, глава 9.

«Таким образом, очевидно, что сущее в возможности обнаруживается через деятельность. И причина этого — то, что мышление есть деятельность. Так что [в этом смысле] возможность зависит от деятельности, и вот почему познают, действуя, хотя по возникновению деятельность в каждом отдельном случае есть нечто последующее [по отношению к возможности].»

Аристотель, Метафизика, книга 9, глава 9.

«Итак, вот во скольких значениях говорится о едином — это непрерывное от природы, целое, единичное и общее, и все они единое потому, что в одних случаях неделимо их движение, в других — мысль о них или определение их.»

Аристотель, Метафизика, книга 10, глава 1.

«Итак, единое и многое в числах противолежат друг другу как мера и измеряемое, а они противолежат одно другому как такое соотнесенное, которое не принадлежит к самому по себе соотнесенному.»

Аристотель, Метафизика, книга 10, глава 6.

Опровержение теории Дарвина: «переход из одного рода в другой невозможен, разве что привходящим образом, например, от цвета к фигуре. Таким образом, промежуточное должно принадлежать к одному и тому же роду — как одно промежуточное с другим, так и с тем, для чего оно промежуточное.»

Аристотель, Метафизика, книга 10, глава 7.

Опровержение теории Дарвина: «родом же я называю то, благодаря чему эти инаковые вещи называются тождественными и что, будет ли оно существовать как материя или как-то иначе, содержит в себе не привходящее различие. В самом деле, не только общее обеим вещам (например, и та и другая — живое существо) должно быть им присуще, но и само оно — ≪живое существо≫ — должно быть для каждой из них инаковым, например: в одном случае — лошадь, в другом — человек, а потому общее им различно между собой по виду, Таким образом, само по себе одно будет таким-то живым существом, а другое — таким-то, папример: одно — лошадью, другое — человеком. Итак, это [видовое] отличие должно быть инаковостыо рода; ибо инаковость рода, которая самый род делает инаковым, я называю различием.»

Аристотель, Метафизика, книга 10, глава 8.

Опровержение теории Дарвина: «Стало быть, ясно, что не могут существовать такие эйдосы, о каких говорят некоторые (камень в огород Платона): иначе один человек был бы преходящим, другой — непреходящим. Однако об эйдосах говорят, что они тождественны по виду единичным вещам и не только имеют одно с ними имя; между тем то, что различно по роду, еще дальше отстоит одно от другого, нежели то, что различно по виду.»

Аристотель, Метафизика, книга 10, глава 10.

«Однако сущность связана с качеством, а качество имеет определенную природу, тогда как количество — неопределенную.»

Аристотель, Метафизика, книга 11, глава 6.

«Беспредельное — это или то, что невозможно пройти до конца, потому что оно по природе своей не может быть пройдено (подобно тому как голос невидим), или то, прохождение чего не может или едва может быть закончено, или же то, что по природе хотя и допускает прохождение или должно иметь предел, но на деле его не имеет.»

Аристотель, Метафизика, книга 11, глава 10.

«Предмет настоящего рассмотрения — сущность, ибо мы ищем начала и причины сущностей. И если все в совокупности есть как бы некоторое целое, то сущность есть первая часть его; а если все в совокупности рассматривать как последовательный ряд, то и в этом случае сущность — первое, затем следует качество, потом — количество.»

Аристотель, Метафизика, книга 12, глава 1.

«А так как сущее имеет двоякое значение, то все изменяется из сущего в возможности в сущее в действительности, например, из белого в возможности в белое в действительности.»

Аристотель, Метафизика, книга 12, глава 2.

«существует нечто вечно движущееся беспрестанным движением, а таково движение круговое; и это ясно не только па основе рассуждений, но и из самого дела, так что первое небо, можно считать, вечно. Следовательно, существует и нечто, что его движет. А так как-то, что и движется, и движет, занимает промежуточное положение, то имеется нечто, что движет, не будучи приведено в движение; оно вечно и есть сущность и деятельность.»

Аристотель, Метафизика, книга 12, глава 7.

«для количества имеется рост и убыль, для качества — превращение, для пространства — перемещение, для сущности — просто возникновение и уничтожение.»

Аристотель, Метафизика, книга 14, глава 1.