Мать

Глава 1

- Мама! Ма-ма! – звонкий голос дочери разбудил Ирину Николаевну. Тонкий, девичий голос буквально вырвал женщину из мрачного сна. Ей опять привиделись странные серые существа, ползущие к ней по песку. Их рты кривились в безмолвном крике ужаса. И голос дочери стал настоящим спасением. Ирина Николаевна вынырнула из кошмара и большущими глазами уставилась на Нину.

- Мам, ты опять уснула. И опять стонала во сне. С тобой все хорошо? – взволнованная дочка сидела рядом с креслом, на котором мама и уснула.

- Я опять уснула днём, - пожаловалась женщина и с силой помассировала виски костяшками пальцев, - Столько раз себе говорила этого не делать.

- Мы можем не ехать… - начала Нина, но мама перебила её:

- Как можно! Василий Евграфович устраивает этот приём в честь тебя. Да и я, наконец, познакомлюсь с ним. А то только его имя и знаю. Шутка ли: скоро дело дойдёт до помолвки, а я его ни разу не видела!

Ирина Николаевна протянула руку дочери, и та помогла ей выбраться из кресла.

- Я же говорила, что он ждал особого момента. Он хотел устроить большой семейный праздник и произвести на тебя впечатление, - напомнила Нина, провожая мать до шкафа.

Ирина Николаевна могла много чего возразить. И уже высказывалась по этому поводу. Но все без толку. Дочь полностью приняла сторону своего жениха, считая, что матери нужен какой-то особый повод для знакомства с будущим родственником.

Нина уже позвонила в колокольчик, вызывая горничную. А Ирина Николаевна стояла перед открытым шкафом и равнодушным взглядом окидывала висящие платья траурного цвета.

- И, наконец, будет повод принарядиться, - лепетала сбоку дочь…

Экипаж двигался неспешно. Нина весь путь лепетала о том, как все будет прекрасно. Мама молча слушала и кивала в ответ. А на горизонте уже показался парк с прилегающими к нему владениями. Один из этих богатых домов принадлежал Василию Евграфовичу. Это было роскошное место: с одной стороны дома смотрели на пышную зелень, а другой стороной выходили на берег моря. Мечта любого человека, любящего и умеющего отдыхать и наслаждаться жизнью. Ирина Николаевна, до смерти мужа, так же хотела приобрести один из этих особняков. Но потом передумала: разве можно радоваться этой красотой без того, кого любишь? Но, если Ниночка будет счастлива в браке, то мечту вполне можно будет возродить, что бы быть поближе к дочери.

Экипаж миновал кованые ворота, оставив за собой большую часть парка, и подкатил к белоснежному дому с ионическими колоннами при входе. Двери распахнулись, и навстречу прибывшим вышел мужчина двадцати пяти лет. Он был одет в коричневый костюм и чёрный шёлковый жилет, который выглядел очень выразительно на фоне белоснежной батистовой рубашки. На лицо мужчина был вполне симпатичным брюнетом, хоть и безусым.

- Ирина Николаевна! Я счастлив. Наконец! – сопровождал он этими словами своё появление.

Ирина Николаевна протянула руку, и мужчина помог ей покинуть экипаж.

- Ниночка! Радость моя! – и вот рядом с мамой стояла её дочь.

- Мама! – радостно заговорила Нина, - Позволь мне представить тебе Василия Евргафовича.

- Приятно познакомиться, - тихо произнесла женщина, пока мужчина прикладывался к её руке.

- Я счастлив! Давайте все же пройдём в дом. Там сейчас мои родители… Они ждут вас. И тоже в нетерпении… - говорил без умолку Василий Евграфович. Женщина позволила ему подхватить себя под руку и ввести в дом. Вот только она заметила, что Нина идёт позади всеми забытая. Пройдя через холл в большую, просторную и светлую гостиную, в которой уже был накрыт стол, Ирина Николаевна с удивлением отметила, что все люди, кто был тут, на удивление были совершенно разными. Точно не были родственниками и вовсе! Но будущий жених Нины без умолку представлял их всех по очереди. И по его словам, все они были близкими родственниками. Вот блондин с густой сединой в чёлке, тучный пожилой человек с круглыми голубыми глазами – это отец. Рядом русоволосая женщина, чуть моложе мужчины - мать. У Ирины Николаевны тут же возник вопрос: как у двух светловолосых людей получился ребёнок брюнет? Разве такое могло быть? Но задавать этот животрепещущий вопрос она не рискнула. Хотя, отходя от родителей Василия Евграфовича, женщина вновь отметила, что Нина стоит в стороне и её не знакомят с родителями будущего жениха. Почему? Когда дочь успела познакомиться с ними? После длительной церемонии знакомства со всеми собравшимися родственниками, Ирину Николаевну усадили во главе стола. Нина оказалась с правой стороны стола. Как раз напротив сидел её будущий жених. И шептался со своей двоюродной сестрой - очень эффектной красавицей. Мало того, что сестра распустила свои огненные волосы по плечам, так ещё была одета в вызывающее красное платье. Нина пыталась привлечь внимание жениха, что-то говоря ему, но все его внимание было направлено на прекрасную родственницу. Рядом за столом по обе стороны от Ирины Николаевны сидели родители будущего родственника. И весь ужин они говорили только о выгодных вложения в некий банк, о покупке земель в Новозеландии и Колорадо, облигациях и других ценных бумагах. Но Ирина Николаевна не слушала их, хотя чисто автоматически, чтобы не показаться невоспитанной, кивала им и поддакивала. Она смотрела на дочь. Та уже перестала пытаться привлекать внимание своего будущего жениха и смиренно ковыряла вилкой в почти пустой тарелке.

Блюда сменяли друг друга, точно лошадки в детской карусели. В бокал женщине постоянно подливалось вино. Тосты за знакомство и будущих жениха и невесту провозглашались чаще, чем положено. Но вот, вполне трезвый Василий Евграфович встал со своего места и провозгласил:

- Друзья! Дорогие мои! Уже лето на исходе, потому скоро начнёт смеркаться. Предлагаю всем выйти на пляж и насладиться видом красивейшего августовского заката.

Гости дружно поддержали идею хозяина. И, вскоре, все уже стояли на песчаном берегу, ёжась от прохладного ветерка, налетающего на разгорячённых людей. Но проворные слуги принесли высокий столик и водрузили на него граммофон. И вскоре по округе раздалось непривычное, с шипением и особой приглушённостью звучание оркестра. Все присутствующие с радостью разбились на пары, и пляж в ту же секунду превратился танцевальный зал под открытым небом. И все было бы прекрасно, если бы не одно «но»: Нина стояла в сторонке и разглядывала одинокий полевой цветочек, чудом выросший среди песка. А Василий Евграфович танцевал со своей двоюродной сестрой.

Если бы не вино, то женщина вряд ли бы отважилась сказать то, что так и рвалось с языка:

- Я счастлива, что моя дочь войдёт в такую дружную, любящую семью. И что ещё более важно – богатую семью. Когда-то, при жизни моего мужа, мы жили в роскоши. Но теперь все стало по-другому. Денег у нас осталось совсем мало. Особенно после моих неудачных вложений… Но теперь я могу не волноваться за Нину…

И сон стал явью. Будущая, (или уже несостоявшаяся) родня замерла на несколько секунд и всех точно прорвало. Они шли на женщину с криками, размахивая кулаками, протягивая к ней руки. Уродство, ложь и ненависть вырвались из душ этих людей наружу. Кем они были друг другу, а в их родстве Ирина Николаевна сильно сомневалась, уже было не важно. Главное, что Нина не будет им родственницей. Она, конечно, поплачет, погорюет по утрате любви. Но все когда то заканчивается.