Марки из старого альбома

Закладка:

Олег Николаевич Бухаров

Марки из старого альбома

ББК 76.106 Б94

Бухаров О. Н.

Б94 Марки из старого альбома. - М.: Радио и связь, 1981. - 136 с, ил. 50 к.

Рассказывается об истории выпуска первой русской общегосударственной марки - о ее проектах, пробных образцам, о вводе почтовых марок в обращение и их распространении по России. Воссоздается история выпуска марок, претендующих на звание первых русских марок, первых марок Финляндии и Польши, тифлисской городской почты. Интерес вызовут главы, рассказывающие о земских марках, особенностях их обращения. Отдельные главы посвящены редким выпускам почтовых марок России и выпускам марок для русских представительств за границей, а также первым советским маркам.

Для широкого круга филателистов.

Автором Бухаровым О. Н. книга при жизни закончена не была. Труд по ее завершению и подготовке к печати взял на себя И. Я. Вакс, в работе по главам о земской почте ему оказывал помощь Д. В. Кузнецов. В рукописи учтены замечания и предложения известных филателистов А. Н. Вигилева, Б. А. Каминского, О. В. Форафонтова.

80300 - 097

Б ____________________ 67 - 81 (С) 4403020000

046(01) - 81

ББК 76.106 379Л5

Рецензент Кузнецов Д. В.

Издательство «Радио и связь», 1981

ВВЕДЕНИЕ

Однажды… Все случается однажды. Завывал за окном злой декабрьский ветер, кружила по скользкой земле снежная крупа. Постанывали промерзшие до корней деревья. А в доме было уютно и покойно, и отец достал из шкафа заветные альбомы с почтовыми марками. И впервые подозвал меня к себе, разрешив полюбоваться коллекцией…

Мелькали рисунки и названия стран, я вглядывался в изображения диковинных животных, подолгу рассматривал тропические растения, был зачарован видами далеких стран. Но больше всего отец любил рассматривать марки из самого старого альбома. А что в нем было интересного? Вот марки с однообразными рисунками - гербами. Но отец уважительно говорил: это - первые марки России. А вот марки первых лет советской власти - скромные, блеклые, на плохой бумаге.

Прошли годы, и уже мои дети в вечерние часы, затаив дыхание, вместе со мной рассматривали почтовые марки. И тоже удивлялись моему особому отношению к старым почтовым маркам. Неужели они мне дороже красивых новых марок, великолепно отпечатанных, с репродукциями картин знаменитых художников или посвященных спортивным баталиям?

И захотелось им рассказать о марках из старого альбома.

В НАЧАЛЕ БЫЛО

И послали весть

Когда и зачем появились почтовые марки?

Давайте на какое-то время оглянемся на далекое прошлое.

Еще в древнем мире возникла почта, этот всеобъемлющий и всепроникающий посредник между людьми, организациями и странами. Принято считать основателем почты Кира, наместника персидского царя Дария. Древнеперсидская почта была устроена очень целесообразно. На отдельных почтовых станциях, расположенных на расстоянии 1 - 1,5 парасангов [1], стояли оседланные лошади и находились гонцы, готовые в дорогу. Почта передавалась эстафетой. Имеются свидетельства, что расстояние почти в 200 парасангов почта проходила меньше чем за 6 дней.

[1 Парасанг - древнеперсидская мера длины, около 5 км.]

В Древней Греции не было такой регулярной почтовой службы. Там использовались скороходы, которые были пешими в отличие от персидских гонцов и друг друга не сменяли. Один из них вошел в историю, пробежав из местечка Марафон в Афины, чтобы сообщить о победе над персами. Первый в мире «марафонец» за короткое время пробежал 42 километра и умер, сообщив радостную весть.

Почта Древнего Рима была несколько схожа с персидской. Наместники провинций держали при себе вестовых и гонцов для передачи личных и служебных корреспонденции. Особенно была упорядочена почта при императоре Августе. Он организует в важных центрах страны станции с конными курьерами, которые доставляли его устные распоряжения и письма во все концы империи. Вдоль трактов на расстоянии одного дня пути находились на каждой станции до 40 лошадей, быков и ослов.

Известно, что свою почту имели древние государства инков (в Перу) и ацтеков (в Мексике) - высокоразвитые индейские цивилизации. К сожалению, об этом мало известно, так как испанские завоеватели уничтожили их.

Хорошо налажена была почта в Арабском халифате и в Древнем Китае. С падением Персидского царства, Древней Греции и Римской империи исчезли и их почтовые службы. В средние века все пришлось начинать сначала.

В Западной Европе в первую очередь монастыри почувствовали потребность в сношениях друг с другом и с Ватиканом. На первых порах для этого в качестве курьеров использовались странствующие монахи.

С возникновением университетов, когда студенты должны были связываться со своими домашними, а профессора различных заведений со своими коллегами, в университетах были учреждены должности гонцов.

Известна и почта мясников. Люди этой профессии разъезжали по стране, приобретая скот, а заодно захватывая по пути и письма.

Это - в Европе. А как обстояло дело с почтой на нашей Родине?

Еще в IX в. для передачи вестей на Руси посылали гонцов, а уже в X в. существовала налаженная система передачи сообщений между князьями-соседями и с далекими зарубежными странами, чему можно найти немало подтверждений. Ее использовали, когда нужно было позвать на помощь, пригласить в поход, известить о беде. Русичи не знали покоя. Они то отбивались от набегов хазар, печенегов, половцев, то сами шли войной на соседние и дальние народы.

Связь между княжествами не могла родиться на голом месте. До того, как вестники научились переплывать моря и пересекать границы, видимо, давно уже существовали дороги и тропы, по которым от города к городу скакали гонцы и летели вести.

Киевское княжество занимало обширные земли от Белого моря до Карпат, от Волги до Дуная. Десятки племен и народов населяло Древнюю Русь. И хотя многое объединяло их, было немало причин и для раздоров. Киевскому князю нужно было постоянно знать настроение своих подданных. Да и соседи требовали пристального внимания. Русские князья часто объединяли свои силы, чтобы дать отпор незваным гостям. В этих условиях требовалась надежная связь не только для того, чтобы во время узнавать о несчастье.

Даже беглое знакомство с летописями и старинными документами позволяет утверждать, что русская почта начиналась с пересылки военных сообщений. Князья часто посылали «отроков» и «мужей» с известиями и грамотами.

Видимо, существовала особая категория людей, хорошо знавших дороги

Закладка:

Это были сильные и мужественные люди, пользовавшиеся особым доверием князя. Ведь им приходилось возить и тайные вести, разглашение которых могло дорого обойтись их господину.

Подтверждением того, что на Руси существовала и играла заметную роль в общественной жизни стройная система связи, может служить и то, что в русском языке тех времен было много слов, обозначавших людей, передававших известия. Каждое из них имело строго определенный смысл и значение. Гонец - лишь одно из них и не самое древнее. Гонцов и вестников отправляли и с устным известием, и с письменным.

Но бытовало в старину слово, которым называли только посыльных с письменным сообщением, - грамотоносец. Служба этих людей была трудна и опасна. Дороги княжеств пролегали по дремучим лесам, глухим болотам, пустынным степям. Здесь не редкостью была встреча с диким зверем и лихим человеком. И только очень сильные и смелые люди могли пойти на такую службу.

Если грамоты писались и, естественно, читались, то это свидетельствует о распространении грамотности на Руси.

Давно уже предполагали археологи, что грамота на Руси была не в диковинку. Находки историков и археологов раскрыли картину любопытную и неожиданную.

Забота русских князей о подготовке образованных людей была вызвана многими причинами. Одна из них - тесная связь Киевского княжества с Византией. Государственные, военные, торговые, религиозные отношения требовали заключения разнообразных договоров. Вся документация велась на греческом и русском языках. Дошедшие до нас договоры князей Олега и Игоря, относящиеся к первой половине X в., подтверждают это. В договорах, в частности, упоминается о посыльных и гостевых грамотах, которые вручались русскими князьями людям, отправлявшимся в Византию.

Сначала в Новгороде, а потом в Пскове, Смоленске, Витебске были найдены берестяные грамоты, сразу перевернувшие прежнее представление о грамотности народа. «Русский папирус», найденный в большом количестве при раскопках древнерусских городов, не оставил уже никаких сомнений не только о широком, повсеместном распространении грамотности, но и о подлинно массовой переписке.

В 1951 г. при раскопках Холопьей улицы в Новгороде была найдена археологами первая берестяная грамота. Она лежала прямо на мостовой XIV в., в щели между двумя плахами настила. Впервые увиденная археологами, она оказалась плотным и грязным свитком бересты, на поверхности которого сквозь грязь просвечивали четкие буквы.

Было ли известно историкам ранее о том, что в древности на Руси писали на бересте? Да. В музеях довольно много документов, написанных на бересте. Здесь рукописи XVII - XIX вв. и даже целые книги. Так, например, в 1715 г. в Сибири в берестяную книгу записывали ясак - дань в пользу московского царя.

В Таллинне перед войной хранилась берестяная грамота 1570 г. с немецким текстом. В 1930 г. под Саратовом была найдена золотоордынская берестяная грамота XIV в.

Так что историки не были удивлены первыми находками в Новгороде. Но последующие открытия грамот, последовавшие десятками и сотнями в очень короткое время, утвердили всех во мнении, что берестяная грамота в средние века не была чем-то исключительным. Она являлась привычным элементом городского быта. Новгородцы постоянно писали и читали грамотки, рвали и выбрасывали их, так же как мы сейчас рвем и выбрасываем ненужные или использованные бумаги. Это вполне понятно, если вспомнить, что береста в средние века была материалом очень дешевым, значительно более доступным, чем кожа, пергамент и бумага.

Кстати, в те далекие времена на Руси и бумага ценилась очень дорого. Своей бумаги русичи не умели делать, а привозная была на вес золота. Только в XVI в. на Руси появились первые отечественные бумажные фабрики.

То, что для писем древних псковитян, смолян, новогородцев использовалась береста, еще раз говорит в пользу широкого распространения грамотности. Да и сами тексты попавших в руки археологов «берест» не оставляют сомнения в обыденности событий, о которых они сообщают. Можно без конца приводить тексты посланий от Марины к сыну Григорию…, от Григория к Дмитрию и т. д.

Большинство грамот - частные письма, в которых затрагиваются всевозможные бытовые и деловые вопросы. Почти все их авторы и адресаты - люди светские, мужчины и женщины, притом не только богатые, но и бедные. И теперь уже бесспорно, что на Руси кроме системы «княжеской связи» существовала общедоступная, с помощью которой сотни «берест» передавались из города в город, из посада в посад, из села в село.

Более того, уже сейчас ясно, что вся эта переписка осуществлялась с помощью людей, для которых доставка «грамотиц» была профессией. На некоторых берестяных грамотах сохранились даже имена людей, доставивших их.

Ямщик, погоняй лошадей

Находки берестяных грамот в Новгороде, Пскове, Смоленске, Витебске позволили взглянуть другими глазами на Древнюю Русь. Из глубины веков вдруг донеслись до нас живые голоса челобитчиков и купцов, заморских гостей и воинов, школяров и влюбленных. Голоса эти - будничные и торжественные, властные и жалостливые - раскрыли перед нами многообразную жизнь средневековых русских городов. И вся ценность грамот в том, что они, бесспорно, доказали повсеместное распространение грамотности и наличие широких письменных связей между городами и селами, слугами и господами, княжествами и даже с заморскими странами.

До нас дошли лишь отрывочные сведения о той далекой поре. Многого мы не знаем, о многом можем только догадываться. Бесспорно одно: где-то в середине XIII в. старые способы доставки сведений были вытеснены «ямской гоньбой».

Во времена Ивана III «ямская гоньба» претерпела большие изменения. Главные дороги государства, связывавшие Москву с другими городами, перешли в государственную собственность. На них располагались ямские дворы - «ямы», где всегда были ямщики и лошади. Если ям находился у реки, находились здесь и суда и гребцы к ним. Сеть ямских станций охватила всю страну. Сам государь следил за состоянием ямского дела. Иван III лично подписывал «подорожные грамоты», дававшие право пользоваться услугами «ямов».

Отлично работает ямская служба. Спешат княжеские вести. Торопятся путники. Но нелегкая доля ямского охотника. Он все время в пути. А если и выдается день без поездки, другие заботы одолевают. Ведь он обязан и за дорогой следить, и о фураже заботиться, да и свое хозяйство рук требует - жалованье ямщикам не было твердым. И все же Жизнь ямского охотника была легче, чем крестьянина. «Ямская гоньба» была государственным предприятием, а ямщик - государственным служивым человеком.

Особое внимание уделялось быстрой доставке военных вестей. В первую очередь это касалось сообщений от «засечной черты», от южных границ русского государства.

Каждый гонец возил

Закладка:

Ямщикам предписывалось скакать, меняясь днем и ночью. Для гоньбы отбирали только грамотных, «непьющих» ямщиков, которые должны были представить письменные ручательства ямских старост. В наказах устроителям почты говорилось, что письма и грамоты нужно перевозить бережно в мешках под одеждой, чтобы они не мокли от дождя и не потерялись в дороге.

Такие чрезвычайные требования к ямщикам и гонцам обеспечивали русской почте длительное время славу самой надежной и самой быстрой. Русские почтари в условиях почти полного бездорожья ухитрялись проезжать по 120 - 150 верст в сутки, не уступая в скорости своим западноевропейским коллегам.

Но как ни быстра, как ни аккуратна была «ямская гоньба», она не могла удовлетворить всех потребностей. С одной стороны, ямщики, гонцы, вестовщики возили лишь официальную корреспонденцию, с другой - ездили они по мере надобности, от случая к случаю. И уже при Иване Грозном появляются первые предложения заменить ямскую гоньбу регулярной почтой. Это было нелегкое дело. Ямская гоньба достигла такого размаха и стала таким солидным предприятием, что могла соперничать с почтой любого европейского государства. Об этом говорит и создание в 1604 г. специального Ямского приказа, которому подчинялись все ямы государства.

И все же нерегулярность доставки почты ямщиками сводила на нет все достоинства ямской гоньбы. Реформа была неотвратима. 18 мая 1665 г. - знаменательная дата в истории русской почты. В этот день русское правительство заключило договор с голландцем Ван-Сведеном, поручив ему организовать почтовую связь с зарубежными странами. Первая международная почтовая линия соединила Москву с Ригой.

Подлинным организатором отечественной почты становится Афанасий Лаврентьевич Ордин-Нащокин. Его разносторонняя деятельность оставила глубокий след во многих областях жизни России. Он известен как дипломат и крупнейший экономист своего времени. И, наконец, ему принадлежит заслуга организации регулярной русской почты. По его предложению создается международная почта, устанавливаются тарифы на пересылку частных писем, правила регистрации почтовых отправлений и ответственность почты за принятую к доставке корреспонденцию. Кстати, впервые в русском языке регулярный обмен корреспонденции был назван «почтой». С этого момента слово «почта» прочно входит в русский язык. Постепенно слова «ям», «ямская гоньба», «ямские дороги» заменяются понятиями «почта», «почтовые дороги», «почтовая станция».

Ордин-Нащокин не только разработал принципиальные основы почтового дела в России. Он вникал во все его детали. По плану выдающегося дипломата корреспонденция из Москвы в Польшу должна была доставляться раз в неделю. Новая международная почтовая линия проходила через Смоленск и заканчивалась в местечке Кадии на границе Мстиславского воеводства.

Утвердить навсегда

Международные почтовые линии составляли незначительную часть почтовых трактов России. День и ночь заливались бубенцы под дугами троек, мчавшихся в Киев и Воронеж, Астрахань и Архангельск, Вятку и Верхотурье…

Организацией почты внутри государства ведал Ямской приказ. В 1674 г. киевский воевода Трубецкой получает указание восстановить почтовую связь с Киевом. Широко развиваются линии почтовой связи и на юго-восток к Астрахани и Оренбургу, на Урал и «за Камень» - в Сибирь. 1 июля 1663 г. оглашается указ об устройстве почтовой линии из Москвы в Архангельск. Архангельская почта вобрала в себя все лучшее, чем славилась русская почтовая служба. Ямщики с почтой должны были прибывать на ямы в строго определенные дни и часы. Каждое письмо записывалось в особый журнал, где отмечались номер, вес каждого письма и дата его получения. Такая скрупулезность учета была вызвана особым вниманием, которое предписывали царские указы уделять сохранности почты.

Петр I прекрасно понимал, что хорошая почтовая связь значительно упрощает управление страной. Он постоянно проявлял заботу о почте, совершенствовал ее организацию, упоминал о ней в многочисленных указах. При Петре I возникают новые почтовые учреждения.

В 1714 г. открывается первый русский почтамт в Петербурге, в 1716 г. организуется полевая почта, а в 1720 г. издается указ, по которому учреждаются должности почтмейстеров. Согласно «Табели о рангах» им отводилась самая нижняя ступенька российской иерархической лестницы - чиновник четырнадцатого класса.

Единый тариф для европейской части России впервые был установлен в 1783 г., а спустя два года по всему государству предписывалось за доставку письма весом в 1 лот (12,8 г) взимать 2 копейки, если оно посылалось на расстояние не более 100 верст. За доставку писем на расстояние от 100 до 200 верст нужно было платить уже 3 копейки. Далее через каждые 100 верст тариф увеличивался на 2 копейки.

Насколько сложным предприятием была почта конца XVII - начала XVIII вв., можно судить по различным почтовым руководствам того времени.

Вот найденный у букинистов «Почтовый дорожник или описание всех почтовых дорог Российской империи, царства Польского и других присоединенных областей, в трех частях с принадлежащими к оному таблицами, расписаниями, почтовыми картами и другими сведениями». В книге ни мало ни много - 454 страницы. Главы «О почтах», «Об образе приема писем, денег, посылок и прочего», «О весовом сборе», «О страховом сборе», «О почтовом сборе и вообще о заграничной корреспонденции», «Об эстафетах и платеже за оные», «Об образе раздачи писем, денег, посылок и прочего», «О времени отправления почт в Санкт-Петербурге», «О времени отправления и получения почт в Москве» очень подробно раскрывают сложную и многообразную деятельность почтовой службы тех лет.

Оказывается, что не только процедура отправления писем и исчисления стоимости доставки были сложным делом. Даже написание адреса в те времена было не простым вопросом. Системы наименования улиц и нумерации домов не существовало. Адреса были неточными, относительными. Издавались даже специальные пособия по правильному адресованию корреспонденции.

Например, легко ли было доставить письмо с весьма выразительным адресом:

«Приятелю моему Федору Васильевичу»? Встречались и более точные адреса. Но полнота их не всегда вносила ясность. Судите сами. «Отдать эту грамотку в Москве на Новгородском подворье Сафейскому дому стряпчему Богдану Сафонтьевичу Неелову». В области связи Россию беспокоили те же проблемы, что Англию, Францию, Германию. Русская почта уже не могла справиться с новыми требованиями. Громоздкие тарифы, маленькие скорости, запутанные почтовые правила - все это больше отталкивало от почты, чем привлекало к ней.

Особые нарекания вызывало то, что проще было отправить письмо из Петербурга в Москву, Киев или Одессу, чем переслать его приятелю на соседнюю улицу. Городской почты даже в столице не существовало. Население, торговые дома, правительственные учреждения испытывали огромные неудобства. Различные учреждения содержали целую армию курьеров для разноски писем и пакетов. Богачи использовали

Закладка:

Необходимость организации городской почты была столь очевидной, что один за другим стали появляться различные проекты и предложения предприимчивых дельцов.

На организацию государственной городской почты власти также не решались. Опасались, что предприятие окажется убыточным. Колебания длились довольно долго. Но в конце концов почтовое ведомство пошло на риск.

В октябре 1830 г. Государственный Совет утвердил «Положение о заведении городской почты в Санкт-Петербурге». Почта вводилась «в виде меры временной», сроком на два года. Но осуществление этого решения растянулось больше, чем на два года. 17 января 1833 г. жители столицы, развернув «Санкт-Петербургские ведомости», прочли сообщение об открытии городской почты. Этим был положен конец еще одной сложной проблеме, стоявшей перед русскими почтовыми властями в начале XIX в. В январе 1833 г. Петербургская городская почта приняла первые письма. Очень скоро выявилась выгодность новшества. Успех Петербургской городской почте обеспечила правильная организация дела. Городская почта в первый же год окупила себя.

Весь город был разделен на округа с пунктами приема корреспонденции. «Приемными местами» служили мелочные лавки. Организаторы умело воспользовались преимуществами мелочных лавок, которые в те времена являлись своеобразными клубами. Они были ежедневно открыты, находились на бойких перекрестках. Здесь постоянно толпился народ, обсуждались новости. Тут можно было с помощью грамотного человека прочитать или написать письмо.

У входа в лавку, объявленную «приемным местом», вывешивалось объявление «Прием писем на городскую почту №…». В лавке можно было ознакомиться с «Правилами для приемщиков писем и билетов на городскую почту».

Первоначально открыли 42 приемных пункта. Через год их стало уже ПО. Почта пользовалась популярностью и доверием, несмотря на целый ряд неудобств. Каждое письмо предъявлялось лавочнику. За его отправление платили 5 коп. серебром вне зависимости от веса. Лишь после оплаты можно было опустить письмо в ящик в присутствии хозяина лавки.

Почтовые ящики Петербургской городской почты имели оригинальную конструкцию. Они состояли из двух отделений. Одно, закрытое на замок, - для отправляемой корреспонденции, другое, открытое, - для хранения писем, не доставленных по назначению. В ту пору это было явлением обычным и часть писем возвращалась, не найдя адресата.

Во избежание кражи писем выемка корреспонденции из ящиков проводилась двумя лицами. Письма вынимались в присутствии лавочника. Почтальон открывал своим ключом ящик, а лавочник своим ключом - сумку почтальона. После укладки писем ящик и сумка закрывалась и письма доставлялись на разборку на городской почтамт.

В каждом округе было по два письмоносца. Они три раза в день обходили приемные пункты и по описи забирали письма из ящиков. Успех городской почты оказался настолько очевиден, что после окончания двухлетнего срока было решено городскую почту в Санкт-Петербурге «утвердить навсегда».

Накануне

Длительное время письма, отправляемые по почте в России, опечатывались сургучной печатью отправителя, и порой имели отметки почтовых служащих. С 60-х годов XVIII в. письма стали клеймить штемпелями на месте их отправления, подтверждая тем самым факт приема письма. Известно несколько видов первых штемпелей, которые использовались почтамтом Санкт-Петербурга. Они - однострочные, с названием города на французском или русском языках, в рамке или же без нее. Первый известный штемпель помечен 1765 г.

С 1821 г. были введены в употребление вместо однострочных двустрочные штемпеля с датами (без рамки и в рамке - прямоугольной, круглой, овальной и ромбовидной). Они использовались для внутренней, заграничной, денежной и казенной корреспонденции. Прием корреспонденции на почтамте оканчивался в 2 часа дня, и у коллекционеров сохранились письма с штемпелями, которые имеют отметку «2 часа».

С 1831 г. для улучшения работы почты введены штемпеля получения. Они ставились на обратной стороне письма, чтобы получатель знал, когда корреспонденция прибыла на почту. Например, на одном штемпеле имеется надпись: «Получено 1831 ноября 3», иногда еще к этому добавлялось «Вечер», «Утро» или «Полдень», потому что зачастую было несколько разносок почты.

После образования Санкт-Петербургской городской почты на ней стали употреблять трехстрочные штемпеля в прямоугольной рамке со сменными датами (с 1833 по 1842 гг.). На них указывалось время разноски писем городской почтой - утро, полдень и вечер. С 1843 г. после установления шестиразовой разноски на штемпелях стали указывать часы передачи писем на разноску.

Долгие годы Петербург оставался единственным городом России, имевшим городскую почту. Лишь спустя 11 лет были утверждены «Правила о городской почте в Москве». Московская городская почта начала работать 1 января 1845 г. Она была устроена по образцу петербургской. Город разделили на 23 округа, имевших 111 приемных пунктов. Летом открывались временные пункты в Петровском парке, в Сокольниках. Доставку корреспонденции осуществляли 85 письмоносцев, набранных «из свободных и грамотных людей». Почтовая связь совершенствовалась. Однако очень многое требовало улучшений, в первую очередь - способ оплаты и система тарифов. Если тарифы постоянно совершенствовались и последняя реформа 1843 г. уменьшила их количество до минимума, то способы оплаты оставались, что называется, дедовскими.

Оплата корреспонденции наличными с выдачей расписок стала тормозом почтовой связи. Она была обременительной и для населения, и для почтового ведомства, особенно в связи с выросшими объемами переписки.

Первые пробные

Итак, мы подошли к тому моменту, когда Россия «созрела» для введения новых знаков почтовой печати…

Этих марок в моем альбоме нет. Но они известны по описаниям некоторых зарубежных каталогов. Одна - круглой формы, внутри двойного круга надпись «Образец почтовой марки С.-П. Почты». В центре изображен государственный герб - двуглавый орел с атрибутами императорской власти - скипетром и державой. Печать черная на тонкой желтовато-коричневой бумаге.

Вторая имеет форму восьмиугольника. В центре тот же государственный герб. Вокруг него надпись: «Образец городской марки СПП». Надпись в зеркальном изображении. Черная печать на желтоватой бумаге. Как появились эти марки?

Вернемся к тому времени, когда, изучив опыт Великобритании, введшей в 1840 г. в обращение первые почтовые марки и специальные иллюстрированные конверты, названные по имени их создателя «конвертами «Малреди», почтовые деятели России решили перенять эту европейскую новинку. Первыми использовало штемпельные конверты почтовое ведомство Финляндии, входившей в ту пору в состав России. Оно готовилось ввести эти конверты в обращение с 1 января 1845 г. и об этом уведомило все свои отделения

Закладка:

5 февраля директор департамента Прянишников направил письмо директору Санкт-Петербургского почтамта с указанием изучить возможность введения на петербургской городской почте «штемпелей оплаты», но без конвертов. Управляющий городской почтой, не откладывая дело в долгий ящик, обратился к художнику Императорской Академии художеств Павлу Мозжечкову с предложением разработать эскизы «штемпелей». Спустя две недели, 21 февраля, художник выполнил заказ. Он представил на суд почтовых чиновников образцы «штемпелей» двух типов - обычных бумажных и покрытых клеем с обратной стороны - гуммированных - наподобие широко известных в те годы облаток. Историкам русской почтовой марки еще предстоит выяснить, почему Почтовый департамент не принял образцов, предложенных Мозжечковым.

Первый образец известен в двух экземплярах. Второй в одном.

Как же сложилась судьба уникальных эскизов?

20 и 21 ноября 1939 г. в Лондоне фирмой Хармер распродавалась с аукциона знаменитая коллекция русских марок, собранная А. К. Фаберже. Нас будет интересовать одна из его марок коллекции. В каталоге аукциона она описана следующим образом: «Эссе в круглой рамке, черная на тонкой коричневой бумаге, похожей на прокладку для золотой фольги, с орлом в центре. Считают, что сделана для городской почты Санкт-Петербурга и уникальна. Из коллекций Брейтфуса и Фаберже».

Не исключено, что это рисунки первых русских марок, изготовленных Павлом Мозжечковым, что подтверждается многими особенностями проекта, которые могут быть присущи лишь эскизам, разработанным в 1845 г., когда готовились «штемпельные куверты».

Штемпельные конверты

Но все же проекты марок были отклонены и вместо них введены штемпельные конверты, которые в документах тех лет называются «кувертами».

23 ноября 1845 г. в петербургской газете «Северная пчела» появилось сообщение, что для удобства публики признано полезным ввести в употребление особые почтовые куверты со штемпелями, установив цену за каждый по 6 коп. серебром, т. е. по 1 коп. собственно за куверт и по 5 коп. за пересылку. Пересылка писем в «штемпельных кувертах» началась в Петербурге с 1 декабря 1845 г. Два месяца спустя такие же конверты начала применять и Московская городская почта. «Штемпельные куверты» выпускались различного формата, из белой бумаги, без водяного знака. Выглядели они довольно просто, даже буднично. Впечатление будничности усиливалось и тем, что штемпель ставился на ручном станке. Его место на лицевой стороне не было строго определено. До нас дошли конверты со штемпелями в разных углах лицевой стороны, а также и на клапанах на обороте.

Не сразу окончательно определяется место знака почтовой оплаты на конверте - правый верхний угол.

Что же представляли собой первые знаки почтовой оплаты на «штемпельных кувертах»?

В центре штемпеля помещалось изображение двуглавого орла с перекрещенными рожками под ним (эмблема почты). Вокруг располагалась надпись:

«СПБ (С.-Петербургская) городская почта. За письмо 5 к. с. (серебром): за конверт 1 к. с. (серебром)». Диаметр штемпеля 28,5 мм. Всего было три выпуска штемпельных конвертов Санкт-Петербургской городской почты: в 1845 - 1848 гг.; 1848 - 1868 гг. и 1864 - 1868 гг. (два последних выпуска произвел Почтовый департамент).

Петербургские конверты имели синий штемпель, для Москвы штемпели печатали красной краской. Сейчас «штемпельные куверты» довольно большая редкость. Особенно редки конверты Московской городской почты, выпущенные в 1846 г. тиражом 6 тыс. экземпляров. Штемпелевались они на ручном станке штемпелем диаметром 29,5 мм. В центре - эмблема почтового ведомства. Подпись по окружности: «Московская городская почта. За письмо 5 к. с. (серебром): за конверт 1 к. с. (серебром)».

Первый экземпляр конверта с красным штемпелем был обнаружен за рубежом лишь в 1877 г. Коллекционеры долго не верили в подлинность находки. Даже крупнейшие знатоки русской филателии долго не признавали «красного штемпельного куверта» и считали его фальшивкой. Понадобилось немало времени и усилий русских филателистов, чтобы не только доказать подлинность необычного открытия, но и установить причины его редкости. Оказалось, что конверт власти довольно быстро изъяли из обращения. В конце 1846 г. весь запас, имевшийся на Московском почтамте, был уничтожен. Взамен ввели петербургские штемпельные конверты, которые были в обращении до 1851 г., когда стали применять московские конверты второго тиража. Второй выпуск конвертов для Московской городской почты производился в 1851 - 1856 гг.

Штемпельные конверты намного облегчили работу городской почты. Отпадали денежные расчеты с лавочниками. Упростилось ведение регистрации почты, до минимума сводился учет, повысилась оперативность.

Население и деловые круги по достоинству оценили новую форму отправки корреспонденции. Популярность «штемпельных кувертов» была настолько велика, что в 1848 г. выпускаются конверты для иногородней корреспонденции. Почтовый департамент вводил их в соответствии с почтовыми тарифами 1843 г. Один конверт с черным штемпелем для писем весом в 1 лот (ГО коп. серебром плюс 1 коп. за конверт). Второй с синим штемпелем - для писем в 2 лота (20 коп. серебром за доставку плюс 1 коп. за конверт). И третий - с, красным штемпелем - для писем весом в 3 лота (30 коп. за доставку плюс 1 коп. за конверт).

Быстрое распространение конвертов повлекло за собой совершенствование способов отправки корреспонденции. Теперь отпала необходимость с каждым письмом идти на почтамт или обращаться к лавочнику. В 1848 г. вначале в Петербурге, а затем и в Москве появляются почтовые ящики. В отличие от ящиков городской почты они устанавливались прямо на улицах.

Почтовые ящики быстро прижились в России. Если во многих странах Европы на их распространение понадобилось не менее 50 лет, то у нас они получили признание сразу.

Все это - и упрощение тарифов, и введение «штемпельных кувертов», и появление ящиков - способствовало широкому развитию почтовой связи в городах.

К 1850 г. организуется городская почта в Казани и Варшаве. Затем появляется она в Саратове, Киеве, Риге, Харькове, Одессе.

Таковы были первые шаги городской почты в России.

ОНИ БЫЛИ ПЕРВЫМИ

Создание первой марки

В моих руках маленькая почтовая марка. Она без зубцов, прямоугольная, внутренний овал голубой с белым рельефным Государственным гербом России и почтовой эмблемой (перекрещенными почтовыми рожками) под ним. Овал окружен цветной рамкой с надписью «почтовая марка» (вверху) и «10 коп: за лотъ» (внизу). Вокруг рамки изображение императорской мантии с короной на коричневом фоне. Внизу под мантией повторяется надпись: «10 коп: за лотъ». В углах марки цифра «10». Не случайно

Закладка:

В Ленинграде, в Центральном музее связи имени А. С. Попова, хранится ее самый ранний проект. Он представляет собой тонко исполненный черной тушью рисунок, наклеенный на лист картона, на котором внизу сделана надпись: «Проект рисунка первой русской почтовой марки, представленный Ф. М. Кеплером 21 октября 1856 года».

Как появилась первая русская марка? Кто был инициатором ее введения? Кто такой Ф. М. Кеплер? Когда были введены в обращение почтовые марки в России? Каков их тираж? На эти вопросы мы и ответим.

Русские почтовые марки с самого рождения пользовались популярностью у филателистов. Но мало кто знал историю их рождения. Некому было рассказать о ней филателистическому миру. Своих филателистов в России почти не было, а иностранцы больше думали о коммерческой стороне дела, чем об истории марок. Благодаря усилиям советских филателистов - исследователей, таких, как Б. Каминский, В. Лобачевский и др., прояснились многие факты из истории первых русских марок. Разыскиваются интересные документы, ранее скрытые в недрах архивов, устанавливаются имена первых художников и инициаторов введения марок, уточняются их тиражи и даты выпуска.

И здесь нам не обойтись без упоминания об А. П. Чаруковском, управляющем перевозками почт по железным дорогам. В начале 50-х годов прошлого века он был послан за границу изучать опыт перевозки почты по железным дорогам. Объехав за год многие страны, Чаруковский привез не только сведения об использовании железных дорог для перевозки почты, но и о применении почтовых марок. Прошло, однако, более трех лет после его возвращения из командировки, пока Почтовый департамент заинтересовался его отчетом о почтовых марках. А толчком к этому послужили сообщения из различных стран о прибыльности почты в связи с выпуском марок.

Чаруковского попросили представить подробный доклад о штемпельных конвертах и марках, применявшихся за границей. Он составил его и подробно описал способы изготовления и применения, гашения и продажи марок. Он писал, что введение марок в России было бы весьма удобным для населения, а прибыль от их продажи с избытком покрыла бы расходы на изготовление. Он предлагает ввести круглые марки, так как, по его мнению, марки прямоугольные, неаккуратно наклеенные на конверт могут задеть за ящик или другие письма и отклеиться. Описал он и машину для перфорирования, которая окружает каждую марку непрерывным рядом небольших отверстий, так что их можно без ножниц легко отрывать одну от другой. Не оставил он без внимания и вопрос о номиналах марок, предложив их изготовлять в 10, 20 и 30 коп. серебром соответственно за 1, 2 и 3 лота веса. Чаруковский советовал для марок использовать бумагу с шелковыми нитями, а для предотвращения подделок делать ее с водяными знаками.

Вопрос о выпуске марок был решен Министерством финансов положительно, и Экспедиция заготовления государственных бумаг (ЭЗГБ) стала готовиться к изданию марок. По эскизам управляющего типографским отделением ЭЗГБ Я. Рейхеля были выгравированы два штемпеля для печатания марок. Были сделаны пробы. Как же выглядели первые образцы русских «штемпельных марок»?

Оба типа марок имели форму круга диаметром 28,5 мм.

Первый тип: во внутреннем круге на фоне перекрещивающихся линий изображен двуглавый орел с двумя почтовыми рожками над ним, по кругу надпись: «10 коп: за лот». Буквы надписи цветные вверху, белые внизу.

Второй тип: во внутреннем круге на фоне пересекающихся линий изображена голова Меркурия с двумя почтовыми рожками под ней. По кругу подписи те же, что и у первого типа.

Оба типа проб были отпечатаны в четыре цвета. По две пробы каждого цвета были погашены. Пробные «штемпельные марки» направляются на заключение Чаруковскому. Он не бракует марки, предложенные Я. Рейхелем, но предлагает подвергнуть их такой доработке, которая, по существу, отвергает их.

В чем же суть предложений Чаруковского? Прежде всего он рекомендует герб вырезать так, чтобы при оттиске он давал рельефное изображение, считая, что это сделает невозможным подделку марок. Рекомендует он и в верхней части сделать надпись: «почтовая марка». Меняя свое мнение относительно формы марок, он предлагает их выпускать прямоугольными, а также предлагает формат марок сделать таким, чтобы на листе помещалось 100 марок. Он как раз вернулся из новой командировки за границу и дает дельные предложения и о качестве бумаги и о сорте клея для оборотной стороны марок.

И вот уже в октябре 1856 г. в типографии ЭЗГБ печатается 45 пробных марок различных типов. Они круглые, в одну и две краски. Некоторые имели перфорацию вокруг рисунка.

Однако, судя по тому, что новый тип марки мало чем отличался от ранее предлагавшихся двух (в принципе, это был тот же государственный герб на фоне штрихов в круге), чувствовалось, что работа, если и не зашла, то заходит в тупик. И кто знает, чем кончились бы поиски и какой стала бы первая русская марка, если бы не старший гравер ЭЗГБ Федор Михайлович Кеплер. Он предложил свой образец марки. Рисунок полностью воплощал идеи Чаруковского и соответствовал его требованиям. Было решено марки изготовлять номиналами 5, 10, 20 и 30 коп., для всех марок приняв один общий рисунок, чтобы марки разного достоинства различались лишь по цвету и надписям.

Почтовый департамент одобрил образцы, за исключением марки в 5 коп. Печатание было поручено ЭЗГБ. Всего за два месяца был изготовлен 51 пробный оттиск как на простой бумаге без водяного знака, так и на специальной бумаге с водяным знаком - цифрой «1». Необходимость в таком количестве проб была обусловлена не только тем, чтобы подобрать бумагу и отработать технологию печати. Прежде всего нужно было подобрать цвета марки. А это было нелегко. К сожалению, пока не найдены документальные данные о цветах 51 пробы. Но те 20 цветных проб, которые известны коллекционерам и хранились у известного филателиста А. Фаберже, позволяют говорить об упорных поисках в этом направлении. Одновременно проводились и работы по гуммированию. Но, несмотря на все принятые меры, подготовительный период слишком затянулся. Главная задержка была в медленном поступлении оборудования, заказанного за границей. Типографские станки, прессы и перфорационная машина прибыли с большим опозданием. Все это задерживало выбор окончательного варианта цвета.

Наконец, из многочисленных проб Почтовый департамент отобрал три:

для 10-копеечной марки - коричневая с синим центром,

для 20-копеечной - синяя с оранжевым центром,

для 30-копеечной - карминовая с желтовато-зеленым центром.

Марки этих цветов были отпечатаны по одному экземпляру на отдельных листах и представлены для окончательного утверждения.

Сейчас утвержденные образцы первых

Закладка:

Надписи есть и под каждой из марок: под коричневой маркой с синим центром - «образец цвета марки в 1 лот»; под синей маркой с оранжевым центром - «образец цвета марки в 2 лота»; под карминовой с желтовато-зеленым центром - «образец цвета марок в 3 лота».

Типография Экспедиции заготовления государственных бумаг приступила к тиражированию новых знаков почтовой оплаты и вскоре в типографском отделении скопилось солидное количество готовых 10-копеечных марок. Они были без зубцов.

Перфорационная машина, заказанная в Венской придворной типографии, к тому времени еще не поступила. А когда ее привезли, то убедились, что быстро ее наладить не удастся. Решено было выпустить часть тиража 10-копеечных марок без зубцов (их выпустили 3 млн. экземпляров), а когда устранили дефекты в машине, стали поступать и марки с перфорацией. Необходимость обеспечить почтовые конторы 10-копеечными марками привела к задержке выпуска марок высоких номиналов. Первые их партии были переданы в Почтовый департамент лишь в конце января.

Специальная инструкция предписывала почтовым конторам немедленно по получении марок открыть их продажу, взимая за письма по действующей весовой таксе: за 1-лотные письма по 10 коп., за 2-лотные - по 20 коп., за 3-лотные - по 30 коп. С 1 января 1858 г. (а в Сибири, на Кавказе и в Закавказье с 1 марта) простые частные письма по стране отправлялись только с почтовыми марками, которые гасились крестообразным перечеркиванием. Однако письма - денежные, страховые, со вложением ценных вещей, письма, следующие при посылках, письма за границу и письма, адресованные на имя «Высочайших особ», должны были по-прежнему посылаться без марок - за установленную плату.

Первое из сообщений о введении почтовых марок печатается в газетах 18 декабря 1857 г. в «Лифляндских губернских ведомостях», а уже к последним числам месяца о нововведениях стало известно в большинстве губерний европейской части России. Причем в ряде губерний одновременно с такими объявлениями началась и продажа марок. И здесь всех опередила далекая Вятка, где продажу марок начали 23 декабря 1857 г.

Сообщения о том, что марки начали продаваться до 1 января 1858 г., т. е. до официального начала их почтового обращения, опубликованы также в газетах Олонецкой, Витебской, Казанской, Могилевской губернии.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что ряд коллекционеров являются обладателями редчайших конвертов с первыми русскими марками, погашенными в декабре 1857 г.

Дело в том, что в Санкт-Петербурге было решено продажу марок организовать не только на почтамте, но и в крупнейших магазинах, расположенных в центре города. Об этом нужно было договориться с хозяевами магазинов, передать им необходимые количества марок, послать извещения в газеты. Но самое главное: если в губернские почтовые конторы были отправлены лишь 10-копеечные марки, не дожидаясь 20- и 30-копеечных, то в столице было решено пустить в продажу сразу все три номинала. Однако вскоре стало ясно, что 20- и 30-копеечные марки до конца года получены быть не могут. И, хотя с опозданием, но 10-копеечные марки были пущены в продажу. И до 1 января 1858 года в Петербурге их было продано около 8 тыс. штук.

В Москве в декабре 1857 г. не было продано ни одной марки. Произошло это потому, что в самый последний момент почт-директор Московского почтамта внес предложения об изменении правил применения марок на местах. Он боялся, что служащие сельских почтовых станций могут не разобраться в способах применения марок и предлагал на такие станции марок не посылать. Почтовый департамент предложение Московского почтамта отклонил. Но время было упущено.

Так делала первые шаги почтовая марка в России, робкие и неуверенные. Официальным сроком введения в почтовое обращение первой русской марки в европейской части России надо считать 1 января 1858 г., а первым днем ее продажи населению - 23 декабря 1857 г., документально установленным как наиболее ранним. Хотя первая почтовая марка отпечатана тиражом в 3 млн. экз., встречается она довольно редко, и это не удивительно. Марки прошлых лет сохраняются лишь в альбомах коллекционеров, а их в середине девятнадцатого века было совсем мало.

Марка шагает по России

Подготовка к введению почтовых марок велась так кропотливо, что, казалось, ничто не сможет помешать их быстрому распространению. Но не успели еще дойти до адресатов ответы на первые письма с марками, как в почтовое ведомство посыпались жалобы от почтовых чиновников и населения. Многочисленные претензии вызвало то, что марки отклеивались от конвертов. Причину установили быстро. Бумага, которую так долго подбирали и тщательно отливали, оказалась слишком жесткой и толстой. А небольшое количество клея на оборотной стороне марки не могло обеспечить надежного крепления ее к конверту. Марки легко «отскакивали» от конвертов и оставались лежать в почтовых ящиках. Письма складывались в почтовых конторах, не доходя до адресатов. Появились злоупотребления. Некоторые почтовые чиновники снимали марки с писем и наклеивали их вторично, присваивая деньги, полученные от отправителей.

Было решено печатать почтовые марки на более тонкой бумаге и использовать клей лучшего качества. Опробованию подвергаются различные сорта тонкой бумаги с водяными знаками и без них. Испытывается и берлинская бумага. Она хоть и тонкая, но оказалась жестковатой для марок. Решено на ней печатать 10-копеечные марки, а 20- и 30-копеечные - на старой бумаге. Это была последняя партия марок первого выпуска на бумаге с водяными знаками в виде цифр. Затем марки печатаются на бумаге, присланной из Берлина. Она без водяного знака. И когда витебский губернский почтмейстер получил марки второго выпуска, это обстоятельство вызвало его подозрение. Продажа марок была запрещена и в почтовый департамент бдительный чиновник отправил запрос. Правда, он вскоре получил успокоительный ответ. И во все конторы было сообщено о новом выпуске на бумаге без водяного знака во избежание подобных недоразумений.

Первые почтовые марки гасили на письмах, как и предложил почтовый департамент, - перечеркивая их крестообразно. Одновременно ставился старый штемпель с обозначением места и даты отправления, а затем и получения письма. Иногда дата ставилась и пером. Однако с введением почтовых марок выяснилось, что старый способ гашения имеет много недостатков. Слабо державшиеся марки при перечеркивании легко отрывались. Перечеркнутую марку можно было снова приклеить на другое письмо, легко и незаметно подделав гашение. Кроме того, чернильное гашение легче было удалить с марки, чем штемпельное. Все это вызвало беспокойство почтовой

Закладка:

Старые штемпеля (теперь их можно назвать штемпелями домарочного периода) были четырех основных типов: прямолинейные в одну-три строки, прямоугольные в рамке, овальные и круглые. 31 мая 1858 г. вышло указание для гашения марок взамен старых употреблять новые, номерные точечные штемпеля, которые должны быть вскоре высланы на места. Существуют шесть типов этих почтовых штемпелей: круглые для Москвы, Петербурга и губернских городов, прямоугольные для уездных городов, овальные для пограничных почтовых контор, шестиугольные с острыми углами вверху и внизу для железнодорожной почты, шестиугольные с острыми углами по бокам для местечек и сел, шестиугольные с одним острым углом вверху для почтовых станций на дорожных трактах.

Однако еще длительное время многие почтовые конторы пользовались старыми штемпелями. На письмах того периода можно встретить своеобразное комбинированное гашение: штемпель рядом с крестообразным гашением пером. Иногда штемпель ставился на обратную сторону письма.

Еще одно сказанье

Есть в моем альбоме еще одна марка из разряда первых. Она положила начало маркам для оплаты заграничной корреспонденции. Еще в 1852 г. Пруссия предложила России ввести оплату пересылки корреспонденции между этими странами с помощью почтовых марок. Однако российская почта не была готова к проведению подобных почтовых реформ и не заинтересована в использовании марок. Не был решен вопрос с франкированием иностранной корреспонденции и тогда, когда вводились марки для использования внутри России. Одним из основных препятствий этому, вероятно, стало то, что почта потеряла бы верный доход. Ведь по существующим правилам при подаче заграничного письма отправителю тогда выдавались специальные расписки, за которые взимался 5-копеечный сбор. С введением марок письма можно было просто бросать в почтовый ящик и обходиться без расписок.

Поэтому с введением марок для заграничной корреспонденции решили не торопиться, пока население не привыкнет к такому виду оплаты писем. Однако население сразу же убедилось в преимуществе предварительной франкировки писем и стало высказывать претензии почте (даже через газеты), медлившей с введением новшества при отправке корреспонденции за рубеж.

В 1863 г. Почтовый департамент подготовил документ, в котором обосновываются преимущества почтовых марок при оплате корреспонденции и предложил несколько способов возмещения потерь при отказе от 5-копеечного сбора при введении марок для заграницы.

Предполагалось для заграничной корреспонденции использовать те же марки, что и для внутренней корреспонденции. Однако применявшихся тогда 10-, 20- и 30-копеечных марок было бы недостаточно. Нужны были новые номиналы. Поэтому приняли решение изготовить марки номиналами 1, 3 и 5 коп. (последняя должна была служить и для писем, пересылаемых по городской почте).

В начале марта 1864 г. эскизы марок (их автором стал Ф. М. Кеплер) поступили в Почтовый департамент. А через три месяца после некоторой их доработки марки были отпечатаны. Их было выпущено: 1-копеечных - 1 млн., 3-копеечных - 0,5 млн. и 5-копеечных - 0,7 млн. экземпляров.

Рисунок марок был одинаков - государственный герб в овале на фоне мелких цифр (единиц - на 1 -копеечной марке, римских и арабских троек - на 3-копеечной марке и римских пятерок на 5-копеечной марке). Основные рисунки черного цвета были выполнены на лимонно-желтом (1-копеечная марка), на зеленом - (3-копеечная марка) и на светло-розовом (5-копеечная марка) фоне.

Уже в июле 1864 г. газета «Биржевые новости» сообщает, что новые марки поступили в продажу и ими можно пользоваться при отправке за границу простых писем, бандерольных отправлений и образчиков товаров.

В первое время потребность в новых марках оказалась невелика, так как многие предпочитали отправлять письма, пользуясь старым проверенным способом (сдавая их на почту).

В последующие годы почтовые связи с заграницей расширялись и совершенствовались. Это привело к уменьшению и упрощению тарифа на заграничную корреспонденцию. Но марки, введенные для нее, так и вошли в историю русской почты как первые знаки почтовой оплаты для зарубежной корреспонденции. Нельзя сказать, что они редки, но письма, франкированные ими, представляют большой интерес.

Дело в том, что в первые годы после введения новой системы оплаты, чтобы отметить заграничную корреспонденцию, на каждое письмо ставился особый штемпель. Назначение этих штемпелей состояло в том, чтобы уведомить почту другой страны о необходимости взыскать с получателя дополнительную плату или сообщить, что плата внесена полностью. В связи с этим на каждое полностью оплаченное письмо ставился штемпель «Franco», а на письма, нуждающиеся в доплате, - «Unzureichen fran-kirt» и на письма, совсем неоплаченные, - «Рогто» с указанием суммы, которую следовало получить с адресата.

Знакомьтесь еще с одной маркой

Представляю вам еще одну марку из старого альбома. В ее центре герб Финляндии, увенчанный короной, почтовые рожки, по бокам герба русским и латинским шрифтом дан номинал - 5 коп.

Название страны не указано. И если бы не характерный финляндский лев на гербе, принадлежность марки не легко было бы установить. Да, это первая марка Финляндии. Но какое она имеет отношение к русской почте? Самое прямое. В результате русско-шведской войны 1808 - 1809 гг. территория Финляндии была присоединена к России. Великое княжество Финляндское пользовалось некоторыми привилегиями, среди них и правом на организацию собственной почты. Весь ее доход поступал в финляндскую казну, что определяло фактическую независимость почтовой службы.

В Финляндии раньше, чем в России, пришли к выводу о необходимости проведения преобразований на почте. Многое из того, что вводил у себя Почтовый департамент, предварительно было уже опробовано финскими почтовиками. Так было с выпуском штемпельных конвертов в 1845 г., то же повторилось и с почтовыми марками.

Хотя введение штемпельных конвертов облегчило работу почты и принесло много удобств клиентам, вскоре появились новые вопросы. Пересылку пакетов, бандеролей, заказных и ценных писем, денежных переводов по-прежнему приходилось оплачивать наличными. Это было неудобно. Выявились и другие недостатки, избежать которые можно было лишь с помощью универсального знака почтовой оплаты, используемого для всех отправлений. Финская почта ощущала эти неудобства так же остро, как и российская. Однако почтовая администрация Великого княжества Финляндского была более решительной и менее консервативной, чем чиновники Почтового департамента. И когда в России только начали думать над решением практических вопросов использования почтовых марок, финны уже готовились к их выпуску.

Первые марки Финляндии увидели свет 1 марта 1856 г. Эмиссия состояла из двух марок номиналом 5 коп. (для внутренней корреспонденции) и 10 коп.

Закладка:

Номинал на первых выпусках указывался только в русских денежных единицах. Это было связано с тем, что русские деньги официально находились в обращении на территории Финляндии с 1840 г. До той поры здесь в основном обходились шведскими. Однако спустя 20 лет встал вопрос о введении собственной денежной единицы. Это было вызвано падением курса русского рубля, из-за чего финский банк терпел немалые убытки. В 1861 г. в Финляндии решено было ввести новую денежную систему, основу которой составляла серебряная марка, разделенная на 100 пенни.

Введение собственной денежной единицы - большое событие. Почему же оно не получило отражения в почтовых марках?

Оказалось, что финский банк не подготовился к введению новых денег. Первые финские банкноты появились в обращении лишь в 1863 г., а монеты и того позже. Лишь после того, как в 1864 г. в Хельсинки было закончено строительство монетной фабрики, здесь началась чеканка собственной монеты. Вслед за этим в 1865 г. в Великом княжестве изымаются из обращения русские деньги. Но в губерниях, граничащих с Россией, они обращались еще длительное время.

Ясно, что в таких условиях не было смысла выпускать почтовые марки в новых единицах. Только после того, как новые деньги распространились по всему княжеству и население начало пользоваться ими, стал целесообразным выпуск в обращение и новых марок. Первые марки с номиналом, указанным в финских денежных единицах, появились в 1866 г. А в 1875 г. Финляндия вступает во Всемирный почтовый союз и в том же году появляется новый выпуск финских марок. Впервые на них появляется наименование страны - Suomi.

Сегодня марки Финляндии первых выпусков довольно большая редкость. Даже на крупнейших выставках не всегда удается встретить хорошую коллекцию первых марок Великого княжества Финляндского. Интерес среди них вызывают марки 1856 г. на конвертах. Ведь почтовые гашения, отметки, специальные значки очень многое могут рассказать опытному филателисту.

Подлинной редкостью первого выпуска считается «тет-беш». В те годы некому было интересоваться диковинным расположением марок, потому таких до нас дошло крайне мало. Филателисты середины прошлого столетия еще не понимали, какую ценность для их потомков будут представлять перевернутые одна относительно другой марки.

Незнакомка из Тифлиса

Скромная, неказистая марка. Она без зубцов. Выполнена бесцветной рельефной печатью (конгревное тиснение). В середине марки - герб города Тифлиса (ныне Тбилиси), над которым помещен двуглавый орел с опущенными вниз крыльями. Герб заключен в тонкий круг, который вписан в двойную квадратную рамку. На рамке надпись: «Тифлис: городе: почта 6 коп:» В углах между рамкой и кругом помещены по два скрещивающихся почтовых рожка. Марка уникальна. Ведь ее нет пока даже в Государственной коллекции почтовых марок, хранящейся в Центральном музее связи имени А. С. Попова.

Об этой марке заговорили в 80-х годах прошлого столетия. Прошло уже достаточно времени со дня выпуска государственных почтовых марок России. Пополнились коллекции филателистов и разнообразными земскими марками. Вот и о таинственной незнакомке вспомнили скорее всего потому, что до кого-то из филателистов дошли слухи о существовании в Тифлисе почтовой марки городской почты. Начались поиски, которые долгое время не давали результатов. То ли велись они недостаточно энергично, то ли по каким-то другим причинам, но следов тифлисской марки обнаружить не удавалось.

Включились в поиски иностранцы. Как было пройти мимо такого факта… Находки марок Британской Гвианы и Гавайев, острова Маврикия и других раритетов многому научили филателистов и торговцев. И главное - бдительности. Каждый слух нуждался в проверке, каждый архив - в изучении, каждый конверт - в осмотре. Не обрати на него внимание - погибнет открытие, поленись порыться в бумагах - пропадет уникум…

Издатель бельгийского филателистического журнала «Timbre post» Моэнс посылает в 1884 г. директору Тифлисского почтамта письмо с просьбой рассказать что-либо о загадочной марке. Ответ из Тифлиса не дал никакой новой информации. Директор почтамта писал, что марка городской почты в Тифлисе существовала, однако ему не известно, где она была изготовлена и какое время находилась в обращении.

Поиски зашли в тупик. О редкостной марке не то чтобы забыли, но долгое время ничего не слышали. К возможности ее существования стали относиться так же, как наши современники к версии об открытии снежного человека.

И вдруг в 1913 г. обнаруживается марка. Филателистический мир взбудоражен находкой… Ее приобретает К. К. Шмидт, обладатель одной из лучших коллекций в России, большой знаток русских государственных и земских почтовых марок. Шмидт энергично принимается за розыск материалов об уникальной находке. Но ни частные запросы, ни обращения к старожилам, ни объявление в тифлисской газете с обещанием вознаграждения результатов не дают. А тут еще начинается мировая война. Людям становится не до марок…

Только через десять лет смог К. К. Шмидт продолжить поиски. В 1924 г. он помещает в журнале «Советский филателист» статью о марке Тифлисской городской почты, в которой коротко излагает историю поисков марки, дает ее описание, фотографию и приводит доказательства того, что марка Тифлисской городской почты не может быть ни земской, ни частной, а должна быть отнесена к разряду «государственных марок городской почты».

В 1929 г. в журнале «Советский коллекционер» № 1 - 3 появилась статья филателиста из Баку С. Кузовкина «Забытая филателистическая уника», который сумел разыскать первые официальные данные о загадочной марке. В «Кавказском календаре» на 1858 г., изданном наместником на Кавказе (г. Тифлис, 1857 г.), были напечатаны «Правила для городской почты в Тифлисе и развозки на дом журналов и газет», которые гласили, что при Тифлисской губернской почтовой конторе учреждено особое отделение городской почты, и в нем продаются особые бумажные штемпельные печати, имеющие свойства облатки, с платою за каждую по 6 коп. К каждому письму, посылаемому по городской почте, должна быть приклеена одна такая штемпельная печать, удостоверяющая, что письмо оплачено.

Правила, например, предупреждали, что доставка корреспонденции в Коджоры [1] и оттуда в город будет оплачиваться особо, для чего на каждое письмо следует приклеить три штемпельных печати по 6 коп.

[1 В Коджорах, в 12 верстах от Тифлиса, находилась летняя резиденция наместника.]

С. Кузовкин раскрывает многие тайны тифлисской марки.

Он объясняет, почему она названа «штемпельной облаткой»,

Закладка:

Советские филателисты-исследователи и в последние годы Б. Каминский нашли много интересных материалов, проливающих свет на историю происхождения тифлисских марок.

Оказывается, что в газете «Кавказ» от 20 июня 1857 г. сообщалось о решении кавказского наместника открыть при почтовой конторе Тифлисской губернии отделение городской почты.

Газета от 14 июля поместила еще одно сообщение о том, что между Тифлисом и Коджорами открывается экипажно-почтовое сообщение. Условия пересылки корреспонденции на линии Тифлис - Коджоры, как и на всей Тифлисской городской почте, определялись «Правилами для городской почты в Тифлисе и развозки на дом журналов и газет». Сами правила, как сообщала газета «Кавказ» от 20 марта 1858 г., были утверждены 14 июня 1857 г.

Поэтому почтовые марки Тифлиса можно считать первыми официальными марками, выпущенными в России.

Кроме того, были найдены ответы на многие вопросы биографии «русской уники». Коллекционеры узнали имя «отца» тифлисской марки. 22 июля 1856 г. кавказским наместником назначается князь Барятинский, заменивший на этом посту генерала Муравьева. В наследство ему достается почтовая служба, находившаяся в плачевном состоянии. 10 апреля 1857 г. наместник назначает управляющим почтовым округом энергичного, деятельного Николая Семеновича Каханова. Благодаря его кипучей деятельности в короткое время в работе Тифлисской городской почты произошли заметные перемены. Всего за два месяца были проведены не только реформы в организации Тифлисской почты, но и выпущены почтовые марки.

Предполагается, что автором рисунка тифлисских марок также является Н. Каха-нов либо эскизы их были по его поручению подготовлены почтмейстером Тифлисской губернской почтовой конторы П. Фогелем.

Тщательное изучение рисунка марки подтвердило его идентичность рисунку штемпеля общегосударственных конвертов.

Внутри круга штемпеля общегосударственных конвертов помещен герб Российской империи, на марках Тифлисской городской почты - герб Тифлиса. Внутри круга на штемпеле есть изображение перекрещивающихся почтовых рожков - знак принадлежности конвертов почтовому ведомству. На марках Тифлиса стилизованное изображение почтовых рожков помещено в углах между кругом и внутренней квадратной рамкой.

Текст на штемпелях конвертов размещен в наружном кольце, охватывающем изображение. Надпись на марке тоже обрамляет изображение и расположена между наружной и внутренней рамками.

Несомненно, что штемпели государственных конвертов служили образцом для создателей марки Тифлисской городской почты. Подтверждением тому служит и расшифровка «странного» номинала марки.

Согласно «Правилам для городской почты в Тифлисе», утвержденным 14 июня 1857 г. наместником, для доставки писем в пределах города устанавливается тариф - 5 коп. Тариф для пересылки корреспонденции в Коджоры из-за сложных дорожных условий в гористой местности устанавливался в 15 коп. При исчислении его к стоимости отправления иногороднего письма (10 коп.) была добавлена стоимость пересылки внутри города (5 коп.). Почему же тогда номинал марки 6 коп.? Оказывается, и в этом случае авторы тифлисских марок поступили по аналогии со штемпельными конвертами. В номинал марки был включен и сбор за их изготовление. Так определялась цена марок Тифлисской городской почты (5 коп. + 1 коп.= = 6 коп.).

И еще одно интересное предположение. Изучая сведения о продаже и потреблении общегосударственных марок низких номиналов в

Закавказье, исследователи обратили внимание на отсутствие в официальной печати сведений об изъятии из обращения марок Тифлисской городской почты. Анализ официальных сведений о деятельности почты на Кавказе привел к мысли, что марки Тифлисской городской почты, очевидно, находились в обращении до полного исчерпания тиража в течение 7 - 8 лет с момента выпуска. Следовательно, новая дата окончания обращения тифлисских марок - 1865 - 1866 гг.

Но как же могло случиться, что находившаяся так долго в обращении марка выпала из поля зрения филателистов и сохранилась в нескольких экземплярах?

Свою роль в этом сыграли особенности почтового обращения марки. Она предназначалась для обслуживания Тифлиса и Коджор. Сфера действия марки не выходила за пределы Кавказа и Закавказья. Поэтому наместник не считал нужным информировать о них кого-либо. Это одна из причин, что марки долгое время были загадкой для филателистов.

Кроме того, филателия в 60-х годах прошлого века не получила еще широкого распространения. В Закавказье в те годы и вовсе не было коллекционеров. А жителям Тифлиса и Коджор, видимо, не пришло в голову сохранить на память желтовато-белые кусочки бумаги с бесцветным рельефным изображением герба. Марки терялись, выбрасывались, уничтожались вместе с ненужными старыми бумагами и было невдомек, что этим клочкам бумаги суждено стать раритетами мировой филателии.

Первая польская

Встречалась ли вам такая марка: белый государственный герб России с почтовыми рожками внизу (эмблема почтового ведомства) в окружении овальной цветной рамки с надписью «10 коп. за лотъ» на щите, покрытом мантией с царской короной, под которой надпись по-польски «Za lot kop. 10». Это первая почтовая марка Польши.

Она не случайно хранится в альбоме рядом с первыми русскими марками.

В середине XIX в. на карте мира не было самостоятельного Польского государства. Территория страны была разделена захватившими ее несколькими европейскими государствами. Царством Польским называлась русская часть Польши, пользовавшаяся некоторой автономией. Польская почта длительное время подчинялась Почтовому департаменту в Петербурге. Лишь в 1858 г. после назначения нового наместника в Варшаву - князя Горчакова - появились надежды на проведение реформ. Из столицы империи в Варшаву были переведены некоторые административные учреждения, ведавшие делами Польши.

С 1 сентября 1858 г. в ведение наместника перешла почта. Это позволило провести ряд реформ почтовой службы и поставить вопрос о выпуске собственных знаков почтовой оплаты.

Почтовое управление Царства Польского представило Административному совету доклад, в котором обосновало необходимость замены русских марок польскими. По проекту они должны были отличаться от русских знаков почтовой оплаты главным образом надписью на польском языке. Правда, и специальные польские конверты и марки должны были применяться только в границах Царства Польского. Письма, франкированные польскими марками, отправленные из других районов России, относились к категории неоплаченных. Доставка их адресатам не должна была производиться.

Эти реформы обосновывались необходимостью установления контроля за почтовыми доходами Почтового управления Польши.

Согласие Административного совета было вскоре получено и уже с конца 1858 г. местная почта Варшавы начала применять штемпельные конверты. Некоторые из них сейчас крайне редки. Их можно встретить лишь

Закладка:

В Почтовом департаменте столицы проекты были рассмотрены, но ни один не получил одобрения. Автор рисунков, понимая, что марка предназначена к обращению на территории Польши, старался подчеркнуть ее национальный характер. На одном вместо русского текста - надпись «Marka pocztowa», на другом в центре нет царского герба, а выделяется по-польски надпись «Za Lot 10 Kopiejk». Видимо, эти особенности проекта первой польской почтовой марки не понравились чиновникам

Почтового департамента. Было указано, что польская марка не должна существенно отличаться от марок российских. Не допускалось на марке помещать какой-либо рисунок, кроме герба. Вскоре был подготовлен новый эскиз. Князь Горчаков разрешил пускать его в работу. Клише заказали знаменитому варшавскому граверу Хенрику Майеру. Одновременно хлопотали об изготовлении специальной бумаги и станков для печатания марок. Заказ на бумагу был размещен на фабрике в Озер-не, недалеко от Варшавы. Предлагалось изготовить для марок специальную бумагу, хоть и без водяного знака, но очень высокого качества. Правда, ожидаемого качества достичь не удалось. Бумагу сделали в срок, однако она не удовлетворяла всем требованиям полиграфистов.

Для печатания марок был изготовлен специальный станок. Сконструировал его один из лучших механиков прошлого века И. А. Стаффель. Станок отличался таким совершенством, что спустя многие годы вызывал восхищение специалистов. Основное его достоинство было в том, что на нем можно было печатать двумя красками без перемещения бумаги с места на место. Одновременно станок позволял в процессе печатания вести контроль и разбраковку листов.

Хенрик Майер изготовил два клише: первое для изображения в розовом и второе - в синем цвете. Основные приготовления были закончены. Печатание марок поручили типографии польского банка в Варшаве. Станок И. Стаффеля позволял печатать по 12 тыс. марок в час.

Печатание марок близилось к концу. Польская почтовая администрация специальным циркуляром известила население о порядке введения в обращение первой польской марки. Сообщалось, что марки начнут продаваться с 1 января 1860 г. Одновременно в циркуляре отмечалось, что марки России и штемпельные конверты будут оставаться в обращении вплоть до 13 марта 1860 г.

Долгие годы вопросы выпуска первых польских марок вызывали многочисленные споры. Откройте «Каталог почтовых марок бывшей Российской империи, РСФСР и СССР за 1924 г.» под редакцией Ф. Чучина. На странице 15 читаем: «1860 - 4 марта. Четвертый выпуск специальный для Польши»… Так когда же - 1 января или 4 марта нужно отмечать день рождения «Польши № 1»? После долгих споров и поисков установили 1-го января.

А причем здесь 4 марта? Что связано с этой датой? Одно время было распространенным мнение, что подготовка первой польской марки велась второпях и вопрос о введении ее в обращение якобы не был согласован с Главным почтовым управлением в Петербурге. Некоторые исследователи даже называли дату - 16 марта 1860 г., когда Главное управление задним числом утвердило решение наместника князя Горчакова. Правда, в работах историков польской марки эта дата не подтверждалась никакими документами. И вообще до последнего времени не было известно никакого официального документа, утверждающего проект или разрешающего выпуск польских марок. Лишь в 1966 г. известному польскому исследователю А. Снежко удалось с помощью сотрудников музея связи им. А. С. Попова в Ленинграде разыскать такой документ. Это «Общий циркуляр по Главному почтовому управлению» № 55, изданный 4 марта 1860 г. В нем содержится распоряжение о введении почтовых марок и гербовых конвертов в Царстве Польском. Об этом циркуляре, видимо, знал Ф. Чучин и назвал дату его издания как дату официального разрешения на выпуск в обращение польских марок. В действительности же марки поступили в продажу 1 января. Вообще стоит отметить, что хотя историей первой марки Польши занимались многие выдающиеся филателисты, она таит еще много загадок. Вызвано это многими причинами, связанными и с особенностями обращения самих марок, и с условиями работы польских коллекционеров. Первые польские марки находились в обращении сравнительно короткое время. 1 апреля 1865 г. они были изъяты из обращения. Специальная комиссия конфисковала в Варшаве печатные машины, штемпеля, матрицы, клише и оставшиеся нераспроданными марки и конверты. 13 мая 1865 г. в присутствии членов комиссии было уничтожено более 200 тыс. марок, изъятых из почтовых отделений, и жители Царства Польского вновь были обязаны пользоваться почтовыми марками царской России.

Изъятие из обращения первой польской марки было следствием поражения восстания 1863 - 1864 гг. После его подавления царский гнет усилился, пресекались любые попытки возобновления реформ, начавшихся при Горчакове. Самостоятельность Почтового управления Царства Польского была ликвидирована.

Среди тех, кто посвятил многие годы изучению первой польской марки, следует назвать служителя музея почты в Варшаве В. Поляньского. Он начал систематическое исследование марки еще в начале XX в. Главное внимание коллекционер сосредоточил на изучении почтового обращения марок на территории Польши, для чего стал собирать миниатюры, погашенные в разных концах страны. Очень скоро выяснилось, что это не простая задача. Каждое почтовое отделение Польши имело свой оригинальный штемпель. Часть из них были круглые из четырех концентрических кругов, внутри которых располагалась цифра - номер почтового отделения. Иногда внутри штемпеля вместо цифры помещалась литера. Изредка на штемпелях было полное название почтового отделения. В период обращения первой марки в Польше действовало 332 отделения.

Несмотря на многолетний труд, В. Поляньский так и не смог собрать марки, погашенные всеми почтовыми отделениями Польши. Впоследствии другой выдающийся коллекционер польских марок В. Рахманов также пытался решить эту задачу. Но и он потерпел неудачу. В коллекции В. Рахманова, которая хранится в Нью-Йорке, собраны 287 гашений из 332. Это все, чего удалось достичь в результате упорных поисков на протяжении нескольких десятилетий.

Но огромная исследовательская работа В. Поляньского не пропала даром. Архивные изыскания, начатые им в 1912 г. в Петербурге, после многих лет трудных поисков в различных хранилищах были закончены в 1920 г. Материал, собранный коллекционером, был настолько интересен, что В. Поляньский решил опубликовать его в виде книги. Тем более, что поиски принесли В. Поляньскому огромную удачу. В одной из антикварных лавчонок, каких в те времена в Польше было великое множество, ему посчастливилось разыскать оригинал матрицы первой польской марки. История находки вкратце такова… Однажды коллекционеру сообщили, что один букинист продает книги из коллекции гравера Майера. Поляньского заинтересовало это сообщение. Когда он пришел в лавочку, то

Закладка:

Несмотря на то что тираж первой польской марки - 3 млн. - не так уж и мал, до филателистов дошло сравнительно небольшое количество экземпляров. К сожалению, первые коллекционеры и исследователи этих марок обращали главное внимание на гашения. Технической стороной выпуска марок практически не занимался никто. И здесь-то как раз таится еще много загадок. Установлено, что было несколько тиражей «Польши № 1» и все они, как оказалось, отличаются в том числе и оттенками цветов. К безусловным раритетам относится чистая беззубцовая марка, известная всего в шести экземплярах. Несмотря на тщательные поиски, пока так и не удалось установить причину появления «беззубцовок». Считают, что среди перфорированных марок случайно попало несколько листов не перфорированных.

Русский Левант

О многом могут рассказать хранящиеся в альбоме и марки с, казалось бы, непонятной аббревиатурой «РОПиТ». А начнем рассказ о них с тех давних дней, когда Оттоманская империя, потеряв свое могущество, превратилась в отсталую окраину. Более сильные страны не преминули воспользоваться этим. Многочисленные представительства и консульства европейских стран обильно заселили города Ближнего Востока или Леванта, как называли этот район в то время.

Иностранное засилие в Турции особенно контрастно отразилось на почтовой связи. Англия, Австрия, Германия и другие страны получили право на организацию собственной службы в Турции. Их почтовые конторы были открыты не только в Константинополе, где находились основные представительства иностранных держав, но и в Бейруте, Смирне, Яффе и многие других городах.

Турецкая почта едва справлялась с доставкой корреспонденции внутри страны. Да и то ее работа вызывала множество нареканий. Письма доставлялись с большими опозданиями, а то и вовсе пропадали. Почтовые чиновники не считали зазорным отклеивать марки от писем и снова продавать их, оставляя выручку себе.

Поэтому отправители предпочитали пользоваться европейской почтой. Италия и Австрия, Германия и Россия, заботясь об интересах клиентов, выпустили специальные марки для своих почтовых учреждений, получившие название марок Леванта.

Организация почты иностранцами и потеря в связи с этим солидных почтовых доходов беспокоили турецкое правительство.

В 1874 г. на Всемирной почтовой конференции Турция вручает представителям европейских государств ноту с требованиями прекратить работу их почт на территории страны. Лишь греческие и египетские почтовые управления вняли просьбам турецкого правительства. Остальные дали Турции энергичный отпор. Не возымело действия и обращение в Международный суд. Иск Турции к европейским странам был признан необоснованным.

Турция решает действовать, рассчитывая лишь на собственные силы. В 1894 г. вдвое снижаются тарифы за доставку корреспонденции с помощью турецкой почты. Не помогает. Тогда в отчаянии турецкое правительство запрещает перевозку иностранной почты по железным дорогам страны. Но и эта мера не дает эффекта. Дело доходит до военного конфликта.

В 1908 г. итальянцы решили вновь открыть некоторые из почтовых контор. Правительство Турции не дало согласия. Турецкие солдаты окружили итальянские почтовые конторы. В ответ Италия направила к берегам Турции военные корабли. Черные жерла пушек уставились в анатолийские холмы. Военный конфликт мог вспыхнуть в любой момент. Но турки отступили.

Слишком неравными оказались силы в «почтовом конфликте». С одной стороны, отсталая, полунищая Турция. С другой - могущественные державы Европы.

Регулярные почтовые связи России с Турцией установились с середины XIII в. Доставка почты была не менее прибыльным делом, чем торговля. За доставку простого письма из Одессы в Константинополь взимали 30 коп. за лот, в то время как за его доставку из одного русского порта в другой - всего 10 коп. Поэтому компании, занимавшиеся обеспечением связи с Ближним Востоком, были заинтересованы в увеличении объема корреспонденции и сокращении вре мени ее доставки. В 1828 г. устанавливается пароходная почтовая связь Одессы с Константинополем, для чего даже специально приобретается пароход.

Особенно быстрое развитие получает пароходная почта для связи с портами Ближнего Востока после создания Российского общества пароходства и торговли (РОПиТ).

РОПиТ получил от правительства монопольное право на обслуживание русской почты в бассейне Средиземного моря и организовал систематические рейсы почтовых пароходов с заходом в главные порты, расположенные здесь.

С появлением почтовых марок их начали применять и русские почтовые учреждения в Турции. Употреблялись марки Российской империи без каких-либо надпечаток. Гасились они круглым штемпелем с названием города или штемпелем в одну строку «Franko». Но вскоре появился ряд обстоятельств, которые предопределили необходимость выпуска специальных марок. Главная причина была в том, что доставка корреспонденции с Ближнего Востока до Одессы и обратно осуществлялась не государственной почтой и подлежала специальной оплате. Кроме того, тарифы на анатолийской линии значительно отличались от внутригосударственных.

Первые почтовые марки русского Леванта появились в 1863 г. Это были крупные знаки почтовой оплаты квадратной формы, отпечатанные синей краской на белой бумаге без зубцов. Марки предназначались исключительно для оплаты бандеролей, отправлявшихся из России на пароходах РОПиТ в турецкие приморские города. Печатались они по 4 штуки в листе. В центре марки - государственный герб, по кругу надпись «Бандерольное отправление на Востокъ. 6 коп. с лота».

В 1865 г. появляются марки оригинального рисунка для почтовой корреспонденции. На миниатюрах нет надписи «Почтовая марка», как было принято в те годы в официальных эмиссиях, но зато броско выделялась аббревиатура «РОПиТ». Не найдете на марках и обозначения номинала.

Однако такса за почтовые услуги была установлена, и марки 1865 г. продавались одна - по 10 пара [1], а другая - по 2 пиастра.

[1 Пара - серебряная монета Турции, в обращении с 1623 г., с 1930 г. используется только как счетная единица, равная 1/40 куруша.]

Последовавшие затем выпуски РОПиТ 1866 и 1867 гг. имели те же особенности. На эти марки распространялось требование Почтового департамента о том, чтобы они по рисунку и по форме отличались от знаков государственной почты. С первых шагов РОПиТ строго придерживался инструкции Почтового департамента.

Однако вскоре почтовый департамент забирает издание почтовых марок для восточной корреспонденции в свои руки. Начиная с четырехмарочной серии 1868 г., марки Леванта получают номинал в копейках и выпускаются с зубцами.

В течение тридцати лет знаки почтовой оплаты для восточной корреспонденции не

Закладка:

Но вот в 1900 г. появляются марки, номинал которых обозначен в турецкой валюте.

Это почтовые марки России 1889 - 1904 гг. с надпечатками восьми различных достоинств от 4 пара до 10 пиастров.

В течение 10 лет корреспонденция оплачивалась такими марками.

В 1907 г. отмечалось 50-летие Российского общества пароходства и торговли.

К юбилею готовились и специальные почтовые марки. Но появились в обращении они лишь два года спустя - в 1909 г. Рисунок - с изображением парохода, внизу - надпечатка номинала в турецкой валюте. Вскоре на юбилейных марках РОПиТ появилась еще одна надпечатка. На сей раз названия 13 различных приморских городов, где находились русские почтовые конторы: Бейрут и Константинополь, Иерусалим и Яффа, Салоники и Смирна…

С началом в 1914 г. первой мировой войны деятельность русской почты в Турции была прекращена.

Загадочный Венден

В моей коллекции имеется и марка с надписью на немецком языке «Венденская окружная почта». Венден… Сегодня почти нигде не встретишь сведений об этой окраине Российской империи. Если бы не альбомы филателистов, так и кануло бы в небытие старое название этого района. Почему же в большинстве каталогов марки Венденского уезда выделяются отдельно? Почему их нет в каталогах земских марок? В чем привилегия Вендена перед знаками почтовой оплаты остальных уездов России?

Откроем 10-й том знаменитого Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона. «Венден [1] - уездный город Лифляндской губернии, по Псково-Рижской жел. дороге, на 461 версте от Петербурга и на 83-й версте от губернского города Риги…

[1 Ныне г. Цесис.]

Здесь начинается так называемая Ливонская Швейцария, и город Венден с развалинами замка составляет чуть ли не лучшую часть ее.

Венденский уезд Лифляндской губернии в южной части ее на границе с Витебской губернией занимает 4.953 кв. версты… Всех жителей в уезде, не считая города, было в 1888 г. 128.858…».

Судя по площади и населению, Венденский уезд был достаточно велик. Но не настолько, чтобы сильно выделяться из остальных уездов России. Были среди них и более обширные и более населенные. Почему же Венденский уезд пользовался привилегией выпуска собственных марок, единственный из уездов западной части Европейской России?

Разгадка, видимо, кроется в истории развития почтовой связи в здешних местах. Государственная почта доставляла корреспонденцию лишь до уездного центра. В 1857 г. уезд по собственной инициативе организовал местную почту, что явилось значительным облегчением для жителей, особенно отдаленных имений. В уезде строятся благоустроенные дороги и ставится вопрос о создании регулярной почты.

В 1859 г. местное самоуправление (крейстаг) поручает уездному исправнику Грюнбландту составление проекта устройства такой почты. Представленный проект предусматривал повышение почтовых сборов, взимавшихся с населения, и введение 2-копеечных марок для оплаты пересылки частных писем и посылок.

Венденско-Валкский крейстаг в 1862 г. одобрил представленный проект, а его комиссия выработала правила «о введении почтовых марок для корреспонденции в уезде». Разрешенные Министерством внутренних дел России правила вступают в силу с 1 января 1863 г. Венденская уездная почта, подчинявшаяся непосредственно исправнику, в дальнейшем передается в ведение почт-директора, назначавшегося из лифляндских дворян.

А марки? Им не повезло. Считается, что заготовленные марки в обращение не поступили из-за малого размера, который не давал возможности использовать их для наклейки поверх бечевки, которой перевязывались пакеты.

Как же выглядели первые местные марки Вендена?

Они были без зубцов, имели форму квадрата, в центре которого располагался стилизованный цветок. Этот цветок был по окружности обрамлен черной надписью на немецком языке «Wendensche Kreis Post», - «Венденская окружная почта». Марки голубого цвета были отпечатаны литографским способом. На миниатюре нет обозначения стоимости.

Первые марки Вендена сравнительно ординарны. Их стоимость невелика. Это и понятно. Ведь практически весь тираж попал в руки филателистов. В 1863 г. в обращение поступили и более крупные марки, представляющие собой горизонтальный прямоугольник с надписью по-немецки «Brief-marke des Wendenschen Kreises» - «Почтовая марка Венденского округа» на одной и «Packenmarke des Wendenschen Kreises» - «Пакетная марка Венденского округа» на другой. Обе марки без зубцов и без номинала продавались соответственно по 2 и 4 коп.

Эмиссии Венденской уездной почты оригинальны и отмечаются рядом своеобразных особенностей.

Только в 1875 г. появились здесь первые марки с указанием номинала - 2 коп. Все марки, выпущенные до этого, не имели указания о номинале.

Вторая особенность марок Вендена в том, что все надписи на них на немецком языке. Лишь в 1901 г. были выпущены знаки с текстом на русском языке. Марки Вендена большей частью содержали лифляндские национальные цвета - красный, зеленый и белый. Местное население, состоявшее в основном из немцев, всегда считало Венденскую почту одной из своих привилегий, а марки - знаком насаждавшейся ими немецкой культуры. Потому и все надписи на марках делались на немецком языке.

Интересна эволюция изображений на марках уезда.

Первые выпуски были предельно просты - текст, определяющий назначение марки. И все. В этом чувствовалось практичность немецких бюргеров. Каждый предмет должен быть тем, что он есть. И не более.

Но со временем Венденская почта все больше испытывает влияние русской государственной почты. И уже марки 1864 г. очень похожи на официальные знаки России. Та же форма, то же оформление, та же композиция. В центре марки, в зеленом овале изображается белый герб Лифляндской губернии - «Гриффон». А на марках 1872 г. мы видим герб Венденского уезда «рука с мечом, выходящая из облаков» (в память о рыцарском ордене меченосцев).

Самый интересный сюжет - на последних выпусках Вендена. На марках воспроизведена панорама руин старинного замка - главной достопримечательности Вендена. Эта марка одна из самых известных и популярных миниатюр Вендена.

Всего местная почта выпустила около 20 знаков почтовой оплаты, не считая их разновидностей.

Есть и собственные редкости. К ним относятся марки второго выпуска 1863 г., отпечатанные на розовой бумаге, которые встречаются крайне редко.

Последние марки Вендена выпущены в начале 1903 г., а 23 апреля того же года местная почта перестала функционировать.

Следует отметить большое количество новоделов марок 1863 - 1871 гг., изготовленных в восьмидесятых годах XIX в. по распоряжению почт-директора Кампенгаузена с вновь изготовленных литографских камней. Они изготавливались в Рижской литографии для филателистов. Было изготовлено по 10 тыс. экз. каждой марки. В 1893 г. этот опыт был

Закладка:

Марки Венденского уезда, хотя и были местными, но земскими не являются, так как земское положение 1864 г. не распространялось на прибалтийские губернии.

УДИВИТЕЛЬНЫЙ МИР - ЗЕМСТВА

Земская почта

Есть в моем альбоме марки с названиями небольших городов. Алатырь и Бердянск, Гдов и Золотоноша, Ряжск и Щигры… Сотни и тысячи их разбросаны по просторам русской земли, неприметных и тихих, милых сердцу. Льгов и Фатеж, Волчанск и Осташков, Сороки и Чернь… Живут они, до поры до времени не будоража людского воображения грандиозными стройками или героическими биографиями, автомобильными гигантами или атомными станциями. Живут и живут… Пылят дорогами, пахнут сиренью, ломятся щедрыми базарами… Переживают нехитрые новости, отмечают праздники, растят озорных сорванцов… И кажется, нет у них ни героического прошлого, ни яркого будущего. Мало ли таких?

Когда-то среди миниатюр с названиями заморских стран попала ко мне марка с надписью «Щигровская уездная земская почта». Она не только положила начало коллекции земских марок, но оказалась проводником по дорогам земских почт, по пыльным проселкам России.

В стране с ее огромными пространствами, бездорожьем и редкой сетью почтовых станций местные марки были кстати. Не удивительно поэтому, что в прошлом веке марки в России выпускались чуть ли не в каждом уездном городе. Более чем за 50-летнюю историю существования земской почты их издано свыше 3500, не считая разновидностей. Марки курсировали в 33 губерниях России, охватывая почти половину уездов - 162.

В альбомах наших дедушек земские марки занимали место наравне с марками далеких стран. Да и по редкости многие из них не уступали мировым раритетам. Некоторые из них оказались чрезвычайно редкими уже вскоре после выпуска.

Конечно, марки Щигровского уезда, выпуска 1882 г. не бог весть какой раритет, но именно они толкнули любознательного филателиста к изучению истории земских марок и биографии тихого города с таким необычным названием. А сколько их, этих городков?

На выставке, посвященной 100-летию русской почтовой марки, организованной в Ленинграде в 1958 г., демонстрировалась экспозиция земских марок. Она пользовалась особой популярностью у коллекционеров. И это понятно. Земские марки стали очень редки. Филателистов, собирающих «земство», мало. Да и о самих земствах многие сегодня имеют весьма смутное представление.

Что же такое земство? Земская почта? Земская марка? Когда упоминают о земстве, то на память приходит картина художника-передвижника Г. Мясоедова «Земство обедает». Знойный полдень… В окно видно, как лакеи готовят обед и выпивку для господ-земцев. На крыльце, под окнами расположились земцы-крестьяне. Их обед скуден - хлеб и лук.

Картина Г. Мясоедова верно отражает суть социального расслоения в земствах. Однако нельзя думать, что земцы только и делали, что дремали на заседаниях и ждали обеда. Недаром царское правительство смотрело на земства с опаской и считало их крамольными.

Появление земских учреждений в России тесно связано с реформами 60-х годов прошлого века. Потерпев бесславное поражение в Крымской войне, перед лицом крестьянских волнений царское правительство было вынуждено отменить крепостное право. Одновременно было проведено и ряд других реформ, в том числе и земская. Земства (органы местного самоуправления в ряде губерний европейской части России) должны были заниматься различными хозяйственными вопросами, такими, как начальное народное образование, врачебное дело, благотворительные заведения, строительство и эксплуатация дорог, страхование имущества.

В январе 1864 г. было принято положение о земских учреждениях, а с февраля 1865 г. началось их введение в различных губерниях.

В течение 1865 г. земские учреждения были введены в Воронежской, Казанской, Курской, Калужской, Костромской, Московской, Нижегородской, Новгородской, Пензенской, Полтавской, Псковской, Рязанской, Самарской, С.-Петербургской, Тамбовской, Тверской, Тульской, Харьковской, Херсонской, Черниговской и Ярославской, в 1866 г. - во Владимирской, Екатеринослав-ской, Орловской, Саратовской, Симбирской, Смоленской, Таврической и Уфимской, в 1867 г. - в Вятской и Олонецкой, в 1869 г. - в Бессарабской и в 1870 г. - в Вологодской и Пермской губерниях.

Кроме того, земские учреждения были введены в 1875 г. в области Донского войска, однако с 1882 г. их действие в ней приостановлено.

К началу первой мировой войны земскими учреждениями было охвачено уже 43 губернии Европейской России.

С первых же шагов в своей деятельности земские уездные управы ощутили крайнюю потребность в организации своей собственной сельской почты, получившей наименование земской.

Государственные почтовые учреждения в то время располагались лишь в губернских и уездных городах. Внутри уездов, как правило, учреждения государственной почты не размещались, ибо их содержание в отдаленных малонаселенных пунктах было невыгодно.

Значительные районы России не имели регулярной связи. Чтобы отправить или получить письмо, жителям некоторых мест приходилось добираться до ближайшего почтового отделения десятки, а то и сотни верст. В этих условиях организация земских почт сулила большие выгоды. Они должны были стать продолжением государственной почты, дополняя и расширяя сферу ее действия.

Земская почта не было чем-то новым. Еще с 1837 г. такая почта существовала при земских судах, осуществляя связь со становыми приставами два раза в неделю путем отправки специальных посыльных.

В 1862 г. эта почта была передана в ведение уездных полицейских управлений. Ею иногда пользовалось и население, однако полицейское управление смотрело на частную переписку как на лишнюю обузу и ненужные хлопоты. Частные письма доставлялись от случая к случаю, результатом чего являлись горы недоставленной корреспонденции. Поэтому уездные управы ходатайствуют перед земскими собраниями о разрешении открыть свои почты.

Организация земских почт проходит весьма интенсивно: в 1865 г. приняли решения об открытии почты 13 уездов, в 1866 г. - 18, в 1867 - 9. В 1868 г. принимаются такие решения в 10 уездах, а в 1869 г. - в 15. Одной из первых 17 февраля 1865 г. ходатайствует об организации земской почты Ветлужская уездная управа Костромской губернии.

Настоятельная потребность быстрого сношения уездной управы со своими волостными правлениями и была одной из главных причин, давших жизнь земским почтам в России. Одновременно разрешалась и другая немаловажная задача - дать сельскому населению легкий и быстрый способ пересылки частной корреспонденции как внутри уезда, так и доставки ее из уезда на государственную почту и обратно.

Учрежденная земская почта естественным образом продолжала государственную, доставляя корреспонденцию в глубь уездов.

Сфера почтовых услуг значительно расширилась. Хотя в дальнейшем государственная почта и открывала свои отделения в крупных селах, однако единственным связующим звеном во многих уездах оставалась только земская почта. Соотношение протяженности линий земской и государственных почт даже в

Закладка:

Протяженность линий государственной почты в 1906 г. в губернии составляла 1895 верст, земской - в четыре с лишним раза больше.

Почтовый департамент Министерства внутренних дел на протяжении всего периода деятельности земских почт чинил им препятствия. С одной стороны, это было вызвано боязнью конкуренции, а с другой - соображениями политического характера. Известно секретное донесение минского губернатора, который писал, что организовывать местную почту опасно, так как это облегчит распространение вредных слухов, политических учений, неблагонамеренной переписки.

Первые попытки установления марок для земской почты были пресечены правительством и единственным мотивом запрещения было то, что право использовать марки предоставлено исключительно государственной почте.

Однако несмотря на это в 1866 г. Верхнеднепровская, Мелитопольская и Днепровская земские управы вводят в обращение свои марки. Спустя некоторое время и Министерство пересматривает свое отношение к ним. В мае 1867 г. впервые разрешение на выпуск марок дано Новгородскому, а затем и другим земствам, но с непременным условием, чтобы марки своими рисунками не имели ничего общего с марками государственной почты.

В 1867 г. были введены в обращение марки в семи уездах, а в 1868 г. - еще в 14 уездах. Земские почтовые марки зашагали по стране.

Если в период с 1866 по 1869 гг. только 30 уездов использовали свои марки, то в период с 1870 по 1879 гг. они обращались уже в 102 уездах.

Характерно, что до 1871 г. земская почта официально не была еще признана ни одним документом, хотя и действовала во многих уездах и даже выпускала свои марки с разрешения почтового ведомства.

Земским учреждениям предоставлялось право организовывать свою почту, однако с жесткими ее ограничениями:

земская почта должна обеспечивать доставку корреспонденции из государственных почтовых учреждений по территории уезда и доставку ее для отправки по линиям государственной почты;

работа земской почты разрешается в пределах своего уезда, а ее движение ограничивается дорогами, где не проходит государственная почта;

почтовые марки должны отличаться от государственных.

Эти ограничения тормозили развитие земских почтовых учреждений, но не могли его остановить.

Земская почта успешно развивалась и достаточно хорошо себя зарекомендовала. Именно это и явилось причиной того, что в земском положении 1890 г. появился особый пункт о том, что на земства возлагается устройство и содержание земской почты.

Правительство не сочло нужным производить огромные затраты на расширение сети государственных почтовых учреждений в уездах и свалило эту заботу на плечи земств.

Вся казенная корреспонденция пересылалась внутри уезда с земской почтой бесплатно. Частная - оплачивалась земскими почтовыми марками (где они были введены) или также пересылалась бесплатно.

Так, в Осинском уезде Пермской губернии и ряде других уездов при учреждении земской почты была предусмотрена бесплатная пересылка всей частной корреспонденции.

Если же корреспонденция, отправлявшаяся с земской почтой, поступала на государственную для дальнейшего следования, то кроме земских она оплачивалась и государственными марками по действующим тарифам.

Где же и когда появились первые земские почтовые марки?

Долгое время считалось, что первые земские почтовые марки появились в 1865 г. в Шлиссельбургском уезде Санкт-Петербургской губернии.

Так, в каталоге «Земские почтовые марки», изданном в 1925 г. под редакцией уполномоченного по филателии и бонам Ф. Чучина, говорится:

«Первая земская почта, пересылка корреспонденции по которой оплачивалась марками, была организована в Шлиссельбургском уезде Петербургской губернии».

К сожалению, материалы Шлиссельбургской управы за 1865 - 1867 гг. не сохранились. Исследователи установили, что решение об оплате корреспонденции, пересылаемой по уездной земской почте Шлиссельбургского уезда, было принято только в 1876 г. Это и дало основание предположить, что марки в Шлиссельбургском уезде могли применяться никак не ранее 1877 г., т. е. когда марки земской почты были уже широко известны.

Наиболее ранним документом, свидетельствующим о введении земских марок, является доклад Верхнеднепровской земской управы Екатеринославской губернии уездному земскому Собранию, в котором, отчитываясь о своих действиях в 1866 г., Управа сообщала, что земская почта учреждена с 14 мая 1866 г. и с 1 декабря введены четырехкопеечные марки.

Видимо, эту дату - 1 декабря 1866 г. - и следует считать днем рождения первых земских почтовых марок, поступивших в обращение.

Однако сразу же возникает естественный вопрос, а как быть с маркой Шлиссельбургского уезда, фотокопия которой была помещена в 1871 г. в июльском номере журнала «Le Timbre-Poste» и описана в первом каталоге, изданном фирмой Моэнс в начале 1875 г.

Тайна марки Шлиссельбургского уезда хранится в материалах земских Собраний 1865 - 1866 гг., которые должны быть найдены пытливыми коллекционерами-исследователями. А до тех пор вопрос первенства остается открытым…

Новый филателистический континент

Земские почтовые марки сразу же привлекли внимание филателистов. Еще бы, первые филателисты постоянно испытывали «марочный голод». Многие страны, хотя и признавали преимущества марок, но особенно не торопились с их введением. К 1870 г. во всем мире было около 3000 почтовых миниатюр. Поэтому филателисты дотошно изучали каждую марку, попадавшую им в руки. Сравнивали все элементы рисунка. Отыскивали мельчайшие отличия. Открывали диковинные экземпляры, вся необычность которых подчас сводилась к своеобразному начертанию одного единственного штриха или лишней точке. Организация земских почт и выпуск ее марок были равносильны открытию нового филателистического континента. Это было тем более интересно, что земские марки не должны были повторять рисунков и цветов государственных знаков почтовой оплаты.

Коллекционеры справедливо рассчитывали, что земские марки внесут свежую струю в поток однообразных портретов монархов и изображений цифр и гербов.

Надежды филателистов оправдались с лихвой.

Многие выпуски земских марок чуть ли не сразу после выхода в свет становились редкими. Это заставляло тогдашних собирателей изобретать различные способы пополнения коллекций. Некоторым удавалось выписывать из уездов земские марки и конверты. Это было удобно, так как земские управы делали для коллекционеров большую скидку. А иногда марки старых выпусков высылались даже бесплатно.

Продажа земских знаков почтовой оплаты в некоторых уездах проводилась в таких незначительных размерах, что суммы, получаемые от коллекционеров, часто превышали доходы от продажи марок населению. Деньги, полученные от филателистов, использовались на содержание земской почты. Ведь от продажи марок филателистам Полтавский, Белозерский, Грязовецкий, Соликамский, Ирбитский, Красненский и некоторые другие уезды выручали по нескольку сот рублей в год.

Однако следует сказать, что еще больший интерес к земским маркам проявляли торговцы, которые стремились скупить «на корню» выпуски земских марок.

В отчетах большинства уездных управ встречаются сведения о продаже марок старых и новых выпусков оптовым скупщикам.

Большой интерес

Закладка:

Однако не все земские управы шли на поводу коммерческого интереса. Некоторые, например Алатырская (Симбирской губернии), категорически отказывались посылать по заявкам или продавать коллекционерам земские знаки почтовой оплаты. Другие земства выпускали марки малыми тиражами только для своих почтовых нужд! Так, Лохвицкий и Ржевский уезды ряд марок издали тиражом от 100 до 375 штук.

Это до некоторой степени и определило причины чрезвычайной редкости ряда земских марок и огромного интереса к ним со стороны русских и зарубежных филателистов, что послужило И. Ильфу и Е. Петрову темой отдельной главы «Прошлое регистратора загса», которая не была включена в окончательный вариант романа «Двенадцать стульев».

В нем писатели упоминают об увлечении «гиганта мысли», «отца русской демократии» И. М. Воробьянинова коллекционированием земских марок. Воробьянинов узнает, что самое полное собрание русских земских марок имеет англичанин Энфильд. Превосходство иностранца взволновало Ипполита Матвеевича, и он решает посрамить соперника. План «гиганта мысли» гениально прост. Используя свое положение предводителя дворянства, он добивается выпуска серии марок Старгородского земства в количестве всего двух экземпляров, после чего собственноручно уничтожает клише. Новые марки включены в каталог. Англичанин присылает предводителю Старгородского дворянства письмо с просьбой продать одну из редчайших марок за любую цену. О, как счастлив Воробьянинов, что может проучить Энфильда! Он в ответном письме ограничился одной энергичной фразой. В письме латинскими буквами были выведены только два слова «Накося выкуси!» Трудно сказать, насколько был удовлетворен предводитель дворянства Киса Воробьянинов, но легко представить огорчение английского филателиста.

Земские марки к концу прошлого столетия высоко расценивались в филателистических кругах и были не менее популярны, чем например, марки старонемецких княжеств или Швейцарских кантонов.

Марки земских почт, появившиеся в 1866 г., вскоре стали распространенным явлением. Последовавшее в 1870 г. официальное разрешение на их выпуск привело к широкому распространению марок, которые становятся чуть ли не обязательной принадлежностью земской почты.

Но не во всех уездах применялись марки, во многих земская почта обслуживала население бесплатно. Известны только две губернии - Пермская и Херсонская, в которых все уезды имели свои марки.

В такой крупной губернии, как Вятская, в которой также во всех уездах была организована земская почта, марки применялись только в семи из одиннадцати уездов.

Привлекательность земских марок - в огромном разнообразии форм, сюжетов, рисунков, которые их выгодно отличают от государственных.

Сведения о тиражах марок земской почты, условиях их выпуска еще очень мало изучены, а потому можно ожидать новых интересных открытий.

Ведь известно, что один из местных выпусков Чистопольского земства был обнаружен много лет спустя, когда тираж марок уже разошелся и они вышли из обращения.

Возможности таких находок представляют огромный простор для творческого поиска. Особенности обращения марок, правил земской почты, которые в различных уездах были совершенно различными, состояние полиграфии в уезде или губернии не могли не наложить своего отпечатка на способы изготовления, форму и характер самих марок.

В первое время Почтовый департамент весьма ревностно следил за тем, чтобы земские марки не повторяли элементов государственных знаков почтовой оплаты. Первые выпуски марок Мелитопольского уезда, крайне напоминавшие государственные, были даже изъяты из обращения.

Но в дальнейшем этот контроль смягчился и требования соблюдались не так строго. Марки Боровичского, Бугульминского, Моршанского и Тверского уездов уж очень похожи по рисунку на государственные.

Земские марки, особенно их первые выпуски, печатались в типографиях и литографиях губернских городов, а зачастую даже с помощью ручных металлических штемпелей, хранившихся в уездных управах, которые по мере надобности восстанавливали запасы марок. Таковы марки Демянского, Елецкого, Крапивенского, Тихвинского, Шадринского, Ясского и ряда других уездов.

Не обошлось и без курьезов!

Группа дельцов, воспользовавшихся бесконтрольностью управы, в течение долгих лет снабжала торговцев «новыми выпусками» марок Чернской земской почты Тульской губернии. Все это привело к тому, что они аккуратно публиковались в журналах Моэнса и попадали во все каталоги марок земской почты. Сохранились эти фальшивки в каталогах и до последнего времени…

Однако коллекционерам следует иметь в виду, что Чернская земская управа осуществила только два выпуска марок для нужд своей почты: первый (изготовлен управой в 1868 г.) представлял собой оттиск печати Управы с надписью от руки «3 к», а второй (изготовлен в декабре 1869 г.) был известного уже образца. После управа больше не печатала никаких марок.

При выпуске марок кроме ручных штемпелей вначале широко использовался и простой типографский набор, что резко отличает их от последующих эмиссий. Таковы марки Алатыря, Бежецка, Белозерска, Боброва, Ардатова, Грязовца, Зенькова, Кадникова и многих других уездных центров.

Говоря о способах печатания марок, нельзя не отметить несколько беспрецедентных случаев. Надписи на марках, выпущенных в 1874 г. Тихвинским уездом, можно прочесть только с помощью зеркала, а марки 1878 г. этого же уезда раскрашивались акварельными красками вручную.

Марки же Островского и Псковского уездов первого выпуска печатались поодиночке в одной из типографий Петербурга. Эти отдельные марки наклеивались в типографии на листочки бумаги и в таком виде пересылались земским управам.

Некоторые марки Лохвицкого и Арзамасского уездов печатались даже на гектографе, причем если марок Лохвицкого уезда было крайне мало, то марки Арзамаса выдержали 28 изданий и отпечатаны тиражом около 70 тыс. штук.

Ряд выпусков земских марок характеризуется высоким качеством полиграфического исполнения. Марки Борисоглебского, Лебедянского и некоторых других уездов печатались с тиснением отдельных элементов рисунка.

Размеры и форма марок разнообразны и оригинальны. Самыми миниатюрными и крайне редкими считаются марки первого выпуска Тамбовского уезда (1870 г.), их размер 11 1/4x14 мм.

Самыми крупными марками можно считать выпуски Лохвицкого уезда 1911 г., имеющих размер 34,5x46 мм. Крупноформатными марками были выпуски Гадячского, Константинградского и Краснинского уездов.

Очень распространенной формой земских знаков почтовой оплаты был вертикальный или горизонтальный прямоугольник. Однако многие земства предпочитали марки в форме ромба - лежачего (Волчанский уезд) или стоячего (Тотемский уезд). Встречаются марки в форме круга (Касимовский и Краснинский уезды) или овала (Весьегонский, Лужский и Лохвицкий уезды).

Популярность земских знаков почтовой оплаты не давала покоя чиновникам Почтового департамента, и постепенно они стали прибирать к рукам печатание земских марок.

В 1884 г. в Экспедиции заготовления государственных бумаг был отпечатан первый пробный тираж марок по заказу Островской уездной земской управы Псковской губернии. В дальнейшем этот тип марок был использован и при печатании марок для некоторых других уездов.

И необычная форма марок, и

Закладка:

Не менее интересной особенностью марок земской почты является наличие талонов, с которыми мы встречаемся в Задонском и Котельническом уездах.

При наклеивании марки на письмо талон отрезался и на нем проставлялись номер, число, месяц, год и подпись приемщика письма. Талон являлся распиской в сдаче письма на земскую почту.

Соответствующий номер письма вписывался в почтовые книги, что давало возможность проследить за его отправкой и получением в пункте назначения, так как номер поступившего письма также записывался в книги.

Для марок Задонского уезда типографией был предусмотрен знак номера как на марке, так и на ее талоне. Марки Котельнического уезда имели знак номера только на талоне, а на марке номер проставлялся в любом свободном месте после ее наклейки на письмо.

Кстати, некоторые выпуски марок Котельнического уезда относятся к редчайшим в мире. Если знаменитая Британская Гвиана в 1 цент выпуска 1856 г. известна всего лишь в одном экземпляре, то целых марок Котельнического уезда (марка с неотделенным купоном) выпуска 1869 г. не известно ни одной.

Сохранился только талон от этой марки. Находка такой марки с талоном или хотя бы только марки без талона была бы огромной удачей для филателистов.

Интересно и размещение марок на одном печатном листе.

Известны случаи, когда марки разного рисунка, но одного и того же номинала и цвета печатались на листе, образовывая разнообразные сочетания горизонтальных и вертикальных пар. Так печатались некоторые выпуски Бежецкого, Бобровского, Грязовецкого и Ростовского-на-Дону уездов.

Марки ряда уездов печатались в нескольких цветах, но с одним и тем же рисунком и номиналом. Миниатюры Грязовецкого уезда одного рисунка известны в шести различных цветах. Кроме того, тот же Грязовецкий уезд печатал марки различного сюжета на одном листе в одну краску, повторяя их в шести различных цветах. Такой способ привел к образованию вертикальных полосок, составленных из марок различного рисунка, но одного цвета.

Среди земских марок часто встречается «тет-беш», т. е. марки, отпечатанные в перевернутом положении друг к другу. Это обусловлено ошибочным расположением клише либо особенностями процесса размножения миниатюр, когда марки печатались группами в два или несколько приемов.

Более редкой разновидностью, присущей в основном только маркам земской почты, является расположение марок «куше». Так называют сочетание марок, которые в целях экономии бумаги печатались по краю листа в лежачем положении, рядом с марками, нормально расположенными на листе. Наиболее известны в этом отношении миниатюры Золотоношского уезда.

К особенностям земских марок относится и печатание одного тиража на различного сорта бумагах из-за отсутствия достаточного количества бумаги одного сорта. Так случилось с марками Тихвинского уезда 1881 г., которые известны на фиолетово-розовой бумаге различного качества и толщины. Так было и при печатании марок в земской управе Крапивенского уезда, когда тираж марок в количестве 3000 шт., изготовленный к 1 января 1870 г., был отпечатан на четырех сортах различной бумаги. Остаток тиража был допечатан в начале того же года, но уже на совершенно иной бумаге.

Именно это резкое различие в сортах бумаги дало основания полагать, что марки печатались по мере надобности, а в каталогах даже указываются два самостоятельных выпуска разных лет.

Не менее интересны и перфорации марок земской почты. Марки известны как без зубцов, так и с различными типами проколов и просечек. Марочные листы перфорировались и на швейной машине (Бугурусланский, Елецкий и Тульский уезды), и путем высечки марок специальными штампами (Задонский уезд, 1914 г.).

Нельзя не остановиться и на том многообразии почтовых услуг, для оплаты которых выпускались специальные марки.

В ряде уездов земство заранее получало годовую плату за доставку всей корреспонденции желающим. Однако специальные почтовые марки были изготовлены только в Лубенском уезде для корреспонденции таких годовых подписчиков. Марки не имели номинала, весь текст состоял лишь из слов «Годовая подписка» и принадлежности почты - «Лубенская земская сельская почта».

Марки Богородского уезда выпускались со специальными надписями: «Для бандеролей», «Для писем и объявлений», «Для заказных и денежных писем», «Для пакетов». В Белебеевском, Оханском, Пермском, Усть-Сысольском уездах были выпущены специальные марки для заказных писем, в Тираспольском уезде - марки с надписью «Для казенных пакетов - бесплатно». В Полтавском уезде применялись различные служебные марки.

Можно бесконечно перечислять особенности и детали земских марок, привлекающих к себе внимание и делающих эти знаки почтовой оплаты желанным материалом для коллекций.

Остановимся еще на одной их особенности.

Марки земской почты выпускались управами, как правило, только для нужд самой почты. Достаточно внимательно познакомиться с номиналами земских почтовых марок, чтобы убедиться в истинной почтовой природе каждой из них.

Однако известно одно исключение из правила. Большинство выпусков Полтавского и Лохвицкого уездов были рассчитаны только на коллекционеров. Большинство малотиражных выпусков подчас даже не попадало в почтовое обращение. Искусственные редкости становились достоянием коллекционеров.

Но самой привлекательной особенностью земских марок является их сюжетное богатство, чем не могут похвастать марки государственных почт того времени.

Земские почтовые марки привлекали коллекционеров разнообразными и оригинальными рисунками. В этом они намного опережали государственные знаки почтовой оплаты. Более 600 рисунков представлены на марках земской почты. Чаще всего это гербы губерний и уездов. Из них можно составить обширную геральдическую коллекцию.

Такие земские марки знакомят филателиста с русской историей, становятся для коллекционера добрыми спутниками и проводниками в стране старинных символов и знаков.

Земские почты выпускали марки не только с видами гербов, но и с оригинальными рисунками. В 1909 г. Полтавское земство выпустило серию марок, посвященных 200-летию Полтавской битвы. На шести марках были изображены памятники, установленные на местах сражения русских войск со шведами. На седьмой - портрет Петра I.

Марки с яркими выразительными рисунками - эпизодами войны с французскими захватчиками в 1812 г. - были выпущены земской почтой Краснинского уезда Смоленской губернии. На одной из них номиналом 3 коп. читаем: «Подвиг Неверовского под Красным 2 августа 1812 г.». О чем она рассказывает? Чему посвящена? Перелистайте страницы истории войны 1812 г.

Войска Наполеона рвутся на восток. Русская армия отходит к Москве. И кажется, нет силы, способной удержать, остановить, смять вражеские колонны. Но есть, есть такая сила! И это доказывают воины генерала Неверовского. Под селом Красным дивизия Неверовского много часов подряд выдерживает яростные атаки

Закладка:

В Шацком уезде Тамбовской губернии местный почтарь гасил марки также самодельным клеймом: «Зав. почт. Рябинский».

Но в основном марки погашались различными овальными штемпелями как с календарной датой, так и без нее. Известны штемпеля прямоугольные (Кадников, Кременчуг, Чердынь и др.), овальные с зубчиками по наружному обводу (Оса, Чердынь), ромбовидные (Вятка - с текстом «Вят. У. 3. почты»).

На письмах Чердынского уезда встречаются и довольно загадочные штемпеля, которыми погашены марки: «Иван Осипович Вожев», «Федор Филиппович Попов» и много других имен. Применялись для гашения даже металлические печати для сургуча и печатка «Волостной старшина».

В периоде 1879 по 1889гг. на Кадниковской почте марки гасились маленьким круглым штемпелем, который в свое время использовался как ручной штемпель для изготовления почтовых марок.

Применялись и круглые штемпеля с переводной календарной датой того же типа, что и на государственной почте.

Однако, несмотря на большой интерес к земским маркам, постоянным их изучением мало кто занимался.

Отсутствие систематической информации о выпусках марок земских почт, пренебрежение к исследовательской работе привело к тому, что в России при большом интересе коллекционеров к земским почтовым- маркам не оказалось их полных коллекций.

Каталог земских почтовых марок, выпущенный в 1925 г. под редакцией Ф. Чучина, содержит описание 2427 основных марок, из которых 298 отмечены как раритеты. А 30 из них названы редкостью редкостей. Интересно, что и сам «Каталог земских почтовых марок» Ф. Чучина тоже давно уже стал библиографической редкостью.

Конечно, в СССР и за рубежом есть великолепные собрания марок земств, однако самая крупная коллекция земских почтовых марок, безусловно, хранится в Музее связи им. А. С. Попова. Она состоит из 38 607 экземпляров.

В поиск включились

А какая же марка земской почты была выпущена последней?

На этот и ряд других вопросов в течение долгих лет пытались дать ответы многие коллекционеры. В последние годы поиски стали более настойчивыми.

Как-то получилось, что история земской почты и ее марок оборвалась на рубеже 1917 г. В результате установилось твердое убеждение, бытующее среди многих коллекционеров, что этот год был последним в деятельности земских почт, а следовательно, и в выпуске их марок.

В ряде довоенных филателистических изданий периодически встречались заметки о неизвестных марках, но дальше этого дело не шло.

Мало пока известно и о марках Змеиногорска и Лебедина. На этих двух последних оригинальных выпусках мы несколько задержимся.

Лебедин… Коллекционерам известны марки «Леб. Земск. почта», отпечатанные на бумаге разного качества и цвета с номиналами: 3, 5, 10, 15 и 20 коп. Номинал 3 коп., по-видимому, не пользовался спросом, потому он был перепечатан в «10».

Для уездного центра Лебедина характерным является то, что земская управа не прекращала своей деятельности и после перехода власти в руки Советов, т. е. после 4 января 1918 г.

Печально сложилась судьба этого зеленого городка. 5 апреля 1918 г. он оккупирован австро-немецкими войсками, которых сменили головорезы Петлюры, хозяйничавшие до 22 января 1919 г. Но передышка была краткой. 4 августа город вновь захвачен, но теперь деникинцами. Освобождение пришло в Лебедин только 3 декабря 1919 г. с вступлением в город Красной Армии.

На существование в обращении марок «Леб. Земск. почта» указывает овальный земский штемпель черного цвета с календарной датой «18 мая 1918 г.»

Особое внимание привлекают марки Змеиногорской земской почты. Как же случилось, что в Сибири, где по положению 1864 г. земства не предусматривались, появилась марка для нужд земской почты?

Оказывается, что в Сибири согласно положению от 17 июня 1917 г. были открыты земские учреждения. Организация земской почты в

Змеиногорском уезде Томской губернии рассматривалась на земском собрании в январе 1919 г. Однако определенное решение принято не было, и вопрос был передан на усмотрение земской управы.

В 1923 г. змеиногорские марки были случайно обнаружены в местном исполкоме. Обращение марок пока не установлено.

А вот история еще одной марки.

Гражданская война в России в самом разгаре. Колчак захватил Сибирь и рвется на Урал. 25 декабря 1918 г. захвачена Пермь, в начале января 1919 г. Чердынь и Соликамск. Захвачены Ир-бит и другие города губернии. В них - дикий разгул озверевших банд Колчака и кулачества. Восстанавливается деятельность ранее ликвидированных земских управ.

Циркулярным письмом от 6 января 1919 г. Пермское губернское земство оповещает о возобновлении своей деятельности. Для земской почты используются как тарифы, так и марки, выпущенные Советской властью для уездных Советских почт.

Затем созываются «очередные» сессии земских Собраний, которые утверждают новые повышенные тарифы пересылки корреспонденции, мотивируя их «дороговизной жизни».

Февраль 1919 г. Пермское уездное Собрание установило плату за пересылку по земской почте: простое письмо - 15 коп., заказное - 30 коп. Март 1919 г. Чердынское Собрание: простое письмо - 20 коп., заказное - 40 коп.; Соликамское: простое письмо - 15 коп., заказное - 30 коп.; Ирбитское: простое письмо - 15 коп., заказное - 30 коп., ценное - 25 коп. Посылки: до 10 фунтов - 50 коп., а свыше 10 ф. - по 25 коп. за каждые полные и неполные 10 фунтов.

Известно, что новые тарифы требуют и соответствующих номиналов марок. Пермское уездное Собрание постановляет использовать 54 тыс. марок Пермского Совдепа, зачеркнув на них лишь одно слово в правом нижнем углу - «Совдеп». И ретивые почтари после наклейки марок на письма усердно замазывают ненавистное им слово.

Пока известны всего две такие марки, одна из которых прошла почту 19 февраля 1919 г., а вторая имеет только неясное очертание части штемпеля погашения.

Чердынское земство на первых порах принимает аналогичное решение, однако марки Чердынского Совдепа применяются без исправлений или зачеркиваний, а к концу мая - началу июня 1919 г. в обращение поступает специальная марка «Почта Чер. Зем» номиналом 20 коп.

Соликамское земство также выпускает в обращение вновь изготовленную марку «Соликамская земская почта». Номинал марки 15 коп.

Что касается Ирбитской управы, то здесь в связи с большими запасами марок в обращение поступают старые марки земской почты, но с новыми номиналами: 15, 25, 30, 50, а также 1 и 2. Первые четыре номинала точно соответствуют новым тарифам, а два последних - 1 и 2, видимо, соответствуют рублям для оплаты посылок свыше 10 фунтов. Надпечатки производились

Закладка:

Поэтому марки, о которых здесь рассказано, и стали заключительными выпусками почты земства в последний период его существования.

ПЕРВЫЕ СОВЕТСКИЕ

Революционные марки

Я часто любуюсь одной из марок. В скромном ее рисунке заложен большой смысл. Выраженный ярко и впечатляюще: меч, разрубающий цепи на фоне солнца, встающего над землей. Это первая революционная марка нашего государства, выпущенная в обращение в 1918 г.

Впрочем, было время, ког-. да первыми советскими почтовыми марками считались знаки оплаты, изданные в 1921 г. Как же так получилось? Полистаем каталоги…

Начнем с каталогов под редакцией Ф. Г. Чучина. «Чучин». «Под редакцией Чучина». Эти слова в среде филателистов как пароль, как гарантия абсолютной достоверности. Каталоги Чучина, давно уже ставшие библиографической редкостью, хранят на своих страницах подробные сведения о первых советских почтовых марках. Ценность этих сведений в том, что они получены из первых рук и не успели трансформироваться под влиянием спроса и времени.

Что же говорят каталоги Чучина о первых советских марках?

Открываем «Каталог почтовых марок бывшей Российской империи. РСФСР и СССР. 1923 г., Часть II. Каталог почтовых марок РСФСР. 1917 - 1923 гг».

«1917. Издание Керенского с изображением руки с мечом, разрубающим цепь…

Означенные марки были изготовлены Временным правительством Керенского, но выпущены в продажу только после октября 1917 г. Печатались и продавались по 100 шт. в листе.

Тираж установить до сих пор не удалось…»

То же находим и в каталоге Чучина 1924 г.

Советские каталоги 1948 и 1951 гг. первыми советскими марками категорично называют почтовые миниатюры 1921 г.

Разгадка скрывалась в сложных переплетениях событий 1917 г.

Февральская буржуазная революция 1917 г. привела к власти Временное правительство. Народ рассчитывал, что в его жизни произойдут коренные изменения. Ждали реформ. Но деятели Временного правительства дальше разговоров не шли - все реформы ограничивались заменой внешних атрибутов. Например, был изменен государственный герб, но это был все тот же двуглавый российский орел, хотя и без короны, скипетра и державы.

Вскоре после февральской революции Временное правительство объявило конкурс на новые знаки почтовой оплаты, которые предполагалось выпустить взамен царских. В июне 1917 г. были подготовлены проекты. Журнал «Филателия», издававшийся фирмой Э. Эйхен-таля, в июньском номере сообщал, что в Министерстве почт и телеграфов жюри, состоящее из художников А. Бенуа и С. Яремича, рассмотрело и одобрило ряд образцов новых марок, представленных художниками П. Билибиным, Р. Зарринь-шем, Г. Нарбутом и С. Чехониным. Выбор остановился на пяти образцах, выпуск которых предполагается вскоре, а именно: русский витязь со щитом, витязь с мечом, орел, меч, разрубающий цепь (рабства), ангел, вдохновляющий на ратные подвиги.

Но проекты марок, подготовленные для Временного правительства, так и не дождались подписи министра.

25 октября 1917 г. радиостанция крейсера «Аврора» передала воззвание В. И. Ленина «К гражданам России!» о низложении Временного правительства и переходе государственной власти в руки Военно-революционного комитета, стоящего во главе петроградского пролетариата и гарнизона.

На II Всероссийском съезде Советов, образовавшем первое Советское правительство - Совет народных комиссаров, народным комиссаром по Министерству почт и телеграфов был назначен большевик Николай Павлович Авилов-Глебов. Несколько позднее при наркоме была образована коллегия.

Хозяйство связи, полученное в наследство Октябрьской революцией, находилось в тяжелом состоянии. Трудности усугублялись тем, что чиновники Министерства отказались признать Советскую власть и 27 октября объявили забастовку. Нужно было принимать срочные и решительные меры. Для пресечения саботажа большевики направили в Министерство отряд революционных моряков. Нарком Н. П. Авилов издает приказ об увольнении всех служащих, отказавшихся признать Советскую власть. В Министерстве почт и телеграфов остается всего 88 человек. Они и начинают работу по налаживанию связи в молодой Советской Республике.

Среди первоочередных задач, которые пришлось решать коллегии Министерства, стояла проблема выпуска в обращение новых знаков почтовой оплаты и упорядочения тарифов за доставку корреспонденции.

Это была нелегкая задача. В стране продолжали действовать тарифы, введенные правительством Керенского 15 августа 1917 г. Для франкировки корреспонденции применялись почтовые марки дореволюционной России: стандартные, юбилейные, почтово-благотворительные. Но марок не хватало. Ими, кроме писем и открыток, в то время оплачивалась пересылка всех видов почтовых отправлений: бандеролей, денежных переводов, посылок. Марками оплачивались и многочисленные услуги: упаковка посылок, доставка корреспонденции, прием заявлений об изменении адреса, розыске, возврате корреспонденции, выдача справок.

Огромный расход знаков почтовой оплаты требовал их регулярного пополнения.

Нужно было организовать печатание советских знаков почтовой оплаты. В Центральном музее связи им. А. С. Попова хранится документ об утверждении проекта первой советской почтовой марки.

На небольшом листке бумаги - пробные оттиски почтовой марки «рука с мечом» пяти номиналов: 7 коп. - коричневая, 10 коп. - синяя, 14 коп. - зеленая, 15 коп. - светло-коричневая, 20 коп. - оливковая.

Рисунок всех эссе одинаковый, за исключением орнаментов в верхних углах рамок, имеющих небольшие отличия.

Как появились эти эссе, когда были изготовлены, точно не установлено. Можно лишь предполагать, что пробные оттиски были сделаны еще до Октябрьской революции и что именно они ждали «подписи министра». Такое предположение подтверждается номиналами пробных оттисков, которые отвечают наиболее распространенным почтовым тарифам царской почты, претерпевшим изменения 15 августа 1917 г.

Большинство из тарифов ко времени утверждения пробных оттисков уже не действовало, поэтому четыре из пяти эссе были зачеркнуты Народным комиссаром и утвержден лишь один - 15 коп. Такова была такса за пересылку и доставку иногородних писем.

Несколько слов о времени утверждения проекта. К сожалению, подпись Народного комиссара не датирована. Время утверждения можно установить лишь окольным путем. По-видимому, это произошло не позднее первой половины декабря 1917 г., так как 17 декабря Н. П. Авилов-Глебов был переведен на работу в армию.

Безусловный интерес вызывает деталь на рисунках марок. В нижней части изображения между овалом и надписью «коп» есть едва различимые буквы «Р» и «3». Это своеобразный фирменный знак художника Рихарда Зарринына.

Сегодня даже не все филателисты знают об этом большом мастере графики малых форм. А он заслуживает известности.

Родился Рихард Зарриньш 27 июня 1869 г. в Латвии. Детство будущего художника прошло на берегах Гауйи. Склонность к рисованию впервые обнаружилась, когда Рихард учился в средней школе Двинска (ныне Даугавпилс). Это определило выбор дальнейшего пути. В 1888 г. он становится студентом школы технического

Закладка:

Особенности первых писем

Временного правительства уже не было, но буржуазия все еще держала в своих руках экономическую жизнь страны, способствовала хозяйственной разрухе.

Забастовки государственных служащих были хорошо организованы и финансировались банками и коммерческими предприятиями.

В таких невероятно трудных условиях начали большевики строить республику Советов.

В коллекциях филателистов сохранилось не много документов той поры. Они интересны прежде всего как свидетели исторических событий.

Вот письмо, отправленное из столицы в Псков. На штемпеле, погасившем марку, четко читается дата гашения: 25. 10. 17. Обычное письмо, обычная почтовая марка. Но насколько ценнее делает их для филателиста обычный штемпель, подтверждающий, что письмо отправлено из Петрограда в день вооруженного восстания. А вот другое письмо. Оно отправлено из Москвы в Петроград. И внешне это тоже обычное отправление. Но штемпеля убеждают в том, что перед нами интереснейший исторический документ.

Письмо из прошлого в будущее. Из одной эпохи в другую. На штемпеле гашения Москвы дата 23. X. 17. Дата поступления в Петроград 26.Х. 17.

Пока корреспонденция обрабатывалась на Московском почтамте, пока ехала в почтовом вагоне Николаевской железной дороги, в России произошли события такой исторической важности, что любое письмо на рубеже этих дней становилось драгоценной исторической реликвией.

На страницах филателистической печати время от времени вспыхивают дискуссии на извечную тему - чистые или гашеные. Вспыхивают, несмотря на очевидную бессмысленность спора, ибо каждый раз и приверженцы чистых, и сторонники гашеных марок приходят к компромиссу. Споры заканчиваются взаимным признанием правоты и того, что выбор коллекционного материала зависит от конкретного назначения коллекции.

Письма первых лет революции - бесценные свидетели исторических событий, сотрясавших Россию. Обстановка в стране в первые месяцы после Великой Октябрьской социалистической революции была настолько напряженной, что не было ни сил, ни возможностей заниматься почтовыми марками. Для оплаты корреспонденции повсеместно использовались марки царских выпусков. Давно уже свергли царя. Хищный двуглавый орел, этот символ российской государственности, вместе с государем был выброшен на свалку истории. Но с почтовых марок и открыток долго еще взирали на свершения революции символы самодержавия. Лишь в марте 1920 г. постановлением Совета Народных Комиссаров РСФСР были изъяты из обращения марки с портретами царей.

Почтовые штемпеля тех лет многое могут рассказать о жизни молодой Советской республики, о реформах и событиях. Например, переход на новое правописание осуществлялся в республике в соответствии с декретом наркома просвещения от 23 декабря 1917 г.

Не так-то просто прививалось новое правописание, хотя устранялась путаница в понятиях, вызывавшаяся всего лишь неправильным использованием той или иной буквы в слове. Писать по-русски грамотно становилось намного легче. Грамота становилась доступнее для простых людей.

В тех районах, где окончательно утвердилась Советская власть, почтовые органы производили перегравировку старых или изготовляли новые почтовые штемпеля в соответствии с введенной декретом орфографией.

И еще об одной реформе рассказывают пожелтевшие конверты с марками.

В 1918 г. письма добирались из Петрограда в Москву на третьи сутки. Но в первой половине февраля 1918 г. часто встречаются и «рекордсмены:». Чемпионом можно считать письмо, отправленное из северной столицы 30 января. В Москву оно попало, как свидетельствует штемпель, лишь 14 февраля! Вместо трех (судя по датам штемпелей) письмо находилось в дороге 16 дней! Действительно рекорд! Еще интереснее задала задачку почтовая открытка, отправленная местной почтой. Из одного конца Петрограда в другой она шла две недели! В почтовом отделении у Московского вокзала ее погасили 31 января, а доставили адресату на Васильевском острове 14 февраля!

Но почта в эти дни работала так же, как и всегда. Причина в другом.

Большинство европейских стран давно уже пользовалось григорианским календарем. Россия жила по старому христианскому летоисчислению. Это вызывало массу неудобств, особенно при сношениях с заграницей. Разница между новым и старым стилем составила 13 дней. В царской России неоднократно поднимался вопрос о введении нового стиля, но реакционеры считали, что реформа календаря дело несвоевременное, могущее произвести нежелательное волнение и смущение умов. И всякий раз реформа откладывалась. Вопрос решен после революции. 25 января 1918 г. В. И. Ленин подписал декрет о введении григорианского календаря. Декрет указывал, что следующий день после 31 января нужно считать не 1 февраля, а 14 февраля.

Это был решительный шаг. Реформа была с удовлетворением встречена в стране. Республика стала жить с Европой в одном времени…

Об этом напоминают штемпеля на «медленных» письмах».

Сберегательные и контрольные в роли почтовых

Положение со знаками почтовой оплаты было настолько трудным, что сберегательные марки почти повсеместно стали применять как почтовые. И не только сберегательные. Известно немало случаев, когда для оплаты корреспонденции использовались даже гербовые марки. Наркомпочтель к середине 1918 г. примирился с таким положением. Тем более, что самодеятельное использование сберегательных марок в качестве почтовых очень выручало связистов.

Так сберегательные марки стали почтовыми. Их «деятельность» на этом поприще длилась довольно долго. Вначале их использовали по номинальной стоимости. С 10 марта 1920 г. их цена значительно повысилась.

Официальное распоряжение о переоценке в этот период касалось лишь почтовых марок. Однако и сберегательные марки стали в 100 раз дороже.

Спустя полтора года, с 15 августа 1921 г., сберегательные марки еще больше поднялись в цене. На этот раз в соответствии с указанием Наркомпочтеля их стали применять из расчета 250 руб. за штуку независимо от номинала.

Полгода спустя, 15 апреля 1922 г., проводится еще одна переоценка знаков почтовой оплаты. Каждая копейка приравнивается к 10 000 руб.

Только 15 сентября 1922 г. эти необычные марки были изъяты из почтового обращения, оставив яркий след в альбомах филателистов. Имеются они и в моем старом альбоме.

5 июня 1918 г. Наркомпочтель разослал циркулярную телеграмму, которой разрешил учреждениям Туркестанского округа при отсутствии знаков почтовой оплаты временно пользоваться контрольными и сберегательными марками для оплаты всякого рода корреспонденции.

Так было положено начало применению в качестве почтовых еще одной разновидности служебных марок царской России. Применение на почте сберегательных марок малых достоинств оказалось выгодным. Изучив запасы служебных марок на местах, Наркомпочтель пошел на то, чтобы пустить их в обращение.

Округ включал в себя большую часть районов советской Средней Азии. Решение пустить в обращение запасы служебных марок сыграло большую роль. Марки широко применялись для оплаты не только писем, но и переводов, бандеролей, посылок. Ими можно было оплачивать корреспонденцию, идущую во все республики и области страны.

Что же это

Закладка:

Впервые сберегательные марки были введены в России с 1 ноября 1889 г. Применялись они исключительно для служебных целей. Их наклеивали в сберкнижку для удостоверения суммы принятого от вкладчика взноса. Марки, наклеенные в сберкнижку, гасились в сберкассах обычными календарными штемпелями. Но в дополнение к ним на марках от руки или специальным штемпелем ставилась дата вклада или наносилась подпись кассира.

Вначале было издано пять «разрядов» сберегательных марок достоинством 25, 50 коп. и 1, 3, 5 руб. Спустя 6 лет (15 февраля 1895 г.) дополнительно были выпущены марки в 10 и 25 руб., а в августе следующего года в 100 руб. Все они имели внизу строчку для простановки даты и начальные цифры года «18…г.». Но с наступлением нового века обозначение устарело. Незадолго до 1900 г. вышел небольшой тираж марок с обозначением лишь первой цифры года «1…Г.».

Наступил 1900 г. С 1 января появились марки для мелких вкладов. И те и другие назывались сберегательными и это могло привести к путанице. Чтобы избежать этого, марки достоинством от 25 коп. до 100 руб. стали называться «контрольными». Прежние выпуски этих достоинств были заменены новым. У них даты начинались цифрами 19…

Наркомпочтель разрешил использовать в качестве почтовых все сберегательные и контрольные марки. Но в обращение попали только одиннадцать типов: сберегательные в 25 и 50 коп. с датой «18…» и в 50 коп с датой «1…» и контрольные в 25 и 50 коп. и 1, 3. 5, 10, 25 и 100 руб. с датой «19…». Запасы остальных, видимо, к тому времени были израсходованы. Не подтверждено до сих пор и почтовое хождение сберегательной марки в 50 коп. с датой «1…».

Сберегательные и контрольные марки находились в обращении довольно долго. Вначале их использовали по номиналу. А с 15 августа 1921 г. их официально переоценили и пустили в обращение из расчета 250 руб. за штуку вне зависимости от номинала. Из обращения эти марки были изъяты 15 сентября 1922 г. Важным элементом для установления филателистической ценности сберегательных и контрольных марок служит штемпель гашения. Именно он позволяет определить назначение марки. Если это старое гашение и на марке есть дата и подпись кассира, она не имеет филателистической ценности.

Интерес представляли марки, погашенные в период обращения в качестве почтовых (с июня 1918 по сентябрь 1922 г.), особенно если они наклеены на конверты. Каждый такой конверт не просто филателистическая ценность, но и частичка истории становления Советской власти на дальних окраинах России - в Средней Азии и Казахстане.

Письма без марок

Есть в моем альбоме и такие. Они прошли почту. На них не забыли наклеить марки. У них своя история.

24 ноября 1918 г. в «Известиях ВЦИК» был опубликован декрет Совета народных комиссаров «Об установлении бесплатной пересылки писем».

Совет народных комиссаров, говорилось в декрете, - считая, что постоянный и широкий обмен перепиской между пролетариями города и бедняками деревни служит еще большему закреплению союза между ними и содействует, таким образом, делу организации революционно-социалистических сил России, находит необходимым упростить и облегчить дело почтовой переписки.

В этих целях было решено с 1 января 1919 г. установить в стране бесплатную пересылку открытых и закрытых простых писем весом не свыше 15 г. Не подлежали оплате простые письма и пакеты, посылаемые учреждениями. Бесплатная пересылка простых писем распространялась и на корреспонденцию, поступающую из других стран. Простые письма большим весом и заказные почтовые отправления оплачивались на обычных основаниях полным весовым и страховым сбором.

Народному комиссариату почт и телеграфов было поручено внести предложение иностранным государствам об установлении бесплатной пересылки простых писем весом до 15 г.

Введение бесплатной пересылки простой корреспонденции - важное событие в истории советской почты. Оно вытекало из всей политики молодого пролетарского государства, которая вошла в историю под названием военного коммунизма.

В 1920 - 1921 гг. в Наркомпочтеле разрабатывался проект бесплатной пересылки всей корреспонденции. Осуществление его должны было привести к отмене всех почтовых марок.

Газета «Известия ВЦИК» от 2 апреля 1921 г. сообщала о реформе почтовых операций. При Наркомате почт и телеграфов образовалась особая комиссия по вопросу о перестройке и упрощению работы почты. Намечены следующие мероприятия:

1. Полная отмена оплаты за все виды почтовых отправлений, позволяющая сосредоточить внимание и силы на технической обработке почты.

2. Изменение типа почтовых отправлений в сторону упрощения самого отправления и устранения всех лишних формальностей, усложняющих пользование почтой широким массам рабочих и крестьян.

3. Устранение различий в обычной переписке на «простую», которой пользуются широкие массы, и «заказную»…

Проект этот после широкого обсуждения, в котором участвовали почтовые работники всей страны, так и не был принят.

Бесплатная пересылка простых писем продолжалась в стране до 14 августа 1921 г. Но даже в течение этого времени возможность бесплатной переписки сыграла большую роль. В первые же месяцы после опубликования декрета резко повысилась интенсивность почтового обмена. Поступление закрытых писем увеличилось на 34%, а почтовых карточек на 10%.

Вот почему простые письма и открытки, прошедшие почту в 1919 - 1920 гг. и январе - августе 1921 г., хотя на них и нет почтовых марок, относятся к интересным объектам филателистических коллекций.

Старые марки служат революции

Бесплатная пересылка писем резко уменьшила потребность в марках. Однако вопрос об обеспечении знаками оплаты с повестки дня не был снят.

Для удовлетворения заявок почтовых округов было решено использовать готовые клише стандартных выпусков России 1909 - 1917 гг. номиналом от 1 коп. до 7 руб. Возобновление производства этих марок на печатной фабрике ЭЗГБ (ныне Гознак) не требовало особенных затрат. Но не все клише можно было сразу пускать в производство.

В альбомах филателистов даже появилось несколько «советских» разновидностей стандартных выпусков царской России. Наиболее характерны из них миниатюры в 15 и 50 коп. Для выпуска этих марок полиграфистам потребовалось перегравировать клише. Это привело к увеличению рисунка. Чтобы уместить то же число увеличенных марок в листе, пришлось заметно сократить расстояния между ними. Если раньше просвет между соседними миниатюрами колебался от 2 до 2,3 мм, то теперь он уменьшился до 1,25 - 1,5 мм. Эти особенности вновь отпечатанных тиражей хорошо видны на «парах» или «квартблоках».

Отличительные особенности марки номиналом 50 коп. заключаются в сочетании цветов. Дореволюционные выпуски печатались: рисунок -

Закладка:

Для марки 1919 г. характерна другая комбинация: рисунок - коричнево-красный, центр - желто-зеленый. Тиражи обоих выпусков, видимо, невелики. Сегодня обе марки встречаются очень редко.

Одновременно на Гознаке была организована допечатка и знаков почтовой оплаты более высоких достоинств, так как бесплатная пересылка писем распространялась лишь на простую корреспонденцию.

Подготовка их к переизданию потребовала более серьезных работ. Первые выпуски этих знаков (номиналами 1 руб. в 1909 г.; 3 руб. 50 коп. и 7 руб. в 1917 г.) печатались по восемь горизонтальных рядов, в каждом из которых было по семь марок. Но для проведения расчетов такие листы были неудобны (8 X 7 = 56 марок). Для удобства счетных работников число марок в листе сократили до 50 за счет того, что в верхнем и нижнем рядах помещались декоративные прямоугольники.

Однако в 1919 г. полиграфисты не могли примириться с таким неэкономичным расходом бумаги. Расположение марок пересмотрели. Теперь на меньшем листе размещалось пять рядов по десять марок в ряду. Правда, миниатюрам пришлось потесниться, просветы между ними уменьшились, но зато экономилась бумага.

Но не только этим характерны советские выпуски дореволюционных марок рублевых номиналов. Впервые для них была применена рамочная зубцовка.

Различия в зубцовке, а также горизонтальном расположение меловой сетки и являются основными признаками одиночных марок в 1 руб., 3 руб. 50 коп. и 7 руб.

Целый ряд особенностей этого выпуска, большое количество типографского брака, колебания цветов являются яркой характеристикой условий появления его в обращении. Трудности в организации производства, неполадки в технологическом процессе, стремление выпустить как можно больше знаков привели к тому, что на почту попало много низкокачественной продукции. Отбраковывались лишь абсолютно непригодные для почтового обращения экземпляры.

Переоценка

Марки рублевых достоинств оставались в обращении продолжительное время. Вначале они применялись по номинальной стоимости.

Так продолжалось до 10 декабря 1921 г., когда знаки почтовой оплаты в 1 руб., 3 руб. 50 коп., 5 руб., 7 руб. и 10 руб. были временно изъяты из обращения.

В феврале 1922 г. они появились в обращении в Туркестанском почтовом округе. Но курс рубля к тому времени упал и марки подверглись переоценке. В почтовых отделениях они продавались по следующим ценам: марки в 1 руб. - по 500 руб., 3 руб. 50 коп. - по 1000 руб., 5 и 7 руб. - 5000 руб., 10 руб. - по 50 000 руб. за штуку. Через два месяца их вновь переоценили.

С 15 апреля 1922 г. марки достоинством в 1 руб., 5 руб., 7 руб. и 10 руб. повсеместно поступили в обращение и были переоценены из расчета 1 руб. - 10 000 руб. в дензнаках всех выпусков до 1922 г. или 1 руб. - 1 руб. образца 1922 г. Знаки почтовой оплаты номиналом 3 руб. 50 коп. в обращение вновь не выпускались.

Это была последняя переоценка, после которой марки оставались в обращении до 31 марта 1923 г. Советские выпуски дореволюционных стандартных марок оставили заметный след в альбомах филателистов. И не только как свидетели трудных лет гражданской войны. Особенности переиздания привели к появлению многих разновидностей. Наиболее значительные из них - беззубцовые марки 1919 г. в 1 р.; 3,5 р. и 7 р. Очень интересны пробные беззубцовые экземпляры рублевой марки темно-зеленого, темно-серого и темно-кирпичного цветов. История появления необычных миниатюр такова. Каждый раз перед пуском печатной машины требовалось проверить ее работу. Это делалось путем изготовления пробных оттисков. Но чтобы лучше рассмотреть качество печати узорного фонда, отпечатывали марки более яркими красками. Таких пробных листов, естественно, было немного, и сегодня они крайне редки.

Год 1919-й был одним из самых трудных в истории республики Советов. Молодой Красной Армии приходилось сражаться на нескольких фронтах.

На борьбу против врагов революции поднялись все советские республики. Военно-политический союз советских республик предусматривал и объединение Советов народного хозяйства, органов, ведавших финансами, трудом, железными дорогами, почтой и телеграфом. На территориях РСФСР, Украины и Белоруссии вводились единые почтовые правила и тарифы.

Управление всей почтово-телеграфной связью возлагалось на Народный Комиссариат почт и телеграфов РСФСР. Знаки почтовой оплаты РСФСР в это время обращались не только в границах Российской Федерации, но и в республиках, входивших в союз с ней.

Поэтому почтовые марки РСФСР 1918 - 1923 гг. одновременно являются знаками почтовой оплаты и Украины, и Белоруссии, а также Туркестанской советской республики.

События, свидетелем которых становится почтовая марка, также характерны для всех советских республик.

В 1919 г. курс рубля упал настолько, что сохранение старых почтовых тарифов наносило непоправимый ущерб почте. С 1 ноября в Москве и Петрограде, а с 5 ноября во всей республике вводились новые - четвертые советские почтовые тарифы. С их введением не отменялась бесплатная пересылка простых закрытых писем и почтовых карточек, но значительно повышалась стоимость других видов почтовых услуг. Так, по новому тарифу дополнительный сбор за заказ устанавливался в 3 руб., в 12 раз выше прежнего (25 коп.).

Изменение тарифов преследовало цель привести в соответствие курс рубля и стоимость почтовых услуг. Эта цель была достигнута. Но усугубилась старая болезнь. Расход марок, особенно малых достоинств, значительно возрастал. Марки мелких номиналов практически выходили из употребления. Для оплаты корреспонденции их приходилось клеить на конверты десятками. Это вызывало множество неудобств. И, как следствие, отказ пользоваться знаками почтовой оплаты низких номиналов. Во многих местах запасы марок быстро истощались. Тогда как временную меру разрешили оплачивать корреспонденцию наличными деньгами. В коллекциях филателистов встречаются свидетели этого периода - конверты с пометкой чернилами: «За неимением марок сбор взыскан наличными…руб…коп.». Пометка обычно подписывалась комиссаром почтового учреждения, и его подпись удостоверялась гербовой печатью.

И хотя подобные надписи чаще всего встречаются на отправлениях Украины и Вологодской губернии, практиковались они во многих районах.

В декабре народный комиссар почт и телеграфов дал команду прекратить продажу марок мелких достоинств от 1 до 20 коп. Так совершился первый шаг к переоценке знаков почтовой оплаты.

С 10 марта 1920 г. вводились новые - пятые почтовые тарифы. Изъятые ранее из продажи почтовые марки номиналами от 1 до 20 коп. теперь продавались по повышенной в сто раз стоимости.

В распоряжении Наркомпочтеля говорилось о переоценке знаков почтовой оплаты. Но не было никаких упоминаний о способе извещения населения о переоценке. Во многих городах почтовые работники проявили инициативу и наносили новые номиналы на царские марки вручную или механическими штемпелями.

Одними из первых местные надпечатки появились в Харькове. С помощью ручного штемпеля надпечатка «РУБ»

Закладка:

С победой Октябрьской революции началось стремительное развитие отечественной авиационной промышленности и воздушного флота. 26 июля 1921 г. открывается первая в стране опытная регулярная авиалиния Москва - Орел. Ее обслуживают шесть военных самолетов типа «Илья Муромец». Они перевозят пассажиров, частную и правительственную почту.

В ноябре 1921 г. образуется русско-германское общество воздушных сообщений «Дерлюфт», которое организует регулярные воздушные рейсы РСФСР - Германия. Большая подготовительная работа позволила приступить в 1922 г. к организации систематических полетов внутри страны и за границу. Но регулярно действующих авиатрасс в 1922 г. у нас в стране все еще не было.

За все время работы авиалинии было перевезено немногим более 200 пассажиров. Такое число пассажиров сегодня перевозится всего за один рейс.

Дальнейшее развитие перевозок корреспонденции воздушной почтой привело к необходимости выпуска специального знака почтовой оплаты. Предполагалось, что с его помощью будет оплачиваться лишь дополнительный сбор за перевозку почты самолетами. Для оплаты основного тарифа можно было использовать обычные знаки почтовой оплаты. Об этом говорит и достоинство первой авиамар-ки. На 1 июля 1922 г. между золотым франком и рублем установилось соотношение: 1 франк = 90 рублей, исходя из которого был установлен дополнительный сбор за пересылку воздушной почтой в размере 45 руб. за почтовую карточку или письмо весом до 20 г (за рубежом действовал тариф за подобные отправления воздушным путем - 50 сантимов).

К сожалению, как уже случалось не раз, к моменту выхода марки денежный курс снова изменился, с 25 октября 1922 г. соотношение франка и рубля вновь меняется: 1 франк=150 руб. образца 1922 г. Соответствен но становятся другими почтовые тарифы, и дополнительный сбор за воздушную доставку возрастает до 75 руб. Таким он сохранился и на день выхода авиапочтовой марки.

Неустойчивое положение рубля было причиной того, что номинал авиапочтовой марки не соответствовал тарифу и их клеили на конверт по нескольку штук, поэтому в первое время ави-амарки для обычной корреспонденции не применялись. Более того, их даже не давали на руки корреспондентам. Почтовые работники сами наклеивали их на конверты. Однако вскоре ограничение было отменено.

Тираж первой авиапочтовой марки был довольно большим - 100 тыс. экземпляров. Но на письмах, доставленных воздушным путем, они встречаются редко. Дело в том, что в ноябре-декабре 1922 г. стояла неустойчивая погода. Регулярных полетов не производилось. Почта перевозилась лишь во время редких опытных полетов.

Первая советская марка авиапочты вызвала большой интерес у коллекционеров. Авиапочтовые марки в те годы были редкостью даже в странах с первоклассной авиапромышленностью. Не прошла она незамеченной и за рубежом. В каталогах зарубежных фирм даже гашеные экземпляры ценились очень высоко. Это послужило причиной появления многочисленных подделок, некоторые были настолько совершенны, что отличить их от подлинных довольно трудно. Настолько трудно, что, когда появились поддельные горизонтальные и вертикальные пары «тет-беш», их приняли за настоящие и включили в каталоги. Подделывались не только надпечатка контура самолета, но и сами марки. Известно немало фальшивых конвертов с первыми авиапочтовыми марками. Правда, незнание особенностей почтового обращения первых авиамарок сыграло злую шутку с авторами подделок. На фальшивых конвертах, как правило, наклеены лишь авиапочтовые марки. На самом же деле такого не может быть, ибо на подлинных конвертах должны соседствовать и обычные марки, и авиа.

Интересно, что она является единственной почтовой маркой, выпущенной для оплаты только авиапочты. Остальные авиамарки разрешалось использовать и для оплаты обычной корреспонденции.

Правда, хронологически эта марка не была первым знаком почтовой оплаты воздушной почты.

Загадка «консульского полтинника»

На многих филателистических выставках внимание посетителей привлекала экспозиция таллинского коллекционера К. И. Васильева, в которой были представлены редчайшие советские марки. Фрагменты генеральной коллекции таллинца включали раритеты, пользующиеся мировой известностью - «консульских марок».

Какова же история знаменитых «консульских марок»? В чем причина их редкости? К началу 1922 г. Советское правительство имело дипломатические отношения с рядом государств. Связь с представительствами за границей осуществлялась через Ригу с помощью дипломатических курьеров. Действовавшая система доставки дипломатической почты не могла удовлетворять советское правительство. Из Москвы в Берлин официальные документы шли целую неделю. Кроме того, участились попытки захвата дипломатической почты, несмотря на то, что власти государств, через которые проходил путь дипкурьеров, обязались оказывать им защиту и покровительство.

Когда в конце 1921 г. было учреждено советско-германское общество воздушных сообщений, ему было поручено организовать регулярное авиасообщение Москва - Берлин с целью перевозки дипломатических курьеров, служебного персонала и корреспонденции в советское посольство и обратно. Предполагалось, что срок доставки почты при этом сократится до 22 ч.

Воздушная трасса проходила через Кенигсберг, Каунас, Полоцк, Смоленск. Дважды в неделю самолеты летали из Москвы в Берлин и обратно. В Берлин воздушные перевозки почты осуществлялись бесплатно. Поэтому тариф для оплаты устанавливался в германской валюте - 12 германских марок за каждые 10 г веса.

По распоряжению советского посольства в Германии с 15 июля вводились специальные служебные марки. С их помощью предполагалось учесть, сколько корреспонденции различные учреждения отправляют воздушным путем, чтобы правильно установить размер месячной оплаты.

Для выпуска этих знаков использовались листы марок консульской пошлины Министерства иностранных дел царской России, на которых красной краской была произведена надпечатка в три строчки: «Воздушная почта РСФСР -… германских марок». Всего известно восемь номиналов надпечаток на четырех консульских марках различных достоинств: 12 герм, марок на 2 руб. 25 коп., 24 герм, марки на 3 руб., 120 герм, марок на 2 руб. 25 коп., 600 герм, марок на 3 руб., 1200 герм, марок на 10 коп., 1200 герм, марок на 50 коп., 1200 герм, марок на 2 руб. 25 коп., 1200 герм, марок на 3 руб.

Заказ советского посольства был выполнен в Германии. Подтверждением этого служит любопытная и довольно редкая опечатка. На некоторых марках серии вместо «24 герм, марки» напечатано «24 герм, марок». Видимо, наборщик не очень хорошо знал русский язык.

После того, как закончилось печатание первого номинала (12 герм, марок), в матрицах поменяли цифры номинала. А буквы текста остались прежними. Так и произошла ошибка, породившая редчайшую разновидность марки.

Тираж марок до сих пор точно не установлен. Хотя, безусловно, он не велик. Характер марок, их назначение не требовали большого количества знаков. Марки «консульской почты» носили чисто служебный характер. Они не продавались частным