Мама

Глава 1

- Сынок, вставай, в школу опоздаешь!

Женщина бегала по квартире и чувствовалось, что она встревожена.

На кухонном столе стояла тарелка с горячей кашей и чай с молоком.

- Я тебе завтрак приготовила. И рубашку белую постирала и погладила. Пожалуйста, в следующий раз не бросай её комком на кровать, а повесь на вешалку.

Одиннадцатиклассник спросонья зевнул в постели, но даже не предпринял попытки встать.

- Достала, мама. Дай поспать! Я пойду на второй урок.

Мать занервничала:

- Как на второй? У тебя первым уроком - физика. Это самый важный предмет. Помнишь, как ты сдал ОГЭ? Математика, русский, физика, информатика - все на три. Мы не смогли поступить на бюджет в техникум!

Парень отвернулся к стенке:

- Уф, началось! Иди уже на работу!

Мать переживала: её беспокоило безразличное отношение сына к учёбе. На бегу влезая в узкое платье, застёгивая сбоку молнию на талии, мать продолжала свой бесполезный монолог:

- Помни, нам не на кого рассчитывать. Твой отец нас бросил, когда ты пошёл в первый класс. Бегал от одной организации к другой, лишь бы не платить алименты. Но ничего, мы выжили и дальше проживём без его участия. Ты поступишь в институт, получишь высокооплачиваемую специальность и мы заживём. Главное, пожалуйста, учись. Ты мне обещал.

Сын ворчал в постели:

- Ой, замучила! Институт, институт. Я работать сразу пойду после школы.

Мать испугалась:

- Если в институт не поступишь, тебя в армию заберут, а я этого боюсь больше всего на свете.

Парень махнул рукой:

- Не заберут, я убегу в Москву, пусть там ищут.

- Смешной ты! - рассмеялась мать и хотела сына поцеловать в щёчку на прощание.

Тот отвернулся и спрятал голову под подушку:

- Ой, мама, отстань! Иди уже! Когда ты меня в покое оставишь?

Мать с душевной болью и тревогой поглядела на неразумного сына и покачала головой:

- Вставай, пожалуйста, я должна видеть, что ты встал и пошёл в школу.

Сын сделал вид, что встаёт:

- Всё, встал, отстань уже!

Мать улыбнулась сыну и, схватив дамскую сумочку, попрощалась:

- До вечера, сынок. Желаю сегодня получить побольше хороших оценок.

Дверь за матерью закрылась и сынок тут же снова упал в кровать, поглубже зарывшись в тёплое одеяло. В комнате повисла приятная тишина. Никто не раздражал, не заставлял идти в школу. Можно было спать хоть весь день. Но почему-то не спалось: настенные часы громко и радостно отбивали свой часовой ритм.

Витя понял, что заснуть он уже не сможет. Вспомнил, что не доиграл вчера в "Майнкрафт" и последовал к своему компьютеру. Не умывшись, не одевшись, сразу включил монитор и процессор, принялся водить мышкой по столу. Через пару-тройку часов захотелось есть. В трусах пошёл на кухню, уныло взглянул на остывшую кашу, откопал в холодильнике вчерашний наваристый суп, подогрел в микроволновке, съел и снова сел за компьютер играть.

У матери день на рабочем месте сложился иначе: не было ни минуты покоя - то рабочие просили починить запуск конвейера, то мастер вызовет, то директор. По итогу оба решили, что Арину Валерьевну придётся уволить.

- За что? - не понимала мать Вити.- Я усердно работала все эти годы.

Директор сухо объяснил:

- Понимаете, вы не совсем тот человек, который нам нужен. Вы нас разочаровали.

Женщина удивилась:

- Интересно, чем же?

- У вас неправильный подход к работе. Вы опаздываете. У вас какие-то семейные проблемы?

Арина Валерьевна не согласилась:

- Нет у меня никаких семейных проблем, и я опоздала я за весь год только дважды.

- Вот видите! Вы нам не подходите. Вы нас разочаровали своей нетрудоспособностью. Пишите заявление по собственному и отнесите в бухгалтерию.

Арина Валерьевна в слезах почти встала на колени перед директором и мастером:

- Если вы меня уволите, куда же я пойду? Мне сорок восемь лет! Меня никто в предпенсионном возрасте на работу не возьмёт. Вы же знаете, у меня сын. Я одна его воспитываю. Мужа нет, никто нам не помогает. Мы что, должны с голода умереть? Пожалейте нас, ради бога!

Но мужчины были непреклонны и Арина Валерьевна побежала в подсобку реветь от жалости к самой себе. В крошечной комнатушке пахло сыростью, продуктами и ещё чем-то холодным и мёртвым.

Внезапно зазвонил мобильный телефон. Арина Валерьевна вытерла слёзы, высморкалась в носовой платок и ответила на звонок:

- Как, не пришёл на занятия? Совсем? Все уроки пропустил? Спасибо, я поговорю с ним вечером.

Арину Валерьевну сбил с ног тревожный звонок из школы, и она сн попыталась поговорить с директором о том, что она не сможет найти другую работу. Но уговорить упрямого мужчину было невозможно: он уже давно принял это решение и осталось дело за малым - подписать заявление и покинуть учреждение, в котором она проработала двадцать лет. Рабочие по цеху с удивлением провожали бывшую сотрудницу к выходу из фабрики:

- Да как же так? А как же ты теперь с Витей жить будешь?

- Не знаю, - грустно вымолвила Арина Валерьевна и неспешной походкой отправилась на автобусную остановку. Она пропустила несколько маршруток в туманных раздумьях, не замечая никого вокруг.

Вернувшись с работы раньше обычного, она снова застала сына, играющего в "Майнкрафт":

- Ты же обещал мне, что пойдёшь сегодня в школу.

Витя в испуге резко отпрянул от монитора и обернулся на печальное лицо матери:

- А ты чего так рано? Уволили, что ли?

Мать бесцветным голосом прошептала:

- Да, сынок, меня уволили.

Витя с пренебрежением бросил через плечо:

- Ну ты, мам, меня разочаровала!

Эти слова как-то по-особенному затронули тревожное сердце матери. Она побледнела, раскрыла глаза от ужаса и тихонько вышла из квартиры, забыв закрыть за собой дверь. Витя не заметил исчезновения матери, продолжая играть в "Майнкрафт" и внимательно отслеживая взглядом каждый виртуальный шаг.

На улице что-то зазвенело, заскрежетало, а через пять минут к Вите в комнату забежала взволнованная соседка Нюра, прикрывая рот от крика:

- Витя, Витя, твою маму сбила машина!

Витя, не доиграв в "Майнкрафт", не мог понять в какой реальности это происходит - в настоящей или виртуальной? Он лишь видел, как Нюра, вытирая лицо от слёз, выбежала из квартиры в подъезд.

В комнате повисла тяжёлая мучительная тишина. Настенные часы по-прежнему громко отбивали свой обычный часовой ритм, но уже не так радостно.