Маленькие Радости

Рукодельница

— Подари мне этот клубочек. — Зачем он тебе? Маленький ведь, да и не свяжешь из него ничего... — Нитки хорошие. Ну, подари. Жалко тебе что-ли? — Если он тебе так нужен, то бери.

Девушка с довольной улыбкой сжимала в ладонях крохотный клубок мягких пушистых ниток. Она уже знала, что можно связать из подобных ниточек, но этот клубок на самом деле был слишком мал, чтобы его хватило хоть на что-то серьёзное. Так, побаловаться лишь, но девушку это совершенно не смущало. Дома она сразу же положила его в свою рукодельную корзинку и, вытащив кончик нити, начала вязать. Девушка была настолько увлечена своим занятием, что не заметила, как закончила своё изделие. Завершив рукава, она обрезала нить и вынула клубочек из корзинки. На удивление, он совсем не изменился в размерах, хоть девушка и связала из него целый мужской свитер. В него она легко могла поместиться полностью, ещё бы и место осталось.

Отпустив маленький клубочек в коробку с такими же крохами, девушка улыбнулась. Её чудо-корзинка для рукоделия помогала радовать друзей, родственников и знакомых, а так же облегчала работу с нитками, ведь они никогда неожиданно не заканчивались.

Скрытые страхи

Работая в магазине игрушек, Имрану пришлось столкнуться с тем, что он не любил всю свою сознательную жизнь, а именно с куклами. Он их никогда не любил и с некоторой осторожностью ходил мимо стеллажей с бесконечными рядами разноцветных коробок разных фирм. Его успокаивало то, что упаковки были достаточно прочными и, даже, если они вдруг оживут, то не смогут из них выбраться, оставаясь в плену пластика и картона. Со временем, Имран смирился с их присутствием в своей жизни, но старался лишний раз не заходить в те ряды, где они стояли, особенно во время закрытия магазина, когда гас весь свет, и оставалось только слабое аварийное освещение, от которого и так было не по себе. Да ещё его и не хватало, чтобы достаточно осветить стеллажи. А как вы знаете, в темноте может привидеться всякое. В магазине юноша быстро стал любимцем покупателей. Никто даже не догадывался о его страхе, ведь Имран был отзывчивым и с радостью помогал покупателям, не зависимо от того, про какие игрушки шла речь.

Наступили прохладные осенние деньки. Зачастую на работу приходилось идти под дождём. Имрану это не нравилось, но других вариантов у него не было. Послышался первый раскат грома. Юноша замер, держа в руке набор для творчества, который он собирался выставить на стеллаж. Ему показалось, что по крыше магазина ходят великаны, столь неприятен и страшен был этот звук. Имран осмотрелся. Даже в непогоду, в магазине было многолюдно. Покупатели ходили между стеллажами, рассматривая коробки с игрушками. Дети хватали всё подряд, играли в догонялки и превращали магазин в игровую площадку. А родители мелких озорников даже не задумывались о том, что их дети могут кому-то помешать. Имран уже привык к этому, поэтому просто пододвинул ногой коробку с товарами ближе к стеллажу и продолжил выставлять наборы на полку.

Неожиданно погас свет, и даже аварийное освещение потухло. Послышался грохот, детский плачь и чья-то ругань. Имран достал смартфон и, сделав максимально яркую подсветку экрана, осветил проход перед собой. Кто-то последовал его примеру, и по стеллажам забегали световые пятна, но этого всё равно не хватало, чтобы нормально осветить весь магазин. — Дверь не открывается, — послышался чей-то крик с другого конца магазина. На улице грохотал гром. Капли дождя барабанили по крыше, отзываясь эхом в магазине. После очередного грохотания кто-то взвизгнул, а со стороны стеллажей с куклами послышалось странное шебуршание. У каких-то игрушек сработали встроенные звуки, что напугало не только детей. От этих звуков Имран вздрогнул и попытался вспомнить хотя бы один предмет, которым он смог бы защитится, но почему-то ничего не приходило на ум. Когда он увидел игрушечную собаку, валявшуюся на полу, то, не задумываясь, поднял её и, бережно прижав к себе, понёс в отдел мягких игрушек. Отсутствие нормального освещения не помешало ему исполнять обязанности. Вдруг игрушка пошевелилась и облизала пальцы юноши. Имран замер и медленно опустил взгляд. С рук на него смотрела пара маленьких чёрных глаз. «Не мог же я по ошибке принять за игрушку чужого питомца? Или всё же мог?»

Щенок на руках тявкнул и попытался добраться до лица юноши, чтобы облизать. На его ухе висела этикетка с хорошо различимым логотипом известного бренда по изготовлению реалистичных мягких игрушек. Но ведь не настолько же реалистичных, правда? — Если ты ожил, то... значит и они... тоже? — шёпотом спросил Имран, вздрогнув и обернувшись в сторону стеллажей с куклами. Юноша собирался пойти в сторону полок с игрушечным оружием, но вспомнил, что его планировали переложить. Он был на выходном, так что не знал где теперь его искать. А ведь был такой хороший шанс узнать, стало ли игрушечное оружие настоящим или это произошло только с некоторыми игрушками. Имран сильнее прижал к себе щенка и поочередно посветил в ближайшие проходы, пытаясь решить куда лучше идти. В некоторых стояла полная тишина, в других же что-то щёлкало или шуршало. Юноша нырнул в ближайший тихий ряд, светя перед собой. Мимо прокатился мячик, тут же скрывшись в темноте. Щенок тявкнул и попытался спрыгнуть с рук и поспешить за ним, но Имран лишь прижал пёсика сильнее и погладил по голове. — Не стоит туда идти, — уговаривал он щенка. Юноша прошёл мимо стеллажей с мыльными пузырями, скакалками и мячиками, порадовавшись тому, что ничего из этого не пошевелилось и не попыталось напасть. Около служебного входа он увидел свою напарницу.

Девушка была низенького роста и не доставала даже до его плеча. Сейчас она выглядела напуганной, вновь дёргая ручку. — Дверь не открывается, — чуть ли не плача сказала она. — Не переживай – выберемся. Со стороны стеллажей с куклами послышался неестественный голос. Щенок тявкнул. Имран слегка вздрогнул и посмотрел в ту сторону, а девушка неосознанно вцепилась в край его футболки. Смартфон в руках пискнул, сообщая о разрядившейся батарее и моргнув, погас, погружая их во тьму, но ненадолго. Включилось освещение. Послышался очередной раскат грома. Имран посмотрел на щенка. Сейчас на его руках лежала мягкая игрушка, а край его футболки оттягивала напарница. — Пойдём до кассы, — попросил юноша. Девушка непонимающе на него посмотрела, а потом нерешительно перевела взгляд в сторону касс. В свете ламп магазин уже не казался таким страшным. Она отпустила футболку Имрана. — Зачем тебе туда? — Хочу купить его, — с улыбкой ответил юноша. — Ты сейчас пошутил? — девушка посмотрела на него с недоверием, — он же стоит, как пол твоей зарплаты! — Не шучу. Идём, — сказал Имран, направляясь к кассе.

Карманный клининг

Крохотные человечки вышли на гигантскую деревянную поверхность. Хоть их и было всего двое, они ничего не боялись. Мир, которых окружал, был намного больше их и мог бы показаться пугающим. Сложно жить, когда твой рост не превышает обычную шариковую ручку, которую другие существа, не задумываясь, используют по несколько раз за день. В руках крохотные человечки держали столь же крохотные совочки и метёлочки. — Начни-ка ты с того краю, а я пока здесь поработаю, — махнул рыжеволосый своему напарнику. Ребята сразу же приступили к делу, ведь им предстояло убрать достаточно большую территорию. Они сметали пыль, какие-то крошки, складывали в стакан карандаши, которые были разложены по всему столу. Мусор они ссыпали в ведро, которое стояло посередине. Работы было много, поэтому они не отвлеклись, даже когда громко хлопнула дверь. — Привет, трудяги! — сказал человек, склонившийся над столом. По сравнению с ними, он был просто великаном.

Ребята поклонились и продолжили свою работу. — У меня есть кое-что для вас. Великан зашуршал чем-то, а потом поставил на стол большую игрушечную машинку-мусоровоз. Рыжеволосый отложил свою метёлку и окликнул напарника. Они почти одновременно подошли к неожиданному подарку. Работники бегали вокруг неё, трогали её цветные борта и что-то говорили, но для великана их слова оставались непонятными писками. Из-за этого они обычно общались лишь жестами.

А когда-то всё началось с того, что он поймал маленьких человечков, когда те пытались украсть печенье с его кухни. Конечно же, он изловил эту парочку и посадил в банку, около часа рассматривая негодяев и ругаясь. Но крохам было сложно понять, в чём же они провинились, а нормально объяснить не получалось. Когда великан успокоился, воришки попытались договориться с ним и даже разыграли целую пантомиму перед своим единственным гигантским зрителем, ведь он так и не смог понять их речь. Тот сначала недоверчиво рассматривал, как крохи ходят по банке и машут руками, потом закинул в банку печенье, а затем и вовсе выпустил их из стеклянного плена.

С того момента эта парочка начала на него работать, прибираясь и принося различные мелкие затерявшиеся вещички. То монетку найдут, то булавку, то оторвавшуюся пуговицу. Великан же построил для них небольшой, но уютный домик, снабжал их разнообразной едой и частенько дарил миниатюрные штучки. То фарфоровый чайничек принесёт, то креслице обшитое тканью, то одёжку, а сейчас вот машинку принёс. Серая кабина с открывающимися дверцами. Бело-синий кузов со странным механизмом на боку. Рыжеволосый покрутил рычажок, который находился рядом с ним и заметил, что от его действий вниз стал спускаться небольшой серый мусорный бачок. Великан усмехнулся, наблюдая, как его маленькие работники изучают его подарок. Второй уборщик юркнул в кабину. Что-то щёлкнуло и кузов машины пришёл в движение. Рыжеволосый отпрянул от движущегося борта и с настороженностью рассматривал машину.

В задней части открылась дверца и на стол выпала свёрнутая бумажка. Развернув её, рыжеволосый увидел инструкцию в картинках. Он посмотрел на великана и с благодарностью поклонился, а после поспешил к своему напарнику. Теперь они смогут выполнять свою работу лучше и быстрее. Великану не хотелось, чтобы его маленькие друзья проводили за уборкой слишком много времени. Возможно, ему стоит задуматься о небольшом телевизоре в их домике. Но где найти подобную крошку и как подключить?

Пленник пустыни

Посреди пустыни стоял большой туристический автобус. В его открытую дверь ветер наметал песок. И вот уже первая ступенька стала лишь частью пустыни. На песке осталась небольшая цепочка следов, которые оставил большой варан, облюбовавший пустующее водительское сидение. Солнце ярко светило и согревало, а стёкла не пропускали внутрь салона песок. Красота. Только вот одинокому туристу, сидящему на заднем сидении, это не нравилось. Он в очередной раз перебирал свой походный рюкзак, хотя и знал, что вода и еда у него давно уже закончились. Почему-то он не пошёл с группой, когда автобус заглох, но сейчас уже пожалел об этом. У него не было возможности даже включить кондиционер, злобный варан не подпускал его к панели управления. А воздух нагревался всё сильнее с каждой минутой.

Несколько раз турист подходил к двери и нерешительно выглядывал наружу. Песок в салоне постепенно прибывал, и лестница начинала походить на горку. Да и на многие километры вокруг был лишь один песок, песок и только песок. И лишь ветер перегонял его с места на место, образуя причудливые узоры и новые барханы, которые, правда, исчезали столь же скоро, как и появлялись. Налюбовавшись этим, турист вернулся на кресла, которые облюбовал и снова заглянул в рюкзак. Он надеялся, что за то время что он отходил, там появилась бутылка воды или обнауржиться какой-нибудь завалившийся сухарик, который прятался от него всё это время. К сожалению, ничего не изменилось. В неоднократно перекопанных вещах ничего нового не находилось. Турист с надеждой заглянул под сидение, но тут же скривился. В кучке пыли лежали лишь сухие мухи, а порванная паутина слегка покачивалась.

Он встал и неспешно прогулялся по салону, заглядывая под каждое сидение с надеждой, но там была только пыль и песок. Подняв голову, турист заметил, что ветром в салон песка надуло столь много, что теперь он был уже и под передними сидениями. Казалось, что природа наступает и собирается поглотить автобус вместе с ним. Турист забрался на заднее сидение, поджав ноги. Он надеялся, что пустыня не скоро доберётся до него. Обняв рюкзак, турист заметил, что из открытого кармана торчит тёмно-синяя книга. «То, что нужно, чтобы отвлечься» - подумал он, доставая свою находку.

Ярко светило солнце. Ветер задувал песок через открытую дверь. В руках туриста оказалась книга «Учебник по математике. Второй класс». — Ванечка, пора домой, — позвала женщина, вставая со скамейки. Она обращалась к мальчику, сидящему в одиночестве посередине песочницы. Женщина попрощалась с подружками, которые остались сидеть на скамеечке, и направилась к спешащему ей навстречу мальчугану.

Вечный сон

Нян-Бан прыгнул в очередной раз и прикрыл глаза. Теплый солнечный свет разморил маленького лягушонка. Ему не особо хотелось открывать глаза, но он заставил себя. Ещё один небольшой прыжок. Он запрыгнул на камень, покрытый мхом. Мягкая растительность была приятная, и уходить с неё не хотелось. Малыш вновь прикрыл глаза. Солнышко с одной стороны, пушистый мох с другой... Но нужно было спешить. Ещё один прыжок, в этот раз чуточку длиннее.

Солнечные лучи вырисовывали причудливые узоры на земле, рассеиваясь из-за веток деревьев. Здесь сидеть было намного прохладнее, поэтому следующий прыжок лягушонок сделал почти сразу же. Шлёп! Нян-Бан нехотя открыл глаза. На блестящей поверхности лужи он увидел напуганного лягушонка. Но стоило малышу присмотреться, как он понял, что дрожит только вода, а не он. Шлёп! Брызги разлетелись в разные стороны, блестя на солнце и создавая на короткий миг небольшую радугу. Мимо неспешно проплыл жёлтый лист. На его дырявом борту сидела большая пушистая яркая гусеница. Нан-Бан прикрыл глаза, чтобы не отвлекаться. Когда лягушонку стало слишком холодно, но вновь прыгнул. Бульк! Нян-Бан дёрнул лапкой, но до дна почему-то не достал. Пришлось плыть. Он то открывал, то закрывал глаза, борясь с сонливостью. Впереди наконец-то показался камень, на который лягушонок смог забраться только с четвёртой попытки. Нян-Бан устроился на небольшом солнечном пятне и уселся там, закрывая глаза. Нагретый камень неспешно отдавал тепло, приятно согревая пузико лягушонка. — Ква, — довольно сказал Нян-Бан, замирая.

Сложности магии

— Превратите воду в вино, — сказал мужчина, наливая в бокал прозрачную жидкость из бутылки. — Но я же не умею! — ответил ему паренёк, стоявший перед ним. — Как это? У вас же указано, что вы владеете магией. — Это демоническая магия, — сказал юноша, поправляя спадающий шарф. В его красных глазах отразилось презрение к человеку перед ним. — Превратите эту воду в вино, — с нажимом произнёс мужчина, ставя на стол перед демоном бокал, заполненный до краёв. — Я не умею, — с раздражением ответил юноша. — Моя магия не предназначена для удовлетворения... человеческих желаний. — Ну, преврати... и я сразу же отпущу тебя. — А ты считаешь, что сможешь удержать меня здесь? Ха! Наивный.

Демон поправил сползающий шарф и отвернулся от человека. Мужчина ходил по комнате, пытаясь придумать способ убедить демона в важности его просьбы. Юноша снова поправил свой шарф и недовольно фыркнул. Его терпение подходило к концу, и он с нескрываемой злостью наблюдал за человеком. Как только мужчина повернулся к нему спиной, демон тут же скрылся. — Может, я могу п... — начал было мужчина, но стоило обернуться, как он замолчал. Разговаривать было не с кем. На столе остался пустой бокал, а по его гладкой блестящей поверхности проходила трещина. — Ушёл... — с некоторой грустью сказал мужчина и коснулся бокала. Тот тут же со звоном рассыпался на мелкие осколки.

Вынужденная разлука

Опираясь о косяк, Аарос внимательно наблюдал за женщиной в годах. Она суетилась, что-то ища в шкафчиках, то и дело добавляя найденное в кастрюлю на плите. Айя с каждым годом не молодела, а вот Аарос оставался столь же молод, как и при их первой встрече. Союз между человеком и демоном был обречён с самого начала. И он знал это. Человек угасал с каждым днём, постепенно теряя, а демон с годами становился лишь опытнее. Аарос видел, как распадаются королевства, умирают Боги, а человеческая жизнь была настолько скоротечна, что напоминала ему искру. Мгновение и она потухла.

Айя покорила сердце демона, когда была совсем ещё юной. Она выращивала цветы и лечебные травы вокруг своего дома и часто гуляла по лесу в поисках новых цветов, трав и корений. К тому же совершенно не испугалась, когда увидела демона в истинном обличии. Аарос тогда получил... корзинкой... но всё же прямо по рогу. Хотя даже с годами Айя не стала для него менее привлекательной.

— Садись за стол, — пожилая леди выдернула его из раздумий и воспоминаний. Аарос нежно улыбнулся. — Однажды, твой ужин окажется для меня последним. Айя лишь молча улыбнулась ему, вытирая руки полотенцем. — Но я всё равно тебя люблю, — сказал демон и сел за стол. Он попробовал суп. Еда была такой же вкусной, как и всегда. После пары ложек от рога Аароса отвалился небольшой кусочек. — Не переживай, я уберу... — Я больше волнуюсь за Аффа. И всё же не могу понять, как сын демона и человека мог пойти в охотники на демонов.

Аарос не видел своего сына с самого рождения, приходя к Айе только тогда, когда Афф был не дома. Демон вынырнул из своих воспоминаний и посмотрел в сторону своей жены, та стояла чуть наклонившись. Он неуверенно позвал её, а затем резко подскочил, подхватывая падающую старушку. Аарос прекрасно понимал, что её жизнь подошла к концу, но не мог смириться с этим. Нежно уложив Айю на пол, Аарос сел на пол рядом. С его рога осыпалось её несколько осколков. Демон неуверенно коснулся уже холодной руки. Рог стал осыпаться сильнее. Когда на пол упал последний кусочек, от Аароса ничего не осталось... лишь боль от утраты любимой.

Непринятые

Он нежно поправил тёмные непослушные пряди, которые упали на лицо спящей девушки. Её ровное тихое дыхание указывало на то, что она всё ещё жива. Он радовался, что успел. Снова вовремя оказался на месте. А ведь он так боялся опоздать. Не успеть. Прийти не туда. Бережно прижимая к себе госпожу, он ускорил шаг. Что он может ещё сделать? Он не мог даже защищаться. Его создали с человеколюбием, и он не смог бы при всём желании навредить им. Но если он позволит ненависти захватить себя, то сумел бы он так же верно защищать свою госпожу или просто бы превратился в монстра, который бы убивал всех? Он избегал людей, потому что они раз за разом причиняли боль его госпоже и с завидной периодичностью пытались убить её. При этом он испытывал безысходность, как будто его связывала тысяча верёвок и цепей. Он мог только убегать и уносить свою юную госпожу от опасных людей всё дальше. Ему было трудно поверить в то, что его такую милую и добрую госпожу, ненавидели окружающие и пытались лишь убить. Отвергали её помощь и отказывались слушать.

Прижав девушку чуть сильнее, он перешёл на бег. Он прекрасно понимал, что их могут преследовать или уже вышли за ними, чтобы отобрать у него девушку. Вновь заставив страдать. В прошлый раз по их следу пустили собак. Ему пришлось долго лечить свои ноги после их укусов, ведь они безжалостно нападали. Он вздрогнул и замер. Либо их никто не искал, либо их преследователи были достаточно далеко.

Девушка не приходила в себя. С одной стороны – это упрощало её спасение, а вот с другой... ему приходилось переживать о том, что на этот раз могли сотворить с его госпожой. Он не был уверен в том, что её не напоили какой-нибудь гадостью. Это волновало очень сильно. Ведь он не был силён в целебных травах и единственное, что умел – обработка небольших царапин и ссадин. Он очень жалел о том, что не настоял на том, чтобы его обучили лекарскому ремеслу. Он был уверен, что смог бы помогать девушка, но сейчас он ощущал себя совершенно бесполезным.

Дойдя до реки, он осторожно присел и окунул ладонь в ледяную воду. Он замер, а затем нерешительно коснулся лба девушки своей мокрой рукой. Сейчас он мог сделать только это и был рад, что от его действий девушка слегка поморщилась. Он снова намочил ладонь и нежно протёр её лицо. Когда девушка открыла глаза, он обрадовался, ослабив объятия, и хотел помочь ей встать, но госпожа лишь сильнее обняла его и прижалась к обрубку его шеи, который возвышался над плечами.

Девушка и её ручной «монстр» всегда были изгнанниками. Люди унижали их, оскорбляли, пытались убить. Его спину покрывали многочисленные шрамы. Её руки были в мозолях и ссадинах. Но они были друг у друга и противостояли всему миру.