М.У.К.А. 2050.

Глава 1

По единственной трассе с относительно целым асфальтовым покрытием, неспеша, экономя биотопливо, катил белый микроавтобус марки bioAvtoPaz Last-Next Pro X-10, сконструированный объединенным концерном отечественных автопроизводителей по выкупленному у стран Азии на государственные субсидии патенту. На рулевое колесо была наклеена эмблема единого автомобильного завода, под которой скрывался иероглиф, выдающий истинные корни автомобиля. Его грязно-серые бока украшали красные полосы, а на капоте расположился крупный алый крест, под которым красовалась аббревиатура «М.У.К.А.». Голубые маячки, лениво вращающиеся на крыше, освещали кромешную темноту вокруг.

Дорога была действительно хороша! Еще бы- ведь эта трасса являлась практически единственной, на которую выделялся бюджет. Остальные автомобильные артерии региона по большей части склерозировались, изъязвились ямами и поросли бляшками кочек. И правильно! Экономия бюджета должна быть рациональной. Зачем тратить столько средств и человеко-часов на подержание не особо нужных дорог, если можно содержать в хорошем состоянии всего несколько трасс? Да и штат дорожных рабочих был сокращен, техники и ресурсов меньше стало требоваться, что тоже положительно сказалось на экономике. Оптимизация, понимаете ли.

Автомобиль Медицинских Услуг Контрактного Акцентирования (М.У.К.А.) был в этот час чуть ли не единственным транспортным средством на этой трассе. Не каждый гражданин мог позволить себе оплатить проезд по такой отличной дороге. Так что в основном тут двигался всякий спецтранспорт, подобный машине М.У.К.А. Да и самих этих автомобилей было около двадцати на весь большой регион. И использовали их только в особых случаях, когда требовалось транспортировать пусть и важного для страны, но всё-таки не «доросшего» до более развёрнутых услуг пациента. Услуг в виде доставки сверхдорогой авиацией в Морковское Объединение Росландовских Демократических Анклавов, богатое на технологичные клиники, впитавшие в себя денежное обеспечение всей остальной страны. Направление в «Морду» нужно было не только заслужить, но и оплатить с личного кармана.

Давид Генрихович, водитель М.У.К.А., одетый в старую и застиранную форму, сделал звук радиоприемника потише, так как явно услышал призывной голос из салона. Точно- клиент-пациент просил уделить ему внимание.

Водитель остановил машину у обочины, уже давно отработанными движениями выставил позади знак аварийной остановки и складной светящийся красный крест. Таковы требования ПДП- правил дорожного подчинения! Красный крест несколько раз мигнул и погас, холодный пот тут же выступил на спине Давида. Трассу патрулировали сотни дронов ДСП- дорожной службы правительства. За неисправный крест на организацию Давида мог прилететь очень крупный штраф.

Давид стукнул кулаком по батарее креста и обеспокоенное лицо мужчины осветил красный диодный свет. С вздохом облегчения он поспешил в салон машины.

-Мирослав Рашидович! У Вас что-то случилось? Как Вы себя чувствуете?— проявляя максимальную учтивость спросил Давид.

-Что-то плохо мне… Тошнит и голова кружится, сколько можно звать тебя? Сил никаких нет— уже совсем слабым голосом ответил лежащий на носилках мужчина.

Давид открыл видавший виды пластиковый ящик, достал тонометр, дырка в манжетке которого была заклеена пластырем, и принялся осматривать больного, уже заранее думая о вариантах оказания медицинской услуги скромными ресурсами М.У.К.А.

Давид Генрихович был не совсем водителем. Если быть досконально точным, то название его должности, согласно трудовой обговорённости, звучало так: «врач-санитар с обязанностями медсестры-водителя оказывающий спектр услуг на специальном автомобиле, обеспечивающем медицинские, околомедицинские и транспортные услуги».

Путь до такой должности был тернист и бредов, так же как и её название.

После окончания школы Давида распределили в услужливо-медицинский единый районоверситет. Его мнение никто не спрашивал- правительство региона считало это необходимым и направляло бывших школьников учиться на дефицитные специальности. Конечно же отвертеться было невозможно. Власти считали подобное распределение «уплатой» тех средств, которые были вложены в школьное образование молодых людей.

Учёба в УМЕР давалась Давиду тяжело. Все долгие восемь лет в стенах alma mater он чувствовал себя не в своей тарелке, но по итогу успешно сдал дистанционный экзамен базового изученного лечения. Спасло то, что особо думать при сдаче ДЭБИЛа не требовалось и большую часть ответов вышло подсмотреть в лежащей на коленях шпаргалке формата А3.

Его снова ждало распределение. Теперь уже в оптимизированные медицинско-услужливые учреждения. И это тоже было обязательным- власти требовали семилетней отработки вложенных в подвысшее образование денег.

Давиду, молодому специалисту, не вышло надолго задержаться ни в униклинике, ни в объединенных хирургически-патанатомических отделениях. Они оптимизировались с огромной скоростью, сокращались, соединялись с другими учреждениями. Вслед за этим упразднялись и комбинированные должности.

Еще отрабатывая «принудсемилетку» Давид решил подстраховать себя и занялся получением дополнительных специальностей, продав для оплаты учёбы доставшуюся в наследство квартиру. По итогу он заполучил красный диплом санитара, универсальный сертификат медсестры, особое право управления различным специальным транспортом и, вдобавок, расширенно аккредитовался по своей основной лечебно-услужливой специальности.

Такая комбинация оказалась идеальной для устройства на нынешнюю работу. Правда теперь Давиду приходилось каждый год дистанционно подтверждать на портале БУМ (Бесконечном Услуго-медицинском Образовании) все полученные «корочки». Да ещё и сдавать каждые полгода экзамен на право управления спецтранспортом.

Давид искренне считал, что ему очень повезло с местом трудорабоустройства. Как раз когда он отправил своё портфолио и резюме в М.У.К.А. один из санитаров-водителей врачебно-медсестринсткого профиля, управляя казенным автомобилем, сбил перебегающего трассу зайца. За что получил справедливое наказание в виде ограничения свободы на 5 лет, отстранение от любых видов трудорабовой деятельности (кроме грубого физического труда) на 10 лет и конфискацию имущества в виде квартиры. Квартиры, которая перешла в пользование властям региона и была впоследствии подарена большой малоимущей семье, иммигрировавшей из Талибистана.

Эти подробности Давиду рассказал представитель отдела кадроэкономии и штатоуправления (КиШ), чем непрозрачно призвал того исполнять свои обязанности с большей отдачей, чем его предшественник, и чутко беречь государственные природные ресурсы.

Да, Давиду повезло. Повезло вдвойне, так как его спецавтохозяйство находилось в маленьком городке, присосавшемся к трассе в идеальном расположении от районного центра, в котором находилась ОРК- Объединенная Районная Клиника. Сам же городок был давным-давно лишен медицинско-услужливых организаций в целях оптимизации. Осталось только спецавтохозяйство М.У.К.А, состоящее из одного сотрудника и одного автомобиля. Власти региона посчитали, что это решение оптимально и переносить в райцентр или сокращать сей филиал нецелесообразно.

Давид закончил осмотр клиента и вынес вердикт- пониженное артериальное давление. Немного подумав и вспомнив чему учили в УМЕР он вынес более точный, по его мнению, диагноз- гипотония.

Алгоритм предоставления услуг в этом случае приказывал поднять ноги лежачего человека на уровень выше головы.

Но Давид был хорошим специалистом и озвучил клиенту дополнительную платную услугу- постановку инъекции дефицитного кофеина.

Расписав все преимущества этой современной и технологичной процедуры Давид убедил своего пассажира в необходимости услуги и тот подписал все десять форм согласия на процедуру, на отказ от претензии при ухудшении состояния и смерти, на обработку персональных данных и на списание денежных средств с лицевого счёта.

Оказав услугу Давид аккуратно сложил все подписанные бумаги в папку, и с приподнятым настроением поспешил продолжить путь. Теперь ему вообще не надо было беспокоиться о желаниях клиента и обращать внимание на его стенания. Объем медицинских услуг был перевыполнен, а клиент отказывался от претензий. Теперь, даже если он окончит свой жизненный путь в дороге, беспокоиться Давиду не о чем. Просто тело клиента будет доставлено не в маленький приёмный холл ОРКа, а в огромный зал СОРГа- Склада Окончательного Размещения Граждан.

Вдалеке показались подсвеченные зелёными лампами трубы ТУСЭ- Тепловой Универсальной Станции Электропродукции, снабжающей центральный город района электричеством и теплом.

Говорят, что подобный тип станций электропродукции был настоящим спасением для экономики. Всеядные печи станции могли прекрасно работать на всём, что горит. Вот только иногда начинали возмущаться всякие недовольные прогрессом личности. Мол от таких станций слишком много выбросов, причём очень разных по своему составу. Снег в Райцентре постоянно окрашивался в различные оттенки- от черного, до голубоватого и это было очень вредно для здоровья, как рассуждали глупые паникёры.

Проехав по практически пустому городу до ворот ОРК и СОРГ Давид остановился для досмотра спецавтомобиля.

Досмотр всегда длился от двадцати, до тридцати минут. Львиную долю же занимал не столько сам досмотр, сколько заполнение охраной всей документации.

Давид перешёл в салон М.У.К.А., чтобы проверить состояние клиента, заполнить путевой сопроводительный лист и карту услуги.

-Ну как Ваше самочувствие? А мы уже приехали в ОРК.

Но клиент-пациент молчал, уставившись невидящими глазами в потолок салона. Давид проверил наличие пульсации на периферических артериях Мирослава Рашидовича, хмыкнул, достал сопроводительный лист и поставил отметку возле надписи «клиент доставлен в СОРГ».

«Эх, чуток не дотянул. А так бы был доставлен в ОРК и возможно поправил здоровье. Ну и хорошо- с СОРГом меньше волокиты»- без особых эмоций рассудил Давид.

С СОРГом действительно было намного проще работать. ОРК нехотя оформляла поступающих, зато в соседнее огромное строение-склад тела умерших в последнее время принимали максимально быстро и с минимальными бумажными проволочками.

Дело в том, что власти региона обязали кремировать абсолютно все тела и установили годовой план. Чем больше тел поступало в СОРГ, тем ближе было выполнение плановых нормативов по кремации.

Подрулив к стоянке СОРГа Давид заметил, что он тут далеко не первый. Там уже стоял другой автомобиль М.У.К.А. Его врач-водитель курил рядом с серым боком машины и задумчиво наблюдал как его клиента-пациента выкатывают из салона на носилках служащие СОРГа. Пульнув докуренную сигарету в урну он приветливо помахал припарковавшемуся рядом Давиду:

-Здрав будь, ДэВэДэ! Я смотрю тебе тоже повезло и ты не доехал до ОРК? С твоим-то клиентом что случилось?

-И тебе не хворать, Валдис— обрадовался коллеге Давид и пожал тому руку,– Да давление завалил в пути. Я ему услуги оказал и дальше поехал. А когда именно он помер- даже не знаю.

-Раскошелить то успел на дополнительные процедуры?

-Ещё бы! Прикинь- на инъекцию развёл! Кофеин ему подколол. Вернусь на базу- отправлю руководству сканы всех подписанных бумаг.

-Ну ты ловкач, ДэВэДэ— похвалил знакомого Валдис и задумчиво взглянул на торчащие вдалеке трубы ТУСЭ, -Как думаешь, почему СОРГ сократил всю волокиту с бумагами при сдаче им тел? Даже причины смерти не устанавливают. Помнишь сколько бумаг заполнять надо было раньше?

-Ну так ясно! У них же план! Зачем им лишние бумаги тут. Расписался, сопровод отдал и всем хорошо.

-Ну ладно, а зачем им план для кремации вообще? А я тебе скажу. Ты в своей деревне совсем видать не в курсе. Когда ты видел последний раз дым над крематорием СОРГа?

-Так вот же… Когда… Хотя да, точно. Месяц назад приезжал сюда и не дымили трубы. И что?

-А потому, что все тела теперь без вскрытий тут же увозят на ТУСЭ. Там какое-то оборудование хитрое завезли из Азии- трупы чем-то обрабатывают, химией некой, держат так несколько дней и потом в специальных печах жгут. Энергоэффективность огромная! А что осталось после сожжения- пакуют в контейнеры и отправляют в Азию. Мол после той химии с телами пепел первосортным удобрением становится.

-Ну и хорошо же! Все довольны.

-Да это понятно, что хорошо. Я же не возмущаюсь. Дальше послушай, что наши придумали ещё. Помнишь же, что у меня брательник в ритуально-традиционных услугах работает? Я тебе ещё говорил, что их фирма чуть не закрылась, когда обязали все тела кремировать. Тогда традиционно-ритуальщики вопли подняли. Да и люди тоже- мол земле предавать запретили умерших. Короче, вот что наши властьимущие придумали- разрешили хоронить, прощаться и всякое прочее. Но обязали фирмы через три дня трупы выкапывать и увозить на ТУСЭ. Место могилы потом повторно используется. А родственникам усопшего отправляется памятная табличка с фото бывшей могилы и с указанием даты захоронения. И всем удобно- планы выполняются, фирмы не закрылись, а родственники рады, что им хотя бы так позволяют традициями захоронения пользоваться.

-Ловко они удумали. А главное эффективно и оптимизировано— Давид задумчиво почесал щетинистый подбородок.

Из ворот СОРГа выкатили носилки М.У.К.А. Валдиса и тут же занялись почившим клиентом Давида.

Коллеги пообщались ещё некоторое время, покурили напоследок и, распрощавшись, поспешили в свои спецавтохозяйства.

Обратно Давид ехал в приподнятом настроении. Поглядев на уровень биотоплива в баке он посильнее нажал на педаль акселератора. Топлива он до этого сэкономил прилично и рассудил, что может себе позволить немного вольности в выборе скоростного режима.

Фары М.У.К.А. на многие метры вперёд разгоняли ночную темноту. Давид весело насвистывал въевшуюся в голову мелодию, как вдруг издал короткий крик и его глаза расширились- в дальнем свете фар на дороге показался заяц и ослепленный замер прямо по пути следования автомобиля. Давид со всей силы надавил на педаль тормоза и отчаянно крутанул руль вправо. Шины М.У.К.А. взвизгнули, автомобиль накренился на правый бок и, вылетев с трассы, несколько раз перевернулся, замерев в итоге на дне неглубокого придорожного оврага. Ветер ещё некоторое время гонял над жухлой травой вылетевшие из папки Давида бумаги с подписью Мирослава Рашидовича.

Среди образцов надгробных плит и венков, за строгим лакированным столом, сидела убитая горем женщина и менеджер ритуально-традиционных услуг.

-Так, теперь Вам надо подписать перечень документов— менеджер с прибалтийским именем Юстас пододвинул к жене погибшего первую из бумаг,- ознакомьтесь и распишитесь. Это согласие на эксгумацию тела Вашего мужа через три дня после захоронения.

Женщина не читая расписалась дрожащей рукой и вытерла платком слёзы.

-А вот в этой бумаге Вам нужно подтвердить своё согласие на использование государством праха после кремации.

Женщина зарыдав бросила ручку на стол и закрыла ладонями лицо.

-Я понимаю в каких Вы сейчас чувствах. Поверьте. Мой родной брат, Валдис, трудится в М.У.К.А. Так что он коллега Вашего погибшего мужа. И знаете, что я Вам скажу? Он был бы счастлив, если бы его прах послужил развитию и процветанию нашего государства. Я уверен, что и Ваш муж, Давид, разделил бы мнение Валдиса. Он честно и самоотверженно трудился на фронте медицинских услуг, так дайте же ему возможность в последний раз отдать долг своей стране— менеджер ободряюще улыбнулся и пододвинул ручку женщине, -Да, да- вот тут распишитесь. Вы всё сделали верно. Напоминаю Вам о том, что на прощание с мужем у Вас есть три календарных дня. Позже мы отправим Вам памятную табличку.