Любовь на острове
Закладка:
***********************************************************************************************
Любовь на острове
https://ficbook.net/readfic/10107523
***********************************************************************************************
Направленность: Гет
Автор: Karina Halle
Переводчик: towwers (https://ficbook.net/authors/938857)
Фэндом: Ориджиналы
Рейтинг: NC-17
Размер: планируется Макси, написано 220 страниц
Кол-во частей: 23
Статус: в процессе
Метки: Пляжи, Острова, Нецензурная лексика, Романтика, Юмор, Флафф, Драма, Повседневность, Hurt/Comfort
Описание:
Дейзи Льюис переживает безжалостную череду неудач. К счастью, скоро свадьба у её сестры. Неделя песка, моря и солнца в качестве подружки невесты - это именно то, что Дейзи нужно, чтобы забыть свою ужасную жизнь.
До тех пор, пока она не встречает шафера.
Если взять высокого, темноволосого и красивого, добавить немного грубости, щепотку задумчивости и много сексуальности, то получиться Тай Уэйкфилд. К сожалению, он также является главным ворчуном, и пытается противостоять Дейзи на каждом шагу.
Публикация на других ресурсах: Запрещено в любом виде
Примечания автора:
БЕЗ РАЗРЕШЕНИЯ НЕ ВЫКЛАДЫВАТЬ НИКУДА!
На всех сайтах (в том числе литмир) у меня есть свой аккаунт, я выложу сама
========== Сводка ==========
Сексуальная романтическая комедия о том, как застрять на необитаемом острове с мужчиной, которого ненавидишь любить и любишь ненавидеть.
Дейзи Льюис переживает безжалостную череду неудач.
К счастью, скоро свадьба у её сестры. Неделя песка, моря и солнца в качестве подружки невесты — это именно то, что Дейзи нужно, чтобы забыть свою ужасную жизнь и сосредоточиться на позитиве.
То есть до тех пор, пока она не встречает шафера.
Если взять высокого, темноволосого и красивого, и добавить немного грубости, щепотку задумчивости и много сексуальности, то получиться Тай Уэйкфилд. К сожалению, он также является главным ворчуном, и, похоже, пытается противостоять Дейзи на каждом шагу.
Но видимо свадебной вечеринки было недостаточно, и Дейзи оказывается на тесной парусной лодке с Таем и молодоженами.
Которая потом ломается на необитаемом острове Фиджи.
Ладно, они не совсем одни. Там есть странный ученый-исследователь, который слишком долго был изолирован, у них есть ветхие бунгало в качестве убежища, запасы воды и консервов, а также коза по имени Уилсон.
Но через несколько недель Тай и Дейзи понимают, что единственный способ справиться с этой неразберихой — прекратить ссоры и начать работать вместе.
Вскоре Дейзи понимает, что единственное, что хуже, чем застрять на необитаемом острове, — это застрять на острове с мужчиной, которого она ненавидит.
С мужчиной, который может разбить ей сердце.
========== 1. Дейзи ==========
Вы когда-нибудь хотели ударить человека ножом для масла?
Потому что именно это я и собираюсь сделать.
Конечно, моя рука дрожит, и я едва могу разрезать помидор для сэндвича, не думаю, что этот нож причинит реальную боль человеку, — легкий синяк, возможно, царапину.
Но даже в этом случае стоит попытаться.
Мой парень, Крис, стоит передо мной совершенно голый, подушка зажата перед его промежностью, чистая паника на лице. За ним, в глубине нашей спальни, стоит моя подруга — Мишель. Одета в кружевной бюстгальтер и стринги. Такой комплект нижнего белья не носят каждый день, если только для того, чтобы раздеться перед кем-то.
В данном случае перед моим парнем.
Я должна была догадаться, что что-то не так, как только пришла домой, чтобы приготовить себе обед. Я сказала Крису, что собираюсь на долгую прогулку в парк «Золотые ворота». Обычно мы ходили вместе, но в последнее время он был странным и угрюмым, поэтому я решила пойти одна. Конечно, я решила пройтись по магазинам, а потом проголодалась. Я ненавижу есть в ресторанах в одиночестве, поэтому вернулась домой покушать, а потом снова отправиться в путь.
Я не заметила ее туфель у входной двери, хотя теперь вижу их краем глаза. Мне не показалось странным, что дверь спальни была закрыта, хотя теперь понятно почему.
Я думала, что Крис ушел. И думала до тех пор, пока я не закончила делать сэндвич и не услышал приглушенное чихание.
Схватив нож для масла, я распахнула дверь спальни и в ужасе попятилась к кухонному столу, глядя на них обоих.
Ох, они пытались скрыть это, надеясь, что если не будут шуметь, я не замечу.
— Я могу объяснить, — кричит Крис, подходя ближе.
Я вытянула нож в пространство между нами, яростно встряхивая его.
— Не подходи, придурок! — мой голос разрывается между истерикой, вызванной гневом, и слезами, которые я сдерживаю.
Ради гордости, я надеюсь, что слезы не прольются.
Обе руки Криса поднимаются вверх, как будто я держу его на мушке, и подушка падает на пол. Я чуть не смеюсь. Его пенис сдулся, и выглядит как печальный мешок человеческого существа. Забавно, как кто-то может превратиться из любви всей твоей жизни в отвратительного врага за считанные секунды.
Ладно, может быть, Крис и не был любовью всей моей жизни. Но он все еще был первым парнем, которого я по-настоящему любила, первым, за кого я думала, возможно, когда-нибудь, выйду замуж.
И вот как все вышло.
Он спит с моей подругой.
О, на нее я тоже злюсь. Не могу сказать, что я была слишком близка с Мишель. Тем не менее, я считала ее хорошим другом, так как работала с ней, и мы часто проводили обеденные часы, поедая устриц на Embarcadero. Мы вместе занимались йогой по четвергам перед работой, а по понедельникам пили «Маргариту» в баре. Наши разговоры обычно были поверхностными, но иногда я жаловалась на Криса, а она жаловалась на тухлые свидания.
Никогда я не думала, что она попытается помочь мне, обратив свой взор на него.
— Как это вообще могло случиться? — восклицаю я, снова тряся ножом.
— Просто положи нож, и мы поговорим, — говорит Крис.
Он делает шаг вперед, останавливается и торопливо поднимает подушку.
— Послушай, это была ошибка.
— Ошибка? — говорю я, и в то же время Мишель издает насмешливый звук.
Я направляю на нее нож.
— Смешно, сука?
— Да, ошибка, — умоляюще говорит Крис.
Я смотрю в его детские голубые глаза, но это уже не глаза парня, которого я любила. Это глаза незнакомца. Которого я хочу убить ножом для масла.
— Ага. Ошибка. Я вижу. Значит, она поскользнулась и упала на твой член? — спрашиваю я. — Или ты поскользнулся и угодил ей во влагалище?
— Это ничего не значит!
Почему-то от этого становится только хуже. Моя кровь начинает закипать.
— Ты бросил наши отношения ради какого-то секса, который ничего не значит?!
Я делаю нерешительную попытку успокоиться, но ничего не получается. Я поворачиваюсь и беру нарезанный помидор, держа его в ладони, как бейсбольный мяч, семена скользят между пальцами.
— Он лжет, — говорит Мишель, сверкая глазами. — Он сказал, что любит меня.
Я даже не думая запускаю помидор и попадаю Крису прямо между глаз с грязным шлепком, помидор разбрызгивается повсюду. Подушка снова падает на пол.
— Ты засранец! — вскрикиваю я.
Я разворачиваюсь, беру верхний ломтик поджаренного хлеба и взмахиваю им, как летающей тарелкой. Он ударяется об руку Крича, и падает на линолеум с глухим звуком. В детстве я играла в диск-гольф в яблоневом саду, и, по-видимому, мой прицел так же хорош, как и всегда.
— Дейзи! — Мишель вскрикивает, а я тянусь за остатком сэндвича.
Я швыряю его в нее. Ломтик индейки стремительно пролетает над слоями бутербродов и шлепает ее по щеке, в то время как другие куски пропитанного майонезом хлеба и сочные ломтики помидоров летят в воздухе.
— Убирайтесь отсюда! — я кричу на них обоих. — Сейчас же! — я снова угрожаю ножом. — Я еще могу что-нибудь кинуть!
Мишель бежит к противоположной стороне кровати, натягивает джинсы и свитер. Она быстро проскальзывает мимо меня, избегая встречаться взглядом. Я не жестокий человек, я действительно терплю, чтобы не открыть холодильник и не найти другую еду.
Закладка:
Пока она натягивает ботинки у входной двери, я поворачиваюсь к Крису. Он стонет, снова тянется к подушке, как будто ему вдруг стало стыдно.
— Пожалуйста, просто… Выслушай меня.
Мои глаза расширяются.
— Что, черт возьми, ты можешь сказать? Крис, я только что застукала тебя со своей подругой!
— Я не люблю ее. Я люблю тебя… Я только что понял… Я запутался.
— Запутался? — повторяю я, мой голос уже не такой пронзительный. — Запутался?
Он снова театрально морщится и прикладывает руку к уху.
— Ты можешь не истерить?
— Может, я тебе ухо отрежу, как в «Бешеных псах»? — я ухмыляюсь ему, снова размахивая ножом. — С тупым ножом будет нелегко, но поверь мне, я буду стараться.
Он свирепо смотрит на меня.
— Знаешь, с тех пор как ты потеряла работу, с тобой было нелегко общаться.
О боже мой. Он говорит, что это моя вина?
Должно быть, он прочитал выражение моего лица, потому что по его лбу пробежал страх, и он быстро сказал:
— Я не это имею ввиду. Я знаю, что тебя никогда раньше не увольняли, я знаю, что ты проработала в этой компании целую вечность, я знаю, что это сильно ударило по тебе. Ты просто… не такая, как все.
Я могу только смотреть на него, разинув рот. Мои эмоции перескакивают от возмущения к разочарованию.
— Извини, что я не всегда такая веселая, — говорю я ему. — И, кстати, я нормально пережила увольнение. Я хандрю и сосредотачиваюсь на негативе, а не сплю с чужими парнями.
Он тупо смотрит на меня.
— Мишель тоже уволили! — кричу я ему. — И пошел ты на хер за то, что вообще поднял эту тему. Это делает тебя еще хуже за то, что ты обманываешь меня, когда я на самом дне.
Он сухо смеется, и мне хочется врезать ему прямо по носу.
— На дне? За те два года, что мы вместе, ты ни разу не была на дне. Все тебе подается как на блюдечке.
Я ощетинилась. Он не первый, кто это говорит.
— Ну, теперь у меня все валится из рук, да? Сначала я потеряла работу, а потом и своего парня.
Ох, теперь он выглядит грустным.
— Дейзи…это еще не конец.…
— Это чушь собачья, и ты это прекрасно знаешь. Все кончено. И это, вероятно, уже давно закончилось, не так ли? Еще до того, как я потеряла работу. Ты все время отстраняешься. Я не хотела этого видеть, не хотела признавать, что это происходит, но ведь это правда, да? Ты будто хотел, чтобы тебя застукали.
Крис отворачивается и рассеянно вытирает с лица помидорное семечко. Я бы рассмеялась, если бы не чувствовала себя такой разбитой.
— Может быть, я отстранялся, чтобы посмотреть, притянешь ли ты меня обратно, — он смотрит на меня, и теперь он больше похож на человека, в которого я влюбилась, хотя я знаю, что он никогда больше не будет тем же самым для меня. — Я отступил назад, но ты так и не вышла вперед.
У меня нет на это времени. Он хочет играть в обвинения, как будто каким-то образом это все моя вина.
— Есть нечто, называемое взаимодействием, — говорю я ему.
Я все еще киплю, но это начинает сливаться во что-то другое, что-то более печальное, что-то, что мне не нравится.
— Ты мог бы поговорить со мной, а не играть в дурацкую игру. Вместо того, чтобы обманывать меня… И если бы ты хотел покончить с этим, ты мог бы просто сделать это, как тот человек, которого я, как мне казалось, знала. Это все из-за тебя, Крис. Я не собираюсь быть виноватой, — я делаю паузу, призвав всё свое мужество. — Я пошла на улицу. И когда вернусь, я хочу, чтобы ты и все твои вещи исчезли.
— Дейзи, — жалобно кричит он, жестикулируя. — Я живу здесь! Куда мне идти?
Я скрещиваю руки на груди.
— Не знаю. Может быть, к Мишель? И ты должен был подумать об этом, прежде чем приводить ее сюда, чтобы трахнуть в нашей постели.
— Ты ведешь себя неразумно.
— Ну и мудак же ты! И даже не думай начать качать права на квартиру, потому что Большой Джим всего в двух шагах отсюда.
Да, у меня есть друг по имени Большой Джим — вышибала. Мы с ним были подружились с тех пор, как я тайком пробиралась в клубы с поддельным удостоверением личности, и он никогда не любил Криса.
Его глаза сужаются.
— Так вот оно что, а? Ты меня просто вычеркнешь из жизни? Вот так просто?
— Именно так, — говорю я ему.
Я беру свою сумочку со стула и перекидываю ее через плечо, иду по коридору к входной двери.
— Дейзи, — кричит он мне вслед.
Я останавливаюсь, но не оборачиваюсь.
— На следующей неделе мы должны лететь в Новую Зеландию, — напоминает он мне. — Твоя сестра будет очень разочарована, если ты появишься без кавалера. Давай просто поедем вместе и посмотрим, что получится.
Моя грудь словно заледенела. Какая-то часть меня хочет его поддержать. Я ненавижу саму мысль о том, что полечу туда одна, ненавижу мысль о том, что поеду на свадьбу сестры без него. Черт, сама мысль о том, чтобы пойти на любую свадьбу в одиночку.
Но как бы сильно я ни нуждалась в нем как в опоре, я знаю, что это было бы ошибкой.
Мне придется лететь одной.
Я смотрю на него через плечо и слегка улыбаюсь, возможно, потому что знаю, что это, вероятно (надеюсь), последний раз, когда я его вижу.
— Я вернусь в десять вечера. У тебя будет достаточно времени. Береги себя, Крис, — я делаю паузу. — И пожри дерьма.
И с этими словами я выхожу за дверь и удаляюсь от человека, которого, как мне казалось, я любила.
~
Неделю спустя
— Добро пожаловать на борт, — говорит мне загорелая стюардесса с потрясающим оттенком красной помады, когда я иду в самолет. — Какой у вас ряд?
Я машу ей билетом.
— Я из эконом-класса «Скайкоуч», — радостно отвечаю я.
Она кивает и грациозно указывает вниз.
— Отлично. Они в задней части.
Я благодарю ее и тащу свою розово-золотой чемодан за собой по всему самолету до самого конца. Обычно я избегаю задней части самолетов, боясь того, что самолет развалится во время полета и нижняя половина приземлится на каком-нибудь острове. Но для этого рейса из Сан-Франциско в Окленд, я выбрала Скайкоуч, потому что тут каждое сиденье раскладывается в кровать.
На прошлой неделе я жила своей обычной жизнью, на этой неделе все изменилось.
Ладно, четыре недели назад я жила хорошей жизнью. У меня был парень, друзья, работа. Я была счастлива… Наверное. Как бы то ни было, я с нетерпением ждала полета в Новую Зеландию на свадьбу сестры Лейси.
А потом я потеряла работу. Однажды хмурым утром, генеральный директор Гарольд объявил, что должно состояться слияние с «Йогалитой», другой еще более успешной компанией по производству спортивной одежды, и что массовые увольнения будут неизбежны.
Все в офисе были в панике. То есть все, кроме меня. Видите ли, мне как-то повезло с этой работой, я работала в компании сразу после окончания школы. В течение нескольких лет я продвигалась все выше и выше, пока не заняла должность главы отдела маркетинга. Когда Дешут стал слишком большим для офиса в Бивертоне, компания переехала в Сан-Франциско, и я поехала вместе с ними. Я была в какой-то степени жизненно важна для общего брендинга компании и, не слишком утруждая себя, помогала продвигать их на новый уровень успеха.
Теперь вы понимаете, почему я решила, что меня не уволят. Как они могли это сделать, если я работаю на них уже десять лет? Я была трудолюбивой и преданной.
Но, видимо, этого было недостаточно.
Глава отдела маркетинга «Йогалиты» посчитал, что меня легко заменить, в конце концов, они были успешнее нас, и именно они нас выкупили, и на этом все закончилось.
Я осталась без работы. Работы, которая стала моей личностью.
Впервые в жизни я не знала, что делать с собой. Как будто я даже не знала, кто я такая.
Да, у меня были деньги, накопленные за эти годы, и я знала, что правильно было бы начать искать другую работу. Но я пока не могла заставить себя сделать это. Как будто я была в трауре, хотя отчаянно старалась не зацикливаться на этом, старалась использовать это как хорошую возможность для перемен. Я всегда старалась видеть солнечную сторону жизни.
Закладка:
— Я так понимаю, что нет, — неохотно говорит Лейси. — Значит, для перехода через океан на палубе должен быть хотя бы один человек, чтобы убедиться, что все в порядке и мы не столкнемся с чем-нибудь.
Я останавливаюсь и смотрю на нее широко раскрытыми глазами.
— Так бывает?
— Ты что, не видела фильм с Робертом Редфордом? Да, такое случается. Вот почему мы все должны сменяться. И так как нас четверо, мы будем делать это по двое за раз. А это значит, что мы с Ричардом будем дежурить в свою смену, а ты с Таем — в другую.
— Подожди минутку. Почему я должна быть с Таем?
— Ну, в каждой смене должен быть профи.
— Я бы хотела быть с Ричардом.
Она поправляет очки.
— Ага, щас. Помни, это наш медовый месяц.
— Я помню.
— Послушай, Тай нормальный… просто… не раздражай его.
Я смеюсь.
— Ты думаешь, я нарочно его раздражаю?
— Может быть, — задумчиво произносит она. — Я думаю, что твоя личность для него анафема.
Я вздрагиваю.
— Что не так с моей личностью?
Теперь пришло время для Лейси смеяться, хотя и сухо.
— Если ты еще не заметила, Тай относится к тем людям, которые все воспринимают всерьез. Он прошел через многое в своей жизни, у него нет времени на людей, которые… плывут мимо.
Только две вещи, которые она сказала, привлекают мое внимание.
— Он через многое прошел? Что случилось?
— Это не имеет значения, и не твое дело, — говорит она.
Окей…
— И кроме того, я не плыву мимо, — говорю я ей.
Она пристально смотрит на меня, словно взвешивая, что сказать.
— Так было всегда. Ты делаешь это прямо сейчас.
Я раскидываю руки в стороны.
— В смысле?
— Ну, во-первых, ты бесплатно едешь на Фиджи, на борте медового месяца своей сестры.
— Вы меня пригласили!
— А я не думала, что ты согласишься!
О боже мой. Правда вышла наружу.
— Ну, черт возьми! Давай развернем эту чертову лодку и отвезем меня обратно!
Мне все равно, что я говорю как капризный ребенок, я марширую прямо вверх по лестнице в кабину пилотов.
— Разворачивай лодку, я возвращаюсь! — кричу я Таю.
Он едва замечает меня.
— Ты меня слышишь? Я никому не нужна, и я не собираюсь провести следующие десять дней на этой яхте, разрушая чей-то медовый месяц.
— Я слышал тебя, — спокойно говорит Тай, глядя на горизонт.
— Я тоже тебя слышал, — говорит Ричард, проходя вдоль лодки. — С прискорбием сообщаю, что на этом корабле нет никакой личной жизни, мы всё всегда будем слышать.
— И мы не собираемся возвращаться, — говорит Тай. — Ты взял на себя обязательства по этому путешествию. Пути назад нет.
— Она не знает значения слова «обязательство», — говорит Лейси.
Мне трудно подобрать слова против ее безжалостной атаки, она похожа на пиранью в очках.
— О чем, черт возьми, ты говоришь? Я была предана Крису!
— Как и всем своими прежним бойфрендам, от которых ты так легко отказалась?
— Мне позволено расставаться с людьми, — говорю я.
Я почти говорю ей, что это лучше, чем довольствоваться первым парнем, который вообще обратил на нее внимание, но я знаю, что это откроет портал в ад, с которым я не готова иметь дело.
— Потому что ты не можешь взять на себя обязательства. И если бы Крис не изменил тебе, я уверена, ты бы в конце концов вышвырнула его на обочину. Просто однажды в твоей благословенной жизни тебе немного не повезло.
Я вся киплю.
— И ты этому радуешься, не так ли? Тот факт, что я потеряла своего парня и работу. Ну, знаешь что, моя полоса невезения еще не закончилась. Я на этой лодке с вами, и, по-видимому, никуда не смогу сбежать.
— Ирония в том, что мы все застряли друг с другом на обозримое будущее, — говорит Ричард, смеясь своим глупым дурацким смехом.
Это не ирония, в этом-то все и дело, черт побери.
Ричард откашливается и смотрит на свою разгневанную новую жену.
— Но я думаю, что если мы все собираемся пережить это, Лейси, тебе нужно начать быть более вежливой со своей сестрой. У нее добрые намерения, несмотря на то, как она себя ведет.
— Спасибо, — сухо отвечаю я.
Это настоящий комплимент.
Лейси только фыркает, скрестив руки на груди. Она едва может смотреть на меня.
Наконец она говорит:
— Извини.
— Ну вот, — говорит Ричард. — Все хорошо.
Да, конечно. Мы еще даже не выбрались из Залива островов, а уже готовы убить друг друга.
Или, по крайней мере, все готовы убить меня и наоборот. Эта поездка превратится в нечестную битву трех против одного, трех гребаных ворчунов, против меня, единственного нормального человека.
К счастью, утренний спор не задал тон всему остальному дню. На самом деле все прошло довольно мирно, вероятно, потому, что я приложила некоторые дополнительные усилия, чтобы держать рот на замке и сидеть подальше от всех. Хотите верьте, хотите нет, но конфликт — не моя сильная сторона, и яхта недостаточно велика, чтобы справиться со всем моим беспокойством.
Мы также придумываем что-то вроде распорядка на следующие десять дней, Тай говорит что-то чрезвычайно важное, ночью Лейси и Ричард будут дежурить с десяти вечера до трех утра, а потом мы с Таем проснемся и будем дежурить с трех до восьми утра.
В десять утра я приготовлю завтрак (единственная еда, в которой я хороша).
В час дня Ричард отвечает за обед
В шесть вечера Тай готовит ужин.
В любое время дня Лейси будет печь хлеб или печенье, так как она имеет тот же уровень кулинарных навыков, что и я, и может только испекать. Но Тай говорит, что печь хлеб на лодке — хорошее занятие во время долгого путешествия, и что мы все будем с нетерпением ждать ее выпечки.
Затем, на закате, мы все сядем наверху и выпьем пару коктейлей, крепкое запрещено, так как мы все на страже, и я думаю, что падение за борт — вполне реальная вещь… Тай презрительно посмотрел на меня, когда сказал это.
А пока я завела свою собственную традицию. После того, как я убрала все свои вещи (ну, почти, большой чемодан действительно занимает целый диванчик), я достала один из моих чистых блокнотов, которые купила в аэропорту Сан-Франциско. У него великолепная обложка, текстурированные цветочные узоры поверх металлического розового цвета. Я решила превратить его в своего рода дневник.
Сейчас я сижу в кабине, отвернувшись от Ричарда, который сидит за штурвалом, в то время как Тай готовит ужин внизу. Дневник у меня в руке, как и новая ручка с мостом «Золотые ворота» — маленькое напоминание о доме. Земля исчезла из виду несколько часов назад, и Ричард говорит, что мы прошли около ста морских миль. Солнце низко в небе и вокруг нас нет ничего, кроме океана.
Я начинаю писать.
Дневник Дейзи: день первый
Я пишу этот дневник в надежде получить хоть какую-то передышку от того, что, несомненно, будет бурным путешествием через море.
Ладно, я не знаю, почему я пишу это так, как будто это 1881 год и как-будто это кто-то прочитает, лол.
Я никогда не была хороша в ведении дневника, но надеюсь, что на этот раз мне это удастся, так как мне, вероятно, понадобится кто-то, с кем можно поговорить, а не с этими тремя гремлинами на борту.
Я полагаю, что Ричард, он же маленький стояк, не такой ворчун, как Тай, и не такой сверхсерьезный, как Лейси. Но он придурок, и он в сговоре с этими двумя, так что ему нельзя доверять.
Сейчас, когда я пишу эти строки, он смотрит на меня сквозь толстые стекла очков. Он — гибрид Билла Гейтса, Милхауса Ванхаутена, с примесью Росса Геллара. Не верите мне? Я задала вопрос о киви и получила часовую лекцию об опылении, пчелах и меде Манука.
Если не считать Ричарда, все остальные вроде бы успокоились с утра. Это было довольно напряженно. Я очень надеялась, что Тай довезет меня до пристани и высадит, но не тут-то было. Мы все в этом замешаны, что, я думаю, является еще одним термином для того, чтобы сделать друг друга несчастными.
Но да, Лейси стала милее, и даже Тай немного расслабился. Я слышу, как внизу играет музыка, какая-то регги-группа, Лейси и Тай оживленно беседуют о чем-то интересном. Я с нетерпением жду ужина, просто чтобы посмотреть, какую еду может приготовить Тай. И потом, конечно, будет коктейль-час, в котором мы все отчаянно нуждаемся. По крайней мере, я.
Закладка:
Я хочу выпить с тех пор, как я ступила на эту лодку.
Мне немного любопытно (хорошо, очень любопытно), что Лейси сказала о прошлом Тая… Что он через многое прошел. Это могло бы объяснить, почему он такой колючий… Или, может быть, у него просто такой характер. В любом случае, мне хотелось бы узнать о нем побольше. Я думаю, что с приближением нашей смены, возможно, у меня будет такая возможность.
Конечно, это не значит, что я получу какие-то ответы.
Конец связи.
========== 7. Тай ==========
— Выпьем. За первый день в море, — говорит Ричард.
Мы все поднимаем бокалы перед заходящим солнцем, золотые лучи которого создают призматический эффект сквозь бокалы для вина, искажая свет.
Молодожены пристально смотрят друг другу в очкастые глаза, пока пьют, вероятно, суеверные из-за всех этих семи лет неудач (или плохого секса).
Я думаю, что Дейзи тоже хочет избежать этого, так как у нее было так много неудач в эти дни (не знаю насчет секса, и знать не хочу), но она избегает моих глаз, вместо этого глядя на закат.
Она выглядит поразительно красивой, рыжие волосы в этом свете похожи на огонь, танцующий вокруг ее лица в океанском бризе. У меня щемит в груди, когда я пью вино, наблюдая за ней. Я был немного резок с ней. Наверное, мы все, хотя причины Лейси, я уверен, отличаются от моих.
Мои довольно просты.
Дейзи — это отвлекающий маневр.
Она не подходит для плавания, она имеет тенденцию мешать, независимо от того, что она делает, и она редко замолкает. Этот океанский период не так прост, как кажется, и мне нужно сосредоточиться на том, чтобы доставить нас всех на Фиджи в целости и сохранности, если мы все не убьем друг друга.
Прямо сейчас я должен осматривать горизонт в поисках грузовых судов, но вместо этого я наблюдаю за ней. Я всегда смотрю на нее, когда она не видит. Мне нравится изучать ее настоящую, ту, что прячется за яркой улыбкой, делая вид, что все в порядке.
Хотя, должен сказать, в последнее время ей было трудно это делать. Лейси доставала ее, и хотя их соперничество не мое дело, я держусь в стороне, но думаю, что она немного несправедлива к ней.
Что, конечно, заставляет меня чувствовать себя мудаком за то, что я ничего не делаю.
Эй, я не бессердечный. Дейзи, может быть, отвлекает и досаждает мне, но я сочувствую ей.
Я просто не могу позволить себе чувствовать к ней слишком много. Я уже бывал на этой дороге.
По крайней мере, все вроде бы успокоились. Напитки, конечно, помогают. Хотя я не хочу быть частью всего этого социального аспекта, остальные немного расслабляются. Но с Ричардом и Лейси это непростая задача, и Дейзи может зайти слишком далеко в своих попытках расслабиться.
Суди о ней сколько угодно, но тебе нравилось, как она вела себя на свадьбе.
Я толкаю локтем этот голос в своей голове, чтобы он заткнулся.
Для ясности, в этом есть доля правды.
Когда свадебный прием начался, Дейзи была счастливой пьяницей и бегала вокруг, фотографируя всех подряд. Я продолжал наблюдать за ней, задаваясь вопросом, сфотографируется ли она со мной в конце концов. Должен сказать, что мог бы позавидовать тому вниманию, которое она уделяла всем остальным. Мне показалось, что она почувствовала запах ревности, исходящий от меня, потому что потом она обратила свое внимание на меня и не отпускала.
Я притворился, что меня это раздражает. У меня хорошо получается.
На самом деле мне это нравилось.
Она требовала фотографию за фотографией, и я делал ей одолжение. Мне нравилось чувствовать ее руку на своей шее, мне нравилось смотреть, как она улыбается, смеется и краснеет, особенно мне нравилось класть свою щеку на ее грудь. Ее кожа совершенно теплая, шелковистая и греховно мягкая.
Потом она пригласила меня на танец.
Это была медленная песня, какой-то Эд Ширан, и я сказал «нет».
Наверное, я понял, к чему она клонит, и струсил. Не могу точно сказать, почему, просто в последнее время это часто случается со мной, когда появляется возможность с женщиной. По этим дорогам я не хочу идти. Даже если это всего лишь на одну ночь, они никогда не становятся такими, какими я хочу их видеть.
На мгновение она выглядела грустной и убитой горем, но потом рассмеялась. Я вернулся в бар и наблюдал за ней, думая, что она обратит свой взор на кого-то другого. Вместо этого она вышла на танцпол и закрыла глаза, покачиваясь в такт музыке, одинокая среди моря парочек.
Не знаю, почему это зрелище так сильно на меня подействовало.
Я вернулся и обнял ее прежде, чем она успела что-то сказать.
Она была поджарена и навалилась на меня мертвым грузом. Поэтому я держал ее, потому что мне нужно было поддержать ее, и потому что мне нравилось держать ее. Она была мягкой, теплой и нежной, что-то шевельнулось глубоко внутри меня, и нет, не член. Хотя могу сказать, что я был чертовски возбужден. К счастью, она была слишком пьяна, чтобы заметить это. Я даже не думаю, что она помнит хоть что-то.
После танцев я понял, что правильнее будет уложить ее в постель.
Но у Дейзи были другие планы.
Она сбежала с танцпола на заднем дворе и побежала по пляжу к воде.
— Пойдем купаться нагишом! — крикнула она.
Мне неприятно признавать, что я был полной свиньей и просто стоял там, надеясь, что верх платья сдвинется и эти великолепные сиськи будут выставлены на всеобщее обозрение.
— Тай? — спрашивает Ричард, заставляя меня подпрыгнуть на стуле.
— Что? — говорю я, прочищая горло, инстинктивно собираясь встать на ноги и посмотреть на радар, но мой стояк заставляет остаться на месте.
Ричард внимательно наблюдает за мной, затем бросает взгляд на Дейзи, которая потягивает вино и все еще смотрит на волны, на небо, усыпанное пурпурными и розовыми брызгами.
Великолепный закат, невыносимо красивая девушка.
— Я хотел узнать о нашей ВМГ, — он снова смотрит на меня, приподняв бровь.
ВМГ — это скорость, морская мера того, как быстро вы плывете в фактическом направлении вашей путевой точки, основанная на скорости, расстоянии до цели и небольшой тригонометрии. Ричард обожает тригонометрию.
— Сейчас около ноль целых-пять десятых, — говорю я ему, что не очень хорошо.
Ветер пытается оттолкнуть нас от Фиджи, а это значит, что сразу после обеда нам пришлось сделать некоторую коррекцию курса. Будем надеяться, что ветер сменится.
Я ограничиваю себя одним бокалом вина, хотя на самом деле мне хочется виски с содовой, может быть, с лаймом. Мне нужно оставаться начеку, особенно если я собираюсь просыпаться в 3 часа ночи.
С Дейзи.
Да, для этого мне нужно быть особенно трезвым.
~
Будильник срабатывает в 2:45 ночи.
Не помню, когда мне в последний раз приходилось вставать в такое время, может быть, когда мы с Холли плыли в залив Мальборо.
Мысль о моей бывшей жене заставляет меня заикаться. Я испытываю облегчение от того, что у меня нет никаких жестких чувств, связанных с этой мыслью, в конце концов, прошло уже несколько лет после нашего развода. Это просто странное чувство, когда так много воспоминаний связано с одним человеком, человеком, который больше не является частью твоей жизни. Это несправедливо. Если они не существуют в нашей жизни, они не должны существовать в наших воспоминаниях.
Но ведь жизнь не такая, правда?
Я вылезаю из постели, пока мои мысли не стали еще темнее. Не помогает и то, что я неудобно спал. Даже с затычками в ушах, которые я терпеть не могу, было трудно не слушать, как Лейси и Ричард разговаривают во время своей ночной смены. К тому же кушетка ужасна для сна, слишком короткая, и нижняя часть спины ужасно болит.
Неудивительно, что меня называют ворчуном, думаю я, направляясь к плите, чтобы вскипятить воду для кофе. Жалуюсь, жалуюсь, жалуюсь.
Пока вода кипит, я высовываю голову наверх.
— Доброе утро, — говорю я Ричарду и Лейси, которые обнимают друг друга.
Лейси спит, похрапывая, Ричард одной рукой держится за руль.
Закладка:
Я не знаю, что ей сказать. Я не знаю, есть ли вообще, что сказать.
Но какая-то часть меня хочет поблагодарить ее.
За настойчивость. За то, что открыла мне глаза.
Я знал, что это будет не просто случайный трах, и поскольку реальность медленно возвращается, я знаю, что хочу большего.
Я хочу, чтобы мы были вместе. Вот так просто.
До каких пор? — спрашивает голос в моей голове.
У меня нет ответа.
Но я знаю, чего хочу.
— Я думаю, что это первый раз за поездку, когда я получила солнечный удар, — говорит она мне, поворачиваясь и вставая на колени.
Она показывает мне свои ладони, которые все красные.
— Извини, — говорю я ей, хотя на самом деле мне совсем не жаль.
Я поднимаюсь на ноги и хватаю ее за руку, поднимая на ноги. Я показываю на наши колени, тоже красные.
— Похоже, это опасно для работы.
Она улыбается, а потом вдруг стесняется. Наверное, потому, что мы оба стоим голые в ярком свете, хотя, возможно, это потому, что я только что трахнул ее как сумасшедший.
Я наклоняюсь и поднимаю одежду, протягивая ей.
— Возможно, тебе это понадобится. Как бы мне ни хотелось остаться на голом острове весь день, я не уверен, что твоя сестра оценит это. Ричард мог бы.
Она со смехом выхватывает у меня одежду.
— Голый остров, — говорит она, натягивая одежду, а я плавки. — Мне нравится. Пожалуйста, скажи мне, что это частный остров.
— Только двое, Рыжик, — говорю я ей.
Ты и я.
Она выглядит довольной.
Услышав шум и оглянувшись, я вижу, что это всего лишь маленькая акула, пришедшая проверить, из-за чего поднялась суматоха в воде.
— В следующий раз повезет больше, — говорю я акуле и направляюсь обратно по песку к домикам.
Я чувствую себя солдатом, вернувшимся с войны.
***
Все видят рыбу и тут же набрасываются на меня, поздравляя, как будто я герой. Должен сказать, что после того, как я почувствовал, что сильно облажался на протяжении большей части этой поездки, мне приятно обеспечить их. Как будто я наконец-то снова капитан.
Я быстро убиваю рыбу, затем очищаю ее на большом камне. На походной плите Фред разогревает нарезанные кубиками помидоры и оливки. Я хватаю гриль и ставлю его на огонь, который разжег Ричард, щедро посыпая рыбу солью и перцем, которые принес Фред. Пока она жарится, Дейзи наливает всем вино в жестяные кружки. Лейси расставляет пластиковые тарелки.
Когда все готово, мы садимся на песок, держа в одной руке свежевыловленную жареную рыбу, покрытую помидорами и оливками, а в другой — кружку вина.
Мы поднимаем бокалы.
— За Тая, — говорит Фред.
— И Фреда, — говорит Лейси.
— Прежде чем мы приступим к делу, — говорю я им. — Я хотел бы сказать несколько слов. Я… находясь здесь, я понял, что потерял ту связь, которую мои предки выстраивали, так что если вы не возражаете, я хотел бы воспользоваться моментом и должным образом поблагодарить всех. На языке маори, — я закрываю глаза. — Nau mai e ngā hua, o Papatūānuku, o Ranginui kete kai. Whītiki kia ora! Hāumi e. Hui e. Tāiki! То есть я приветствую дары пищи, предоставленные матерью-землей и отцом-небом. Объединенные и связанные как одно целое.
— Аминь, — говорят все.
— Ладно, давайте, блять, поедим, — говорю я им, делая большой глоток теплого, но чудесного вина.
Это лучшая еда, которую я когда-либо ел в своей жизни. Я знаю, что остальные думаю то же самое, потому что мы звучим так, как будто все испытываем оргазм одновременно. Все выглядят невероятно радостными.
Я ловлю взгляд Дейзи, и счастье еще больше разливается по всему моему телу.
Я невероятно счастлив.
========== 17. Дейзи ==========
Я не думала, что прошло так много времени с тех пор, как я в последний раз занималась сексом. И боже мой, неужели этот парень может так измотать! У меня не было иллюзий относительно того, насколько искусно он будет обращаться со своим членом, но все было хорошо, даже слишком хорошо, если это вообще возможно. Прошлая ночь была сумасшедшей.
Мы выпили остатки водки и вина и съели самые удивительные блюда в истории кухни (рыба на обед и ужин…не знаю, что это была за рыба, но она была офигенной).
Затем, когда все вырубились на пляже, мы пробрались в джунгли и сорвали одежду друг с друга. Потом мы взяли спальный мешок и направились вниз по пляжу, скрывшись из виду. Мы занимались этим всю ночь напролет, почти не смыкая глаз.
— Доброе утро, — мягко произносит Тай сонным голосом.
Я поворачиваю голову в сторону и вижу, что он смотрит на меня, его глаза полузакрыты. Как может мужчина быть таким горячим, мужественным и красивым одновременно?
— Привет, — говорю я ему.
Я улыбаюсь. Конечно, я улыбаюсь. Я лежу на спальном мешке на нашей частной части пляжа, голая, Тай рядом со мной.
Тоже голый.
И очень твердый.
Мои глаза на мгновение фокусируются на его утреннем стояке, источнике моей боли и удовольствия. Солнце еще не взошло, но я определенно могу разглядеть эту штуку в тусклом свете. Он заряжен и готов.
— Как тебе спалось? — спрашивает он, наклоняясь, чтобы поцеловать меня в подбородок, протягивая руку, убирая волосы с моего лба.
Я закрываю глаза от его прикосновения и счастливо вздыхаю.
— Хорошо. Хотя мы не спали почти. Правда, мне немного больно.
— Из-за песка. Не очень удобно для спины.
— Нет, это твой чудовищный член. Не очень удобный для моей вагины.
Он фыркает.
— Уверена?
— В твоем члене?
— Я думаю, это пошло тебе на пользу. Я бы даже сказал, что ты очень ненасытна. Я уже несколько недель жажду этого.
Я игриво смотрю на него.
— Неужели я была настолько очевидна?
— Эй, я видел, как тебе снились сексуальны сны обо мне, — говорит он, проводя рукой по моей груди, нежно дразня сосок.
Я начинаю извиваться.
— Я никогда не говорила, что сон был о тебе.
— Тогда о ком?
— Ну ладно, о тебе.
— И что же я делал в твоем сне?
Я на мгновение прикусываю губу, раздумывая, стоит ли ему говорить.
— Понятно, — кивает он. — Ты не хочешь попросить трахнуть тебя?
— Эй, я просила.
— Нет, — он сильно щиплет меня за сосок, и я задыхаюсь. — Ты сказала мне трахнуть тебя. Это был приказ, и я повиновался, капитан на мгновение сдался. Впрочем, неважно, я уже знаю, чего хочу.
Он наваливается на меня сверху, и мне никогда не надоест смотреть на его гигантскую фигуру, на его большие, твердые мускулы. Я и так маленькая, но все равно чувствую себя крошечной, как будто меня схватил какой-то зверь с золотым сердцем. Хммм… звучит как один из моих любимых любовных романов.
Мои руки тянутся к его спине, наслаждаясь ощущением его гладкой, обнаженной кожи, напряженных мышц.
Он двигается, скользя все ниже и ниже, оставляя влажные, горячие поцелуи между моих грудей, вниз по животу, пупку, пока не оказывается между ног.
Большие руки скользят под мою задницу, сжимая, и я раздвигаю бедра.
— Как в твоем сне? — бормочет он, одаривая меня озорной улыбкой.
О, какое зрелище! Это навсегда останется в моей галерее разума.
— Хммм, еще не знаю, — игриво говорю я. — Давай посмотрим, что ты сделаешь…
— Звучит как вызов, — говорит он, прежде чем наклониться и обхватить губами мой клитор.
Святые угодники!
Ощущение его теплого рта посылает ударные волны и дрожь по моим конечностям, от макушки головы, до самых пальцев ног. Я начинаю поднимать бедра, желая большего.
Вместо этого Тай отстраняется. Дразнит.
Я поднимаю голову и смотрю на него сверху вниз.
— Что ты делаешь? Не останавливайся.
— Сначала скажи про сон.
— В моем сне ты не останавливался!
Его рот кривится в веселой улыбке. Затем, не сводя с меня глаз, начинает нежно дуть на мой клитор.
Ох…
Моя голова откидывается, и я смотрю на небо, которое светлеет над нами.
Я извиваюсь, пытаясь снова приподнять бедра, но он не спешит. Он медленно дует прямо на мою задницу.
Закладка:
Я впиваюсь ногтями в его спину, прижимая как можно ближе к себе. Он отвечает тем же, прижимаясь своими бедрами к моим, его член входит в меня короткими толчками, удерживая нас как можно ближе друг к другу.
Оргазм застает нас обоих врасплох. Он тихо вскрикивает, его брови сосредоточенно хмурятся. Я снова невесомая, зову его по имени, крепко обнимаю.
Его пульс замедляется. Пот капает с его лба на меня.
Он перекатывается на кровать, берет меня за плечи и притягивает к себе. Я кладу голову ему на грудь, мы оба переводим дыхание, наши руки сплетены. На мгновение мне кажется, что я заснула, а когда открываю глаза, то с испугом осознаю, где нахожусь. Не на острове. В номере отеля, на Фиджи, в безопасности у него на руках.
— Дейзи, — шепчет он.
— А?
— Это звучит очень эгоистично, но мне бы не хотелось, чтобы ты возвращалась домой, — говорит он мне.
Мое сердце сжимается от его слов.
— Не волнуйся. Я не буду долго, мне просто нужно поговорить с арендатором и собрать свои вещи, — я делаю паузу. — Я тоже не хочу уезжать.
— Я думал, — шепчет он мне, его пальцы играют с моими волосами. — Может быть, я вернусь с тобой в Сан-Франциско?
Я моргаю, поднимаю голову и кладу подбородок ему на грудь, пристально глядя.
— Ты серьезно?
— Я всегда серьезен.
— Даже когда смеешься надо мной? — шучу я.
Он хмурится.
— О, я очень серьезно отношусь к тому, чтобы посмеяться над тобой.
Я ущипнула его за сосок, и он взвизгнул.
— А кто будет управлять твоим бизнесом?
— Мой менеджер справится. Он руководил все это время, пока меня не было, а сейчас все равно конец сезона.
Мне трудно в это поверить.
— Ты действительно хочешь?
Он кивает.
— Я начал понимать, что дом там же, где ты — он улыбается, его глаза щурятся. — Завтра я позвоню в авиакомпанию, поменяю рейс.
— Оооо, может быть, закажем Скайкоуч! — взволнованно спрашиваю я.
— Как хочешь, — говорит он.
Я положила голову ему на грудь, слушая, как ровно бьется его сердце, и ухмыляясь.
Будущее все еще кажется немного туманным, но, по крайней мере, я знаю, что не стоит его бояться. Подняться навстречу предстоящим испытаниям, какими бы трудными они ни были, позволить себе улыбаться сквозь хорошее и плакать сквозь плохое.
Я просто знаю, что не буду в этом одинока.
Мы встретим будущее вместе, что бы оно ни уготовило нам, восход за восходом.
========== Эпилог ==========
Тай
Три года спустя
— Ты готова?
Дейзи сидит напротив меня, вся такая стройная, в гидрокостюме. В маске акваланга она выглядит как сексуальная лягушка. Вообще-то, сексуальная лягушка Дейзи — одна из моих любимых.
— Я готова, — говорю я ей, засовывая трубку в рот.
Я уже давно к этому готов. Три года, если быть точным.
Уже смеркается, и солнце садится. Я предложил Дейзи совершить ночное погружение, поскольку никогда раньше не делал ничего подобного, по крайней мере здесь, в морском заповеднике. Именно здесь Оклендский университет имеет свой морской кампус с видом на Козий остров (место, которое Уилсону понравится). Дейзи учится на втором курсе морских наук в университете и абсолютно преуспевает.
Сегодня вечер пятницы. Обычно мы вдвоем лежим, свернувшись калачиком, на диване в пляжном домике, который арендуем в Брим-Бей, а наши собаки дремлют у ног. Это примерно на полпути между Рассел и Ли, где находится кампус. Поскольку программа, в которую она попала, находилась к северу от Окленда, мы решили, что проще всего будет арендовать место между моей работой и ее универом.
Когда она доучится, мы переедем ко мне в Рассел. Или, может быть, в другое место. Несмотря на то, что мне пришлось продать несколько лодок, чтобы оплатить обучение Дейзи, лодочный бизнес процветает. После того, как наше кораблекрушение попало в новости, наша компания немного пропиарилась. Я предполагал, что это событие испортит всё, но видимо, любая реклама — все равно реклама.
Дейзи говорит, что это потому, что я часто выступаю по телевизору, говорю об этом, что у меня внешность кинозвезды, бла-бла-бла. Даже какое-то парусное реалити-шоу пригласило нас. Дейзи вполне комфортно чувствует себя в центре внимания, а я нет.
Потерять яхту было больно. Я не собираюсь лгать. Я любил эту яхту, провел много лет, заботясь о ней. Но она не сдавалась без боя и в конце концов защищала нас, когда это было необходимо. С ней у меня осталось много воспоминаний.
Многие из этих воспоминаний связаны с Дейзи.
Я помню, как она пыталась приготовить яйца в одно особенно бурное утро, волны били в лодку, когда она их переворачивала, и они приземлялись прямо ей на голову.
А еще то, как она ахнула, когда впервые увидела ночное небо.
Как она говорила, болтала во время долгих ночных дежурств, ожидая рассвета, и как я притворялся, что ненавижу ее слушать, но это была неправда.
Как она пыталась заниматься йогой, когда думала, что я не смотрю.
Но я смотрел. Я все время смотрел на нее. Не смотреть было невозможно.
Но в конце концов, даже когда «Атаранги» не стало, это сблизило нас с Дейзи.
Это заставило мое сердце открыться и найти там место для нее, так же как она нашла место для меня.
Это свело нас вместе, как ничто другое, и за это я бесконечно благодарен.
Еще это сблизило Дейзи с сестрой. Они все еще ссорятся иногда, конечно, но теперь между ними есть доверие.
Что касается молодоженов, я уверен, что кораблекрушение закрепило их отношения надолго. Они любят путешествовать, Ричард недавно купил мотоцикл. Вообще-то я еще не видел его на нем, но если он сдал на права, то ладно.
А еще они скоро станут родителями. Лейси на шестом месяце беременности и ждет мальчика. Они просто на седьмом небе от счастья, а нас с Дейзи уже назначили крестными. Мы оба не слишком заинтересованы в том, чтобы заводить детей, особенно теперь, когда у нас есть пара собак и кошка. Но я буду крутым дядей. По крайней мере, так говорит Дейзи. Она говорит, что Стояк-младший не должен идти по стопам своего отца.
Кораблекрушение сблизило все наши семьи. Когда я вернулся в Новую Зеландию, проведя три недели с Дейзи в Сан-Франциско, я решил проводить больше времени с родителями. Не то, чтобы я не делал этого раньше, я всегда навещал их, так как жил так близко. Но мне хотелось узнать их еще глубже.
Тем временем и Дейзи, и Лейси установили более тесные отношения со своими родителями. Они провели Рождество в Орегоне, и ее родителям также удалось снова приехать в Новую Зеландию. Девочки иногда в это не верят, но родители ими очень гордятся.
Я знаю, что это клише: что не убивает нас, делает нас сильнее, что свет в конце туннеля может быть ярче, чем раньше. Но это все равно правдиво.
Дейзи оглядывается на заходящее солнце, потом оборачивается и показывает мне большой палец. Я поднимаю руку и дергаю за грифельную доску, на которой под водой пишут сообщения друг для друга. Она делает то же самое.
Затем идет в воду. Я повторяю за ней, с плеском ударяясь о воду и тут же выпрямляюсь. Вижу Дейзи и плыву к ней сквозь пузыри.
Она снова показывает мне большой палец. Я делаю то же самое.
Затем я следую ее примеру.
Дейзи превращается в русалку под водой, у нее красивое тело и развевающиеся рыжие волосы, но думаю, что она больше похожа на акулу. Она быстрая, уверенная в себе и точно знает, куда хочет плыть. Она совершила бесчисленное количество погружений, недалеко от козьего острова, она знает подводный пейзаж как свои пять пальцев.
Вода здесь прозрачная, кажется зеленоватой, как драгоценный камень. Я смотрю, как она плывет и подглядывает за осьминогом, двигающимся по песку.
Это прекрасно, это волшебно.
Время пришло.
Пока она, зачарованная, следит за лучами, я отстегиваю свою грифельную доску и начинаю писать на ней прикрепленным карандашом.
Ты выйдешь за меня замуж?
Да, это просто и, может быть, немного банально. Но прошло уже несколько лет, когда я хотел сделать это, но сначала нужно было убедиться, что мы оба этого хотим.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге