Лисица

Глава 1

Башня была такой же, как и десятки других подобных башен, разве что капельку поцелее. Порой хочется сказать — поновее, но это не так. Все башни, сколько их есть поставлены с разницей два-три года и различаются лишь количеством запусков, которые из них осуществлялись. Потом они все были равно заброшены и полторы тысячи лет стояли под ударами ветра и пылевых бурь. Многие башни рухнули за прошедшие столетия, так что их приходилось раскапывать, но эта стояла как новенькая, металлические стены блестели, что и неудивительно, потому как ржавчины на аридных планетах не бывает.

— Вот было бы здорово, если бы мы подошли туда, а там стоит звездолёт готовый к старту, — мечтательно произнёс Степ.

— Зачем он тебе? Тысячелетняя рухлядь. Наш корабль на порядок лучше. Ничего нового там нет, на некоторых диких планетах такие корабли сохранились, аборигены их берегут.

— Всё равно интересно.

— Дня через два дойдём, и интересуйся сколько влезет.

Некоторое время Степ и Вихтер шли молча, делая замеры, а по которым можно было определить, была ли эта местность обжитой тысячелетие назад или так и оставалась безлюдной.

— Не понимаю, — произнёс Степ, — вон же она, башня, двести метров до неё, одним прыжком достать можно, а ты говоришь: два дня.

— Трещина. Обходить надо.

— Вот этого я и не понимаю!

— Я должен повторять общеизвестные вещи?

— Я их отлично знаю и могу повторить для тебя, но я не могу понять, чего ради мы ведём себя так по идиотски.

Правила действительно были странноватые.

Арида была одной из первых земных колоний за пределами Солнечной системы. Звездолёты в ту пору летали медленно и долго, доступный им сектор Галактика был невелик, и планет, подходящих для колонизации насчитывалось очень немного. Арида в этом плане была чуть не идеальной. Прежде всего, сила тяжести на ней была равна земной. Совпадала освещённость, сутки равнялись двадцати четырём часам. Полное отсутствие сейсмической активности, что ещё нужно для спокойной жизни? Некоторым неудобством оказывалось то, что на Ариде практически полностью отсутствовала вода. Не было ни морей, ни океанов, ни даже самых маленьких озёр. Не шли дожди, не текли ручьи и реки. Поверхность планеты представляла собой сплошную песчаную или каменистую пустыню. Заодно не было и жизни, которая могла бы подкидывать переселенцам неприятные сюрпризы. Кое-где, под землёй находились ледяные линзы, которые тщательно выискивались и поставляли воду людям, привыкшим обращаться с водой крайне вольно. Тогда же у переселенцев появилась идея привозить воду с окраин системы, где её было больше, чем достаточно. Два звездолёта, из тех, на которых прилетели люди, отправились по воду и притащили на буксире четыре айсберга, содранных с поверхности одного из ледяных спутников планет-гигантов. Ледяные горы как можно аккуратнее опустили в район южной котловины, где они неторопливо таяли, снабжая водой купола и небольшое озеро, образовавшееся на месте посадки. Разумеется, никакой чуждой жизни с окраин системы не завезли, об этом следили тщательно.

Когда Ариду открыли вторично, южную котловину обнаружили немедленно, хотя никаких следов водного изобилия не осталось, если не считать сухих размывов на месте бывших ручьёв. Айсберги растаяли, озеро было иссушено суховеями. Четыре ледяных горы на целую планету, меньше, чем ничего.

Примерно в то время, когда была решена проблема нехватки воды, Ариду начали покидать люди. Это нельзя было назвать эвакуацией, а скорее — беспорядочным бегством. Строились звездолёты, куда более примитивные, чем те, на которых аридяне прилетели, и они отправлялись в путь, часто без всякой определённой цели, лишь бы куда-нибудь подальше. Неудивительно, что многие так никуда и не долетали, а в лучшем случае продолжали дрейфовать среди звёзд. Иные высаживались на подходящих планетах или тяжёлых спутниках газовых гигантов. Сказать по правде, ничего подходящего на этих землях не было. Сила тяжести порой оказывалась вдвое против земной, а иногда, напротив, раз в десять меньше. Кислородной атмосферы не было нигде, и если не привычка жить в куполах, никто бы на новых землях не выжил. Спрашивается, стоило ли бежать с прежнего места.

Связи между отдельными поселениями не было ни малейшей, и неудивительно, что жителей новых колоний ожидала скорая деградация. Команды подбирались без серьёзного отбора, нужных специалистов часто не хватало, а то и просто не было. В достроенный корабль загружалось несколько сотен случайных пассажиров, и звездолёт выстреливался в пустоту. Старт с Ариды происходил при помощи маршевых двигателей, которые выжигали местность вплоть до горизонта. Хотя, что там выжигать: — камень и пыль. Но именно тогда для старта стали строиться башни. Без них взлетающий звездолёт начинало мотать, и случалось, он взрывался прямо в атмосфере. Хотя, возможно, причины были другими, документов той поры не сохранилось, и можно было строить любые гипотезы. Потому и башни, оставшиеся стоять, обследовались особенно тщательно, в надежде, что там найдётся разгадка старых тайн.

Именно поэтому Степ торопился попасть к башне и совершенно не хотел обходить случайную трещину.

— Думается мне, — сказал Вихтер, — что трещина образовалась, когда отсюда стартовал последний корабль. Других причин представить не могу. Сейсмика тут на нуле.

— Тем более стоит поскорей подойти к башне.

— За самовольный прыжок с нас головы снимут.

— Надо ещё доказать, что прыжок был. Может мы ложбиночку нашли, осыпь и по ней перебрались.

— Может — не может… Правила для чего существуют?

— Чтобы их нарушать! Ты как хочешь, а я пошёл!

Степ включил реактивный ранец и одним прыжком перемахнул через трещину, оказавшись возле самой башни.

— Вот видишь, ничего не случилось! Давай сюда!

Во время второй звёздной экспансии земляне нашли одиннадцать колоний, основанных беженцами с Ариды. Все они влачили самое жалкое существование, за тысячу лет утеряв большинство знаний. Даже язык у каждой колонии появился свой, и только лингвисты видели, что в основе каждого диалекта лежит древний аридский язык. Разными были обычаи, нравы, несхожей была жизнь. Но одно оказывалось общим — категорический запрет появляться где бы то ни было в одиночку. Вдвоём, втроём — сколько угодно, но одному — ни в коем случае. Объяснений этому не было вообще или же были самые сказочные. Но недаром обычай существовал и неукоснительно соблюдался всюду, поэтому, когда была найдена сама Арида, и туда отправлена комплексная экспедиция, в её уставе был прописан строжайший запрет на появлению где бы то ни было в одиночку. Конечно, планировались исследования странного обычая, но рядовых разведчиков они не касались, так что Степ совершил серьёзное нарушение.

Вихтер нечленораздельно выругался, но делать нечего, прыгнул вслед за Степом.

Человеческая фигура на мгновение повисла в воздухе, а следом на неё рухнула чёрная тень. Крылатый ящер, возникший из ниоткуда, спикировал на Вихтера и то ли разом проглотил его, то ли раздробил в пыль ударом твёрдой груди.

Степ отчаянно вскрикнул и, вскинув лучемёт, выпалил полным зарядом по дракону. Он правильно рассчитал прицел, чтобы выстрел пришёлся по хвосту, ведь в пасти или брюхе мог находиться Вихтер, который, возможно, жив. Дракон, прочертил огненную дугу и рухнул где-то поблизости. Степ бежал туда, не выпуская из рук лучемёта. Бежать было трудно, густая трава путалась в ногах, колючие кусты цеплялись за комбинезон, деревья стояли стеной, закрывая вид, так что Степу было не понять, куда он бежит. И всё же, он не сбился и выбрался на выгарь, куда упал подбитый ящер. Там ничего не было: камни, песок, жирная копоть. И джунгли кругом, в которых ничто не шелохнулось, словно не было только что огненного вихря.

Только теперь Стен осознал, как разительно переменилась местность. Нет никакой пустыни, одна железная башня торчит на своём месте. К ней Стен и попятился, готовый стрелять по любому движению в неожиданно выросшем лесу. Прижался спиной к твёрдому металлу… Что дальше? Поднимать тревогу на базе? Что они, сами не видят, что творится?

Невдалеке в полном безветрии заскрипело дерево, и на прогалину высунулась мохнатая рыжая голова.

Лисица, но какая! Подобного зверя было невозможно представить. В длину лисичка была больше ста метров, приоткрытая морда украшена множеством зубов, янтарные глаза уставились на Стена, и сразу было понятно, куда крадётся хищник, которому было бы нетрудно загрызть слона. Стен вскинул лучемёт, яркий луч пробил просеку в лесу, лисица обратилась в ком пламени, который покатился куда-то далеко. Там лиса, которой ничуть не повредил выстрел, подскочила разом на четыре лапы, словно собралась мышковать. Кто скажет, какой должна быть мышь, на которую могла бы охотиться эта зверюга?

Мышковать лиса не стала, она припала к земле и двинулась в сторону Стена. Чуть прищуренные глаза уставились на жертву. Стен попытался наладить связь с базой, но не услышал ответного сигнала. Конечно, как не надо, передатчик то и дело включается, а сейчас базе не до двух разведчиков.

Холодом продрала мысль: «Не до одного!.. Вихтер погиб, и смерть его придётся объяснять Стену».

Новый выстрел и новая просека, пробитая меж деревьев. И вновь горящий клубок оборачивается лисицей, и на этот раз она, не теряя времени, прыгает в сторону Стена. Космолётчик сшибает её ещё в воздухе. Кричит в безмолвный передатчик: «Тревога! На меня напали!»

Эх, сейчас бы спарку: два одноместных разведчика, соединённых толстым кабелем, и чтобы во втором разведчике сидел живой Вихтер. Они рванут вертикально в верх, а треклятый лисовин пускай прыгает понизу.

Новый прыжок зверя и новый выстрел. Хоть бы один клок шерсти выбить из морды зверя… Нет, он совершенно неуязвимый.

Выстрел, лисица вскакивает и прыгает в сторону Стена. Ещё выстрел! Новый прыжок. Ещё… выстрела нет, вместо него слышен глухой щелчок, сообщающий, что заряд в лучемёте иссяк.

Стен ещё успел потянуться к ранцу, чтобы прыгнуть куда угодно, лишь бы подальше от когтистых лап, но лапы оказались быстрее. Щёлкнули зубы, лисица сплюнула изжёванный лучемёт и, прекратив прыжки, улеглась мордой на лапы. Охотиться было не на кого.

Медленно за полминуты гигантское животное растаяло, а следом исчез и весь лес, кустарники, трава до последней былинки. Только пустыня, камень, пыль, песок.

Где-то в белесом выгоревшем небе появилась летящая спарка: два одноместных разведчика, соединённых толстым кабелем. Опустилась на выжженную землю, откуда последний раз приходила передача.

— Стен, Вихтер! Где вы, куда задевались?

Один из разведчиков поднял изуродованную железяку.

— Смотри, это лучемёт Стена! Куда он так палил? Весь заряд израсходован, это же море вскипятить можно.

— Так вот же, камни расплавлены, пыль спеклась.

— Здесь всюду пыль и камни, а где хоть малейшая мишень? Не просто так же он палил? И где Вихтер? Почему Стан один?