Лаборатория Земля

Глава 1

Лабораторные испытания души на Земле, как учебный курс в Гелиоктарианском Универсиадиусе появились совсем недавно, каких-нибудь 50 тысяч земных лет назад. Сначала гелиоареопаг в лице самых солидных его членов скептически относился к этой казавшейся бредовой затее, с которой, как с писаной торбой, носился молодой учёный Сюр. Но этот проныра всем уши прожужжал с этой Землёй, несколько раз телепортировался туда в тела каких-то животных, кажется он называл их динозавтрами, и потом надоедал всем своими восторженными росказнями про эту провинциальную планету, даже имел наглость сравнивать её с Пандоррой.

А потом он исчез на какое-то время, все думали, что наконец-то он успокоился и теперь вернётся к своим прямым обязанностям - созданию спутников Урана, а то как остановился на количестве 27, сказав что это счастливое число, так и никакими коврижками не удавалось его заставить продолжать заниматься продуктивной деятельностью. Но он объявился, как чёрт из табакерки, пред ясны очи ретора Универсиадуса всего через пару десятков тысяч земных лет, с какой-то цидулькой, на которой он намалевал целый учебный курс для стадиев Универсиадуса по жизни на Земле в теле динозавтров. Как же мы все смеялись, когда спустя секунду телепортации ретора на Землю выяснислось, что эти зверюшки уже успели все вымереть, пока он занимался своим педагогическим творчеством. Сюр был в бешенстве и уверял всех, что это зав его кафедры специально футбольнул туда метеорит, чтобы во-первых, посмеяться над ним, Сюром, а во-вторых, чтобы вернуть Сюра на работу и заставить его выполнить план по производству спутников в Солнечной системе, коя является его, Сюра, производственным участком.

Но не таков был наш Сюр, чтобы унывать и отчаиваться долго. Спустя еще тыщонку-другую лет, он снова начал тайком шмыгать на Землю и в этот раз не громогласно, а спокойно с глазу на глаз (хотя какие глаза у гелиоидов) рассказывал всем, кого считал своими друзьями, что там на Земле еще остались живые существа, в которых вполне помещается душа. И пусть другие бездари почему-то особо выделяют кошачьи породы, ему, Сюру, кажется, что будущее за гоминидами. Не откладывая в долгий ящик эту канитель, он смотался пару раз в тела этих смехотворных обезьян, научил пользоваться палкой парочку особо сообразительных особей (которыми они тут же начали не добывать еду, как предполагалось, а убивать себе подобных), и вбил себе в голову, что для подрастающего поколения гелиоидов (сокращенно геликов) не будет ничего более полезного для взрослой звёздной жизни, чем пожить десяток-другой лет гамадрилом с красным задом.

Намного более приземленный, то есть конечно призвездённый, ретор Универсиадуса уже давно бы вывел эту космическую плесень, органическую жизнь, на Земле самым обычным дустом, но опасался, что эти проджекты - не просто выдумки наивного дурачка Сюра. Ретор нутром чувствовал, что здесь не обошлось без интриг его подретора Упса. Сейчас во всей Галактике было новое веяние - уважать права альтернативных способов жизни, кремниевой, например. Ну, ладно, камни он еще готов терпеть, но углеродная слизь?? Вот не уследили за этой Богом забытой Землёй, не провели антисептическую обработку по графику уборки и что получили? Там уже зелёные водоросли на сушу вышли. Вы понимаете? Не выползли, а ВЫШЛИ. Ногами. Гадость какая. А в наш беспокойный терравек приходится быть толерантным. Иначе заклеймят как ретрограда и пожалуйте на пенсию.

Глубокомудрый ретор Так-с решил не рубить с плеча, а поговорить сначала с Сюром лично по душам и попытаться выяснить, кто стоит за этими новаторскими идеями пассионарного выскочки.

Повстречав как-то Сюра на параде планет, он как бы невзначай завёл каверзный разговор про лабораторию Земля:

- Говорят, что ты предлагаешь нашей молодёжи опуститься в недра генетической памяти, ступить на забытую в веках ступень эволюции и снова научиться спариваться для продолжения рода?

- Господин Так-с, не верьте, это всё злые наговоры завистников с кремниевой кафедры. Им-то за своими каменюками хоть тыщу лет наблюдай, никакой динамики. За сто лет - сто микрон выросло, за тысячу лет - тысячу микрон. Ну, за стабильность! Это они так со скуки на своей кафедре развлекаются. А на Земле мы за семьдесят ихних лет (у нас за это время я только за кофе успею сбегать) прогоним нашего студента через целую жизнь.

- Ну, ладно, может что-то в этом и есть. Но говорят, что вы хотите у студента на время урока память забирать, это так? Вы простите, батенька, но за такое могут и в жестоком обращении с учениками обвинить, и РайЮно (Рай юных отроков) нас за такое по головке не погладит.

Сюр во время разговора пытался понять, куда же клонит коварный ретор, ждал подвоха. И как в воду глядел. Ретор на минуту замолчал, а потом задумчиво и как бы мимоходом заметил:

- И вообще мы собираемся в ближайший миллион лет провести на Земле генеральную уборку, с хлоркой и серными дождями, как на Венере сделали, чтоб еще с миллиард лет на ней всё чистенько было.

- Но ведь там жизнь!

- Ну, знаете, в туалете под ободком унитаза тоже жизнь...

Сюр за несколько своих контрабандных посещений Земли успел привязаться к этому живому уголку и поэтому спешно придумывал, как бы спасти свой Эдем. Дело в том, что летал он туда не один, а с Эвой. Эва отпочковалась от Так-са сколько-то там хулиардов лет назад. Конечно никто бы не посмел назвать её его дочерью в глаза, но невероятно стремительно развивающаяся карьера такой молодой звезды давала пищу толкам про то, что Так-с-де консервативных взглядов скуф и втайне чтит родственные связи по-старозаветному. Но для Сюра Эва была просто подруга детства, с которой можно было весело проводить время.

Поэтому, как загнанный волк, Сюр решил не придерживаться в данной ситуации обязательных для него в любое другое время космических норм приличия. И он ляпнул первое, что пришло на ум:

- Господин Так-с, конечно это ваше дело, но вот господин Упс, ваш подретор, уже успел отрапортовать во Вселенский Вестник, что наша Галактика в лице нашего Универсиадуса в лице высочайшего господина Так-са занимает передовую позицию в деле борьбы с инакожизнефобией. И, мол, наш гениальный ретор внёс идею не брызгать на Землю биоцидным балончиком, а использовать примитивнейшую местные организмы для инновационного обучения нашей молодёжи.

Это был нечестный приём, но Сюр не мог поступить иначе. Он знал, что только публичная огласка и внутриареопаговые дрязги могут спасти Землю от немедленного истребления всяческой жизни. Для ретора это был удар ниже пояса. Но он даже бровью не повел, а тут же без промедления начал давать указания:

- Благодарю вас, милейший Сюр, за ваш огромный вклад в дело развития нашей молодёжи! Я и сам много раз об этом думал. Теперь, когда судьба дала нам такой шанс в виде плесени на Земле, мы просто обязаны использовать его на все сто процентов. Я прошу вас быть завом на недавно созданной кафедре исследования поведения разумной души в условиях углеродной жизни на планете Земля. Уже завтра мы отправим туда первых студентов на обучение. До завтра там пройдет как раз десять тысяч лет и подоспеют первые неандертальцы.

И хотя у Сюра на душе скребли кошки, потому что он не любил обманывать, тем более старших, но всё же в той же поцарапанной душе он ликовал. Он сделает из Земли конфетку, куда будут летать в творческие командировки творцы со всей Галактики и её окрестностей! Там же можно будет рисовать, музицировать, танцевать. И даже, хотя мало кто в это сейчас верил, после достаточно примитивной эволюции, говорить и петь! Он создаст там театр, где можно будет показать на человечках все эти мимолетные эмоции, которые у его соплеменников, энергетических субстанций, непрерывно роятся где-то около сознания, но поймать которые невозможно, как посмотреть на своё ухо. И только такая плотная жизнь биологических организмов, как на Земле, даст возможность остановить мгновение и насладиться его красотой.

Сюр был идеалист. Наивный, как все идеалисты. Он даже не подозревал, какую подлую западню задумал ретор в ту же секунду, когда объявил о создании лаборатории Земля. Жернова бюрократии Универсиадуса прокрутились неимоверно быстро, и когда через час Сюр подписывал приказ о своём назначении завом, он не верил своим глазам - в приказе черным по белому внизу страницы было написано: "Срок эксплуатации лаборатории Земля - пока они там сами себя не уничтожат." По мнению Сюра, эта формулировка была лишена смысла. Зачем им уничтожать самих себя? Они же будут рисовать, танцевать и петь. Он решил прочитать весь приказ целиком строчка за строчкой. И как всегда мелким шрифтом была напечатана большая гадость. В небольшой сноске одного из Примечаний одного из Приложений к приказу постановлялось, что в целях безопасности (кого? чего?) в лабораторию кроме студентов будут также отправляться деволюторы, которые будут следить за тем, чтобы этот райский уголок не сильно развивался. Дескать, мышей надо держать под веником, коней в стойле, а эволюцию под присмотром деволюторов.

"Главное ввязаться в драку, а там разберёмся" - сказал сам себе Сюр. На сегодня главным итогом было то, что Землю пока не дезинфицируют, оставляют на ней жизнь и разрешают проводить на ней эксперименты с разумными душами. Ну, что ж, начало было многообещающее.

Глава 2

Антон был влюбчивый с ранней юности. Но какой-то неактивный в выражении своих чувств объектам воздыханий. Почти никто из его пассий не догадывались, какие романтические бури проносятся в душе этого скромного отличника. Любить на расстоянии было спокойней. Особенно яркими чувства к любимой девушке были вечером перед отходом ко сну, так как это был максимально безопасный период, когда точно ничего не надо делать. Сидя же в классе рядом с предметом вчерашнего вечернего обожания, он терял не только дар речи, но и сами чувства как будто стирало ощущением страха. Обычный, казалось бы, подросток. Но прошли школьные, наступили студенческие годы. Которые тоже заканчивались, а любовный опыт Антона замер на уровне поцелуя в щечку в девятом классе. Даже деградировал, потому что в школе Антон был хоть и отличник, но «звезда», победитель городских олимпиад по математике, на каждой линейке получал почетную грамоту перед всей школой, был заметной фигурой в своем классе, не зазнавался, давал списывать и был заводилой в организации вечерних утренников на 23 февраля и 8 марта, когда девочки поздравляли мальчиков, потом мальчики поздравляли девочек в том же размере. Игры в «Любовь с первого взгляда», танцы под магнитофон.

А после школы Антон поступил в самый главный столичный ВУЗ, где затерялся где-то в середине турнирной таблицы. Где-то ко второму курсу он убедил себя, что он маленький и лысенький (рост немного ниже среднего и ранние залысины). Этот факт совсем истребил его и так незначительную уверенность в себе как мужчины. И занятия борьбой (и как результат крепкий торс и широкие плечи), и прыжками в воду (которые вызывали резкие девичьи крики ужаса смешанного с восторгом в бассейне на физкультуре) не помогли ему уверовать в свою потенциальную привлекательность. И даже полученные иногда неподписанные любовные записки и анонимные сообщения на пейджер (в те времена существовало такое устройство мобильной связи) не могли поколебать его уверенность в своей неуверенности и непривлекательности.

Но влюбчивая натура Антона давала о себе знать даже с учётом того, что он уже успел поставить на себе крест, как на мужчине. У него почти всегда был в наличии предмет воздыхания — то соседка по общежитию, то одногруппница из университета. Иногда объект влюблённости повторялся: в одну и ту же девушку, соседку по общежитию, он был влюблён на первом-втором курсе, а потом после смены её одногруппницей на третьем курсе, обратно влюбился в соседку. И именно для неё он примерно год назад совершил свой самый романтичный поступок — в День Её Рождения он оставил перед дверью её комнаты в общежитии розовую розу. Чтобы провернуть такую операцию, он заранее купил этот цветок, прятал в шкафу в стеклянной банке с водой, потому что в общежитии много свидетелей, а это должно было остаться в тайне. Если бы само наличие цветка, а тем более то, кому он был предназначен, каким-то образом раскрылось, то Антон, наверное, просто провалился бы на месте, сгорев перед этим дотла от стыда. И вот в четыре или пять часов утра он пошёл на дело, поднялся на несколько этажей, прошёл по длинному общаговскому коридору с розой, прикрытой листом бумаги, быстро наклонился перед заветной дверью и возложил розу на этом же листе бумаги, и не оглядываясь, скрылся на лестнице. С тех пор даже через двадцать лет Антон так и не узнал, какая судьба постигла его розу.

Между этими влюбленностями и параллельно им у него были какие-то знакомые женского пола, которые выражали свой недвусмысленный, если не быть слепым, интерес. Одна из таких знакомых почти каждый вечер заходила к Антону в комнату просто поболтать в течении всего четвёртого курса. Но он был стена. Кульминацией этого общения была почти целая ночь, проведенная ею в его комнате перед отъездом на летние каникулы: она исписала его руки и ноги шариковой ручкой в попытках как-то расшевелить, но так и ушла почти на рассвете нетронутая его вниманием. Антон был ответственный мальчик, и как и обещал, зашёл утром к ней в комнату попрощаться перед отъездом, о чём она почти отчаяно просила его накануне, и даже её вид завернутой со сна в простыню, не смог шевельнуть в нём ни один мускул, хотя можно было только протянуть руку.

К пятому курсу отношения между полами становились всё серьезнее, уже появлялись и семейные пары. И Антон тоже решился на серьёзный поступок — написал электронное письмо Соседке (той самой, в которую был влюблён сначала на первом курсе, а теперь и на пятом). Письмо было огромное, в нём он выплеснул всю накопившуюся за годы знакомства страсть:

"Привет, Оля!

Я решил написать тебе письмо, потому что никогда не решусь сказать тебе этого лично. Я давно влюблён в тебя. Даже дольше, чем ты можешь представить. Ты этого конечно не помнишь, но я тебя впервые увидел еще до того, как мы оба поступили в наш столичный Университет. Ты ездила на курсы подготовки к поступлению в областной университет. Когда я тебя впервые увидел, то ... очень сильно пожалел. Очень сильно пожалел, что ты поступаешь сюда! Ведь я здесь был просто для тренировки, а планировал поступать в столицу в Главный Университет. И я не надеялся тебя больше увидеть, хотя ещё долго вспоминал о тебе.

И поэтому, когда я увидел тебя в конце августа в нашем общежитии, то просто мысленно прыгал до потолка от того, что ты всё-таки здесь. Это казалось каким-то волшебством. Увидев тебя снова, всё так же, как в первый раз, я был просто поражён твоей неземной красотой. Блин, это звучит так пошло, но никак не могу это передать другими словами. Вдобавок к тому, что ты магическим образом оказалась в моём ВУЗе, на моём факультете, курсе, оказалось заодно, что ты будешь жить на моём этаже буквально через пару комнат. И родом мы из одного города. Но всё это волшебство, такое невероятнейшее совпадение, сведение нас с тобой судьбой так близко в пространстве не помогло сблизиться как-то ещё.

Все эти годы мы с тобой дружески общались, и ты вряд ли догадывалась о не только дружеских моих чувствах к тебе. Да, я не из тех, кому легко открыто признаться в любви или хотя бы начать какие-то ухаживания. Но всё же, если быть честным, я сделал всё, что смог в том, чтобы как минимум намекнуть тебе о том, что я к тебе неравнодушен.

Надеюсь ты помнишь, что еще на первом курсе я предложил тебе вместе съездить домой, в наш родной город, купил нам билеты на автобус. В этом конечно не было ничего особенного, на первом курсе все мы часто ездили к родителям и для поездки искали компанию. Но ведь ты не могла не заметить, что когда мы встретились на вокзале перед автобусом, я подарил тебе розу.

Это была первая роза и вообще первые цветы в моей жизни, которые я купил для девушки. Может быть я и покупал в школе гвоздики для одноклассниц на 8-е Марта, но для девушки, в которую влюблён, я впервые купил цветок именно в этот раз. Если бы ты знала, как трудно для парня покупать цветы, когда тебе восемнадцать лет. Ты стыдишься подойти к тётеньке, продающей цветы, тебе кажется, что она сейчас громко засмеётся и закричит на весь вокзал: "Что тебе, мальчик, цветы? Розу? А сколько тебе лет? И ты себя вообще в зеркале видел? Зачем тебе цветы покупать?". Но я решился и купил эту розу, нёс её завернутую в бумагу и очень надеялся, что этот сверток похож на что-нибудь другое и никто не заподозрит, что у меня в руках именно цветы, а не какой-нибудь чертёж, например. И мне казалось, что каждый мимо проходящий человек подозрительно на меня и мою ношу поглядывет.

Я не помню, как именно я подарил тебе эту розу. Помню, что ты невинно улыбнулась, сказала что-то вроде "ну, ты придумал, ха-ха", засунула розу на верхнюю полку и дальше мы ехали, как ни в чём не бывало. Я был этому рад, секундное смущение прошло и можно было просто ехать с тобой рядом и наслаждаться этим. В тот момент я хотел, чтобы эта поездка никогда не заканчивалась, чтобы ты всегда была рядом, чтобы я в любой момент мог украдкой на тебя посмотреть. Просто сидеть с тобой рядом было большим блаженством для меня. Если бы я тогда мог взять тебя за руку, то это было бы верхом блаженства, которое я мог вообще испытать. Это значит, что если бы ты меня тогда, например, поцеловала, то я бы просто умер от счастья.

Но с того времени я немного повзрослел, и даже успел за это время влюбиться в другую. Не уверен, что об этом надо рассказывать в таком письме, но может быть это докажет тебе, что я не окончательно на тебе помешан.

Моя влюбленность в другую была уже давно, в прошлом году и давно в прошлом. В этом году, когда мы учимся уже на пятом последнем курсе, я снова понял, что постоянно думаю о тебе, и моё сердце замирает, когда я тебя вижу. Осознание того, что скоро мы перестанем видеться в универе и общежитии заливает меня горечью от того, что я за все эти годы не смог сблизиться с тобой. Но вот как раз сейчас в последнее время мне начало казаться, что и ты стала проявлять ко мне больше внимания.

Это письмо я решил тебе написать после того, как мы недавно сходили с тобой в кино. Снова была роза, и снова я не смог никак дать тебе понять, что я хочу, чтобы это не был просто дружеский поход в кино. Неужели ты до сих пор не поняла, как я к тебе отношусь?

Раз уж я так и не смог напрямую сказать и показать это тебе, то хотя бы в письме хочу признаться, что я тебя люблю. Скорей всего мне не на что рассчитывать, но я не могу больше выносить этой неопределенности, пойми, пожалуйста. Но если я тебе не совсем безразличен, и может это я из-за своей нерешительности делаю что-то неправильно или чего-то не делаю, давай встретимся ещё раз и попробуем поговорить более откровенно.

Буду с нетерпением ждать твоего ответа!"

Антон каждый вечер видел Олю на лекциях в универе. Она делала вид, что ничего не происходит, как ни в чём не бывало спокойно садилась рядом с ним, если было свободное место. И при этом не сказала ни слова по поводу письма. Антон был в жутком недоумении. Как это вообще возможно? На одной из лекций они сидели настолько рядом, что Антон смог написать у Оли в конспекте: "Погуляем после занятий?" Она спокойно с улыбкой согласилась. У Антона всё пело в душе, неужели счастье так близко?

Когда наконец-то они вышли из здания, он с дрожью в голосе спросил:

- Ты прочитала моё письмо?

Она удивилась и явно не понимала, о чем идёт речь, какое письмо? Антон с досадой осознал, что зря понадеялся на электронную почту - не все тогда регулярно ей пользовались, и его привычка несколько раз в день проверять свой электронный почтовый ящик не была обязательной для всех.

- Я написал тебе письмо на твой электронный адрес. Прочти его, пожалуйста, - сказал Антон и мысленно выдохнул. Он думал, что на этом закончились его мучения неопределённости.

А что началось, сейчас узнаете. На следующий день Оля каким-то образом назначила Антону встречу в центре города. Он пришёл на место встречи и ждал. Ага, мучения неопределённости продолжались, но до их окончания оставалось пятнадцать-десять-пять минут. Вот уже и назначенное время, она немного опаздывала. Здесь надо отметить, что Антон до этого всегда видел Олю с улыбкой на лице, может быть иногда она могла быть слегка задумчиво-рассеяной. Несмотря на свою действительно какую-то ангельскую красоту, неземную - в смысле не инопланетную, а не приземлённую, её сложно было себе представить в быту, - и не смотря на то, что к ней подкатывали почти все способные на активное проявление интереса парни в общежитии, о чём они за пивом между собой и обсуждали, (несмотря на такую женскую привлекательность, она кстати ни на одно ухаживание так и не ответила взаимностью) Оля внешне и в поведении оставалась каким-то почти ребёнком . Всё это Антон успел обдумать, пока её ждал, - она немного опаздывала. Его сердце было полно надежды, но ум твердил, что ничего хорошего ждать не надо. После такого кричащего письма просто продолжить дружбу не получится, это был Рубикон. Но зачем же она всё-таки назначила встречу? Ведь могла сразу ответить, что ничего не будет.

Он увидел её издали. Она подходила с каким-то абсолютно незнакомым ему выражением лица. Оно было величественно и оно было адски холодно. Он даже представить себе не мог, что она может так выглядеть. У него внутри всё сжалось, окаменело. Она подошла и без тени улыбки, просто как Снежная Королева, сказала ему что-то. Отдельных слов он даже не запомнил, запомнил только смысл: она и не догадывалась, что нравится ему. Просит больше ей не писать ничего подобного. И развернувшись ушла.

Еще увидев Олю издали, Антон заметил, что всё вокруг становится серым, краски бледнеют, а серый цвет вокрут наоборот становится более ярким. После её слов всё вокруг громыхнуло резким чёрно-белым. Не глядя он куда-то пошёл, пока надо было просто идти. В середине груди сквозила дыра, всё вокруг из до мелочей знакомого, он бывал здесь десятки раз раньше, обратилось в череду отдельных картинок, каждую из которых он с удивлением отмечал где-то в глубине сознания, но в середине поражённого сознания сидел холодный нож. Или сосулька. А вечером надо было идти на занятия, где он будет иметь радость снова Её увидеть.

Глава 3

Сюр был в восторге: да, это была его любимая жизнь на Земле. В настройках земного тела на этот урок явно переборщили с чувствительностью, но получилось неожиданно захватывающе. Иногда он мог возвращаться частью сознания обратно в свои космические чертоги, чтобы не пропустить какую-нибудь пакость от ретора и окружающей его банды.

Так-с поначалу был в тихом бешенстве. Мало того, что этот негодный Сюр выбил себе хитрым образом целую планету для своих извращённых опытов, так он еще взял в замзавы "ту самую" Эву. Ретор уже присмотрел для своей наследницы, простите, для нашей довольно перспективной сотрудницы, хлебное место в Галактическом Вече, а тут какая-то задрипаная планетка с антисанитарными условиями. Понять бы только, чем именно Сюр заманил туда такую яркую представительницу золотой молодёжи... Утешало только то, что этот сюрский эксперимент с обитателями Земли может скоро закончиться.

По этому поводу беспокоился и сам Сюр. Надо отдать должное скорости, с которой ретор создал лабораторию для испытаний на Земле - это произошло в мгновение ока. Но не стоило терять бдительности. За стремительным созданием новой административной единицы в составе Универсиадуса потянулась привычная бюрократическая канитель с согласованиями, резолюциями, внесением правок и подшиванием допсоглашений. Было понятно, что это Так-с втихомолку ставил палки в колёса машине прогресса. Но зачем? Элементарно - он просто надеялся, что за эти тысячи лет задержки случится еще какой-нибудь счастливый случай - метеорит снова проредит земную флору иль чёрная дыра засосёт всю планету. К исходу волокиты властитель ретората был вне себя от злобы на своих приспешников. Надо же, не догадались сделать ему приятное, такую мелочь - уничтожить жизнь на далёкой-далёкой планете. Я вам, блин, устрою сокращение штатов...

Но всё-таки еще более высшие силы, казалось, услышали мольбы Так-са и наслали злую напасть на людей земных. Правда, оказалось, что это Федот, да не тот. Когда все ресурсы волокиты иссякли и можно было запускать души первых скаутов в тела земляных первобытных людей, оказалось, что там к этому времени уже существовали первые развитые (до рабовладельческого строя, но тем не менее) цивилизации. Как, откуда? Какие такие прогрессоры не в тот рукав Галактики залетели? Оказалось, что такой перспективный кусок материи заинтересовал и заклятых коллег из Трёхгалактической Мысленной Фабрики. Земные обезьяны уже оказывается во всю дурь плавают по морям на кораблях, летают по воздуху на самолетах (и те и те естественно могут стрелять и уничтожать себе подобных) и того и гляди скоро в космос выйдут. И коню понятно, что хотят из этого сгустка биомассы сделать Чисто Военную Планету. Вот проклятые милитаристы!

И теперь Так-с не знал, что и делать. У него уже были заготовлены опытные деволюторы с ящиками огненной воды, ружья, порох, заражённые болезнями одеяла. В общем весь джентельменский набор для создания ада для аборигенов на отдельно взятой Земле. Спустя пару скоротечных веков Сюр сам бы жалобно просил стереть такую неудачную жизнь с лица этой мерзкой планеты. А теперь придётся с улыбкой на лице и кастетом в кармане вести тёрки с этими "коллегами", доказывать, что Земля - это наша поляна, мы её первые застолбили для научных опытов.

Сюр тоже был удивлён, когда обнаружил на Земле уже довольно развитую цивилизацию. Его милые еще недавно обезьянки уже убивали во всю друг друга не палками, а луками-стрелами, а кое-где уже и примитивным огнестрелом. Сначала он грешным делом подумал, что это ему просто подфартило: такие склонные к прогрессу приматы случайно попались. Но когда узнал, что это Трёхгалактические на матушке куролесят, то сначала даже обрадовался, что у него появились соратники по построению рая на отдельно взятой планете начального уровня развития. Его только как-то смущал тот факт, что развитие в разных уголках шарика пока получалось какое-то однобокое, неправильное с его точки зрения. Как только гуманоиды изобретут какой-нибудь рычаг, так сразу его для создания катапульты используют, колесо сюда же, передвигать эту катапульту, чтобы побольше окрестных городов стереть в пыль. И если даже их озарило ненароком золотым сечением для строительства прекрасного собора, так зашедшие по оказии в гости душевные соседи это памятник архитектуры той самой катапультой и аннигилируют.

Простая мысль про то, что воинственность землян является прямым следствием воздействия Мысленной Фабрики, и они именно за этим сюда и явились, никак не могла возникнуть в голове у Сюра. И не потому, что никакой головы у него сроду не было и быть не могло, ибо являлся он энергетической субстанцией, гелиоидом, геликом. А потому, что с детства слышал из каждого утюга, что Трёхгалактическая Мысленная Фабрика - это орган для нанесения прогресса отсталым планетам и примкнувшим к ним сателлитам. А то нелепое совпадение, что все облагороженные мягкой силой фабрикантов планеты становились просто разбойниками с большой дороги, было принято относить к невероятным случайностям, вероятность появления которых на практике достигала почему-то ста процентов однако. Подозревать в чём-то Трёхгалактических считалось дурным тоном, джентельменам верили на слово.

Но Сюру не хотелось сейчас думать об этом. Он переваривал впечатления от пребывания в теле Антона. Он собственно и был Антоном, но вязкие ограничения человеческого тела, в котором было так много эмоций, гормонов, генетической памяти, из бессмертной безрассудной энергетической единицы (а.к.а. души) делали настоящего человека. Не в том смысле, что его Антон так много сделал в жизни, подвиг какой-то совершил, что заслужил право называться Настоящим человеком, с большой буквы Н. Нет, даже вроде как наоборот, от совершения подвигов его оберегала запредельная застенчивость. Но опыт проживания человеческой жизни с отключённой памятью о своих бессмертных внепространственных свойствах помогал увидеть глазами обычного человека такое, о чём внеземным сотоварищам и не снилось.

Обычно земные вместилища для душ были более простого устройства, чем тот страдалец Антон, который достался ему в этот раз. С самого начала эксперимента Сюр постоянно отправлялся вместе со своими студентами туда же на Земле и уже накопил большой опыт проживания человеческих жизней. Спустя десяток-другой подобных командировок это начинало превращаться в рутину. И хоть Сюр пытался побывать в разных местах глобуса, всё равно почти в каждой жизни ему приходилось воевать. Он склонялся к мысли о том, что это было у землян в крови - проливать чужую и свою кровь. Такое направление процесса обучения мало способствовало развитию геликов - очень уж однообразным получался опыт: родился, подрос, погиб восемнадцати лет отроду от разможжения головы булавой.

И Сюра осенило гениальной идеей - надо извне, насильно изменить хотя бы некоторых людей. Не зря же он был представителем высшей цивилизации, которая владела секретными знаниями о генной инженерии любых организмов и рулила галактическими потоками нейтрино. И вот начался эксперимент внутри эксперимента - на Земле стали появляться люди с неестественно высоким для этого рода уровнем эмпатии и чувствительности. По замыслу Сюра такие люди должны были стать Учителями для остальных людей, вести их в светлое будущее, где наконец-то все начнут петь и танцевать, а не протыкать друг друга разнобразными железными предметами, и где вся творческая прыть человечества посвящена придумыванию способов всё более быстрого, далёкого и точного перемещения таких смертоносных железяк в тела собратьев. Опыт подобного "улучшения" людей дал много материала для антропологов и историков. Еще больше материала он мог внести в науку криминалистику, если бы солнечным ветеркам понадобилась бы, не дай бог, таковая. Благодарные ученички как только не лишали жизни этих бедолаг, наставляющих их на пусть истинный: и в кострах сжигали, и дикими зверями травили, и просто без затей рубили головы.

Но всё же многие из этих экспериментальных посланцев смогли оставить не только кровавый след в истории человеков - появились книги, картины, музыка и другие виды искусств (кино под вопросом), которые хоть на грамульку, а всё же смягчали человеческие души. "Души же и так выше всего это кровопролития! Не виноватые они!" - скажете вы. В этом вопросе до сих пор не поставлена точка, и лучшие умы Универсиадуса сталкиваются грудью в спорах, кто виноват, что лаборатория Земля превратилась в нескончаемое ристалище - человеческое грешное тело или солнечная душа? Сюр сам для себя еще так и не ответил на этот вопрос. Ему не хотелось голословно обвинять землян в изначальном и похоже встроенном в первоосновы грехе, причём настолько тяжёлом, что даже сильнейшие генетики Галактики были бессильны его исправить.

А ларчик просто открывался! Вернёмся же к нашим Трёхгалактическим баранам. Так-с, в поисках союзников для изгнания залётных фраеров за пределы Плутона, решил сделать ход конём и приоткрыть и так полупрозрачную занавеску тайны перед Сюром. Как бы невзначай встретив его на улице, он завёл непринуждённый разговор:

- А, любезный Сюрчик, как я рад вас видеть в добром здравии! Какие мощные у вас магнитные бури! - лил маслом на душу ретор, хотя в душе он терпеть не мог этой новой моды среди молодых и молодящихся геликов выставлять наружу свои магнитные бури и другие энергетические прелести, - я слышал вы только что из командировки на Землю на выходные вернулись? Как там наша матушка живёт-поживает?

- "На пыльных тропинках далеких планет станутся наши следы-ы-ы" - с придурковатой улыбкой фальшиво пропел он.

- Одобряю, одобряю... Передавайте привет трёшкам (так называли представителей Трёхгалактической Фабрики Мысли в простонародье). Слыхал, слыхал про их прогресс, пусть меня, старика, приглашают на испытание, а лучше на выход в промышленную эксплуатацию первой ядерной бомбы, ностальгия по детству знаете ли...

Сюр на некоторое время потерял дар речи. Телепатической конечно же. Какая такая ядерная бомба? Что это на моей Земле за моей спиной творят?

- Ой, ну, не делайте тут нам такой скромный вид, - засюсюкал ретор, исподволь подначивая своего собеседника, - и нечего скромничать, гордиться над! Вместе полетим в штаб-квартиру Фабрики Напалмовую Ветвь получать за содействие делу войны. Как? Неужели? Вы и вправду не знали, чем на самом деле занимаются наши уважаемые партнёры на Земле у вас под боком? Ай-ай-ай, как нехорошо получилось. Так вы против? Да-да, конечно понимаю и поддерживаю всеми флюидами. Будем бороться вместе за дело мира.

Теперь Так-с мог быть стопроцентно уверен, что Сюр костьми ляжет, но не устанет добиваться не только изгнания подлых рейдеров за пределы Солнечной Системы, но и, чего доброго, запрета на их деятельность до наступления Большого Сжатия. Надо же его бесконечную упёртость как-то и в благих целях использовать.

А Сюр с горя отправился на Землю заниматься своими прямыми обязанностями в этом отрезке времени - жить жизнь Антона. Который как-никак был парень на выданье, пора ему было невесту подыскать да хмельным пирком да за свадебку.

Глава 4

К пятому курсу Антон уже работал по крутой специальности - программист. Очень скучно, но зарплата приличная. Достаточная, чтобы снимать квартиру, съехать из казавшейся в тот момент ненавистной общаги. Хотя с обретением отдельного жилья он потерял остатки социальной жизни. Так совпало, что самые близкие друзья по общежитию в этот период активно устраивали личную жизнь и проводили всё время со своими девушками. А так как у Антона девушки не было, то его неловко было приглашать на тусовки, где все были по парам. Оставался один выход - срочно найти себе девушку. На его счастье к этому времени уже придумали сайты знакомств в Интернете (тогда слово Интернет ещё писали с большой буквы). К этому времени у Антона вспыхнула целеустремленность в этом направлении: ему было уже 22 года, а опыта близкого общения с девушками еще не было. И банальное одиночество начинало надоедать после пары-тройки месяцев эйфории от проживания в отдельном помещении в одиночку.

Сайты знакомств того времени были созданы именно для таких застенчивых и робких созданий обоих полов, которые не могут завести знакомство, тем более с романтическо-эротическим уклоном лично. И Антон мысленно благодарил создателя за такую возможность. Худо-бедно, но хоть что-то начало происходить в его жизни помимо работы. Писать письма по адресам с сайта знакомств было не так страшно, как общаться лично, а наоборот даже очень увлекательно. Можно было подробно описать свои интересы; любимые книги и фильмы, которые для молодого человека составляют основу личности. Но здесь таились новые трудности - как оказалось, многие встречают все-таки по одёжке. Увидев на первом свидании невзрачного паренька, который в дополнение к этому сначала терялся, нервничал, девушки красноречиво демонстрировали, что они разочарованы встречей. И никакие красивые письма до встречи и тем более после нее не изменяли их отношения к нашему незадачливому кавалеру.

Одна из таких знакомых по переписке на первое же письмо ответила восторженно и как-то даже экзальтировано. Случилось невероятное - Антон любит те же книги и фильмы, что и она! Назовём её Корреспондентка для простоты изложения, чтобы не забивать память читателя лишними именами. Учитывая, что в списке любимых фильмов Антона были не экзотические редкости, а довольно массовые Шрек и может чуть менее массовая в то время "Москва слезам не верит", то совпадение по такому признаку не было чем-то выдающеся редким. Тем не менее К. видно решила для себя, что ей повезло найти свою единственную в мире половинку. Антона такой интерес вдохновлял, потенциальная парочка обменивалась километровыми письмами. Когда через десяток писем накал эпистолярной любви возрос до экстремальных значений, половинки решили встретиться вживую. Эту встречу можно описать вот так: представьте выступление мима, и вот широкая нарисованная улыбка лёгким движением руки превращается в гримасу жестокого разочарования. Сразу после мучения посидеть до конца на свидании (надо отдать должное её такту, она не убежала сразу) К. написала Антону, что больше не будет писать ему длинных писем. Он и сам был не то, чтобы в восторге от визави, особенно после её явно читавшегося на лице разочарования им при встрече, но всё же не хотел так быстро сдаваться, лелеял надежду, что если она его узнает получше, то у них может быть что-то получится.

В поисках идей, как можно проявить свой интерес к её персоне, Антон самовольно (какой негодяй!) пришёл в музей на одну из лекций про импрессионистов, о посещении которых рассказывала ему К. в тех самых длинных письмах, где подробно рассказывала о своих творческих увлечениях. С его стороны это было проявление неравнодушия к её интересам и демонстрация лёгкой мужской настойчивости, которую так любят девушки в романтических комедиях и чем фальшиво негодуя хвастаются подружкам на девичниках. Но наша К. восприняла этот поступок как назойливое преследование, описываемое сейчас заграничным словом "сталкинг". Прямо там в музее она очень грубо ответила Антону на приветствие, а потом в окочательно хоронившем всё письме пожелала ему сходить на свидание с продажной женщиной. Бррр. Антон чувствовал себя так будто его помоями облили и заодно прокляли, он несколько дней не мог придти в себя. Но одиночество не тётка, через пару недель он продолжил свой квест по поиску родственной души или хотя бы жены.

Следующей кандидаткой была очередная Таня. Они быстро встретились после знакомства на сайте - в этот раз Антон не хотел повторять ошибку с затянувшейся предварительной перепиской, - и продолжили по инерции встречаться несколько недель. Антон успел даже хорошо освоить вечерний маршрут до её дома - проводить девушку - и потом обратно к себе домой. Таня даже была у него дома, они смотрели фильм. И здесь не нужны кавычки - они действительно только посмотрели фильм. Такие стерильные встречи продолжались пару месяцев, за это время Антон даже не осмелился взять Таню за руку. Что при этом думала про своего робкого ухажёра сама Таня, мы здесь писать не будем дабы не скатываться на площадную брань. Надо полагать, что Таня даже не догадывалась, что иногда в таком деле надо помогать своему кавалеру - брать на себя инициативу. Это было что-то не из её ветки реальности. Ну, и очень зря - пример тех, кто был после неё, показывает, что с ним по-другому ничего не получится, но зато, если нежно подтолкнуть его в нужную сторону, то он побежит туда очень резво порой даже обгоняя паровоз.

Как раз к такому примеру мы сейчас и подходим. Буквально еще через пару кандидаток ему посчастливилось познакомиться с Диной. Дина посещала сайты знакомств и ходила на свидания с неменьшей целеустремленностью, чем Антон. Ей тоже надоело состояние отсутствия опыта в отношениях с противоположным полом. Пятый курс педагогического "женского" факультета, а до этого домашняя девочка из престижной школы в центре столицы. Поэтому за Антона с сайта знакомств она схватилась крепко. Первое свидание он назначил возле самого популярного американского фастфуда, это был всем известный ориентир в центре города. Неужели туда и поведет? В начале 2000х это уже было плохим тоном. Но после встречи у памятника напротив этого ориентира, он повёл девушку в соседнее отвечающее стандартам знающей себе цену барышни кафе. Во время первой встречи Дина плохо слышала, что говорит Антон, потому что говорил он очень тихо. На втором свидании в кино она сама взяла его за руку (вот она вовремя проявленная почти незаметная, чтоб не вспугнуть, инициатива со стороны дамы). А четвертое свидание прошло уже у Дины дома, так как родители уехали в санаторий.

Как говорил Ипполит из известного фильма: "Нам пора покончить с нашим холостым положением". Если двадцатилетние мальчик и девочка твердо решили покончить со своей половой безграмотностью, то кто им сможет помешать?

А дальше знакомство с родителями Дины, статус обоих - "В отношениях". Когда-нибудь психологи опишут научными терминами (а может уже и описали в какой-нибудь научной статье) такой вид отношений в паре, при котором оба участника пары не считают себя достойным любви, но при этом и партнера своего не считают подходящим себе. Они как будто оказались принуждены кем-то быть вместе, потому что быть одному еще хуже. Отношения перешли на бытовой уровень едва только начались. Походы в гости к родителям и другим родственникам, мечты-разговоры про покупку собственной квартиры.

Антон оказался в западне, в которой сам же пытался покомфортнее устроиться. У него было ощущение, что он обрёл семью в чужом большом городе. Ощущение было обманчивым, как оказалось позже. Жизнь, которая вот только недавно казалось только начиналась и впереди было что-то удивительно захватывающее, вдруг превратилась в серую обыденность, причём без надежды на то, что когда-то в ней появится радость. Но понять это Антон смог только много лет спустя. А сейчас он уговаривал себя, что это и есть взрослая жизнь: у него есть девушка, она заезжает к нему домой не просто кино посмотреть, ему есть с кем проводить вечера и выходные. Он даже боялся себе признаться в том, что скучает по тем временам, когда он был одинок, но свободен.

Летом они поехали отдыхать на море. На какое-то наше море, не за границу. Ровно год назад Антон ездил на то же самое море, но в компании друзей, причем там были и мальчики, и девочки. Несмотря на то, что наш застенчивый герой с девочками общался чисто по-дружески, всё равно это был период веселья, радости, счастья: компания старых друзей - вчерашних студентов, море, горы, портвейн, вечерние дискотеки. И, как контраст, поездка с мамой... ой, простите, с девушкой Диной, даже еще не женой. Да, это был совсем другой отдых. Комната понадобилась довольно дорогая, туда ушел почти весь бюджет, остальные траты были расписаны по дням. Маринованные баклажаны с местного рынка как главная радость отдыха, в горы не пойдём - я не спортсменка, экскурсия в Ялту на теплоходе как апофеоз жуирства молодых, даже юных ещё созданий. Эх, а в прошлом году шесть разнополых молодых людей жили на чердаке в одном помещении, и весь шестиместный чердак был дешевле нынешней комнаты, зато каждый вечер портвейн на балконе и дискотека в татарском кафе на пляже.

Хоть сравнение прошлого и нынешнего отдыха было не в пользу последнего, Антон не нашел ничего лучше, чем в последний день отдыха сделать предложение Дине стать его женой. Он всё делал из чувства долга. Ну, как же, папа и мама провожали свою девочку на вокзал на отдых, вручили ему её, доверили. Наверное, от него чего-то ждали. А может и не ждали, но вежливый рыцарь старался быть непогрешимее Папы Римского. Дина была счастлива. Когда Антон чуть позже робко пытался сказать, что женитьбу он планирует примерно через год, Дина твердо сказала, что так долго ждать не может.

По приезду домой случился конфуз - родители Дины пригласили Антона на следующий день в гости, а он не понял, что должен был там просить руки их дочери, что это было сватанье. А он пришел, поел-выпил и ушел домой, уверенный что они просто отмечали их приезд после отдыха. Силки были расставлены умело, некоторые из них не сработали, но все таки в конце концов бедолагу окольцевали.

Глава 5

Женив и сбагрив таким образом Антона во временно добрые и очень деловые руки, Сюр снова отлетел в небольшой отпуск в свой потусторонний мир. А там его ждал сюрприз. Верная соратница Эва (кстати, это необъяснимая загадка, почему только одна Эва из всех упомянутых в этом повествовании геликов удостоена поминаться в женском роде, они же бесполые сгустки энергии!) тоже была здесь. В последнее время из-за работы они совсем перестали видеться, командировки на Землю, всё новые и новые человеческие жизни, жизни. В общем, никакой личной жизни. А тут такая встреча. На радостях они даже обнялись, по-дружески. У обоих было много новостей друг для друга. Они так были увлечены своей работой на этой дикой планете, что казалось никогда не смогут рассказать друг другу всё, чем хотелось поделиться.

- Слушай, а ты видел этот прикол про гильотину? Ну, просто вершина человеколюбия и гуманизма.

- А как тебе отмена рабства? Как рыбок из аквариума в речку выпустили на волю.

- А мне нравится этот их прогресс от феодализма к капитализму - на барина работали по пять часов в день, а освобождённые наёмные рабочие по 14-16 часов без выходных.

- Нет, нет, самое прикольное - это про демократию и выборы. В лоб или по лбу - чего хочешь выбирай. Ахаха.

- Нда, интересно всё же, почему всё там у них вкривь и вкось выходит, - подытоживал описание земных нелепиц Сюр, - твой папочка Так-с намекает, что это прохиндеи из ТФМ (Трёхгалактическая Фабрика Мысли) воду мутят.

- Он мне не папочка! Прекрати эти дурацкие шуточки, - Эва встряхнула своими раскошными протуберанцами и отвернулась, обидевшись.

- Ну, шучу, шучу, - залился смехом Сюр, любуясь, как энергично гневается его подруга. Потом, посерьёзнев, добавил: - Атомное оружие уже подбросили туда, не в бирюльки играют.

- Вот уроды.

Эва безусловно поддерживала своего друга Сюра в его лучших пацифистских устремлениях, но даже не смотря на дурацкие шуточки про её родство с сильными мира сего, было видно, что сейчас её мысли были заняты чем-то совершенно иным. Сюр заметил это сразу при встрече, но потом хлынувшие из обоих накопившиеся впечатления отвлекли его от этого.

- Эва, что-то случилось? Я вижу, что ты чем-то обеспокоена, - начал осторожно прощупывать почву Сюр. Он знал, что его подруга не любит откровенничать и поэтому может долго скрывать даже самые сильные переживания. Скрывать настолько убедительно, что даже сама поверит, что у неё всё в порядке и никаких проблем. А сейчас и тем более у неё был повод закрыться и отказаться обсуждать с Сюром как минимум одну интимную тему, ведь их снова угораздило пересечься в земных жизнях...

Но в этот раз Эва не стала отпираться и запираться. Ей и самой хотелось поделиться с Сюром своими переживаниями, тем более что некоторые из них были напрямую с ним и связаны, точнее с его земным аватаром.

Эва начала свой рассказ и по её тону было понятно, что рассказ будет длинным.

(Дальше следует монолог Эвы про женскую долю. TLDR: если ты красивая, то тебе приходится постоянно отбиваться от настойчивых приставаний мужских особей, большинство из которых ничего кроме симпатичного тела в тебе не интересует, будь ты хоть семи пядей во лбу, а если некрасивая, то можешь и всю жизнь прожить незамеченной икс-игрековыми, будь ты хоть семь пядей во лбу. Только квартира в центре (не важно даже центре чего) может сгладить ситуацию, что тоже, знаете, не сахар.)

- Почему-то мне чаще всего доставались для нахождения на Земле тела женщин. Кстати, надо будет как-нибудь наведаться с чем-нибудь увесистым к нашему каптёру, главному по инвентарю, чтобы провентилировать этот вопрос. Ведь это такая мука жить женщиной на Земле! В этом я была уверена на сто процентов первый десяток жизней. Слава Богу, они в основном были короткие, не долго мучилась в среднем. Ужасные бытовые условия! За мигом прошедший десяток веков я и от голода-холода умирала, и на костре меня сжигали, и меч-стрела-копьё врагов (а враги там почти каждый каждому) меня пронзали многократно. Но такая погибель настигала не реже и мужчин. А вот как представительница слабого пола я еще имела удовольствие частенько умирать во время родов или вскоре после них.

Чуть интереснее стало проживать женские жизни начиная где-то с ХХ века. Но нисколько не легче. Люди начали играть в любовь, романтику, в общем крутить шуры-муры. И, как оказалось, боль в сердце от удара шпагой не сравнится с муками неразделённой любви, а ещё сильнее болит обманутое сердце. Именно в этот период я узнала, что такое настоящее страдание. Возможно, это усугублялось тем, что я, как инструктор по земной жизни, типа опытный ходок, участвовала добровольно (вот дура!) в этой твоей, Сюр, дурацкой программе по повышению чувствительности хомосапиенсов. Но, как бы там ни было, материала для докторской (не колбасы) я конечно насобирала.

Иногда я была ужасно красивая, а иногда - очаровательно некрасивая. А еще тут вступал в игру новый неожиданный для нас фактор. Как оказалось, что очень интересные и насыщенные по уровню драмы результаты получаются, если поиграться с параметром "богатство". Красивая и богатая. Красивая и небогатая. Некрасивая и богатая. Какие разные драмы разыгрывались в этих жизнях! Все были по-разному душещипательны и зубодробительны. Изначально казалось, что на этом графике хотя бы по одной оси должен быть плюс, иначе просто скучно. Некрасивая и небогатая - да ну нафиг так жить! Но неожиданно ярко такое сочетание начинало играть при наличии казалось бы неважного в недалёком прошлом фактора - ума, который, как оказалось, каким-то неведомым образом напрямую связан с твоей любимой чувствительностью. Я на себе лично испытала, что с умом-то можно дела делать и со слабыми остальными картами! Ты даже не представляешь, с какой силой работает воображение бедной дурнушки, когда ночью за стенкой хихикает с очередным ухажёром её красивая, но тупая сестра или подруга.

Все эти женские делишки даже начинали меня немного веселить, но тут мне стали врубать по плешку эту вашу треклятую чувствительность. Главное, что как назло я в той жизни выдалась и красивая, и богатая! Живи да радуйся, как на курорте. А кругом меня мужиков видимо - не видимо. И красивые, и богатые, иногда даже умные проскакивают. А я их всех гоню прочь с глаз и реву ночами из-за какого-нибудь бедолаги. Который... Даже не помню, что именно мне в нём приглянулось.

Вот и сейчас живу довольно забавную жизнь, да ты ведь и сам знаешь, правда? Почему ты сказал мне тогда в метро: "Давай на время прекратим наше общение"? Ты ведь знал, что мы расстаёмся навсегда? Скажи честно. Мне, как бестелесной душе, конечно должно быть всё равно, но всё равно интересно. Ты ведь сам меня в это втянул: обратил на меня внимание, хотя конечно если мы в человеках даже случайно пересекаемся, мы не можем пройти мимо, не взаимнопогрузившись, прямо как две чёрные дыры, за много веков наелись этого. А в этот раз ты был такой настойчивый, даже моя страдалица от твоего персонажа такого не ожидала, а я в ней так и подавно. Он же у тебя сейчас весь такой из себя чувствительный, застенчивый, ранимый и травмированный. А тут вдруг как с цепи сорвался, после случайной встречи на психологической группе в лепёшку разбился, а телефон мой раздобыл. И не постеснялся позвонить, пригласить на свидание, в дорогой ресторан затащил скромную затюканную жизнью девушку, и живую музыку заказал и даже пригласил танцевать на глазах у изумлённой публики. Что это такое на твоего болванчика нашло, какое затмение? Я понимаю, что слишком долгое воздержание с мужскими мозгами и не такое творит, но тут он превзошёл любые от него ожидания. Или это ты, Сюрчик, мухлюешь: забыл себе память вырубить, и он в свои высшие силы поверил?!

А вы тоже, все тутошние высшие силы, со своими всеми лаборантами-реинкарнологами, идите в жопу! Засунули меня в эту бедность, пятеро детей в супер-правильной семье трудовых интеллигентов. Братикам моим мамочка с папочкой нашу квартиру поделили-раздарили, сестрички замуж за обеспеченных жильём повыскакивали, одна я, как бомж, осталась, а я между прочим старшая!

Я ж еще успела дважды замуж сходить до встречи с тобой. ..ля, вот этот поворот сюжета я вообще понять не могу. В этом фарсе моё амплуа - синий чулок. Я была уверена, что хоть в этой жизни спокойно поживу, без мужиков, сама для себя. Так же всё хорошо начиналось: огурцы-картошка у родителей на даче, сбор клюквы, какие-то мастер-классы кройки и шитья, максимум разгула - это целибатные туристические походы с такими же неудачниками обоих полов. Живи да радуйся! Так нет же, замуж меня вдруг начали звать ни с того, ни с сего. Спасибо вам, кулибины из небесных чертогов, за то, что наделили меня настолько специфическим экстерьером, что меня на свидания никогда не звали, сразу - замуж, матьвашу!

Поэтому ухаживания твоего Антона были неожиданны, я (она) всё ждала какого-то подвоха, не могла воспринимать эти знаки внимания просто как что-то приятное, в конце концов, где наша не пропадала, чего из себя целку строить. А он был такой пылкий, неожиданно настойчивый. Неказистый конечно, маленький, худенький, вегетарианством, видите ли, балуется, шизик. А у меня опыт общения с мужчинами своеобразный: первый муж учился на режиссёра, творческая тварь, божья. Не от мира сего, со мной много лет спал в одной кровати как брат с сестрой. Думала, что он думает только о высоком, но, как потом узнала позже, с другими бабами он вполне себе спускался на землю. А второй муж, как противоположность, был настоящий мужик, в плохом правда смысле этого слова. Любил выпить с дружками возле магазина и трахаться много и без затей. Количество в качество не переходило.

И тут Антошка твой. Весь пышет романтикой, мечтает создать идеальные отношения прямо здесь и сейчас. Рисует радужные планы, как мы будем осознанно строить наш союз, как каждый из нас будет саморазвиваться внутри пары при помощи партнёра, в какие экзотические страны мы съездим на отдых и как потом когда-нибудь совьём родовое гнездо.

- А тут ты с требованием перво-наперво решить квартирный вопрос. Твой, заметь, квартирный вопрос, - встрял с замечанием Сюр, - причём чуть ли ни при каждом разговоре на эту тему всё сводила...

- Меня, вернее мою, конечно испортил квартирный вопрос, и твой Антон абсолютно прав, что вовремя бросил мою Валентину, ничего бы у нас с тобой не получилось. Но всё равно мне было больно расставаться с тобой, было больно от того, что я упустила последний, наверное, шанс... Хотя шанс на что? Создать семью? Так у меня уже было до этого две так называемые семьи. Но детей у меня нет, так что может быть это был шанс завести детей? Это тоже еще вполне возможно, если задаться такой конкретной целью. Шанс обзавестись квартирой? Вот, блин, какое внеземное меркантильное создание. Наверное, всё таки здесь будет уместно говорить о любви. Моя Валентина видела в твоём Антоне что-то особенное, но бытовуха разрушила их любовь загодя, когда отношения до быта и не дошли еще.

Глава 6

Валентина. Такое уже слегка устаревшее имя дал ей отец. Семейная легенда гласила, что он сделал это в честь любви всей его жизни, не Валиной мамы. Все её тезки, а их было очень много вокруг, были как минимум на двадцать лет её старше. Но она не имела никаких претензий к своему имени, у неё и без этого было много такого, на что она могла пожаловаться. Хотя кому? Ну, высшим силам, наверное. А она всегда была на короткой ноге с эзотерикой и мистикой. За что не раз её называли за спиной "шизанутой", иногда матом.

Ей повезло родиться и расти в многодетной семье. Хотя тут надо поправить - родилась она в обычной молодой семье, была первенцем. А потом уже у неё сначала появились две сестрички, потом еще два братика. Если у кого-нибудь плохо с арифметикой, то уточним, что в её семье в результате было пять детей, включая её. Здесь можно увязнуть в легко угадываемых штампах - она, мол, рано повзрослела, у неё не было детства, она с младых ногтей сама была как мама для всей этой младшей оравы. Наверное, так оно и было, но мы про это не будем здесь распространяться. А перейдём сразу к более интересной теме. Как вы, наверное, уже догадались, особенно если прочитали предыдущую главу, говорить мы будем о любви. Какие у вас предположения о том, как могла складываться эта часть жизни нашей героини? Можно пофантазировать и сделать несколько предположений, как будет себя вести подобная бесподобная девушка под воздействием гормонов, требующих близко общаться с представителями мужского пола.

При таких вводных в голове любого среднестатистического графомана может сгенерироваться сюжет про раннюю безумную любовь, раннюю же беременность, а дальше или такой же ранний брак и развод, или этап брака может быть пропущен. В общем первый вариант - это мать-одиночка в довольно юном возрасте. Либо противоположный вариант - отсутствие близкого общения с противоположным полом, синечулочность средней степени тяжести. Остальные варианты могу быть где-то внутри обозначенного диапазона: обычный брак и обычное количество детей, либо обычный брак и много детей, по примеру родителей, и еще для полного покрытия пространства вариантов добавим версию с браком без детей - может быть у неё с детства выработался иммунитет к ним.

Скажу честно - если бы имел место быть один из перечисленных вариантов, то я бы и не взялся за это повествование. А как вам такое - к 35 годам она имеет два брака, два развода и ни одного ребенка? Вот это уже интересная завязка, на основании этого можно уже чего-то оригинального насочинять. Чем мы сейчас и займёмся. Но так как реальная жизнь порой интересней и непредсказуемей, чем самая извращённая фантазия, то лучше будем говорить только правду и ничего кроме правды.

Придётся хотя бы вкратце рассказать о мужьях Валентины, иначе интрига будет слишком гнетущей. Так как многодетные родители (родители Вали) были всё же интеллигентами с высшим образованием, то и детей постарались вывести в люди. Наша Валентина получила хорошее, но малопрестижное образование. Так бывает. ВУЗ престижный, а факультет - захудалый. С таким образованием выпускница отправилась работать по распределению в пыльную госконтору рисовать карты. Которые географические карты местности. Это было уже в эпоху Google Maps, кстати. Нда, хорошо, что мы уже знаем про два брака, а то в этом месте бросили бы это чтиво, сочтя дальнейший сюжет непредставляющим интерес для читателя эпохи тик-така или ток-тика.

Спасением нашего сюжета явилось увлечение Валентины спортивным туризмом. Это может стать культурным шоком для людей, родившихся в двадцать первом веке, но во времена Советского Союза в институтах были бесплатные секции спортивного туризма. Такое вот неожиданное сочетание слов. Оказывается, туризм - это не только на пляже лежать и безлимитно обедать круглые сутки, но и в кедах с палатками вокруг Байкала ходить или на Камчатке в тех же кедах от медведей убегать. Автору сего шедевра лень рыться в первоисточниках, но можно предположить, что изначально в этих секциях даже ездить в походы можно было бесплатно. Но во время посещения секции Валентиной за билеты на озеро Иссык-Куль платить приходилось самостоятельно, но зато многолетнее посещение этого кружка давало самое главное - право участвовать в таких походах. Людей с улицы туда не брали, потому что "если друг оказался вдруг". Все походы имели свою категорию сложности, подразумевали повышенные физические нагрузки, и неподготовленный член команды мог попросту испортить настроение всей компании своей травмой или даже летальным исходом.

Знакомство Валентины с будущим первым мужем Александром произошло как раз в романтической атмосфере туристического похода в горы. Хочу сразу предупредить, что вся романтика на этом и закончилась. У нашей героини было некое волшебное свойство: уже при первом взгляде на неё в голову мужчины (не всех конечно, но ей хватило и нескольких экземпляров) закрадывалось смутное желание, которое не сразу ему было понятно. Вроде бы смотришь на молодую девушку, она вызывает у тебя странный интерес, начинаешь с ней разговаривать и тут - бац! - понимаешь, что она должна быть твоей женой. Причём, чтобы это прямо как-то сразу произошло, минуя стадии ухаживания и безумной ненасытной страсти, минуя должности возлюбленной, любимой, невесты. А чтобы сразу - жена и всё тут.

Именно так у них - Валентины и Александра - всё и произошло. Мгновенно созревший жених не смог устоять перед чарами обречённой быть женой. У них случилась скоропостижная свадьба, после которой они стали жить как брат и сестра. Злые языки поговаривали про сглаз и другие паранормальные явления, как причину такого вялого брачного союза. Бог его знает.

Вскоре после свадьбы вскрылась еще одна волшебная способность Валентины - её мужчина резко начинает хотеть сменить свою денежную профессию на творческую. Инженер Александр воспылал жаждой стать режиссёром сразу после женитьбы на Валентине. Несколько следующих лет он жил с ней в квартире её родителей, где в это время жили и некоторые другие дети этой многодетной семьи, столовался там же и учился, нигде конечно не работая. Здесь захотелось сказать, что видно такая у неё планида. Что это вообще за слово? Спустя лет семь, выучившись и проведя первые безденежные годы начинающего специалиста под дружеским крылышком жены, оперившийся муженёк улетел из семейного гнезда в поисках более развлекательного образа жизни.

Разведённая Валентина восприняла этот удар стоически, даже немного обрадовалась. Но ненадолго. Спустя совсем немного времени вокруг неё начал виться бывший одноклассник, живший в соседнем доме. Узнав, что Валентина больше не замужем, он пошёл на штурм крепости, с пьяными слезами рассказывая, что с детства мечтал - внимание! - чтобы она стала его женой. Не сказал, что с детства её любил, а мечтал, чтобы она стала именно женой. Я же говорил, что это похоже на проклятие. А куда же денешься от проклятия? Конечно ей пришлось снова выйти замуж. Второй муж обладал некоторыми преимуществами - у него было своё жильё, он жил с мамой. Наконец-то наша Валя могла уменьшить количество жильцов в семейном гнезде, а не увеличить, как в предыдущую попытку. Благо переезжать было недалеко, можно было пешком с чемоданчиком вылететь из родительского гнезда, что она и сделала.

Попытка номер два длилась намного меньше первой. Оказалось, что равнодушие выдерживать было легче, чем горячее стремление сделать из неё идеальную жену. Напомним внимательному читателю, что наша героиня в студенчестве занималась спортивным туризмом и соответственно часто ходила в походы, она по натуре была кошкой, которая гуляет сама по себе. И никакая горячая любовь и стремление сделать её осёдлой хозяйкой кухонной плиты не могли увенчаться успехом. После одного из уходов в самоволку, а точнее посещения какого-то очередного мероприятия или курсов по обширной тематике саморазвития Валентину встретил дома военно-полевой суд в лице мужа и его мамы, которые в ультимативной форме запретили ей шляться неизвестно где. Такие требования уже были озвучены неоднократно и раньше, Валя честно старалась приспособиться к традиционной семейной жизни, но она поняла, что не может жить совсем как в тюрьме. Пришлось тащить свой чемоданчик обратно домой к родителям и братьям с сёстрами. Ну, вот и по второму браку отстрелялись.

После крушения надежд и падения оков Валентина продолжила активно заниматься саморазвитием и самопознанием. Ей чертовски интересно было узнать, что же значило всё это, вся эта жесть, которая происходила в её жизни. Но так и не нашла, у кого можно спросить, хотя искать не перестала. На одном таинственном мероприятии психологической направленности, где участники разыгрывали друг с другом беспокоящие их жизненные ситуации, она познакомилась с Антоном. А вернее будет сказать, что на этом мероприятии присутствовали и Антон и Валентина. Антон даже поучаствовал вместе с Валентиной в одной из таких бытовых сценок (это называется расстановки). Валентина не обратила на Антона особого внимания, а Антон как раз наоборот почему-то очень сильно был впечатлён знакомством с этой девушкой. На этих расстановках люди рассказывают свои жизненные истории, чтобы потом их проиграть в виде небольшой театральной постановки, поэтому Антон, присутствоваший там, знал в общих словах историю жизни Валентины и похоже его не испугал тот факт, что при рассказе истории своей жизни она использовала слово "мужья", множественный род, да еще и с эпитетом "бывшие". Ей было тогда примерно тридцать пять лет, рановато для столь насыщенной событиями биографии.

Через пару дней Вале позвонил ведущий расстановок и спросил, можно ли дать её номер телефона какому-то молодому человеку, который в них участвовал и хочет с ней связаться. Валентина не придала этому значения, она не помнина никакого молодого человека, телефон дать разрешила. Еще через пару дней ей позвонили, и несмелый мужской голос в трубке предложил ей встретиться, аргументировав это тем, что она, мол, ему понравилась. Делать нечего - пришлось согласиться, тем более что её жизнь в это время не так чтобы была полна событий, а точнее ничего кроме расстановок и поездок на дачу к родителям копать грядки, с ней не происходило.

При первой встрече Антон не произвёл на Валентину сильного впечатления: маленький какой-то, худенький, с таким много картошки на даче не выкопаешь. Но сам Антон при знакомстве был очень воодушевлён, старался понравится, спешил заинтересовать свою спутницу своей персоной. Их встреча произошла в самом центре столицы, и кавалер пригласил даму в первое попавшееся кафе, а в самом центре плохих дешёвых заведений не бывает. Валентина не постеснялась заказать дорогие блюда, Антон изображал щедрость и невозмутимость. Когда мимо столика проходил квартет музыкантов (вполне приличный), Антон совершил шикарный жест - заказал для своей дамы "Бесаме мучо" и пригласил её на танец здесь же между столиками. Дважды бывшая мадам начинала оттаивать и с интересом поглядывать на своего расхрабрившегося спутника - было заметно, что для него такой кураж не является нормой.

После слегка ошеломляющего первого свидания Антон проводил свою ошарашеную даму на метро и потом пешком до самого дома. У подъезда при расставании Валентина продолжила по инерции высказывать сомнения по поводу характеристик внезапно возникшего перед ней пылкого поклонника. Побитая жизненным опытом она не сомневалась, что намерения у очередного ромео самые серьезные - хоть завтра под венец. И сама себе постоянно, чтобы не забыть, повторяла, что уж перед третьим замужеством надо получше присмотреться к жениху, уточнить у него, кого он вообще ищет в жёны и как себе представляет семейную жизнь.

Но всё же чисто по инерции на прощание сказала Антону, что всегда идёт в отношения целиком и полностью. Как будто мало ей было слишком серьезных отношений к этому моменту. И это естественно только ещё больше утвердило Антона в его безрассудстве. Проклятие-то продолжало работать, матримониальные планы уже зрели в очередной горячей башке.

Глава 7

Сюр был впечатлён монологом Эвы, он никогда ещё не слышал из её уст столько слов подряд. И он понимал, что должен что-то ответить, потому что, как знаток человеческих душ, понял, что Эва хватанула на Земле какой-то заразы вроде женской логики, и теперь может обидеться на него. Вернее она уже обижена, но если он осмелится проигнорировать её крик души, то может стать её смертным врагом. Но он решил рискнуть.

- Эва, Эвочка, я нестерпимо хочу ответить тебе, поговорить с тобой обо всём, что тебя волнует, но мне просто категорически важно быть сейчас в другом месте. На это время назначена совместная калекия нашего Универсиадуса с Трёхгалактической Фабрикой Мысли, на повестке дня - вытурить трёшек с Земли, чтобы не наводили тень на плетень и не устраивали так часто Апокалипсисы.

Сказав это, Сюр тут же получил в лицо шаровой молнией. Но он почувствовал, что это была почти ласка, дружеская. Эва была всё таки высшим созданием, и никакая Земля не могла испортить её ангельский характер.

- Дорогуша, у меня ещё мильён дел сегодня до возвращения на Землю, я скучать не буду, но надеюсь, что ты найдёшь всё же время чуть попозже для своей близкой подруги, - почти ласково проворковала богиня, но почему-то у Сюра мурашки побежали по спине от тона её голоса - то ли от нежности, то ли от страха.

"Нахваталась-таки манипулятивных приёмчиков у дочерей Евы. Всё таки Земля не проходит даром для нас, геликов. Если дело так пойдёт дальше, Эва и в карантин угодить может. Сделают ей плазмаферез, чтобы земные закидоны-вибрации вычистить" - содрогаясь и умиляясь одновременно, подумал Сюр. Он уже прибыл на заседание и сидел в пресидиуме рядом с собратом по борьбе с чужеродным влиянием на землян ретором Универсиадуса Так-сом.

Речь для выступления на калекии с бесконечным перечислением прегрешений представителей фабрики мысли на Земле была у него давно заготовлена. Он сидел и думал, конечно же о том, что у них происходит с Эвой. Перед глазами проносились десятки жизней, в которых они пересекались. Сколько они вместе пережили, сколько пудов соли съели вместе, свадьбы-похороны. И в этот момент он понял, о чём он должен сейчас сказать пред высочайшими очами. Итак, в последний момент Сюр выбросил бумажку с заготовленной речью и начал импровизировать:

- "Я — часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает добро". Это цитата из одной человеческой книги. Она пришла мне сейчас на ум, и я думаю, что не случайно. В самом деле я должен начать своё выступление с благодарности всем активистам ТФМ за то благое дело, которое они творят на Земле.

У Так-са глаза на лоб полезли от удивления. У них с Сюром была негласная солидарность по вопросу неприятия трёшек на Земле. Он был уверен, что Сюр в своей речи заготовил тотальное моральное уничтожение этих аморальных типов и их грязных делишек в среде людей. Он ждал от своего предполагаемого соратника вываливания кучи чужого грязного белья, а никак не благодарности захватчикам чужой собственности.

- Любите ли вы людей так, как люблю их я? - продолжал свою речь Сюр, - Где ещё можно испытать такую ярую ненависть и неистовую любовь, как не на Земле в теле человека? Вот вы, прогрессоры из ТФМ, принесли на Землю войны, строя планы превратить всю планету исключительно в ядерный полигон и военную базу. Но неожиданно для всех, и для вас и для нас, в душах людей всегда находилась сила, которая останавливала любые войны. Более того, как бы ни парадоксально это звучало, но оказалось, что насилие порождает любовь. Сильнее всего люди любят перед боем. Возможно, мы открыли какой-то новый фундаментальный закон, наподобие того, что сила действия равна силе противодействия.

Сюр продолжал нести подобную чушь еще много часов подряд, а Так-с сидел с каменным лицом и от злости чуть не превратился в чёрную дыру, по крайней мере близлежайшую материю он уже начал поглощать. Казавшийся наивным простачком Сюр переиграл и его и всех гигантов мысли из Трёхгалактической Фабрики Мысли (мысли ли?). Итого - по результатам межгалактического голосования Землю было запрещено превращать в ядерный полигон, но трёшкам разрешили на ней остаться, так как раз уж они не смогли извести человечество или хотя бы человеческое в людях за десятки тысяч лет, значит такого умысла и не было (но это не точно).

Поэтому людишкам (и Сюру с его студентами) было разрешено и дальше плодиться и размножаться и по мере сил развиваться на третьей планете Солнечной системы, воевать и любить, а главное - жить. Также было признано нецелесообразым запускать на Земле процесс деволюции по плану Так-са, так как "а как же можно обезьянам доверять атомное оружие", которое там таинственным образом появилось, а теперь ни одна планета не согласиться принять его к себе на утилизацию. И ретор, и ТФМ остались с носом, Сюр подбедил, но нажил себе врагов в виде двух могущественных организаций, смертных врагов, для которых теперь будет делом чести поквитаться с этим пройдохой. А лучшим способом заставить Сюра ответить за базар будет уничтожение человечества любым способом. Можно вместе со всей планетой.

Но Сюру было сейчас на это плевать. Если он не успеет поговорить с Эвой до её отлёта обратно в жизнь Валентины, у Сюра появится ещё один и даже более опасный враг - обиженная женщина. Он успел - видно у него есть могучий ангел-хранитель. Вот что Сюр успел сказать Эве перед отлётом:

- Когда мы следующий раз увидимся, мы уже закончим наши текущие проекты, Антона и Валентины. Поэтому нам так важно было сейчас обсудить нашу интерактивную коммуникацию на Земле в наших текущих телах (прости за скабрезный каламбур). Ты спрашивала, почему я (Антон) сказал тебе (Валентине), что нам надо расстаться? Мы же с тобой, слава Богу, не люди, поэтому мне бы хотелось откровенно рассказать тебе, что чувствовал Антон в этот момент. И хотя я вижу, что ты нахваталась женских штучек на этого голубой планете, но всё же ты чистая душа, выдержишь правду-матку.

Сюр надеялся такой предварительной прелюдией подстелить себе соломки и заранее обезоружить этого обиженного ангела. Всё ещё резонно опасаясь вполне возможной вспышки ярости, он продолжал идти по тонкому льду:

- Я тебя любил очень сильно. Ты повстречалась мне в интересный период моей жизни. Если бы я был человеком, то сказал бы, что это был тяжёлый период. Я только что расстался со своей женой и детьми, они остались в другой стране, а я вернулся домой. Для меня, как вечной души, это был просто интересный опыт, а для него - с одной стороны - крушение всей известной и понятной ему жизни, ибо до этого момента он и не думал, что может жить без семьи, без дочери. А с другой стороны - это было как освобождение из тюрьмы и шанс на новую жизнь. Я был уверен, что проделав работу над ошибками, смогу построить наконец-то идеальную жизнь. И в этом я не сомневался ни капли. Я никому ни за что бы не поверил, если бы мне сообщили, что это не гарантировано на все сто. Как же, теперь-то я умный, не то что раньше. Теперь я выберу правильную женщину, в прошлый раз просто ошибся с выбором. А ещё я был уверен, что теперь я другой, что я изменился. Это было самое главное моё заблуждение.

Когда я встретил тебя, я даже ещё официально не был в разводе, я оставался женат на другой женщине. Конечно в момент нашей первой встречи и в продолжение нашего близкого общения я и помыслить не мог, что возможно какое-то потепление отношений между мной и моей женой. Тогда она казалась мне исчадием ада, сосредоточием зла. Если бы мне сказали тогда, что через год я буду с ней обмениваться почти любовными письмами, то я был бы уверен, что во всей вселенной не существует большего бреда. Но так оно и случилось, хоть и на очень краткий период. Я даже ездил в гости к ней и детям, и это была романтика и семейная идилия в одном флаконе, очень краткая, настоящий замерший в одних сутках сюрреализм, если смотреть на это хоть из прошлого, хоть из будущего.

Я так подробно описываю тебе свое тогдашнее состояние, чтобы ты могла чуть яснее понять, насколько я тогда был сдвинут. Мне кажется, именно это слово может меня описать. Я был сдвинут из реальности. Когда я сейчас вспоминаю, о чём я тогда думал, какое имел представление о мире, какие у меня были планы и мечты, то сильно удивляюсь, что мало кто прямо говорил мне, что я двинутый. Сейчас я понимаю, что это была защитная реакция, срабатывали предохранители, выбивая пробки. Я почти дозвонился оттуда с Земли сюда к нам в чертоги даже с учётом отключённой памяти.

И встреча с тобой в момент такого перелома в жизни была для меня и спасением, и проклятием. Даже в представлении моего Антона, который ни сном ни духом ни ухом ни рылом про нашу с тобой многовековую историю близких пересечений на Земле, ты была каким-то аномальным явлением, посланницей ада либо рая. Сильно, да? Как это вообще возможно сомневаться, является ли человек слишком хорошим для тебя либо слишком плохим? "И где - награда для меня, и где - засада на меня". Всё это говорит о том, что ты была чем-то значительным в моей жизни, что, надеюсь, тебя не может не утешать. Конечно здесь можно штампануть образцово-лицемерную отмазку - "ты была слишком хороша для меня". Но это будет грубая ложь, и ты это сразу почувствуешь.

Гораздо ближе к истине мы окажемся, если прибегнем к другому шаблону: "мы встретились так не вовремя". Но при этом мне кажется, что это самое "вовремя" для этих наших героев находится вне пределов их жизней. Я много думал о том, что было бы, если бы мы встретились, например, в наши студенческие годы. Ведь наши с тобой герои - Антон и Валентина - одного возраста и учились в соседних университетских корпусах, так что эта версия не является чудесным сценарием. Но я тогда косил под "нормального пацана" и тусовка ботаников-туристов была для меня зашквар. С такой, мягко говоря, нестандартной девушкой какой была ты, я бы не решился близко дружить в юные годы. Извини, конечно, но честно говоря, я бы на тебя тогда и не посмотрел с интересом. Жажда общения со сдвинутыми барышнями появилась у меня гораздо позже, когда я наелся стандартности и почувствовал на своей шкуре всю жестокость обывательщины.

Не будем забегать далеко вперёд в моё будущее, хотя земная жизнь несётся настолько стремительно, что ты своего Антона и не узнаешь теперь (и не узнавала уже, когда вы несколько раз случайно пересекались всё в том же злополучном метро). Но могу только сообщить, что немного подлечившись душой от жесткого удара судьбы в виде развода и расставания с детьми, Антон вернётся в относительную норму и решит держаться подальше от настолько странных женщин, о чём периодически будет сильно жалеть. Так всю жизнь и промается между Сциллой и Харибдой, простите за спойлер. Так что единственной точкой, где мы могли пересечься, был вариант сдвинутости моего аватара Антона, ситуация потери им связи с реальностью, что и произошло с такой неизбежностью.

Но ты в это время была озабочена как раз земными заботами, наевшись вдосталь к тому времени витаний в небесных кущах. Он поднялся до тебя, ты опустилась до него.

- Всё равно ты вёл себя как м..дак - сказала Эва.

Глава 8

и- Антон, расскажи, что ты сейчас чувствуешь, - попросила психолог Алёна.

- Я себя чувствую придавленным бетонной плитой, из под которой я не могу ничего чувствовать.

- А кто на тебя положил эту плиту или как ты вообще под ней оказался?

- Наверное, я сам. Но кажется, что некоторым людям хотелось этого и чтобы я так и оставался под ней подольше, навсегда.

- Попробуй вспомнить, когда ты впервые почувствовал, что на тебе лежит бетонная плита.

- Попробую вспомнить. Может быть она была всегда, с детства? Я был тихий, скромный мальчик, но всё таки я был тогда более живым, чем сейчас. У меня всегда были друзья, и пусть я не ругался матом до четырнадцати лет и ходил в музыкальную школу, они всё равно со мной дружили. Тогда плиты не было, точно. Когда я поступил в университет, уехал от родителей, то трудно было приспособиться к новой жизни, но всё равно жизнь била ключом, и не только по голове, я весело жил в общежитии, были мечты, надежды.

- А когда, как тебе кажется, закончились мечты? Или что вообще с ними случилось?

- Наверное, когда наступила взрослая жизнь. Для меня она нагрянула сразу после универа. Я начал резко и очень интенсивно искать себе девушку, стал просто насиловать несчастного Купидона, выбивая из него несвоевременные и неподходящие мне стрелы. И Купидон, отчаянно отбиваясь от моих настойчивых приставаний и заодно мстя за назойливость, выстрелил мне в голову скорее всего копьём. Или может это был его зам по браку. Что-то меня на неуклюжие метафоры потянуло. Проще говоря, сразу после универа, когда я съехал из общежития в съёмную квартиру, я начал очень активно знакомиться с девушками в интернете. Это конечно вполне естественно для молодого парня двадцати двух лет отроду. Особенно в моей ситуации, когда не умеешь знакомиться на улице и имеешь сомнительную внешность, которую нельзя сразу показывать неподготовленной барышне, лучше уж пусть сначала оценит ум (в котором, как мы помним, сидит копьё). В общем, я активно писал посетительницам сайтов знакомств, которых даже тогда в 2002 году уже было много - видно их тоже не устраивали знакомства на улицах и дискотеках. И достаточно быстро мне повезло - я напоролся на то, за что боролся.

Но сначала я прошел через череду неудач при знакомствах. Это я тогда думал, что это были неудачи. Теперь-то я понимаю, что главная неудача в знакомствах меня постигла, когда у меня всё склеилось, и я скоропотижно женился. Но не будем забегать вперёд. Так вот на первых порах меня постигла череда в чём-то забавных, а лично для меня - трагических - конфузов. На самом первом свидании из интернета я вообще не знал, о чём нужно разговаривать с девушкой на официальном свидании. Я конечно много общался с противоположным полом, у нас же совместное обучение, в университете с однокурсницами в основном, но чисто по-дружески. Я вообще никогда не знал, как хотя бы минимально показать, что девушка мне интересна не как друг, а как представитель противоположного пола. Я даже приглашал пару раз таких подруг то в кафе, то в кино, и они потом спустя некоторое время сильно удивлялись тому, что я на самом деле таким образом выказывал им мужские знаки внимания.

А вот, когда я оказался на первом свидании с сайта знакомств, то это было сразу по определению Свидание, а не дружеские посиделки. Я к нему тщательно готовился, потому что не знал, как надо себя вести в таких случаях. Я проигрывал заранее в голове весь сценарий будущего события и даже составил на бумажке список тем для разговора, только что на стол не выложил эту бумажку в кафе. Но она лежала в кармане, и я её перечитал непосредственно перед торжественным мероприятием. И начиная с этого самого первого свидания и много последующих я сталкивался с тем, что в присутствии постороннего человека (хоть и - или тем более - девушки), во-первых, незнакомого или малознакомого, во-вторых, из-за чрезвычайной важности, которую я сам накачал в эту встречу, у меня просто отключались эмоции. Я вообще не понимал, нравится ли мне она, нравится ли мне быть с ней, я действовал как заведённый робот. Только расставшись с ней, проводив на какой-нибудь транспорт или даже до дому, вернувшись домой, я мог начать осознавать, какое же всё-таки впечатление на меня произвела эта встреча.

Рассказывая такое, можно подумать, что в это время на мне уже была эта плита. Но всё же потом я отходил от стресса свидания и жил нормальной живой жизнью, в тот период были весёлые встречи с одногруппниками и даже влюблённости. Но не единожды со мной случалась одна и та же болезненная ситуация: когда я, вылезая из кожи вон, сумел таки донести до девушки, что я испытываю к ней не только дружеские чувства, то этот мой каминг-аут их почти оскорбляюще шокировал. Мне конечно это было обидно и убивало напрочь мою самооценку. В моей травмированной душе возникал вопрос - неужели я и в самом деле такое омерзительное чудовище, что уже не первая девушка была просто шокирована моим недвусмысленным вниманием. Нужно уточнить, что потом мы продолжали спокойно общаться в компаниях, то есть ничего действительно оскорбительного или внушающего законные опасения я не делал, просто мой мужской интерес был настолько несовместим с их реальностью.

Так вот после первой встречи было еще несколько свиданий с разными девушками из интернета. Конфузы были такие: одна из них при первой встрече сделала вид, что я ошибся и она ждёт не меня; другая, писавшая очень страстные письма, при очной встрече не могла скрыть разочарования и потом в письме матом грубо меня послала; третья, или какая-то очередная, стоически выдерживала встречи со мной в течении более месяца, но я так и не осмелился взять её за руку, не говоря уже, про большее. Но эти неудачи не обескураживали меня, хоть иногда на какое-то время я бросал это гиблое дело. А потом рано или поздно после очередного провала я снова выходил на поле гендерного боя.

Но скоро мои тренировочные бои прекратились, я вышел в финал. На том же сайте я познакомился с Диной. С ней с самого начала всё было как-то до банальности нормально. Спокойная переписка средней продолжительности, потом я предложил встретиться. Встретились, посидели в кафе. Даже описывать сейчас скучно. Потом сходили в кино, на обратном пути она сама взяла меня за руку. Ну, и как-то всё закрутилось. Когда я потом позже воссоздавал у себя в голове всю картину старта наших отношений, я приходил к выводу, что Диной двигали примерно такие же мотивы, как и меня: срочно надо было найти половинку. Чтобы была полная жопа, извините за неуместный юмор.

Ну, мы как-то тихо, сразу почти по семейному повстречались около года и поженились. С одной стороны, я избавился от постоянного давления поиска девушки и чувства неполноценности из-за её отсутствия, вернее из-за того, что её у меня никогда не было. И я мог теперь заниматься поисками себя. Вовремя конечно, после свадьбы. А с другой стороны, начались пытки обустройства быта, поиска квартир для съёма, переезды в эти квартиры и ожидания, какой подвох будет в новой квартире. Пока я был один, меня это тоже беспокоило. И, когда я искал себе спутницу жизни, мне казалось, что вдвоём будет легче справляться с бытовыми неурядицами. А оказалось, что наоборот мне приходится переживать за двоих.

- Ты говоришь про переживания. Какие это были эмоции? - Алёна по возможности мягко пыталась вернуть своего пациента к теме разговора.

- Наверное, вот здесь можно начинать говорить про плиту, которую надо мной воздвигли. Я сам воздвиг с молчаливого согласия моей жёнушки.

- И как тебе жилось без чувств?

- Сначала очень долго казалось, что всё нормально, что это нормальная взрослая жизнь. Я даже осуждал тех, кто осмеливается в своей жизни уделять внимание чему-то кроме денег и домашних забот. Я даже получал от этого какое-то садомазохистическое удовольствие, делая это вместе с женой, обсуждая и осуждая таких легкомысленных глупцов: мы мол живём рационально правильно, а вот эти и эти глупые знакомые осмеливаются получать радость от жизни и в выходные не покупками на рынке занимаются, а по болотам на джипах носятся. Извращенцы.

- Кто именно извращенцы?

- Не важно. В общем, дальше всё продолжалось в том же духе: переживания по поводу съёмных квартир сменились не менее весёлыми переживаниями строительства собственной квартиры. В процессе строительства квартиры у нас появился ребёнок.

- А появление ребёнка какие чувства у тебя вызвало?

- Тогда было много счастья. Но всё стало ещё тяжелее. Появилось ощущение безвыходности. Мне конечно стыдно такое говорить, это непринято, считается неприличным, недостойным настоящего мужчины.

- Мы не на семейном ужине и не на интервью в глянцевый журнал. Ты в кабинете психолога, просто говори, что чувствуешь.

- Я вот сейчас подумал, какой же я мазохист. Первый блин на штанге - женитьба. Тяжело. Но чтобы полегчало, надо найти какой-то выход. А, надо создавать свой бизнес - второй блин на штангу. В это, наверное, никто не поверит, но стало ещё тяжелее. Какой же выход, какой же выход? Не блины же снимать. Надо продолжать в том же духе. Ребёнка надо завести - готов третий блин. Легче не становилось, но я продолжал нанизывать блины на свой небогатырский стан. Мы еще уехали жить (или пожить?) в другую страну. И всё это происходило в поисках, как облегчить себе жизнь. И уже там в другой стране величина давления стала видно критической, я начал сбоить, капризничать, выкидывать коленца.

- Ого, это уже интересно. Вот смотрю на тебя и пытаюсь угадать, какие ты мог выкидывать "коленца", как ты выразился. Но вот ничего не могу себе представить, таким ты кажешься сдержанным.

- О да, для этого надо было сильно постараться. И кое кто постарался...

- Ты имеешь в виду Дину?

- Да, конечно. Ну, и помощники у неё нашлись. Я вот сейчас думаю, что был один переломный момент, который всё сломал. До этого в моей голове мы были обычной семейной парой. Такой парой, в которой оба с детства себе представляли спокойную, если не сказать унылую, семейную жизнь и именно такой она у нас и была. Жизнь, в которой люди просто живут. Лично я так и представлял взрослую жизнь в детстве, и она такой и сложилась. Радость случалась только в моменты распития спиртных напитков, будь то посиделки с другом или походы в гости семейными парами. У нас не было в голове представления, что можно жить легко и радоваться жизни, как это было в детстве. Было представление, что жизнь - борьба. Что не надо даже и помышлять о том, чтобы радоваться. А если радуешься, значит в чём-то халтуришь - и вместо этой радости мог принести в дом кусок какого-нибудь материального блага.

Да, я каким-то образом умудрился быть не офисным хомяком, а занимался так называемым своим делом. Повезло, что дело это довольно быстро стало приносить приличные деньги, а то бы мне никто не разрешил такого баловства. Так вот, жили-мы-были по заранее придуманному тягостному без особых причин сценарию, впрягаясь в какие-то невынужденные новые и новые тяготы, вяло переругивались и главное, что меня в этом держало - это была уверенность, что по-другому не бывает, а если и бывает, то только ещё хуже.

Напомню, что мы уехали жить в другую хоть и недалёкую страну. Снова снимали квартиру, только уже в другой стране. В другой стране всё по-другому, значительно лучше, но и значительно дороже. Прямо неприлично дорого. Некоторый запас денег был, но дела в моём деле резко ухудшились, и перспективы были мрачные. Ребёнок переболел воспалением лёгких, впервые полежал в больнице, сразу заграничной. Из-за проблем с моим делом, мне пришлось по настоятельным рекомендациям жены искать работу в этой другой стране, не зная языка, с учётом того, что с последней своей наёмной работы я уволился семь лет назад. Языковые трудности, продление виз. Короче, количество блинов на штанге, то есть уровень стресса, достиг рекордной отметки.

- Извини, что вклиниваюсь, но хочется спросить тебя про чувства в тот момент. Плита лежит?

- Да, это хороший вопрос. Вот этот период в другой стране как раз, наверное, и олицетворяет собой эту плиту. Если вспоминать себя в тот период, то тогда вот и был ожидаемый всегда уровень стресса. Я как будто его себе выдумал где-то в начале взрослой жизни и потом старался подогнать свою жизнь под этот уровень. Вот наконец обе части уравнения сошлись. И тут случилась кульминация, момент катарсиса. К нам приехали погостить родители Дины, и вечером после семеного ужина Дина выгнала меня из дома, залепив пару пощёчин. Причиной этого было вроде бы то, что я не обратил внимания на её слова про травму какого-то родственника. То есть я лежал в кровати, рядом уже спала дочь, Дина ходила и что-то рассказывала, потом подбежала ко мне, вытащила из кровати, попыталась ударить по лицу, я перехватил её руку, и она заверещала, что я её бью, вызывайте полицию. Напомню, что в соседней комнате были её родители, которые конечно тут же стали активными зрителями сего захватывающего зрелища, прибежали забрали внучку. Я быстро натянул штаны, накинул байку, Дина тащила меня к порогу, залепила таки пару пощечин, от которых я уже не пытался защититься, чтобы не быть обвинённым в насилии. И оказался на улице в чужой стране поздним вечером. Я провёл ночь бродя по округе и захаживая периодически в круглосуточный гипермаркет поблизости погреться и посидеть на лавочке. Я подходил пару раз к своему подъезду в надежде, что меня будут ждать. Никого не было, звонить в домофон я побоялся. Рано утром, когда уже рассвело, я бродил возле дома, увидел тестя, который вышел меня искать, и вернулся домой.

Самое смешное было в том, что в тот день мы собирались ехать смотреть новую съёмную квартиру, чтобы сменить неприлично дорогую на прилично дорогую. Вы будете смеяться, но я поспал пару часов и поехал-таки смотреть эту квартиру. После этого мы вроде как помирились, в смысле, что я вроде как смирился что ли. Потому что никакого извинения от Дины и тем более от её родителей я так и не дождался. Это она вроде как простила меня за этот случай, сказав что-то вроде, что мы оба были виноваты. Я не знал, как поступать в такой ситуации, но вот тогда всё и сломалось. Где-то глубоко в душе я знал, что не буду больше рядом с этим человеком. Я сорвался с поводка, хоть и продолжал по инерции ещё идти рядом. Вспоминается сейчас один эпизод - я поехал один в центр ихней столицы, купил кофе в кофейне, и просто пил кофе, курил сигурету (я вообще не курю, но тогда пришлось), смотрел на людей. И в этот момент, наверное, на меня нахлынуло ощущение свободы, которое я не испытывал уже.. не знаю даже, может никогда и не испытывал. Это был краткий миг, я уже и забыл про него, и вот сейчас всплыло то ощущение. Но оно быстро прошло и забылось. Но я прямо сейчас даже почувствовал, что вот тогда я увидел кусочек чистого неба, закрытого до этого той самой моей бетонной плитой.

- Да, это хорошо, что ты вспомнил такой момент, что ты всё таки знаешь это ощущение, когда вес плиты становится меньше, не так давит.

- Ну, тогда у меня в голове ещё не возникла ясная мысль, что уже всё, конец. Но, наверное, я подсознательно, не признаваясь в этом даже самому себе, начал брать курс на избавление от ставшего привычным гнёта. Путь к освобождению был сильно извилистый. После этого острого кризиса мы еще сменили две квартиры и даже родили ещё одного ребёнка. Да, понимаю, что это звучит офигенно неожиданно. И как здесь не поверить в какие-то высшие силы, у которых на нас были именно такие планы. И когда меня довели до этой точки, то уже через две недели после рождения второго ребёнка я исчез из дома, и мы больше потом никогда не были вместе с Диной. В это время как раз снова приехали её родители. Но в этот раз я их даже не увидел. Я дождался сообщения, что они уже прошли границу и будут у нас через пару часов, и ушёл с рюкзаком. В тот момент у меня всё ещё не было мысли, что я ухожу навсегда. Даже не знаю, как бы я поступил, если бы мне тогда сказали, что если я уйду, то это навсегда. Я отключил телефон (другого способа связи тогда не было) и пожил пару дней в отеле, потом вышел на связь, ожидая, что меня будут умолять вернуться. Но она со мной уже обсуждала технические детали разъезда, как будто от меня только этого и ждала, и я уехал домой.

- А плита? Уехала вместе с тобой?

- Ну да, я же сюда с ней и пришёл.

- Что с тобой произошло после того, как ты уехал от жены?

- Я побыл немного у своих родителей, потом вернулся в нашу квартиру, из которой мы уехали за границу - она стояла пустая. Я там сейчас живу один, там почти нет никаких вещей, мебели, осталась только встроенная мебель и один диван - спать можно. А, есть еще кухонный стол и стулья. Сразу после возвращения я захотел с собой разобраться, начал ходить на разные мероприятия по саморазвитию. Еще там в иммиграции в процессе семейного кризиса у меня возник крен в сторону разных экзотических увлечений, например, правильного питания в виде сыроедения, а ещё я заинтересовался темой родовых поместий - жить на земле, возврат к натуральному хозяйству. Дина даже натравливала на меня своего знакомого психолога, чтобы доказать мне, что я попал в какую-то секту. А с моей стороны это была психологическая защита, вот так забираюсь на твою территорию, сам себе ставлю диагнозы и ярлыки навешиваю. Главное - не пьёт. Так вот интерес к правильному питанию и вообще всеобщей правильности привёл меня к абсолютно трезвому образу жизни, а то в начале конца я начинал пропускать по стопочке виски на обед и ужин, призрак алкоголизма уже скалил на меня острые клыки. И вот теперь я в другую крайность кинулся, уже года два ни капли спиртного. И мяса не ем тоже пару лет уже. Сдвинутый короче.

- Что ещё происходит в твоей жизни? С кем ты общаешься?

- Да, вот это ещё важный вопрос. Пока я был там, я сильно скучал по всем вообще, кто когда-либо был в моей жизни. И мне казалось, что как только вернусь, я буду непрерывно со всеми подряд общаться. Но это же реальная жизнь, все заняты этой жизнью, в этом меня ждало разочарование. После возвращения я только с одним другом и продолжил общаться. Ну, и ещё у меня начинаются новые отношения, можно сказать, что я влюбился.

- Как её зовут?

- Валентина.

- Как вы познакомились?

- Тут у меня достижение: я впервые в жизни смог познакомиться не на сайте знакомств. Я видел её на одном из этих саморазвивающих мероприятий, смог раздобыть её телефон и пригласил на свидание. Она конечно очень необычная девушка, но что-то в ней меня привлекло. Валя уже дважды была замужем, хотя глядя на неё в первый раз можно с большой долей вероятности предположить, что она вообще никогда не была с мужчиной. Когда она пришла на первое наше свидание, первая моя мысль после того, как я её увидел, была такая: "Надо сжечь её лягушачью шкуру". Не в том смысле, что она предстала царевной, а что прямо в лягушачьей шкуре она и пришла. Мы встречаемся уже пару месяцев, а я до сих пор каждый раз при встрече удивляюсь, как можно умудриться так по-старушечьи что ли одеваться. Хотя сейчас большинство старушек одеваются лучше, чем она. И здесь не вопрос нехватки денег - какую-то одежду она же покупает. Но почему-то выбирает уродскую.

- А как себя чувствует твоя плита, когда ты общаешься со своей девушкой?

- Ты знаешь, плита всё там же, она нисколько не стала легче. В нашем общении сразу поднялся вопрос жилья, квартиры - я когда про это услышал на первом же свидании, меня как током ударило, подумал, что это моя карма, злой рок какой-то - обязанность не жить свою жизнь, а покупать столичным барышням квартиры в этой самой столице, хотя издревле заведено наоборот - жена со столичной пропиской как социальный лифт. А когда я рассказал про то, что работаю программистом, но заикнулся, что хотел бы сменить профессию, потому что не чувствую, что эта - моё призвание, тут уже Валя засмеялась и сказала, что ей хватит, она уже выучила двух мужей на другие профессии. Ох, уж эти высшие силы, откуда у них столько юмора или злости, чтобы придумывать для нас, людей, такие жестокие шутки?