Александр Франк

Кусочек торта

Глава 1

И был праздник, юбилей почтенного владельца агрохолдинга «Репка и сыновья» Порфирия Порфирьевича Турнепсова. Были поздравления от контрагентов, партнеров, родственников и друзей. Красивые слова, пламенные тосты. Турнепсов светился от радости и гордости. Все-таки пятьдесят ─ это тот возраст, когда ты уже не мальчик, но и не дед. Есть чем гордиться, есть что вспомнить, есть еще что распланировать.

Наконец красивые слова отгремели, гости разошлись и в опустевшем зале ресторана остались самые близкие. Порфирий ослабил узел галстука и сел на стул. Он слегка осоловевшим взглядом пробежал по праздничному столу: пустые тарелки. Это было хорошо. С точки зрения Турнепсова порядочность человека измерялась его способностью тщательно пережёвывать и доедать пищу до конца. В той другой жизни он мог быть председателем общества «Чистых тарелок». Гости постарались на сто процентов.

Турнепсов довольно улыбнулся и икнул. Но тут его взгляд упал на тарелку из-под торта. Кудесники сладкого цеха, памятуя о пристрастиях Турнепсова, сделали угощение в виде огромной репы. На которую поместили логотип фирмы, загородный коттедж Турнепсова, его премиальные автомобили, небольшую яхту. Все, что символизировало его статус и достаток. Вечер удался, торт был съеден, только хвостик от сладкого «корнеплода» остался на тарелочке. Сейчас длинный и тонкий он напоминал скорее всего не корень репы, а крысиный хвост.

Турнепсов нахмурился, он не ожидал такого подвоха. Кто-то из гостей не съел предназначенное ему угощение. Кто? Следовало разобраться. Может поднять записи с видеокамер? А пока все это следовало съесть немедленно. Не пропадать же добру! Жабка, поселившаяся в печени Турнепсова, начала душить.

Турнепсов потянулся за лакомым кусочком, как говорится, остатки сладки, но…

Но за спиной послышался кашель законной супружницы Порфирия Порфирьевича–Грации Павловны. На самом деле при рождении девочку записали как Глафира Прокопьевна. Но она предпочитала другое имя. Ей оно казалось более благородным и возвышенным.

─ Как дела, пупсик, ─ она прикоснулась к лысеющей макушке Порфирия и посмотрела на оставшийся кусочек тортика. Мужа она назвала теплым ласковым семейным именем, от которого он млел.

Она посмотрела на мужа, потом на тортик, потом снова на мужа. Порфирий посмотрел на жену, на тортик, опять на жену. Потом Глафира, сиречь Грация, постучала пальцами по столу. Порфирий просвистел какой-то мотивчик. Нет, конечно тортик можно было разделить пополам… Но тут в душе каждого начали играть противоречивые чувства. С одной стороны, каждому хотелось доесть тортик до конца, с другой не показать свою слабость, с третьей попытаться угостить супруга, в тайной надежде, что он откажется.

─Порфиша, не хочешь, тортика, ─ заворковала Глафира.

─ Милая, вот специально тебе оставил… ─ с нежностью бегемота сказал Порфирий.

Но тут подошла есть дочь Светлана Порфирьевна. Девушка, следящая за своим весом и ведущая исключительно здоровый образ жизни. Она посмотрела на тортик, отца, мать, снова на тортик. Порфирий так же обежал глазами всех присутствующих и остановился на остатках сладкого. В этот раз Глафира не стала стрелять глазами, а все это время не сводила глаз с кусочка торта.

─ Доченька, тортика не будешь?─ хором сказали родители.

─ Нет, ─ Светлана резко отшатнулась.

Она была готова часами рассуждать о ЗОЖ, питании, сбалансированных жирах, углеводах, белках. Но на практике все это заканчивалось перееданием. И будем честны лишним весом. Но кто нам мешает рассуждать о чем-то великом и значительном. Все еще раз посмотрели друг на друга очень внимательно. Никто не хотел давать слабину. А кусочек тортика лежал на блюде, но дразнил. Сейчас это был настоящий змей-искуситель. Он нагло требовал: «Съешь меня! Ну съешь!».

Но семья Турнепсовых пока держалась, никто не хотел сдаваться, чтобы потом не слушать упреки в слабости характера. Дилемма никто не хотел показаться слабым, но и оставить недоеденный кусочек торта было не в правилах Турнепсова.

Подошел начальник охраны Алексей Петрович Собакин.

─ Порфирий Порфирьевич, мы когда домой едем?

─Сейчас, подожди, Петрович! Тортик будешь?

─Нет спасибо, я сыт, ─ Алексей похлопал себя по животу, точнее прессу, который ему заменял живот.

Семейство Турнепсовых переглянулось между собой и уставилось на тортик. Турнепсов старший думал о том, что на кой ляд он остановился у стола. Ведь не увидь он этот кусочек, то уже спокойно катил бы в свой особняк. Жена Турнепсова думала, что можно было не ломаться и съесть тортик. Да, муж бы хихикал и подкалывал. Но у нее были свежи воспоминания о двух тарелках холодца, которые он в одну каску съел в новогоднюю ночь. Так что тут состоялся бы простой обмен неприятными воспоминаниями. И лишь начальник охраны не думал о торте. Он чувствовал, что сегодня переел, а значит завтра его ждала дополнительная тренировка.

Подошла Анна Петрова Кискина, любовница, а по совместительству и секретарша Турнепсова. Семейство обратилось к ней.

─ Анна, вот тортик остался, берите, ─ мило улыбнулся Турнепсов.

─ Аннушка, ну что вы стоите как не родная, угощайтесь, ─широкий жест Турнепсовой старшей. Она в тайне подозревала мужа во всех тяжких, но доказательств у нее не было. Поэтому она стремилась испортить внешний вид соперницы.

─ Он ужасно вкусный, ─Турнепсова младшая улыбнулась. Каждую девушку легче себя на пять килограмм она считала личным врагом. Кискина была врагом трижды.

─ Ой, спасибо. Но я после шести не ем, ─ Анна мило улыбнулась и провела по талии и бедру, подчеркивая свою стройность и грациозность.

Турнепсовы уставились на торт, Собакин с Кискиной переглянулись. Сегодня начальник ночевал дома, а значит ночное свидание отпадало. Кискина подмигнула, Собакин согласно кивнул. Что же можно перенести спортзал. Но уйти никто не мог. Кискина ждала Собакина, Собакин ждал, пока Турнепсовы не разберутся с тортом. Вопрос: Что делать?

Тут, на счастье всех, мимо пробежал Толя Крыскин, попавший на праздник по квоте. Крыскин уже нахомячился дармовой и вкусной еды, а тут увидел торт, глаза его загорелись, как две фары в ночи. Он схватил кусок торта и проглотил его не жуя. Радостный вздох пронесся по залу.

Вопрос был решен, теперь можно было спокойно ехать: Турнепсову домой, а Собакину с Кискиной в уютную квартирку. По началу Турнепсов подумал уволить Крыскина, но потом передумал. Как-никак он решил проблему.