Куда ведут проводники...

Глава 1

Когда ты очень долго путешествуешь по мирам, то удивить собственных детей на праздники становиться всё труднее и труднее. Создаётся впечатление, что у них уже есть всё, что только могло быть. Но на двадцатилетие младшего сына нельзя было просто взять и махнуть рукой, поэтому рыжеволосой пришлось очень постараться. Ну и прибегнуть к не особо честным методам поимки... лошади.

Презентуя сей необычно обычный подарок, девушка вручила Лику рукописи и напугала тем, что приручением и прочими штуками связанными с конём с этого момента будет заниматься он сам.

Лику так и не смог понять, мать одарила его подарком или наказала подобным образом? Разбираться со всякими необычными животными любил его старший брат, а сам Лику не особо. Но памятуя о том, как мать однажды подарила ему савояра, протестовать не стал. Вдруг и конь станет его хорошим другом? К тому же, это чудное животное не казалось агрессивным и радостно съедало предлагаемые ему куски моркови и яблока. Во время его трапезы, пареньку удалось сплести из гривы косичку и заплести туда несколько украшений.

Глава 2 - Хорошо живёт тот, кто не создаёт сам себе проблем...

Подарок ко дню рождения Лику произвёл на всех незабываемое впечатление. Особенно он запомнился самому младшему члену семьи – внучке Курасай. Малика не мешкая села бабке на уши, чтобы та и ей такую же лошадку подарила. К тому же, из записей которые Лику случайно забыл на столе, девочка узнала, что эта лошадка необыкновенная и может то, чем Малика была обделена, а именно ходить между мирами. Хоть она и была обделена этой способностью, но мечтала о ней всю свою жизнь. Особенно это желание усиливалось после того, как Курасай возвращалась из очередного путешествия с интереснейшими «трофеями». Сначала рыжеволосая очень лениво отвергала просьбы надоедливой внучки, а потом... то ли у Курасай треснуло терпение, то ли именно в этот день было хорошее настроение, но она согласилась на просьбу внучки. Правда, уточнила, что выбирать и приучать Малика будет самостоятельно. Тут ей Курасай не помощница. Девочка была настолько рада, что её не напугали даже подобные условия. Ведь обзавестись волшебной лошадкой она уж очень сильно хотела.

Когда Малика пошла вместе с бабушкой, то почти сразу же забыла, куда они направились и зачем они сюда пришли. Она наслаждалась пейзажами незнакомого мира. Не так часто Курасай брала её за пределы родного мира, а сама Малика ещё не научилась «ходить». А тут впервые за долгое время в ином мире оказалась, да ещё в каком! Здесь этих необычных лошадок было пруд пруди. Как у девочки глаза от этого многообразия не разбежались, не понятно. Ведь здесь были: и белая с морозной синевой в гриве, и серая с огненными всполохами, и даже пятнистая. Только вот ни одна из них не понравилась Малике. Не отзывалась той самой мелодией в её сердечке.

До темна бродили они по миру, присматриваясь к разным лошадям. И хотели уже возвращаться, как заметила девочка одинокую лошадку, которая мирно паслась в лучах закатного солнца. Двухцветная, словно тёмная ночь вырывается из объятий белого дня, с чёрными пятнышками-звёзд, рассыпанных на светлой половине. Малика вышла навстречу лошадке, а та от неё вприпрыжку унеслась в сторону заката. Девочка позабыла о том, что над её головой возвышаются два серых уха, а за спиной болтается волчий хвост. Да только, как бабушка прятать их ещё не научилась. Девочка тяжело вздохнула и поверженная вернулась в лесок. Хотела попросить Курасай о возвращении домой, но увидела, как та уже лагерь разбила. Видимо, у рыжеволосой даже не было сомнений в успехе своей внучки, и она верила в младшую даже больше, чем сама Малика.

Несколько дней прожили они в том лесочке. Днём девочка помогала с готовкой, а вечерами предпринимала попытки поладить с понравившейся лошадью. Сначала она просто издалека наблюдала, стараясь не спугнуть, а потом постепенно стала пересаживаться всё ближе к месту, где она обычно паслась. Один раз Малика смогла столь сильно приблизиться, что рассмотрела все пятнышки на ней, а точнее на нём. Только вот не рассчитала и спугнула. Но на следующую ночь жеребец вернулся на это место, как будто и не было ничего. А вот в руки всё никак не давался, но и не убегал. Пасся поблизости, да посматривал на необычную девочку. В один из вечеров, сидя на камне, Малика чистила яблоко и заметила, как жеребец неспешно и осторожно к ней приблизился и начал подбирать очищенную кожуру. Она замерла и даже не дышала, боясь спугнуть его. А жеребец, доев кожурки, потянулся к очищенному яблоку в её руке. Схватил его и отошёл на пару шагов. Стоит и смотрит, но никто за ним не побежал и не попытался отнять «добычу». Поэтому жеребец с хрустом съел украденный фрукт и вновь вернулся к девочке, ткнувшись носом в пустую ладонь и прося ещё. — Я ж не знала, что ты будешь. Пойдём до лагеря? Там ещё есть. Малика пошевелилась, и жеребец отошёл на пару шагов, позволяя ей встать.

Шли они до лагеря вместе – она впереди, а чуть позади он. Хоть и следовал за ней, а всё ушами шевелил, то напрягаясь от непонятных звуков, то расслабляясь. Но при виде незнакомой девушки, жеребец замер. Видимо, решал убежать ему или сначала получить обещанное яблоко, а лишь затем возвращаться на волю. Но незнакомая рыжеволосая девушка лишь усмехнулась и проследила за девочкой, которая искала еду в сумках. Найдя ещё одно яблоко, Малика сразу же протянула его жеребцу. Когда тот принял угощение, девочка с довольной улыбкой коснулась его шеи, но ощутила дрожь. Но он не отстранился, позволяя поглаживания. Малика медленно перемещала свою руку и дошла до плеча жеребца, и только после этого отошла от него. Девочка уселась у костра, полагая, что жеребец, как и всегда уйдёт от неё с первыми солнечными лучами. Но неожиданно над её ухом раздалось фырканье, а футболку на её плече пожевали. Всё же жеребец решил остаться с ней, а не вернуться в поле. Малика тихо рассмеялась и погладила его нос, а после протянула лошадке ещё одно яблоко.

Когда Курасай поутру сворачивала лагерь, жеребец не показывался, но стоило только шуму стихнуть, как он выскользнул из кустов и начал беспокойно крутиться вокруг девочки. — Если он за тобой и в другой мир пойдёт, то значит теперь он твой, а если не пойдёт – оставлю вас тут и пусть он тебя сам потом домой привозит, — сказала рыжеволосая потягиваясь. Но, несмотря на столь страшную угрозу, вернулись домой они уже втроём – рыжеволосая, довольная девочка и жеребец.

Глава 3 - Странная деревня

Шилом в одном месте и намного более длинным, чем у Курасай могла похвастаться только её внучка - Малика.

Девочка вместе со своим телохранителем решила отправиться в очередное путешествие. Деревенька, в которой они вечером остановились, казалась им приличной, но вот с утра... - Мда, - протянула Малика, смотря на "весёленькое" состояние деревни. Её проводник пожевал волосы девочки, а потом рукав футболки. Почему-то отказываясь попробовать те редкие сухие пучки трав, которые "росли" то тут, то там. Малика погладила большой нос, а потом сообразила кто она, где она и что происходит. - Ты последнее яблоко вчера съел. Иди, пасись. Проводник недовольно фыркнул и отступил, пытаясь проделать акт попрошайничества с Гелбертом. Пёстрая кобыла, увидев, что к её хозяину пристают, недовольно фыркнула и ударила несколько раз копытом по земле. Она попыталась отвадить жеребца и оттеснила его боком от паренька, который с улыбкой почесал её шею. Она вновь фыркнула и дёрнула ушами. - Спокойнее, Раку, он меня не съест, - белый волк рассмеялся и достал из кармана сухарик, которым кобыла с радостью похрустела.

Жеребец, увидев, что раздают вкусняшки, тоже потянулся, но услышав, как хозяйка зовёт его по имени, замер. - Апуро, иди сюда, негодник. Малика погладила подошедшего жеребца и задумалась. Если бы её бабушка увидела это всё "великолепие", то что бы она предприняла? Судя по ранним рассказам, о великих подвигах, а в детстве Малика их так и воспринимала, Курасай бы нашла и здесь приключений на все возможные места. Стоило тогда и поискать получше. - Здравствуйте, уважаемый? - Малика обратилась к незнакомцу, который стоял у закрытой двери. Но мужчина на неё никак не отреагировал. Хотя он был человеком, а она...нет. Малика толкнула дверь и удивилась тому, что было не заперто. Хотя заходить внутрь и не хотелось. Она почти сразу же ощутила, как её отталкивает Гелберт, закрывая собой и обнажая меч. И только мужчина спокойно зашёл в дом и пропал... прямо на пороге. - Что это за чертовщина? То ли ощущая беспокойство хозяев, то ли ещё по какой-то причине, проводники зафырчали и нервно переступали с ноги на ногу.

Дверь с хлопком закрылась, заставив Малику вздрогнуть и прижаться ближе к своему рыцарю. Апуро несколько раз дёрнул за одежду хозяйки, как бы предлагая уйти из этого странного места. К тому же, яблок здесь не было. Точно не было. Жеребец проверил всё что ему на пути попадалось и, если бы мог говорить, то точно бы сказал, что грязь и какие-то обломки есть, а яблок - нет. А вот Раку явно была на готове бить или бежать. Хотя последнее она бы сделала только в случае, когда девочка ушла. Раз её столь сильно защищал хозяин, то значит и ей следовало.

Некоторое время они простояли так, но дверь не открылась и никто к ней вновь не подошёл. Малике не понравилось просто стоять и бояться, поэтому она пошла дальше. Мужчина, который чинил телегу был следующим, кто привлёк её внимание. Хотя Малика с трудом назовёт эти действия ремонтом. Уж больно бессмысленные движения мужчина делал. - Поможем? Девочка с надеждой посмотрела на своего рыцаря. Тот лишь вздохнул и подошёл, чтобы оценить фронт работы. Проводники всячески помогали своим хозяевам - то колесо укатят, то деревяшку нужную утащат, то в шутку подеруться так, что пыль столбом стоит и не видно ничего. Но даже несмотря на это, телега всё же была починена. Но ни одной лошади не было поблизости, а оба проводника оказались слишком длинными, чтобы их можно было спокойно запрячь. Мужчина некоторое время смотрел в пустоту, а потом замер и удивлённо посмотрел на телегу, которую уже не надо было чинить. - Спасибо, - послышалось с его стороны, но столь тихо и неуверенно. Испугавшись нового звука, Малика пулей влетела на спину Апуро и вцепилась в гриву. Но ничего угрожающего не последовало. - Может, поедем отсюда? - А давай ещё кому-нибудь поможем? - ответила девочка осматриваясь, - смотри, какая интересная задачка. Справимся с ней и поедем домой. Малика направила своего проводника в сторону заинтересовавших её людей.

Девочка не слезала со спины коня, рассматривая открывшуюся картину. Дети перед ней просто стояли или сидели, а не шевелились. Малика не привыкла к тому, что так тихо. Хотя атмосфера деревни явно не располагала к веселью и танцам, но попробовать это изменить стоило. Малика слезла со спины Апуро и покопалась в своих карманах. Из полезного она нашла только пару конфет. Но уж лучше так, чем без всего.

Она подошла к пареньку и всучила ему одну из конфет. - Это сладость и её едят, - девочка склонилась, чтобы заглянуть в его глаза, и улыбнулась, указывая на рот. Незнакомый паренёк пошуршал фантиком, разворачивая подарок. Казалось, что это действие далось ему с трудом. Да и яркая упаковка угощения сильно контрастировала с мрачной атмосферой поселения. Когда парнишка всё же съел предложенное угощение, Малика заметила, как его лицо из безразличного становиться удивлённым. Будто он ни разу в жизни конфет не ел! Но девочка не стала ждать дальше, а раздала оставшиеся конфеты другим ребятам и поспешила уйти оттуда. Хоть ей и нравилось, как жизнь возвращается в деревню, но ей по прежнему было тревожно. Особенно она не могла выкинуть из головы пропавшего мужчину. Ну не мог же он в воздухе раствориться? Или мог?

Несмотря на то, что Гелберту и было бы удобнее передвигаться верхом, он достаточно быстро отложил эту задумку в сторону. Хоть со спины Раку и открывались такие виды, что просто дух захватывает, бдеть за ситуацией становилось труднее. Атмосфера деревни ему не нравилась, хоть и казалось, что после действий Малики задышалось чуть проще и менее страшно было оглядываться. Но это совершенно не значило то, что стало безопаснее.

Когда они проходили мимо места, где до этого чинили телегу, то заметили, что на земле остались лишь следы. Мужчина, куда-то её отвёз. Или сходил за лошадью? Но в такой грязище точно бы остались следы копыт. Раку, увидев внимательный взгляд хозяина, обнюхала следы от колёс телеги и фыркнула. Она не понимала чем именно они его заинтересовали. Но бегать за оторванным колесом и от хозяев было весело. Раку сжевала ещё один сухарик, который ей протянули и замерла, шевеля только ушами. Послышался детский смех, а вскоре Гелберт увидел и самих детей. Они где-то нашли кошку и, привязав разноцветные фантики на верёвочки, игрались с животным. Детишки смеялись каждый раз, когда животному не удавалось поймать "добычу". Гелберт заметил, что детей стало больше. Кроме тех, которых угощала Малика, появилось ещё с десяток "отмерших". Хоть и казалось, что они менее веселы, чем остальные. Он перевёл взгляд на свою подопечную. Та продолжала устранять несовершенства мира. Хотя сам Мир мог считать об этом иначе, но почему-то спокойно позволял вмешательство.

В этот раз девочка потревожила женщину в процессе стирки. Издалека всё казалось нормальным, пока не подойдёшь ближе. В тазике совершенно не было воды, а по доске елозили трупом крупной крысы. От чего его пытались отстирать - непонятно. Хотя рядом с ногой женщины лежало несколько "тряпочек", которые явно требовали её внимания больше, чем погибшая крыса.

В дырявом ведре, хоть и с проблемами, но воду носить было можно. Поэтому Малика натаскала целый таз чистой воды, что было удивительно. Смотря на окружающую обстановку и не скажешь, что здесь могло оказаться что-то столь чистое. Девочка так же отобрала и выкинула труп крысы, подменив его одной из тряпочек. Она улыбнулась растерянной женщине и поспешила удалиться. Не хватало ещё получить нагоняй за отобранную крысу.

Деревня медленно оживала. Или пробуждалась ото сна? Малика внимательно осматривалась, чтобы понять, где она ещё может помочь. Девочка так увлеклась этой "игрой", что даже позабыла, что собиралась покинуть это место из-за пугающей атмосферы и странных событий.

Держась за гриву Апуро, девочка крутила головой. Вроде, они уже много где побывали. Пройдя мимо дома, в котором пропал мужчина, девочка вздрогнула. Жеребец настороженно дёрнул ушами. Наверное, ей даже и не стоит пытаться разгадать эту тайну. Пусть этим займётся кто-то иной...

Гелберт забрался в седло и догнал Малику. Стоило ему поравняться, как Раку попыталась укусить Апуро, а тот решил ответить даме взаимностью. Наездникам пришлось убеждать своих лошадей, что драться сейчас им совершенно не из-за чего. Жеребец поддался уговорам первый, а вот Раку только сделала вид, что согласна отступить, но стоило Гелберту сбавить бдительность, как кобыла попыталась укусить Апуро за хвост, но промазала. Жеребцу этот укус явно не понравился, и он сорвался с места, пытаясь унести свою наездницу от этого странного места и от разбушевавшейся кобылы. А то та явно от голоду решила сожрать своего сородича.

Но спокойствие черно-белого жеребца продолжалось недолго, пёстрая кобыла его вскоре догнала и вновь попыталась укусить. Нестерпев такого отношения, Апуро встал на дыбы и замахал ногами, отгоняя от себя вредную Раку. Из-за этого, Малика чуть не поцеловалась с землёй, но её рыцарь не позволил ей этого. Гелберт поднял девочку на руки и улыбнулся. - Сильно устала? - его голос звучал тихо и заботливо. А получившая пяткой в бок Раку наконец угомонилась и перестала приставать к жеребцу.

Заметив пропажу наездницы, Апуро обеспокоенно осмотрелся под ногами, за собой и хотел возвращаться в деревню, как услышал смех хозяйки со спины Раку. Он недовольно фыркнул и ткнулся мордой в хозяйку. Неужели кобыла нравится ей, больше, чем он? Малика погладила Апуро и улыбнулась. Через некоторое время она, насидевшись на ручках Гелберта, перебралась обратно на спину своего коня. Это было гораздо удобнее, да и Апуро вёл себя по-бодрее, как победитель, который дошёл первым до финиша. - Ну что, и сегодня посоревнуемся? - усмехнулась девушка. - И сегодня, - кивнул рыцарь, направляя Раку.

Их проводники никогда не были против таких соревнований, к тому же их в конце всегда ожидали различные лакомства. Первым в галоп сорвался Апуро. Он давно уже не видел яблок и о-о-очень хотел получить их. А вот если наглая кобыла придёт первой, то всё достанется ей. Раку довольно быстро догнала его, дёрнула за хвост и отпрыгнула, чуть не получив задней ногой. Ей не хотелось отстать, но в этот раз Апуро ей не поддался.

На стоянке, пока лошади пили, их наездники обсуждали приключение и все странности, которые произошли. Хотя состояние деревеньки явно станет получше. Договорившись навестить её снова несколько позже, они продолжили путь. Чуть отдохнувшие проводники вели себя спокойнее и не пытались покалечить друг друга.

- Что ты там жуёшь? А ну плюнь! - крикнула Малика, заметив, как Апуро задумчиво замер, явно пытаясь осмыслить вкус своей находки. Девочка смогла отогнать коня и нашла несколько странных плодов и деревянную руну. Это была очень неожиданная находка, но о чём-то таком она читала в записях своей бабушки. Хоть Лику и не прятал их, Малике удалось прочитать лишь часть. Нужно будет потом переписать их или одолжить на время. Вряд ли её дядя откажет ей в получении новых знаний.

Малика покрутила деревяшку. Узор на ней напоминал знак бесконечности, но с острыми краями. Необычно. Она не могла вспомнить, чтобы видела его где-то ещё. Задумавшись, девушка даже не услышала, как её окликает рыцарь. - Смотри, что я нашёл, - сказал Гелберт и протянул Малике горсть свежих ягод. - Ты уверен, что их вообще есть можно? - Если хочешь, то можешь отнести их своей... Курасай, - растерянно сказал рыцарь. Слово бабушка с рыжеволосой девой у него никак не сочеталось. Курасай казалась ему не особо старше его, но явно была более опытной и умелой. Иначе он бы не огребал от неё на каждой дружеской тренировке. И как она его такого до охраны собственной внучки допустила? - Она тебе точно сможет подсказать, съедобные они или нет. Или вообще кому-нибудь сторгует за очередную диковинку. - Ладно, давай сюда, - девочка протянула руки.

- А ты их вообще перебирал? - Малика скептически посмотрела на ягоды, а потом на рыцаря. Заметив его несколько растерянный взгляд, показала ему камень не то с молнией, не то с буквой. - Как такое можно было не заметить? - сказала девочка и осмотрелась. - Давай ещё поищем, а то вдруг рядом ещё что-то такое же валяется, а мы с тобой просто мимо проходим? Рыцарь лишь пожал плечами. Отказать девочке в подобной просьбе он не мог.

Глава 4

Паренёк сидел и старательно что-то записывал на листах бумаги длинным карандашом. Казалось, что вдохновение покинуло его, когда он увидел... лошадь.

Пятнистый жеребец ходил вокруг яблони и смотрел наверх. В кроне дерева от него прятались сочные спелые плоды и всё никак не хотели падать к его ногам. Он даже несколько раз ударил по земле копытом, подпрыгнул и боднул дерево, но то никак не желало делится вкусной едой. Парень рассмеялся, чем привлёк к себе внимание. Жеребец посмотрел на человека, фыркнул и поняв, что помогать ему не собираются, вновь устроил "пляски" вокруг дерева. Но то оставалось глухо к потребности жеребца.

Перенёк вновь засмеялся, а потом быстро-быстро начал делать записи на своих листах. Заполнив рядами мелких букв листов десять, он довольно улыбнулся и спрятал свой ценный труд во внутреннем кармане куртки. К этому моменту жеребец казался сдавшимся - он ел траву возле дерева и старательно делал вид, что яблоки ему не интересны. Травка вот и то вкуснее и ближе, но то и дело поднимал голову, посматривая, а не собирается ли что-нибудь с дерева упасть.

Стоило пареньку подойти к дереву, как жеребец недовольно фыркнул, но продолжил есть траву, хотя сам при этом наблюдал за действиями человека. А вдруг ему дерево плодов отсыплет. Может, человек и с ним тогда поделятся. Как только паренёк изменил свою внешность, так жеребец сразу и отпрыгнул, несколько раз ударив ногами по воздуху. Послышался смех, а вместо парня, у дерева оказалась девушка. Она не выглядела опасной или страшной, наоборот - казалась дружелюбной и красивой. Ловко забравшись на дерево, она устроилась на одной из веток и сорвала яблоко. Жеребец не вытерпел подобного нахальства и вернулся обратно к дереву. Ему скинули одно яблоко, а затем ещё одно. Довольно хрустя спелыми плодами, жеребец шевелил ушами.

Доев очередной плод, он поднял голову и получил яблоком по голове. Обиженно фыркнул на девушку и наклонился за плодом, но услышав звонкий смех с дерева, поднял голову, а потом ка-а-ак ударил задними копытами по стволу, что дерево закачалось. Смех стих, а сверху послышался недовольный голос. А кроме этого, на жеребца обрушился поток из яблок. Он еле успел отпрыгнуть из-под неожиданного яблочного дождя.

Девушка осторожно спустилась с дерева. Но ступить на землю оказалось почти невозможно. Всюду валялись яблоки, зато жеребец выглядел довольным. Он ходил и хрустел яблоками. То тут одно съест, то там две штуку подберёт. Да ещё и столь довольно фыркает и хвостом виляет. А вот девушке пришлось сложнее. Сначала она пыталась изображать балерину, наступая лишь на пальцы и стараясь ставить ноги между яблок. Потом ей это надоело и она начала складывать небольшие горки из яблок, чтобы хоть немного освободить себе проход. Этим она и привлекла жеребца. Так ему не нужно было выбирать по одному яблоку из травы. Но подойти ближе, он не мог. Хотя начал помогать девушке, подъедая яблоки ближе к ней. Когда они встретились, жеребец недовольно фыркнул и попытался обойти девушку, но тропинка между яблоками была узкой, а желающих пройти оказалось двое. Одному очень хотелось добраться до тех аппетитных яблочных гор, а второй быстрее покинуть это место. Немного потоптавшись, жеребец потянулся к одному из яблок. А девушка быстро подбежала к нему и запрыгнула на спину. Но когда жеребец поднял голову, на его спине сидел и хитро улыбался паренёк.

Жеребец подпрыгнул, фыркнул и ударил по воздуху задними ногами, стараясь напугать и скинуть с себя неожиданного наездника. Но со спины послышался лишь смех, а по боку слегка задели пяткой. Ещё пару раз жеребец пытался скинуть с себя наглеца, но тот сидел на его спине, как приклеенный. Жеребец недовольно фыркнул и захрустел яблоками, изредка дёргая хвостом и шевеля ушами. Человек всё никак не хотел спускаться на землю, а потом ещё и попытался управлять им. Несколько раз, послушавшись наглеца, жеребцу удалось найти более крупные яблоки. Наконец смирившись со своей ношей, жеребец вновь фыркнул и чуть посмотрел на седока. Паренёк ему улыбнулся и потрепал за шею, а после достал листы и начал что-то спешно записывать. Вероятнее всего, это была история про их неожиданное знакомство...

Глава 5 - Две меня

Рыжеволосая в очередной раз попыталась взять штурмом далёкий неприступный мир. Но тот видимо, закрылся от всех не зря... только причина девушке была до сих пор не известна. Да и вряд ли её можно было узнать раньше, чем окажешься в том самом Мире.

Курасай лежала на полу незнакомого здания. Она медленно подняла руку над собой. В этот раз девушка точно осталась в своём теле. Или же это был очень похожий на него аналог. Жаловаться не приходилось – ток магии в теле ощущался хорошо и не был ничем перекрыт. Оставалось только выяснить, куда её занесло на этот раз. Уж точно не туда, куда она планировала попасть в начале. Это хорошо ощущалось. Девушка резко села, хотя помнила, что раньше такие неожиданные действия приводили к проблемам. Принудительное перемещение в иной мир – это не самостоятельный переход. Побочки было больше, чем при похмелье. Но на удивление тело не испытало никаких негативных ощущений.

Рыжеволосая медленно осматривалась, пытаясь понять, куда её закинуло на этот раз. Комната была какой-то странной, будто бы разделённой на две части прозрачной чуть блестящей преградой. На противоположной стороне сидела девушка чем-то напомнившая Курасай её саму. Как будто рыжеволосая наблюдала за своим отражением в искривлённом зеркале. Было в незнакомке что-то странное... Чужеродное... Непохожее... Но Курасай никак не могла понять, что именно ей казалось не тем. У незнакомки были же такие же рыжие волнистые волосы, которые тянулись до самого пола. Такие же серые глаза, которые смотрели с уверенностью и без страха перед неизведанным. Да и стиль в одежде был очень похож – что первое упало с полки. Незнакомка не пыталась подойти ближе, поэтому Курасай тоже просто смотрела на неё. А затем перевела взгляд на сверкающую преграду. Она очень напоминала привычные порталы – почти незаметные, но достаточно эффективные. Так что, были опасения на тему того, что второй девушки в этой комнате попросту нет, но она есть где-то там... по ту сторону.

Существование других миров не было для Курасай новостью. Все они были разные – кто-то отличался лишь малыми чертами, а кто-то разительно не походил на все остальные, кто-то пытался полностью заблокировать магию, а кто-то не признавал в Курасай акавандару, ссылаясь, что такого «чудовища» не существует. Но все эти миры объединяло одно – в них нельзя было столкнуться со второй «версией» себя. То ли из-за наследия Богини, то ли из-за каких-то иных правил мироздания рыжеволосая ни при каких обстоятельствах не сталкивалась со второй «собой». Такая неожиданная встреча вызывала лёгкую растерянность. Неужели, нашёлся Мир, способный вынести присутствие одновременно двух её «копий»? Они ж такого учудят, до конца существования мира потом не разгрести будет...

Странно было, что этот незнакомый Мир решил столкнуть их. И сложно было сказать, позволил ли он им соприкоснуться лишь на короткий миг или же у них была вся вечность впереди. Понять местное время было сложно – его течение почти не ощущалось, поэтому, как один миг здесь мог растянуться здесь на целую вечность, так и целая вечность могла пролететь лишь за один короткий миг. Может, следовало перестать моргать? А то, так были все шансы не только проморгать что-нибудь интересненькое, но и лишиться жизни. Хотя, незнакомка агрессии не проявляла и казалась не менее растерянной. Курасай ухмыльнулась и неосознанно продемонстрировала свои удвоенные клыки. Девушка перед ней не выглядела опасной, но, как говориться, в тихом омуте...

Незнакомка перед ней отшатнулась от подобного «жеста дружелюбия». Она явно не была готова к подобной демонстрации и была напугана. — Ну и куда ты? — Курасай потянулась рукой, но девушка лишь дальше отступила. Если та бросится бежать, то рыжеволосая кинется за ней чисто на инстинкте – догнать то, что пытается сбежать. Но у девушки хватило благоразумия не делать резких движений и не пытаться сбежать. Может быть, она понимала, что это опасно, а может быть, считала преграду перед ними достаточно крепкой. Курасай не стала наступать или пытаться сократить дистанцию. — И что ты шарахаешься от меня, как от прокажённой? Заметив, что собеседница внимательно смотрит на её рот при разговоре, рыжеволосая вновь улыбнулась. — Не ссы в трусы, себе подобных я даже с голодухи есть не стану, — заявила Курасай, но девушку почему-то это заявление не успокоило. Рыжеволосая задумчиво склонила голову и принюхалась, предварительно усилив свой нюх. И как она не догадалась до этого сразу! Что-то в последнее время она стала реже опираться на свой нюх. Стоило бы поменьше общаться с людишками. А то так были все шансы совсем всё растерять, а не только нюх.

Всё оказалось гораздо проще, чем казалось на первый взгляд – перед ней сидел обычный человек, а не другая акавандара. Поэтому заявление про себе подобных не имело никакого смысла. Девушка перед ней, конечно, не могла опираться на нюх, но видимо на подсознании ощущала их различие. И, возможно, даже посчитала её вампиром, хотя чтобы обладать такими миленькими клыками, совершенно не обязательно им быть, можно просто перестроить часть своего тела. Только вот для людей это было невозможно. — Ладно, — примирительно сказала Курасай, — людей я тоже не ем. Ни в каком виде. Так что, тебе не стоит переживать. И милая леди, так и не назвала мне своё имя, — голос рыжеволосой стал воркующим. Она замолчала, заметив, что собеседница колеблется с ответом. Не было известно, из какого мира девушка, и какие там законы. Курасай понадеялась, что не совершила грубость по неосторожности. Вот будь она сейчас одета «мальчиком»... можно было развернуться и попробовать угодить девушке перед собой. Тогда она наверняка бы не была настолько напряжённой. — Настя, — неожиданно подала голос собеседница. Курасай расплылась в самой добродушной улыбке, что только смогла. — Рада знакомству. Меня зовут Курасай. Но можно сократить до Куру или Ку. И как ты уже догадалась, я не местная. Ты тоже здесь впервые или это просто я столь нагло и бесцеремонно вторглась на твои территории? — Впервые... — ответ Насти казался слишком неуверенным, поэтому рыжеволосая дёрнула бровью. — Тогда... это очень необычно. Тебя не пугает, что ты оказалась здесь, да ещё и со мной, — пока Курасай говорила, собеседница осматривалась и выглядела так, будто пыталась что-то вспомнить. Если они обе пришлые, то почему оказались именно здесь? Или это только из-за того, что в этом месте они могут существовать обе сразу? — Немного, — подумав некоторое время, ответила Настя, но на собеседницу при этом не смотрела. Вот так дружелюбно улыбнёшься человеку, а он после этого почему-то очень пугается смотреть на тебя. Или это просто окружение более интересное, чем ты сам – столь похожий на собеседника, но при этом совершенно другой. И вроде бы вы просто отражения друг друга, но отражаетесь в совершенно разных зеркалах.

— Ты ещё скажи, что не знаешь кто такая Немилея. На удивление, Курасай получила ответ сразу и без раздумий: — Не знаю. Это всё меняло. Наверное... Девушка не была перерождением Богини, поэтому они смогли находиться здесь. Или же она просто ещё не знала кто она такая. Вдаваться в объяснения и вербовать новых верующих умершей Богине Курасай не хотелось. Услышав цокот копыт, рыжеволосая чуть обернулась. Собеседница по ту сторону, кажется, тоже признала проводника. Только вот в имени они разошлись: — Ёптвою. — Золотце. Девушки переглянулись. Они поняли, что обе узнали проводника. А эта светлая наглая жопа не выглядела растерянной. Начала кобыла подошла к одной девушке, а затем и ко второй. Собрав дань в виде почесушек и поглаживаний с обеих сторон, проводник пошёл изучать помещения. — И давно ты…? — Курасай не знала, как правильно спросить. Но её собеседника, кажется, догадалась в чём именно суть вопроса: — Недавно. Всего пару дней назад, а потом я оказалась здесь. — Жопа наглая, — обратилась Курасай к проводнику, желая отсыпать ей угроз в духе «на колбасу тебя пущу», но кобылы уже нигде не было. Рыжеволосой всегда казалось, что Ёптвою читает её мысли на тему того, что она планирует свершить с этим бедным животным. Пока самой страшной оказалась угроза выбраться после дождя в лес. Кобыла не любила грязь и всячески старалась избежать купаний в лужах. Это, конечно, радовало, ведь Курасай не приходилось старательно отмывать светлую шкурку. Но очень мешало в путешествиях. Хочешь сократить путь, а ничего не получится, потому что там бездорожье и явно не ухая грязь. — Это мой проводиник. — Проводник? — Ну, лошадь. Правда, между мирами ходить умеет, как ты в своём мире между комнатами в доме.

Курасай замолчала, внимательно смотря на девушку. Ёптвою отличалась верностью и привязанностью, обычно не даваясь никому в руки, а к этой девушке сама подходила. Что-то с ней всё же было не так. Рыжеволосая склонила голову, пытаясь понять что именно. Но перед ней, на первый взгляд, сидела самая обычная девушка. Не маг. На акавандара. Не Богиня. Обычный человек. Но проводник почему-то признал и её. Умела бы Курасай в какой-нибудь магический анализ, и можно бы было выяснить всё быстрее. А так, оставалось только тыкать пальцем в небо, чтобы понять что именно не так с девушкой. А может быть всё с ней так. А это просто Курасай слишком «нетакая». Избыточная во всех её проявлениях. Хотя, у неё иногда и были такие мысли, что у неё очень много всего. Но до этого момента оно казалось естественным и таким обычным. Ну, подумаешь, между мирами ходит. Так не она одна такая. Вон и проводники тоже туда-сюда ходят. А то, что она в прошлой жизни Богиней была, так это не её вина. Прошлые жизни, вообще-то не выбирают, так же как и все последующие. Так что, это не был её выбор или решение. Ей всю жизнь приходилось жить с этим, балансируя порой на грани. Учесть то, учесть сё, а вот люди об этом не переживают. Просто живут в своё удовольствие и глядят чужих проводников. — Ёптвою, — прошипела Курасай вместо угрозы, заставляя кобылу вновь скрыться в неизвестном направлении. Нет, а чего это она ластится ко всяким незнакомкам? При живой то хозяйке!

Глава 6 - Гости, которых не ждали

Куда их занесло на этот раз Курасай точно не смогла бы сказать. Вроде они только что передвигались по вполне знакомой лесной дорожке, но вот этот вот туман рыжеволосой не нравился. Не хватало вновь внепланово охотиться на велена. Нет, она к такому сегодня не готова. К тому же Ёптвою точно не будет рада подобной встрече. Эта чёртова аристократка никак не хотела ходить по лужам или наступать на грязь, а рядом с веленами всегда есть красная грязь. Рыжеволосая была удивлена, как кобыла согласилась идти в тумане, ведь не видно было того, что там под ногами. А вдруг грязь? За первые года совместного обитания, Курасай быстро поняла, что её чёртова аристократка привыкла совсем к иной жизни, а никак не к той, что была обыденна для самой рыжеволосой. И грязь, на которую не обращала внимание Курасай, была большой, огромной, просто гигантской проблемой для Ёптвою. Но это значило только одно, дорога перед ними была чистой и вероятно безопасной. Для проверки, рыжеволосая подумала о том, как делает ил лошадки колбасу, и кобыла чуть дёрнулась под ней, сделав несколько шагов боком. Значит, Ёптвою сейчас ощутила опасность только от неё, а впереди её не было.

Неподалёку показался свет, и Курасай направила лошадь туда. Ёптвою недоверчиво дёрнула ухом, но всё же свернула туда. Хозяйка её защитит, точно защитит, если не попытается прибить в процессе защиты. Но, в крайнем случае, всегда можно было дать дёру, а потом вернуться за рыжеволосой. Именно это и сделала Ёптвою, когда тишину нарушил первый тревожный звук. Курасай отчётливо ощутила, что под её жопкой вместо тёплой лошадиной спины гуляет прохладный ветерок. Но стоило ей во всех красках представить, как она выезжает на Ёптвою в дождь, как на светлой шерсти появляются коричневые грязевые разводы, так сразу же под её жопкой вновь оказалась теплая лошадиная спина. Кобыла недовольно водила ушами, храпела и всем своим видом показывала, что дом ей не нравится, и она не хочет выяснять что же там такое скребётся. А вдруг грязное и страшное? Перепачкает её всю до ушей. Пускай вот хозяйку пачкает. Хотя нет, хозяйку не надо! Она же потом не моясь на спину к ней заберётся.

Ударив несколько раз хвостом по бокам, проводник попытался встать на дыбы, но сразу же был осажен рыжеволосой. По шее кобылы пробежал лёгкий страх, и она чуть не села, но вот звуки из дома сразу же стихли. Кобыла дёрнула ушами, настороженно посмотрела на дом и даже не заметила, как девушка спустилась на землю. Пущай идёт, главное, чтобы то, что в доме не выбралось. - Хозяин, ты там помер что ли? – крикнула Курасай в сторону жилища. – Ну и чего скрёбся тогда, раз испугался, когда тебя в ответочку потрогали. Выходи, давай, а то дом демонтирую. Рыжеволосая постояла, вслушиваясь в окружающие звуки. Ей пришлось немного улучшить свой слух, но кроме шумного дыхания кобылы позади себя ничего не было слышно. - Ты там живой? Курасай бесстрашно открыла дверь и заглянула в темноту дома. Видимо, Ёптвою посчитала, что за спиной хозяйки безопасно и тоже засунула свой любопытный нос в дом. Но где-то она просчиталась. Что-то стукнулось о морду кобылы и скрылось обратно в темноте дома. Рыжеволосая кинула беглый взгляд на Ёптвою и убедивший, что та цела, жива и здорова, шагнула в дом. При первом же шаге за порог, она призвала меч. Сталь блеснула в темноте, на удивление в ответ из угла что-то сверкнуло. В доме было слишком мало места для размаха, и когда рыжеволосая пошевелилась, меч обо что-то задел и это покатилось по полу. – Ну и срачельник тут у тебя. Сам гостей зовёшь, а дома не прибираешься. Курасай ткнула кончиком меча в предмет и убедилась, что он не живой и не собирается на неё нападать. – Мда, – протянула рыжеволосая и направила меч в сторону угла, в котором по её мнению кто-то был. – Выходи, давай, а то снова приглажу и мало не покажется.

В углу кто-то пошевелился, только вот движение было в противоположной стороне от направления меча. Если нападать оттуда, то у рыжеволосой было не так много шансов защитится. Только перепризвать меч в более удобное положение. В темноте засветился маленький синий огонёк, а затем второй такой же, но зелёный. А потом на единственное маленькое светлое пятнышко, отбрасываемое окном, вышел кот. Изначально у животного явно была вальяжная походка, но после того, как его «погладили» без рук да ещё и через стену, движения стали более дёргаными и нервными. Он сел в этом маленьком пятне, обмотался хвостом, как защитным кругом и попеременно моргнул глазами. Если б не размеры «кота», то его вполне можно было бы принять за обычное животное, но нет... Это явно было не обычное животное, если было животным вообще. – Ну и чего скрёбся и туману напустил? Где хлеб да соль? – Ты ж жрать не будешь, – ответил «кот», но тут же пожалел о своих словах. Рыжеволосая вновь направила на него свой меч да ещё до кучи и аурой пригладила. Чтоб наверняка. – Смилуйся! – пискнул «кот», явно испытывая что-то иное, а не обычный страх, который аура вызывала у обычных людей и животных. Даже Ёптвою не радовалась тому, когда хозяйка таким образом приглаживала окружающих. Уж больно много раз она успела испытать это действие на себе. А этому стало совсем плохо. Курасай убрала действие ауры и присела рядом с извивающимся котом. – Демонюка что ли? – с явным пренебрежением спросила рыжеволосая. – Если да, то ты чертовски не гостеприимен. Зря ты так. Демон попытался отползти от девушки, но увидев её не дружелюбный взгляд серых глаз, передумал. По дому пробежался лёгкий ветерок, и в разных местах появились небольшие огоньки. Из-за появившегося небольшого освещения стало понятно, что это всего лишь свечи. Они стояли в разных углах комнаты. Несколько оказались совсем близко ко входу и слегка осветили упавший предмет. Это оказался небольшой пуф, набитый соломой. Кобыла стояла и с любопытством обнюхивала торчащее сено. Ей оно было интересно, но не как еда. Ёптвою неуверенно потрогала пуф копытом, а когда тот шевельнулся, с испугом оттолкнула его, стукнув по нему задними копытами. Вряд ли кобыла сделала это специально, но пуфик отлетел точнёхонько в демона, сшибив того с лап. – Какая хозяйка, такая у неё и скотина, – прошипел демон из-под пуфа, но сразу же вспомнил, что пожалеет о своих словах. – Смилуйтесь, леди. – Что ты там сказал? Повтори, я не расслышала... – Курасай улыбнулась и сделала вид, что прислушивается.

Глава 7 - Заброшенный храм

Курасай самостоятельно умела ходить по мирам, поэтому обычно не просила Ёптвою перенести её куда-либо. Да и это было чревато тем, что кобыла выберет самый чистый путь или вообще откажется туда идти. Но иногда случались и подобные странности... — Ёптвою, и куда на этот раз? — спокойно уточнила рыжеволосая, когда вместо красивого природного пейзажа она увидела незнакомый заброшенный храм. Осмотревшись, она сразу же поняла, что это не храм Немилеи, хотя был риск, что и этот окажется одним из тех самых храмов. Ведь все храмы Богини жизни были заброшены уже длительный срок даже в её родном мире, что уж говорить о тех, которые находились во «внешних Мирах». Ёптвою брезгливо переступала с ноги на ногу, в попытках расставить копыта на самые чистые места на полу и не испачкать свои щетки в той пакости, что была на полу. Она уже давно привыкла к тому, что хозяйка может прийти по уши в грязи и чувствовать себя нормально, но сама пачкаться не собиралась ни под каким предлогом. А когда к ней приблизился незнакомый жеребец, она заложила уши и всем своим видом показала, что он пострадает, если подойдёт. Сама то она ему ничего не сделает, не гоже столь грязное трогать, а вот хозяйка... хозяйка может. Курасай легонько пригладила навязчивого ухажёра своей аурой, вызвав у него испуг и заставив ретироваться, и перевела задумчивый взгляд на творящийся хаос вокруг. Она постояла и, насмотревшись на этот цирк без клоунов, решила, что не собирается в этом участвовать. Тихо свистнув, чтобы привлечь внимание кобылы, направилась в сторону выхода из этого странного места. На удивление, к выходу она так и не приблизилась, но вот зато от эпицентра безумия удалилась. И то хлеб.

Рыжеволосая издалека принялась оценивать всю собравшуюся компашку. На удивление, некоторых из них она даже признала. Стоило ли подойти и поздороваться с ними? Если и да, то уж точно не сейчас. Она подождёт, когда градус безумия стихнет. Рыжеволосая даже не надеялась, что он упадёт до нуля. Но попасть в эпицентр этого безумия не хотелось. К тому же, запахи многих существ смешивались и она не могла понять, кто есть кто, но у всех была общая черта – все были с проводниками. Кто-то с уже пробуждёнными, а кто-то пока ещё нет.

Появилось ощущение, что градус общего безумия начал плавно отпускаться, а напряжение пропало. Дерущиеся за одну добычу разошлись по разным сторонам со своей долей, а новой драки не возникло, поэтому Курасай всё же решилась подойти и поздороваться, а заодно познакомиться с теми, кого видела впервые. Рыжеволосая принюхалась и поняла, что не все, кто на первый взгляд кажутся людьми, людьми являются. От этого ей даже стало спокойнее. Уловив знакомый запах, девушка не задумываясь пошла по следу старого знакомого, но потом передумала и свернула в другую сторону. Из-за того, что рыжеволосая была сосредоточена на запахе, она не особо следила за окружением и чуть не столкнулась с незнакомцем. Он неподвижно стоял, уткнувшись в какой-то светящийся кирпич, и бормотал какие-то странные слова. Они были настолько странными, что с их переводом не справился даже магический переводчик. Конь первым обратил внимание на девушку, чем и потревожил своего хозяина, стукнув его по голове. — Арес, блин, — возмутился незнакомец, отвлекаясь от светяшки. — О, привет! Не подскажешь, что у вас здесь происходит? — парнишка всё же обратил на неё внимание. — В каком плане «у вас здесь»? — Курасай решительно не поняла, почему незнакомец воспринял её за местную, и поморщилась от этого. — Это у вас здесь. Я не местная. А что это? Рыжеволосая перевела заинтересованный взгляд на светящийся кирпич у него в руках. Если он тоже не местный, то вряд ли расскажет ей о том, что происходит вокруг них. — Я думал, что у вас тут организованный съезд ролевиков, на который я случайно забрел, когда от дождя прятался… — парнишка выглядел растерянным. — Эээ… телефон? После ответа он спрятал светящийся кирпич в карман. Видимо, испугался, что рыжеволосая заберёт его.

Странный этот тип со своим загадочным "телефоном". Ну и фиг с ним. Едой не пахнет, а значит, ей без интересу. Рыжеволосая отошла от него на несколько шагов на тот случай, если та светящаяся штучка окажется опасной. Как только её дурную голову перестала терзать мысль о том, а что это такое там светится, как туда пришла более гениальная мысль. Да не просто мысль, а МЫСЛИЩЕ! Рыжеволосая пошевелила пальцами, открывая портал под своей кобылой. Самостоятельно прыгать туда как-то не хотелось, а отправить Ёптвою в ссылку за такие приколы, очень даже. Хотя ссылка оказалась не такой и долгой, уже через секунду кобыла спустилась со стороны потолка. Ёптвою недовольно фыркнула на свою хозяйку и дёрнула голубыми полупрозрачными крыльями. — Так и не померла бы, сосиска, — ответила рыжеволосая на возмущения кобылы. Магический переводчик вполне справился со звериным языком, но это было и странно, почему же он не смог перевести слова того незнакомца. Курасай осталась не довольна только одним результатом и решила попробовать вновь. Рыжеволосая открыла в полу ещё один портал и носком кеды спихнула туда небольшой камушек. Но уже через мгновение Курасай отпрыгнула от того места, ибо камень вместо снаряда пробил небольшую дырку в полу. От стрессу Курасай приняла форму серой рыжеухой ласки и, выскользнув из своей одежды, взгромоздилась на чужое плечо. Она была настолько напугана, что даже не посмотрела, на чьё плечо она запрыгнула. Курасай выгнула спину и по-кошачьи шипела на дырку от камня. Она представила, что было бы, если бы её голова оказалась на пути этого камня...

Ёптвою растерянно обнюхивала горку одежды на полу. Всего мгновение назад её хозяйка была здесь, а вот её уже нет. Только её одежда валяется на грязном полу. Кобыла толкнула её носом, но никакой реакции не последовало. Подхватив с верха кучи белую футболку, Ёптвою начала трясти её.

Единственное, что успела сообразить рыжеухая перед полётом – от рук мужчины пахло едой. Но такому неожиданному украшению плеча явно оказались не рады. Не убили, и на том спасибо. Но шлёпнутся на пол ей не хотелось, поэтому она открыла портал. Из-за слабой концентрации ей не удалось открыть портал прямо над Ёптвою. Оказаться на спине своей лошади было бы хорошим решением, но не свершилось. Пушистый рыжеухий снаряд вылетел с другой стороны и в кого-то врезался. Испуганно пища, она уцепилась за одежду лапками и понадеялась, что в этот раз её не запульнут куда-нибудь вновь. Портошня оказалась подозрительно короткой. Но спуститься на пол ей никак не дели, сразу же заключив в крепкие объятия.

Курасай нервно покрутилась в чужих руках, грозясь покусать наглеца, но ощутила слишком знакомый запах. Она осознала, что оказалась в руках Малики. Кусать собственную внучку ей как-то не хотелось. Рыжеухая недовольно засопела, не зная, как иначе выразить своё негодование. Прислушиваясь к разговорам девочек, она подёргивала ушками. Какие странные мысли посещали их головы. Призвать Бога... не хорошего Бога. Но ладно, пущай развлекаются. Если кого и призовут, то она радостно спросит с него, что тут получилось. Её почесали по голове, отвлекая от мыслей и попыток выбраться из объятий. Рыжеухая недовольно пискнула, когда Малика назвала её бабушкой в присутствии незнакомки. Она не выглядела на этот статус. Но это оказалось не настолько страшно, как то, что произошло потом. Девочка назвала её Богиней перед другим человеком, а потом потрясла ей, как игрушкой. Это Курасай не понравилось больше всего, и она яростно попыталась выбраться из объятий. Но неожиданно незнакомка обратилась к ней столь вежливо, что рыжеухая довольно притихла в руках. А вот если бы она почаще такое слышала, то может быть и в серьёз задумалась бы о том, чтобы построить храм и днями напролёт слушать и исполнять молитвы верующих. Слышать бы их ещё...

Курасай подтверждающее пискнула. Если что, то она защитит их от любой напасти. Будь то иные Боги или любая другая срань. Для этого её даже не надо было особо просить. Меча у неё, конечно, с собой нет, но в случае чего, она отожмёт его у Гелберта. Вряд ли телохранитель Малики будет сильно против такого варианта. Всё же они не однократно бывали на совместных тренировках, и случись что, Курасай была бы лучшим выбором. Но вот её отвлекли очередным вопросом. — Нет, — на понятном языке ответила Курасай, предварительно перестроив связки. — Предлагаю призвать местного с вопросом «а какого лешего?». Этот вариант девочек почему-то не устроил, и они начали искать иные варианты. В ход пошли все запасы из карманов и руны. — Пробуждение, — коротко ответила рыжеухая на вопрос незнакомки о том, зачем нужны руны. Малика так же это подтвердила и немного объяснила про руны. Вычитала в её записях, видимо. Самой же Курасай не приходилось сталкиваться с ритуалом пробуждения проводника. Ёптвою ей досталась уже такая. Хоть она и не сразу поняла, отчего это у колбасы копытной полупрозрачные голубые крылья и дополнительная пара задних ног. Каких-то слишком вкусных плюшек она в этом не нашла. Но, хотя бы, лошадь было не страшно запускать в свои порталы. Да и сама кобыла могла пройти между мирами и не испытать с этим проблем. Если бы ещё делала это когда надо, а не от страха быть перепачканной в грязи, то было бы вообще здорово. А так, Ёптвою пока беспокоилась только о чистоте своей шкурки, а на хозяйку... Ну, вы посмотрите, как она размахивает её футболкой! Словно белым флагом – «сдаюсь, сдаюсь, только вытащите меня из этого грязного места». Курасай смешливо фыркнула. Не дай Бог, эта сосиска когда-нибудь научится говорить или мыслить как человек... Рыжеухая этого не переживёт. Ей хватает и тех приколов, что кобыла уже выкидывает.

Девочки предприняли попытку найти способ выбраться оттуда, а Курасай приложила небольшое усилие, чтобы выбраться из хватки Малики, как на мгновение потемнело, а потом она ощутила свободу. Её больше не сжимали ничьи руки, а она сама оказалась на спине кобылы, которая по-прежнему держала её футболку в зубах. — А где всё остальное? Курасай спрыгнула на землю и несколько раз по кругу обошла кобылу, но так и не нашла остальные части своего гардероба. Возвращаться за ними туда-непоймикуда решительно не хотелось. Чёрт с ними, с любимыми кедами, она себе новые купит. А застрять в пустом предположительно мёртвом Мире ей не очень и хотелось бы. Да и сталкиваться с местными Богами, которые не оценили её желание прийти и устроить разборки, ей тоже не особо улыбалось.

Ёптвою ещё раз задумчиво пожевала футболку, перед тем, как у неё её отобрали. Драться с хозяйкой из-за белой тряпочки кобыле не захотелось и она переключилась на чистую свежую траву. — А если я тебя за это на колбасу пущу? — спросила Курасай в никуда, рассматривая что это копытное чудище успело сделать с её футболкой. Ёптвою лишь фыркнула и ударила хвостом по бокам, продолжая щипать траву. Выглядела при этом кобыла так, будто её неделю не кормили. Видимо, и у сосиски бывает стресс. Закинув футболку в портал, рыжеухая запрыгнула на спину кобылы и потопалась своими маленьким лапками по её спине, призывая к движению. Ёптвою вновь недовольно фыркнула, но всё же неспешно направилась вперёд, продолжая щипать траву.

Глава 8 - Капище

За всё это время, Дрейк не заметил за своей лошадью никаких странностей, если не считать того, что она длиннее обычных лошадей и досталась ему при очень странных обстоятельствах. Парень никак не ожидал того, что во время новой поездки Иса ослушается его и свернёт куда-то не туда. Он не знал, что было в голове лошади, и с чего вдруг она решила сойти с широкой дороги. Может, у лошадей тоже есть свои Боги или голоса в голове. Это сильно насторожило Дрейка, ведь он не был уверен в том, что эти самые «голоса» всегда будут на его стороне и когда-нибудь не скажут Исе увести его в далёкие дали и скинуть там… или с обрыва… или ещё какую-нибудь гадость. Руки сжали поводья, парень собирался сам управлять своим «транспортом» и не хотел бы, чтобы кто-то другой решал за него куда он едет. Но никак не ожидал, что не сможет никак помешать этому произойти…

О других мирах Дрейк ничего не знал и даже не подозревал, что они существуют. Обычно у него не хватало времени, чтобы обдумывать такие бредовые теории или разговаривать с кем-то на философские темы. Хотя, он бы с радостью у кого-нибудь узнал, что происходит в лошадиной голове, когда Иса так неожиданно меняет маршрут. Но пока обсудить подобное было не с кем. Да и пугающе было бы начинать разговор о лошадиных странностях с малознакомым или незнакомым человеком.

Хотя Дрейку не привыкать быть странным. Парень был «чужим» для своего мира – искажённая магия, опасные умения, тяжёлая аура. Он чем-то напоминал это странное место, которое, казалось, появилось из ниоткуда. И непонятно как Иса нашла его. Что такое заманило кобылу сюда? Здесь явно не было вкусной еды или чего-то, что могло заинтересовать или привлечь лошадь. Но она всё же привела его сюда…

В этом месте Дрейк не чувствовал себя хорошо или спокойно. Он точно не дома. Развернув Ису, парень хотел направить её домой, но кобыла упрямо отказывалась уходить отсюда. Дрейк отпустил поводья, и Иса недовольно фыркнула. Она настороженно водила тёмными ушами, прислушиваясь к окружению, и косилась на черепа. Парень не чувствовал от них опасности, но ситуация и само это место ему тоже не нравились. Светящиеся столбы, может быть, и не были угрозой сами по себе, но вот тот странный туман, который клубился между ними…

Непонятные звуки казались сначала просто фоновым шумом, который лишь добавлял жути этому необычному месту. Иса тоже вслушивалась, но не подходила ближе и не пыталась убежать. Дрейк не понимал, что с ней и для чего они здесь. Неожиданно кроме звуков послушался голос, который говорил на знакомом языке. Но то, что Дрейк смог понять слова, совершенно не помогло ему разобраться в ситуации, а скорее наоборот – ещё сильнее запутало. Какое колесо? Какой цикл?

Может быть, это всё просто необычный сон? Из-за работы, Дрейку не всегда удавалось поспать, а иногда не получалось и подремать в перерывах, между заказами. Парень предположил, что просто уснул во время поездки. Иса могла заметить это и не позволила упасть со спины. Вот поэтому и во сне он всё ещё верхом и ощущает под собой седло. Дрейк тронул пяткой бок кобылы, проверяя что будет. Иса недовольно фыркнула и посмотрела на наездника, но с места не тронулась. Её человек не дал указаний двигаться дальше, поэтому кобыла лишь переступила с ноги на ногу и махнула хвостом.

А если это не сон, то где ещё можно увидеть подобное безобразие? Светящиеся столбы с черепами… силуэты в тумане… Конечно, с лёгкостью можно было списать всё на последствия очередного неудачного эксперимента, но в последние дни Дрейк ничем подобным не занимался, поэтому это точно не отравление, не последствия магического воздействия и не глюки. Да и на происки вредных духов или чужое проклятие похоже не было. Всё же они ощущаются иначе.

Рассматривая силуэты в тумане, Дрейк задумался. Иса дёргала ушами, вслушиваясь, и иногда посматривала на своего наездника. Парень решил, что такие картинки могут рисовать только заснувшему очень уставшему человеку, и направил лошадь к туману. Если это сон, то стоит попробовать разобраться в сюжете, может быть, он узнает что-нибудь интересное. Иса недоверчиво покосилась на хозяина, а потом неспешно направилась вперёд. Если её хозяин уверен, что туда им надо, значит она туда и пойдёт. Даже, если тени выглядят так странно и пугающе.

Кобыла отступила в сторону, когда в тумане показался непонятный зверь, и ударила хвостом по бокам. Но на них никто не выпрыгнул, а силуэты изменились. И только один непонятный неизменный силуэт продолжал смотреть в их сторону. Вот именно к нему Дрейк и направил лошадь. Может, если он сможет разобраться, что здесь произошло, то он проснётся и всё будет по-старому. А если нет? И это всё не сон, а его занесло на место проведения чужого ритуала, поэтому всё здесь такое странное.

Дрейк натянул поводья, заставив Ису остановиться. Кобыла недовольно дёрнула хвостом и прижала уши к голове, когда заметила смену силуэтов в тумане. То, что это чужое место ритуала, парень предположил только сейчас, но удивился тому, что лошадь нашла его. Обычно, умелые маги скрывали такие места, чтобы никто вот так случайно сюда не попал. Либо Иса не простая лошадь, и все защиты оказались бессмысленны против неё. Но это было маловероятно. Кобыла вела себя, как лошадь, ела лошадиную еду и исправно его катала на спине. Ничего не намекало на то, что Иса не лошадь или необычная лошадь. Значит, что-то не так было именно с местом. Оставалось понять, что именно не так.

Парень вновь осмотрелся, пытаясь найти хоть какие-нибудь намёки на то, какой именно ритуал здесь проводили. Ему бы очень не хотелось стать частью чего-то дурного или жертвой, которой он сам себя по глупости сделал. Столбы… черепа… Дрейк внимательно рассматривал их, но не прикасался. Вряд ли здесь делали что-то хорошее, иначе, вместо черепов взяли что что-то менее пугающее и не связанное со смертью. Силуэт говорил что-то про оборот колеса и цикл. Если взять во внимание эти слова и то, что черепа связаны со смертью, то выводы были неутешительными.

Неужели он умер, а вот это вот всё… то, что встречает людей после смерти? Но чудно было, что Иса оставалась с ним. Или кобыла всё же не простая лошадь, а какой-нибудь дух, который сопровождает между мирами. Тогда получается, что умер то он уже давно, а до «врат» дошёл только сейчас, а точнее доехал. Дрейк посмотрел на кобылу, которая внимательно всматривалась в туман, но не отходила.

Глава 9 - Три столба и лошадь

В последние дни Ёптвою вела себя, как примерная лошадь – на странные тропы не сворачивала, шарахалась от грязи и кушала различные вкусности. В общем, являлась образцом подражания для всех местных лошадей. Хотя и к странностям кобылы Курасай уже начала привыкать, но никак не ожидала, что это случится вновь... и снова без предупреждения. Рыжеволосая никак не могла убедить Ёптвою о важности предупреждения о подобных событиях, да и кобыла вряд ли понимала, что именно так тревожит хозяйку. А может и сама не управляла этими перемещениями в не пойми куда.

Вместо дороги, выбранной хозяйкой, кобыла предпочла проложить свой путь, который вывел их к очень странному месту – светящиеся столбы с черепами, переливающийся туман. Сложно было назвать кругом то, что ограничено всего тремя столбами, поэтому рыжеволосая решила, что это какой-то треугольник. В некоторых магических традициях использовалась именно эта фигура, вместо привычного многим круга. И чего только Ёптвою захотелось сюда свернуть? Но если присмотреться, то здесь было достаточно чисто. Вот стой эти странные светящиеся столбы в грязюке или болотине, и Ёптвою сюда бы не пришла ни под каким предлогом и ни за какие угощения. Пущай пачкается хозяйка, а она не станет. — А на этот раз куда? — рыжеволосая потянула за повод. — Как ни окажусь на тебе верхом, так каждый раз не запланированные приключения начинаются. И зачем тебе сюда надо было? Чтобы твоя черепушка украсила новый столб и треугольник стал квадратом? Ёптвою фыркнула и недовольно ударила пару раз копытом по земле, но увидев в воздухе поднявшуюся пыль, сразу же отошла в сторону. Рыжеволосая лишь усмехнулась от действий кобылы и внимательно всмотрелась в туман.

Красивые переливы могли сулить проблем, но раз уж они прибыли сюда, то стоило разобраться зачем. Судя по черепушкам, Ёптвою не грозило стать очередным местным трофеем – черепа были волчьими, а на хищника кобыла не тянула, а вот Курасай... Рыжеволосая внимательно присмотрелась, но ни у одного из черепов не было удвоенных клыков. Это не повод расслабиться, но всё же стоило воспринять как то, что её не пытались предупредить о её скорой смерти. Множество различных звуков со стороны тумана насторожило кобылу, и она напряжённо вслушивалась, готовясь убежать в случае опасности. Рыжеволосой на её спине больше были интересны различные силуэты, которые показывал туман. Курасай всматривалась в них некоторое время, но не заметила никого знакомого. Да и сюжета у силуэтов не было, значит, это не предупреждение. Тогда что? Рыжеволосая направила лошадь по кругу, вокруг столбов, а сама принялась внимательнее всматриваться в туман. Должна же здесь быть какая-то разгадка. Не просто так же её сюда принесло? Или в дурной лошадиной голове что-то смешалось, и она принялась чудить? Ёптвою фыркнула и дёрнула ушами. — На колбасу пущу, дочудишь мне тут, — бросила рыжеволосая, всматриваясь в туман. Кобыла лишь вновь фыркнула, но не остановилась. От хозяйки не чувствовалась опасность, несмотря на наличии угрозы в голосе.

Неожиданно слова одного из силуэтов перевелись магическим переводчиком: — Колесо сделало оборот, время начать новый цикл. Рыжеволосая заметила, что один из силуэтов в тумане оставался почти неизменным и следил за ними, пока они завершали круг, вокруг столбов. Курасай вздохнула, кажется, она поняла, что здесь происходит – её призвали для какой-то Божественной работы. Кто ж ещё крутит несуществующие колёса и циклы начинает? Нет, может быть, рыжеволосая что-то не знает и этим занимается кто-то ещё... Хранители какие-нибудь или другие маги, но сейчас она была здесь одна. Ну, как одна... с Ёптвою, но кобыла не очень подходила на ту, что будет крутить колёса и начинать цикл. Да и вряд ли она позволит запрячь себя в какую-нибудь упряжку. На свершение великих Божественных дел у кобылы явно не хватит желания и энтузиазма. Ёптвою сделала полный круг вокруг этих непонятных столбов и замерла, но Курасай направила её в обратном направлении, раздумывая о том, что она вообще может сделать для начала этого нового цикла. Поставить новый столб? Черепушек, кроме своей, поблизости нет. Принести жертву? Так вроде бы не из кого... Самостоятельно бросаться в туман не было никакого желания. Ещё неизвестно что там такое и почему там так много разных силуэтов. Покопавшись в карманах, Курасай нашла монетку из какого-то мира и кинула её в туман. Когда они обошли столбы и оказались на месте, куда должна была приземлиться монетка, на их удивление там ничего не оказалось. Даже следов от падения не было. Возможно, туман - это портал? Тогда куда он ведёт? Курасай задумчиво перебирала гриву кобылы, раздумывая о том, а стоит ли попытаться. Рисковать собой и соваться туда не особо хотелось – возможность стать четвёртым столбом не радовала. И как на зло, никого поблизости, чтобы провести эксперимент и отправить вместо себя.

Курасай задумалась о том, сколь рискованно было бы заставить Ёптвою пройти через туман, но кобыла сразу же дёрнула головой и ударила копытом по земле. Ей явно не понравилась эта идея. Хоть путь и казался чистым, неизвестно, куда он их выведет и что их там ждёт. — А инструкцию по обороту колеса и началу нового цикла нам не выдадут? — обратилась Курасай к силуэту в тумане. Почему рыжеволосая опять должна гадать, что именно ей нужно сделать? А если она сделает что-то не так и всё пропадёт? Цикл не начнётся и все вымрут? Ёптвою шарахнулась от полупрозрачных букв, которые начали появляться рядом с ними в воздухе, а Курасай наоборот – проявила к ним повышенный интерес. Этот Мир явно был жив и не против поговорить, может быть, на самом деле ей сейчас выдадут инструкцию, как начать этот непонятный цикл, или же подскажут что именно от неё требуется. Главное, чтобы не требовали кровавых жертв. Рыжеволосая всматривалась в текст, который её любя выдал местный Мир и вздохнула. — Помогу тебе, всё равно уже здесь... Курасай спешилась и неспешно направилась к столбам. Ёптвою хвостиком следовала за ней, дёргая ушами и прислушиваясь к звукам в тумане. Кобыла зажевала футболку на плече девушки и дёрнула её, за что несильно получила по носу. — Не отвлекай, иначе на колбасу пущу или в туман... Ёптвою отошла от тумана и ткнула хозяйку носом в спину. Сделай это она чуть сильнее, Курасай оказалась бы в опасной близости с туманом. — Ну и что ты творишь? — рыжеволосая посмотрела на кобылу, которая вновь ударила копытом по земле. Когда хозяйка была на её спине, Ёптвою властвовала над тем, куда они идут, а так, рыжеволосая могла натворить чего-нибудь не того. Кобыла фыркнула в сторону тумана и вновь посмотрела на рыжеволосую. Курасай осторожно коснулась одного из столбов, вливая небольшое количество Божественной силы.

Глава 10 - Отец?

Дрейк некоторое время обдумывал своё положение, но потом всё же решился шагнуть в туман. Не зря же он здесь оказался, стоило довериться судьбе. Только вот по ту сторону оказалось нечто странное совершенно другое место, будто он открыл дверь, но куда-то не туда. Его встретили тёплые солнечные лучи, сочная густая трава. Это было сильным контрастом с тем местом откуда он пришёл, будто бы из пустыни вступил сразу в лето, минуя длинную дорогу. Дрейк обернулся, посмотрев на Ису, которая последовала за ним через туман. Кобыла настороженно дёргала ушами и осматривалась. А потом она склонила голову к траве, шумно её обнюхала и несколько раз ударила копытом, будто бы не веря тому, что видит. Но даже это не помешало Исе проследовать за своим хозяином.

Местные звуки настораживали и несколько пугали – нельзя было понять откуда доносится звук. Даже в густом лесу можно понять, где сидят птицы, независимо от их количества, а здесь казалось, что их вообще нет, а звук живёт сам по себе. Но один звук привлёк внимание Дрейка – чужой мужской голос с явной старческой хрипотцой. Он точно имел источник. Поманив кобылу пучком травы, сорванным у странных столбов, парень направился в сторону голоса. Он надеялся, что его владелец окажется разумным существом, и у Дрейка будет возможность с ним договорится, а если нет... не беда, он готов защищаться. Незнакомец оказался широкоплечим мужчиной с чёрными волосами и по-волчьи жёлтыми глазами. — Извините, Вы не подскажите, что это за место? — издалека начал Дрейк, чтобы не спровоцировать незнакомца и иметь возможность подготовиться в случае чего. То, что мужчина казался человеком, совершенно не значило то, что он им являлся или был живым существом.

Незнакомец что-то сказал, но негромко, поэтому Дрейк посчитал, что это могло быть не предназначено для его ушей. Парню не понравилось, что на него смотрят сверху вниз, но предпринимать он пока ничего не стал. — Извиняю, — ответил мужчина уже громче. — Чего надо? — Да, вот хотел понять, где я оказался, — ответил Дрейк чуть растерянно. Парень осмотрелся, как будто место само могло подсказать, где тот оказался, но никаких воспоминаний, связанных с такими пейзажами, у него не было. — Думал, что Вы сможете мне это подсказать. Иса толкнула Дрейка в плечо, но тот лишь погладил её по носу, на всякий случай не отводя взгляд от незнакомца. Мало ли что случится, когда он отведёт взгляд... — Отвечу, Междумирье это, малец, — ответ показался Дрейку снисходительным, а мужчина привалился к стволу ближайшего дерева. — Тебе о чём-то говорит это название? Обычно, просто так сюда не проваливаются, так что жду от тебя объяснений, — в его голосе слышалась горделивость и властность, но без намёка на агрессию. Возможно, его собеседник так же проявлял осторожность, но пока не было понято почему. Мужчина посмотрел в сторону куста рябины и сплюнул. — Междумирье, — неуверенно повторил за ним Дрейк. — Значит, Вы хотите сказать, что есть несколько миров, а вот это, — он развёл руками, — где-то между ними? Парень дёрнул бровью, уже несколько жалея о том, что завёл разговор с незнакомцем. Мужчина показался Дрейку странным, и его поведение и взгляд также не нравились. Незнакомец неожиданно рассмеялся. — Дурак что ли? Конечно, миров много. Не один и даже не сотня. А Междумирье – это своеобразный безопасный кармашек где-то между мирами. Здесь наши мысли – реальны. Так что ягоды, фрукты и трава – всё съедобно и не опасно. Вот, просвещайся. А я жду ответа на свой вопрос: кто ты? И как тут очутился? — Меня зовут Дрейк Грей, — привычно представился он не своей фамилией. — Целитель со стажем. Вышел прогуляться с лошадью, — парень указал на Ису, — но заплутали в тумане, а когда вышли из него, то оказались здесь. — Допустим, я тебе поверил. И чего ты от меня хочешь? Жёлтые глаза мужчины блеснули, как будто он сканировал Дрейка, пытаясь его оценить. Всего на мгновение глаза Дрейка сверкнули фиолетовым. Ему не понравилось, как незнакомец рассматривает его. Вряд ли дело было в одежде – Дрейк был одет совершенно обычно – тёмная куртка с капюшоном, чёрные штаны и тёмная обувь, а это значило, что рассматривают совсем не его одежду. — Да я тут подумал, что может быть выход отсюда знаете. Безопасный... — на всякий случай уточнил парень, боясь, что его просто выкинут в никуда. — Знаю. Междумирье слышит наши мысли, — мужчина говорил так, будто Дрейк был его учеником, при том не самым сообразительным. — Тебе просто стоит о нём подумать и доверится пространству. Выход найдёт тебя сам, а насколько он будет безопасен – твоя фантазия. Я же говорил, что Междумирье – безопасный кармашек. Лишь его гости могут это изменить. Дрейк поёжился от осознания того, что пространство слышит его мысли. Иса нервно переступила с ноги на ногу за его спиной. — Какое ж доверие иметь надо, чтобы настолько довериться, — парень похлопал лошадь по шее, а после перевёл взгляд на незнакомца, — Вы так и не представились. — Барс, — мужчина пожал плечами. — А в доверии тут и смысл. Может, твоё желание найти безопасное место и привело тебя сюда. Кто знает? — Как большого кота... — Дрейк на мгновение задумался. — Не ощущаю себя здесь в безопасности, но не понимаю почему. — Хоть я ближе к собакам, чем к котам, но допустим, — хмыкнул Барс. — Я не помогу тебе искать выход. В противном случае, ты просто провалишься в тот мир, где я обитаю. Я тоже тут гость. — Даже если и к собакам, барс – это название крупных кошачьих. По крайней мере, в моём мире, — на всякий случай уточнил Дрейк и перевёл взгляд на Ису.

— И? Попробуешь найти выход? — Попробую. Дрейк сорвал пучок сочной местной травы и поманил Ису, но кобыла отказывалась воспринимать траву в его руке и даже шарахнулась от хозяина. Присмотревшись к травинам, он заметил на нескольких алые капли. Не мог же он порезаться травой и не заметить этого? Дрейк переложил пучок в другую руку и убедился, что это не кровь. А точнее не его кровь. — Интересная у вас тут трава, однако. Парень положил пучок травы на землю и привычным образом вытер руки о белоснежный платок. Если бы он поменял цвет, то стало бы понятно, что Иса отказывается брать её из-за отравы, а так не было понятно, что это за капли и почему его лошадь не захотела есть траву. — Только ты сам влияешь на это, — ответил Барс и как бы в доказательство сорвал пучок травы. Мужчина сделал несколько шагов навстречу лошади и протянул ей угощение – пучок обычной травы, сочной, как в начале лета. Иса потянулась к ней, неспешно идя к незнакомцу, из-за чего Дрейку пришлось идти за ней. Потерять лошадь просто из-за того, что другой человек увёл её пучком травы... не особо хотелось. — Значит, мир можно совсем поменять? Дрейк подумал, что не плохо было бы, чтобы между ними образовалась яма, и Иса дальше не пошла. — Ну, смотри. И да, и нет. Ты не доверяешь – трава ядовита. Или не знаю, о чём ты там думаешь. Я же здесь, почти как дома, мир для меня безопасен. И не переживай, кобыла твоя мне не интересна. — Вряд ли ядовита... иначе, платок бы окрасился. Скорее, как кровью капнуто. Думал, что сам поранился случайно. Барс лишь пожал плечами. Иса выхватила траву из рук мужчины и сразу же попятилась, отступая к хозяину. Дрейк слегка похлопал кобылу по шее, успокаивая. — И часто Вы сюда приходите? — Раз-два в год. — Чтобы изменять мир под себя или в других целях? Дрейк сорвал пучок травы и, убедившись, что он нормальный, поманил Ису. На этот раз кобыла заинтересовалась травой в его руке. — У меня создаётся впечатление, что Междумирье уже меня узнаёт. А прихожу я сюда без особой цели. Пройтись по местам, которые что-то для меня значили. — Звучит не весело. Дрейк поискал что-то в седельной сумке, а потом протянул мужчине флягу. — Что это? — нахмурился Барс. — Лекарство для души – алкоголь, — Дрейк продолжил отыгрывать роль целителя. — Многие считают, что он помогает залечивать душевные травмы. — Благодарю, но меня хмель не берёт. Если бы брал, я бы был алкоголиком, — мужчина искренне улыбнулся. — Слушай, задам странный вопрос. Ты не чувствуешь чего-то странного? — Это место странное. Я впервые вне своего мира и узнал, что существуют другие миры. Конечно, я чувствую себя здесь странно! Страннее было бы, если бы я чувствовал себя здесь, как дома. Дрейк спрятал флягу обратно. — Ладно, значит, я просто себя накрутил, — хмыкнул Барс. — Я покажу место, где вероятность выхода наиболее высока. Но будь осторожен, здесь легко потеряться. Запомни, как ощущается Междумирье, чтобы не растеряться и не потеряться в следующий раз. — В каком плане накрутил? — Дрейк насторожился от его слов. — Вы видите меня впервые, я Вас тоже. Встретились в странном месте. Да ещё и кровь мерещится. — Это даже не камень в твой огород, — голос Барса стал чуть мягче. — Здесь пал один очень нехороший человек. Именно к нему я и хожу. Вернее, к месту его смерти. Боюсь, что восстанет, паскуда. Да, грехи свои замаливаю. Междумирье не сводит путников просто так. Для нас, гостей, оно не имеет границ, — он развёл руками, будто пытаясь показать всю необъятность пространства. — Шанс нашей встречи – минимален. Мы тут песчинки. Вот я и подумал, что именно это место тебя как-то притянуло. Может, беда в твоей жизни была или вопрос неразрешённый. Только как он касается смерти негодяя, мне не понять. — Я даже не знаю, что сказать... В моём мире нет тех, кто мог бы ходить между ними. Ну, или же они очень хорошо скрываются. Так что, вряд ли мы связаны. — Дрейк немного подумал, — один вопрос есть, да ответ на него не особо мне интересен. — Только тебе решать, на какие вопросы нужны ответы. А самая чувствительная зона Междумирья – поляна, которую вы миновали. Только иди и думай о выходе. О своём мире и ни за что не останавливайся. Междумирье – не враг и не тюрьма.

— Мама никогда мне не говорила кто мой отец, — Дрейк поправил пряди на гриве Исы, распутывая их. — А для местных я маг с искажённой магией. Не такой, как у всех остальных. — Какая же у тебя магия? — прищурившись спросил Барс. — Моя мама целитель, так что и воспитывала она меня так же... Только вот, я с лёгкостью могу добавить ей работы, а убавить не особо, — витиевато ответил Дрейк. У него вообще не входило в планы так откровенничать с тем, кого он видит впервые в жизни. Но это так же может оказаться их первая и последняя встреча. — Некромантия? Человек, что пал здесь был Чернокнижником. Управлял магией хворей и смертей, и свой дар он умело раскидал по мирам. — Барс поджал губы, — хочешь проверить, связан ли ты с ним? Дрейк пожал плечом. — Я могу насылать болезни так, что магического следа почти не остаётся. — Он неуверенно посмотрел на мужчину, — не уверен, что мне это что-то даст. — Сожми платок, на котором остались капли крови. — Барс смотрел уме в глаза, недобро и упрямо, — если кровь почернеет и свернётся – ты его отпрыск. Останется алой, здесь она не может измениться, значит его крови в тебе нет. Дрейк никогда не слышал о таком способе определения родства и не посчитал его особо надёжным, но показал мужчине белоснежный платок. — Чистый же. Капли только на траве были. Дрейк вернулся к брошенному пучку. Иса проследовала за ним и первая схватила траву, вызвав у парня вздох разочарования.

Барс не врал, что пространство меняется – с веток тонкой рябины на платок упала пара алых капель. Дрейк вздрогнул от подобной выходки Междумирья. Он не особо желал, чтобы на него сверху что-то капало, особенно такое опасное, но выбора у него не было. Парень сжал платок, а после протянул его Барсу, показывая результат, но не желая самостоятельно на него смотреть. Но мужчине хватило и быстрого взгляда. — Ты не хотел ответа, но он нашёл тебя сам. Ты – сын чернокнижника. — Барс как-то рвано выдохнул. — Я отвечу на любой твой вопрос. После чего уходи. Дрейк с недоверием посмотрел на Барса. Результат родства мог быть той ещё подставой, и парень не особо этому доверял. — Это многое объясняет. — Несколько подумав, Дрейк добавил, — если только на один вопрос, то ответ не будет иметь никакого смысла. Парень забрался в седло Исы и похлопал лошадь по шее. — Поступки родителей не определяют судьбу их детей, — бросил ему в след Барс. — Не стань чей-то гнетущей памятью в чертогах Междумирья. Ни креста, ни могилки, лишь алые капли на траве. — Да нет, мне просто было интересно, кем он таким был... и что сделал с мамой... Но он мёртв, так что... нет смысла думать об этом. Дрейк махнул ему на прощание и направил лошадь по указанному пути. Он размышлял о произошедшем, пытаясь уложить всё в голове, поэтому не заметил переход из Междумирья обратно в свой мир. Оказавшись в знакомом месте Иса сразу же принялась объедать траву.

Сидя в кресле, Дрейк задумчиво посмотрел на платок со следами чужой крови, который он забрал из Междумирья. Он никогда не слышал о том, чтобы подобным образом можно было установить родство, но он изучит какие есть способы чтобы проверить это. Парень положил платок в банку и магически запечатал её, чтобы содержимое в ней оставалось неизменным. Пока он не придумает, что с этим делать...

Глава 11 - Моё имя, твоё имя

Доверившись своему коню, сказочник с головой погрузился в сочинение новой истории. Пускай писать на покачивающейся поверхности было неудобно, но размышлять о новых историях и интересных сюжетных поворотах ничего не мешало. Пятнистый жеребец уже привык к такому поведению хозяина и самостоятельно выбирал путь. Порыв холодного ветра покачнул маску на поясе и заставил её владельца поёжится. Парень уже открыл рот, чтобы кликнуть коня, но замер, понимая, что не может вспомнить, как зовут животное под ним. Существование имени не стёрлось из воспоминаний, но его словно кто-то забрал, оставив вызывающее фрустрацию пустое место. В мысленных поисках недостающего черноволосый задумчиво поднял взгляд на пару тёмных ушей и светлую чёлку. Как бы он мог назвать своего друга? Морда коня была белой, напоминая такую же светлую маску хозяина. Может он звал его Луной или Творожком? Парень откинул их, как некрасивые и искажённые версии того, что он на самом деле когда-то выбрал. Окружающий мир отвлёк сказочника от размышлений. Путешественники оказались в очень странном месте: впереди виднелась тёмная расщелина и множество отпечатков человеческих ладоней цепочками стягивались в её пучины. Конь настороженно водил ушами, а потом неожиданно шарахнулся, чуть не уронив с себя седока. Мимо них тени тащили имя, которое словно бы состояло из волшебных символов, чуть мерцало и, что удивительно, отбрасывало тень на землю. Из расщелины послышались голоса – кто-то в темноте повторял различные имена, искажая и смеясь над ними.

Парень тронул бока коня, желая подойти поближе к разлому и изучить, но зверь не сдвинулся с места. Вместо этого настороженно дёрнул ушами и посмотрел в другую сторону. Пытаясь понять, что так заинтересовало животное, сказочник так же посмотрел в том направлении и немного удивился. Казалось, кроме них здесь не было ни одной живой души, но на самом деле неподалёку молчаливо присутствовали ещё двое: лошадью, похожая склеенную золотыми швами статую, и мужчина в маске с длинными седыми волосами, укутанный в чёрный драный плащ. Хотя, может это была и женщина — сказочник не был уверен. Он чуть озадачено склонил голову, а потом спешился. — Здравствуйте! — решил поздороваться издалека и даже приветливо помахал незнакомцу, но кажется всё равно напугал его. Тот ответил слишком тихо и неуверенно. Желая познакомиться, парень медленно приблизился к своему неожиданному собеседнику, мысленно отметив, что тот не проявляет признаков страха. Левой рукой прижав к себе листы, которые так и норовили сбежать, правую сказочник протянул для рукопожатия. Так и замер – обычно при знакомстве принято называть своё имя, а что может назвать ныне безымянный писатель? Пару мгновений он помолчал, растерянно смотря на свою руку, а потом виновато произнёс:

— Я, кажется, забыл своё имя. На удивление его руку осторожно пожали. Мягкое прикосновение не показалось сказочнику проявлением слабости. Писатель обратил внимание на нечто странное во внешности его оппонента — словно перед ним стоял не простой человек. Но, не ощутив явной угрозы от незнакомца, сразу же отогнал все опасения. — Ничего страшного, — голос человека в маске оказался очень приятным, но полным усталости и тягучей печали, — я тоже забыл своё имя, но это было очень давно. Сказочник растерянно моргнул от такой новости. В его понимании люди не могли жить без имени. Точнее могли, но только в том случае, если рядом не было того, кто мог бы разговаривать, что натолкнуло писателя на неприятные мысли. — А как тогда? — парень с удивлением посмотрел на незнакомца. — Как тогда к вам обращаются? — Как придется, — тот пожал плечами. — При встрече мне часто дают временные прозвища для удобства. — Значит у вас не одно имя, а множество? — глаза писателя заблестели от восторга. Его только что посетила идея для очередного рассказа. — Я бы не назвал прозвища именами, — отрицательно покачал головой незнакомец и с тоской сжал комок плаща напротив своей груди. — Имя одно, и оно особенное. Меня печалит, что я его утратил. Масочник хотел что-то сказать, но осознание ситуации перевесило завистливое настроение. Он осмотрелся, присматриваясь к ближайшим именам. Может быть, одно из них принадлежит его новому знакомому? — Но ведь это всё равно очень круто. Можно найти своё имя и приберечь для себя и самых близких, а прозвища держать для всех остальных. Мне кажется, что очень удобно, когда «имя» можно сменить под настроение и ситуацию – сейчас ты Роберт, через час Виталик, для красивой девушки какой-нибудь Антуан, а для врагов вон, — масочник указал на имя, которое утаскивали тени, — Янус. — Не уверен, что могу разделить ваш восторг, — будто слегка виновато отозвался незнакомец. — Я помню каждое прозвище, которое дали мне после утраты, но в отсутствии настоящего имени они ощущаются, будто сухая корка, внутри которой пустота. И я не уверен, что этим существам было что у меня красть. Если и было — я этого не узнаю. Парень тяжело вздохнул. — Тогда нам трудно будет найти ваше имя. Или вы тут не за ним? — писатель растерянно посмотрел на мужчину, а затем перевёл взгляд на его коня. — Ваше произведение искусства ещё и живое оказывается.

— Да, я бы хотел вернуть имя хотя бы своему другу, — согласился незнакомец, окинув взглядом своего зверя. — Ладно я — пропащий, но у него имя точно было. Это все, что я помню.

Жеребец-статуя настороженно дёрнул ушами, среагировав на общее внимание. Лошадь писателя же ревниво и требовательно толкнула его мордой. На грязи с отпечатками чужих рук не росла трава, и парню пришлось заняться поиском чего-нибудь съестного в своих карманах, что могло бы порадовать копытных. Может, у него осталась парочка сладких яблок?

— День Локи! Имена — это сила. Тени решили поиграть с ними. Верните их до заката, или станете безымянными, забытыми всеми, — незнакомый голос, больше похожий на треск костра и звон льда, чем на обычную человеческую речь отвлёк писателя от тщетных поисков чего-нибудь съедобного для лошадей в своих карманах. Парень вздрогнул и осмотрелся. Он никак не ожидал, что здесь кроме них двоих есть кто-то ещё. Но увидел только теней, которые смеясь и передразнивая друг друга утаскивали имена в расщелину. — Не хотел бы я стать забытым, — сказал масочник, раздумывая. — Но если не найду своё имя, то не расстроюсь. Буду каждый день себе новое придумывать, а то и два, — он довольно улыбнулся и посмотрел на мужчину. — А вы, уважаемый? — Я итак скитаюсь, всеми забытый, уже очень давно, — ответил незнакомец. — Может быть, я здесь уже однажды был? И не нашел своего имени. Это бы многое объяснило... Писатель задумчиво посмотрел на мужчину и внимательно осмотрел коня, пытаясь понять, как его могли назвать, а потом вновь перевёл взгляд на нового знакомого. Его взгляд задержался на скрытом под маской лице мужчины. Подумав несколько мгновений, парень придумал идею, которая в моменте показалась ему гениальной. Или же просто его любопытство взяло верх над его рассудком. — Можем ли мы временно обменяться масками? – Писатель протянул мужчине свою гладкую белую маску, — я подумал, что могу попробовать помочь найти имя, но хотел бы сменить точку зрения. Может, так оно найдётся быстрее? Он не был уверен, что его новый знакомый обменяется с ним, но на удивление с его предложением согласились. Незнакомец очень неохотно, но взял маску писателя, после чего отвернулся, не желая демонстрировать ему свое лицо. Масочник вежливо отвел взгляд, чтобы не смущать мужчину. Пока он стоял в неведении, его фантазия разыгралась, пытаясь предложить различные варианты того, что незнакомец мог скрывать. По сути, под маской могло быть что угодно, как обычное лицо с какой-нибудь травмой, так и что-то совсем не человеческое. Увлечённый перебором захватывающих вариантов, парень даже не сразу осознал, что в его руках оказалась уже чужая маска. Писатель осторожно провёл по ней пальцами, запоминая текстуру, и только после этого осторожно приложил к своему лицу. Чужой конь с умеренным любопытством повернул голову на состоявшийся обмен, а вот свой… Беломордый жеребец не проявил к своему хозяину никакого интереса. Он уже видел его и парнем, и девушкой, и с маской, и без маски, а сейчас хотел лишь чего-нибудь поесть, поэтому обнюхивал землю и раскапывал копытом маленькие холмики, образовавшиеся в грязи. Масочник вновь внимательно оценил внешние данные коня, чьё имя ему предстояло найти, и осмотрелся в поисках подходящего.

— Может, Майолика? — писатель склонил голову. — Его можно сократить до Май. Красиво и коротко. Хотя, я не уверен. — Не думаю, что это оно, — спокойно ответил мужчина, всматриваясь в расщелину. — Всё-таки у меня жеребец, а кличка будто женская, вам не кажется? — Тогда, Тень? — с некой надеждой спросил масочник, оценивающе смотря на коня. — Тоже тёмненький, молчаливый и всюду следует за хозяином. — Не оно, — с грустью отметил мужчина, проведя рукой по золотому "шву" на шкуре приятеля. — Тогда может, — начал парень, но одна из теней ухватилась за имя и потащила его в сторону расщелины. — Эй! Отдай! Я первый его увидел! Масочник побежал за тенью, пытаясь выхватить у неё имя из призрачных пальцев. Он ещё не успел предложить его своему новому знакомому, а его так нагло утаскивают. — Точно не Фарфор? Парень вцепился в облачко с именем и играл в перетягивание с тенью, которая противно посмеивалась и дразнилась незнакомыми именами.

Глава 12 - А куда?

Сегодня весь день творилось что-то странное – сначала оказалось, что Гелберт целый день занят какими-то очень важными делами, хотя ничего не предвещало подобного, а потом пустой денник. Малика стояла в открытых дверях и не могла понять, что такое она здесь делает. Окружающие запахи смешивались в неразличимую «какофонию», и она не могла выцепить из этого нужную нить. Вряд ли она пришла, чтобы кого-то отсюда забрать, потому что в деннике, очевидно, никого не было, а значит, она привела сюда кого-то поставить? Но рядом с ней никого не было. Девушка пошевелила пальцами, пытаясь заставить тело вспомнить, что происходило. — О чём задумалась? — Ракасс, казалось, появился из ниоткуда. Хотя, это было даже неудивительно, мужчина давно уже насквозь пропах запахом конюшни. Иногда Малике казалось, что у него нет личного запаха. Но это было не совсем так. Но это было и неважно. Девушка помотала головой, отгоняя навязчивые мысли, и неопределённо махнула рукой в сторону пустующего денника. — Нужно убраться? — мужчина не понял её и заглянул в денник. — Нет! — голос прозвучал возмущённо, но при этом Малика не могла сформулировать что именно она хочет. А Ракасс оказался не слишком понятливый. Оставалась надежда, что при разговоре он упомянет что-нибудь, что сможет ей помочь, но надежды было немного. А позволить ему убираться было равносильно потери чего-то важного. Девочка не могла полностью осознать, но понимала – как только здесь станет чисто, она потеряет последнюю ниточку, которая должна привести её... куда? — Я сама приберусь здесь. После прогулки. — Тогда хорошей прогулки тебе. Мужчина улыбнулся, а Малика скользнула взглядом по уздечке в его руках. Она показалась девушке смутно знакомой. Чёрная...

Девушка вдохнула воздух полной грудью и направилась к Гелберту. Может, рядом с ним она будет чувствовать себя хоть немного в безопасности. Она внимательно скользнула взглядом по полю и заметила вольно разгуливающих лошадей своей бабушки. Точно! В том деннике точно стояла её лошадь. Малика замерла и сразу же развернулась обратно. Она не такая и глупая, и точно сможет справиться со всем сама. Не всё же время просить помощи у Гела или бабушки. Девушка вновь замерла на пороге пустого денника и вдохнула воздух полной грудью, а потом сделала шаг... На опилки упала её одежда, а небольшой серый волк сразу же уткнулся носом в пол, пытаясь найти следы или запахи, которые она явно упускала стоя на двух ногах. И на самом деле! Следы копыт нашлись не так уж и далеко, но один из них оказался каким-то странным. Завитушкой или спиралью. Малика потопталась вокруг него, принюхиваясь, когда до неё наконец дошло. След магический! Именно поэтому у него совсем нет запаха. Нет запаха, но есть след! Волчица плюхнулась на пушистую жопку и задумалась. В магическом университете ей рассказывали про магическое зрение, но давалось оно ей плохо. Малика склонила голову сначала на один бок, а затем на другой, но у неё никак не получалось «переключится» между обычным и магическим зрением. Она положила голову на пол и всмотрелась в след. Завитушка распутывалась, и линия от неё уходила за дверь. Боясь спугнуть неожиданную удачу, волчица даже испугалась моргать, поэтому с широко раскрытыми глазами двинулась по следу, старательно ставя лапы как можно ближе к полоске, но стараясь не затоптать его.

Стоило ей только шагнуть за дверь денника, как окружение сразу же сменилось. Всё вокруг стало каким-то чужим и незнакомым, а запахи исчезли. Она принюхалась, но в этом странном месте совершенно ничем не пахло, как и от самого следа. Значит, это место было соткано из магии? Малика осторожно подняла голову от следа и осмотрелась. Казалось, что она находится в месте, сотканном из чужих воспоминаний или кусочков других Миров. Как лоскутное одеялко, только лоскуты не ровные, а швов совсем не видно. Она продолжила путь по следу, рассматривая необычные моменты – странные деревья, какие-то непонятные каменные постройки, дыру в земле с призрачными руками. А вот эту деревушку Малика помнила! Тут они были с Гелбертом верхом на Раку и Апуро. Проводник! Пушистую, как током ударило от осознания чей это денник – её чёрно-белого любимца. Как она могла так о нём забыть? Или его кто-то украл? Не мог же он сам уйти? Или мог? Малика помотала головой. До пробуждения, проводники не могли сами ходить по мирам. Это она точно знала из записей. У неё пока не было нужных рун для пробуждения, поэтому Апуро не был пробуждён. Значит, его точно украли! Но кто это мог быть? Мир, был создан её бабушкой и вход был только по приглашению. Но воришка точно не был одним из местных, или бы его запах остался в деннике. Да и не могла она просто так позабыть о своём коне!

Она как-то слишком поздно призадумалась о том, кто же украл её проводника. Малика потопталась по следу. Оказалась неизвестно где, так ещё и не сказала никому, куда она пошла. Одежду, конечно, же обнаружат в деннике, но даже Курасай не умеет ходить по чужому следу, чтобы найти её здесь... непойми где... может быть, даже за пределами обитаемых миров. Волчица грустно отпустила уши и даже тихо всхлипнула, но потом встряхнулась. Раз уж она сюда пришла, то сначала нужно найти Апуро, а потом уже разбираться, как она попадёт домой. Ничего страшного, что ни она, ни он не умеют ходить по мирам. Вор же может, а значит, можно будет попытаться договориться с ним о том, чтобы их вернули обратно. Угрозы, конечно, ничем не помогут, но может, она сможет договориться без этого. Пушистая продолжила движение по следу, и вот на очередном шаге вместо привычного межмирья оказалось вполне что-то осязаемое. Под лапами возник прохладный пол, а шерсть растрепал вольный ветерок, пронёсшийся над Маликой. Она прижала уши и насторожилась. Здесь были запахи, но еле ощутимые, почти незаметные, как дымка. А ветер лишь ослаблял их ещё сильнее. Волчица клацнула зубами и неожиданно ощутила что-то плотное, будто она схватилась за ткань. Она неуверенно потянула и ощутила натяжение. Немного поразмыслив, Малика начала трепать невидимый предмет, как обычно это делают щенки со своими игрушками – методично и безжалостно.

— Прекрати, — раздался незнакомый голос позади, — мой ветер ничего тебе не сделал. Малика прижала уши к голове и недовольно прорычала. На мгновение она даже забылась, что вовсе никакая не собака, а вполне разумное создание. Тихо фыркнула и попробовала повернуться на голос, но ей не дали. Мужские руки легли на морду и осторожно разжали зубы. При том, незнакомец проделал это столь ловко, что она не ощутила ни боль, ни дискомфорта. — Такая же дуркнутая, как и бабка. Попробуешь укусить, пинком вылетишь отсюда. Малика недовольно зарычала, а незнакомец лишь усмехнулся. — Да, она отреагировала бы так же.

Послышалось фырчанье, и знакомый тёмный нос толкнул волчицу, заставив её пошатнуться и сойти со следа. Мир стал ярче. Где-то в неподалёку журчал ручей, пели птицы. Светило солнце и всё было прекрасно видно. Волчица проморгалась и сначала посмотрела на Апуро, который с интересом её обнюхивал и задумчиво ерошил губами шерсть, а потом на мужчину. Незнакомец был статен и высок, но смотрел на неё с снисходительной улыбкой. Малика нахохлилась, чем лишь развеселила его. — Не предполагал, что ты такая же любопытная, как и твоя лошадь. Думал, что выбрал достаточно уединённое место для визита, а за мной увязались. Всё думал... вернуть ли мне его или продать. — Но стоила Малике ощетинится, как мужчина рассмеялся, — да вижу я, что между вами связь и шучу. Я даже не уверен, что мне будет по силам такое разорвать. Апуро дёрнул за шерсть, которая столь удачно вздыбилась на загривке волчицы и вновь фыркнул. Малика хотела сменить форму, но оглядевшись, поняла, что её одежды здесь нет и смена формы будет затруднительна, поэтому она лишь лапой погладила коня и тихонько ему что-то проурчала. Когда Апуро перестал пытаться её пожевать, волчица запрыгнула на его спину и попыталась там удержаться, а потом перевела взгляд на мужчину. — Вы не могли бы вернуть нас домой? — А что я получу взамен? — мужчина дёрнул бровью, намекая, что за спасибо и пальцем не пошевелит. Малика задумалась. Её одежда и вещи остались где-то там, а сейчас у неё с собой не было ничего, кроме её самой и коня, которого она ни за какие коврижки не отдаст. Не для того она его искала, чтобы выменять на собственную свободу. — Я могла бы... — замялась пушистая, желая сказать, что может попросить что-нибудь у Курасай для него, но довысказать эту мысли ей не позволили. — Что ты можешь сейчас мне предложить? — перебил её мужчина. — У меня с собой ничего нет... — А если хорошо подумаешь? — Ничего? — Ты столь уверена в этом или просто планируешь здесь навсегда остаться?

Апуро переступил с ноги на ногу, и волчица на его спине покачнулась. — Мех есть... и кровь... — И вот не страшно тебе предлагать такое незнакомцу? Никто не научил тебя, что предлагать свою кровь незнакомому человеку не стоит? Мужчина подошёл ближе и достал из кармана нож. Блеск стали напугал Апуро, и он начал пятится, пытаясь избежать опасности. Малика погладила его по спине, и конь замер, недовольно мотнув хвостом и прижав уши. — Знаю, но если немного, то... не страшно? Мужчина вздохнул. — Любое количество крови – это страшно. Ты же даже не знаешь зачем она мне. А если прокляну? — Но не проклянёте же, — с надеждой пискнула Малика, а мужчина поёжился. — Не прокляну, потому что не хочу проблем с одним рыжим демоном. У меня и так развлечений в жизни хватает. Он протянул к ней руку. Малика некоторое время колебалась, а потом положила на неё лапу. Мужчина жёстко сжал подушечку и проколол её острым концом ножа. На удивление, кровь вытекая из лапы стекалась в шарик, который спокойно левитировал в воздухе. Когда его размер стал чуть меньше шарика для настольного тенниса, мужчина сажал ранку на её лапе большим пальцем. После того, как он убрал его, подушечка оказалась вновь столь же целой, как и до «обмена». Будто ничего и не происходило. — Только никому про это не говори, — мужчина прижал палец к губам и строго посмотрел на волчицу. Она сжалась на спине Апуро и прикинулась одним из настандартных вариантов седла, чем вызвала смех у незнакомца. — Ладно, ты свою часть обмена выполнила, а теперь пришло моё время.

Мужчина накинул на шею жеребца верёвку и держась за её конец, пошёл вперёд. Он прокладывал новую дорогу через межмирье. В этот раз «лоскуты» были другие, и Малика с интересом их рассматривала, крепко держась всеми лапами за Апуро. Она очень боялась вновь его потерять, да и проверять что с ней будет, если она свалиться и не попадёт на путь ей тоже не хотелось. Проводник спокойно следовал за мужчиной, будто всю жизнь только и занимался тем, что ходил по тропам межмирья. Малика даже несколько позавидовала его спокойствию. но вот очередной шаг, и они уже в знакомом деннике. На шее Апуро нет никакой верёвки, а волчица на его спине выглядит так, будто попала в шторм – шерсть всклокочена, взгляд безумный. Жеребец толкнул носом одежду, которую девушка оставила на полу, но не найдя в ней ничего интересного, переключился на кормушку и принялся довольно хрустеть морковкой.