"Крик из тьмы"
Глава 1
Ночь поселилась за окном ровно, как по расписанию. Тихий спокойный вечер, докатившийся до полуночи, был безмятежен и глух. Серые краски за окном и те же краски в моей небольшой квартирке. Небо затянуло мрачными облаками, луна скрылась за ними, я оторвала взгляд от окна и обратила внимание на телевизор: «Недавно во все СМИ попала информация об исчезновении знаменитого музыканта - солиста известной группы «Крест». Как сообщают источники, он отправился в субботний вечер загород и с тех пор его никто не видел. Джип, в котором ехал музыкант, был найден недалеко от шоссе, ведущего в его загородный дом…»
«Опять ничего не идет в голову, кроме этого несчастья, интересно, сколько еще они смогут мусолить эту тему по всем каналам?» Моя рука мягко скользнула на пульт и выключила телевизионные новости, экран с неохотой погас. Я осталась в темноте, взялась рукой за голову, пыталась собраться с мыслями, на журнальном столике передо мною были разбросаны статьи и показания свидетелей об исчезновении музыканта.
- А статья должна была быть готова уже на прошлой неделе, - произнесла я почти про себя, продолжая протирать глаза. Вдруг мне послышался знакомый мотив из песни группы «Крест» под названием «Начало», этот мелодичный мотивчик плавно становился слышнее, я вздрогнула, музыка доносилась из моего телефона:
На закате дня, невидимой нитью серого отблеска,
Надо тобой начинается сгущаться тьма.
Она приходит и забирает мечты и слова
Всё, всё, что ещё есть у тебя …
[A1] Я схватила свой телефон, и, раскрыв его, увидела, что никто не звонил, холод пробежал по коже, но ничего страшного в доме не было, всё как всегда. И всё же что-то не так. Какие-то призраки то появлялись, то пропадали перед глазами. Это были мимолетные видения страшных чудовищ, то совсем рядом со мной, то где-то в углу комнаты. Дверь моей квартиры распахнулась с ужасным грохотом, впустив в дом холодный воздух октября. Я выбежала в коридор: « непонятным сквозняком открыло мою железную дверь? Нет, это невозможно». Я попыталась закрыть ее, но она стала как каменная. Я с затуманенным рассудком бегом вернулась в комнату за сотовым телефоном, но посередине комнаты стоял тот самый призрак, только наяву, это было громадного роста существо, похожий больше на дьявола, в его руках была секира. Мимолетный образ, преследовавший меня уже вторую неделя, стал явью. Оно повернуло в мою сторону свою большую голову с черными рогами, и послышался скрип закрывающей двери. Сознание, которое покинуло меня на несколько минут, вернулось, и я схватила со столика телефон и подгоняемая пламенем из-за рта этого чудовища кинулась к двери. Она закрывалась медленно, но оставалась уже узкая щель. Всё как в страшном сне поменяло своё обличение, квартира стала похожа на кровавый альтернативный мир, как в современных играх. Успев протиснуться, я упала на лестничную площадку. Дверь закрылась, и установилась тишина…
Меня трясло, и выступил холодный пот по всему телу, я не замечала ужасно холодного пола лестничной площадки под собой, из глаз брызнули слезы. Я не могла ни встать, ничего произнести. Не веря сама себе, я пролежала неподвижно на полу некоторое время, однако зазвонил телефон и вывел меня из шока.
- Да?
- Эйлен, где ты пропадаешь? Тебя на работе уже нет вторую неделю!
- Джон, ты дома?
- Что у тебя с голосом?
- Ты сможешь встретить меня у себя? Клянусь, я всё расскажу.
- Хорошо, приезжай.
Я вышла из подъезда, было холодно и мрачно. Странно, что листья с деревьев еще не осыпались. Я шла одна по пустому бульвару напрямую в метро, а там рукой подать до квартиры Джона. Я не хотела думать об этом существе, но деваться было некуда, ничего в мысли иного не шло. Всё это как-то связанно с исчезновением солиста группы «Крест», именно тогда начались эти явления призраков. Я была фанатом этой группы, но лично не была с ним знакома. «Что это галлюцинации? У меня поехала крыша или это что-то что не подвластно человеческому рассудку?» - Я поправила мешающие волосы, которые заслоняли глаза.
- Этот образ, – проговорила я вслух, подойдя к остановке, и села на скамейку.
- Девушка, дайте монетку. -Сказал, сидевший на другой стороне бомж.
- Простите, мистер, у меня ничего нет. – Я обратила взгляд на бомжа, это был угрюмый худой мужчина в обносках, оглядев его и опустив глаза вниз, заметила свои замершие босые ноги.
- Что-то случилось? Почему вы так легко одеты?
- Извините, мне некогда, – я встала.
- Ничего, мы все бежим от своих страхов.
Я обернулась к бомжу, но скамейка оказалась пустой. Что было сил, я бросилась к метро, срезав путь через дворы. Я бежала по пустым дворам, не оборачиваясь, желая по быстрее прекратить эти кошмары, не подаваемые объяснению. Я оглянулась назад, проверить, не следует ли за мной еще какое-нибудь недоразумение, но оступилась, почувствовав резкую боль в ступне, споткнулась и упала на газон с цветами. Отдышавшись, я поняла, что в мои руки мягко вонзились шипы от роз. Капля крови сорвалась с руки и упала на зеленную траву, которая растаяла от мороза, под её красным теплом. Я пролежала немного, придя в себя, за мной никто не гнался. Мне хватило сил подняться и отправиться к метро. Поездка была спокойной и ненавязчивой, никто не обращал на мой вид внимания, все были заняты своими мыслями и проблемами, какое значение имеет для них бомж, на которого я была похожа…
Дзыыынь. Дверь открылась, а вслед за ней и глаза Джона, когда он увидел мой вид.
- Эйлен? Господи, заходи быстрее.
Я вошла в хорошо обставленную квартиру моего сослуживца, молодого и обеспеченного Джона Гертесто. Мой друг не был женат, но девушек было полно. Пройдя в зал, я села на мягкий низкий черный диванчик напротив большого плазменного телевизора. Он дал мне плед и стакан горячего чая, я медленно попивала зеленый чай.
- Ну, милая, рассказывай, что с тобой случилось?
По его хитрым глазам я поняла, что если расскажу, завтра на обложке журналов и газет появятся яркие заголовки: «Фанатка солиста группы Крест сошла с ума», «Знаменитая журналистка Эйлен Ротор видит потусторонних монстров», «У молодой журналистки поехала крыша». Я встряхнула головой, прогоняя эти мысли прочь.
- Эйлен, ты обещала!
- Хорошо, Джон, только не смейся. Я сидела дома перед телевизором и смотрела новости. Потом я услышала, как моя дверь открылась, когда я прошла в коридор, то она как замерла на месте, я не смогла её сдвинуть, потом я вернулась в зал и увидела огромного демона с секирой, и кинулась бежать, успев захватить лишь телефон. Как только я переступила порог, дверь закрылась, и ты мне позвонил. Вот и всё.
- Хорошо, - подозрительно произнес Джон, глупо было надеется, что он поверит – и где же твой демон сейчас?
- Я не знаю, я просто убежала оттуда как можно скорее.
- Но, подожди, почему ты вся в крови?
- Я? – я осмотрела себя, на мне была ночная сорочка вся грязная и в крови, руки от локтя до кисти были в шипах от роз, а в левой замершей ступке был осколок от стеклянной пивной бутылки, продырявивший насквозь ступню. – Это всё оттого, что я бежала сюда, споткнулась вот и всё.
- Ладно, Эйлен, ложись. – Он, взяв меня за плечи, заставил лечь на диванчик и накрыл пледом. А сам пошел на кухню.
Я уснула мгновенно.
- Эйлен, я набрал тебе ванну, – разбудил меня голос Джона.
Я встала с диванчика, И пошла на голос, доносящийся из ванной комнаты.
- Добрый день, уже. – Джон улыбнулся мне, - я приготовил тебе одежду, ну, не в сорочке же тебе ходить.
- Спасибо, Джон. – Я отблагодарила его улыбкой, и как только он скрылся за дверью, залезла в горячую ванну.
Пена и мягкая вода дала мне расслабиться и успокоиться, сняла напряжение и разбудила голод. Надев юбку чуть ниже колен, майку на бретельках, я вышла из комнаты, вытирая мокрые волосы полотенцем, как услышала негромкий разговор Джона по телефону. Был уже день где-то 2 час. Прислушавшись, я разобрала слова.
- Да, да. О чем я тебе и говорю. Мне кажется, что лучше будет, если мы поможем ей. – Он ненадолго замолчал, видимо, слушая ответ собеседника. – Я сам отвезу её туда, а что мне с ней еще делать? Там ей помогут.
Джон находился в своей комнате. Я тихо вышла в коридор, надела красноватые женские полусапожки с белым рисунком и черный не кожаный плащ, что висел в прихожей, и почувствовала что-то не то. Я посмотрела в сторону двери и вчерашний кошмар ожил передо мной: дверь была открыта настежь и медленно начинала закрываться, запирая тем самым меня в этом мире, что было сил я рванула за Джоном, но, вбежав в зал, я обнаружила, что он всё так же спокойно говорит по сотовому, а между тем квартира вновь менялась. Заметив меня, застывшую посередине зала в шоке, он подошел ко мне.
- Эйлен, что с тобой?
«Он не видит» - промелькнуло в голове, но скрип увеличивался, и я бросилась к закрывающей двери, но лишь сильно ударилась об закрывшую дверь. Вся мебель пропала, Стены стали красные от крови, повсюду появились части человеческих тел. Я сползла по двери вниз, меня било изнутри.
- Это мираж, это мираж. – Я закрыла глаза, повторяя эту строчку, но раздались тяжелые шаги, под которыми сотрясался пол, и горячее дыхание.
Я открыла глаза, передо мной стоял всё тот же демон.
- Иди ко мне, Эйлен, я пришел за тобой! – Произнесло чудовище, протягивая руку.
- Нет!!! – закричала я, и почувствовала, как меня трясет за плечи Джон.
- Эй! Очнись! – Кричал Джон.
- Ты ненастоящий, ты мираж! – Крикнула я этому демону.
- Я настоящий. – Демон размахнулся секирой и попал по Джону, разрубив его надвое.
Безжизненное тело упало на меня, не знаю, откуда у меня появились силы, я скинула труп сослуживца и проскочила под ногами демона, пока он делал еще один замах, которым разрушил стенку. В испуге я вбежала снова в зал, но демон последовал за мной, выбивая косяки и всё время пытаясь задеть меня секирой. Недолго думая, я разбежалась и выпрыгнула в окно, разбив стекло. С 5-го этажа я попала на крышу 3-х этажного здания, и резко обернулась, этот демон выбил полстены с окном, когда выпрыгнул за мной, весь город стал меняться на глазах. Из утреннего серого денька в ярко красный и страшный мир, похожий на ад. Я бросилась бежать с 3-хэтажного здания, кувырком скатилась на мусорный бак и далее на твердый и недоброжелательный асфальт. Всё тело, казалось, переломанным, а сделать шаг, казалось, невозможным, но раздаваемые сзади грохочущие шаги заставили снова пуститься в бегство. Я бежала по узкому переулку, перебирая ногами как можно быстрее, но дыхание становилось всё ближе с каждым метром, наконец, я выбежала на перекресток шоссе. Перебегая на красный свет светофора, я заставляла машины резко тормозить, но одна из них достигла меня и сбила, перелетев через крышу иномарки, я сделала несколько кувырков по асфальту, содрав с себя кожу об него, я затормозила около колес следующей машины. Сил не оставалось, жизнь, казалось, закончена, я была готова сдаться. Вся кожа горела от боли, кости переломаны, а в сердце панический страх и одно желание - выжить. Все переломы, ссадины на руках и ногах – всё это не могло меня остановить, а вот страх убивал раньше самой смерти.
«Твой путь не пройден,
И жизнь вся бьет ключом.
Ты в силах биться, и не сдаваться,
Всё не по чём.
Гнать, бежать от силы зла,
Хватит сил, ты не одна,
В тебе еще жива душа,
Надежда же не умрет никогда!»
[A2] Как эхо, вонзилось в мой разум строчки песни группы «Крест» «Под страхом».
- Он тоже видел его. Я должна узнать, что случилось с солистом этой группы.
Я встала и, заметив демона в начале перекрестка, побежала к сбившей меня машине, мужчина вылез навстречу мне, он что-то бормотал, но из-за адреналина в крови я ничего не слышала, лишь оттолкнула его и села за руль. Я гнала по шоссе, что было сил, и как только было возможно, в динамиках заиграла знакомая мелодия:
«Вперед, и лишь вперед,
От силы зла и тьмы беги.
И помни, свет не спасет тебя,
Нет спасения от вечного зла».
[A3] - Мне надо ехать в загородный дом музыканта, - пришла я к выводу.
Красные краски пропали с неба, и моё сердцебиение успокоилось, серые тучи возникли на горизонте, казалось, что уже вечер. Я чувствовала ледяной холод, что царил за окном машины, ветер, проникающий через открытое окно, развевал мои волосы, и из-за него я почувствовала, что горло начинает болеть от мороза. И моя рука закрыла окно. Я давила на газ, несясь по шоссе, ведущее к поместью музыканта, мне сейчас отчетливо было видно, как он так же гнал по этому шоссе, как ветер бил в его лицо, как туман мешал ехать, и как пошел дождь. Как только я вспомнила об этом, по крыше и ветровому стеклу забили грозди дождя, и раздался гром. Мне стало почти не видать дороги, и я затормозила, чтобы не врезаться во что-нибудь или, не дай бог, съехать с дороги…
Я сидела за рулем, заглушив мотор. Дождь начал прекращаться, медленно превращаясь в град, сияла молния, разрезая небосвод. Моя голова опустилась на руль, и глаза закрылись, губы всё еще дрожали от испуга. Руки посинели, они сами собой залезли в карманы плаща и наткнулись на перчатки. Как можно скорее надев их, я руками обняла себя, пытаясь согреться. Прошло сколько-то времени, которое текло как-то не понятно, то быстро, то медленно, а я всё еще лежала на руле. Волосы превратились в сосульки, голос окончательно охрип, льдом покрылось тело, кровь, застывшая на коже повсюду – мой вид мог испугать даже самых крепких. Придя в себя, я оторвала голову от руля и откинулась на кресло, собирая по кусочкам всё, что я узнала за эти недели: Солист группы «Крест» каким-то образом начал видеть этого ужасного демона, он и есть объект всех его песен. Каждая песня, появившаяся на протяжения последних 2-х лет, написана о нем, об этом демоне. Значит, 2 года это существо преследует его. Но почему? Он еще пел о закрывающей двери, да это было, я точно помню:
«Времени нет, дверь навсегда похоронит меня,
со щелчком дверного замка закончиться и жизнь моя»
[A4] Что же такое? Теперь мне по-настоящему стало страшно, какого черта я только полезла в это дело? Написала бы левую статью и всё, жила себе, но нет, всё время хочу добраться до правды, кому она нужна? Явно не мне теперь. Я вздохнула и резко выдохнула, освобождая легкие от тяжести. Холод в очередной раз пробил мое тело, я потянулась замершей рукой к включателю печки, но она не работала, я в нервном припадке несколько раз надавила на кнопку, тут неожиданно бардачок резко открылся, видать застежка не выдержала вещей, которые давили на дверцу. Из него вывалилось полным полно мусора: фантики от конфет, обертки от чипсов, от сникерсов, бутылочка с водой, бумажки, документы на машину, водительские права, паспорт, а в самом бардачке остались лишь зажигалка и пачка сигарет, на запакованном хот-доге. Никогда еще еда фастфуда не казалась мне такой вкусной, быстро покончив с этим горе-производством я выпила воды и немного повеселела, хотя желудок не был удовлетворен, но, по крайней мере, и не ворчал. Сигареты навели меня на мысль как согреться, я никогда раньше не курила, но всё бывает в первый раз, я неуклюже зажгла сигарету и, вкусив дыма, поперхнулась. Выпуская клубки дыма, как опытный курильщик, я размышляла о случившемся, всё это плохо лепилось друг к другу, потусторонний мир, невозможная реальность, а может, я просто сошла с ума? Стоп, как раз 2 года назад, перед тем как вышел первый хит после года затишья, Солист этой группы побывал в храме Дьявола и ударился в сатанисты! Неужели его там повело? Вся группа тогда прослыла антихристами, на них ополчилась вся церковь. Однако, поклонников стало в разы больше! Тогда они переименовали группу и название «Служители тьмы» просуществовало недолго. Группа распалась спустя год, и объединилась лишь 8 месяцев назад, объявив новое название группы «Крест». Значит, за это время что-то случилось, раз они перестали быть поклонниками дьявола. Надо припомнить все песни, чтобы знать, чего ждать дальше. Но как назло, ни один мотивчик не лез в голову.
В пачке осталось 6 сигарет. Я немного согрелась и успокоилась, приложив голову к сидению, и вырубилась. Раздалось шипение динамика, и оттуда полился громкий голос солиста группы «Крест»:
«Не время спать, охота началась опять,
Если ты еще жива, то это лишь пока»
[A5] Я вздрогнула, моё тело оледенело, и зубы невесело застучали. Я выключила радио, и завела мотор, он долго не поддавался, но всё же сдался, и я ночью отправилась на путь к загородному дому. Было темно, но фары хорошо освещали путь в «бездну». Я ехала по серому шоссе и мысленно была где-то рядом, пока динамик вновь не зашумел, думаю, снова поймал станцию.Но, я выключила его, хотя потом завела машину, неудивительно, что радио вновь включилось:
«Ты уже на дне?
Видишь?
Я говорил,
Что зло существует на Земле,
И души наши не спасти уже.
Они прокляты, прокляты, нами
Нашими словами и делами.
И теперь,
Сам Сатана
за нами гонится никуда не спеша»[A6]
- Что же это такое! – Я ударила по приемнику кулаком, на мои глаза набежали слезы.
Было больно осознавать страх, страх, который всецело меня поглотил, я заплакала. Никогда ещё я так не плакала, слезы ручьями текли по щекам, разрезая их как берега русла реки.
- Мир, где он? Мир, спаси меня! Я молод, я хочу жить. Пожалуйста, не отдавай меня.[A7]
Я процитировала песню, и мне стало так одиноко, что я отвлеклась от дороги, а тем временем там стоял тот самый демон. Я заметила, как мир изменился, за место прекрасного лесного массива стояли горящие кресты, с тушами людей, асфальт был омыт и тщательно залит кровью. А тот ждал меня, я повернула руль и съехала с дороги. Демон заревел, грохот его рева разразил небо и с него посыпался метеоритный дождь. Я задела камень и сломала фару, зло не отставало, но и не спешило. Я загляделась назад а, повернувшись, увидела озеро, с его мутной от звезд водой, резко повернула руль вправо. Удар…
Я открыла глаза, на небе были звезды, трава была мягка и зелена, лишь немного залита кровью, моей. Мои ноги всё ещё были в машине, рядом с педалями, а само тело лежало на земле, пропитанной моими ранами. Дверь была раскрыта, машина не горела. Я сделала усилие и приподнялась, чтобы выключить мотор, и стало тихо, совсем тихо, я легла обратно на спину. Вытащив ноги из салона, я согнула их в колене и протиснула между машиной и собой. Наконец, гул в голове утих и я поднялась. Мое внимание привлекло озеро, оно так смиренно стояло в своих берегах, и молило меня о покорности судьбе. Вмиг озеро превратилось в кипящую лаву, трава сгорела и под ногами оказалась пустошь, я обернулась, а демон подходил. Минуту назад я даже забыла, что нужно бежать, а сейчас не понимала зачем, пусть всё закончиться. Но страх смерти овладел мною вновь, я рванула через сухие деревья прочь, ноги запинались об корни этих паразитов, а демон дышал жаром и ловко секирой срубал деревья в клочья, выдирая непослушных с корнями! Плащ пришлось в спешке снять, он зацепился за один из сучков, ничто не могло меня заставить остановиться. Я обернулась и упала, заметив, что он отстал, спряталась за дерево. Пока я молилась о спасении, демон шел на меня спереди, я рванула влево и встретилась с секирой, она откинула меня на несколько метров вправо, я ударилась об дерево, но сильнее болел живот, от боли я рукой схватила его, а другой оперлась на землю. Подняв голову к подходящему демон, я сказала ему то, что всегда мечтала произнести:
«Я на смертном одре стою,
И пусть душа моя гниль и мгла.
Тебе,
Демон-Сатана,
она не достанется никогда»[A8]
Я схватила твердый заостренный корень, мгновенно повела его к своему животу, и потеряла сознание, не почувствовав боли...
- Мой мир похож на крик из тьмы, любви не видим мы… - чарующий красивый мужской голос проник в мое сознание, как прекрасно он звучит, должно быть это ангел, и как он напоминает мне голос…
Я осеклась и с большим трудом разомкнула веки, мой рассудок повергся в ужас, настоящий кошмар. Одинокая лампочка висела на проводе в середине небольшой комнаты 3 на 4 метра, напротив меня в темноте стояла железная, ржавая кровать с ужасным грязным матрацем, пропитанного запекшейся кровью, да это была, несомненно, кровь! Вся комната была пропитана запахом крови, как свежей, так и уже давнишней. Комната похожа на камеру в тюрьме, бетонные холодные стены, были грязного оттенка с эффектами кандалов, и висячих с них кусков давно испорченного человеческого мяса, кровяные пятна, так и тянуло прочистить желудок. Я постаралась пошевелиться, но почувствовала боль в руках, я сидела на полу камеры, наручниками прицепленная к железной кровати. Я дернулась, наручники неприятно для слуха скользнули по железной трубе, заставив поморщиться. Боль растеклась по телу словно яд, заставив заболеть все раны на теле.
- Как ты? Пришла в себя? – позвал мужской добрый голос, навстречу мне из темноты вышел парень, в изорванной расстеганной рубашке, грязный со следами пыток на груди, я потеряла дар речи.
- Оставь её, – произнес приятный голос.
- Не тебе решать, - подошел еще один мужчина, лет 30, так же появившийся из темноты, пружины на кровати напротив, скрипнули, видать кто-то повернулся.
- Я – Эдвард, - познакомился парень лет 16, - а он – Гари, - показал парень на мужчину стоявшего справа, лица я не видела, парень присел рядом со мной.
- Я мог и сам представится, - произнес мужской сухой голос Гари, он улыбнулся.
- А там на кровати…- начал Эдвард.
- Какая разница, замолчи, Эди, - отозвался приятный почти волшебный голос с кровати.
- Ну, он не особо сговорчивый, но очень хороший, я обязан ему жизнью, - улыбаясь, произносил юноша Эдвард.
- Перестань, разве это жизнь, мы все либо умрем, либо еще хуже! – заворчал почти на распев прекрасный голос неизвестного, и сразу бросило в дрожь, а что хуже смерти?
- Заткнись ты! – крикнул Гари и зловеще посмотрел в темноту, - девочка напугана!
- Напугана?! – кто-то на кровати пошевелился, и я увидела мужской силуэт, принадлежавший этому прекрасному голосу, такому бархатному и чарующему, - зачем тешить её какими-то надеждами, мы в аду!
- Вы кажетесь мне знакомым? – выдавила я из себя, боясь признать мысли, которая колотила во все стены моего мозга.
- Еще бы! Это ведь знаменитый солист группы «Крест»! – сообщил мне парень Эди.
- Вы?! Я – Эйлен, журналистка, я расследовала ваше исчезновение. Что случилось с вами?
- Какая разница, вам, Эйлен, вряд ли удаться опубликовать свою статью.
- Мы что умерли?
- Нет, - засмеялся музыкант, - пока нет.
- Я ведь здесь из-за вас! Начала расследовать и всё началось.
- Я тоже думал, что это всё фигня, мы ударились в сатанисты, назывались антихристами, служителями дьявола, а скоро и, правда, ими станем! Всё оказалось серьезнее, мы достигли славы, узнали в храме столько, что хватило на альбом, да на какой! Каждая вторая песня хит! А что потом?! Распались, все возомнили себя богами, ну, дьяволами, какая разница мы считали себя всесильными, а потом и кокаин, и все ты - бог. Затем начали приходить ведения, сначала безобидные потом все хуже и хуже, мы нашли друг друга и поняли, что не сошли с ума, по крайней мере, мы вновь объединились, приехали к храму и…
- Что случилось?
- Ты помнишь, мы ведь почти развалились, никто толком не помнил нас?
- Да, но…
- Слишком поздно поняли всё, переименовали группу, чтобы искупиться, но видения были более четкими, реальными, и наконец, они достигли меня, я не успел выйти из дома, и дверь закрылась, я оказался в его мире. Сбегал от него чудом, отмахивался от коллег, а потом поехал в загородный дом и тут он посередине дороги, красивый сильный демон с огромным топором, я не справился с управлением и съехал с дороги.
- Понятно. И что нас ждет?
- Месса. Темная месса, – без сарказма произнес музыкант.
- У нас 2 выбора умереть от ужасных пыток или стать служителями тьмы, - объяснил Эди.
- Потерять свою душу, - произнес Гари.
- Навеки стать рабом, - проговорил солист.
- Понятно, - опустила я глаза в пол.
Послышались тяжелые шаги за еле заметной дверью слева, железная дверь отварилась со скрипом, на ней был номер 474.
Мое внимание привлек демон, пылающий огнем, 2,5 метров в высоту и 1,5 в ширину. Он ударил с размаху рукой Гари и тот отлетел к стене напротив, Эди кинулся к нему.
- Ты! – обратился демон низким глухим голосом ко мне, - надеюсь, ты уже знаешь правила.
- …- я кивнула.
- Хорошо. Развяжите её, - обратился он к 2-м стоящим позади себя людям в черных мантиях.
Они двинулись ко мне беззвучно и расстегнули наручники, сняв их и оставив на железной трубе кровати, затем они одели мне на голову черный мешок и повели. Мы вышли из камеры и двинулись по коридору, было темно, я абсолютно ничего не видела, демона с нами не было, буквально сразу он скрылся за поворотом, его тяжелые шаги сотрясали пол под ногами, стихли со временем.
- Эди, Гари…? – начала я тихо спрашивать, чувствуя других людей.
- Я здесь, только молчи, - произнес Эди.
- Молчать, - завыл тонким голосом один из надзирателей в черных балахонах.
Пахло сыростью и гнилью, путь продолжался минут 5, мы вошли в большой зал, было шумно, как будто собралось людей 100, дышать стало легче, и я немного согрелась. Мы остановились.
- Стойте здесь. – Приказал проводник.
Меня коснулась чья-то рука, я испугалась.
- Сядь, - произнес волшебный голос солиста, - на колени. Сиди тише воды, ниже травы, ни с кем не говори, ничего не делай, когда будут молитвы, кланяйся, в такт барабану, не будешь делать - накажут. Молчи, чтобы не случилось, молчи.
- Но…
- Молчи, начинается.
Послышалось завывание. Все встали на колени.
- Ни при каких условиях не вставай с колен, пока месса не кончится, - шептал приятный голос.
Был слышен рев костра, в зал вошел демон, пол под ним также сотрясался.
- Мы собрались вновь на мессу, да, отдадим мы хозяину нашему нашу хвалу!
- Он мне не хозяин! – крикнул кто-то рядом, послышался свист чего-то летящего, что-то брызнуло на меня, и говоривший упал.
- Да, начнется месса!
Началось завывание на не понятном языке, я не понимала ни слова, но под бой барабанов кланялась, как велел музыкант. Это было очень долго, я почти вошла в транс, колени сначала болели, а потом онемели, тех, кто садился с колен были плетью, я слышала звук хлыста. При таком звуке спину должно быть располосовали до костей.
- Уже, скоро закончится, последний стих, будут спрашивать тех, кто готов присоединиться к ним, - звучал бархатный голос.
Вскоре песни закончились, и почувствовалось жгучее дыхание демона.
- Кто из вас готов вступить в наши ряды? Никто? Жаль, тогда 474! Ну, Гари, пора уже! Ведите его сюда.
Кого-то подняли с колен и поволокли к центру зала.
- Я еще не готов, - проговорил Гари, и голос его дрогнул.
- Почему?
- Не вижу пока смысла.
- Исправим это!
- Нет, только, нет, не надо, - голос Гари застонал.
Послышался дикий вопль, музыкант схватил меня за руку, Гари плакал и стонал.
- Ведите его обратно. А может ты?
Рука, державшая меня, дрогнула и отпустила. Человека рядом со мной подняли и повели к демону.
- Ну, ты готов вступить в наши ряды, ты знаешь, мы давно ждем тебя!
- …
- Молчишь?
- …
- Может плеть разговорит тебя?
Послышался свист и как музыкант упал на пол, его подняли, и вновь свист, музыкант закашлял.
- Ну, дар речи вернулся?
- Прошу прощения я у Тебя,
И пусть навеки проклята душа,
И пусть убита последняя любовь,
К Тебе склоняюсь, прости, мой бог!
[Н9] Послышался рев плети, и музыкант вновь свалился на пол.
- Хватит, здесь есть только Дьявол, и твоя душа по праву принадлежит ему!
- Тебе,
Демон-Сатана,
она не достанется никогда»
[Н10]
Вновь рев плети, затем еще и еще, похоже, музыкант потерял сознание еще после первого безжалостного удара. Нас повели обратно. Как только мы оказались в камере с нас сняли черные мешки, и проводники ушли, повесив амбарный замок на дверь. Эди положил музыканта на кровать спиной к верху, она была практически изуродована безжалостными шрамами, виднелось мясо, кровь пахла отвратительно. Единственное, что мы смогли сделать, это снять остатки от его черной рубашки, хотя кусочки ткани пришлось вытаскивать прямо из ран.
- Нам даже нечем обработать раны! – я встала, - о, боже, где Гари?!
Я метнула взгляд в сторону тени камеры, так кто-то был.
- Гари?!
- Не трогай его, - дернул меня за рукав Эди.
Мы сидели в тишине. Эди сидел на полу напротив двери, я на полу у кровати, где лежал солист.
- Мой мир похож на крик из тьмы, любви не видим мы…- послышался хриплый, но прекрасный голос музыканта.
- Хватит! Должно же быть хоть какое-то спасений! Я не верю! – я завелась, мой голос срывался на крик, - Выпустите меня! – забарабанила я в дверь, но кто-то сильный оттащил меня, это был Эди.
- Не кричи, они придут.
- Я этого и хочу!
- Они придут и убьют одного из нас, - послышался голос Гари.
- Это не возможно! Я хочу, чтобы нас выпустили! – вновь закричала я и заплакала, спустившись у двери на кровавый пол.
- И сколько не ори ты,
мой мир похож на крик из тьмы.
Нас заперли в доме однажды,
с тех пор мы здесь живем напрасно,
не можем выйти и уйти
нас сторожит князь тьмы!
- Да, заткнись ты, - вспылил Гари.
- В пепле, по колено в крови,
474 – конец пути, - засмеялся сквозь слезы музыкант.
Наступила тишина, и я уснула.
Донеслась ели ощутимая тоска, испускаемая нотками прекрасного голоса солиста, слышалась даже мелодично грустная музыка плачущей гитары, это было сном волшебно прекрасным и чудовищно холодным кошмаром.
- Мой мир похож на крик из тьмы,
любви не видим мы,
И сколько не ори ты,
Мой мир похож на крик из тьмы.
Нас заперли в доме однажды,
с тех пор мы здесь живем напрасно,
не можем выйти, и уйти
нас сторожит князь тьмы!
Мой мир похож на крик из тьмы,
любви не видим мы,
И сколько не ори ты,
Мой мир похож на крик из тьмы.
В пепле, по колено в крови
474 – конец пути…
Здесь правила жестокие живут
Им подчиняемся беспрекословно мы,
Шаг в сторону, и нас уже убьют
Мой мир похож на крик из тьмы,
любви не видим мы,
И сколько не ори ты,
Мой мир похож на крик из тьмы…
Я проснулась, не знаю, сколько прошло времени, наступил ли день, или я проспала больше суток и снова вечер, время оказалось необъятным. Я огляделась, кости затекли от неудобной позы, и ноги сводило судорогой. Музыкант сидел напротив меня, взгляд его был черен, он смотрел сквозь меня пустыми тусклыми глазами, полными темных болот и обреченных надежд. На кровати слева никого не было, справа было темно, я не смогла различить сокамерников. Я не знала что сказать. Сказать: доброе утро или как спалось или что нового - всё это как то не вязалось с происходящим.
- Как вы? – наконец, выдавила из себя я.
-… - музыкант молчал, словно мои слова и вовсе не дошли до его слуха.
- Проснулась? – отозвался Эди.
- Ага, Гари здесь?
- Где мне еще быть? Эйлен, как сама то? – спросил Гари, сидящий на кровати в темноте.
- Я?! Ну, я все же надеялась, что это был сон. А как вы попали сюда?
- Мы с друзьями проникли в храм, а там была какая то урна…
- Вековая ваза ада, - добавил музыкант.
- Ну, короче, поспорили, кто до неё быстрее доберется, она высоко так стояла.
- И ты её украл? – спросила я.
- Нет.
- Первый добрался и дотронулся? – предположила я.
- Нет, я залез вторым,разозлившись, ударил по ней, она пошатнулась и упала, разбившись на кучу осколков. Потом видения и дверь захлопнулась, урод с секирой и я тут.
- А ты, Гари?
- Я - офицер полиции, разгоняли толпу подростков с кладбища ночью, а там с ними какая-то старая карга, ну, она меня чем-то облила, за то, что я их ритуальный котелок со всякой бредятиной разлил. Тоже видения и сюда попал.
- А ты, Эйлен? – спросил тихо музыкант.
- Я начала расследование, посетила храм, дом твой, порылась во всяких бумагах, твои коллеги встречаться со мной отказались.
- И всё? – спросил Эди.
- Ещё она нашла в храме потайную дверь, и у колодца сказала, что чего-то хочет и всё, - дополнил рассказ солист.
- Как ты узнал?
- Просто так сюда не попадают.
- И что ты загадала? – спросил Гари.
- Встретиться с солистом группы «Крест», - ответила я.
- Нет, ты загадала добраться до истины, - произнес солист.
- Нет, я не говорила этого.
- Ты этого хотела. Здесь главное чего ты хотела. Мы хотели стать самой популярной группой, и мы ею стали, только за исполнение желания надо заплатить душу.
Мы сидели, молча, пока дверь не скрипнула, и человек в мантии не кинул нам поднос с хлебом и водой.
- Кто это?
- Прислужники - те, кто согласились отдать душу, - ответил мне Эди.
- И как долго мы будем здесь.
- Вечность, - произнес музыкант.
- пока не умрем, - добавил Гари.
- Мы можем сбежать! – воодушевился Эди.
- Как?
- Эти ученики, они слабые, можно устроить побег.
- Не глупи, Эди, мы не знаем куда бежать, - ответил Гари.
- Да, и куда мы убежим? Кучка инвалидов, один отчаянный паренек, слепой полицейский, раненный музыкант и девушка, - мрачно произнес солист.
Наступило время мессы, опять пели, кого-то пытали, снова камера, это повторялось из-за дня в день, если бы не общение с солистом моя жизнь была бы адом. Посетив камеру пыток один из нас мог получить одну вещь, необходимую для жизни, добровольцем вызвался Эди, благодаря ему у нас появилась аптечка. Я перебинтовала глаза Гари, то есть то что осталось от них, после того как в них побывал раскаленный клинок. Затем я обработала раны музыканта и зашила их, после камеры пыток Эди весь день спал, его освободили от мессы. В этот день, когда мы шли по коридору, музыкант наклонился.
- Эйлен, не зови меня.
Он замолчал, и я перестала ощущать его рядом, во время мессы мне стало дурно, и я решила присесть, но кто-то поддержал меня и бархатный голос сообщил чтобы, я крепилась. Когда мы остались в затхлой камере, я спросила, где он был.
- Я гулял. Исследовал тюрьму.
- Что нового? – оживился Гари.
- Я закончил левую часть здания.
Музыкант достал блокнот, там было схематически нарисован дом.
- Но как тебя не заметили?
- У него отличный слух, - ответил Гари.
- Мы ошиблись, Гари, в левом крыле нет разрушенной стены, о которой говорил Егор.
- Тогда она есть в правом крыле! – продолжал Гари.
- Не думаю, скорее её просто нет, - пояснил музыкант.
- Егор, не врал, клянусь, он знал выход.
- Егор мертв.
- Подождите, кто этот Егор?
- Когда я попал сюда, Гари и Егор пытались убежать, тот говорил, что в левом крыле есть дыра и лишь один день, когда это можно сделать, черное посвящение.
- Что за черное посвящение?
- Когда один из заключенных решил продать душу, - пояснил Гари.
- Почему не получилось? – спросила я.
- Егор нас предал, - озлобился мягкий голос музыканта.
- Нет, Егор не мог бы так поступить. Просто он не запланировано убежал, а во время посвящения его хватились и убили, мы точно не знаем.
- Егор, хотел убежать в одиночку, так незаметнее.
- Но ты его сдал.
- Я его не сдавал, он мог бы нас предупредить, тогда бы я не стал его звать.
- Значит, мы здесь застряли? – безнадежно утвердительно спросила я.
- Эйлен, не переживай, мы еще сбежим, - обнял меня Гари.
Я проснулась от скрипа кровати, Музыкант со свечой сидел на полу, руками обхватив голову, мятые листы блокнота валялись на полу, вместе с карандашом.
- Что случилось? – спросила я.
Он словно был в своем мире и не слышал меня. Я села рядом и прочитала текст на измявшемся листе, это была новая песня.
- Не трогай! – музыкант вырвал лист из моих рук и смял в комок.
- Это новая песня?
- Да, какая тебе разница?!
- Мне нравятся твои песни, в них есть смысл, они несут какую-то истину, великую, которая вроде известна каждому, но в тоже время не доходит до нас.
- Песни, аккорды, текст, здесь всё это лишено всякого смысла. Жаль, что я не могу перестать писать.
- Почему? То есть с чего ты решил, что это надо прекращать писать?
- Мои тексты несут боль.
- Через боль люди видят истину, учатся любить.
Музыкант улыбнулся и опустил глаза.
- Мне можно почитать?
Он промолчал, и я подняла листок, только я начала читать, как он запел, волшебный голос солиста делал все слова живыми, имеющими свой скрытый смысл. После второго куплета текст песни «Крик из тьмы» прерывался.
- а дальше?
- Еще не придумал.
- Какая из песен твоя самая любимая?
- Не знаю жить мне, иль умереть,
Тоскою вечной душа горит,
Моему сердцу хочется петь,
Но забыты аккорды любви,
Я убил последнего ангела.
Я убил последнего ангела
Теперь я в полной тишине,
Мною сделан последний шаг.
[Я11] - Что? Это твоя любимая песня? Вы тогда даже не были знамениты!
- Она настоящая, её я писал не под действием наркотиков, ни под нашептыванием текстов дьяволом. А какая твоя любимая?
- Нет, я не знаю.
- Ты же фанат, у каждого фаната есть любимая песня, что нравится тебе.
- Нет, я не знаю.
- Пари, ты скажешь мне название песни, а я её спою.
- Правда? Честно, честно?
- Да. Ну?!
- Мне нравится одна песня. «Она одна»
- Нет, я не буду её петь.
- Ты обещал
- Хорошо.
Она одна, стоит в дверях, не приглашенная,
И в шорохе листьев, во мгле ночной,
Она одна, грустит о нем.
[Я12] Звуки его чудесного голоса прервались, он опустил глаза, но продолжил.
Слеза за слезой стекает с холодной щеки, не прощенные,
И в этой тиши, в скорби души,
Она одна сердце ему отдала.
Верно, верность, любовь и счастье, видели все сполна
И болью утраты уже не тронусь чужие сердца,
Стерты все слезы и гости уходят,
И гаснут повсюду в окнах огни.
Тьма поглощает, она убивает
И разъедает, спасения нет от боли в груди.
Ты стал мишенью для черной леди,
Кто-то вписал имя твое в список ее.
Рукой костлявой щеки коснулась,
Украла душу и жизнь забрала.
Снова одна, на сердце тоска,
Но работа у каждого своя.
Она уйдет, не обернется, не назовется,
И растворится Черная вдова…[Я13]
- Хорошая песня, - произнесла я.
Нас снова волокли на мессу, дыхание музыканта отсутствовало рядом, он опять ушел на поиски выхода, мне было легче стоять, казалось, я даже понимала, что они пели, или только начинала понимать. Солисту это не понравилось, зато он нашел то, что искал – выход.
- Значит, Егор не врал! – радостно произнес Гари.
- Почти, дыра находиться в правом крыле, осталось дождаться черной мессы и мы сможем сбежать! – улыбнулся музыкант.
Эта надежда свободы окрылила меня, я стала спокойнее и счастливее. Эди увели на пытки, Гари крепко спал. Мы с музыкантом сидели рядом, болтая о музыке, словно два наркомана, мы скучали по дозе звуков, нот аккордов. Вдруг он посмотрел на меня так, как еще никогда никто на меня не смотрел, ни один из моих бывших любовников не мог так сильно потревожить мою душу. Он коснулся губами моих губ в поцелуе, я почувствовала вдохновение, рождение души.
- Я люблю тебя, Эйлен, клянусь, ты выберешься отсюда.
- Только с тобой.
- Этого я не могу тебе обещать.
- Почему?
- Не спрашивай, мой ангел. У тебя такие странные перчатки, - отвлекся он, рассматривая рисунок на них.
- Это не мои, позаимствовала у подружки своего друга.
- Этот знак мне знаком, не могу вспомнить.
- Кажется, логотип чей-то фирмы.
- Не уверен.
Шел день за днем, никто не решался стать прислужником дьявола, на мессе снова назвали номер 474 и мое имя, парализовано я онемела от страха. Две прислужников потащили меня по возвышение, но тут раздался голос Эди.
- Я хочу стать демоном!
Послышался свист плети, и протяжный крик парня. Сердце колотилось так громко, что я ничего не слышала, но меня потащили на место.
- Не бойся, всё позади, - шептал бархатный голос музыканта.
Дыхание не восстанавливалось и в камере, меня бросили на пол, я руками притормозила свой полет.
- Эйлен, всё позади, всё хорошо, - гладил по плечам меня музыкант.
- Что ты наделал, дурак?! – возмущался Гари, - ты решил умереть! Обратного пути нет.
- Я знаю, но ее могли убить, да и вы спасетесь, - шутливо произнес Эди.
- Спасибо, спасибо, - я кинулась к нему на шею, обнимая, он похлопал меня по спине.
- Всё хорошо, - отозвался он.
- Ты можешь отказаться от этого ритуала? – спросила я.
- Если он откажется, то умрет, - прояснил музыкант.
- Как это?
- Если во время мессы он скажет, нет, его убьют, - объяснил Гари, - таков порядок.
- Какой ужас! Мне так жаль! – я заплакала.
- Перестань, я всегда хотел быть героем, - улыбнулся Эди.
- Ты настоящий герой, - обняла его я.
Мы готовились к побегу. Эди должны были забрать утром. Нам не хотелось прощаться. Я плакала и не могла остановиться, он отшучивался, а Гари мечтал увидеть свою семью, он и не верил, что наконец-то выберется отсюда. Прислужники забрали Эди, за нами пришли спустя несколько часов. Только один прислужник вел нас по коридору, началась потасовка, с меня содрали мешок, когда прислужник был уже мертв.
- Идем, идем, - подзывал музыкант, таща за руку меня по коридору, Гари следовал сзади. Мы то и дело останавливались, пропуская прислужников с заключенными, которых вели на черную мессу.
- Это здесь, - притаился музыкант, вглядываясь в темноту коридора, - о, боже, - сорвалось с его уст.
- Что такое? – спросил Гари, он ничего не видел.
- Да, что там? – спросила я.
- Демон. Он охраняет выход, - произнес музыкант.
Задержав своё неровное дыхание, я расслышала его огненное дыхание.
- Он спит, – всматриваясь в него, произнес музыкант, улыбнувшись, возле секиры и его руки можно пролезть.
Мы подошли вплотную к этому чудовищу.
- Ты самая худенькая, лезь первая, - сказал Гари.
Музыкант кивнул в знак согласия, я осторожно просунула ногу между огромной секирой и ручищей этого демона, затем нагнулась и пролезла на другую сторону, меня обвеяло ветерком, я была на улице. Следом полез музыкант, он протиснулся с небольшим трудом, а Гари помогал музыкант, тот совершенно ничего не видел, поэтому не мудрено, что он задел секиру, которая скатилась и дала по ноге демону, музыкант дернул Гари оттуда, повалившись с ним на холодную траву. Демон очнулся.
- Беги, - крикнул музыкант мне, но я не пошевелилась.
Он поднял Гари, мы побежали прочь, демон зарычал, пылая огнем, я чувствовала жар спиной. Он прошел сквозь стену и направился за нами. Я оглянулась, мы убегали от заброшенного кирпичного здания 2-х-3-х этажного, особо считать мне было некогда, он приближался быстро, Гари снова упал, демон бросил свою секиру в нас, музыкант толкнул меня, секира перерубила ноги упавшему Гари. Я закричала от ужаса, тот забился в конвульсиях. Музыкант дернул меня за руки, и мы снова побежали. Я никогда так быстро не бежала, демон немного остановился, убивая Гари, я плакала, мы пересекали поле с одинокими деревьями, демон догонял нас, впереди виднелась машина.
Земля ушла из-под моих ног, демон изверг из ноздрей пылающий воздух, который отбросил нас в сторону, я чувствовала запах горелой кожи, и траву под щекой, холодную и приятную. Музыкант поднял меня, за плечи.
- Ты сейчас побежишь к машине, не оборачивайся только.
- А ты?
- А я нет.
- Что?
- Некогда, пожалуйста, спасись.
Он поцеловал меня и толкнул в сторону, мы разбежались, демон погнался за ним. Я забралась в машину, в лобовом стекле я увидела, как демон нес моего музыканта в дом, от боли в груди я повалила руки на руль, а на них голову и заплакала. Он вот-вот вернется и за мной, я испугалась и завела мотор. Было темно на шоссе, я не знала, где сейчас нахожусь, и как долго хватит бензина. Во что бы ни стало, я должна спасти его, это здание казалось мне знакомым. Но сейчас я не могла вспомнить, где видела. Я увидела дом, небольшой 2-х этажный особняк. Загородный дом музыканта, я притормозила и подошла ближе. Света в окнах не было, вероятно, тут давно никого не было. Я перелезла через каменный забор и подошла к дому, заглядывая в окна. Всё было туманно. Собравшись с силой, я разбила стекло, и порезала руку, у локтя, так как кисти были защищены перчатками, освободив от стекла окно, я пролезла внутрь. Первый делом я растопила камин, он был газовый, спички лежали рядом, я грелась, хотя меня в большей степени трясло от страха. Дальше я отправилась на кухню, пищи особо не было, не считая замороженных насмерть сосисок в оболочке. Я перерыла шкаф и нашла нож, освободив сосиски от обертки, я бросилась жадно разгрызать их, от холода сводило зубы, но это была самая вкусная еда за всю мою жизнь. Я включила электрочайник и направилась в ванную, там был душ, горячая вода окатила меня, я вздохнула от наслаждения, я жевала сосиски, стоя под горячим душем, доставая одну за другой из упаковки. Затем закуталась в теплый длинный мужской халат, бросив свою одежду стирать в машинку. Я спустилась вниз с пакетом промокших сосисок, налила себе чай и устроилась у камина. Я съела целую упаковку этих полуфабрикатов и немного согрелась от чая. От усталости я уснула на ковре.
Блестел рассвет, я чувствовала каждую мышцу, кости ломило. Пока чайник грелся, я поставила «быстросуп» в микроволновку и, жуя чипсы, пошла бродить по дому, внизу был подвал с акустическими гитарами, барной стойкой и небольшой сценой. Но моё внимание привлекла стена, там, в рамочках висели вырезки из газет. На одной из них была лечебница для душевнобольных, сгоревшая по злому умыслу пациентов, они захватили медперсонал и сожгли лечебницу вместе с собой и персоналом, никого не спасли. Я чуть не подавилась, рассмотрев фотографию, это было то здание, где нас держали. Я пошатнулась, и бегом направилась оттуда, но путь мой был недолгий, я задела журнальный столик, свалила с него, все, что есть и сильно ударила ногу. Сразу появился синяк, пока слезы текли из глаз, я растирала руками больную ногу.
- Черт! – пихнула я стол, среди журналов я увидела красивый старинный серебряный крест на цепочке и пистолет.
Я положила эти вещи в карман и направилась в ванную, оделась в свои шмотки и сапоги, тут я послышала шорохи внизу. Я прилегла ухом к двери.
- Так, я на кухню, ты в зал, - говорил полицейский.
- Вы думаете, он вломился в свой дом? – спросил противный высокомерный голос женщины, вероятно, девушки солиста.
- Мы должны проверить, по крайней мере, взломщик здесь, чайник горячий, - заметил первый.
Я открыла окно, и вылезла на подоконник, по тонюсенькому бортику, держась за проем окна, я хотела перебраться на крышу гаража, соединенного с домом. Потому как прыгать со второго этажа мне изначально не понравилось, но зацепиться было практически не за что, и я сорвалась, приземлившись на бок. Вся правая сторона горела огнем, я подумала, что сломала бедро, но всё же мне удалось встать, сильно хромая я направилась к машине, тут из задней двери дома вышел полицейский и окрикнул меня, направив пистолет в мою сторону.
- Стоять, я буду стрелять.
Я нащупала пистолет в кармане и резко направила в сторону полицейского, он быстро спрятался за дверью, выглядывая.
- Бросьте оружие! – кричал он.
Я нажала на курок и выстрелила. Не знаю куда попала, но боль от выстрела отдалась в плече, никогда не думала, что так больно от отдачи. Как можно скорее я кинулась бежать к машине. Из главного входа вышел второй полицейский, я пригрозила ему оружием, и он вновь спрятался за дверь, я кинулась бежать дальше, тут мне вслед засвистели пули, я нагнулась и добежала до машины полицейских, дверь была открыта. Я пыталась завести машину, удалось не с первого раза, но удалось. Выехав на шоссе, я умчалась прочь. По GPRS я нашла лечебницу и погнала туда. На путь до нее ушло несколько часов, днем это место выглядело по-другому. В машине я нашла дробовик и бронежилет, но второе мне явно не понадобиться. Вооружившись двумя оружьями, дробовик я повесила через плечо, а пистолет взяла в руки. Я тихонько вошла внутрь, пахло кровью. Слышалось пение, я осторожно направилась в главный зал, около сотни людей стояло на коленях, все в повязках на глазах. Демон стоял в середине зала, прислужники были в темных одеяниях, их было достаточно много, кто-то стоял рядом с демоном в темной рясе, двое прислужников тащили труп женщины. Я никак не могла найти его среди пленников. Тут послышался шорох за спиной, это был прислужник, он направился ко мне, одной рукой он бросил меня в зал, каменный стол встретил меня недружелюбно, я направила в его сторону пистолет и выстрела. К моему удивлению я попала, и прислужник упал на пол, умирая.
- Никакие вы не бессмертные! – крикнула я.
Пленники срывали повязки с глаз, и нападали на прислужников, я пыталась найти музыканта, пытаясь избегать стычек с прислужниками, всё же стреляла я отвратительно. Тут возник один, повалил меня на пол, я выронила свой пистолет, сопротивлялась, толкнула его со всей силой ногой, он упал, и с его головы спал капюшон. Я потеряла дар речи, это был музыкант. Двое схватили меня сзади, музыкант поднялся, сотрясая пол, подошел демон.
- Убей ее, докажи преданность! – словно гром прозвучал рык огромного демона.
- Нет, пожалуйста, не надо, это же я – Эйлен. Я люблю тебя, - сорвалось сквозь слезы мои слова.
Музыкант приблизился ко мне, в руках его сверкнул меч, я зажмурила от ужаса глаза, не слыша ничего кроме своего сердцебиения. Но вместо боли, я почувствовала тепло его губ, он поцеловал меня, я открыла глаза и улыбнулась, но в это время почувствовала жжение в руке, я начала кричать и вырываться, и в этот миг я словно потеряла контроль над телом, всё видела, но не могла пошевелиться, а кто-то поселился во мне. Эйлен выпрямилась, прислужники отлетели в сторону. Облик девушки изменился, она запылала, словно огненный элементаль, выросли симпатичные рога, волосы превратились в языки пламени. Она стала демонессой.
- Жалкий смертный, ты не прошел испытание, твоя душа не станет демоном, тебя ждет вечное рабство слуги, - произнес коварный голос демонессы.
- Не может быть, это не миф, - покачнулся назад музыкант, - Владычица!
- Верно! Адом правит не князь тьмы, а я, его совсем не существует, я и только я повелеваю царством темным.
- Оставь Эйлен в покое!
- Эйлен не существует, глупец, я создала ее, чтобы испытать твою верность мне.
- Я тебе не верю.
- Не веришь мне?! – она засмеялась, сотрясая стены грохотом, - смотри.
Владычица сняла перчатку, там, на запястье красовался тот же знак, что и на перчатке, знак безжалостной владычицы.
- Нет! Она была настоящей.
- Убейте его, я хочу побыстрей забрать его в ад, - произнесла она.
- Как прикажите, госпожа, - произнес демон и направился к музыканту, занося секиру для удара.
Музыкант бросился на владычицу с ножом, но он отлетел в сторону, демон поступал ближе с огромной секирой наперевес, но от его ударов было легко уклониться, однако это требовало много сил, радовало то, что как прислужник он получил силу. На полу засверкало что-то знакомое, крест, музыкант кинулся туда. Лишь крест оказался в его руках, как тот засветился, он вспомнил, что в одной книге, говорилось о портале между мирами. Собрав все силы, музыкант кинулся к владычице, всадив ей пулю в плечо, из пистолета, который подобрал. Она упала, он подскочил к ней и сжал крестик к ее руке, зажмурив от света глаза. Я очнулась в его объятьях, всё исчезло. В зале никого не было, только он и я.
- Ты жив!
- Мы вернулись, - почти плача от радости произнес он и осмотрел мою руку, там была татуировка знака владычицы.
- Это мне сделал один араб в эмиратах, около года назад, - пояснила я.
- Надо свисти ее, это плохой знак, таким образом, они заманили тебя.
- Я так рада, что кошмар закончился, - попыталась я его обнять, но почувствовала жгучую боль в плече.
- Извини, пришлось стрельнуть в плечо, я чудом не убил тебя. Вставай, тебе нужно в больницу.
Он встал и помог мне подняться. Рана горела, мы направились к выходу, он держал меня за талию, почти несся. Послышались голоса полицейских, вероятно, они вычислили месторасположение машины.
- Копы? – озадачено спросил он.
- Я как бы украла у них тачку и стреляла в них.
- Тогда идем через нашу дыру.
Мы вылезли с другой стороны через дыру в стене, откуда бежали, направляясь прочь.
- Жаль Гари и Эди, - с грустью вспомнила я.
- Жаль. Сейчас дойдем до дерева, я сделаю тебе перевязку, потом выйдем на шоссе и попробуем поймать машину до больницы.
- А что будет потом?
Он промолчал. Кровь каплями падала с моего плеча на твердую и холодную, как металл траву, своим теплом растопляя мороз, придавая ей противный железный запах…
Ноябрь 2013 год
[A1]Песня «Начало»
[A2]Песня «Под страхом»
[A3]Песня «Оковы зла»
[A4]Песня «Бегство от Страха»
[A5]Песня «Бегство от Страха»
[A6]Песня «Неправедный Путь»
[A7]Песня «Прощение»
[A8]Песня «Под страхом»
[Н9]Песня «Прощение»
[Н10]Песня «Под страхом»
[Я11]Песня «Я убил последнего ангела»
[Я12]Песня «Она одна»
[Я13]Песня «Она одна»
Спасибо за чтение
Вернуться к книге