
Костяной пир Самайна (Версия «Симптом»)
Вертолёт Фонда трещал над опушкой, как раздражённый механический шершень. Сквозь вой винтов и статику в наушниках пробивался голос оператора, но доктор Эмили Вэй его уже не слушала. Её челюсть была сжата так, что сводило скулы, однако причина была не в страхе.
Земля под её ногами вздыбилась, и из трещин вырвались столбы светящейся слизи, целенаправленные и разумные, как щупальца.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Вертолёт Фонда трещал над опушкой, как раздражённый механический шершень. Сквозь вой винтов и статику в наушниках пробивался голос оператора, но доктор Эмили Вэй его уже не слушала.Её челюсть была сжата так, что сводило скулы, однако причина была не в страхе. Страх — это что-то острое, быстрое, адреналиновое. То, что она чувствовала сейчас было тяжелее и неотвратимее. Это было знание. Оно подползло к ней не сегодня, а где-то пару недель назад, начавшись с лёгкого першения в горле, которое она списала на осеннюю простуду и дерьмовый кофе в столовой Фонда.Она отщелкнула рацию. Голос оператора захлебнулся в мертвой тишине.— Я в курсе, — бросила она в никуда. — Я и есть тот самый сигнал тревоги.Сержант О’Нил, его лицо было похоже на старую, добротно выделанную кожу, смотрел на неё, ожидая приказа. В его глазах читалась простая солдатская надежда: шеф знает, что делать. Шеф всегда зна…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0