Компенсатор

Глава 1

Катастрофа постигла Егора в середине июля, когда он, вышедши из торгового центра, на секунду нырнул в инфообъём за новым хитом «LLeo».

Стоял непреодолимый зной. Небо было даже не голубым, а каким-то почти бесцветным. Воздух, высушенный южным солнцем на месяц вперёд, гудел и звенел как трансформатор.

Фонтан на площади искрил брызгами, его облепила голоногая детвора. Подмурлыкивая «LLeo», Егор приблизился к парапету (захотелось, понимаешь, подставить ладонь под тугую режущую струю) — ну и получил увесистую плюху от влажного неловкого тела, поскользнулся, ловя равновесие, взмахнул руками, и …оппа!.. компенсатор вылетел из карманчика безрукавки прямо на мокрую плитку и тут же хрупнул под чьей-то пяткой.

Словно всю звуковую палитру смели одним молниеносным движением. Тенор «LLeo», визг мелюзги у фонтана, рычание мчащих по проспекту машин, рекламные джинглы с экрана над входом в торговый центр — всё поглотила шипящая раскатистая волна. Егора накрыло так, что он почти перестал чувствовать собственное тело, руки и ноги стали чужими, негнущимися палками, а в голове огромный осьминог сжался до размеров яблока и затаился, оглушённый и напуганный.

Видок у Егора, наверное, был соответствующий. Какая-то женщина в белом блузоне, ухватив его за локоть и беззвучно разевая рот, что-то кричала ему прямо в лицо. Хотела помочь? Егор ладонью похлопал её по запястью и, пробуя перекрыть шипение в голове, не слыша себя, то ли просипел, то ли проорал на пределе:

— Сам... Сам!

«Был же ещё один компенсатор», — написал Егор.

«Был», — написал отец. — «Потерялся во время переезда».

«И что теперь?»

«Чужой не подойдёт, ты же знаешь. Я заказал новый. Срок исполнения месяц. Биомасса растёт долго».

«А быстрее никак?»

Отец развёл руками. Потом стал говорить в микрофон. Буквы проявлялись на экране смартфона, складываясь в слова.

— Если отключить инфообъём, а потом снова включить, может понадобиться перепрошивка. А оно нам надо? Сейчас такие мозголомы повсюду… Ты же не хочешь стать овощем в тринадцать лет?

Егор угрюмо помотал головой.

— Поедешь к деду, — решил отец. — Там воздействие будет поменьше. Природа, то, сё. Перетерпишь. Считай, что это такая «тишина». — И улыбнулся на пробу: — Почти как твоя «негромкая» музыка.

Егор густо покраснел и уставился в окно.

— Вы совсем там с ума посходили? — пророкотал дед Миша. — Нет, ну я понимаю — тырнет, включил компьютер, открыл страничку, почитал, посмотрел разных… бабьёв… А это что ж? Прямо в голову тебе льётся? Миллион голосов? Со всего мира?

— Почти, — проартикулировал Егор одними губами. — Оно не само. По запросу.

Самое интересное, что деда он слышал. И довольно неплохо. Системный шум стал заметно тише.

— Всё равно, — сказал дед. — Не одобряю! На кой оно?

Он поднимал Егора в шесть утра и гнал его к колодцу. Там обливал внука холодной водой и обливался сам, после чего махал руками и ногами, приседал и отжимался. Глядя на свежего, совсем ещё не дряхлого деда, Егор старался не ударить в грязь лицом. Они ходили по грибы и на рыбалку, дед обучил его колоть дрова, махать веником в русской бане и пить чай из блюдца в прикуску с рафинадом.

За домом у него была устроена пасека. Пчёлы трудились от зари до зари. Егор сначала побаивался, приближался только в накомарнике и с дымарём в руках, но быстро вошёл во вкус, помогал деду качать гречишный и липовый мёд.

По вечерам пристрастился глядеть на закат. Медное солнце подолгу висело над лесом, а потом вдруг словно бы падало в тёмный мешок, и сразу наступала ночь. А по утрам где-то неподалеку пел соловей и трава после ночи была мокрой и настоящей.

В голове уже почти не шумело. Однажды он на пробу развернул скрин входа в инфообъём, но навстречу выскочил и замигал красный восклицательный знак. Егор поспешно сделал отмену. Решил было пожаловаться деду, но тот, узрев мину внука, лишь хитро прищурился и встопорщил усы.

К концу августа за ним приехал отец.

Вылез из автомобиля, спустился к реке, постоял минуту, потом скинул одежду и широкими саженями поплыл до того берега и обратно. Вылез и долго отфыркивался.

— Пап, а уже совсем не шумит, — похвастал Егор, когда они сели завтракать.

— Само собой, — сказал отец, усмехаясь. — Тебя на второй день отключили.

— А как же… эти… мозголомы… перепрошивка?..

— Считай, это был урок. Вот, держи! — Отец выложил на стол синюю «мыльницу» компенсатора. — Активируется по отпечатку пальца.

Егор положил компенсатор на ладонь. Осторожно поскрёб его ногтем. Спросил вдруг:

— Ты не обидишься?

Открыл коробочку. Вынул из неё розовый параллелепипед, похожий на кусочек пастилы, и медленно опустил его в мусорное ведро. Затем плеснул в «мыльницу» молока из кувшина и поставил на пол. Почмокал, подзывая.

Из угла комнаты к поилке с молоком косолапо засеменил толстый лобастый щенок, которого дед Миша принёс накануне.