Кофейный монолог

Глава 1

Люди – существа до ужаса консервативные.

Идём до школы ли, работы ли, мы всегда выбираем старые, проверенные пути. Предпочитаем стричься у знакомого парикмахера, старясь не менять его. Ездим отдыхать туда, где нам казалось наиболее комфортно.

Когда мы это замечаем, то будто одёргиваем себя мыслью «А почему я это делаю? Почему бы не сделать иначе?». Ну, мы привыкли делать так, а не иначе. Мы уже знаем, что этот способ проверенный, и потому неустанно повторяем его, даже не задумываясь, а что если бы выбрали другую дорогу.

Я всегда пил кофе по утрам. Причём как можно более ранним утром. Я не видел иной развилки, это был обязательный ритуал начала дня.

В часов шесть, или даже пять, я завариваю себе солидную кружку тёмного и горького напитка. Никогда не добавляю в него сахар – от этого он кажется приторным и ненастоящим. Будто мне пытаются выдать одного человека за другого, нарядив в ту же одежду и придав ему ту же внешность.

Когда обычный человек пьёт кофе, для него не существует вкус, цвет или запах напитка. Для него важно только наличие кофеина и, как результат в будущем, заряд бодрости. Практическая польза - это то, что мы рассматриваем в первую очередь.

Такие же люди как я, пьют кофе наслаждаясь. Да, его могут пить и обычные люди с наслаждением, но это и близко не приблизится к нашим ощущениям. Хотите, называйте нас «кофеманами», суть не изменится: мы все по-разному воспринимаем этот процесс.

Я всегда полной грудью вдыхал аромат кофе – он слегка резкий, всегда тёплый. Но сначала это лишь слабые отголоски. По настоящему глубоким он становится лишь спустя пару минут после приготовления, и лишь тогда ты можешь утверждать, что чувствовал этот блаженнейший из запахов.

Мне нравится горький вкус кофе. Нравится его крепость. Нравится, что он не пытается быть приторным, сладким. Кажется, что будь напитки людьми, кофе был бы самым честным из них. Грубым, прямолинейным, не всем нравящимся, но из его уст лилась бы истина.

Кто-то попытался бы замаскировать горчинку правды сладким дополнением лжи – сахарные пустые отговорки, неуверенные обещания из топингов, или же новый собеседник – приторный и сладкий, такой удобный нам десерт.

Но это всё пустое для меня. Пустое потому, что мне не нужна сладость для принятия горькости этого кофе. Я вдыхаю его аромат с тем спокойствием, с которым храбрец стоит под пулями – где-то глубоко в груди что-то предвкушающее клокочет, будто ещё мгновение, и наружу вырвется разрушительная сила, что поглотит меня полностью.

Я пью свой горький кофе, пока двор пытается очнуться от сна. Он всегда просыпается медленно и неохотно, будто гигант, пробудившийся от многолетней спячки.

Его обитатели многочисленны, но пока что на свет вышли очень немногие.

Только те, кому есть необходимость в такое раннее время выйти из своей маленькой крепости, называемой «домом». Те, кто устал уже от своих собственных четырёх углов, или же не имеют даже одного.

Дворовые псы, снуют по пока ещё пустым улицам, надеясь протянуть до вечера. В их хаотичных, быстрых движениях чувствуется нарастающее отчаяние. Они с надеждой копошатся у мусорных баков, надеясь, что ещё можно урвать хоть что-то.

Они были кому-то нужны когда-то, а теперь стали лишними, и такова их участь. Искать хоть какой-то кусок, чтобы протянуть ещё день. Если только не появится благородный спаситель.

Им точно буду не я. Мне жалко их. До боли в сердце жалко. Но я лишь продолжаю сидеть на твёрдом стуле со своим кофе, пока псы не исчезают из вида.

Нет, я не герой.

Я просто человек. Это, кажется, мы умеем делать лучше всего – наблюдать и делать выводы. Я ничем не отличаюсь. Возможно, я задержусь немного подольше на объявлении о помощи приюту. Может, даже пожертвую им несколько лишних купюр.

Но героем я от этого не стану.

Таково «кофе» нашей жизни. Придётся пить его залпом, обжигаясь и давясь, если не хочешь чувствовать горечь правды. Правда, пить тебе его всё равно придётся, так какой смысл не воспринимать эту горечь, если она в любом случае останется?

Я приметил неопрятного, хмурого старика, медленно плетущегося по улице. Издалека можно принять его за очередного попрошайку. Но он не бездомный, нет. Много раз всем доводилось видеть, как он доходит до подъезда, и слегка трясущимися руками доставал связку ключей, открывая стальную дверь.

Никто не знает его имени, фамилии. Даже квартиру и этаж его мало кто помнит. Все кличут его Пустым, потому что история его для обитателей двора пуста.

Дурацкая кличка. Не идёт старику. Хотя бы потому, что внутри он богаче, чем большинство снаружи. Это единственный человек, с кем я здороваюсь при встрече и интересуюсь его делами.

Я не слышу той неискренности и фальши, что льются, как из рога изобилия, при встрече с большинством соседей.

Он лаконичен и прямолинеен. Порою с ним горько разговаривать, но это приятная горечь.

Я думаю, ему бы лучше подошло прозвище «Кофе». Когда я сказал ему об этом, он лишь махнул рукой и сказал:

- Дрянь твой кофе. Чай – вот оно, чудо человечества.

Я не стал спорить.

Если для старика жизнь это «Чай», значит, он его видит «Чаем».

Для меня жизнь – это «Кофе». Такая же горькая, тёмная и крепкая. Многие будут ей давиться, пытаться подсластить или пытаться заменить.

Я буду пить жизнь так, как пью свой кофе утром.