Кофе со вкусом слёз

Глава 1: "Ощущения"

Всё начинается с тёплого гула. Отдаленный шёпот, больше похожий на то как закипает вода. Но нет звуков. В этот момент всё начинает осторожно замедлять свой темп. Само время будто замедляется. Концентрация. Лишь тихие мыли, те волны, что ты пытаешься поймать, не видя, что вообще ты ловишь.

А потом... Резко. Удар. Всплеск. Вода наконец закипает. Ты пытаешься ухватить хоть одну ниточку в океане нахлынувшего потока сознания. Ты пытаешься записать это на бумагу, на диктофон, в заметки. Куда угодно, лишь бы сохранить в физическом воплощение такие призрачные, но такие чёткие идеи.

И вот огонь в глазах. Перевозбуждение от эмоций и чувств. От осознания возможностей твоего мозга... И ведь в минуты покоя ты такого не ощутишь. И ты осознаешь это.

Я осознавала это каждый раз, когда мне в голову приходили гениальные идеи. Я как самый последний безумец срывалась с места, стараясь не говорить, не слушать. Я уходила в отдаленный уголок, порой даже выключала музыку, что могла как раз меня и вдохновить, лишь бы не сбить этот неистовый поток лишними звуками.

И всё замирало. И тебе уже плевать на твою работу, плевать и на уборку, и на переваренную лапшу, и на голод, и даже возможно на сильно озябшие на морозе руки. Ты продолжаешь писать. Ты продолжаешь фиксировать всё: каждый вздох твоего проснувшегося сознания творца, каждый порыв.

И в моменты осознания твоего гения, тогда, когда всё уже позади, ты сидишь за чашкой утреннего кофе, а из глаз начинают медленно течь слёзы. И они неумолимо смешиваются с горьковато-сладким и таким родным вкусом. И чувством своего одиночества.

Глава 2: "Навождение"

Я уже долгое время ощущаю себя странно. Будто бы моя личность как человека творческого разделена на двое. Она разрознена, и столь непостоянна, что порой мне становиться страшно от самой себя.

Одна моя часть как взрослый собранный человек. Аналитик, менеджер, организатор и якорь. Моё здравомыслие, мой голос разума.

Вторая же — ребёнок. А если говорить точнее — тот подросток, что навсегда остался в своём четырнадцатом дне рождения. Неугомонный, взбалмошный, инфантильный и абсолютно несобранный. Но такой... Живой. Он моё дыхание, те мои гениальные абсурдные идеи, то навождение "от мыслей к чувствам".

Порой в особые моменты моей осознанности я понимают, что это разрозненность медленно сводит меня с ума, а порой понимаю, что этот странный союз лучшее, что могло быть созданно. И даже могу поймать их незримый прерывистый диалог:

"Стоп! Не стоит воспринимать чужое мнение всерьёз. Сконцентрируйся на выполнении своих обязанностей!"

"Но они ведь сказали, что я никому не нужна! Точнее, они этого не говорили, но я слышала! Слышала этот тон отвращения в голосе, этот намёк на мою никчемность!"

"Факты, опирайся на факты!"

"Факты ничего не значат! За всю мою, пока ещё не столь долгую, жизнь, интуиция никогда меня не подводила! Они снова поставят на мне крест, отвернуться и забудут! Даже Она..."

"Ты же знаешь, что Она никогда не отвернётся от тебя. Она такая же. Она тоже боится этой всепоглощающей пустоты. Но это ничего не значит. Никогда не значило... Если никто из них не мешает моему тихому существованию мне плевать".

"Не ври себе! Ты лишь делаешь вид, что всё хорошо! Ты же понимаешь, что с тобой не всё в порядке! Так почему же?.."

"Ты что так уверенна, что им не плевать? Ты же уже пыталась быть доброй. Пыталась достучаться до них, показать какая же ты у нас полезная, такая хорошая и всё такое. А что в итоге? Всё чему тебя учили оказалось пустым звуком задавленном в топоте всеобщей безжалостности. Даже когда ты в тот раз спорила со своей "матушкой", помнишь что она тогда тебе сказала на твой колкий аргумент?"

"Как ты к миру так и он к тебе..."

"Оказалось ли это правдой?"

"..."

Глава 3: "Мысли"

Ком в горле стоит такой, что кажется дышать становиться тяжелее. Горьковато-сладкий вкус вроде и доходит до желудка обжигающим потоком, но будто ничуть не помогает проглотить сгусток тяжести.

Повернулась к окну: такой новый и такой привычный для меня, пейзаж стал почти бесцветным.

Уже конец осени...

Я не хочу списывать это на обычную сезонную депрессию, ведь тогда я начну оправдываться. По крайней мере мне так кажется...

Туман из капель мелкой мороси застилает всё до горизонта. Серая бездушная красота манит своей отчужденостью и тишиной. Мне бы и хотелось выйти на улицу, выдохнуть чуть влажного холодного воздуха, так чтобы в лёгких начало жечь, выпустить облако пара, похрустеть остатками выпавшего снега... Но одна лишь мысль о слякоти и противных звуках мира почему-то меня останавливала.

"Я так и не сделала гербарий..." — мне вспомнились последние яркие краски: жёлтые листья берёз и остатки от красновато-бурых гроздьев рябины.

А ещё я вспомнила про физалис, который я заметила ещё в конце лета у нашего подъезда. "Удивительно..." — подумала я тогда, но каждый раз неумолимо проходила мимо с тем диким желанием забрать хоть одну маленькую оранжевую коробочку домой.

Я не знаю что тогда меня останавливало... Возможно на это было множество причин, которые я не хотела озвучивать даже себе. Заметила, что не разглядывала его больше. Он наверное так и лежит там, засохжий, полусгнивший, под тонким слоем ноябрьского снега. А я так и не забрала его к себе.

Глава 4: "Тревога"

Сегодня, после пробуждения, я снова пыталась сесть за рисование. Да, когда я говорю кому-то о том, что что помимо писательства ещё и рисую это вызывает некое подобие уважения и даже тихого восхищения, но я чувствую, что им всё равно плевать.

Ни карандаш, ни стилус в руки не шли. Хотя вчера такой проблемы не наблюдалось. Да вчера много чего не наблюдалось в особенности такого необычайно красивого тумана. Он сегодня с самого утра стоит, и до сих пор те строющиеся многоэтажки в соседнем квартале... Их тоже затянуло водной плёнкой. Не видно даже сигнальных огней.

Мысли порой уходят в сторону. Очень далеко в сторону. Даже иногда не замечаю, что говоря о том, какой фильм я смотрела или какая сегодня погода, я как-то могу перейти к теме взаимоотношений с моей "матушкой".

Не люблю эту тему... Как в целом и любые другие темы связанные с моей семьёй.

Я всё ещё тревожусь на счёт того, что могу являтся для неё нежеланным ребёнком. Зачем мне об этом думать? Я же давно съехала от неё, давно стала самостоятельной и... взрослой.

Слезы с новой силой начали подступать к глазам. Я каждый раз плачу, когда думаю на эти неприятные мне темы. Но мой тревожный разум не может о них не думать. Это своего рода эмоцианальная встряска, выплеск негатива, что вечно копиться во мне не находя выхода, особенно когда я на публике.

"Опять прячешь всё в себе? Хорошо. Продолжай и они никогда не увидят ту боль, что ты несёшь. А особенно... Я надеюсь, что Она не увидит..."

"Прошу, прекрати скрывать эмоции, покажи, что ты тоже живая, что ты не просто человек... Что ты личность..."

"Это непрофессионально! Как ты себе это представляешь? Ты ведь не с маленькими детьми разговариваешь. Они взрослые люди всё таки, и нюни не распускают. Что они подумают?"

"Что инфантильная малолетка была "допущена" до работы с ними. Ты ведь это хотела сказать?! Разве тебе не наплевать, что они думают? С чего ты резко меняешь своё мнение?"

"Нам всё таки с ними работать, не забывай это. Ты ведь не хочешь работать рядом с человеком который видел как ты плачешь?"

Глава 5: "Безвкусица"

Перечитывая свои записи мне кажется, будто я читаю записки сумасшедшего. Завораживающее и одновременно отвратительное зрелище. Видеть как ты раздираешь себя изнутри потоком мыслей, которые ты не можешь заглушить.

Слёзы окончательно высохли, оставив лёгкую стянутость и солоноватый привкус на губах. Сделала ещё один глоток. Вкус перебился, но не до конца.

Вспомнила недавний разговор с Ней. В моменте подумала, что не хочу открываться перед ней полностью. Никогда. Только не перед ней.

Она догадывается о том, что я не всё Ей показываю, догадывается, что я несу тоже бремя собственных чувств сокрытых за семью замками в душе. Я боюсь, что если Она полезет туда, то увидит только гниль. Даже не перегной. Гниль. То, что осталось от наивной девичьей души. Я боюсь, что Она окажется слишком смелой, слишком решительной, что Она раскопает слишком глубоко и за всеми этими слоями Она увидит самый прекрасный и самый нежный цветок. Который к моему ужасу сможет полюбить...

Что я вообще пишу?! Это даже не записки сумасшедшего! Больше похоже на отголоски последних здравых мыслей наглухо отбитого, умолишенного человека! Безвкусица! Я глубоко сочувствую всем тем, кто будет читать (не дай бог и перечитывать) данное творение. В таком случае думаю уже можно начать сочувствовать себе. Ведь зная, что я возможно захочу что-то исправить в этих записях, я вернусь и перечитаю. Как перечитываю по сотни раз и остальные свои тексты.

И вот опять... Казалось, что всё уляжется, что я успокоюсь, но слезы начались с новой силой. Смахнула. Попыталась отогнать навождение.

Концентрация. Не думай. Не о Ней. Особенно, не о Ней. Просто чувствуй. Ощущай вкус кофе на засоленных губах.

Напиток перестал быть обжигающим. Остыл. Допила остатки залпом. Больше не греет так как пару минут назад. Зачем-то резко встала. Ноги на секунду затекли от резкой смены положения.

"Что я вообще делаю?........"

Глава 6: "Тишина"

Может хватит уже мучать себя и других?

Просто живи.

Не думай о том, что ты когда-то сможешь перестать размышлять об истинной природе своих чувств. Но и не переставай ощущать движение своих мыслей. Ведь это то, что делает тебя тобой.

Пусть и немного отбитой. Пусть и со своими тараканами, со своей гнилью. Но всё такой же прекрасной. Вдохновляющей и удивительной...

Кофе допит. Осознала, что мало одной чашки. Молоко закончилось. Без молока пить неохота. Выходить в эту слякоть за ним тоже неохота.

Прибрала за собой. Вышла с кухни. Даже умываться не стала, зашла в свою комнату. Решила всё же порисовать. Вспомнила о Ней. Больше не было ни боли, ни слёз. Взяла свой любимый блокнот, в котором старалась рисовать при любой возможности. Пустая страница, автоматический карандаш. Одно движение, затем другое, третье. Портрет выходил на удивление живым и точным. Да, не сильно идеальным или реалистичным, но именно что точным. Я уже делала Её портреты раньше. Не только в этом блокноте, но и в других, и на отдельных листочках, ин а черновиках от текстов. В профиль и в анфас. Но сейчас... Сейчас вырисовывая по памяти получилось лучше чем, когда Она позволила делать это с натуры. Почувствовала тепло, что согревало лучше любого кофе.

За окном ещё стоял водянистый туман. Подходя к окну, попыталась всмотреться в размытые призрачные силуэты домов. Опустила взгляд. На детской площадке было тихо. Хотя нет... Кто-то только что вышел из подъезда в доме напротив. С собакой. Вспомнила о том, что тоже когда-то хотела себе собаку, но когда переехала поняла, что не так уж мне и нужно было.

И тишина наконец заполнила мой разум. Такая тишина, что даже не захотелось снова заглушать её ни умными мыслями, ни музыкой, ни чем либо ещё.