Кладоискатель

Глава 1

Люди по разному зарабатывают деньги – кто-то больше, кто-то меньше. По большому счёту существует лишь два способа заработка: честный и нечестный, то есть криминальный. Но, оказывается, существует и третий… как ни странно это звучит: полукриминальный — кладоискательство.

Остались ли ещё в наше время клады? Безусловно. Иначе не колесили бы по всей стране тысячи, а быть может, и сотни тысяч кладоискателей и любителей приключений. Никто не будет обрабатывать ниву, не надеясь получить урожай.

Но ох как не просто даются в руки современников древние сокровища! Подчас они требуют за обладание собой очень высокую цену. И нередко цена эта — жизнь самого кладоискателя.

***

Группа рабочих, с оживлённым гомоном, поднималась на второй этаж нежилого особнячка, предназначенного под снос. Их задача было снять и утилизировать всё, что ещё сгодилось бы в дело: уцелевшую черепицу, доски, изразцы, коими была облицована старинная печь.

— Ох, ребята, чувствую, найдём мы сегодня клад, — сказал самый молодой из них. — Больно уж печь там жирная.

— Ага, — отозвался пожилой рабочий, — я посмотрю, какой ты после поисков станешь. Мамка не узнает.

Но смех резко оборвался, когда рабочие вошли в большую комнату, некогда, по всей видимости, служившей гостиной. Около стены возвышалась огромная куча строительного мусора, из-под которой высовывалась рука.

***

Дмитрий Константинович Бойков, или просто Дима, как называли его соседи по коммунальной квартире, поскольку он не достиг ещё двадцатипятилетнего возраста, был кладоискателем. Однако никто из соседей даже не догадывался, о роде деятельности Димы, считая его геологом.

Он колесил по нашей огромной стране, почти никогда не посещая большие города. В больших городах люди имели привычку гулять до утра, что очень мешало его работе. В малых же народ ложился спать рано, причём, чем меньше был населённый пункт, — тем раньше. Отыскивал в таком городке или посёлке расселённое (а иногда ещё с жильцами) здание, предназначенное под снос, и обследовал его. Правда, часть времени, и немалую, приходилось проводить в пыльных архивах и библиотеках, выискивая сведения об объекте, который собирался вскрыть. Но здесь уж ничего не поделаешь, таковы издержки профессии.

Несколько раз, за ещё сравнительно короткий стаж, Диме везло. Однажды нашёл в стене старого дома, изящную шкатулку с золотыми монетами. С дохода от продажи монет жил по сей день. Второй раз у него едва не зашлось сердце от радости, когда во время очередного набега, едва не на голову, свалился металлический ящик. Но каково же было разочарование, когда обнаружил вместо золота и бриллиантов, толстые пачки царских купюр, пригодных разве что для продажи коллекционерам.

На этот раз, вопреки своим правилам, он направлялся в столицу нашего государства. Кпоездке его побудили слухи о реставрации и, возможно, полной перестройки старейшей улицы первопрестольной — Арбата. Искушение было слишком велико. Дима почувствовал, что это шанс…

— Что, Дмитрий, опять в командировку? — спросил сидящий на лавочке у подъезда старичок с палочкой.

— Опять, дядь Коль, — вздохнул Дима.

— Куда теперь?

— Пока в Москву.

— Ну, счастливо.

— Спасибо, дядь Коль

Московские знакомые встретили его внешне радушно… Окончательно же успокоились после того, как Дмитрий заверил, что в столицу на несколько дней и, вероятно, сегодня же переедет в гостиницу. Разумеется, те не подозревали, чем он занимался. И что больше всего импонировало ему в столичных жителях, даже не интересовались этим.

Дима решил не откладывать дело в долгий ящик и в тот же день отправился на Арбат. Но сколько не прохаживался по легендарной улице, заглядывал в каждый дворик, ничего похожего на реставрацию, и даже на косметический ремонт, не обнаружил.

Наконец, когда он совсем отчаялся и уже думал, что зря приехал в Москву, в конце улицы, увидел прекрасное двухэтажное здание, вокруг которого суетилось около десятка рабочих. С точки зрения архитектуры, дом ничем не был примечателен — приземист, с маленькими окнами и даже без колонн у входа. Но для Димы прекраснее здания не существовало. Наверное, здесь когда-то жил купчина, не отличавшийся утончённым вкусом, но зато баснословно богатый, вероятно, часть своих сбережений припрятавший где-то в доме.

По всей видимости, здание предназначалось под снос, но работа шла ни шатко - ни валко. Рабочие только-только приступили к разбору крыши, и это устраивало Диму. Если дело пойдёт так и дальше, то они вряд ли успеют снять кровлю. По опыту Дима знал, что тайники обычно устраивают на чердаках или в подвалах.

Спрятавшись в подворотне, он стал терпеливо ждать окончания рабочего дня и наступления темноты. Всё необходимое было при нём в большой спортивной сумке, с которой почти никогда не расставался. Там лежали небольшой ломик – фомка, кирка с укороченной ручкой, сапёрная лопатка, молоток, строительная каска, фонарь и комплект запасной одежды. Когда-то у него было специальное японское оборудование, вроде миноискателя, обнаруживающее благородные металлы. Но после одной из встреч с конкурирующей стороной Дима лишился его, и сейчас вынужден вернуться к старому дедовскому методу — простукиванию.

Наблюдая за рабочими, у него мелькнула мысль, что на клад вполне могли наткнуться и они. Нередко так и случалось. Фантазия разыгралась настолько, что Дима всерьёз стал подумывать: не наняться ли в подобную бригаду.

Было три часа пополудни, а рабочие уже куда-то испарились. Причём Дима проморгал момент их исчезновения и, сейчас едва сдерживался от того, чтобы сию же минуту не приступить к делу. Но, появившаяся неведомо откуда ребятня, кружила вокруг столь желанного для него объекта и мешала проникнуть внутрь.

И всё-таки он не выдержал; едва начало смеркаться, улучив момент, крадучись пробрался в дом. Отыскав укромный уголок, быстро переоделся и поднялся на чердак. Вскрытие, как он называл свою работу, следовало бы начать с подвала. Заметил ступени, ведущие вниз, но справедливо посчитал: рабочие уже завтра могли закончить с чердаком и приступить к верхнему этажу…

Осторожно выглянув в чердачное окошко, он не без досады отметил, что на улице ещё полно народу, а значит, к работе приступать рано. Но вскоре понял, что люди не разойдутся до утра, а значит медлить более, не имело смысла. Начать решил с каминной трубы. Верх трубы уже разобрали, так что она не торчала над крышей, что устраивало Диму. Взобравшись по лестнице, оставленной рабочими, заглянул внутрь, но ничего не увидел; луна ещё не взошла, а фонарик, из опасения быть замеченным, включать не решался.

Работал он всю ночь. Не проверенным не остался ни один кирпичик, ни одна балка. Трубу разобрал до основания. С ног до головы испачкался столетней, а возможно, ещё древнее, сажей, что твой трубочист, но ничего не обнаружил. Однакоразочарования не испытывал. Более того, как это ни странно, был удовлетворён. Чердак теперь можно смело отмести. Ближе к утру, когда небо уже приобретало сероватый оттенок — в это время года светает рано — как мог, замаскировав следы своего пребывания, и, переодевшись в чистое, покинул местопервого «набега».

На следующий день или, вернее, в тот же день, Дима появился на Арбате сразу после обеда. Он почти не спал, просто не мог себя заставить заснуть.— мысли не давали, нервно крутился… Чувствовал, нет, был уверен: сегодня должно что-то произойти.

Работяг около заброшенного здания не наблюдалось. Сначала Дима подумал, что они всё ещё на обеденном перерыве, но потом понял, что сегодня рабочие вообще не появлялись. Об этом говорила полуразобранная кровля, остававшаяся в таком виде со вчерашнего дня. Только огромным усилием воли заставил себя не проникнуть в дом сейчас же.

Едва дождавшись темноты, пробрался в особняк и опять решил начать с камина. Правда, тот был уже наполовину разрушен, но Дима решил, что это дело рук не человеческих, а времени.

Было уже около полуночи, когда он закончил с камином. Теперь это мало походило на печь. Дима почти по кирпичику разобрал очаг. Главное в их деле терпение. Важно ничего не пропустить, проверить каждый сантиметр кладки. А не то, тебе же дороже обойдётся. Всё время будет казаться, что клад находился именно в том месте, который пропустил. Однажды с Димой такое уже случилось. Успокоилсятолько тогда, когда, рискуя, вновь появился в том же месте и не перепроверил пропущенный, по беспечности, угол.

Не передохнув, хотя чувствовал усталость — до рассвета оставалось не так много времени — Дмитрий приступил к стенам. Когда ему казалось, что звук несколько изменялся, откладывал в сторону молоток и брался за ломик. Но пока всё было напрасно — тайника не обнаруживал. Нередко ему всё же попадались пустоты в стене, и тогдаперехватывало дыхание от волнения. Но, в итоге это оказывались обыкновенные «ракушки», оставленными строителями по недосмотру или же специально, чтобы сэкономить стройматериал.

Дима не отчаивался. Чувство, что сегодня должно что-то произойти, не покидало его. Примерно в два часа, простукивая межкомнатную стену, ему показалось, что звук изменился; стал глуше. Чтобы проверить предположение, вернулся на несколько сантиметров назад. Да, несомненно, в этом месте пустота. И это не могла быть очередная «ракушка». Судя по звуку, здесь должна быть довольно большая дыра, заложенная кирпичами.

Отбросив молоток, он схватился за кирку. Первый кирпич поддался неожиданно легко ипровалился внутрь. Образовалась небольшое отверстие, заглянув в которое увиделчто-то тёмное, очертаниями походившее на небольшой сундук. Лихорадочно стал расширять дыру, уже не заботясь о том, что может быть кем-то услышанным. Всё заглушал шум падающих кирпичей и стук собственного сердца. И,конечно же, не услышал шороха, раздавшегося сверху. Неожиданно на него обрушился сокрушительный удар. Это была, вырвавшаяся из паза балка перекрытия, одним концом ударившая Диму в плечо. Он отлетел на несколько метров, при этом потеряв каску. Огромная дубовая балка придавила его. Но даже, несмотря на это, он ещё мог бы подняться. Но тут, на голову, свалился огромный кусок лепнины. После этого посыпались кусочки поменьше: обломки кирпичей, штукатурки. И скоро на том месте, где только что находился человек, возвышалась гора строительного мусора. А над этой импровизированной могилой чернела дыра, как будто беззубый, растянувшийся в злой ухмылке, оскал.

На следующий день в газетах появилась заметка о том, что в одном из особняков на Арбате, при реставрационных работах, группой рабочих обнаружен клад, оцененный экспертами в несколько миллионов долларов. Клад был честно сдан государству, за что рабочие получили причитающие им проценты. О том, что в этом же доме обнаружен труп, не было сказано ни слова.

Так бесславно закончил свой жизненный путь Дмитрий Константинович Бойков.