
Карл
Ночь наконец-то накрыла лес, и я выполз из своего убежища в заброшенной медвежьей берлоге. Тело затекло и отзывалось немилосердной болью на малейшее движение. Во рту пересохло, как в старом колодце, а желудок, казалось, прилип к рёбрам.
В нос ударил мощный запах конского пота, и я еле успел шмыгнуть в траву, к чьему-то забору.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Ночь наконец-то накрыла лес, и я выполз из своего убежища в заброшенной медвежьей берлоге. Тело затекло и отзывалось немилосердной болью на малейшее движение. Во рту пересохло, как в старом колодце, а желудок, казалось, прилип к рёбрам. В последний раз я ел - не помню, завтракал или ужинал – несколько суток назад какой-то зазевавшейся полёвкой. Мерзкая еда, но сейчас я бы с удовольствием сожрал даже червей. А какие же мы были идиоты, когда в солдатской полевой кухне не доедали овсянку! Шутили, что после войны будет стыдно смотреть лошадям в глаза, дескать, объедали бедную скотину. Дошутился. Сейчас мне стыдно смотреть в глаза любому, не только лошади.Потому что вместо бравого вояки в красивой форме через полстраны бредёт, прячась в темноте, чумазый калека с единственным полуистлевшим документом за пазухой. По сути, и документ-то этот мне не нужен. Но во-первых, что-то лучше, чем …
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0