Карьеристка

Глава 1

Начало.

– Это Дарья, новый бухгалтер.

Семён Маркович явно ожидает от меня ответа.

– Кто, кто? Кто это?

– Дарья.

– Я вижу, что не Гавриил Энташевич. Семён, эта твоя Дарья – бухгалтер?

– Вась… Василий Андреевич, бухгалтер она.

– Я – бухгалтер.

– Вам сколько лет, "бухгалтер"?

Последнее слово произношу в тон её писку.

– Ей двадцать пять!

Ну, конечно. Бухгалтерия – моя вотчина. Зачем нам нормальный главный с финансами, бюджетированием, планированием, ай-ти поддержкой, внешторгом, налоговой оптимизацией, первичной операционкой, инвестициями, зарплатным сервисом, фондованием, аналитикой, прогнозированием, если можно взять разодетую размалёванную красотку, и сажать её на переговорах рядом? То Янка каталась-пиарилась, то теперь эта будет? Да ещё за неё рот открывать? К чёрту.

– И чё? В двадцать пять – и уже бухгалтер? Ты пассив от актива отличаешь, "бухгалтер"?

– А что вы мне тычете? Извините, господа бизнесмены, мне у вас вряд ли понравится работать.

– "Ра-а-або-о-отать не понра-а-авится"? До свидания.

Девка, до сих пор стоящая в проёме дверей, вместо того, чтобы испариться, усаживается напротив меня на стул для посетителей, стоящий у стены.

Нога на ногу. Юбка… узкий голубенький поясок, я бы сказал… открывает ажурную ткань белоснежных трусиков. Ъ!

– Я – бухгалтер. Я потратила время на поиск работы, вы потратили время на поиск бухгалтера. Бухгалтера, Семён Маркович?

– Дарья Степановна…

– Дарья. Я же вас уже просила. Просто Дарья. Вы забыли?

– Ну, тут Василий Андреевич несколько эмоционален…

– Нда? Я эмоционален? Мы же главному бухгалтеру замену ищем. Зачем к нам тащить расфуфыренную…

Оглядев ещё раз ноги девки…

– Расфуфыренную танцовщицу стрип-бара!

А кто ещё в наряде, больше подходящем для ночного клуба, будет ходить на собеседования? Или она…

– Ха. Угадал, дружок. Но танцы – это хобби, малыш.

– Малыш? Мне сорок семь… Даш. Даш?

– Не дам.

Пауза из двух немигающих взглядов. Она сдвигает ноги.

– Не дам. От силы сороковник. Это тебя некрашенные волосы старят. Седой малыш.

Деловая, а? Отзеркалила мой тон.

– Семён Маркович. Ты иди, иди. Главного ищи. "Бухгалтера". Вам, дамочка, тоже пора. Вас заждались кабинеты в Сити. Наш завод не для вас.

– Разбежался и упал. Ага. Контракт подписан.

Смотрю на Семёна.

– Да, подписан. Скан на почте у тебя вместе с её резюме.

Читаю. Семён испаряется, не закрыв дверь. Вика вносит в кабинет две кружки американо.

Читаю резюме. Читаю контракт.

– Кофе нормальное. Можем сработаться, если хамить перестанешь.

"Квантовые технологии. Стажёр, оператор, бухгалтер, главный бухгалтер."

"Двести десять тысяч в месяц. Самозанятая."

Охренеть! Больше, чем у меня фикс.

"Годовая премия 50%."

Семён что-то совсем уже. Зачем? Ста пятидесяти достаточно. И как ей сверхлимитку выкатывать? Налом, что ли. Ну, сто девяносто пять бы сделал. Она, значит, настояла.

– И что с Квантовыми технологиями не так?

– Заказ в Екатеринбурге. Переезд офиса из Москвы на три года. Что мне там делать?

Понятно. Москва, Москва. Как много в этом звуке…

– Замужем?

Показывает кольцо.

– В декрет выскочишь через месяц?

– Три года замужем. Ребёнок есть. С родителями живём. Больше не хотим.

– Ну-ну.

– Но там как получится. Что, декретных жалко?

– Жалко время терять.

– Ну и не теряй.

И не буду.

– Сколько собеседований было?

– У вас шестое. Предложение – пятое.

– Да? И сразу – контракт?

– Люблю электронику. Перспективно.

– А. Понятно.

Мы второй год выпускаем адаптивные контроллеры светофоров и системы видеофиксации. Чипы только китайские. Платы, корпуса, пэ-о – наши. Контракт на шесть лет. Большой. Миллиардный. Восьмимиллиардный.

– Вась, а что с бывшим вашим главным?

– Семён не сказал?

– По собственному ушла, как он говорит.

– Декрет. Двойня будет. Сложная беременность. Вернётся, не вернётся – не знаю.

– Из своих?

– Племянница Семёна Марковича.

– Вот как. Она в доступе?

– Нет. В Мюнхене, в клинике, на сохранении. Говорю, сложно там всё.

– А ты исполнительный здесь, значит?

– Фу. “Исполнительный”. Проект-менеджер я. Адаптивный сервер-регулятор дорожного движения – моя разработка. Гермес-центр – просто название. Производство – это так. Проблемы межнациональной интеграции. Дешевле было в Китае делать, но политика, политика.

– Ясно. Давай мне доступ, почту, буду знакомится с темой.

– Часок погуляй по корпусу. Здесь рядом место организуем. Пока кабинет себе не обставишь, как хочешь. Вот ключ.

На столе, помимо моноблока и двух кружек – ключ от Янкиного кабинета. Да, человек внутри и снаружи – два разных человека. Всегда. Ключ я достал, посмотрев резюме.

– Бери. Дверь напротив. Но там мрак. И компа нет. У бывшей главнихи ноут свой был.

– “Главниха”? Что, конфликты были?

– Бывали, а не были. Иди. Через час зайди. Будет зам по хозяйству, согласуешь по кабинету. “Дарья”...

– Не спеши. Балансы посмотрю, может, и не буду работать. Мне чужой геморрой не нужен.

– Нет там геморроя. Учётная политика моя полностью.

– Вот как? То есть, политика учётная твоя? А не бывшего главного?

– Всё моё. Кроме инвестиций. Это Семёна.

– Тем более надо посмотреть. А то ты тут и швец, и жнец, и дудой игрец…

Встаю из-за стола и выхожу. Нахрена мне эта стриптизёрша? Но полугодие уже через неделю закрывать, а в базе – только первичка, складская логистика и зарплата. Ладно, посмотрим.

Захожу к Семёну. Вика в приёмной сидит на столе, болтая по телефону. Тут же даёт отбой.

– Некогда, пока.

Смотрит.

– Я к Семёну.

– Семён Маркович уехал.

– Что за дела? А бюджет?

– Подписал. Я уже счета оплатила, разноска в базе.

– И сколько в пятницу пришло? По итогу?

– Двенадцать миллионов. Семь на закупку отправила уже.

– Как семь? Мне линию оплачивать в среду! Там…

Звонок. Незнакомый номер.

– Слушаю…

– Васенька, привет, это я.

– Настя? Привет. Что за номер?

– Это местный, надоело роуминг оплачивать. У Янки тоже новый теперь. Здесь та-а-ак скучно. Прилетай на выходные. Сходим куда-нибудь. Свободен будешь?

– Слушай, Насть, тут мне Сеня нового главного взял. Деловая очень. Выходные – это первое-второе июля. Полугодие закрывать надо. Третьего банк баланс потребует. Кредитный контракт такой. Надо баланс делать, ещё неизвестно, может опять я. Новенькая только вышла сегодня.

– Новенькая? Сколько лет?

– На вид – лет тридцать, тридцать пять.

– Скинь фотку. Симпатичная?

– Мымра. С тобой не сравнить. Ты у меня – лучшая. Люблю тебя…

Вику передёрнуло. Я отхожу к окну. Она встаёт вплотную сзади, и, всасывая меж зубов воздух, хватает меня за…

– Сссс…

– Виктория! Сделайте латте мне! Пожалуйста.

– Конечно… Латте… Ладно, сделаю сейчас.

После того, как старую кофе-машину я сломал, она никого к новой не подпускает. Мне же кофе крепкий нельзя, приходилось на полчашке питание отрубать. Что-то там с алгоритмом стартовой чистки на старой не так было. К новому автомату она теперь никого не подпускает.

– Ты в приёмной, что ли?

– Да. Мне тут сюрпризы всё утро наваливают коллеги.

– Да? Какие? Неприятные?

– Неожиданные. Бухгалтер новый. Бюджет без меня распилен.

– А, по работе… Жалко, я Янку не могу оставить, а то бы сама прилетела на выходные. Ты же соскучился? Скучно одному?...

– У меня Райли. Гуляем до упада. Некогда скучать.

– Ой, Райлик! Мордочка моя любимая! Я по нему так скучаю!

– Ну, а когда назад? Вы уже месяц там…

– Не отпускают. До конца лета точно никуда. У Янки сиделка круглосуточная, русская. Ей там не скучно. А вот мне – скучно. По ночам одна в гостинице. Думаю таунхаус снять, в пригороде. А то лето проходит, а я вся белая.

– Ясно. В Швейцарию скатай, я тебе могу тур организовать. У меня там… Коллега в банке ай-ти заведует. Ей там тоже скучно бывает. По горам покатаетесь. В озере искупаешься, если тепло будет.

– Ого! Хочу!

– Жди, ей напишу. Там рано пока, она после работы позвонит тебе, думаю. В три по вашему. У неё четверг-пятница выходные, так что на четыре дня тебе развлечение будет. Вкусняшек пожрёте.

– Ой, ты такой заботливый, Васенька! Люблю тебя. Денег пришлёшь? Вдруг там в магазинчик зайдём? А то я всё разбазарила. Уже два месяца без работы.

– А что альбом твой? У тебя по контракту же отчисления…

– Вась, ну это копейки же. За июль только три штуки евро. Не разгуляешься.

– У меня тоже нет. Сезон монтажный идёт, Семён на новый проект не даёт сколько надо. Я думаю свои закинуть.

– Ну, Вась, пришли десятку хотя бы!

– Нет, три пришлю, полугодие закроем, из премии тебе дам остальное. У Янки карту возьми, зачем она ей в клинике?

– О, точно! Всё, пойду одеваться. Мне тут на метро три станции до клиники. Хочу на завтрак успеть. Там так вкусно тостики делают. Ммм!

– Давай, пока, целую.

– И я тебя, Васенька!

Отбой.

“Галка, привет! Насте моей можешь устроить экскурсию по горной летней Швейцарии? Она в Мюнхене скучает, там подруга её в клинике надолго.”

“Привет. Пиши контакты, наберу после работы. Сам когда приедешь?”

“У меня проект, пару лет точно никуда. Зимой если только. На лыжах покататься.”

“Что за проект?”

“Серверная платформа на видеочипах. Параллельные вычисления и виртуализация с динамической непрерывной оптимизацией потоков на уровне чипов.”

“Масштабно. Инвестор есть? Или креативишь?”

“Креативлю, Галь, какой инвестор? У нас госам без образца ничего не докажешь. Жду линию из Китая и чипы. Под задачи Гермес-центра. Под запуск первой партии сборка бета-релиза свёрстана. Нет желания включится? Цейтнот наступает, к выставке осенней хочу успеть.”

“До конца года не смогу, в банке переход на новую платформу, полная смена железа. Но пришли бриф, глянем с коллегами. Может, интересно будет на перспективу.”

“Жди на почте. Актуализирую проект сегодня, вечером скину бриф.”

“Давай. Семёну Марковичу привет передавай.”

“Передам.”

Шлю розочку. В ответ – такая же.

Всё, надо смотреть тесты образца. Жаль, нагрузка синтетическая, но – сто потоков! Хотя пора бы и на тысячу потоков переходить. И сеть из образцов собирать. Что там, интересно с чипами моими на китайской фабрике?

– Вика, и что с оплатой контракта по линии и чипам? Готово?

– Семён Маркович в банк поехал, копии госконтрактов взял. Наверно, кредит согласовывать на отправку в среду.

– И ничего не сказал! Сколько там не хватает?

– Из-за переноса транша на июль депозит не можем закрыть, так бы всё хватало. В бюджете по плану транш сорок миллионов на конвертацию, а в этом банке только двадцать два свободных на среду.

– Понятно. Лето. Голяк.

Хорошо, той зимой урвал на разработку. Ну, ладно, может девять месяцев закроем, из прогнозных на следующий релиз возьму.

Набираю Семёну без громкой:

– Алло, шеф…

– …

– Семён Маркович, вот ты интересный человек. Сунул мне девку без предупреждения, а бюджет даже не обговорили…

– …

– Ну и зачем кредит? Есть же…

– …

– У тебя нет, понятно, Янка, у меня есть, хватает.

– …

– Ну, да. Согласен. Конец месяца. Я же считал уже, НДС закрывается нормально.

– …

– А почему не сказал? Мы же договаривались, на последней неделе квартала на приходы – табу!

– …

– Войти в положение… Всем не угодишь.

– …

– Досрочная сдача?

– …

– А, сдали. Чиновники пиарятся, а мы – разгребай? Ну, ладно. А куда раскидывать будем? По таможне не проведёшь.

– …

– Бортом только чипы же могут…

– …

– Хорошо. Договорились. Сегодня не будешь уже?

– …

– Ага, до завтра. Решу, думаю. Тогда ноги-в руки, там уже день рабочий к концу. Давай.

– Вика, пиши на фабрику по моему проекту китайцам, чипы пусть отправляют завтра, я гарантию сейчас подпишу, деньги – завтра придут к ним. Нам поставка нужна, иначе в НДС повиснет под пятьдесят миллионов. На таможню груз наш в четверг должен встать. И пусть склад фуру принимает в субботу. Я тоже буду.

– Напишу, но ты сам следи за перепиской, в копию поставлю. Я в обед на ногти записалась.

– Вика! Рабочий день! Какие ногти?

Она показывает мне руку. На среднем пальце – скол.

– Вчера с велосипеда упала. Синяк показать?

Нда.

– Мужу показывай… Ого!

– Ай! Больно же!

Синяк на заднице знатный. Вот почему она в длинном платье сегодня. Муж её, Гена, с дочкой в Сочи.

– Ему похер. Даже не пожалел. Я ему показываю в вацапе вчера, а он - “Давай, пока, всё, мы мороженое выбираем.”

– Он когда приезжает?

– Через месяц. А, может, в августе. Хорошо устроился, на удалёнке у пляжа сидит, мартини хлещет. Все вы одинаковые!

– Ой, как будто вы разные! Муж уехал, давай чужому мужику глазки строить?

И шлёпаю её по…

– А что, твоя же тоже… Может, составишь девушке компанию на вечер?

– Нет, Викусь. Извини. Не хочу проблем, окей? Мы же закрыли тему. Помнишь?

– Помню, помню. Закрыли. Ты прав. Иди в кабинет, я тебе сейчас латте принесу.

– Не надо, Вик.

– Не надо? Не надо?! Жаль. Жаль, жаль, жаль.

– А что там моя "тоже"? Ты про Настю?

– Ничего. Неважно.

– Латте тащи в кабинет. А то я может, не в курсе последних новостей?

– Сейчас приду. Иди. И…

– Что?

– Ничего. Всё, иди, не мешай.

Сначала в туалет. В зеркале – какой-то подзатасканый тип в светлых джинсах, голубой футболке и в тёмно-синем пиджаке. Надо новый. А этот в химчистку или на выброс. Нда. Не вяжется видок с сединой и домашними белыми тапками. И как девки на каблуках целый день в офисе? Бэдолаги…

В моём кабинете Дарья. Логин Саша уже сделал, в базу подключил.

– Даш, я тебе сбросил логин к почте и в базу. Со ссылками. У нас во фреше бухгалтерия. Склад и зуп на нашем сервере, логин-пароль одинаковые. Ссылки на эРДэПэ – в вацапе.

– Ноут мне дадите? Василий Андреевич?

– Василий Андреевич, значит? Вот.

Достаю из ящика новый мой походный Леново. Тринадцать дюймов.

– Пока такой, монитор админ сегодня в обед притащит. У него анализ тестов системных, доложит, отправлю за монитором. Как кабинет?

– Ничего не надо делать. Чёрный, значит – чёрный.

У Янки любовь к чёрному. Все кабинеты стандартные у всех, ей же отделали в чёрных тонах. Чтобы глаза, видно, после ночных гулянок не болели. Ну, теперь ей не скоро по ночам гулять.

Дарья перемещается в кабинет главбуха. На двери, правда, табличка “Реаниматолог”. У меня – “Фармакология”. У Семёна Марковича – “Главный врач”. Посетитель, первый раз попадая в офис, задаётся вопросом – “Что это?”. В ответ – наша байка о том, что собственником завода раньше была фармацевтическая компания. Да, здесь выпускали какие-то таблетки типа ингаверина. Пока их директора не… Но таблички – мой креатив. А что? Скучно видеть всё то же, что и везде.

– Латте.

В кабинет с достоинством входит Вика. За ней – Саша. Вика не успевает закрыть дверь на ключ.

– Вик, и мне сделай.

Та вопросительно-влзмутительносмотрит на меня. Пожимаю плечами. Саша смотрит на нас по-очереди. На меня. На неё.

– У меня новости по операционке нашей. Тесты же.

– Ладно, сейчас принесу.

Вика,топая, выходит.

– Шуры-муры?

– Ага. Тайны мадридского двора. Янки нет, язык не с кем размять.

– Пусть на комплектовку сходит. Там сборщицы без умолку трещат.

– Она их боится. Вечно кто-нибудь то премией недоволен, то спецодежду новую надо, то "почему обед холодный возят!".

– Это да. Когда уже столовая будет у нас нормальная? В смене уже пятьдесят человек. Можно и самим бы готовить. Над раздевалкой нормальная антресоль…

– Давай не со мной бытовуху, а? К Семёну Марковичу подойди.

– Я что, профсоюз? Мне моя каждый день готовит. Я эту привозную бурду…

– Саш, давай по делу. Что там?

На стол ложится лист с графиком. Суббота ночью – срыв на ноль, и в начале нового отрезка пик до семиста процентов. За полгода отладки системы по регресс-тестам это – первый раз.

– Что за ерунда? Какие семьсот сорок процентов?

– Не знаю. Тут видно, что по питанию система отключилась. ИБП отключили систему в два ноль два, в четыре запустили после зарядки. Генераторов же нет у нас своих.

– А у нас диспетчер питания запараллелен? В супервизоре свой есть, а на виртуалках?

– Свои есть и на виртуалках. Диспетчер питания не в потоке оптимизации. На супервизоре один процесс.

– А что может быть?

– Думаю, оптимизатор, видя нулевую активность в истории, вытащил какой-то алгоритм компенсационный. Но там логов – месяц анализатором шерстить эти два часа.

– Но, ведь не может быть суммарная производительность семьсот?

– Почему? Сто виртуалок с одним и тем же процессом, например, тут – инициализация, при разных конфигах вполне может быть, что один и тот же процесс оптимизатор не стал повторять. Если на входе одинаковый поток, один процесс отработал, и в виртуалку сразу отдан результат в ответ на вызов группы функций.

– Логично. То есть, оптимизатор увидел, что процедуры и данные на входе одинаковые. Но это редкость.

– Не знаю, не знаю. Что, регресс-тесты тоже не все разные на сотне виртуалок. Четыре группы же. Процессорный, видемонтаж, интерфейсный эмулятор и обработка данных. Потоки, правда рассинхронизированы, но стек оптимизации у нас суточный. Может, может оптимизатор параллелику увидеть!

– Ох, хорошо бы, Саня. В шоколаде будем. Семикратное превышение… У нас же было, помнится, сто пять, сто семь процентов по суткам. Здесь среднее какое суточное?

– Чистые сутки – сто три процента, но если брать с момента включения сутки – получается сто семнадцать.

– Одна шестая превышения. Семнадцать процентов – весомо. Это выше инвестиционной экономии на вычислительном ресурсе. Задач, правда, непрерывных немного. На продакшн-серверах у нас есть в Гермесе непрерывные процессы?

– Нет, всё под суточные циклы, видеопотоки тоже имеют разрыв пяти-шестичасовой. На архивации задействуется. Критических процессов нет.

– А распознавание лиц на видеофиксации?

– В продакшн эту процедуру не отдавали, хотя в системе есть. Ни одна из служб эксплуатационных не включает.

– А можем предложить как сервис кому-нибудь?

– В Москве, в Питере – можно попробовать. Но тогда сервер надо пересобирать на Аргус-линукс наш.

– Хорошо. Давай горизонт оптимизации до трёх суток увеличим? Семьдесят два часа ресурсы выдержат?

– Нет, на одной экспериментальной станции – нет. Кластер нужен, а мы его даже не ставили. И так одна стойка целиком под сервером. Аргус-бета не выдержит трое суток.

– Двадцать четыре юнита на сто виртуалок юнитовых – это уже хорошее движение. Четырёхкратная экономия для эксплуатанта. Ещё бы до десятикратной довести оптимизатором на кластере, и можно на рынок выходить.

– Как довести-то? Тут уже эксперимент. Результат не планируемый, какой есть.

– Неплохой результат-то. Значит, процесс в правильном направлении идёт. По совокупности решений, я имею в виду.

– Согласен.

– В следующие выходные видеочипы новые придут, с нашей прошивкой. На них надо кластер собирать. У макетчиков готова разводка новая?

– Готова. Под дэдээр пятый и флэш новый, самсунговский.

– А у нас запас есть по ним? И тем, и тем?

– Придёт партия под годовую программу в сентябре. Она у финнов уже.

– Нда, из-за политики житья нет. Логистика вся шиворот-навыворот. А кто агент у нас там по чипам памяти? Кто вообще занимается?

– Логистика наша. Бровкин с ребятами. Он сам в отпуске, но лицензию на ввоз уже получили. Образцы из этой партии уже тестовую прошивку с регрессами прошли. Я дал добро на постановку в план производства с сентября уже. На последнюю неделю. Из этой партии на экспериментальный кластер можно пару-тройку тысяч чипов взять. Это недельная программа, перекроется следующей поставкой.

– Отлично. Через месяц автомат придёт, на кластере Аргус-гамма отработаем технологию, потом уже в производство передадим. У нас очередь уже четырнадцать месяцев по основному продукту. Конкуренты не спят, легко оттяпать могут кусман. А торги уже через два года. С новым автоматом разгребём очередь, может, и на наш проект ресурс останется.

– Тогда я под кластер отработаю на неделе стыковку серверных станций? У меня старые сервера вхолостую дата-центр греют. Шесть – нормально же?

– Запускай. По памяти проапгрейдь, чтобы горизонт оптимизации просчитать максимальный. К четвергу сможешь?

– Шесть… макетом соберу с ребятами, клонирую, и пересоберу оптимизатор на малый кластер. Завтра-послезавтра, в среду запустимся, в четверг – вряд ли, сутки одни – мало. Контрольный пуск сделаем, в пятницу днём расчёт горизонта оптимизации будет. Двукратный. Третий пуск на выходные сделаем.

– Пусть к пятнице. И модель оптимизации загони актуальную, с экспериментального сервера. Пересчитается же она на старые ксеоны?

– Да, пока железо готовить будем, пересчитается. Сейчас подготовлю модуль пересчёта. Пара часов нужна, правда.

– Справишься. Если кластер отработает регресс с результатом больше ста двадцати, в сентябре перенос сделаем продакшн-серверов. Или в октябре.

– Полностью будем дата-центр обновлять?

– Да, можно полностью. И вообще, можно новый сделать, а старый впарим кому-нибудь. Пусть отдел маркетинга подбирает клиента.

– Мне самому всех оббегать?

– Саш, ты же знаешь, как меня любят. Я с ними не могу ни с кем. Вечно все недовольны моими инициативами. "Лишняя работа! Лишняя работа!" Привыкли долбить одно и то же за премию. А по экспериментам какая премия? Нагрузка лишняя. Давай сам.

– Сделаю. Что там за девица новая? Главбух?

– Главбух. Иди, знакомься. Монитор ей надо, пока вроде ничего больше.

– В Янкином кабинете?

– Да. Чашку Вике отнеси свою. И мою.

– Всё?

– Всё. Молодец, хорошую новость принёс. А то утром… Ладно. Нормально всё.

Саша выходит из кабинета с двумя пустыми кружками.

Так, бюджет. Семён только текущий смотрит, на мне – шестая неделя. Смотрю бюджетные таблицы. Середина августа в допусках. Июль и начало августа – без выбросов. Всё в нормативах.

Наконец-то оптимизатор параллелику процессов увидел. Полгода тестов. Не зря я ребят гоняю. Останется модель оптимизации переносимой сделать. И в микрокод загнать. Жаль, я уже сам не вижу зерна истины в этом нагромождении графов оптимизации. Пусть аналитики работают. И программисты из системной поддержки. Нечего им штаны протирать на входящих.

Отправляю задачи в ПээМ-органайзере. Я его еще в девяносто девятом для диплома сделал. Для второго. Хорошие времена были. Сейчас уже в ГУУ никого не приглашают с запада лекции читать. Сдавал Макнамаре самому, из МИТа. С его резюме по работе уже и вопросов не было. А сейчас? Студентов вал, а в пээме даже в теории плавают. Жесть. Да и кто новичку даже ассистента даст? У меня трое за пять лет сдулись и в другой профиль отскочили. Жаль, жаль. Вакансия до сих пор открыта. Это не бухгалтерия, думающий человек нужен. Ъ! Что там эта стриптизёрша намакияженная? Блонди-вамп, Ъ!

В кабинет входит Викуся, запирая за собой дверь…

– Вась, я на ногти через пять минут должна…

И садится на колени…

– Стоп-машина. Полный назад. Вик, ну, правда! Что ты, а? Ре-ше-но. Нет.

– Сссс….

Втягивает воздух сквозь зубы. Злится.

– Ладно. Смотри…

Фото в телефоне.

– Янка прислала. Твоя уже похвалилась.

На фото…

– Я его знаю.

Мужик в плавках мне знаком. Доклад делал на одной конференции по ай-ти проблемам госсектора. Замминистра. Только почему Настя без верха? Нда. Позагорать бы ей. Бледноко-о-ожя…

– Ну-у-у? И-и-и?...

– Вик, мы ж не женаты. Что я ей, папик-растяпик? Приедет, поговорим. Я её к Галке, кстати, отправил.

– К какой Галке?

– Вместе практику в минфине проходили. Она, правда, физтех заканчивала. В Швейцарии сейчас, в Объединённом банке айти-сектором рулит.

– Бывшая твоя?

Смеюсь.

– Она по девочкам. Карьеристка-одиночка. Здесь не выжать на сто процентов бабе карьеру в айти, вот она в Европу и свалила. Иногда видимся там.

– Давай, а? Вась? Ну, что ты такой деловой!

– Нет. Беги. Опоздаешь.

– Я тебе отомщу.

– Не свисти только. Ладно, в выходные заедь в офис. В субботу к вечеру. Сходим куда-нибудь.

– Сссс…

Поцелуйчик чуть не попал в цель, но я подставляю щетину.

– Ну, ты ёж! Всё. Я на пару часов, в Троицк и обратно. Вдруг шеф приедет. На, возьми мой телефон. На входящих посидишь.

– Нет. Дарье оставь. Пусть въезжает. Она хваткая.

– Да? Прихватила уже тебя или кого другого? Александра?

– Не морочься, озабоченная. Иди уже! Мне сетевой график пересобрать надо, отчёты утвердить. Зэпэ скоро у моих, а показатели не выставлены.

Вика выходит, не закрыв дверь. В этом коридоре посетители – редкость. Администрация же. За дверью – балаган просто. Ненавижу выходить туда. Ладно, пора на перекур. Нет, текучка сначала…

В курилке на улице человек пять, что-то обсуждают. Логист, два менеджера, сборщицы. При виде меня все замолкают.

– Василий Андреевич, мне график на субботу только что поставили, а я на дачу в пятницу уезжаю. У сына день рождения. Можно кого-нибудь вместо меня?

– С шефом своим… А, он же в отпуске. Ты же у нас с таможни приёмку делаешь, кого другого выводить?

– Пусть стажёр выходит, а я документы онлайн обработаю.

– Хорошо, Пётр. Езжай, только в субботу будь трезвым. Пока машину не примем. Завизируешь приёмку, и отдыхай на все сто.

– Спасибо! Если надо, в следующие выходные…

– Не надо. Следующая поставка в сентябре, но там контейнеры. Вот отследи партию. Шеф твой когда выходит?

– Семнадцатого.

– Выбей из китайцев треки, точки, перегрузы, фрахтовые выписки. По той партии задача – хотя бы на неделю раньше плана принять груз. Там новая линия-автомат, нам её запускать ещё надо.

– Сделаю.

Поднимаюсь в кабинет. Только отхожу на двадцать шагов, там уже смех и шутки насчёт Петра и его субботнего состояния. В лицах. У каждого свои слабости. Тэкс. Какая же у меня слабость? Ах, да. Бабы. Люблю умных…

– Дарья Степановна, продвигаетесь?

Вхожу, постучав, но не дождавшись ответных звуков, в кабинет главбуха.

– Есть вопрос. А что это у вас за контрагент такой – Издательство Ноубель?

Говорить? Не говорить? В принципе, контракт заключен, чтобы конфиденциальность продекларировать.

– Финпартнёр. Венчурный фонд. Они в рискованных наших проектах поддержку оказывают. В сети промоушен делают. Контрастный пиар. Масштабный, через РИА, блогеров, соцсети. Сейчас подготовка к осенней выставке идёт, мы заявлены. Они по конкурентам отрабатывают. У нас рынок очень узкий. Приходится хитрить.

– А не многовато? Пять процентов выручки на мифологические информационные услуги.

– А кто проверит? Там по отчётам логи по сетевому трафику, в контракте количественность задана, у них боты шерстят новости и соцсети, в канале телеграм репост идёт автоматом. Потом мы привязываем всё к посещаемости наших сайтов и выставки, видеоотчетом идёт запись камер. Нормально всё.

– И что, прямо вот так по пять-шесть миллионов на это тратите?

– Один. Там кэш-бэк сладкий.

– Так я и думала. Обнал. Но странный, безэндээсный.

– Нормально. У нас же один контракт экспортный.

– Вот кстати, что это за арматура уходит в Малайзию, а деньги поступают свифтом из Индии? Это законно?

– А это не наш товар. Он…

– А чей? Поставщик – ооошка из Орехово-Зуево с одним директором и уставным в десять тысяч? На сто сорок миллионов в год?

– Ну, понимаешь, у нас импорт чипов, а это под сертификацию каждой партии. С кодами, шлифовкой слоёв. Там попросили немножко титана в проволоке, покрытой алюминием, вывозить. Немного, десять тонн раз в квартал. Это один контейнер. Брокер китайский на подряде. Наш – только НДС возвратный. И – отсутствие проблем на таможне и с сертификацией импорта.

– Забавно.

– Что именно?

– У шефа бывшего бзик – никаких таможенных дел. При этом сам по полгода в Эмиратах сидит. Куча проблем с переводами ему. Через физлица…

– Не, бизнес от физлиц не должен зависеть. Люди иррациональны. Договоришься, а у него стройка, ребёнок заболел, жена попёрла, запой или вообще…

– Что вообще?

– Люди смертны. "Что вообще?" Интересы меняются, дети рождаются, разводы, свадьбы, любовницы…

– А-а-а. Любо-о-овницы. Слушай, Вика ваша мне телефон оставила. Но никто не звонит. Почему?

– На станции антиспам-блокировка. Только звонки с номеров, прописанных в си-эр-эм проходят, и не все, а от руководителей и белого списка. Твой номер там уже. Можешь звонить по любым ситуациям. По личным тоже. Вика у нас всевозможной ерундой занимается, типа клиент-банка по ключевым счетам, адаптивным расчётом премий, но основная задача её – поддержание благодати и нейтрализация кризисов. Она – профессиональный психолог. – Да? Во всех трёх юрлицах генеральный директор? А ты с Семёном Марковичем учредитель. Вы родственники? На семейный бизнес похоже.

– Нет, он кафедрой заведовал, я у него кандидатскую делал. Защитился, кстати.

– Ого! Кандидат тыр-пыр-мыр наук?

– Математических.

– Ого-ого! Придумал новый закон деления косинуса на синус?

– А, ерунда. Там побочкой философия параллельных машинных вычислений шла. Я её на английском опубликовал. Мог бы сейчас профессором в МИТе работать. Пошумела статейка. Я там Шекспира приплёл и пару сонетов примерами пересобрал.

– Ъ. И что за тема кандидатской? Просто я тоже готовлюсь. Но у меня экономика. Социометрия национального налогового бремени в приложении к публичным индикаторам.

– Эк, завёрнуто как. Товарищ Морено в гробу вращается, уверен.

– Ты что, в социометрии сечёшь? Так что за тема кандидатской?

– Адаптивные самооптимизирующиеся графы троичной логики.

Тут Дарья, уверен, непроизвольно… округлила глаза и приоткрыла ротик…

– А интересуюсь я уникальными людьми.

– Всё, Василий Григорьевич, от вас сейчас голова заболит…

– Андреевич…

– А, ну да…

Взгляд Дарьи остекленел на пару секунд. У меня торкнуло в спине. Так долго я не могу стоять. Блин. Ну как я тогда на мотоцикле влетел в бордюр? Двадцать лет уже… блин, блин, блин! Прости, Боже! Спина… Наташка…

– Дарья Степановна, оставлю вас… давайте завтра?

Всё, она говорит, спрашивает, но я не слышу. Перед глазами разорванное напополам тело. Её тело. Моей единственной, первой и последней жены. Беременной жены. Сука. Сейчас разревусь. Нет. От этого легче не будет никому. Надо переждать приступ, и валить домой.

Как-то всё враз помутнело в глазах. Да, блин! В губы впивается что-то мягкое, терпкое, сладкое. Шёпот… Дайте же мне воздуха!

…

– Василий Андреевич? Вась, что с тобой?

Дашка… Дашка. Зачем, а? Зачем! Мою дочь так должны были мы назвать. Дарья Васильевна не родилась. Умерла.

Я не смогу же с ней работать!

…

Три минуты. Не больше. Но каждый раз мир переворачивается. Ладно. Я привык. В кресле у меня в кабинете боль уходит полностью.

– Извини. Позвоночник. Старая травма. Прошло уже. Ну? Уже три, я поеду домой. Завтра придёшь?

– Приду.

– Тогда – до завтра.

– Подожди. Минуту.

– Что?

– Вот. У меня в субботу – шоу. В Петровском подвале, на бульваре. Приходи. Хочешь, один, хочешь – с девушкой. Чужих не будет. Там топы разные. Только по приглашениям. Моя новая программа. Откровенно всё будет.

– Даш, мне сорок семь. У меня жена – моя работа. Не жди.

– Приходи. Без претензий. Там муж мой будет. Жить или не жить? Не с кем – вопрос. Зачем и для кого – букеты белых роз…

Дарья, вижу, выходит из кабинета. Визитка… с автографом. Суббота. Кстати, кстати. Очень. Вику нельзя игнорировать. Сходим…

Всё. Хватит. Что ни день, то падение в пропасть сна. Когда же, кем, и где проснусь?

Домой. Райли заждался, морда наглая. Нет, машину оставлю здесь. Такси, такси, такси.

Через час я дома. Хорошо, офис за МКАДом. И на МКАД выезжать не нужно. Спина, Ъ. И почему ещё не придумали сменные позвонки?

…

Понедельник. Взять бы, понедельники, нахер отменить. И два выходных вместо…

26.08.2023.

Начало.

Синопсис.

В компании, занимающейся электронным оборудованием для госструктур, главный бухгалтер вышла в декрет и отправлена на сохранение двойни в Мюнхен.

Компанией руководят двое, креативный директор слегка чуть более средних лет, и его научный руководитель в недалёком прошлом. Главный по финансам и внешним связям.

Новый главный бухгалтер в свободное от работы время развлекает посетителей приватных клубов откровенными танцами.

Мы покажем и расскажем вам, чем сотрудники успешной компании занимаются на работе и в выходные. Нет, нет, не дома. Дома… мы и так знаем, что у нас происходит дома. А что же происходит вне?

Логлайн

Не везёт в любви мне, повезёт в делах! Трагедия прошлых лет, в которой виновен главный герой, унесла жизни его любимой супруги и

их неродившейся дочери. Народ! Аккуратнее на мотоцикле!

На вполне успешного бизнесмена средней руки обращают внимание все, кроме той, кто до боли в сердце напоминает ему его погибшую жену. Она – свободная женщина, свободных взглядов и ценительница свободы, не даёт ему ни шанса быть вместе.

Девочка моя! Ну-у-у? Тебе уже за…! Хватит заниматься карьерой! Переключайся, переключайся на мужика…

И кто же она, та самая? Кто из четырёх прелестных дам?

27.08.2023.

Карьеристка.