Как я ножку обжог.

Глава 1

Для начала я хотел бы выразить огромную благодарность Врачам. И не только тем, которые меня вылечили, а вообще всем. Я не буду называть имён, тем более что материально я благодарность уже выразил. Там работают настоящие волшебники.

А теперь перейдём к буквам.

Преамбула: делали отопление в частном доме, вскипела система, рванула труба, получил сильные ожоги. Сначала я решил заняться самолечением. Подорожник зимой найти сложно, синяя изолента плавилась, поэтому просто промывал ожоги хлоргексидином и заматывал бинтом. Кончилось тем, что началось заражение крови и мою тушку увезли на скорой с температурой под 40.

Для начала меня определили в приёмную палату в компанию бомжей. Первые три дня воспоминания были очень смутные. С такой температурой, знаете-ли, сложно адекватно воспринимать объективную реальность. Помню курсировавших каждую ночь по палате приведений: первый встал, сгонял в сортир, затем второй, третий и так по кругу. Причем один из них срал исключительно под себя и потом валил вину на нас. Днем эти падлы спали.

Из ярких персонажей там был дед-бегунок: безобидный, просто выживающий из ума старикашка Эдельвейс. Постоянно щемился домой за курткой. В конце концов ему это удалось. Натянув трое трусов (штаны у всех отобраны были), в тапочках и футболке дедуля ломанулся до хаты. По снегу. Пока я доплёлся до дежурной сестры сообщить о побеге, дедуля был уже далеко (а жил он километров за 15 от больницы). Вызвали ментов, поймали, отвезли домой. Там он почистил снег во дворе, сходил в баньку, где распарил и оторвал все хрустящие корочки ожогов. Ну и потом добровольно приехал обратно.

Сортир... В сортире срали, ссали и блевали куда угодно, только не туда, куда положено. Три бомжа умудрились обосрать не только пол, но и бачок унитаза, стены и даже раковину (как, сцука, можно насрать в раковину, когда она на уровне груди?!?!!?). Хотя нет, вру. Один из них в сортире только ссал. Срал он под себя, после чего возмущенно заявлял: "А это не я!".

Отдельного абзаца заслуживает то, как его стригли. С него, помимо стандартных блох, вшей, тараканов и двухвосток сыпалась такая неведомая фигня, что учёные-мандавошечники могли бы, дрожа от экстаза, писать диссертации прям не отходя от кассы. А Джоан Роулинг запустила бы многосерийку "Фантастические твари и на ком они обитают".

Итак, меня перевели на другой этаж. Там было гораздо чище, свежее (первое время) и веселее. Почему свежее первое время? Потому что любителя срать под себя перевели к нам в палату. После операции. Изначально у него были всего лишь отморожены пальцы ног. Копыта перебинтовали, обрабатывали йодинолом и, через пару недель после поступления, он мог бы выписаться. Вот только есть такая штука - спайс. Курение этой фигни вызывает кислородное голодание мозга в комплекте с необратимым его разрушением.

Шириков (как я его прозвал, а потом прилепилось) после перевязки разбинтовывал ноги и рассекал босиком по палате, в сортир и по коридору. Соответственно, в один прекрасный момент всё стало так хреново, что одну ногу ему оттяпали по колено, а на второй половину ступни.

После операции тело перевели к нам в палату. К тому что он срал под себя обнаружилась еще куча бонусов. Например, он любил рисовать говном на стенах. Или минировать пол. Вытаскивал членокотетор из банки и складывал себе на грудь. Попытки подсунуть судно были тщетны, как всё сущное. Едва завидев корыто он начинал обильно срать. Если посрать удавалось незаметно, Шириков сначала изображал на стенке позднего Дали, а затем доедал остатки краски. При попытке медсестры отобрать краску он судорожно сжимал кулачки (от чего говно просачивалось сквозь пальцы) и начинал жрать в два раза быстрее.

Потом девчонки насобачились подсовывать ему вместо говна печеньки и таким образом отмывать руки. Кстати, попытки разбинтовываться и свалить без ног он не прекратил и после операции, вплоть до выписки.

Разговаривать Шириков, как ни странно, умел. Нежелание гадить куда положено объяснял тем, что стесняется. Реально же просто любил подрочить, пока его отмывают тётки, поясняя, что дома он всегда так делает.

Мы, конечно, пытались бороться с запахом, заметно обогатив производителей дезодорантов. Поэтому в палате пахло то говном в альпийских лугах, то говном с яблоками, то свежим бризом из очистных сооружений то, буквально по Чехову - как будто в вишнёвом саду насрали.

О лечении:

Лечили меня сначала стандартно, приматывая к ожогам подорожник синей изолентой и вкалывая по 7 уколов какой-то фигни в день (как я понял, антибиотики и антикоагулянты). И вот он настал. Тот день.

Док утащил меня в перевязочную, попросил чутка потерпеть и оторвал все мои корки от ожогов. На живую, нах, без наркоза. Я поражаюсь его таланту. Я еще не успел набрать воздуха в лёгкие, что бы сказать, что чувствую дискомфорт и тут херак: перед глазами розовая пелена от боли и увещевания Дока, что это совсем не больно. Жрать я в тот день так и не смог. И ходить тоже.

И это ладно я. Я привык ко всяким кровь-кишки-распидорасило (работа была такая). А некоторым в обморок приходилось падать. Кстати, в награду за то что не дёргался, Док разрешил мне посмотреть глубину ожога. Занятно видеть свои кости с обрывками мяска)

Ну а дальше я начал подозревать, что в Ожоговом центре в совершенстве освоили методики допроса "СС" и даже внесли свои усовершенствования. Засохшую шкуру мне отдирали насухую, через день (без обезболивания), поясняя, что это "методика такая". Есть тут врачи? Поясните за методику. Ну, если уж совсем невмоготу было, давали таблетку анальгина. И тот потом закончился. Всё правильно. Как говорил Вильям наш, так сказать, Шекспир: "У обездоленных лекарства нет кроме надежды".

Через месяц Док в очередной раз оторвал от меня кусок засохшего меня, потыкал пальцем в мясо и резюмировал: "Если дать самому заживать, это надолго, а ты мне тут на Новый Год нафиг не нужен. Так что будем делать пересадку".

Про пересадку писать особо нечего. Посмотреть почти не удалось. Каким-то хитрым рубанком от меня отрезали кусок шкуры, приляпали степлером (реально степлером) на место ожога, придавили подорожником, замотали синей изолентой и сказали сутки не вставать. Вставал, конечно. Сначала гонял на катафалке. Потом пешком, перемещаясь по коридору с грацией хромой табуретки.

Вскоре после пересадки мне начали смазывать ногу каким-то майонезом (вместо подорожника) и вчера благополучно выписали, сказав не выёживаться и посидеть пару недель дома (что я и делаю).

Написать хотелось бы еще много. Про то, что я 2 месяца смотрел РЕН-ТВ и теперь точно знаю, что четырёхметровый гитлер свалил на летающей тарелке в Антарктику, которая на самом деле Атлантида, и теперь производит там ГМО и ходит в костюме гигантского пингвина. Поэтому туда не пускают учёных и сбивают с орбиты спутники. Про то, что в больничке офигенно кормили (я охуел, им из ресторана еду привозят). Я там разжирел с 75 до 78кг (при росте 185).

Про то, как мы друг другу помогали, потому что не хватало медсестёр. Да и медсёстрам помогали и закармливали их шоколадом. Про водилу с 53% ожогов, которому работодатель, чтобы уйти от ответственности, пытался пришить самосожжение и у нас постоянно гостили менты. Его буквально вытащили с того света. Про взрыв газа в Алтайском прочитаете сами в интернете, вся семья со мной лежала. Но это будет просто скучная констатация фактов. Я и так полтекста уже удалил.

И, да, самое важное!!!!

Следите за детьми!!! Когда малышу, который начал познавать мир, удаляют кисти он не плачет. Там всё аккуратно и обезболено. У него в глазах непонимание. Почему другие могут брать ручками игрушки, а он нет.

Берегите друг друга!