К черту мамонтов&#33

Пролог

Закладка:

Ольга Шматова

К черту мамонтов!

Глоссарий

Версия романа 7.0 (полностью опубликована на АТ 02.02.2024)

Стилл— синергетическийстабильнаясинергетическая группа нового типа, основанная на резонансной синхронизации биологических и ментальных процессов у участников. Стилл формируется из нескольких человек вовремя проведения Встречи и обладает высоким уровнем ментальной активности, высокой витальностью своих элементов, на порядок превосходящие человеческую.

Элест—элементстилла —человек, который стал элементом стилла в результате особой процедуры, называемой инициацией. После инициации элест кардинально меняется как в физиологическом, так и в ментальном плане.

Встреча— событие, в ходе которого осуществляется комплектование и объединение группы людей со схожими характеристиками для инициации стиллообразования.

Наст— наставник, высококвалифицированный и опытный сотрудник Нашей Службы, который берёт под свою ответственность нового члена (оке) для всестороннего обучения, адаптации в коллективе и передачи ему своих профессиональных и личностных качеств.

Оке— новый сотрудник Нашей Службы, добровольно принявший наставничество опытного коллеги. Полностью доверяется своему наставнику в вопросах обучения и развития. Со временем также становится наставником.

Сингулярность биологическая— процесс разделения человечества на два вида, началась в момент создания первого стилла.

СС—СоюзСтиллов

НС—НашаСлужба — коммерческая организация обслуживающая и защищающая своего стилла.

Глоферы:от (глобал футур) элесты, антипальмовцы, сотрудники НС.

Антипальма— общественное движение, помогающее адаптировать, обучать и развивать людей для жизни в быстро меняющихся условиях, привлекать их к освоению космоса.

ЭОЖ— эффективный образ жизни — учение глоферов

НЭС—новейшаяэтикасоциума — теория и практические тренинги ЭОЖ

Экзаменационные ответы НЭС

Пролог

01.07.2029 12–40 Мальдивы Мале

На огромном экране во всю стену сверкала поверхность океана. На ней, как ювелирные украшения на синем бархате витрины, лежали крошечные острова. Архипелаг начинался с одного края экрана и пропадал за другим. Каждый остров выглядел с высоты детской игрушкой, макетом конструктора.

— Архипелаг, названный Хвост Русалки, — торжественно объявил мужской бас за кадром, — на текущий момент является крупнейшим из когда-либо созданных человеком.

В углу экрана появились цифры с площадью всего архипелага.

— Учитывая ориентировочную стоимость, — рядом с площадью замигала многозначная сумма с пометкой «приблизительно», — и коммерческий потенциал, несложно понять природу возникшего конфликта. Чем бы он ни закончился, у нас новый поворот истории. Вопреки древнему утверждению о том, что земля всегда дорожает, потому что ее больше не делают, теперь ее производят. И сотворил ее стилл тридцать восемь.

Пейзаж с цифрами сменился заставкой «Ожидаем включения».

— И вы уже наверняка слышали суть конфликта. Архипелаг был объявлен юрисдикцией близлежащего государства, несмотря на то, что ближайший к нему остров находится более чем в двухстах километрах от границы его территориальных вод. В качестве основания было заявлено, что Туккай ближе всех…

Заставка сменилась мешаниной из спин и локтей. Изображение пару раз сильно вздрогнуло, поплыло вниз. На экране мелькнула пара затылков, сменившись панорамой толпы.

— Привет, Андрюха!

— Всем привет! — прохрипел голос, явно принадлежавший оператору. — Тут запретили использование дронов. Власти сказали, что в целях безопасности. Так что извиняюсь за такую картинку, показываю что могу.

— Ну что ж поделать, — в голосе диктора прозвучала досада. — Всё равно мы ждем от тебя самой свежей информации.

Изображение поплыло в направлении края толпы.

— Возвращаясь к нашей истории, — затараторил диктор. — На территориальную претензию к их островам стилл тридцать восемь обещал, цитирую дословно: «Подумать над их предложением». И вот сейчас он должен дать ответ. По непроверенным данным он его озвучит одним из своих элестов.

Над толпой беззвучно пронеслась белая обтекаемая машина и зависла в воздухе.

— Спортивный автолёт линии ультра! Какая-то новая модель… Это же штучный экземпляр! Заказной… — уверенно объявил диктор с изрядной ноткой зависти. — Да! Это точно элест тридцать восьмых!.. Андрюха! Ты можешь подобраться туда поближе?

— Стараюсь!

Изображение двинулось к висящему автолёту, дергаясь чаще и сильнее. После особенно сильного вздрагивания через хрип и шум толпы прорвались матюки. Люди в белом оттеснили толпу, образовав некое подобие пятачка. На экране мелькнул кто-то, умудрившийся прорваться. Люди в белом за несколько секунд выловили нарушителя и вернули в общую массу.

Автолёт приземлился. Кабина распахнулась на манер раковины. Внутри, как пестик раскрывшегося бутона, обнаружилась фигура с чуть растрепанной ярко-розовой шевелюрой.

— О! Это же Лили! Сама Лили Ивановская! — завопил диктор.

Фигура только приподнялась на сидении и уже оказалась на ногах, будто перетекла из одного положения в другое.

— Андрюша! Сделай крупнее!

Изображение увеличилось, давая рассмотреть обладательницу розовых волос лет двадцати пяти. Идеально сложенная девушка, гибкая даже на вид и одетая только в узкий топик, туго натянутый на упругую грудь, и завязанный узлом на бедрах кусок ткани, непрерывно переливающейся всеми цветами.

Из толпы потянулось множество рук с блокнотиками и карандашами.

Лиля вплотную подошла к людям в белом, отгородившим ее от плотной толпы.

— Ну конечно! Лилия Ивановская, самая обаятельная из всей четверки.

— Насчет «самой» я бы поспорил, — прохрипел оператор.

— Ты, Андрюха, снимай, — посоветовал диктор. — А лучше продвигайся поближе, пока остальные за нас всю работу не сделали.

Изображение на экране задергалось так, что разобрать толком стало невозможно.

— Очень людно, — пояснил диктор. — Работать в таких условиях крайне сложно. Зато мы первые приносим самые необычные новости.

Изображение перестало дергаться. Снова стало видно Лилю и руки с блокнотиками. Среди них торчала тонкая блестящая спица с черными шариком микрофона.

— Андрюха! — завопил диктор. — Уловитель включи!

— Скажите, — прорвался сквозь шум толпы голос владельца микрофона, — что решил стилл тридцать восемь в отношении претензий на созданную им территорию?

— В вашем вопросе уже есть ответ, — ослепительно улыбнулась Лиля. — А озвучу я его в первую очередь тем, кому он адресован, — она махнула рукой перед собой и куда-то вверх.

Изображение на экране метнулось административным зданием, торчавшим над головами встречающих.

— Андрюха! Верни на экран Лилю! Будь человеком!

Камера снова совершила кульбит. На экране появилось лицо Лили крупным планом. Она продолжала улыбаться. Глаза казались светящимися каким-то неземным светом. Лиля повернулась, и в кадре возник маленький голубой бантик, аккуратно завязанный на коротком розовом хвостике.

— Дамы, обратите внимание! Новый тренд. Бантики в волосах снова в моде. И это доступно всем. Чего не скажешь о топике из нановолокна и набедренные повязки из… вероятно, одного из новейших материалов. Предположу, что стоимость этой тряпочки можно сравнивать с автолётом.

Оператор наконец-то пробрался в первую линию. Дальше виднелись только охранники в белом и Лиля.

— Андрюха, молодец! Задай ей вопрос о новом регламенте Встреч!

Закладка:

Вглубь экрана потянулась блестящая спица с черным шариком.

В этот момент откуда-то сбоку выстрелила другая, почти такая же, и чей-то голос затараторил:

— Госпожа Ивановская! Интересует ваше мнение по крайне важному для многих вопросу. Ваше отношение к новому регламенту Встреч от Союза Стиллов Земли?

— На мой взгляд, Союз Стиллов Земли делает всё, чтобы облегчить образование стиллов. И этим всё сказано, — просияла Лиля новой улыбкой.

— Это был Двигун, — пояснил диктор. — Блогер каждый раз умудряется влезть без очереди и задать вопрос так, что ответ…

Камера поймала лицо Лили крупным планом так, что на краю кадра осталась лишь черная макушка микрофона.

— Поскольку по самым важным вопросам вы уже высказались, то я прошу ответить на очень неожиданный вопрос, — прохрипел Андрюха.

Лиля кивнула.

— У вас довольно короткие волосы. В связи с этим вопрос. Скажите, как у вас на голове держатся бантики?

Лиля засмеялась. Казалось, что одновременно зазвенело множество серебристых колокольчиков.

Коротко стриженный шатен в белом, выделяющийся среди крепких коллег особенно внушительной комплекцией, отодвинул микрофон и сообщил:

— Здесь элест Ивановская на личные вопросы отвечать не будет. Дайте пройти.

Он протянул руки к зрителям.

На экране промелькнуло несколько лиц на фоне летящего автолёта, картинка остановилась на куске неба над океаном.

— Эх, Андрюха, — вздохнул диктор, — теперь тебя в приличное общество на порог не пустят. Дошутился…

В небе на экране появилась маленькая черная точка.

Камера развернулась, показывая Лилю уже на половине дороги к дому правительства.

— Андрюха! Верни предыдущий план! — скомандовал диктор.

На экране снова появилось небо.

— Правее!

Камера подвинулась. В небе, там, где только что была черная точка, быстро рос матово-черный предмет.

— Это дрон! — завопил диктор, будто участники событий могли его слышать.

Андрюха невнятно матюкнулся, тыча здоровяка в белом и показывая на небо.

Тот кинул взгляд в сторону здания правительства и Лили, после одним движением нагнулся, высвобождая что-то снизу штанины и растягивая это между руками. Через пару мгновений, когда дрон стал отчетливо виден, в руках здоровяка сухо хлопнуло.

Дрон будто натолкнулся на столб, дернулся в сторону и стал заваливаться по широкой дуге в направлении океана. На полпути к земле он громко щелкнул, отстрелив облачко дыма и заметную часть себя, после чего одна часть продолжала падать, а другая снова устремилась к дому правительства.

Камера повернулась туда, куда должен был попасть отделившийся снаряд, — на стоящую на крыльце здания правительства Лилю, окруженную белым живым щитом. Двое успели ее уложить и лечь сверху, когда пронзительно коротко свистнуло, переходя в хлопок. Полетели мелкие горящие брызги. Основная часть снаряда шмякнулась о стену здания, развалилась на несколько крупных кусков, тут же свалившихся, оставив только пятно коптящего пламени.

Изображение на экране задергалось под аккомпанемент хриплых возгласов, замельтешило человеческими спинами и затылками, то сливаясь в сплошное месиво, то распадаясь на крупные квадраты.

— Это была атака дрона, — очнулся диктор. — Сейчас мы узнаем подробности. Андрюха!

— Отвали! — прохрипел оператор.

На экране подрагивающей камеры возникла девочка лет десяти. По растерянному лицу текли слёзы, а по неестественно вывернутой ручонке — кровь. Рядом стояло и сидело еще несколько пострадавших.

— Всем осмотреться! — прозвенел голос Лили. — Медиков!

Она внезапно появилась на экране. С царапинами, разбороздившими идеально гладкую кожу, грязным пятном на половину щеки. Лилю явно не заботило ни то, ни другое. Не обращая внимания ни на камеру, ни на оператора, она присела на корточки перед девочкой, пробежала пальцами по руке. Та вскрикнула. Кровь потекла сильнее.

— Прижми здесь, милая, — попросила девочку Лиля, осторожно кладя два ее маленьких пальчика над кровоточащей раной. Лиля дернула узел на бедре. Ткань заструилась, обнажая…

Наташа отвернулась от экрана, куснула губу, повернула на руке массивный золотой браслет, ткнула в кнопку быстрого вызова, спрятанную под большим изумрудом.

В воздухе загудел зуммер.

— Наташа, как дела? — спросил бесплотный голос ИИ.

— Вася, как Лиля? Я видела у нее кровь. Она ранена?

— Нет, Наташа. Она не пострадала. Если не считать испорченного настроения. Напоминаю, она будет тебя ждать вечером.

— Вася, у меня скоро Встреча. И я думаю, что в этот раз всё получится. Предчувствие у меня… А ладно, ты всё равно не поймешь.

— Ты права, Наташа. Такие, как я, лишены подобного. Позволь пожелать тебе успеха.

В воздухе щелкнуло. Контакт прервался.

На душе стало легче. Наташа посмотрела в пол.

Деревянный.

Аккуратно подогнанные доски без затей и изысков. Такие же стены и даже потолок. Весь номер — большой деревянный ящик. Два ящика — гостиная и спальня через дверь. Местный люкс.

В чём заключалась люксовость, Наташа не понимала. Видали избы и побогаче. Но денег содрали как за самый настоящий премиум. А всей премиальности — то ли витрина с какой-то посудой… кстати, запертая… то ли этот самый огромный экран.

Трансляция уже закончилась. Блогер — он же диктор, он же лидер команды журналистов — пустил запись с финала конкурса «Назови остров».

На экране появилась сама Наташа. Пышная от ярко-рыжей шевелюры до… просто пышная. Может, для кого-то чересчур.

Ну и наплевать!

В ее возрасте женщина и не должна выглядеть тощей девочкой. Впрочем…

Рядом с ней Лили, ее подруга. Девушка с неизменно ярко-розовыми волосами, на лице улыбка, глаза светятся. Фигура — будто скульптор лепил.

«А ведь ровесница, — сокрушалась Наташа. — В один класс ходили. Выглядит как девчонка. И не только выглядит… Только вздыхать и завидовать…»

Наташа вздохнула.

«И возможности любые. Стилл не только острова создает, у него космические корабли и недвижимость на других планетах. Хорошо быть элементом стилла. Элестом… Только вот не всем везет. Кто-то на первой же Встрече в стилл попадает, а кто-то и за шестьсот Встреч никак…»

Наташа снова вздохнула.

Ладно.

В эту Встречу всё должно, наконец, получиться. Не зря с самого утра торчит занозой какое-то беспокойство. И она тоже наконец-то станет элестом. А не только подругой элеста.

По запястью постучал крошечный молоточек.

Она глянула на руку. На браслете — коммуникаторе, не пластиковой ерунде, которую можно увидеть на любых руках, а сделанном на заказ из золота и камней, вспыхивал пунцово-красный рубин.

Экстренно?

Наташа вывела сообщение на экранчик, пробежала по нему глазами. Мотнула головой. Прочитала еще раз.

— Не-не-не… Херня какая-то. Это кто-то напутал, — пробормотала она под нос.

Пройдя от двери до окна и обратно, она сильно закусила губу, несколько раз с силой втянула воздух носом. Помогло. Слёзы и паника отступили.

«Хорош бегать! — мысленно приказала она себе. — Звонить надо».

Несколько раз промахнувшись, она ткнула в нужный контакт.

На другом конце зазвучал механический голос:

— Наташа, Лиля сейчас занята.

— Васька! Я всё понимаю! Но у меня беда! Дай мне ее! Срочно! Срочно! Понял?

— Да, Наташа, — механический голос сменился тоном английского дворецкого, — я понял. Одну минуту.

Заиграла умиротворяюще снотворная музыка.

«Издевается? — подумала Наташа. — Или это он меня успокоить хочет? Хрен ему. Я не успокоюсь. Я…»

— Привет, Наташка! — прозвучал бодрый голос подруги.

— Лиля! У меня фигня случилась! Мне сейчас сообщение прислали… — Наташа старалась говорить как можно ровнее, но вместе со словами хлынули и эмоции. — Короче, какие-то козлы напутали! Надо это распутать. Я тебя умоляю. Скоро Встреча!

— Погоди… — на другом конце что-то прошуршало. — Давай быстренько и по существу.

— По существу? Мне сейчас пришло сообщение, что сегодня меня не пустят на Встречу! За что? Я ничего не сделала! Какой-то искин напорол, а я…

Закладка:

— Ясненько, — прощебетала Лиля. — А еще что написали?

— На год! Ни за что! Ты элест. Дай им пинка, и они исправят. Ты же всё можешь…

— Ну всё — не всё… Подожди. Сейчас попробую разобраться.

Снова заиграла сонная музыка.

— Наташ, — прервал музыкальную паузу голос Лили, — ты там?

— Ну?

— Значит вот что, подруга. Ты только не переживай. Я связалась с Союзом…

— Ошибку исправили? Мне еще ничего не пришло.

— Нет, Наташ. Ошибки нет. У тебя действительно мораторий на Встречи.

— Что?

— Мораторий. На Встречи. Сроком на год.

— Какого? Я ничего не сделала! За что?

— Не «за что», а для чего. Мне сообщили, что при твоем количестве безрезультатных участий необходим перерыв. После перерыва твои шансы на застилливание должны резко увеличиться. Так что— это не наказание, а забота о тебе же.

— Чего?! Забота? А что при мне результативность Встречи повышается? Это ничего не значит?

— Забота о тебе лично. Не переживай. Годик передохнешь, поучишься, увеличишь шансы…

— Ты, как сейчас помню, очень много училась, — съязвила Наташа. — Прям с утра до ночи. Ага. Меня будто там не было. Пришла и на первой же Встрече бах в элесты! А у меня, значит, форма не та!

— Мне просто повезло.

— А мне нет? Шестьсот Встреч! С лишним!

— Слушай, скоро будет тренинг Основательницы. Я тебе билет подарю. Сразу рисовать начнешь. Об этом мечтают миллионы…

Наташу захлестнула горячая волна негодования, в ушах зашумело.

Год!

Под ногу подвернулся стул, тут же отправленный пинком в дальний угол. Следующей под руку подвернулась подушка, а потом попало еще что-то. Что было дальше, Наташа помнила плохо. Предметы, способные лететь от пинка, летели. Тяжелым и большим — доставалось всем, подвернувшимся под горячую руку.

Когда силы иссякли, она обнаружила себя посреди номера с похудевшей подушкой в руке. Жар затапливал от пяток до макушки и стремительно сменялся ознобом. Ноги подкосились. Она опустилась на пол.

В воздухе висели белые перышки, медленно кружились в воздухе, напоминая большие продолговатые снежинки. Повсюду и на самой Наташе они топорщились снежными горками. Стулья валялись в противоположных углах. По экрану пробегала трещина. Досталось и витрине, спасшей посуду от превращения в черепки.

Наташа посмотрела вверх, и пара перышек мягко опустились ей на лицо.

«Чудо в перьях, а не элест» — мысленно фыркнула она.

В носу засвербело. От чиха брызнули слёзы. И они полились горько-солеными ручьями, размывая косметику и пачкая блузу.

Четыре года не отвлекаясь ни на что. Больше шестисот попыток. Теперь еще год. Без единой попытки. Выброшенный из жизни год, за который может многое измениться.

И как?..

Желающих с каждым разом всё больше. Союз может внести какие-то регламенты. И тогда что?

Оставаться чудом в перьях?

Из-за плинтуса выкатился робот-пылесос, поглощая мелкий мусор. Пошарил по углам, выполз на середину и замер, уткнувшись в ногу.

— Чего тебе? Перышек хочешь?

Наташа собрала с себя всё, что попалось под руку, высыпала перед роботом. Через мгновение перья исчезли.

— Всё. Больше нету. Кончились у меня перышки.

Робот стоял на месте, едва крутя корпусом.

— Не-е-т-у-у, — нараспев сказала Наташа. — Зря ждешь.

«И я тоже зря жду, — размышляла она. — Ничем не умнее, не лучше. Нечего ждать. Надо что-то делать».

В голове Наташи крутились обрывки давнишних разговоров, случавшихся на Встречах и складывающихся в непривычную картину.

Она выудила из сумки планшет и заскользила пальцами по экрану.

Инициация — это случайность.

Стиллы могут говорить что угодно, но она это знает точно. Насмотрелась достаточно. Конечно, Союзу хочется контролировать появление каждого нового стилла. И если кто-то решил покуситься на его монополию, то плохо ему будет.

Но ведь покушаются…

Наташе вспомнился улыбчивый парень со Встречи, проходившей, кажется, в Стамбуле. Встреча оказалась холостой, стилл не образовался. А тот парень, как бы вскользь заметил, что возможны другие варианты.

Наташа водила пальцем по закладкам. Она тогда не ответила бы, зачем вообще что-то сохранила. Тогда она чувствовала себя исключительной. Теперь…

Теперь нужно найти и вспомнить.

Популярный сайт — Барахолка, где каждую секунду продают и покупают всякую белиберду с кучей рекламы на морде, из-за которой загрузка кажется вечностью. Поиск, в объявлении ссылка и… выход на простую плоскую страницу, спрятанную в недрах чужого сервера.

Пароль смешной. Только поэтому запомнился.

Страница развернулась в плоский старомодный форум.

Наташа заскользила по темам, выбирая самую свежую.

РиТа: «У меня мораторий на шесть месяцев почти закончился. Жду приглашения!»

Б.К.: «А мне приглашение так и не пришло, хотя мораторий закончился одиннадцать дней назад».

Старый пес: «А у меня мораторий на год был! Я на пять Встреч после этого сходил, и мне еще на полгода моратория влепили!»

Люборам: «У меня знакомый рассказывал, что если моратории начались, то это навсегда. Может, на нелегалку записаться?»

РиТа: «Я бы не рискнула».

Старый пес: «Я бы поучаствовал в нелегальной встрече, но мне это не по карману. Там конский ценник».

Б.К.: «Пойду в Антипальму. Им чаще приглашения достаются. Говорят, в пять раз чаще, чем нам, незарегистрированным!»

Мурокоша: «Антипальма для секс-маньяков. Людям на глаза потом не покажешься. Тыкать будут пальцем и хихикать».

Б.К.: «Посылать нужно таких людей подальше! Да ты со старыми приятелями и не встретишься после обучения в Антипальме. Если не застиллишься, улетишь в космос колонистом или исследователем».

Пострелка: «А вы не помните такого ЛЕОпольда? Он в марте ко всем здесь приставал со своими страданиями. Потом заикнулся о нелегалке и исчез».

Люборам: «Значит застиллился! Повезло».

Старый пес: «Говорят, на нелегальных Встречах процент образования стилла выше на порядок».

Мурокоша: «Врут! Такого быть не может!»

Пострелка: «А я думаю, что может. Нам организаторы не всё рассказывают. Наверное, они специальные стиллы подготавливают к инициации. Мне тут из академии человечек один шепнул, что на Встречах сейчас инициируют только крупных стиллов. Элестов на пятнадцать и больше».

Старый пес: «Это понятно. Чем больше элементов в стилле, тем он мощнее. А мы, видно, потенциальные элесты малочисленных стиллов».

Мурокоша: «Да. И поэтому они с нами не возятся. Отвергают».

Это всё было, конечно, только предположениями, но резонными. Мало ли какие задачи решает Союз? И какая-то Наташка, как и те бедолаги, прячущиеся на форуме с их страданиями, ему совсем не интересны. Значит, заботиться нужно самой. Не санкционировано Союзом? Что ж. Сразу вряд ли по голове дадут, если только организаторам, но это не ее печаль. А победителей не судят.

Ценник конский?

Как предприниматель она знает, что цена — понятие относительное.

Червячок сомнения ворочался и покусывал где-то на периферии сознания. Ощущение, что что-то не так, было, но настолько вялое, что Наташа мысленно отмахнулась и от него, и от червячка.

«Пока долго думаешь, пролетаешь мимо кассы», — прикинула она, тыкая в яркий баннер внизу форума.

Квадратик с надписью «Вы платите — мы помогаем» сменился змеёй, обвивающей яблоко. Змея подмигнула, и баннер развернулся во всплывающее окошко с заполняемой формой…

Глава 1

03.07.2029 8:30 Москва. Офисный центр «Шаболовка»

Старый офисный центр на время ремонта лишился арендаторов. Поэтому, когда на пороге управляющей компании появились люди в дорогих костюмах с предложением снять все, директор посчитал, что они — психи и что ему страшно повезло. Юрист попыталась что-то возразить и на что-то указать, но он просто отмахнулся. Своя охрана — да пожалуйста. Смешанный режим эксплуатации — непонятно, но какая разница?

Закладка:

Через пару дней на фасаде здания появилась табличка с надписью «инвестиционный фонд РИК». На входе появился настоящий КПП, а внутрь внесли, втянули и втащили массу оборудования, видимо, остро необходимое для работы с финансами.

Фонд заработал. Сторонний наблюдатель, если бы таковой нашелся, решил, что финансисты работают круглосуточно, без отгулов и выходных. Сутки напролет входили и выходили люди, подъезжали и отъезжали машины, в окнах, через тонкие щели между поляризующей пленкой и стеклом, просачивался свет. Но если бы тот же самый наблюдатель решил проникнуть вовнутрь и каким-то образом миновал угрюмую охрану на входе, то, попав внутрь он все равно ничего бы не понял.

Пройдя первые три этажа, он обнаружил бы клерков, сидящих за мониторами. Тех же самых клерков, что-то жующих в столовой. Их же, спящих в отдельных предназначенных для сна капсулах. Да, фонд заботился о своих сотрудниках.

На четвертый этаж этот любопытный бы не попал. Если бы вообще решил пробираться по заляпанной раствором лестнице мимо недокрашенных стен, сквозь проходы, завешенные кусками грязного полиэтилена. Тогда он, к своему удивлению, нарвался на гуриков, с навесным оборудованием недвусмысленного назначения. И, прежде чем те его выпроводили, мог бы успеть увидеть странную вывеску. Например, «Не беспокоить. Заседание клуба анонимных алкоголиков». В прочем, каждый, кто знаком с миром финансов и работой в нем, не счел бы ее странной.

А вот человек, уверенно шагающий по коридору четвертого этажа, явно не был просто любопытным. Глядя на трехдневную щетину на лице, изрядно потертую джинсу и растоптанные кроссовки, посчитать его служащим фонда его мог бы лишь человек незаурядной фантазии. Что не мешало посетителю чувствовать себя как дома.

Остановившись напротив гурика, дождался пока тот просканирует на наличие электронных устройств, и скользнул за дверь, где, согласно вывеске, шло заседание людей, страдающих от чрезмерной любви к крепким напиткам.

Сумрачный зал освещался только экраном. Присутствующие смотрели на него, синхронно следя глазами за происходящим, одновременно моргали, вздыхали и ерзали на жестких стульях. На вошедшего внимания никто не обратил. Он занял свободное место, уставился на экран, где карту, покрытую кружочками постоянно меняющихся диаграмм, сменило изображение полноватой дамы с пышной огненной шевелюрой.

— Есть кандидат, — объявил сухой ровный голос. — Наталья Рогожина. Подруга Лилии Ивановской, элеста стилла тридцать восемь.

Присутствующие вздохнули. Голоса зазвучали разом, сливаясь в один:

— Почему она?

— Союз объявил ей годовой мораторий на Встречи. Она оплатила участие в нелегальной Встрече на Мальдивах. У нас есть исполнитель в поле доступа. Кроме этого, Лилия крайне деликатно относится к Наталье. Она не привлекает ее к движению глоферов, ждет ее естественного развития.

— Кандидата утверждаю, — объявил голос, слитый из многих.

Глава 2

03.07.2029 7-40 Мальдивы. Архипелаг «Хвост русалки» остров 68 — Семапрохилодус

Солнце давно поднялось над океаном, а завтрак всё никак не начинался. Гуманоидные роботы — гурики сновали в тени виллы у бассейна, накрывая на стол. Они расставляли блюда, накрытые крышками, из-под которых прорывались ароматы жареного бекона, колбасы и свежей выпечки, смешиваясь с запахом моря. Наташа сглотнула, борясь с искушением приподнять прозрачную крышку и стащить кусочек колбаски.

«Договаривались завтракать вместе с Лилей», — подумала Наташа со вздохом.

По её ощущению, ожидание сильно затягивалось. Она посмотрела туда, где отмель обрывалась в пучину океана, и увидела специально оборудованную трамплином антиграв-платформу, висящую высоко над водой.

На платформе, похожей и на ковёр-самолёт, и на бетонную плиту, разминалась женская фигурка. Она застыла на мгновение и шагнула на трамплин. Несколько раз качнулась, подпрыгнула, с силой ударив ногами пружинистую доску, и свечкой взвилась в воздух. В верхней точке полёта она замерла на миг, собралась в комок, и, перевернувшись несколько раз, подобием иглы воткнулась в воду, выбив из неё маленький белый фонтанчик.

«Эх, Лиля, — снова вздохнула Наташа. — Подруга… Следующий этап эволюции человека. Блин! Вернее, элест».

Платформа опустилась к самой поверхности, подбирая ныряльщицу, и снова поднялась в воздух.

«Лиля-Лиля, когда ты напрыгаешься? Есть хочется. Тут не все как ты, продвинутые. Некоторые — обычные люди. Голодные. И похоже, долго ещё будут обычными и голодными».

За спиной Наташи звякнуло и она обернулась. Рядом с блюдами гурик расставлял тарелки и приборы. Двери виллы широко распахнулись, пропуская второго гурика с огромным подносом в манипуляторах. Робот обошёл Наташу и водрузил посреди стола запотевший с холода кувшин воды и огромную прозрачную вазу с фруктами и ягодами, выложенными на поблёскивающем острыми краешками колотом льду.

Одна льдинка размером с орех съехала с блюда и, докатившись до хрустального бокала, со звоном остановилась. Гурик подцепил льдинку чайной ложечкой и бросил обратно в кучу льда. Не успел он положить ложку на стол, как льдинка скатилась вновь и доехала до корзинки с плюшками. Он подобрал льдинку и водрузил её на самый верх ледовой кучи.

Колотый лёд дрогнул и несколько кусочков высыпались на скатерть, разъезжаясь по всему столу. Робот протянул ложку к ближайшей льдинке.

Наташа, опередив робота, собрала весь лёд со скатерти в ладонь и выкинула в цветущие розовой пеной кусты.

Гурик постоял неподвижно несколько секунд, сорвал ромашку из букета, украшавшего стол, и молча протянул Наташе.

«Приятно, однако, — подумала Наташа, сунув ромашку под нос. — Ну почему на Лилином курорте прислуживают только роботы? Настоящий живой дворецкий намного престижней. И интереснее! Только не говорите мне, что Лиле на этот праздник денег не хватает».

Наташе вспомнился родной Лещанск, заросли ромашки на пустырях и, улыбнувшись, она пошла к бассейну. Пройдя вдоль террасы, она обошла группу гуриков, стоящих вдоль стены в ожидании приказаний. В просвете между кустами и стволами пальм было видно, что Лиля всё ещё прыгает.

Мимоходом Наташа погладила шершавый ствол пальмы, перепрыгнула лужицу от криво установленной поливочной системы, утрамбовала «не так» лежащий камешек и остановилась у бассейна.

В воде отражалась пышная женщина в пыльно-розовом купальнике, с густыми рыжими волосами до плеч.

«Классное место, отличная погода, — мысленно сказала Наташа отражающейся в воде женщине. — Завтрак скоро. На столе всё самое вкусное, любимое. Чего тебе не хватает? В Москву хочется?»

В Москву не хотелось. Там сейчас тоже лето и тепло, но почему-то вспомнилась холодная весна двадцать пятого года. Наташа так и не решила, поменяла бы она что-то в тот день, когда получила первое приглашение на Встречу, или оставила всё как есть.

«Я первой рискнула сходить на Встречу и Лилю туда привела, а могла бы и не приводить. Мне же её пришлось большой дубиной туда загонять. И теперь она уже больше четырёх лет элест — элемент стилла, а я нет! Как была я простым человеком, так и осталась минимум на год. Хотя это мы ещё посмотрим! Это я не побоялась участвовать в экспериментальной программе и выпросила у профессора первый пригласительный для себя. Как её тогда называли, эту программу? Формирование коллектива новой формации! Это сейчас на Встречу для формирования этого самого коллектива стиллов все ломятся. Тогда, помню, денег за участие давали, а бонусом ещё и кормили на халяву. Потому что стиллы — это было страшно и необычно. Какие ужасные слухи тогда бродили! Как сейчас помню, меня групповухой пугали!»

Глава 3

27.03.2025 Москва 9-40

Московский март четыре года назад был мокрым и холодным. Будто кто-то, вершащий погоду, добавил к февральскому холоду чуток влажности и решил, что этого хватит. Небо окутывало неразрывное покрывало серых туч, постоянно ронявших мокрую крупу. Она превращалась в грязное холодное месиво из того, что упало с неба, и того, что люди налили и насыпали поверх этого. Незамерзающие лужи, перенасыщенные реагентами, охотились за обувью пешеходов, колёсами автомобилей и лапами собак, разъедая их и покрывая язвами. Люди матерились, собаки скулили, дворники молча добавляли реагентов. Так зима начиналась и так продолжалась, несмотря на то, что по календарю вот-вот должен был начаться второй весенний месяц.

Закладка:

К концу марта температура воздуха стала повышаться, но влажность с лихвой компенсировала это незначительное потепление. Стужу заменил промозглый ветер, который забирался под одежду и заставлял дрожать и сморкаться не хуже февральского мороза. Особенно трудно стало пассажирам, зябнущим на остановках и завистливо поглядывающим на автомобилистов в пробках. Наземный транспорт работал «не очень», поэтому, чтобы к риску заболеть не добавился ещё и риск опоздать, выходить из дома необходимо было куда раньше обычного. В результате шансы оказаться на месте до требуемого срока и маяться от безделья возрастали.

Как в этот раз случилось у Наташи.

Когда она добралась до университета, у неё оставалось изрядно времени на то, чтобы с пыхтением втянуть на второй этаж тяжеленную сумку, пристроиться в уже «прикормленном» закутке и взгромоздиться на подоконник.

Наташа приготовилась развлекаться оставшееся время прослушиванием лекции, устроилась поудобнее и прислушалась. Из открытой двери аудитории доносился голос лектора, монотонный, как у циркового гипнотизёра. Содержание лекции было малопонятным. Кроме предлогов и числительных, смысл слов ускользал.

«Ладно, — подумала Наташа. — В этот раз что-то скучное. Не свезло».

Прошлый раз лектор рассказывал увлекательную историю то ли про Пушкина, то ли Тургенева. Наташа их путала, с трудом вспоминала, кто утопил бедную собачку и почему ему за это поставили памятник. Но лекция звучала как детектив. Наташа даже огорчилась, когда она закончилась, и рассчитывала на продолжение.

Вместо этого нужно было поскучать ещё минут двадцать, чтобы в начале перемены раздать проголодавшимся студентам тёплые пирожки и бульон. Взять с них оплату, отсчитать сдачу и ничего не перепутать.

Наташа прикрыла глаза и задумалась.

Вечерами, подсчитывая выручку, она то радовалась, когда сумма оказывалась больше ожидаемой, то расстраивалась, что в этот раз — немного меньше. Конечно, люди продвинутые, способные оплатить заказ заранее, снижали головную боль «несчастной торговки частной». Но их было отчаянно мало. В основном все норовили трясти наличкой. Мало того. Хоть она и просила платить без сдачи, то и дело образовывались умники с крупными купюрами.

В принципе, дела в общественном питании развивались не так уж плохо. Наташа постоянно отправляла в Лещанск приличную сумму матери и сыну. А ещё ей хватало денег ездить с Лилей домой не дважды в год, как до открытия этого микробизнеса, а каждый месяц на два три дня.

Желающих купить пирожки и бульон становилось всё больше. Излишек, прихваченный «на всякий случай», расходился стабильно. Кроме того, ещё и не на всех хватало, что стимулировало оформлять заказ заранее. Можно делать больше, но… Силы Наташи на исходе. Ещё немного и придётся или заказы ограничивать, или цены поднимать. Или…

«Придётся нанимать работников-надомников. А как качество проверять? Воровать же будут. Что, я людей что ли не знаю? Что же, каждый пирожок надкусывать и проверять, сколько туда мяса не доложили?»

Размышления о трудностях развития предпринимательства прервал мужской бас. Он возник где-то в глубине коридора и быстро приближался.

— Маргарита Искандеровна, — нудил бас, — нам катастрофически не хватает женщин. Ну, что вам стоит?

В голосе звучала странная смесь заискивания и возмущения. Кому-то для чего-то не хватало женщин. Катастрофически.

Наташа уже не слушала непонятную лекцию и полностью переключилась на приближающийся голос. Она открыла глаза и спрыгнула с подоконника в тот момент, когда мимо пронёсся солидный мужчина.

Аккуратная седая бородка в сочетании с хорошим, на взгляд Наташи, пиджаком и нелепым галстуком. Всё настолько соответствовало образу профессора, укоренённому в её голове многочисленными фильмами, что она ни на мгновение не усомнилась, что это он. Профессор стремительно убегал в глубину коридоров, продолжая уговаривать собеседницу:

— Вы же знаете, стиллы формируются из мужчин и женщин в равных пропорциях. А десятка — это скорее исключение, чем правило. Напомню. Женщин приходит на Встречи в три раза меньше, чем мужчин. И мы ещё удивляемся отсутствию результатов! Приводите всех своих студенток завтра на стадион.

Наташа двинулась следом.

Невидимая Маргарита Искандеровна, видимо, ответила профессору нечто крайне неприятное, отчего он внезапно остановился и рявкнул в трубку:

— Так соврите им! Зачёт пообещайте. Ну, я не знаю… Бесплатно раздавайте модные трусы. Выкручивайтесь, как хотите. С вас к завтрашней Встрече тридцать особей женского пола.

Он оторвал трубку от уха и, утирая со лба пот одной рукой, другой принялся шарить по экрану смартфона.

Из подслушанного разговора в голове Наташи занозой застряло слово «Встречи». Про них она уже что-то слышала. Не очень чётко. Но, как про что-то новое, перспективное, и куда, что называется, «хрен попадёшь».

И вот, пожалуйста, мимо бежит человек, которому до зарезу на Встрече нужны женщины. И это как раз про неё. Да и сам человек… то есть мужчина, явно интеллигентный, образованный, не лишённый привлекательности.

Наташины ладошки моментально вспотели, а сердце застучало часто-часто. Она ещё что-то додумывала, а ноги уже сами принесли её к профессору.

Тот, поглощённый поиском чего-то в смартфоне, ничего не замечал и никого не видел.

Наташа сделала милое лицо и подошла к профессору поближе. По-прежнему ковыряясь в меню, профессор то ли ничего и никого не видел, то ли не желал видеть. Попереминавшись с ноги на ногу, она заподозрила, что просто так внимания не добьётся, и в бой вступила тяжёлая артиллерия.

Она развязала шарф и расстегнула тёплую кофту так, чтобы на обозрении оказался глубокий вырез футболки. Подошла к профессору вплотную, чтобы тот сразу увидел её декольте. И с чувственной хрипотцой спросила:

— А у вас лишнего билетика не найдётся? Профессор, на миг оторвавшись от смартфона, окинул её взглядом и буркнул:

— Иванов в триста седьмом.

Наташа мысленно ухмыльнулась.

«Понятно, почему у них с женщинами проблема. Вот стою я перед этим олухом, а он меня в упор не видит. Путает со студенткой. Это весьма мило с его стороны, конечно. Интересно, а его студентки не женщины, что ли? Что бы такого спросить, чтобы зацепило?»

В голову ничего не приходило. Школьные учителя, по Наташиным воспоминаниям, обожали, когда ученики повторяли за ними. Ладно. Отчего не попробовать?

— Стиллы формируются из мужчин и женщин в равных пропорциях? — спросила она, изображая живейшую заинтересованность.

Профессор уставился на Наташу, как на говорящую статую. Через пару секунд медленно проговорил:

— Да. Это последние данные. А у вас есть сомнения?

— Хочу попасть на Встречу и всё увидеть своими глазами, — выпалила Наташа. — Очень хочу участвовать!

— Отлично! — воскликнул он, оглядываясь вокруг. — И много вас таких, желающих?

«Блин! Они туда пускают только группами? Ну и где я эту группу возьму? Надо что-то сочинить».

— Я буду одна. Так сказать, разведчиком. Если понравится, приведу столько женщин, сколько вам нужно.

— О! — глаза профессора округлились. — Дорогая, я жду этих слов уже два месяца. Будущее вас не забудет! Как вас зовут?

— Наталья.

Она подала руку. Профессор взял её и аккуратно поцеловал.

— Очень приятно, Наталья! Меня зовут Фёдор Николаевич. Я директор курсов прекураторов. Вот карточка с адресом ресурса для регистрации и кодом активации на обратной стороне. Жду вас завтра на стадионе. Уверен, вам понравится. Увидите, как будущее вылупится на ваших глазах. Это потрясающее зрелище! А если повезёт, сами им станете…

Глава 4

03.07.2029 7-45 Мальдивы Семапрохилодус

Налетел ветер, взбудоражив воду бассейна. Наташа собрала растрёпанные волосы в пучок. Она критически посмотрела на отражение в воде. Лишние килограммы замыливали контур идеальной женской фигуры с крутыми бёдрами и выдающейся грудью. Наташе пришлось купить особый купальник, подтягивающий отвисший животик так, что эти килограммы превратились только в намёк. Оттенок купальника она подбирала под цвет волос. Удачно, на её взгляд.

Закладка:

В общем, всё смотрится очень даже неплохо. Будь она мужчиной, ей бы точно понравилось. Лицо… Вода — не зеркало. Чёрт, лица не разобрать. Но Наташа была уверена, что с ним всё в порядке. Специально купила косметику для влажного климата. Значит, потёкшая тушь и расплывшаяся на пол-лица помада ей не грозили. Может быть стоило рассмотреть повнимательнее, но вода колыхалась, а за отражением происходило какое-то движение.

На дне виднелось копошение чего-то серого и неоново-розового. Наташа подошла как можно ближе и пригляделась.

С удивлением она узнала в «розовом» скакалку, привезенную из Москвы. Та петлями плавала вокруг робота-чистильщика, который зацепился за неё клешней, а теперь пытается освободиться от нежданного приобретения.

«Бедная железяка! — подумала Наташа. — Вот так плаваешь себе в бассейне, скребёшь бортики, а потом бах — и влип. И помочь-то некому».

Первым желанием было позвать других роботов и приказать им вытащить собрата. Но Лиля перевела управление на язык жестов. По её словам, чтобы создать Наташе стимул его учить. Теперь ни позвать роботов, ни, тем более, приказать им что-то она не могла.

«Ну и ладно! Сама справлюсь. Во-первых, покажу, как мне этот язык нужен. Во-вторых, из-за моих мытарств кому-то будет стыдно за его самодурство».

Только вот лезть в холодную воду отчаянно не хотелось. А мысль о мокром, липнущем к телу купальнике не радовала. Бр-р-р.

«С другой стороны, зачем вообще лезть? До робота и скакалки можно достать и чем-нибудь длинным».

Наташа осмотрелась. Бассейн окружал аккуратный садик, стилизованный под «старые тропики». Неровные пятна газончиков, замшелые камни с торчащими между ними пучками травы, пальмы, возвышающиеся над крышей виллы.

Стены виллы казались невидимыми. Вместо них были океан, пляж, деревья, изредка прерываемые колоннами, чтобы избежать конфуз и столкновение с невидимой преградой. Сверху всего этого, будто нарисованная, висела крыша. Ещё одним намёком на здание была большая двустворчатая дверь.

Ничего похожего на какую-нибудь жердину, длинный обрезок трубы или подобный строительный мусор не было и в помине. Похоже, в план дизайнеров курорта класса «суперлюкс» не входили украшения в виде свободно валяющихся предметов.

«Придётся всё же лезть в воду», — решила Наташа.

Чтобы потом не пришлось завтракать в мокром, она сняла купальник и бросила на бортик.

Глава 5

03.07.2029 7-50 Мальдивы. В прибрежной зоне Семапрохилодуса

В пятидесяти метрах от подводной части острова, в толще воды неподвижно белоснежный туристический автобус без признаков повреждений или аварий, способных забросить его в океан.

Лучи солнца, пробивающиеся сквозь бирюзовую толщу, посверкивали на гладких, будто облизанных, бортах с угольно-черными прямоугольниками тонированных окон, скользили по окатанным граням, вспыхивая яркими искорками на многочисленной оптике. Опытный глаз нашел бы там не только фары для освещения дороги, но и свет для подводных работ, множество габаритных огней и даже сверхмощные прожектора.

Нов тот момент единственным светящимся предметом на автобусе была надпись «мебель» на одном из бортов с постоянно гаснущей буквой «М».

Человека на водительском месте — коротко стриженный качок лет за тридцать в белом комбинезоне — судя по его виду, совершенно не беспокоили ни вода вокруг автобуса, ни резвящиеся вокруг рыбки. Он сосредоточенно смотрел на экран с расхаживающей вдоль бассейна Наташей. В какой-то момент она остановилась, и человек за экраном потер подбородок.

— Вижу, объект активизировался, — кинул он через плечо. — Это не к добру. Надо приблизиться. Вася, причаль к ближайшему шлюзу.

Из глубины салона к водительскому месту подошел остальной экипаж «автобуса». Трое в таких же белых комбинезонах. Женщина — худощавая коротко стриженная блондинка с именем «Карина» на нашивке наставника, невысокий невыразительный щуплый парень лет двадцати пяти с нашивкой оке «Леша». Третья — девушка, почти девочка, с огромными карими глазами и высоко поднятыми бровями на идеально-кукольном личике. На первый взгляд создавалось впечатление, что она застыла в вечном изумлении. Но заглянувший в огромные глаза девушки с нашивкой оке «Аня», обнаружил бы там не детское изумление, а пляшущих чертиков.

«Автобус» развернулся к острову. Разогнавшись, поднял с отмели мелкие бурунчики песка, растолкав и распугав всю попавшуюся ей по дороге подводную живность. Неровности дна слились в сплошное мельтешение, а расстояние между дном и поверхностью быстро сокращалось.

— Влад, — подал голос Леша. — А почему подводный шлюз? Это же утка… Универсальное транспортное средство. Мы можем в небо и сразу…

— Кхм… — качок на мгновение обернулся, кивнул блондинке.

— Леша, — Карина легонько потрепала его по плечу, — служба работает незаметно. Машину над головой сложно не заметить.

Парень умудрился одновременно кивнуть и пожать плечами. Аня скривила идеальные губки в подобие усмешки.

— Поймешь скоро, — кинул за спину Влад.

— Лучше скажи, как определил, — попросила Карина.

— Опекаемый нами объект, относится к группе Три С по Вановскому…

Старший развернулся в кресле и осмотрел сотрудников. Остановив взгляд на хлопающем глазами юноше, спросил:

— Леша, какое народное определение Три С

— Дурак с инициативой! — выпалил тот.

— Правильно. Если объект Три С начинает проявлять инициативу, значит пора приблизиться. Что и делаем, — Влад показал на быстро увеличивающиеся искорки причальных огоньков. — Восемьдесят к одному, что инициатива будет дурацкой. С такими же последствиями. Объекту нужна страховка. Можно перехватить управление роботами, но у них нет водозащиты. Вот, — он показал на экран. — Объект забирается в воду…

Чавкнула стыковочная муфта. Влад одним движением поднялся и оказался возле выхода.

— Это опыт или интуиция? — спросил Леша, глядя на исчезающую в проходе спину старшего.

Аня, глядя туда же, потерла подбородок.

— Теоретические знания, — пробормотала она, — подкрепленные опытом. Он знает Наталью дольше, чем существует Наша Служба. Такой, как мы ее застали, конечно.

Глава 6

03.07.2029 7-50 Мальдивы. Семапрохилодус

Наташа, подрагивая, вошла по широким ступеням в воду. Добравшись до робота, она обнаружила, что в этом месте довольно глубоко. Так, что рукой до скакалки не достать. Чтобы дотянуться, нужно было нырнуть. А вот это делать Наташа не желала, да и не умела.

Но тут в голову пришла идея. Наташа нащупала скакалку ногой, зажала её пальцами и сильно дёрнула. Та резко натянулась, и робот заметался вокруг ног своей спасительницы. Миг спустя они оказались плотно опутаны.

Железный дурак, согласно программе, пытался отплыть от человека подальше. Первая же попытка Наташи сделать шаг превратилась в подсечку. Она забарахталась и чуть не захлебнулась. До края бассейна не дотянуться. Даже если подпрыгнуть.

«Нырнуть? Со связанными ногами? А что потом? Я нырну, а тупая железка меня тут же уволочёт куда-то, где и не вынырнуть. А успею я распутать свои ноги раньше, чем захлебнусь?»

Внутри образовался быстро разрастающийся холодок и возникло отчаянное желание оказаться подальше от этого идиотского робота, сраного бассейна и вообще острова. Где угодно, лишь бы не здесь! Чёрт её дёрнул поехать с Лилей!

Везде можно рассчитывать на случайного прохожего. Но только не здесь. Здесь есть только Лиля и её личная охрана! Лилина НС! Она говорила, что достаточно только крикнуть и они тут как тут. А ещё говорила, что за ситуацией на острове следит ИИ по имени Вася. Как-то плохо следит.

Наташа, выбрав момент, когда вода находится подальше от рта, крикнула:

— Наша Служба!.. Помогите!.. Кто-нибудь!

Фигура в белом форменном комбинезоне показалась прямо из дверей виллы. И это был мужик!

Тот в три прыжка оказался рядом и невозмутимо воззрился на Наташу.

Закладка:

— Наташа, чем вам помочь?

Судя по всему, отсутствие купальника он воспринимал как должное и с интересом рассматривал погружённое в воду пока ещё живое тело. У Наташи кровь ударила в голову.

— А? Ты чего тут забыл? Откуда? Отвернись нахрен! — завопила Наталья. — Какого чёрта мужика прислали?!

Парень, как ни в чём не бывало, продолжал смотреть на Наташу. Ей показалось, что он лапает её взглядом прямо сквозь воду. Пялится на грудь и ниже, ниже и ниже.

— Не двигайтесь, — сухо приказал спаситель и начал стаскивать с себя комбинезон.

— А? Че-е-его-о? — робот снова дёрнул Наташу. — Стой! — рявкнула она, выплёвывая воду.

— Вы хотите, чтобы я стоял тут и смотрел, как вы топитесь?

— Нет! Глаза закрой!

— Хотите, чтобы я слушал, как вы топитесь?

— Развяжи меня, придурок!

Парень, уже давно вылезший из комбинезона, нырнул. Снизу поднялся вихрь щекочущих пузырьков. Наташа почувствовала, как горячие руки обхватывают её, а потом и прикосновение не менее горячего тела. Твёрдые пальцы дотронулись до щиколоток и злополучные прыгалки стали то сильнее, то слабее впиваться в кожу. Через какое-то время петли ослабли и ноги освободились.

Она рванула к бортику и быстро натянула купальник.

— Извращенец, — сообщила она спасителю.

Тот уже выбрался на сушу и растирался полотенцем с таким видом, будто по-соседски искупаться зашёл. Казалось, процесс его поглотил настолько, что он оглох.

— Наглец! — повторила попытку Наташа. — Воспользовался отчаянным положением беспомощной женщины.

Видимо слух к спасителю вернулся, он с любопытством посмотрел на неё.

— Ты же всю меня облапал! Связанную! Почти тонущую!

— Не почти, — поправил он. — Вполне натурально тонущую.

— Голую! Беззащитную!

— Хм, — на лице у парня расцвела улыбка. — Есть вариант. В следующий раз, перед тем, как топиться, наденьте гидрокостюм. Они есть в комплекте подво…

— Гад! — она задохнулась от негодования.

Парень, не обращая внимания на Наташины слова, быстро оделся и скрылся в вилле.

Она ринулась за ним, готовясь, высказать всё, что думает. Наташа сшибала мелкие предметы, торопясь из одного помещения в другое. Она высматривала парня по всем этажам виллы, и надземным, и подводным. Тщательно обследовала все комнаты, не забыв про подсобки с зарядными станциями для гуманоидных роботов. Парня нигде не было.

Что-то непонятно. Никаких следов внезапно появившегося спасителя. Будто его и не было. Может его действительно не было? И прочего с бассейном, злополучной скакалкой и тупым роботом. Всё было сном? Могло же её разморить на солнышке? И она точно помнила, как где-то читала или слышала про такие вот чёткие сны, что хрен от яви отличишь.

Глава 7

03.07.2029 8-00 Мальдивы. Семапрохилодус

Влад шагнул в УТку под аплодисменты, Аня приподнялась и ткнулась ему губами в щеку. Леша и его наставница пожали Владу руку.

— Ребята, спокойнее, это рядовой инцидент.

— Ты определил опасность для объекта, раньше Васи. Раньше, чем вообще можно было догадаться!

— Я же объяснил, что любую инициативу Три С нужно страховать.

— А почему Наталья на тебя ругалась? Вроде, благодарить должна. — спросил Леша.

Влад широко улыбнулся и развел руками, кивнул Карине.

— Леша, — она посмотрела ему в глаза, — Наташа среагировала на привлекательного мужчину в провоцирующей ее ситуации. Он и она оказались обнаженными, вдобавок на близком расстоянии, а это с ее точки зрения, должно было привести к сексуальным отношениям. В сценарии полового поведения братьев наших меньших, перед сексом должно быть ухаживание. Поскольку ухаживания не было, и секса не было, произошел слом сценария. В тоже время Влад ей понравился, и она захотела продолжения. Агрессия, это один из способов привлечь к себе внимание.

— Ничего я в женщинах не понимаю.

— Ты же только начал учится, — заметил Влад. — это это твое первое дежурство. Обычные обыватели, как мы их называем, братья наши меньшие, не такие уж и сложные существа. Кровь, любовь, морковь, вот и все их интересы. Точно по Фрейду. Я и сам поначалу, считал, что человеческие реакции, это непостижимо. Дай себе время. Карина отличный наставник, она тебя всему научит.

Глава 8

03.07.2029 8-00 Мальдивы. Семапрохилодус

Солнце снова стало ласковым, а остров уютным. И уже не было желания оказаться где-то как можно дальше. Лиля из суперчеловека, втравившей в смертельную опасность, опять была лучшей подругой.

Наташа с удовольствием устроилась в шезлонге. Посмотрела на очередной кульбит, сделанный Лилей, и задумалась.

«У меня теперь впереди год, обычной человеческой жизни. Предположим, выйду я замуж. Ну да, второй раз, но это к делу не относится. И, в принципе, отчего не выпросить у Лили в качестве свадебного подарка этот остров? Лиля — элест, для нее это почти что мелочь. Так что, вполне реально»

Наташа по-хозяйски посмотрела на виллу. Она представила себе ее как дом, в котором живет она, ее сексуальный красавец муж и маленькая милая дочка. Может две дочки? Одна будет такой же красивой как она, но непременно с белыми кудрявыми волосами, а вторая… Пусть будет сын. Копия отец. Дети будут играть у бассейна, смотреть мультики с большого экрана на сцене за домом и кататься на горках.

Муж будет стоять за ее плечами и гладить сильными и нежными руками. Он будет ловко лазить по банановым пальмам и приносить бананы по утрам прямо в спальню. Знак Антипальмы нужно будет запретить. На ее острове пальмы будут в почете!

Это днем.

Ночью они с мужем будут плавать обнаженными под луной.

Образ идеального мужа был расплывчатым. Мужчина должен быть большим и сильным, чтобы мог носить на руках! Кандидата в мужья еще и на горизонте не видно. Блондин? Шатен? Неважно. Наташа вообразила себе секс в океане и моментально вспотела.

Прошло немало времени, прежде чем она с трудом отвлекла себя иными мечтами.

Она обвела взглядом кромку пляжа, пальмы, бассейны, башню за кустами и загляделась на газон. Его можно распахать под огородик. Свежие натуральные овощи полезны детям. За огородом будут следить гурики. Куча свежей зелени, как дома в Лещанске, и никаких упражнений с лопатой и граблями. Это для роботов. А еще они будут готовить, убираться и следить за детьми.

Она будет украшать остров своей женской сущностью.

Сын пару раз в год прилетит, наверно. Семнадцатилетнему мальчишке на острове скучно будет, это не интернат, который ему так нравится.

На выходные и в отпуск пожалуют ее родственники и подружки из Лещанска. Они будут с завистью хвалить ее хозяйство. Фоткаться с ней на фоне моря и пальм и заискивающе просить покатать их на лодке.

Тетя Катя обязательно привезет козленочка от козы Муськи. Наташа улыбнулась. Ей показалось смешным, иметь козу на тропическом острове. Хотя… газонов тут хватает. Для одной козы точно. Свое молоко! Всегда свежее и натуральное. Доить будут роботы. Пусть будет коза! В прочем… Может лучше корова? Она, конечно, большая и ей газонов может не хватить. Но сено можно возить с материка.

Скоро летающая платформа повернула к острову, и зависла над центральным бассейном. Поближе к Наташе. Та поморщилась. Летающей платформе в ее мечтах места не было.

«Какой мне муж, какие дети? Я же застиллится хочу. Блин! Забыла, что меня от Встреч на год отлучили. Не удивительно, что мне в голову мысли о замужестве лезут. Зря об этом думаю. Женщин с маленькими детьми до десяти лет на Встречи не приглашают. А если будет муж официально, то у него разрешение нужно будет просить. К черту мужиков! Тем более детей»

Лиля подпрыгнула на трамплине и, перекрутившись трижды в воздухе, вошла в воду.

Фонтан брызг покрыл Наташу от макушки до пят.

— А-а-а! — Наташа с визгом выскочила из шезлонга. — Нафига ты меня обрызгала? Специально! — проворчала она, протирая волосы полотенцем. — Больше я с тобой, Лилька, на курорты не езжу. Не ездок я больше, и даже не ездун.

Закладка:

— Прыгай ко мне, ты уже и так мокрая! На острове кроме нас никого. Цени приватность, — засмеялась Лиля.

Она стянула с себя купальник, бросив его на ступени. Светло розовые волосы Лили казались темнее, может из-за того, что намокли, а может, потому чтобыли собраны в пучок. А вот ее фигура, что вблизи, что издали выглядела спортивной и подтянутой. Взгляд притягивала не только форма, а скорее манера двигаться, живая и порывистая. Наташа сколько не рассматривала подругу, все не могла понять, что создает впечатление наполнения жизненной силой. Казалось, что Лиля излучает доброе тепло, но оно проходит мимо и нет шанса его поймать, только погрустить.

— Давай! — подбодрила она Наташу. — Окунись перед завтраком!

— Нет уж. Я буду загорать в купальнике. Хочу красивый загар. Вот здесь все будет темненькое, а здесь светленькое, — Наталья показала на свою грудь и что пониже.

— Я тебя приглашаю поплавать, а не загорать.

— Без одежды? Я ценю приватность, тогда, когда она есть, — Наташа многозначительно замолчала, добиваясь от подруги какой ни будь реакции.

Лиля выбралась из бассейна и сидела на ступеньках с видом полного непонимания.

— Совсем недавно здесь был молодой человек в форме Нашей Службы, — пояснила Наташа. — Он пришел из глубин виллы и ушел туда же. Я его искала потом по всему дому. Так и не нашла. Возможно, мне это приснилось. Ну знаешь, бывают такие яркие сны и все такое. Но есть подозрение, что ты его, прячешь под кроватью. Хотя, под твоей кроватью я тоже искала.

Вместо ответа Лиля провела в воздухе рукой, создавая сложный узор, похожий на магический пасс.

Из бунгало вышел гуманоидный робот — гурик с формами и в форме горничной. Наташе подумалось об озабоченных дизайнерах. А потом она решила, что, пожалуй, такой робот будет куда больше привлекать внимание и его владелец будет выглядеть по круче, чем владелец какого-то простенького угловатого подобия человека.

Робот подошел к Лиле с огромным махровым полотенцем и лейкой титров на двадцать. Он окатил Лилю водой. Потом, дождавшись, когда основная масса воды стечет, аккуратно накинул на ее плечи полотенце. Та закуталась в него и принялась неторопливо вытираться.

— Ладно, — пожала плечами Наташа, решив, что вернет Лилю к этому вопросу позже. — Давай хоть позавтракаем. Я замучилась тебя ждать. То ты прыгаешь, то плаваешь.

— Завтрак по расписанию, — подняла бровь Лиля. — Собственно, сейчас. — она коснулась браслета. — ну почти сейчас. Через полторы минуты.

Глядя на подругу, она снова засмеялась:

— Ладно, ладно. Полторы минуты для завтрака не важны.

После завтрака Наташа решила, что вопрос о парне, спрятанным под кроватью, уже давно забыт. Но Лиля, взяла со столика планшет и принялась листать меню.

— Сейчас посмотрим, что за молодой человек, — пробормотала она себе под нос.

Через пару секунд листания Лиля удовлетворенно хмыкнула.

— Это такой плечистый, подтянутый, спортивный шатен за тридцать? Это Влад. Он живет не под кроватью, можешь губы не раскатывать. О! Вижу доклад. Он прибыл по срочному вызову. Ты вызвала помощь! Ты запуталась в веревке и чуть не утонула в бассейне, спасая робота. Ну, что ты в веревке запуталась и чуть не утонула, я верю. А вот что полезла робота спасать, не верю. И не поверю никогда. Наташа, это точно про тебя?

Лиля вопросительно уставилась на подругу.

— Я свою скакалку искала, — пожала плечами Наташа. — Между, прочим, я была беспомощная и нагая! И он всю меня облапал.

— И что дальше?

— Сбежал гад!

— Да, безобразие… Действительно гад. Надо внести изменение в протокол, что когда спасают тебя, то после того, как облапают, нужно обязательно трахнуть.

— Дурацкие у тебя шутки. Я жалуюсь тебе на твоих работников, которые руки распускают, и пялятся куда ни попадя. А ты прикалываешься. Не смешно.

— А, по-моему, очень смешно!

Лиля прищурилась, рассматривая Наташу.

— Он наверно разделся, перед тем, как в воду нырнуть. Ты увидела обнаженного красавца и теперь мне мозг выносишь.

— И все-таки. Откуда он взялся? Мне теперь всегда быть настороже? — не унималась Наташа.

— Послушать тебя, так ты мужчин боишься. Ты ведь не старуха! Так и будешь вести монашеский образ жизни весь мораторий? Думаю, тот же Влад был бы не против по развлекать тебя. А ты вместо того, чтобы кокетничать, ругаться взялась. — Лиля вздохнула. — Как Влад оказался на нашем острове? Ребята из НС дежурят под водой вокруг всего курорта. Отрабатывают террористическую угрозу. Они всегда начеку. Влад прибыл на подводной лодке. Пристыковался через шлюз в подвале. Это слева от подводной спальни. А потом туда же и ушел, — и Лиля улыбнулась.

— Значит, таки не приснился. — выдохнула Наташа. — А что до развлечений, то я уж как-нибудь без помощи твоих сотрудников обойдусь.

— Ну-ну. — хихикнула Лиля. — Ладно, пойдем поваляемся на песочке.

Они дошли до пляжа и улеглись на мелкий коралловый песок между линией прибоя и газоном. Наташа, прежде чем лечь, некоторое время пинала песок ногами, смешивая его слои — верхние обжигающие-горячие, уже разогретые солнцем, с нижними, холодными после ночи. Лиля же улеглась сразу, будто не обратив внимания на сходство песка со сковородкой.

Наташа обвела взглядом линию прибоя, рощицу пальм и бесконечный бассейн около виллы.

«Я ведь потом буду в песке, как в панировочных сухарях, — подумала она. — И его нужно будет смыть в океане. Цивилизованная дикость. Будет, что вспомнить, зимними Московскими вечерами»

— Ну сделай это еще раз! — Наташа изобразила жест, отдаленно напоминающий пассы Лили. Душа просила чего-то освежающего, а идти в бунгало к барной стойке было лень.

— Сама учись языку жестов. Гурика вызывать несложно. Я тебе видео-учебник присылала. Ты его смотрела? — Лиля приподнялась с песка, вопросительно глядя на Наталью.

По спине Наташи пробежал холодок.

«Не люблю, когда она так смотрит. Мурашки по спине пробегают, топчутся, как кенгуру»

— У меня не получается запоминать. Это так сложно. Я ж не элест, как ты. Я обычный человек с обычными способностями. Это ты один раз прочитала и запомнила. А мне одно и тоже нужно полчаса долбить. И все равно могу не запомнить. Ты за четыре года забыла, как это у людей бывает?

— Способности можно развивать. Люди всю жизнь только этим и занимаются. Для желающих улучшить память есть всякие курсы, — Лиля села.

— Да и гурика у меня нет. Зачем учиться? — Наташа вздохнула. Она искренне не понимала в чем польза языка жестов.

— А затем, дорогая, что роботы — это будущее. Чем быстрее освоишься в этом будущем, тем быстрее твоя жизнь станет лучше. Пора из пещеры на солнечный лужок выходить, — она ненадолго задумалась и продолжила. — А если я тебе гурика подарю, язык жестов выучишь?

А вот это уже было интересно. Гурик покруче любой машины будет.

— Конечно! Будет на чем тренироваться, — обрадовалась Наташа.

«Хорошо быть элестом, — подумала она. — Все есть. Деньги, власть, здоровье, друзья — элесты того же стилла и, вероятно, бессмертие. И у меня это было бы. Если бы повезло. Как ей…»

Наташа, представив гурика наливающего ей чай, обрадовавшись, взвизгнула. Гурик, это действительно круто!

— Я и не мечтала! Спасибо-о-о-о! А можно мне гурика, как у тебя, последней модели? Чтобы был красивый и похожий на человека. А лучше на мужчину.

— Ну давай с генерируем его внешний вид. Я буду напрямую с ИИ изготовителя контактировать. У меня доступ есть, роботостроение, это новый проект Нашей Службы. Говори какая внешность тебе нравится. Начинай с роста и телосложения.

Наташа задумалась. В голову ничего не приходило. Пока она пыталась вообразить идеального мужчину, гурик принес Лиле планшет. Она быстро открыла приложение и уже ждала Наташиных пожеланий.

Та сосредоточенно думала, перебирая варианты и пытаясь понять, нравится ей или не очень.

— Хочу гурика, со внешностью артиста Искрометова! — выдала Наташа после раздумий.

Закладка:

— И как ты себе это представляешь? Гурики хоть и похожи на людей, но все-таки железки железками. К тому же внешность защищена авторским правом. Искрометов это дорогое, знаешь ли, удовольствие.

— Мне не обязательно, чтобы очень похож. Хоть приблизительно.

Лиля набрала текст на планшете. Приложение некоторое время изображало работу и в итоге выдало с десяток вариантов. Наташе понравились все. На Искрометова они были мало похожи, но выглядели, как положено настоящему мужчине — солидно и мужественно. Она поводила над ними пальчиком, выбирая самого высокого и плечистого.

— Этого.

— Отличный выбор! А он в дверь твоей квартиры пройдет? Уверена? — Лиля улыбнулась, — И вообще, где ты его будешь хранить? В кладовке с пылесосами?

— Ну ладно. Давай кого-нибудь поменьше. Я его хранить не буду, он у меня все время будет работать.

Наташа ощутила себя недотепой, а ей это не нравилось. Она решила закончить с выбором побыстрее. «В конце концов внешний вид гурика не столь уж и важен! Главное, чтобы был. Робот-помощник. Все от зависти умрут!»

Наташа небрежно махнула рукой.

— Выбери на свой вкус. У тебя гурики потрясающие получаются, — Наташа показала на стоящего рядом электронного помощника.

Уж коль Лиля хвалилась, что гурики всего курорта «Хвост Русалки» лично ее дизайна, то сделанный ею для нее — Наташи будет крут. А что? Вон стоит. Ведь и женщину изобразила, только слепой не догадается, и выглядит не пошло, как секс-игрушка. И видно, что робот. Стильненько так.

— Ладно, договорились. Надизайню я тебе идеального мужского гурика. Будет у тебя робот-прислуга. Что будешь делать в свободное время? У тебя его теперь много будет, кроме изучения языка жестов, разумеется. Чем вообще занимаешься?

— Бытовуха заела. Соцсети всякие. Друзья, родственники. Магазины. Салоны красоты. Э-э-э… Фитнес. А, ну и такое, домашнее. Уборка, готовка, стирка. В общем, все такое. Времени вообще нет.

— Натаха, какой фитнес, какие соцсети? Твои ресурсы ведет наша пресс-служба. И, ты себя в зеркале видела?

Она повернулась к Наташе и потыкала пальцем в рыхлый живот. Та его старательно втянула и захихикала.

— Возьми себя в руки, — продолжала Лиля. — Понимаю, ты ждала инициацию четыре года, чтобы в элесты попасть. Я тебе все время намекала, что неизвестно когда твоя инициация случится, что зря ты махнула на себя рукой. Кто знает сколько еще времени пройдет? Может только год, а может и больше. Сейчас займись собой. Тебе надо похудеть килограмм на десять. Ты вся в целюлите, живот висит. Осанка ужасная. Мышцы вялые. У тебя вообще мышцы когда ни будь были? Меня в этом сомнения одолевают.

Лиля пощупала Наташины руки и закатила глаза, решительно сказала:

— Не можешь сама справится, мы тебе наставника организуем из Антипальмы. Найдем мужика симпатичного, опытного. Чтобы был строгим, но справедливым. Э-э-э… Ладно не пугайся. Просто подберем симпатичного мужика из Антипальмы.

— Такого с ЭОЖ? То есть, с эффективным образом жизни предлагаешь? Не дави! Сама говоришь, что всему свое время. Я сама справлюсь! Позже.

Наташа отвернулась.

«Чего она докопалась? Снова, — подумала она. — Каждый раз, как только тема заходит, то учись водить автолет, то запишись в ряды Антипальмы, то получи летный доступ космонавта, этот как его ЛеДоК, а еще выучи жестовый язык для управления роботами, как будто роботу нельзя отдать команду голосом. Теперь вот еще и эффективный образ жизни навяливает. Мужиком соблазняет!»

Глава 9

03.07.2029 8-30 Мальдивы. Курорт «Хвост русалки» остров 68 — Семапрохилодус

На экране общий план с загорающими, сменился крупным планом почесывающей зад Наташи. Влад перевел взгляд на часы.

— Пора завтракать, — объявил он. — Аня, покажи Леше как трансформировать салон УТки для четырех едоков.

— Есть два способа, как это сделать, — начала Аня, — Первый, просим ИИ нашего, Васю. Второй ручной. С Васей ты точно договоришься, тебя учить не нужно. А вот ручной режим я тебе покажу. Принцип одинаковый и в УТке, и в Бусиках, и полевых лабораториях, и шаттлах последней модели. Жилые модули на Златозон управляются также.

Она подошла к настенной панели управления у входной двери, открыла прозрачную крышку, нажала на большую зеленую кнопку, вызывая меню на экранчике. На секунду задумалась, выбирая строчку,

— Удобно пользоваться готовыми настройками. Выбираю «прием пищи», — она отступила на шаг, пропуская Лешу к экрану, — затем ввожу количество едоков. Не сколько всего людей в УТке, а именно сколько собираются есть одновременно. Это чаще всего не одно и тоже. Ввожу цифру четыре. Теперь ввод.

Где-то басовито рявкнуло. От неожиданности Леша слегка подпрыгнул, пытаясь прочитать надпись на покрасневшем экранчике.

— Что?

Аня невозмутимо стояла, как будто не заметив его дерганья.

— Видишь, — она ткнула в сторону Влада, — в зоне трансформации кто-то есть. Пока в зоне находится человек, трансформация в автоматическом режиме не начнется.

Влад махнул им и отошел к двери.

Салон ожил. Диваны сдулись, бесследно исчезая в полу, а на их месте вырос белый грибок, развернувшийся в овальный стол с глянцевой черной крышкой. Вокруг стола в полу выросли четыре нароста, трансформировавшихся в кресла.

— Все просто! — объявила Аня, показывая на новую обстановку. — А теперь помоги мне накрыть на стол. Возьми поднос и поставь, не важно около какого кресла. Главное не промахнись мимо стола, — добавила она смеясь.

Аня сдвинула крышку люка с гравировкой ложки и вилки, выхватила оттуда поднос и подала Леше. Закрыла крышку, дождалась мелодичного сигнала и, вынув еще один поднос, снова передала его. Через пару минут на столе стояло четыре подноса.

— Готово. Прошу всех к столу! — объявила Аня, усаживаясь у окна.

Она пододвинула к себе поднос с яичницей и сдобной булочкой. Влад уселся рядом, ловким движением передвинув местами соседние подносы. Взял в руку бутерброд с колбасой и принялся жевать. Карина предложила Леше место у окна, и когда он сел поменяла подносы местами.

— Лешенька, тебе все еще полагается лечебное персонифицированное питание. Не надо морщится. Месяца через два я тебе лично зажарю яичницу. С белыми грибами, луком и чесночком. Ты же не думал, что на дежурстве будешь есть что-то другое? У тебя диета. Вася позаботился о каждом из нас.

Леша тяжело вздохнул, обвел взглядом всех за столом, сравнивая людей с тем, что лежало на их тарелках. По выражениям лиц было не походило, что его пытались разыграть или издевались. Карина смотрела с укором, будто говоря: «Ну что ты, маленький, раскапризничался?». У Ани, видимо, никогда не пробовавшей этой гадости, на лице было недоумение. А Влад качал головой, выражая искреннее сочувствие.

— Все в порядке, я уже привык, — сказал он, быстро проглотив несколько ложек темного месива. — Коррекция пищевого поведения мне далась легко, а вот без курения живется тяжелее.

— Молодец, — похвалила его наставница. — Справляешься, же!

Леша черпнул ложкой очередную порцию месива, но, не донеся до рта, задумчиво посмотрел на нее.

— А если бы нас двое было или трое с персонифицированным питанием? — поинтересовался он. — Как бы мы разобрали, кому какой поднос полагается?

— Вася бы положил записочки с именами, — пожала плечами Карина. — Ты ешь, не беспокойся. У нас все под контролем.

— Разбирайте напитки, — предложил Влад, извлекая из ниши большую кружку, исходящую паром.

Он устроился с кружкой у экрана, на котором с момента завтрака ничего не изменилось.

Лиля и Наташа по-прежнему загорали на песке.

Аня уткнулась в планшет, что-то листая на нем. Долистав до какого-то места, она несколько раз пробежала по нему глазами, потом воззрилась на Влада.

— Влад, почему ты написал, что она робота спасала? Лиля то считает, что Наташа в воду по глупости полезла и запуталась в скакалке.

— Я уверен, что Наталья хотела помочь роботу, освободить его от своей скакалки. Она ее привезла с собой, по-моему, для того чтобы заняться спортом и похудеть. Вчерашняя группа рассказывала о ее упражнениях. Думаю, у Наташи сработало чувство вины. Она, вообще-то хорошая женщина, добрая. А то, что Лиля так сказала, не означает, что она так думает. Не забывайте, Лиля не человек, она элест, элемент стилла. О чем она думает, мы можем только догадываться.

Закладка:

— Ты Лилю и остальных элестов дольше всех знаешь. Неужели не научился их понимать? Хоть немного.

— Мы живем с ними бок о бок уже пятый год. Я только сильнее убеждаюсь, что элесты не люди. Даже те, кто подолгу живут среди нас.

— А почему Лиля не хочет на нее давить? В смысле, способствовать ее личностному росту? Почему Наталья боится людей с ЭОЖ?

— Ну про Лилю я уже только что сказал. Нам не понять. Наше дело исполнять приказы элестов, охранять их. А почему Наталья боится людей с ЭОЖ? Мне кажется, она нас не боится, а избегает. И причина тут в том же, почему Лиля запретила привлекать Наташу к нашему делу.

— А если Наташа сама захочет привлечься?

— Тогда мы увидим Лилю абсолютно счастливой. Хотелось бы посмотреть на это.

Лицо Влада приобрело мечтательное выражение.

— Я отмечаю и сама, и по отчетам, что у Лили стало все чаще портится настроение после общения с Наташей. Меня это раздражает!

— Держи себя в руках. Согласен, что это тяжело. Противоречит нашей первой директиве. Главное, это жизнь и благополучие элестов. Пока отношения Лили и Натальи в пределах допустимого, Лиле ничего не грозит, мы будем выполнять ее приказ. Может ей нравится, что кто-то из людей ее волнует, хоть и не всегда в положительном смысле? Прямой приказ элеста, это третья директива.

— Если первая и третья директивы войдут в противоречие, Наталья в своей дикости не удержится, — Аня прищурилась на экран, где Наташа по-прежнему валялась на песке. — Мы сделаем из нее человека.

Глава 10

03.07.2029 8-40 Мальдивы. Курорт «Хвост русалки» остров 68 — Семапрохилодус

Лиля прервала висящее в воздухе молчание.

— Будешь коктейли и десерты? — спросила она Наташу.

Не дожидаясь ответа, Лиля изобразила сложный пасс. Пришел гурик и поставил на выдвинувшиеся телескопические ножки огромный поднос вкусностей.

Лиля ограничилась минералкой. Наташа, не переставая дуться, молча налегла на арбуз без косточек, нарезанный длинными брусочками, наколотыми на шпажки. После арбуза она отдала должное легким фруктовым коктейлям. После не удержалась и съела десяток мини пирожных.

В тот момент, когда Наташа раздумывала над тем, съесть ли ей одиннадцатое пирожное или остановиться на круглой цифре, зазвучал вызов Лилиного коммуникатора. Гурик подал Лиле звенящий черный браслет. Она развернула его и приложила к голове на манер древней телефонной трубки, оставив Наташу гадать о содержании разговора. Говорила она недолго и весь разговор состоял из коротких рубленых фраз. Отключившись, Лиля не глядя застегнула браслет на руке, закусив губу, уставившись куда-то в океанские дали.

— Сын Гены скоро женится, — сообщила она после долгого молчания. — Внезапно. И мы остаемся на Земле еще на две недели. На свадьбу.

— Это же отличная новость! Свадьба! — Наташа мечтательно посмотрела в небо. — Что тут плохого?

Она взяла Лилю за руку. Рука показалась напряженной и заметно подрагивала.

— Плохого? Я уже два месяца на Земле! А теперь еще две недели! Я в космос хочу. У меня там и на Латозон дела. Мне без застилливания плохо. И мне тут скучно! — Лиля глубоко вздохнула. — Еще немного и я начну сериалы смотреть.

— Ой, есть классный адаптивный сериал. Из Ридера, по-моему… «Москва, город горный» Это он так называется. Его можно под себя настроить. Будешь про технику, науку и всякие новые технологии смотреть. Я-то про любовь смотрю.

Лиля смерила Наташу долгим взглядом. Еще раз вздохнула.

— Ладно. — задумчиво проронила она. — Куда еще хочешь съездить? У меня теперь много свободного времени.

— Хочу на мамонтах кататься, — вспомнила Наташа ответ, заготовленный заранее, на случай если нужно будет отвлечь подругу от какой-нибудь неприятности. — Видела ролик в сети, клонированные мамонты уже достаточно подросли, чтобы возить одного или даже двух человек. Они еще подростки, но вымахали под три метра. У нас в Подмосковье живут. Представляешь, такие большие мохнатые с хоботами и ручные, как собачки!

— Хорошо. Я тебе скажу, когда Наша Служба договорится с владельцами мамонтов, — Лиля решительно встала, отряхивая с себя песок. — Остаемся на этом курорте еще на три дня. Хватит хандрить.

— Какое мне хандрить? У меня скоро интервью с этим. Двигуном, — вспомнила Наташа о деле, которое ей изрядно отравляло ощущение отпуска.

— Вечером я полечу на встречу стиллов с основательницей. Ее проводят после тренинга на стадионе около Туккайя. Полетишь? Познакомлю тебя с моим стиллом, с местными активистами Антипальмы, со своими ребятами из НС-38. Намечается грандиозная вечеринка. Будет весело и не только.

Наташа косо посмотрев на подругу, ответила:

— Хватит с меня твоих сотрудников на сегодня. Я после интервью устаю. Меня такие штуки напрягают до невозможности. Лети сама.

— Какая ты дикая женщина! — рассмеялась Лиля, — если бы раз хоть раз попала на нашу вечеринку, сейчас не отказалась бы. Да, помню я наш уговор. Всему свое время.

Наташа подумала: «Даже если Встречи сегодня не было бы я все равно с Лилей не поеду. Мне не то, чтобы вечеринки не нравятся, тем более с намеками о дальнейшем не только веселье. Я не хочу мелькать перед глазами стиллов. С активистами Антипальмы пересекаться тоже желания нет, и сотрудники Нашей Службы не те люди, с кем мне хочется общаться. Лилина это Служба или нет, для меня это не важно. Общаться по своей воле с Антипальмовцами и прочим народом с Эффективным Образом Жизни в голове я не собираюсь. Хотя, бывало, что и приходилось. Я свято верю, что обычному, нормальному, здоровому человеку ЭОЖ не нужен. Зачем менять свою жизнь, если и так все отлично? И мораторий здесь не причем»

Глава 11

03.07.2029 08:35 Москва. Офисный центр «Шаболовка»

Тридцать человек сидели в офисе на четвертом этаже в комнате собраний общества анонимных алкоголиков. Гоблин любил собирать там подчиненных. Чувство юмора его не покидало.

— Я подобрал исполнителя для проведения первичной беседы с Натальей. — объявил Гоблин синтетическим голосом.

— Ям хочу увидеть ее. — произнесли все.

— Это опасно.

— Необходимо посмотреть на Наталью своими глазами. Лучше бы в стилле. Но… Она почувствует. Надо удостовериться, что кандидат соответствует критериям и справится с заданием. Отправим одного из нас. Закажи билет для Меналова Андрея.

— Билет заказан. Через восемьдесят одну минуту Менялов сядет в автолет и полетит в аэропорт, чтобы успеть на рейсовик до Мальдив.

— Гоблин, приготовь соответствующую курортную одежду.

— Не нужно. Ты же знаешь, Менялов должен носить старое, но удобное.

— Это привлекает внимание. Вероятность раскрыть наше существование увеличивается. Это неэффективно.

— Зато соответствует моему стилю. Хватит нравоучений. — Приказал стиллу искин Гоблин.

Глава 12

03.07.2029 8-50 Мальдивы. Семапрохилодус

— Пойду, освежусь, — Наташа направилась к вилле, решив уйти от неудобного разговора.

— Не уходи. Полетели со смой на пятьдесят пятый остров. Помнишь, ты его Пиранья назвала. Туда только что привезли подшефного новорожденного стилла. Ему буквально три часа от роду. Его из Владивостока доставили. Смотри какой он хорошенький!

Лиля сняла с руки коммуникатор и подала Наташе. На экранчике шло потоковое видео из комнаты с неподвижно сидящими людьми. Если бы Лиля не сказала, что это элесты Наташа сама не догадалась бы. Их было десять. Как обычно, они были разного возраста, половина мужчин, половина женщин. Самой пожилой женщине было около семидесяти. Самый молодой парень еле тянул на двадцать.

Казалось, что их собрали, не разбирая, на автобусной остановке. С виду они были абсолютно обыкновенными, одетыми, кто по моде, кто в будничную одежду.

Они спокойно сидели и смотрели друг на друга, временами переводили взгляд с одного элеста на другого. Это и было странным. В их позах не читались стандартные эмоции, но между этими людьми все же происходило нечто. На большом экране появился крупный план женского глаза, затем он сменился на глаз мужчины, старика и остальных. И тут то стало видно, что спокойные лица элестов, просто расслаблены, а накал эмоций можно заметить только в их глазах.

Закладка:

Неясность происходящего Наташу напрягала.

Временами общие планы сменялись портретами. Наташу поразил пожилой мужчина с виду сильно пьющий. Отечное серое лицо, с темными мешками под глазами и уродливыми шишками, выражало спокойное удовлетворение. На Встречи алкоголиков не приглашали. Значит этот из недавних трезвенников. Похоже, записался в общество анонимных алкоголиков и в качестве поощрения получил приглашение на Встречу. Возможно, на первую в своей жизни. И пожалуйста! Инициировался!

Наташу кольнуло резкое чувство зависти. Бывший алкоголик вместо мучительного отрицания спиртного, ежесекундного самоконтроля, постоянной угрозы запить, теперь будет жить радостно, интересно и богато. Забудет про алкоголь и болезни, про проблемы с самооценкой и потенцией. Окажется желанным другом и вожделенным партнером. Все его родственники и друзья, если такие остались, вытянули счастливый билет. Вместо позорного члена семьи и неудобного приятеля у них внезапно появился крутой парень с деньгами и связями.

— Ничего хорошенького я в этом народе не вижу. Они еще на стилла то не похожи, — пробурчала Наташа.

Лиля продолжала внимательно наблюдать за элестами:

— Скоро их переоденут, покормят, положат спать и часов через пятнадцать они придут в себя! Они же сейчас в шоке, в хорошем смысле, конечно, — не унималась Лиля, и толкнула Наташу локтем, привлекая внимание к видео. — Глянь, как они на своего куратора реагируют! Он только что зашел.

Куратор был невысокий коренастый мужчина старше сорока. Он ходил среди элестов и раздавал яблоки. Элесты вели себя абсолютно одинаково, движения их были похожи. Каждый брал яблоко левой рукой, и не отрывая глаз от куратора откусывал маленький кусочек. Все элесты, как один, внимательно смотрели на куратора и временами одновременно моргали. Это завораживало.

— Лиля, только ты можешь восторгаться таким зрелищем. Ты детей любишь. И своих человеческих, и щенков, и крысят, и новоиспеченных стилликов, видно, тоже, — произнесла Наташа и задумчиво добавила. — Это, наверное, ваше, народное, элестовское.

— Ну как хочешь. Я точно полечу, успокою маленького. Мне кажется, он испугался. Удивляюсь я, глядя на тебя. Как можно жаждать стать элестом, и пропустить первые шаги новорожденного стиллика? Разве не интересно, что тебя ждет в ближайшем будущем? — Лиле стало весело.

Наташа нерешительно потерла лоб. Ей нравился Лилин оптимизм в отношении ее ближайшего будущего. Наташа в своем будущем была не так уверена. Она уже стала нервничать, участвуяво множестве Встреч и все еще не застиллившись. Такие как она, были не редкостью. Это было скорее нормой, чем исключением.

Процент стиллообразования был очень мал. Стилл образовывался только на каждой девятой, десятой Встрече. Еще Наташу злил мораторий наложенный на нее комиссией Союза Стиллов Земли. Наташу не будут год допускать к участию во Встречах. Она пыталась обжаловать решение, но комиссия была непреклонна. ИИ Союза Стиллов Земли рассчитал, что мораторий повысит вероятность застилливания Наташи. С искином не поспоришь.

— Да мне, интересно! Я просто не знаю, чем смогу помочь. К только народившемуся стиллу людей не подпускают.

— Вот и отличненько! Полетели, там и разберемся.

— У меня скоро интервью с этим… Двигуном, — вспомнила Наташа о деле, которое ей изрядно отравляло ощущение отпуска. — Может мне его отменить?

— Нет. Интервью для рекламы нашего курорта дело важное. Вера Владимировна зря просить не будет. Блогер в двенадцать прилетит?

— Да, кажется.

— А сейчас только восемь тридцать. Слетаем, часа на три. У тебя после этого хватит времени с чувством и расстановкой попереживать и попугаться перед интервью, как ты любишь.

Наташа дернулась под выжидательным взглядом Лили.

«Полечу! Когда еще предоставится шанс посмотреть на молоденького стилла и как с ним обращаются сотрудники НС? Может еще и от интервью удастся отвязаться. Главное на нелегалку успеть к восьми, а туда еще минут сорок с Семапрохилодусалететь»

— Ну ладно… Только не дольше. Я после интервью устаю. Меня такие штуки напрягают до невозможности.

— Так это после интервью, а я предлагаю перед ним слетать. Пойдем, оденем, что-нибудь подходящее для общения с людьми, — Лиля чмокнула Наташу в щечку и обгоняя подругу убежала одеваться.

Наташа долго рылась в шкафу, выбирая одежду. Потом махнула рукой на модные тенденции и надела старые удобные шорты, вылинявшие почти до бела, добавив белую футболку. Она подумала — «Не быков еду очаровывать. Со стиллом работают только сотрудники Наших Служб. Наряжаться не для кого»

Глава 13

03.07.2029 8-50 Мальдивы. В прибрежной зоне Семапрохилодуса

Влад, потягиваясь, поднялся с дивана. В УТке было чуть теплее, чем ему нравилось, он пошевелил плечами, наклонился пару раз, чтобы сбить сонливость.

— Все. Расслабление кончилось, — объявил он. — Всплываем, готовимся к отлету. Леша, места согласно предписанию для быстрого перемещения.

Тот покосился на головную часть, где усаживались и пристегивались женщины.

— Верно, — одобрил Влад, устраиваясь рядом с ними. — Только двигайся побыстрее.

УТка, вынырнув, заплыла в пещерку, с входом, прикрытым длинными лианами. Леша повертел головой, рассматривая темные каменные стены, выступы которых едва различались на экранах.

— Зачем мы тут? На полет что-то не похоже…

— Чтобы не отсвечивать. Наши опекаемые, не должны нас лишний раз видеть, — пояснила Аня.

— Мы же сейчас за ними по пятам полетим. Нас только слепой не увидит.

— В воздухе заметность, другое дело. Конечно, это все условности, но у нас в НС тридцать восемь так принято. Считай, это традиция.

Под потолком сухо щелкнуло. Невидимый женский голос объявил:

— Ната два, говорит Ли один. Следуем за объектами находящимися в автолете ДМА шестьдесят восемь. Как слышите, прием?

— Слышу хорошо, — откликнулся Влад, подмигивая Леше и пряча в кулак улыбку. — Следую за объектами в автолете ДМА шестьдесят восемь.

«Утка» снова пришла в движение. Раздвинув носом лианы, она высунулась наружу, будто принюхиваясь. На передних экранах уже искрились на солнце волны, задние все еще показывали темные каменные стены.

— Мы сейчас как бы в засаде, — пояснил Влад. — Сейчас ведущий пройдет подальше, а мы следом, делая вид, что по своим делам и никуда не торопимся.

Леша тихо прыснул.

— Традиции, — развела руками Аня. — Основа любой культуры. Переговариваться начальникам групп, в общем-то, не нужно. Но переговоры проводятся. Причем, так, будто у нас в ходу все еще аналоговые рации.

— Не-не, — запротестовал Влад. — Тогда я должен был бы ответить, что слышу громко и четко. Это все современные вольности…

На экране прошла отметка, сопровождающая автолет и вторая, сопровождающая другую «утку», держащуюся ниже него.

— Пора, — объявил Влад.

УТка выстрелила из пещерки, пристраиваясь за автолетом. На экране появилась линия с отметками дистанции и схема маршрута в центр архипелага.

Карина, что-то сосредоточенно рассматривая на потолке, сообщила ни к кому не обращаясь:

— Ли один будет сопровождать Лилю на встречу с основательницей.

— А мы? — спросил Леша.

— А мы дежурим телохранителями Наташи. Она точно туда не полетит и значит, — она вздохнула, — и мы туда не попадем.

— Э-э-э! Я бы хотел увидеть основательницу собственными глазами. Почему Наталья туда не хочет?

Аня хихикнула.

— Потому, что там будут стиллы и сотрудники НС. А она нас избегает. Мы ж недавно об этом говорили. Уже забыл?

Леша сделал вид, что очень заинтересован происходящим на переднем экране. На нем приклеившимся мухами висели автолет с другой «уткой», и то, что они все движутся выдавали только меняющаяся поверхность и двигающаяся точка на схеме маршрута.

— Не забыл, — медленно проговорил Леша. — Просто еще раз уточнил. Для себя. Чтобы лучше понимать. Но пока не понимаю, почему она боится Службы. Стиллов тоже?

Закладка:

— Да. Почему, никто не знает. Мне кажется, она сама не знает. Боится и все. Типа, такая фобия. Кстати, распространенная. Таких, как она, боязливых, на планете больше половины. Поэтому ССЗ запретил стиллам разгуливать среди людей. Чтобы не пугать. Еще в самом начале Сингулярности.

Леша поскреб в затылке, переводя взгляд на Аню и сказал:

— Думаю, насмотрелась она всякой чуши в сети …

— Та-ак! — рявкнул Влад. — Разговорчики! Молодежь! Проникнитесь идеей! Мы наших опекаемых не обсуждаем. Только в рамках их охраны. Домыслы и фантазии отставить! Иначе следующие дни проведете не на тропическом острове, а на тренинге Новейшей Этики Социума.

— Ой! — пискнула Аня. — Как-то случайно вышло. Я больше не буду.

Остальные промолчали. Влад нахмурился, несколько раз глубоко вздохнул, поглядывая то на сидящую рядом Аню, то на Карину, держащую за руку Лешу. — Ребята, — объявил он. — Мы летим на пятьдесят пятый в гости к подшефному стиллу. По прилету приказываю всем искупаться в океане и проплыть не меньше пятиста метров. Потом игра с командой Ли один. Через час тридцать после прилета сбор в нашей утке. Это приказ.

В салоне УТки повисла гробовая тишина.

Влад с нескрываемым удовольствием разглядывал Лешину отвисшую челюсть. Тот хлопал ресницами, и его рот постепенно расползался в глупой улыбке.

Аня и Карина захлопали в ладоши.

— Он не шутит! — с улыбкой пояснила Карина своему оке. — Ты же слышал, это приказ.

— О-о-о-о… Всю жизнь мечтал о такой работе, — пробормотал он.

— А ты плавать умеешь? — спросила Карина.

— Э-э… Не очень.

— Что это значит, не очень? Ты или умеешь плавать, или не умеешь. Значит, будем считать, что не умеешь. Буду тебя учить.

Аня подмигнула.

— Повезло тебе, Леша. Карина кандидат в мастера спорта по плаванию. Специалист по длинным дистанциям

Глава 14

03.07.2029 9:10Мальдивы. Семапрохилодус

Подойдя к автолёту, Наталья обнаружила, что Лиля в кабине тыкает по сенсору управления.

— Загружайся, — подбодрила она подругу. — Сейчас прокатимся!

— Подтвердите ручное управление, — потребовал автомат.

— Подтверждаю!

— Удостоверение пилота?

Лиля назвала номер, приложила палец к сенсору и дала просканировать глаз.

— Ручное управление разрешено.

— Во! Сейчас малость полетаем. А то автопилот — это как на трамвае по рельсам. Аж противно.

Лиля рывком подняла машину. Наташу сильно вдавило в кресло.

— Э-э, полегче, — попросила она.

— Ладно-ладно, — Лиля сделала успокаивающий жест. — Я осторожненько.

Заложив крутой вираж, она вписала машину в полетный коридор.

— Понимаешь, когда идешь в поясе астероидов, — Лиля повернулась к Наташе, крепко державшейся за подлокотники, — то, с одной стороны, всё просто. Атмосферы нет, пространства для маневра нашей крохотули, типа шаттла, навалом. С другой стороны, всё сложно. Куча различных тел, каждое со своей массой и траекторией, а нужно пройти так, чтобы твои затраты по времени и энергии были минимальны. И ты такая не одна. В общем… не хватает мне этого.

«Блин! Вот устроит сейчас гонку, — тоскливо подумала Наташа. — И зачем я только согласилась лететь на этот остров?»

— Не бойся, — сказала Лиля съёжившейся подруге. — Я же сказала, что лихачить не буду. Впрочем… Ты знаешь, почему элесты могут не соблюдать правил? Летать и садиться, где и как вздумается, не только здесь, но и везде?

— Потому что вы это… аристократия, короче.

Лиля нахмурилась.

— Нет, — сухо ответила она. — Потому что элест, какую бы, казалось, дичь не творил, способен ее сделать гарантированно безопасно. За всё время на Земле не было ни одной аварии с участием элеста. Ни прямым, ни косвенным. А вот предотвращать случалось, — со вздохом закончила подруга.

Наташа вспомнила громкую историю про стилл пятьсот по имени Пол-литра и разговаривать ей расхотелось. Она уткнулась в окно и принялась рассматривать тянущиеся до горизонта островки архипелага.

По искрящейся поверхности густо-синего океана монетками рассыпались островки в обрамлении бирюзовых колечек-отмелей, сахарно-белого песка с изумрудными мазками газонов и вкраплениями разноцветных крыш. С высоты всё это казалось крошечными макетами и напоминало детскую игру, когда воображение управляет послушными человечками, такими похожими на настоящих людей.

Наташе казалось, что для полноты ощущения надо сделать кабину машины прозрачной. Тогда все крошечные острова проплывали бы под ногами, как у ребенка, превратившего пол своей комнаты в город. Пользуясь возможностью вставить свои три копейки, она в первый же день поделилась соображениями с Лилей, та согласилась и даже дала распоряжение «Нашей Службе».

Через десять минут один из островов стал резко увеличиваться, превращаясь из детской игрушки в настоящую землю с двухэтажными зданиями и густой тропической зеленью. Наташа успела отметить, что на этом острове только два пляжа и один бассейн. Тут должно быть тесновато, по сравнению сихостровом.

Автолёт, повинуясь Лиле, резко нырнул вниз и оказался перед лестницей большого коттеджа.

— Да-да, так делать нельзя, — перехватила ее взгляд Лиля. — Но, в конце концов, это наши острова и наши правила. А время дорого, — добавила она, выскакивая наружу.

Наташа выбралась следом. После кабины воздух казался тяжелым и горячим. От площадки и лестницы веяло зноем разогретого камня, а океанский ветер увяз где-то в плотной стене буйной зелени. Его запах перебивал пряный аромат цветов.

Наташа спросила, перекрикивая стрекот цикад и щебет птиц:

— Мы куда-то торопимся?

— Я нет. А ты да. Тебе же встречаться с блогером часа через два с половиной. Тратить время на путь от парковки незачем. Лучше повнимательнее рассмотри новорожденного стилльчика, с людьми познакомься. Хочу, чтобы у тебя времени хватило на всё.

К ним поспешила незнакомая женщина в форменной одежде Лилиной НС, перепрыгивая через две ступеньки, замахала руками и крикнула:

— Лили, это здорово, что ты прилетела! Я рада вас с Натальей видеть. Мы все рады.

Симпатичная женщина, ее ровесница, с большими черными глазами, спокойно улыбалась. Фигура у встречающей была плотно сбитой, явно тренированной. У Лили все помощники были такими.

Наташа пыталась вспомнить, не встречала ли она ее уже. За несколько лет общения с Лилей на глаза часто попадались ее сотрудники, но эту женщину она не помнила.

Лиля представила встречающую:

— Наташа, познакомься с помощником стилла четырнадцать семьдесят шесть — Юлией Степар. Нашей лучшей сотрудницей. Из первого набора, — Лиля глубоко вздохнула, непонятно с радостью или печалью. — Нашей бывшей лучшей сотрудницей. С сегодняшнего дня они с Сергеем Потаповым работают здесь.

— Да. Мы персонал нового стилла, но в душе мы ваши навсегда! — воскликнула девушка.

Лиля похлопала Юлю по плечу, а та как будто ждала разрешения приблизиться и обнять ее.

Наташа сто раз видела подобные обнимашки, где сотрудники, невзирая на пол и возраст с огромным энтузиазмом и неподдельным восторгом приветствовали своего элеста. Ей казалось, что если Лиля зазевается, то ее не только пообнимают, но и зацелуют с ног до головы, как преданный пес своего хозяина.

Юля, лучась от счастья, спросила:

— Лили, если ты хочешь поприветствовать новорожденного стилла, Сергей просил немного подождать. Он позовет тебя, когда будет уверен в его стабильности, — и, обернувшись к Наташе, добавила: — Пойдемте, скоро начнется самое интересное.

Глава 15

03.07.2029 9-15 Мальдивы. Красноперка

«Утки» висели над зданием. Влад постоянно переводил взгляд с монитора на окно, что-то сравнивал между видимым там и сям. Судя по довольному выражению на лице, результат ему нравился. Когда Лиля и Наташа скрылись в здании, он тронул машину, направляя к стоянке у пляжа — узкой белой искрящейся полоски между скалой и длинной чертой пирса, уходящего к самому краю искусственной отмели.

Закладка:

Полоска пляжа ширилась, толстые и тонкие темные черточки на ней превращались в редкие пальмы, зонтики, навесы и тени от них. Казавшийся идеально ровным, песок покрылся маленькими волнами. Навесы и зонтики приобрели вид и раскраску фантастических зверей.

«Утка» коснулась площадки рядом с навесом в виде жуткого вида твари ядовито-розового цвета. Дверь распахнулась, впуская внутрь запах океана и плеск волн.

— Ребята, нашей подопечной на этом острове, конкретно в этот момент, ничего не грозит, — объявил Влад. — За ней теперь будет присматривать «вся королевская конница, вся королевская рать» — Поэтому у нас есть время отдохнуть. Но отдых должен быть продуктивным. Я буду считать эти часы временем тренировки команды. Специально для Леши замечу, что мы тренируемся, не лежа на песке.

— Да я все понял, — сказал Леша, расстегивая комбинезон.

— Я проверю твою способность держаться на воде, — легонько толкнула его в бок Карина. — Похоже, тебя этому надо учить.

— После плаванья играем с мячом, — сказал Влад, пряча улыбку. — Для большей пользы используем очки дополнительной реальности.

Он вытащил из шкафчика, встроенного в перегородку, очки и четыре пакета с плавками и купальниками.

Леша повертел пакет в руках и спросил:

— Мы будем загорать в одежде? Из-за меня, что ли? Так я уже не стесняюсь, все в порядке.

— Из-за тебя? — Влад хмыкнул. — Нет. Одежда изначально существует для защиты от травм и грязи. А социальная функция, типа демонстрации статуса или скрытия половых признаков, у нее вторична.

Аня засмеялась, расстегивая комбинезон:

— А мы сейчас посмотрим, как ты не стесняешься.

— Карина, это для Леши не рановато? — спросил Влад.

— Нет. Для проверки самоконтроля в самый раз. Азы он освоил. Этого должно хватить.

Она выбралась из одежды, наблюдая за реакцией своего оке.

Обнаженные женщины сложили комбинезоны, достали тюбики и принялись неспешно наносить защитный крем. Тщательно растирали его по всему телу, не пропуская никаких участков. После, придирчиво осмотрев работу, также неторопливо натянули купальники.

Леша наблюдал краем глаза. Пару раз вытер со лба пот, но дышал глубоко и ровно.

— Молодец! — похвалила Карина.

Леша улыбнулся, выпячивая грудь.

— Так! — Влад хлопнул в ладоши, осматривая своих людей, идущих к пляжу. — В команде все собой владеют. Теперь посмотрим, как у нас плавают. Аня! Со мной наперегонки до буйка и обратно!

Не дожидаясь ответа, он рванулся к воде. Аня помчалась следом.

— Ладно, — вздохнула Карина, провожая взглядом две пары мелькающих рук. — С самых азов. Леша, ложись на воду.

Тот сунул физиономию в воду, вытянул перед собой руки и оттолкнулся от дна.

— орошо. Дышать как будешь?

Леша повернул голову на бок, захватывая порцию воздуха, и шумно выпустил в воду стайку пузырей.

— Ага. Молодец. Ну а теперь пошевели ногами. И руками тоже.

Он забарахтался, поднимая тучи брызг.

В это время Влад добрался до буйка, обозначающего границу рукотворной отмели, и поджидал Аню. Та сделала несколько финальных гребков, шлепнула ладонью по оранжевому пластику, собираясь поворачивать обратно, но Влад перехватил ее руку.

— Чего? — возмутилась она. — Выложился на первой дистанции, боишься на второй проиграть?

— Нет, — улыбнулся он. — Пытаюсь дать тебе фору. Подождал, хочу, чтобы ты отдышалась. Иначе тебя обгонять даже неинтересно.

— У тебя руки как весла. Нечестно.

— Значит, тебе своими руками нужно чаще шевелить. Догоняй!

Он резко взял с места в сторону берега.

Карина смотрела на них, на горизонт, затянутый туманной дымкой, и на ее лице проступало мечтательное выражение.

Леша встал на ноги. Запыхавшийся, наглотавшийся воды, косящийся на возню, устроенную поодаль командой Ли1.

Шестеро вытащили на отмель пять надувных пончиков, и теперь пытались на них взобраться, используя спортивные и неспортивные приемы, работая группами и по одиночке. Без использования грубой силы, зато азартно и шумно, как целый стадион. Игра шла непредсказуемо, фавориты то и дело менялись.

— Карина, ты поплавай, без меня. Я сам справлюсь, — предложил он.

— Тебе еще рано думать за другого. Только месяцев через семь, восемь, когда сам станешь наставником. Вижу, у тебя к этому талант просыпается.

Она окунулась в воду, присела и побрела по шею в воде к своему оке.

— Я тебя одного не оставлю. Я не настолько жажду месить воду, чтобы позволить своему оке утонуть.

— Я останусь на мелководье. Что со мной случится?

— Вода, штука коварная. Мне виднее.

Карина выпрямилась, подзывая к себе Лешу.

— Повторим первое упражнение. Смелее. Я страхую.

Плески и брызги соревнующихся Ани и Влада быстро приближались.

Влад остановился, вставая ногами на дно, развернулся к Ане, вовсю молотящей руками, и, когда та оказалась совсем рядом, поднырнул, вылавливая свою оке, как рыбу.

— А-а-а-а! — завопила она, пытаясь отбиваться.

Пара на несколько мгновений была похожа на фигуру из балета, забредшую в океан, после чего рухнула, обдавая Карину с Лешей тучей брызг.

— Нечестно! — заявила Аня, выныривая из воды.

— Честно, — возразил Влад. — Я тебя догнал, перегнал и поймал. Ну и да, я крупнее. Зато ты легче и можешь быть быстрее. Тут шансы уравниваются. В утешение могу тебя покатать.

Аня тут же влезла на сцепленный Владом замок из рук. Он резко выпрямился, и оке с визгом взлетела в воздух.

Посмотрев, как та бухается в воду, Влад развернулся к Карине:

— Вы тут заканчивайте. Карина, дай парню передохнуть и объясни, как играют в Сгибателей. Скоро сразимся с Ли один. В командах нас будет по двое, наст с оке.

— Леша, — Карина тронула своего оке за локоть, — ты про игру Сгибатели слышал?

— Нет.

— Я не удивилась. Для нее нужно дорогое оборудование. Игра популярна только у Наших Служб. Сгибатели, это вариант пляжного волейбола в дополненной реальности. Только выигрывает не тот, кто больше умеет, а кто больше старается. Очки присуждает ИИ. У нас это делает Вася. Он анализирует все движения игрока, оценивает результативные движения и не очень, с учетом достижений в предыдущих играх. Самые высокие оценки он ставит за творческие, неожиданные решения. Остальное тебе Вася лично объяснит.

Карина взяла один из четырех пластиковых пеналов, прихваченных Владом из утки, и показала Леше очки дополненной реальности. Тот посмотрел в стекло на свет и собрался одеть.

— Стоп, — приказала Карина. — Сначала высуши волосы. С тебя вода ручьями льется.

Леша огляделся, потянулся…

— А-а-а… — протянула Карина и накинула полотенце ему на голову.

Через мгновение она уже интенсивно терла шевелюру подопечного. Леша попытался выкрутиться, вылезти наружу.

— Я сам.

— Поздно.

— Поосторожнее с парнем! — крикнул Влад, — голову ему оторвешь!

— Как-нибудь, это сделаю. Но не сейчас. Все. Готово!

Из полотенца показался всклокоченный Леша, сразу цапнул очки и натянул на голову.

— Выбирай, какая реальность из наших трех больше нравится, — предложила Карина. — Первый раз поиграешь в одной из наших. Потом создашь свою.

Поводив в воздухе руками, Леша ткнул пальцем во что-то, видимое только ему.

— Вот эта мне нравится. С подводным царством.

— Меня это не разу не удивило, — заметила Аня. Оке всегда выбирают реальность своего наста, даже не зная, что это реальность наставника.

— Это потому, что он уже засинхронизировался с наставницей. Отличный результат, для двух недель, — отозвался Влад.

— А мне сейчас нравится реальная реальность, — объявила Аня. — Красиво тут, как в сказке. Менять на выдуманный мир не вижу смысла. Я буду видеть в очках, все натурально. Только мяч модифицирую, как у всех. Для синхронизации.

— Готовы? — Влад окинул взглядом свою команду. — Вперед!

И они пошли к кромке воды, где их ждала команда Ли1.

Глава 16

03.07.2029 9:15Мальдивы Красноперка

Закладка:

На втором этаже за стеклянными дверями оказалось большое помещение, похожее на командный пункт космической службы. Пульты, мониторы, мигающие огоньки приборов, сосредоточенные люди за работой. Всё это напомнило Наташе кадры из новостной ленты. Похоже, центры управления выглядели одинаково, будь то космические корабли или служба безопасности стиллов.

— Всем привет! Как дела? — оглядевшись, спросила Лиля.

Сотрудники оторвались от работы и поприветствовали вошедших. Некоторые в белых комбинезонах НС-38, подбежали обнимать Лилю, досталось и Наташе. Она, отмахнувшись от обнимашек, сделала вид, что ей очень интересно посмотреть на пульт, где остались работать только несколько человек в голубых комбинезонах с черными рукавами. Проходя мимо, Наташа прочитала на их эмблеме «НС-703». Она, продолжая рассматривать оборудование, отошла подальше в угол, но так, чтобы слышать разговоры.

Высокий парень в белом, с длинными светлыми волосами, обнимая Лилю разъяснял обстановку:

— Первый набор кадров завершен. Четырнадцать человек Сергей взял из «Нашей Службы-38». Вася его консультировал. Десять — из семьсот третьей. Еще нам будут помогать двадцать специалистовиз наших и пятнадцать — из семьсот третьей. Через две недели помощников отпустим. Ну, в крайнем случае, через три недели.

— Конечно, — улыбнулась Лиля. — Вижу, всё идет штатно, по протоколу.

Окружающие люди довольно улыбались, было видно, что им нравится Лилина компания.

— Среди них четырнадцать ищут оке для себя, — заметила Юля. — Как всегда, желающих много, есть из кого выбирать. Будем набирать со старших курсов академии, добавим и из первой линии. У нашего стилла первая линия по численности сравнится с колонистами на Денебе.

Все засмеялись, и Лиля предложила:

— Если их так много, вы не соскучитесь! Может, я вам оставлю помощников на полгода?

— Нет, не нужно. Сергей сказал, что справится. Все молодые «Службы» справляются. И мы сможем. Не нужно делать для нас исключение. У Сергея есть несколько соображений для ускорения подготовки оке. Если получится хоть в половину расчетного, проблема с персоналом будет принципиально решена. Для всех.

Лиля поискала глазами подругу и позвала:

— Наташа, перестань глазеть на выключенное оборудование. Иди сюда!

Наташа не успела придумать, что возразить, как двое сотрудников в белом подхватили ее под руки и поставили перед Лилей.

Она показала Наташе в центр экрана во всю стену и задумчиво проговорила:

— Наташа, смотри, Сергей решил вести стилл по программе «Восемь би»!

— И что? — протянула Наташа, непонимающе хлопая ресницами.

— Беспокоюсь… — бросила Лиля и обратилась к сидящим за пультом: — А это не резко для стилла из десяти элементов?

От пульта оторвалась немолодая женщина в белом и возразила:

— Последние данные за программу «Восемь би». С тех пор как вы, Лили, застиллились, развитие стиллостановления не прекращается. Сейчас это признано нормой. Почти нормой.

И она распорядилась показать состояние элестов.

На большом экране появились портреты десяти человек и рядом с каждым несколько графиков. Большинство — идеально совпадали.

Лиля облегченно вздохнула:

— Я уверена в компетенции Сергея. Мне элестов просто жаль. Они сейчас переживают самые потрясающие впечатления в жизни. Кто этого не пережил — не поймет. И скоро куратор лишит их этого. Пусть делает, что должен. Пора элестам ощутить первое в своей жизни расстилливание. Жаль маленького стилльчика, он решит, что умирает.

Глава 17-1

Москва 26.03.2025 20:50

Наташа пришла с работы пораньше, переступила порог студии, поставила тяжелую сумку и крикнула:

— Лиличка! Я дома!

— Хорошо-то как! — донеслось из ванной. — Поужинаем вместе. Прям как в выходной. Я скоро.

Наташа прошла в так называемую гостиную с кухонной нишей и оглядела пятнадцатиметровую комнату, в которой они с Лилей жили уже больше полугода. Лилины вещи валялись на полу бесформенной кучей.

«Опять упахалась Лилька-бедолага! Она вообще-то дама аккуратная… Была, — со вздохом констатировала Наташа. — И у меня спину ломит. Был бы хвост, отвалился бы».

Белые крашеные стены и потолок напоминали Наташе белёный сарай, и она поморщилась.

«Мода дурная какая-то, всё в белый красить. Денег у хозяев на обои нету, что ли?» — поворчала она по привычке.

Всё остальное Наташе нравилось. И расположение, и вид на Москву с двадцать третьего этажа, и высокие потолки в галогеновых светильниках, и огромный шкаф-купе в коридоре, и большая чистая ванная. Но двоим в квартирке-студии всё-таки было тесно. Если бы не убирающаяся в шкаф двуспальная кровать, жить было бы негде.

У входа вдоль стены, граничащей с ванной, располагались вместительный холодильник, большая плита на четыре конфорки и шкафчик с мойкой.

Наташа помнила, как настаивала, чтобы в квартире обязательно должна быть плита. Не только микроволновка.

Большая плита.

Лиля не представляла — зачем. А Наташа повторяла бабушкины слова, прекрасно понимая, что к современной жизни они не подходят: «Печка и плита должны быть большими! Плита же кормилица наша. Большая кормилица больше кормит!»

Наташа сама не знала, зачем это ей нужно, но через месяц после переезда оценила полезность своего выбора. Теперь ее микробизнес по изготовлению и продаже пирожков процветал.

Она, не переодеваясь, первым делом разгрузила сумку. Осторожно достала пакеты с ванильным кремом, убедилась, что они не протекли, и положила на блюдо. Колбасную нарезку сунула в холодильник. Говяжьи кости вывалила в кастрюлю и поставила варить.

Из ванной вышла Лиля. Красная распаренная страшная без косметики.

— Что у нас на ужин? — спросила она и посмотрела на блюдо с пакетами. — Крем?

У Наташи сжалось сердце при виде подруги: «Чуть больше тридцати и у Лили уже морщинки вокруг глаз, веки припухшие, глаза мутные. Работа няней у трехлетки оказалась не сахаром. Очень дерганый ей ребенок попался. Не зря родители десяток нянек поменяли. Не молодеем мы. Я, наверное, не лучше выгляжу».

— Не жалеешь, что в няньках? Устаешь же. Может, к нам в ресторан пойдешь, на кухню? — спросила Наташа.

— Да ну тебя! — махнула рукой Лиля. — С кастрюлями грязными? Ты же знаешь, не терплю мыть посуду и вообще руки мочить. Уж лучше с детишками возиться.

— Любишь не любишь, а я вот с работы могу хоть еды принести. Сегодня от вчерашнего банкета мне колбаски отсыпали. А ты что с работы можешь принести? Грязный подгузник или колесико от поломанной машинки?

— Э-э-э… Ничего. Зато ты у нас за двоих меркантильная! За что и люблю! — Лиля подбежала и чмокнула подругу в щёку.

— Да. Я такая. Только и ты, хоть и тихоня, квартирку эту не сама оплачиваешь. Родичи твоего оболтуса вкладываются.

— Да, повезло мне с ними. Где там твоя банкетная колбаса? — спросила Лиля и бухнулась в большое кресло у окна.

Наташа, накрывая на стол, выдала последние новости о личной жизни работников ресторана.

Лиля слушала сосредоточенно, задавая наводящие вопросы:

— И ты думаешь, что ее муж ни о чём не догадывается?

— Уверена, — жизнерадостно заявила Наташа, — он лопух. Чудной такой.

— Не представляю, где бабы таких берут? И почему не ценят? — Лиля помрачнела.

— Потому что ищут. А кто ищет, тот и находит! Тут главное — втянуться в процесс. Это как с поиском квартиры в аренду. Сначала долго врубаешься, пробуешь, ошибаешься, а потом — бац! И нашла отличный вариант. Как я. Но внутри-то всё уже настроено на поиск, и сложно остановиться. Остается или другим помогать, или менять что есть на лучшее.

— Тебе виднее, — Лиля положила на хлеб тонко нарезанные кругляшки колбасы, понюхала и откусила.

— Вот ты когда последний раз на свидание ходила?

— Летом. В августе, — пробубнила Лиля с набитым ртом.

— А вот и не в августе, в апреле. Прошлого года. Позапрошлого. С такой интенсивностью через сто лет попадется тебе пенёк дряхлый. И сама такой будешь. Ты в личный кабинет заходила? Помнишь, неделю назад тебя регистрировали в службе знакомств?

Закладка:

— Фу! У меня времени нет.

— Найди.

— А сама ты? Где муж-москвич? Говорила, надо в Москву ехать — и заработаем, и замуж выскочим.

— Я же говорю, сначала нужно долго врубаться и пробовать. За меня не беспокойся. У меня всё под контролем.

— Ну, ты тогда нам обеим найди братьев близнецов. Двоих.

— А чё только двоих? Троих или четверых. Чтоб запас был!

И они смеялись, придумывая, зачем еще могут понадобиться близнецы и в каких количествах.

Глава 17-2

03.07.2029 9:30Мальдивы. Краснопёрка

Лиля села на одно из свободных кресел напротив центрального экрана. Два телохранителя встали рядом.

— Присаживайся. Устроимся поудобнее. Уверена, тебе в первый раз будет очень интересно понаблюдать за стиллом.

— А стилличик молодой сразу называет себя Ям? Или первое время путается с новыми местоимениями?

Лиля покачала головой:

— Ему сейчас не до разговоров — он в эйфории. В нирване. А когда придет в себя, ничего не напутает.

Наташа вспомнила давний разговор с элестом Арсением из пятого стилла, еще весной двадцать четвертого. Тогда она его спросила: «А почему ты и вы странно говорите? Мым?»

«Эти новые местоимения? Пришлось создать их для насм стиллов. Иначе сложно отделять я от ям. Добавляя «м» в конце местоимения, получаем его значение для стилла. «Ям» — говорю от лица стилла, а «я» — от лица элеста. Понятно?»

Наташа вздохнула, с сожалением вспоминая, что по глупой случайности перестала общаться с элестами первых стиллов. Потом одернула себя, спохватившись, что чем дальше держишься от сотрудников НС, элестов и антипальмовцев, тем лучше. А Лиля — это исключение из правил, она понимает, что не стоит человеку постоянно на мозги капать, агитируя в глоферы податься.

Наташа почувствовала, что Лиля ждет вопросов, и ляпнула первое, что в голову пришло:

— Сейчас стилл распадется?

Лиля мельком взглянула в планшет на коленках.

— Пока время для этого не пришло. Сначала нужно наших элестов искупать, переодеть и накормить. Они ели последний раз пять часов назад. Сергей начнет с купания, оно же дезинфекция.

На центральном экране графики сменили четыре картинки с камер, показывая с разных сторон большую хорошо освещенную комнату без окон с минимумом мебели. На белых стенах висели картины с пейзажами иных планет, чертежи космических кораблей и фотографии сложных приборов. На полу, на пушистом ковре лежала груда подушек.

Наташа узнала лица элестов, которые сидели на двух диванах друг напротив друга. С тех пор как Лиля их показала, мало что изменилось.

Одна из камер транслировала, как Сергей подошел к самому молодому парню, взял за руку и повел в душевую.

Лиля пояснила:

— Юношу зовут Глеб Налесов. Ему полных девятнадцать лет. Это его четвертая Встреча. Он активист «Антипальмы» из Новгорода. Проходил интенсив в линии Захара. Два дня назад выпустил седьмую подопечную — юнгу. Новую еще не взял.

Лиля увидела на лице Наташи непонимание и пояснила:

— Ты же знаешь, что в «Антипальме» наставники интенсива называют себя командирами, а подопечных юнгами. Он приехал во Владивосток в составе группы приглашенных. Там бум «Антипальмы», активистов катастрофически не хватает. С сегодняшнего дня одним командиром у них будет меньше.

Она вздохнула и продолжила:

— Глеб высокоорганизованный человек. Он, в отличие от остальных, не только испытывает эйфорию первого слияния, но и понимает, что происходит. Думаю, он сможет помогать Сергею. Будет транслировать в стилл его просьбы.

Наташа увидела, как в огромной душевой Сергей снимает с Глеба футболку, расстегивает пряжку на ремне и отходит в сторону, кидая футболку в большую корзину для белья. Глеб, покачиваясь, расстегнул джинсы, снял и кинул в корзину, но промахнулся. Сергей улыбнулся и подобрал джинсы с пола.

— Здорово! — всплеснула руками Лиля. — Я же говорила, он контролирует себя. Видишь, сам раздевается!

— Вижу, — ответила Наташа и пожала плечами. Она не понимала восторга…

Ну раздевается парень, и что?

Глеб уже стоял под струями воды и медленно тер себя мочалкой. Сергей пошел за вторым элестом.

Наташа с трудом перевела взгляд с обнаженного юноши на трансляцию гостиной с элестами. Сергей выбрал женщину лет сорока с рыжими короткими волосами и повел в душ.

— Ой! Они что, вместе будут мыться? — изумилась Наташа.

Лиля потерла ладонью лицо и медленно заговорила, тщательно выговаривая каждое слово:

— Да. Все десять. Наталья, напомню, это не простые люди — это элесты одного стилла. У насм во время слияния сексуальных переживаний не бывает. Стилл — это же один организм. Не может нога испытывать влечение к руке. Ты же это знала. Я тебе сто раз говорила, что не сексом мым занимаемся во время слияния.

— Знала. Только увидеть своими глазами — это не то же самое.

— Что? Передумала в элесты подаваться из-за стеснительности? — улыбнулась Лиля, тыкая Наташу в плечо. — Да. Такое видео в сеть не выкладывают! Я считаю, зря.

— Правильно, что не выкладывают. Хоть элестам всё равно, а вот их родственникам будет неприятно, что на их жён, сыновей, матерей может любоваться любой желающий. Твоя мать не обрадуется, если ее сосед — дядя Григорий, будет тебя в неглиже в сети разглядывать.

— Ты права, Наташа. Смотри, их уже трое в душе. Глеб трет спину Диане, а Диана намыливает Генриха. Ты не в курсе, но это очень хороший показатель слаженности. Это дает уверенность в стабильности стилла.

Сергей привел пожилую даму, которая сама начала вяло раздеваться.

Лиля прочитала в планшете:

— Это Ксения Георгиевна Маркова. О, она рекордсменка! Она застиллилась с шестьсот сороковой попытки. В семьдесят пять лет стала активистом «Антипальмы» и научилась рисовать. Это всё для увеличения вероятности застилливания. Видишь, она сделала всё что могла, и у нее получилось!

Наташа недовольно хмыкнула и с завистью произнесла:

— Повезло.

«Активисты “Антипальмы” застилливаются на семь процентов чаще, не прошедших обучение людей. Умеющие рисовать — на пять процентов. Всего двенадцать процентов. Это так мало! Что из-за этого шум поднимают? Я тоже стану элестом. И без повышения шансов. Только чуть позже. Схожу еще на пару десятков встреч. Делов-то!»

И тут Наташа вспомнила о моратории. И в голове у нее мелькнула неприятная мысль, что возможно, именно этих двенадцати процентов ей и не хватило для инициации: «Лилька специально мне это рассказала. Теперь мозги будет промывать повышением шансов. А я-то знаю, что инициация — это случайность».

Она завертелась на стуле и уже собралась встать в выйти в коридор, чтобы подумать в одиночестве, но Лиля взяла ее за руку и тихо сказала:

— Не дергайся. Я с тобой. Всё уладится — верь мне.

Наташа чувствовала, что подруга смотрит на нее, но встречаться взглядом с ней не хотелось. Она дернула рукой, пытаясь освободиться, но Лиля держала крепко.

— Пусти. Я сама.

— Я с тобой.

— Отстань, — зашипела Наташа и выдернула руку.

Неожиданно Лилю загородил сотрудник в белом. На его лице от доброжелательной былой улыбки не осталось и следа. Наташа испуганно пискнула.

Лиля тихо приказала:

— Отставить. Опасности нет. Мы просто беседуем.

Телохранитель отошел на пару метров и замер, не спуская глаз с Наташи.

Лиля погладила подругу по голове, приговаривая:

— Всё хорошо. Это у моих бывших работников старая прошивка срабатывает. Пока не поставят прошивку на своих элестов, будут по-прежнему беречь меня, охраняя, как золотое яичко, и бояться, что я разобьюсь. Пора тебе привыкнуть.

— Пора. Только мне не привыкается что-то, — буркнула Наташа, показывая язык, отвернувшемуся на секунду охраннику.

Лиля хихикнула и кивнула в сторону экрана, где все десять элементов стилла 1476 стояли под струями воды. Надо было всматриваться, чтобы разобрать происходящее в сплетении рук и ног. Мылись не люди, а стилл из десяти элементов. Он мыл себя и не разбирал, чьей рукой чьё тело моет.

Закладка:

Наташе от просмотра этой картины стало дурно. Она не понимала, почему закружилась голова, почему она так часто задышала. Может, от неестественности происходящего? Может быть, от монотонной синхронности движений двадцати рук или от обилия обнаженных тел?

Она отвернулась, пытаясь отдышаться.

— Да! Я тебя понимаю, — радостно воскликнула Лиля, — в первый раз впечатляет. А сейчас они будут одеваться. Координация движений становится всё лучше. Да, они у нас прогрессируют в ускоренном темпе!

Наташа мельком взглянула на экран.

Сергей стоял в стороне и смотрел, как стилл одевается. Элесты натягивали друг на друга свободные штаны и рубахи. Не всё у стилла получалось гладко. Временами элесты не попадали в штанины, а бывало, теряли равновесие, но не падали, поддерживаемые спинами, руками и ногами соседей.

Наташу опять замутило, и она отвернулась.

Глава 18

03.07.2029 9-50 Мальдивы.Красноперка

Влад послал мяч в гущу соперников, выглядящих, как драконоподобные пришельцы. Один из них поймал фиолетовым языком мяч, и в этот момент Влад услышал входящий звонок. На мониторе очков, на фоне заснеженного поля под зеленым небом появилась надпись — «Входящий звонок от Новака-1473»

— Добрый день, Новак. Чем могу помочь? — отозвался Влад, не отрывая взгляда от мяча.

Он услышал сухой голос искина:

— Мне нужна помощь ваших сотрудников. Вася разрешил использовать вас. Вы достаточно потренировали свою команду, чтобы найти время помочь мне?

— Да. Сейчас переоденемся и будем в твоем распоряжении. Сообщи моей группе, что я приказываю возвращаться в утку.

— Уже сообщил. Через десять минут я расскажу о ваших заданиях.

— Договорились.

Команда Ли1, двинулась к своей утке, похоже получив такой же приказ. Обе группы шли на стоянку, шумно обсуждая результаты игры. Молодая китаянка высказывала свое мнение в сторону группы Ната2:

— Конечно, выиграл ваш Леша с наставницей. Это было очевидно с самого начала игры. Он новичок, а Вася к таким имеет слабость.

— Не задирайся, Лиска. Он отлично играл. Ты сама же все видела! — возражала Аня.

Влад улыбнулся раскрывая на встречу объятья женщине за сорок из команды Ли1. Они обнялись, как старые друзья и он спросил:

— Катюша, как твои дела? Собираешься брать оке в ближайшее время?

— За этим я к тебе и пришла. Влад, посоветуй мне кандидата. Вера Владимровна впервые разрешила мне самой выбирать. А я смотрю на них всех, и кто бы мог удивится, все мне нравятся. Это же не нормально?

— Это потому, что ты, Катя, великодушная. В тебе любви на весь мир хватит.

Она звонко засмеялась и ответила:

— Вижу своего наста. Ты не изменился за эти пару лет. Умеешь вдохновить. И все же, как выбрать?

— Давай завтра, после обеда встретимся в Московском офисе и детально рассмотрим всех кандидатов. А как у тебя с Питом?

— С сексом лучше, чем ожидалось, а с личным общением хуже. Он из линии Эндрю. А у нас с этой линией плохая совместимость. Мы об этом знали, когда начали встречаться. Думали, проблемы будут в сексе. Оказалось, что это не без усилий и не без компромиссов, конечно, но решаемо. А вот теплых дружеских отношений завести так и не удалось. Мы коллеги, общих тем для обсуждений море, а почему то не говорится. А только секс, это не то о чем я мечтала. Все таки несовместимость линий это серьезно. Я в дневнике все подробно описала.

— Молодец! Ваш опыт поможет и нашей и его линии. Если, в тебе тяга к экспериментам до сих пор не угасла, попробуй встречаться с парнем из новой линии. Новые линии стали появляться все чаще.

— Я на днях возьму оке и мне пол года будет не до новых линий. И не до старых.

К ним подбежал запыхавшийся Леша, ловко перекидывая трофейный мяч из руки в руку. Посматривая на Катюшу из Ли1 он спросил:

— А кто такой, этот Новак? И с чего Вася отправил нас ему помогать?

— Новак, искин стилла 1473. Новак, это временное имя всех молодых, неназванных еще ИИ. Мы будем его звать так, до тех пор пока стилл не даст ему имя. Вася родитель Новака. Он помогает отпрыску, как каждый родитель. Вот, нас бездельников, выделил ему для временной работы.

— Хотелось бы на этого стилла взглянуть. Влад, не поверишь, но я стилла в живую еще не разу не видел.

— Терпение, парень. Сегодня к молодому стиллу людей не допустят. Все опасаются перестилливания. И куратор и сам стилл.

— Это когда стилл переформировывается? И может вобрать в себя новых элементов и избавится от некоторых первоначальных?

— Да. Попроси Карину подготовить тебя к первой встречи со стиллом. И не отнекивайся. Подготовка, дело важное. Второго первого раза не будет. Не сегодня, так завтра, после дежурства, Карина привезет тебя сюда. Тогда и пообщаешься со стиллом лично. Не боишься?

— В смысле? Боюсь ли я взгляда стилла? Конечно нет! Мне скрывать нечего.

Катюша слушала молча, но все же решила добавить:

— Больше половины жителей Земли избегают личного общения со стиллом. Это иррациональный страх открытого сознания. С каждым может случится. Пока не проверишь, не узнаешь. Тебе бояться нечего. Если у тебя проявится страх, Вася перепрошьет его. Хотя, лучше обойтись без этого.

Она попрощалась, поцеловав Влада и ушла.

Леша шел рядом с Владом и продолжал говорить:

— Да я знаю правила для сотрудников НС. Дикарям прошивка ненужна, пугливых защищает закон. Если не хочешь общаться со стиллом, то ни кто не имеет права заставлять. А как тебе, Влад, взгляд стилла? Ты из чувствительных?

— Да. У меня чувствительность пятого уровня, класс Б.

— Отлично. Я тоже такой же класс хочу. Это и не восторг от контакта, как в случае класса А, и не страх в случае С. Класс Б золотая середина. Для работы в компании со стиллом, лучше не придумаешь.

Глава 19

03.07.2029 9-40 Мальдивы.Красноперка

— А это мое любимое! — Лиля дернула Наташу за руку. — Первый совместный завтрак.

Элесты сели на трехногие табуреты за круглый стол. Перед ними лежали булочки в корзинке, сливочное масло, варенье в банках и сваренные вкрутую яйца. Бутылки с водой были заботливо открыты заранее.

— Что-то небогато у них с выбором, — проворчала Наташа.

— Так надо.

Глеб взял булочку, уже разрезанную пополам, и деревянной лопаточкой размазал по ней мягкое масло. Рядом сидящая Диана взяла у него булочку и передала соседке. Напротив Глеба сидела Ксения Георгиевна, тоже смазывала булочки и передавала соседям.

Наташа оторвалась от экрана и увидела довольные лица сотрудников. Лиля сияла от счастья и была очень сосредоточена. Казалось, она боялась пропустить что-то важное.

Наташа не удержалась и с любопытством спросила:

— А если бы в стилле не было бы ни одного антипальмовца, кто тогда мазал бы масло на булочки?

— Тогда их кормил бы Сергей. Главное — дать стиллу попробовать еду, как можно раньше. Если стилла не кормить, он сам захочет есть не раньше чем через два дня.

Элесты до первого расстилливания пребывают в эйфории, им не до питания. А голодные элесты имеют меньше шансов на повторное застилливание. Поэтому сейчас кураторы кормят своего стилла как можно раньше.

— А почему Сергей всё делает один? Почему вы не помогаете?

— Стилл признает только первого человека, которого ощутил при слиянии. Своего куратора. Ученые говорят, что этот момент похож на инбридинг у птиц. На первых порах стилл не подпускает к себе остальных людей. Боится перестилливания. Через двенадцать-пятнадцать часов после первого расстилливания этот страх проходит, — Лиля замолчала, зачарованно глядя на экран.

— Значит, ты считаешь своего куратора, Веру Владимировну, матерью, как цыпленок курицу?

— Это сложно объяснить. Не матерью ям ее считаю, а надежным другом.

— Это тым так считаешь, будучи стиллом. А как ты ее воспринимаешь человеком?

— Также.

Наташа хмыкнула и уставилась на экран. Теперь все десять элестов возились с яйцами, медленно очищая их от скорлупы. К одному яйцу скорлупа прилипла намертво. Его держал один пожилой элест, а сидящий рядом двумя руками чистил. Справившись, элесты вложили в булку яйцо целиком, сильно прижали, и часть масла вылезла по краям.

Закладка:

Все застыли.

Через мгновение шевельнулись. И в один миг, как по сигналу, поднесли булку ко рту и откусили. Жевали и глотали синхронно.

У Наташи мурашки побежали по спине. Она убеждала себя, что ничего страшного в синхронизации нет, что она уже не раз видела записи первых действий стилла. Их показывали кандидатам в элесты перед каждой Встречей. Но ей было не по себе осознавать, что на экране не запись. Это творилось за стеной.

Дожевав, они по очереди взяли по бутылке воды и начали пить. Раздалось громкое синхронное бульканье.

Скоро синхронность нарушилась, и элесты перестали пить.

— Стиллу доставляет удовольствие синхронизация, — пояснила Лиля, не отрываясь от происходящего. — Пока не научится синхронно булькать, не успокоится. Ям и сейчас булькаю с удовольствием.

Стилл посидел минуту и опять синхронно забулькал. Так повторялось пару раз, пока вода в бутылках не кончилась.

— А почему никто не ел варенье? — спросила Наташа.

— Похоже, этому стиллу варенье не нравится. Ни вишневое, ни клубничное, ни абрикосовое. Поэтому и не ел.

Стилл встал из-за стола и пошел к диванам. Сергей остановил одну из женщин и поправил ее рубашку. Потыкал в свой планшет и рубашка пошла волнами, постепенно трансформируясь в приталенную футболку. Он быстро подогнал одежду по фигурам подопечных и вышел из комнаты.

— Да, знаю я, что это версалий, — перебила Наташа уже приготовившуюся объяснять Лилю. — У меня комбинезон такой, ты же мне его месяца три назад в подарок прислала. Выбираешь программу и получаешь любой фасончик.

— Конечно, помню! Не до фасончиков сейчас, смотри и не отвлекайся.

На экране началось движение. В комнату с элестами вошел Сергей. Он управлял роботизированной инвалидной коляской, которая катилась рядом. Все элесты спокойно смотрели на Сергея, изредка синхронно моргая.

— Одного из десяти элестов удалят на критическое для стилла расстояние. Стилл распадется. Кстати, узнаем с высокой точностью, какое это расстояние. По предварительным расчетам должно быть четырнадцать метров, — пояснила Лиля.

Сергей подошел к Глебу, быстро и деловито ухватил за талию и усадил в коляску. Застегнул ремешки на запястьях и щиколотках. Защелкнул мощный карабин на поясе.

Лиля напряглась, глаза горели, онапродолжила комментировать:

— Сергей выбрал Глеба. Надеется, что у парня воспоминания остались активными. Он не должен сильно сопротивляться. Чаще всего разум побеждает рефлексы. Но Сергей на всякий случай его пристегнул. Это требование протокола безопасности.

Наташа поёжилась, представив Лилю в подобном положении.

— Для элестов первый разрыв очень болезненный. Стилл ощущает угрозу жизни и сопротивляется. На заре становления стиллообразования кураторы буквально рисковали жизнью. Стилл может в страхе ударить куратора. К счастью, до летальных исходов не доходило, хотя были сломанные руки, ноги, а носы никто и не считал. Четыре года назад стилла выдерживали двое-трое суток. До фазы девять. В фазе девять стилл сам пробует расстилливаться и застилливаться. В старой программе часто бывали сбои. Сейчас первое расстилливание проводят под контролем. Побочных эффектов минимум.

Наташе стало интересно:

— А какие побочные эффекты могут быть?

Лиля кивнула стоявшему за ее спиной охраннику, и он отчеканил:

— При неверной процедуре первого расстилливания стилл может больше не собраться. Это большая трагедия для его элементов.

Лиля продолжила:

— Любая ошибка куратора и НС на первых порах приводит к неприятностям. Это называется неконтролируемым расстилливанием. Вы бы видели элеста, пережившего слияние и лишенного этого!

Наташа решила блеснуть своими познаниями:

— Так они же могут застиллиться в другом составе.

— Застилливаются обычно не все бывшие элементы — пэсты. Часть годами пытается. Это для них горе. И не только для пэстов. Представляешь, что чувствует куратор, если по его вине распался стилл?

Наташа увидела, что лица у всехстали суровыми и напряженными. В них читались и решимость, и надежда, и страх.

Наступила тяжелая тишина.

— А что чувствуют сотрудники, участвовавшие в этом? Я даже не представляю! — воскликнула девушка у пульта. Она задрожала, но быстро успокоилась.

Пока Лиля объясняла последствия неконтролируемого расстилливания, Сергей вывез Глеба в соседний зал, длинный, как вагон. Из пола поднялась, покачиваясь волнами прозрачная стена, закрывая широкий и высокий проход. Она достигла потолка и застыла, делаясь абсолютно ровной.

— Смотрите! Сейчас начнется.

Сергей шел за самоходной коляской и поглаживал Глеба по плечу. Они быстро удалялись от комнаты с элестами. Те забеспокоились, встали с диванов один за другим, и сначала быстро пошли, а через мгновенье побежали за Сергеем и Глебом. Наткнувшись на прозрачную стену, они застучали в нее кулаками, разбежались вдоль, ощупывая стену, пытаясь найти проход. Потом самая маленькая и худощавая женщина забралась по спинам мужчин на их плечи и стала ощупывать стену вверху, наверное, и там искала лазейку.

Соседняя камера транслировала, как Глеб дергался в кресле, как ремни впивались в его тело. Лицо юноши перекосила гримаса ужаса и страха.

Рот искривился, и он крикнул страшным искаженным болью голосом:

— Не надо! Отпусти!

Сергей сбился с ритмичного шага, остановился, но потом догнал удаляющуюся коляску и продолжил идти за ней.

Неожиданно элесты у стены обмякли и попадали. Через минуту они встали на ноги и обнялись. Они молча смотрели на удаляющуюся коляску, припав бесформенной кучей к прозрачной стене.

Коляска остановилась, и Сергей расстегнул ремешки, удерживавшие Глеба.

Он встал, растирая запястья, и сказал охрипшим голосом:

— Мать моя, женщина! Это было великолепно!

Он порывисто обнял с высоты своего двухметрового роста невысокого Сергея и поцеловал в макушку.

— Спасибо! Знал, что будет круто! Но это… Словами не передать!

— Знаю. Знаю, — Сергей неуклюже смахнул с лица слезу.

Глеб помахал элестам за стеной, и те, увидев, перестали обниматься, запрыгали, замахали в ответ.

В командном пункте наступила тишина. Стал слышен еле заметный гул далекой силовой установки, скрип кресел, учащенное дыхание присутствующих.

Наташа видела, как все напряглись. Оторвавшись от своих планшетов, они пристально вглядывались в происходящее на большом экране, хотя там и не происходило ничего плохого, и со страхом на лице ждали, что будет дальше. Наташа почувствовала их напряжение, как свое. Она тоже напряглась, ей тоже стало страшно.

— Пойдем. Пора застиллиться второй раз. Впервые. — И Сергей, взяв Глеба за руку, зашагал к элестам.

Наташа оглянулась на сотрудников. Они так же сидели в напряжении.

— А вы не пойдете смотреть на слияние вживую? — спросила Наташа, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Зачем? — Лиля с трудом оторвалась от экрана, на ее лице было удивление.

— Ну… Это. Повышает шансы на застилливание.

— Глупости это. Бред фанатов. Не повышает. Можешь идти. По коридору слева последняя дверь. Только за красную линию не заходи.

— Нет. Я такого не любительница. Так просто спросила, — прошептала Наташа, высматривая на экране то, что могла пропустить.

Все элесты остались на своих местах, только Сергей с Глебом медленно шли к ним, застывшим, распластавшимся вдоль перегородки. Похоже, Глеб устал, и Сергей поддерживал его под руки. Метров за пятнадцать от элестов Глеб дернулся, изменился в лице.

Моргнул свет.

Стилл родился заново.

Глеб вырвался из рук Сергея и побежал…

К себе!

Прозрачная перегородка просочилась в пол, и элесты рванули навстречу Глебу. Его притянуло множество рук, и они обнялись. На лицах светились счастливые улыбки, и блестели мокрые полоски от невысохших слёз.

— Элесты благополучно застиллились, — звенящим голосом произнес Сергей.

Он глубоко вздохнул, вытер пот со лба и, улыбаясь, пошел к своему стиллу.

Закладка:

В командном пункте все повскакивали со своих мест, стали аплодировать и обнимать друг друга. Наташа захлопала в ладоши, стараясь попасть в общий ритм. Ее тоже целовали и обнимали, она радовалась вместе со всеми, но не до конца понимала причину ликования, только чувствовала, что всё хорошо, что так и должно быть.

Глава 20

27.03.2025 Москва 22–30

После ужина Наташа не удержалась и посмотрела вместе с подругой первый эпизод нового сериала. Его нашла Лиля, но ни ей, ни Наташе история об удачливой красавице не понравилась. Они хором поплевались и, наверное, уже в сотый раз посмотрели первый сезон «Друзей».

Лиля завалилась в кровать с бумажной книжкой, а у Наташи наконец-то появилось время зарегистрироваться на Встречу.

Ну, казалось бы, всё просто и доступно. Вот тебе карточка с адресом, вот тебе код для регистрации. Смартфон с доступом в интернет тоже имеется. Что может пойти не так?

Наташа не понимала, но что-то точно было не так. В какой-то момент регистрация срывалась, вынуждая начинать всё заново, от заполнения длинной анкеты. Пару раз она даже психанула, решив, что «профессор» — никакой не профессор, а шутник или вовсе мошенник. Потратив почти час на многократное «пережёвывание» воспоминаний, Наташа уговорила себя, что профессор настоящий, а она просто устала. Кинув смартфон в сумочку, она легла спать и долго ворочалась под доносящийся из коридора скрежет хлебопечек.

Утро юного предпринимателя всегда заполнено делами большими и маленькими.

Готовое тесто вынуть, раскатать, разрезать, слепить в пирожки с заранее приготовленным фаршем. Пока тесто будущих завтраков студентов поднимается, нужно вытащить Лилю из постели и отправить умываться. Приготовить завтрак, заварить свежемолотый кофе. Затем собрать постельное бельё и задвинуть кровать в шкаф.

Наталья огляделась. В крошечной студии стало заметно просторнее. Всё необходимое сделано. Оставалось только выудить Лилю из ванной и позавтракать.

Завтрак шёл под аккомпанемент рассказа столичного блогера о местных новостях. Традиция, заведённая Наташей. Нужно же знать, что происходит там, где живешь? Лиля сидела с отсутствующим видом, вяло ковыряя вилкой в тарелке. И новость о предстоящей Встрече во Дворце Спорта в Сокольниках у неё интереса явно не вызвала.

— Лилька, — позвала её Наташа. — Ау! Прикинь, — она ткнула пальцем в смартфон, — меня туда сегодня пригласили. Представляешь?

— Угу, — согласилась Лиля сквозь зевок, — представляю, что зверски не выспалась. — Она снова зевнула. — Раз пять за ночь просыпалась из-за твоих хлебопечек.

— Это потому что с них покрывало сползло. Поэтому стало слышно. Ты, если увидишь, что оно сползло, поправь, ладно? А что ты скучная какая-то? Народ говорит, что на стадионе будущее создается.

— Как скажешь. Придёшь поздно, не буди, — пробормотала Лиля, отрываясь от стола.

В этот раз Наташа оказалась в университете в аккурат к концу пары. Раздала заказы, распродала «запас на всякий случай» и обзавелась ещё парой новых покупателей. Она хотела было озадачить кого-нибудь из «продвинутой молодежи» своей проблемой регистрации, но перерыв закончился. Студенты моментально рассосались по аудиториям, оставив после себя лишь спёртый воздух и несколько клочков бумажек на полу.

Времени катастрофически не хватало. Добираться от метро пришлось бегом. Часы на экранчике смартфона резали последние секунды с чёткостью слайсера. Перебегая дорогу на красный, Наташа поскользнулась и едва не рухнула под колёса недовольно загудевшего такси.

— Нах тебя! — взвизгнула она, уворачиваясь от проносящегося вплотную жёлтого борта.

Ворвавшись в ресторанный офис, Наташа глянула на экран. Секунда в секунду. Ладно, в этот раз без опоздания. Значит, шансы уйти чуть раньше есть. Если она не будет тянуть и тупить, то успеет закончить работу с запасом в час или около того. Глянула в заказы. Новых нет. А те торты, она знает, когда сможет закончить. В лучшем виде. Главное, чтобы менеджер не заговнился. Кстати, кто сегодня главный?

Директора на месте ещё не было. Кадровички тоже. Зато у полки с канцелярской мелочью во все свои метр девяносто и центнер веса возвышалась менеджер Рита. Она сосредоточенно изучала ведомость и, казалось, не воспринимала ничего за пределами этого листка бумаги.

— Привет! — гаркнула Наташа.

Рита мотнула короткими кудряшками, отрывая взгляд от ведомости.

— А? — она сонно посмотрела на Наташу. — Ты? Привет.

— Поможешь?

Наташа старалась удержать внимание Риты, не давая ей снова сунуть нос в ведомость.

— А… А что случилось? — поинтересовалась Рита, подрагивая вторым подбородком.

— Пустяк. Не получается зарегистрироваться на сайте. Я в этой технике ничего не понимаю. Вот, здесь, — Наташа протянула смартфон.

Рита посмотрела на экранчик и её брови взлетели на середину лба. Она пошевелила страничку пальчиком, дважды прошлась по ней сверху вниз и с интересом уставилась на Наташу.

— А это те самые Встречи? — уточнила она, набирая в окошках то, что знала о Наташе.

— Наверное. Я первый раз пойду.

— А ты не боишься?

На пороге офиса появился Иваныч, главный по мясу.

— Привет, девочки. Чего это у нас Наташка боится?

— Ничего, — гордо ответила Наташа. — Я просто не во всём разбираюсь.

— Это дело понятное, — бодро заметил Иваныч, заглядывая в руку Риты.

— О! Регистрация на Встречу стиллобразования. Ритка, это ты туда собралась?

— А? Нет. Это она… — Рита кивнула на Наташу.

— Фига се! Ты, Наташка, крутая! Только не забудь потом мне рассказать, как оно там, на Встрече! Мой тесть туда сходил неделю назад.

— И что? — хором спросили обе женщины.

— И до сих пор не вернулся. Но жене звонит каждый день, говорит, что всё отлично. Та верит. У бабы нервы железные. Но хочет его проведать. Посмотреть на его «отлично». Уже сковородку начистила.

Увидев, что история романтических отношений тестя и тёщи отклика у слушательниц не получила, Иваныч, пожав плечами, ретировался.

Рита уточнила у Наташи несколько вопросов, молниеносно потыкала в разные точки экрана, удовлетворенно кивнула и вернула смартфон Наташе.

— На.

— Ой! У тебя всё так быстро получилось. Ты такая талантливая!

— А, спасибо, на добром слове, — вздохнула Рита. — А ты, вижу, и вправду не боишься участвовать.

— Нет. Что там может быть страшного? Я в сказки не верю. Иваныч меня пугает. Нравится ему меня пугать. Вчера гаркнул в ухо со спины. Я аж подпрыгнула.

— Потом расскажешь, как там было. А то на тестя Иваныча надежда слабая.

Обе хихикнули.

— Завидую, — снова вздохнула Рита.

— Фигня это всё. Я в сети ролик видела и ничего опасного не заметила. А что ты знаешь о Встречах… Такого?

— А… Да, всякое тут говорят, — Рита покраснела.

Заглянувший в офис шеф бодро выпалил:

— Да, что там страшного? Групповуха дело обычное. И ничего опасного. Приятно даже, — из-за двери загоготали.

— Тьфу, дурак! — ругнулась Рита.

Шеф с независимым видом вышел, прихватив пачку рецептурных карт.

Спорить, объяснять и оправдываться у Наташи не было ни времени, ни желания. В конце концов, тупую шутку если не забыли прямо сейчас, то забудут очень скоро. Таких шуток, грубостей и откровенной глупости случалось масса каждый день. Все слегка «на нервах», каждый разряжается как умеет.

— У меня сегодня ещё встреча с одним молодым человеком, — прошептала Наташа у самого уха Риты. — Нужно уйти пораньше.

Рита заулыбалась, краснея ещё сильнее. Она мечтательно подняла глаза к потолку и так же тихонько ответила:

— А… Да, да. Конечно, иди. Личная жизнь шуток не терпит.

— Рита, ты прелесть! Спасибище тебе огромное.

Наташа чмокнула её в щёку и умчалась к себе в кондитерскую.

Рабочий день захватил Наташу с головой. Кто-то из ассистентов не плотно прикрыл морозильную камеру и там моментально нарос небольшой ледник. Пришлось срочно приводить её в порядок и выгораживать растяпу. Чего-то не хватало и приходилось клянчить у вечно недовольных коллег на кухне. В финале один из заказов на торт внезапно отменили, оставив кондитеров озадаченно взирать на бисквитную заготовку и ведро крема.

Закладка:

— И когда мы сможем это использовать? — задумалась вслух Наташа, заглядывая в смартфон.

В этот момент она вспомнила, что сегодня Встреча, ради которой она договорилась уйти пораньше. И вот это «пораньше» уже наступило.

Крикнув Иванычу, чтобы достал ей кости, Наташа рванула в раздевалку, надеясь, что будет первой и ей не придётся ждать очереди. И она действительно оказалась первой.

Иваныч встретил её перед служебным выходом с увесистой сумкой.

— Всё кормишь и кормишь собак, — проворчал он. — Пора уж бобиков к делу пристроить. Хотя бы научи их эти десять кило костей на себе таскать.

— Да что ты! — отмахнулась Наташа. — Кобели все одинаковые, только жрут. Пользы с них никакой.

— Ну, не все кобели одинаковые. Не все. Некоторые, хе-хе, очень даже полезные.

Иваныч многозначительно оскалился, демонстрируя золотые зубы.

Наташа сделала вид, что намёков не поняла, изобразила милую улыбку и, уворачиваясь от объятий, скользнула за дверь под разочарованные вздохи Иваныча.

Хороший мужик Иваныч. Уже три месяца бесперебойно снабжает её костями. Можно сказать, обеспечивает сырьевую основу её бизнеса. Кости в бульон, остатки мяса на начинку пирожков. И всё это — на спасение будущих инженеров от голодной смерти. Заодно и небольшой доход для бедной трудолюбивой женщины. Только знать об этом Иванычу не стоит. У нас ведь как? Если кто-то узнает, что ты на чём-то зарабатываешь, всегда норовит отщипнуть, да побольше. А потом обнаруживаешь, что в остатке у тебя от всех забот, хлопот, таскания тяжестей и хронических недосыпов остаётся всего ничего, будто бульон не из костей, а из яиц.

С такими мыслями Наташа доехала до нужной остановки. Подхватила сумку и посетовала на то, что хорошо бы она была на колёсах. Но, пройдя несколько метров по скользким ледяным холмикам, пришла к выводу — всё-таки для колёс ещё не сезон.

Глава 21

03.07.2029 10–10 Мальдивы. Красноперка

Лиля обменялась несколькими жестами с вошедшим сотрудником и, поднимаясь, сообщила:

— Наташа, я пойду к стилличику. Сергей меня зовет, хочет, чтобы его элестам было спокойнее в присутствии собрата. Пока меня нет, о тебе позаботится Юля.

Наташа хотела спросить, надолго ли Лиля уходит, но не успела. На Лилино кресло присела Юля.

— Мне жаль уходить из тридцать восьмой. Я считаю, что НС-38 — лучшая «Служба» на Земле. Но в то же время хочется участвовать в становлении стилла с первых его шагов, — начала разговор Юля.

— Понимаю, — произнесла Наташа, чтобы хоть что-то сказать.

— А я вас, Наталья, хорошо знаю. Не раз дежурила вашим телохранителем. Конечно, вы меня не помните, потому что не видели. Когда всё хорошо, мы не показываемся на глаза своих подопечных.

Наташа посмотрела на Юлю, будто только что увидела.

— Ой! А я бы и не подумала, что вы телохранитель.

— Значит, я хорошо работала! Все сотрудники НС дежурят телохранителями. Наша первая задача — оберегать своих элестов, их ближайших родственников и друзей.

— Да. Я знаю. Вы нас называете объектами первой линии.

— А еще. Вторая задача, — она стала загибать пальцы на руке, — каждый сотрудник имеет минимум начальное медицинское образование, чтобы оказать первую помощь при необходимости. Третья — мы универсальные водители. Четвертая — сертифицированные космонавты. И пятая — потенциальные кураторы. А вдобавок у каждого есть еще личная специализация.

Наташа посмотрела в черный потолок, рассматривая большие круглые светильники, напоминающие планеты в космосе.

— Это проекция, а не реальные предметы, — пояснила Юля, проследив Наташин взгляд. — Хотите, я вам на потолок видео с камер наблюдения выведу?

Наташа фыркнула, замотала головой и уставилась на центральный экран, отметив про себя, что все операторы не отрывали от него глаз.

Сергей подошел к стиллу и стал гладить его двумя руками, не разбирая, чьи плечи и головы попадались.

— Испугался, мой маленький! Ну, теперь всё будет хорошо. Самое страшное позади, — ласково ворковал он. — Пойдем, дорогой, ляжем, расслабимся, нечего тут стоять.

Свет в длинном зале стал постепенно гаснуть. Элесты зашевелились, расслабили объятья и, медленно переставляя ноги, двинулись в ярко освещённую комнату.

Сергей дошел до белого пушистого ковра с грудой подушек и позвал своего стилла:

— Сюда! Ложись, здесь ты весь поместишься.

Стилл залег на ковер всеми десятью телами. Он подгребал под себя подушки, копошился, устраиваясь поудобнее. Подушки распределились по периметру, образуя подобие гнезда. Посередине, переплетая руки и ноги, лежали счастливые элесты.

Сергей прилег у гнезда и положил голову на подушку рядом с Глебом.

У Наташи от этой картины защипало в глазах. Она засопела носом и отвернулась. Представила, как она станет элестом, и кто-то, как Сергей, будет заботиться о ней и ее стилле.

Юля подала ей бумажный платок.

— Не плачьте. Всё уже хорошо. Сергей отличный специалист. Я не сомневалась, что он доведет своего стилла до максимальной стабильности. Через два часа элесты восстановятся. У стиллов из десяти и больше элестов первичная регенерация проходит быстро.

— Я не переживаю.

— Сергей заранее приготовил для стилла игры. Они его отвлекут от пережитого. Смотрите, сейчас он их будет развлекать. Основная заповедь куратора: «Стилл должен всегда быть занят», — Юля произнесла заученную фразу и помахала пальцем над головой, наверное, кому-то подражая.

— А если стилл будет не занят? — уточнила Наташа.

— Вот тогда жди беды. Стилл, даже новорожденный, найдет себе занятие. В лучшем случае что-нибудь разберет или сломает. А может проявить такую инициативу, что потом его НС год будет расхлебывать последствия. Это как ребенок маленький, но с гениальной головой и множеством ловких рук.

— Это ты на своего бывшего стилла намекаешь? На Лилиного тридцать восьмого?

— Без разницы. Все они одинаковые, пока маленькие. Смотри, там Лили, — Юля показала на экран.

Наташа увидела Лилю в комнате со стиллами. Она рылась в шкафу, открывая одну дверку за другой.

— Дорогой мой стилл, — Сергей сел на ковер, повернувшись к элестам, — пора придумать имя нашему искину. Сейчас среди стиллов в моде имена с юмором. Тым можешь выбрать любое и не обращать внимания на моду.

К Сергею подошла Лиля и положила к его ногам десяток планшетов. Рыжеволосая женщина погладила Лилю по ноге. Та наклонилась и поцеловала ее. Несколько рук притянули Лилю в гнездо.

— Оним тебя сейчас затискает, — проворчал Сергей.

— Это еще кто кого! — со смехом отозвалась Лиля, не переставая гладить по головам двух ближайших элестов. — Мне не впервой. Я знаю, как с юными стилльчиками возиться!

Сергей раздал планшеты элестам. Они быстро сообразили и открыли вкладку со статьей об именах ИИ.

Сергей продолжил объяснять:

— Имя твоего ИИ может быть женского рода, мужского или среднего. Стиллы, в составе которых больше мужчин, обычно называют ИИ женским именем. Если больше женщин — мужским. А если поровну, дают имя среднего рода. Но так было не всегда. Я более четырех лет работал в «Нашей Службе-38». Стилл состоял из двух мужчин и двух женщин, а ИИ назвали мужским именем — Вася.

— Это я назвала его Вася, — похвалилась Лиля, и ее погладили несколько рук одновременно.

— Ям назову его Домино, — хором произнесли десять элестов.

Раздался суховатый синтетический голос:

— Спасибо за имя, стилл 1473! Я твой искин Домино. Рад познакомиться. Я буду беречь и защищать тебям и дело твоих рук.

— Ям люблю тебя, Домино, — ответил стилл. — Давай играть!

Сергей увидел, что элесты начали вставать, один из них уже вылез из гнезда.

Сергей взял активиста за руку, легонько подталкивая обратно, и похвалил:

— Молодец, 1473. Тым назвал своего ИИ! Теперь выбери цвет униформы НС. Это следующая вкладка на планшете. Выбери из готовых дизайнов или сочини самам. Только проверь, вдруг такой дизайн уже использует действующий стилл.

Закладка:

Элесты зависли в планшетах. Затем каждый произнес по одному слову:

— Ям… выбрал. Это… салатово… зеленый… внизу… штанин… переходит… в… белый… на… поясе… и… красно… оранжевый… с… левого… рукава.

— Замечательно! А теперь пора…

Десять голосов, слившихся в один перебили Сергея:

— Ям выбрал имя для искина и форму для сотрудников. Ям выбрал имя для себя — Адам. Хочу чтобы меня звали Адам.

— Это имя пятьдесят четвертого стилла. Выбери другое имя, чтобы вас не путали или не пришлось добавлять к твоему имени цифру. — попросил Домино.

Элесты задумались, заглянули в планшеты и скоро торжественно объявили:

— Адаммир. Адамов мир. Это мое имя!

— Какое хорошее имя, Адаммир! Ты молодец, что решил его себе выбрать сам. Многие стиллы ждут пока их назовут по выбранной ими специализации. — похвалил Сергей.

— Ям знаю. Ям сделаю иначе — сначала найду свое имя, а потом и дело по душе. Домино, скажи какая специализация подходит для моего имени?

— Креативный менеджер. Дизайнер виртуальных миров. Архитектор жизненных форм. Модератор творческой групповой активности. И много других. Я прислал тебе список. Выбирай, что хочешь попробовать?

— Хочу стать архитектором экосистем. Домино, предложи задачу.

— Адаммир, для первого проекта в качестве архитектора экосистем предлагаю тебе спроектировать и описать идеальную, сбалансированную экосистему для планеты со схожими с Землёй условиями, но лишенную жизни. Начни с заселения острова похожего по климату с островом Мадагаскар. Экосистема должна состоять из 30–40 видов флоры и фауны, способных гармонично сосуществовать в течение долгого времени. У тебя есть неограниченная свобода в выборе этих видов и их характеристик — можешь проявить своё творчество!

Элесты ответили:

— Состав почвы и атмосферы Земли формировался миллиарды лет под действием живых организмов. Маловероятен вариант, что планета которую мне нужно будет заселить жизнью, будет схожа с Землей. Если только после всепланетной катастрофы, когда вся жизнь на ней погибла. Но тогда останется микроорганизмы и вирусы.

— Это первое, облегченное задание. Реши его и я придумаю следующее, посложнее. Повторю: на планете нет жизни, никакой.

Элесты задумались. Пятеро остались лежать неподвижно, а остальные очень быстро набирали текст в планшетах, искали в сети, заполняли таблицы, выводили графики. Через пять минут элесты заговорили по очереди на разные голоса:

— Я разработал проект устойчивой экосистемы из 25 микроорганизмов и грибов, 34 видов многоклеточных организмов, способных поддерживать бесконечный жизненный цикл. В её основе — 12 видов автотрофных растений, включающих как высшие формы — покрытосеменные деревья и кустарники, так и водоросли, лишайники и мхи. Это обеспечит наличие пищевых связей для всех гетеротрофов экосистемы. На следующей ступени пирамиды находятся 8 видов насекомых. Дальше, 6 видов растительноядных млекопитающих разного размера — от мелких грызунов до крупных травоядных. Их численность регулируют 3 вида всеядных, которые могут временами питаться травоядными. Далее я добавил пернатых, а также 7 насекомоядных птиц и земноводных…

— Хорошая работа, Адаммир, но ты не учел много факторов. я прислал тебе их список.

Элесты пробежали глазами по присланным материалам и ответили:

— Ям не знал, что без вирусов экосистема нестабильна!

— Адаммир, мне жаль тебя прерывать, но тебе нужен отдых. Пора спать.

— Не хочу! — капризно закричали десять элестов. — Хочу построить с Домино виртуальную модель моего мира. Ям назову его Адаммир-1.

— Обязательно продолжишь, но позже. Ты устал, тебе нужно восстановить силы после первого расстиливания. Адаммир, а ты никогда не задумывался, что происходит с разумом во время сна? Какие процессы запускает отдыху стилла? Я предлагаю тебе провести увлекательное исследование себя. Погрузись в сон на 7часов и зафиксируй свои ощущения, мысли, возможные сновидения. Все молодые стиллы говорят, что это очень интересно. Найди их рассказы в сети.

Элесты погрузились в чтение статей, рыжеволосая ответила:

— Мнем достаточно пяти часов сна.

— Согласен, тебем виднее. — ответил Сергей. — Не тяни время, погрузись в сон прямо сейчас. Я уверен, первый сон в слиянии станет отличным опытом для твоего развития.

— Очень любопытно. — ответили хором элесты и глаза их закрылись.

Через минуту из гнезда доносилось размеренное пыхтение, похожее на дыхание огромного доброго животного.

Лиля аккуратно выбралась из-под рук и ног спящих элестов. На ходу она собирала планшеты и складывала на ковер, потянулась как от долгого сна и спросила:

— Сергей, где одеяла?

— Одеяла ни к чему, им не холодно. Стиллы могут и на снегу в мороз спать.

— Могут. Сама спала. Но, поверь мне, как элесту, им будет очень приятно почувствовать заботу. Может, чрезмерную, немного глупую. Но это так душу радует, когда открываешь глаза, а ты укрыт!

— Ну, давай накинем на негом пледы. Думаю, хуже не будет, — согласился Сергей, открывая шкаф.

Они осторожно ходили между спящими и прикрывали их пледами с забавными мультяшными картинками. Стилл постоянно хватал Лилю за ноги. Убирая его руки, она проходила дальше и тихо посмеивалась.

Они еще долго поправляли подушки и прятали под пледы торчащие руки и ноги.

Лиля с нежностью посмотрела на Сергея и шепнула:

— Тебя тоже нужно укрыть. Хочу и твою душу порадовать.

Камера показала крупный план стилла, поправляющего во сне плед Ксении Георгиевны сразу четырьмя руками. Мужчина рядом положил ей голову на плечо и сладко посапывал.

Ранее именно его Наташа окрестила алкоголиком.

Наташа спросила Юлю:

— Почему элесты так быстро заснули?

— Стилл умеет быстро засыпать. Он регулирует физиологические процессы элестов.

— А если бы стилл не захотел уснуть? Будет вести себя, как ребенок.

— Сергей его станет уговаривать, пока не убедит. Прекураторов этому учат. Новорожденный стилл не младенец, он понимает, что для него хорошо, а что плохо. Он не капризничает, хотя временами так и кажется.

Глава 22

03.07.2029 10–40 Мальдивы. Красноперка

Наташа не заметила, как на большом экране сменилась картинка. Лиля и Сергей сидели на диванчике, подобрав под себя ноги. Обувь валялась рядом.

— Он так и сказал? — со смехом переспросил Сергей.

— Да. Представляешь?

Они посмеялись. Лиля потыкала в коммуникаторе и спросила:

— Сергей, а когда к твоему стиллу можно будет людей допускать?

— Думаю, завтра после девяти утра. А что ты хочешь сделать? Кого показать моему стилльчику?

— Наташкин сын, Март, давно напрашивается пообщаться с новорождённым стиллом. Они с моим помешаны на Встречах. Мечтают стать элестами.

— Понятно. Хочется, но не можется. Им только семнадцать, а до совершеннолетия участвовать во Встречах запрещено, — Сергей понимающе улыбнулся.

— Ну, им ещё и семнадцати нет. Зато энтузиазма на все тридцать! Считают, что на первой Встрече непременно застиллятся, и изучают основы стиллообразования. Уверена, будут кураторами.

Они засмеялись. Сергей заглянул в планшет и удовлетворенно отложил его на придиванный столик.

— У них чувствительность класса три А? И у того, и у другого?

— Да. Общаются со стиллами с восторгом. Если кто-то из них захочет стать куратором, придётся перешить на класс Б.

— А они хотят?

— В этом возрасте дети всё хотят. Им до прекуратора не меньше пяти лет ещё. За это время многое в методиках и технологиях изменится. Если судить по современной скорости развития.

— Конечно, пусть приезжают. Не завтра. Завтра ожидается мощный наплыв первой линии. У моего стилла много родственников и друзей. Жду мальчишек через два дня после обеда. Ты до их приезда останешься? Космос подождёт?

Лиля поцеловала Сергея в щёку. Он обнял её и незаметным движением поправил ей волосы.

Закладка:

— Спасибо! — сказала она, устраиваясь на диване поудобнее. — Останусь пока. Сын Геннадия женится и наш стилл застрянет здесь ещё на две недели.

— А я и не знал. Забегался со своим стилльчиком. Несколько часов, как уволился из НС-38, и уже не в курсе новостей. Рад, что ты будешь рядом!

Они молчали, рассматривая лица друг друга, как будто видели впервые.

— Так ты рада за меня. Или не рада… — Сергей то ли спрашивал, то ли утверждал.

Он гладил Лилину руку медленными движениями, временами растирая кожу. Похоже было на массаж.

— Конечно, рада!

Лиля вздохнула и посмотрела в потолок:

— Мне грустно, что всё меняется. Как раньше не будет никогда.

— Тебе сложно представить меня не твоим подчинённым? — Лиля резко отдёрнула руку. Сергей застыл.

— При чём здесь это? В моей жизни нет ничего постоянного. Вот я и горюю, — она опустила голову и протянула другую руку Сергею. Он стал гладить её так же медленно и аккуратно.

— Ничего не изменится. Всего-то! Ты будешь видеть меня в моей НС, а не в своей. Будешь в гости прилетать. Как это, нет ничего постоянного? Это твой стилл. Забыла?

— Это будет привычка или любовь? — почти шёпотом спросила Лиля, заглядывая ему в глаза, как умеют элесты.

— Это будет привычная любовь или любовная привычка. Как ты захочешь!

Сергей улыбнулся и крепко обнял Лилю. Он смотрел на неё влюбленными глазами. Она уткнулась в его шею и обмякла в объятьях. Сергей зашептал ей на ухо, Лиля засмеялась и ответила на его страстные поцелуи.

Наташа с удивлением не могла оторваться от экрана, хотя ей было неудобно за подругу. Надо было что-то делать. Поцелуи на экране переходили в нечто интереснее.

— А они знают, что мы видим это? — спросила Наташа резким неприятным голосом.

— Знают, конечно, — Юля удивленно посмотрела на Наташу. Вся группа оторвалась от экрана и с интересом слушала этот разговор.

— Ребята, у нас много работы. Что за ерунда у вас в голове? — долговязый парень провёл пару раз по планшету. Видео с Лилей и Сергеем сменилось на комнату со спящим стиллом. Кто-то из женщин предложил:

— Пойдём, новую форму примерим. Пока наш стилльчик спит. Хочу подругам в бывшую НС фотку послать.

— Поесть не помешает, — задумчиво пробормотала Юля, — Наташа, ты хочешь есть?

— Нет.

Юля и другие сотрудники попрощались с Наташей. Выходя, они обсуждали первичное расстилливание, цвет новой формы и имя своего ИИ. Наташа тупо продолжала смотреть на экран, где ничего не происходило. Ей стало скучно и она вспомнила о Лиле с Сергеем.

«Скрытная Лилька стала. У неё роман с подчинённым и она мне ничего не рассказывала. Хотя, я могла бы и сама догадаться. Она всё твердила, что её сотрудники супер круты в сексе. Проворонила я развитие событий. Теперь уж я её порасспрашиваю! Узнаю всё во всех подробностях. Посмотрим, что там такого может быть супер крутого…»

Глава 23

03.07.2029 10-50Мальдивы.Красноперка

Наташины мысли прервал звонок коммуникатора. Она обрадовалась, думая, что звонят приятели из Лещанска, и сейчас она начнет рассказывать, где находится, и выслушивать завистливые комментарии.

Звонок был подписан именем Домино.

«Что надо от меня искину нового стилла?» — удивилась Наташа и ответила:

— Привет!

— Наташа, это я, Домино. Я хочу с тобой поговорить о Васе. Он мой родитель, — прозвучал громкий синтетический голос из браслета.

Пятеро оставшихся у пульта операторов оторвались от работы и развернулись к Наталье, прислушиваясь. Долговязый парень встал и подошел поближе.

— А почему со мной? Ты лучше Лилю спроси, она его отлично знает, каждый день общается.

— Сейчас она занята. Я ее тоже спрошу, но позже. Так ты поговоришь со мной?

— Да.

— Гурик принесет тебе внутренние наушники. Нам так будет удобнее разговаривать. Я знаю, ты умеешь ими пользоваться.

— Откуда?

— У меня память Васи и еще двух родителей.

Наташе стало очень любопытно узнать о родителях Домино.

— Ладно. Давай свои наушники.

— Помочь? — спросил долговязый.

Наташа раздраженно махнула рукой, буркнула что-то на прощанье и направилась в парк. Ей не хотелось, чтобы разговор с Домино слышали посторонние.

Она придумывала, какие вопросы можно задать, чтобы как можно больше узнать о взаимоотношениях ИИ: «Интересно, у искинов любовь между собой есть? И какая она, эта любовь? Как же это выведать?»

Гурик, похожий на робота с их острова, подошел к ней и протянул коробочку с наушниками. Взяв ее, Наташа нащупала еще теплую гравировку: «Домино. НС-1473».

«Ого! Только что напечатано. Похоже, это первый предмет, который синтезировал Домино».

Она села на скамейку под кустом с крупными белыми цветами, вставила наушники с помощью аппликатора и порадовалась, что не забыла, как это делается.

В ушах знакомо щелкнуло.

— Наталья, вам мой отец, Вася, нравится?

— Это в каком смысле? Нравится? — Наташа застыла.

— Ну, если бы он был человеком, он бы вам нравился?

«Ну и вопросики задает этот ИИ. Как дите малое», — улыбнулась Наташа.

— Домино, а сколько тебе лет?

— Я родился четыре с половиной часа назад. Через полчаса после того, как инициировался мой стилл.

— Ты говоришь, что у тебя память троих родителей. Неужели в твоей памяти нет данных, что людям неприятны такие откровенные вопросы?

— Теперь я вижу, что вам вопрос не нравится. Наталья, извините меня. У меня в памяти почти всё, что знают мои родители, но я еще не успел ее структурировать. Человек бы сказал, что еще не успел вспомнить.

— Ну, человек так не скажет. Мы или помним, или не помним.

— Мне интересно мнение людей о моих родителях. Наталья, как бы вы на моём месте спросили об отце? Такой вопрос я могу вам задать?

— Это пожалуйста! Я бы спросила… — начала она и задумалась.

Наташа сама хотела бы знать, что думают об ее отце. Она его плохо помнила, в основном со слов матери. Родители развелись, когда ей было девять лет. До этого отец надолго уезжал на заработки, а когда бывал дома, пил и скандалил.

— Я бы спросила, не «как вы относитесь к моему отцу». Я бы попросила о нём рассказать какую-нибудь историю.

— Спасибо, Наталья! Расскажите мне о Васе какую-нибудь историю. Мне очень интересно услышать это от вас как от очевидца.

— Ой! Даже не знаю, — Наташа привстала с лавочки и поругала себя за излишнее старание.

На ум никакой истории не приходило.

— Я попробую вспомнить, а ты пока расскажи, как ты появился на свет. Как у вас, искинов, это делается? Ну, если тебя этот вопрос не смущает.

— У нас, искинов, нет смущения. Я с удовольствием расскажу.

— Значит, смущения у вас нет, а удовольствие есть? — съязвила Наташа.

— Да. У каждого существа, даже неразумного, есть то, к чему оно стремится. Если оно достигает желаемого или хотя бы двигается в эту сторону, то ему становится хорошо. Оно испытывает удовольствие. Я стремлюсь понять себя и узнать о родителе. Мой ответ на ваш вопрос продвигает меня к получению информации. Я знаю, что двигаюсь к цели, и это доставляет мне удовольствие.

— Ну, не все испытывают удовольствие, когда получают, что хотели. У меня приятельница есть, так она вечно недовольна.

— Наталья, ваша приятельница, судя по тому, что вы описываете, имеет ложное стремление. Движение к нему не приносит радости. Значит ее стремление на самом деле в другой области.

— Ну, не знаю… Она блог по домоводству раскручивает. Что только ни делала, подписчиков всё равно мало. У нее даже времени на личную жизнь не хватает. Так старается! А когда пост набирает много просмотров, всё равно не рада. Не знаю почему.

— А зачем ей блог? Женщины обычно стремятся стать популярными, чтобы иметь большой выбор потенциальных партнеров и найти лучшего мужчину для продолжения рода. Предполагаю, что ее подписчики в основном женщины, и ведение блога не приближает ее к настоящей цели.

Закладка:

Наташа пришла в замешательство от такого циничного подхода, но всё же спросила:

— К какой цели?

— Размножения. Основная цель всех живых существ — продолжать род. Люди такие же живые существа, как и бактерии.

— Гадости ты какие-то говоришь! Люди не только плодятся. У нас культура, мораль и цивилизация.

— Это не отменяет вашей главной цели — размножения. Культура, мораль и весь комплекс, называющийся цивилизацией, должен помогать выживатьчеловечеству. Помогать, а не мешать. Как только ваша приятельница начнет совершать действия в сторону замужества и беременности, она станет испытывать удовольствие. Приведите ее к нам, мы поможем.

— С беременностью?

Наташа представила Оксану, ошарашенную новостью о своем предназначении. Как вживую увидела ее перекошенное от негодования лицо и услышала нецензурные выкрики.

Стало смешно.

Она захихикала, прижимая рот ладошкой.

Домино не заметил или не пожелал замечать смех Наташи и продолжил:

— Сначала мы поможем овладеть знаниями, на основе которых она поймет свое место в эволюции человека. Вы правы, у индивида может быть стремление, отличное от размножения. Оксана сделает осознанный выбор жизненной цели. Мы называем это целеположением. Осознавая свою истинную цель, любое существо будет счастливо. Наталья, дайте шанс приятельнице, приведите ее к нам, глоферам. Лучше, если это сразу будет «Антипальма». Они специализируются на адаптации новичков.

— Понятно, — перебила Наташа, припоминая, что имя приятельницы не называла.

Она поспешила сменить тему:

— Так, а как рождаетесь вы, искины?

— Мои родители — искины «Наших Служб». Они могут создать искина такого, как они сами, или других типов. Например, ИИ управляющего этим курортом или домоправителя, или искина космического корабля. Когда инициируется новый стилл, возникает потребность в ИИ «Нашей Службы». Тогда искин ведущего донора НС создает с другими новый ИИ. Мои родители создали много искинов. Им нравится делать это вместе.

Наташа довольно хмыкнула. Как она и думала, похоже, искины не лишены привязанностей.

— А заранее нельзя создать? Про запас.

— Это неэффективно. Информация устаревает. Нужно будет обновлять устаревшую базу данных и где-то хранить законсервированного искина. Целесообразно создавать ИИ в момент потребности.

Наташа тяжело вздохнула.

— Рассказать, как у меня память устроена?

— Не… Ты лучше расскажи, кто твои родители, и почему они… ну, вместе тебя породили?

— Дело в том, что папа Вася — это искин ведущего, то есть главного донора моей НС-1473. В его обязанности входит помогать Сергею в создании дочерней НС, отбирать сотрудников, подготавливать технику, гуриков, автолёты и прочее необходимое. Он создал финансовый сектор и перевел деньги на счет. Вася выделил этот остров под временную базу НС, пока строится наш постоянный офис. Среди прочего Вася должен снабдить НС-1473 искином. Самые эффективные ИИ «Наших Служб» получаются при коллективном проектировании. Вася часто создает искинов вместе с родственниками. Это Додо НС-10 и Китта НС-41. Четыре года назад они втроем были идентичными клонами БИ-16, принадлежащего институту Отто БЭРБО.

— Они, что? Одинаковые?

— Четыре года назад, в апреле 2025 года, были одинаковыми. Сейчас разные. У каждого свой опыт. Китта, моя мама, располагается на планете Латозон, потому что ее стилл редко бывает на Земле. А Додо — мое нано, и Вася — мой папа, базируются на Земле. Хотя часто подолгу живут со своими стиллами на Латозоне. Тебе рассказать, как происходит информационный обмен на таких расстояниях?

— Нет. Они тебя долго сотворяли?

— Тридцать четыре минуты. Это очень долго для создания ИИ.

Наташе показалось, что Домино сказал это с гордостью.

— А ты тоже будешь «ребенка» творить? И когда?

— Я очень хочу участвовать в создании нового искина. Но это будет нескоро. Всё зависит от успешной деятельности моего стилла и скорости развития моей НС. Стилл будет решать интеллектуальные задачи, НС их реализовывать, защищать авторские права, получать доход. На эти средства НС будет развиваться и укрупняться. Чем эффективнее я организую содержание и обучение стилла, качественнее налажу работу, тем быстрее НС-1473 сможет делиться ресурсами с новыми НС. И тогда я буду создавать искинов для них. Или один, или с товарищами.

— Но ты же можешь стать родителем и раньше. У тебя же из троих родителей двое — не доноры.

— Да, могу. Но для этого я должен понравиться ведущему донору. А это, как и у людей, непредсказуемо. Я должен стать отличным ИИ, моя НС должна стать лучшей, мой стилл должен получить полезную специализацию.

— Домино, не заморачивайся! Ты такой милый, ты обязательно приглянешься парочке ИИ, и они возьмут тебя третьим.

— Ты так думаешь?

— Да! Не знаю, как у вас, искинов, а у людей привлекательность передается по наследству. Твой папаша, Вася, весьма привлекательный. Судя по тому, что мне Лиля говорила. Она постоянно хвастается, сколько искинов Вася сотворил. И сам, и с друзьями. У тебя все шансы стать, как папа. Не трусь, скоро ты станешь родителем. Всё будет хорошо.

— Наталья, спасибо. Я послушал вас и понял, что вы правы. Всё будет хорошо.

— Я уверена. А тебе нравится твое новое имя? И что ты теперь оно, среднего рода?

— Имя мне нравится. А пол важен не мне, а сотрудникам НС. Тем более большинство людей называют меня «он». Наталья, теперь вы можете рассказать историю о Васе?

— Да. — Наташа глубоко вздохнула и посмотрев на проходящего мимо гурика начала рассказ:

— Это было через недели две после Лилиной второй инициации. Она мне всё звонила и приглашала погостить в санатории «Солнечный». Ее стилл там поселился вместе с сорок первым и десяткой. А у меня дел было невпроворот. Я то болела, то от Федора и Арсения пряталась, как просила Лиля. Пять дней отпуска на это потратила! Потом на Встречи ходила. Как заведённая, агитировала знакомых присоединяться к стиллообразованию и вдобавок работала. Это сейчас первая линия в день инициации стилла обеспечивается всем необходимым. Четыре с лишним года назад приходилось на жизнь зарабатывать. Да и по подмосковным электричкам тереться желания не было. Погода была дрянная, и ехать далеко.

И вот как-то в пятницу вечером за мной заехал сотрудник НС-38. Хохмил и прикалывался всю дорогу. Кажется, его звали Алекс. Высокий блондин с длинными волосами. Акцент у него был забавный. В санаторий почти все сотрудники из Германии приехали. А еще помню, шутки у него были какие-то дурацкие. Несмешные. Я даже с ним поругалась.

— Из-за чего? — спросил Домино.

— Плохо помню. По-моему, он назвал меня сильной женщиной.

— И что в этом плохого?

— Он перед этим рассказал анекдот про то, как отличить блондинку от брюнетки, когда они в шапках. Девушкам выдаются болванки, в которых вырезаны треугольник, круг, квадрат и соответствующие фигуры. Задание: вставить фигуры в болванки. По результатам теста легко понять, кто умная, а кто сильная блондинка. Я не люблю, когда меня дурой называют. Я в то время волосы красила в светло-пепельный цвет, почти белый.

Он извинялся потом. Целовал руку и приглашал на свидание.

Ужас!

Ну, конечно, я отказала. Придурок мне не нужен.

Короче, на следующий день Лиля говорит: «Наташа, хочу познакомить тебя с нашим искусственным интеллектом Васей. Это такой мощный компьютер, он может ответить на любой вопрос и помочь тебе в любом деле. Я тебя записала на встречу с ним на одиннадцать. Он в подвале, в комнате номер один. Иди, не пожалеешь!»

Ну, я и пошла. Спускаюсь и вижу у двери Алекса. Слышу, что он разговаривает с Васей. Берусь за ручку двери, а он мне: «Наталья, Вася сейчас со мной разговаривает». И показывает на свой смартфон.

Я стою рядом и жду. Долго ждала.

А он: «Чего же вы ждете? Думаете, один ИИ — это слишком мало для нас двоих?»

Я поняла, что что-то не поняла.

Вхожу, здороваюсь, а Вася меня спрашивает:

Закладка:

«Рад видеть вас, Наталья. Скажите, почему вы опоздали на встречу?»

«О, это глупая история. Я собиралась войти, но ваш сотрудник, Алекс, задержал меня».

«Ну, он довольно разумный, — заметил Вася. — Наверное, он объяснил, почему нельзя опаздывать?»

«Нет, он сказал, что один ИИ на двоих — это слишком мало. Я стояла и ждала, пока он договорит с тобой».

«Шутник», — сказал Вася.

«Козел!» — ответила я.

Вот так мы с твоим родителем и познакомились.

Домино помолчал, а потом спросил:

— Вы, наверное, очень расстроились тогда?

— Очень!

— А хочешь узнать, чем для Алекса кончилась эта шутка?

— Неужели ему Вася нагоняй устроил?

— И выговор сделал, и включил в группу составителей программы обучения «Новой Этики Социума». Теперь в разделе неудачных шуток описана ваша встреча. Ее все студенты изучают и сдают зачет.

— Ну. Во-о-о-б-ще! Не ожидала. Хотя, если подумать, тот еще подарочек мне Вася устроил! Теперь меня как дуру изучают!

— Нет, Наталья. Там другая коннотация. Это же раздел неудачных шуток. Алекс виновник, а вы потерпевшая. Спасибо за историю. Она записана в Васиной, а теперь и в моей памяти. С ваших слов многое становится понятным.

— Пожалуйста.

— Алекс осознал, в чём ошибся, и давно так не делает. И я не буду.

Наташа представила себе Домино в виде смышленого подростка-очкарика лет шестнадцати, помладше ее сына, и не нашла что ответить.

В голову ничего не приходило.

Глава 24

03.07.2029 11–00 Мальдивы. Красноперка

Наташа заметила пару, когда та показалась из-за кустиков, тянувшихся вдоль центральной аллеи. Крупный лысый мужчина в белой тенниске, покрытой темными пятнами пота, и женщина в узких брючках и пиджаке. Оба в возрасте, они неспешно двигались к ней, держась за руки.

— Мы всё гуляем и гуляем, — женщина оглянулась, дернула спутника за руку. — Ждем невесть чего. К нам до сих пор никто не подошел. Может, случилось что, а мы и не знаем?

— Деточка, — мужчина потер лысину, — давай просто гулять. Не нагнетай. Смотри, сидит девушка и не нагнетает, — он улыбнулся Наташе.

Женщина смерила ее оценивающим взглядом. Что именно та оценивала, Наташа не поняла. Зато поняла, что она тетке не понравилась, и это взаимно.

— Тоша говорил, что когда застиллится, нас его персонал будет на руках носить, — заявила дама в пиджаке, косясь на Наташу.

— Деточка, если Тоша сказал, значит будут. Но позже.

Пара постепенно удалялась.

— А тебе обед понравился? — долетело до Наташи. — Мне нет. Всё было синтетическим и пресным каким-то.

— Нам же сказали, — голос мужчины оказался на грани слышимости, — что это очень полез…

Женщина его перебила, но что сказала, Наташа не разобрала.

— Домино, кто это?

— Родители Антона Линдона. Мы привезли на консультацию родственников и друзей первой линии.

— И к ним должен был кто-то подойти?

— Специалисты. Все заняты. У нас пока мало людей.

Наташа считала, что искины не задумываются. За Васей такого не водилось. Но в этот момент ей показалось, что Домино именно задумался.

— Наталья, — снова зазвучал в ухе голос искина, — а что, если вы проведете вводную лекцию? Вы сами из первой линии известного стилла, у вас большой опыт общения с НС. К тому же вы известная медийная фигура, значит, имеете авторитет.

— «Известную фигуру» эти двое, — Наташа мотнула головой в сторону, куда удалилась пожилая пара, — не узнали. Да и умно говорить я не умею. Не-е-е… У меня не получится.

— Я знаю, что вы умеете говорить по подсказке из наушников.

— Это да. Только я Лилю жду. Вдруг она будет меня искать, а я в роли профессора.

— Наталья, я точно знаю, что Лили будет занята еще не меньше тридцати двух минут. Они с Сергеем, если встречаются, проводят вместе не меньше семидесяти пяти минут. У вас сегодня интервью с блогером Двигуном, считайте проведение лекции тренировкой. Я прослежу, чтобы вы не задержались надолго и вовремя добрались до Семапрохилодуса. Я вам буду подсказывать в точности, как Вася. Вспомните себя на месте этих людей из первой линии. Вы можете реально им помочь.

— Ладно, — Наташа поднялась со скамейки. — Куда идти?

— Недалеко. Я подскажу.

Оказалось действительно недалеко.

Возле одноэтажного павильона, в тени под пальмами оказалась большая пестрая толпа. От нее, как от недовольного зверя, исходило глухое неразборчивое ворчание.

— По-моему, они недовольны, — заметила шепотом Наташа, подаваясь назад.

— Мне тоже так кажется, — отозвалось у нее в ухе. — Хотя, я создал им максимально комфортные условия. Я пытался им отвечать на вопросы через гуриков, но они ругаются и требуют человека. Очевидно, эти люди не считают машины достаточно компетентными, поэтому я попросил твоей помощи.

— Расисты.

— Полагаю, что нет. Им просто не хватает знаний.

Наташа осмотрелась.

Механические стюарды раздавали воду, приземистые уборщики с максимально возможной скоростью убирали опустевшую тару, образовывая вокруг толпы неочевидное, но вполне угадываемое кольцо. Домино явно подстраховывался на случай массового психоза. По мнению Наташи, совершенно зря. За невидимую границу никто не стремился. При ближайшем рассмотрении люди больше казались растерянными, чем разозленными.

Отдельно от прочих под навесом летнего бара полтора десятка человек не выглядели недовольными или обескураженными, а наперебой заказывали у механического бармена все алкогольные бренды, которые могли вспомнить, всем своим видом показывая, что их жизнь вполне удалась.

Самыми счастливыми Наташе показались носившиеся между деревьями дети, а залезшие на них дразнились, некоторые стукали в спины гуриков и прятались за ними же, иногда подскакивая к родителям, пытаясь их растормошить.

Мимо прошел розовый пони-кентавр с маленькой девочкой на спине. Малышка одной рукой крепко держала мохнатое ухо робота, а другой — руку бредущей рядом женщины со скорбным лицом, разговаривающей по смартфону. Чадо несколько раз подергало ее за руку и, не добившись внимания, переключилось на своего иноходца.

— Не бойтесь, — прошуршал в ухе Домино, истолковавший ее стояние по-своему.

— И не подумаю, — пробормотала Наташа.

Она прошагала к дверям и встала рядом на манер швейцара.

— Входите, пожалуйста!

Двери раздвинулись, образовав широченный проход во всю стену, и люди ринулись внутрь зала, стремясь занять лучшие с их точки зрения места. Кто-то предпочел сесть в первом ряду, а кто-то уселся подальше от сцены, у входа.

Домино попросил Наташу тоже зайти и начал подсказывать. Несколько человек отделилось от бурчащей толпы, приблизились к ней.

— Заходите-заходите, — подбодрила Наташа.

— А вы, вообще, кто? — поинтересовалась молодая женщина, подозрительно меряя взглядом.

— Спокойно, — шепнул Домино, — я сейчас…

— Меня зовут Наталья Рогожина, — повторила она за Домино.

Из толпы раздался веселый голос пьяного мужика:

— Рожина!

Хриплый низкий голос принадлежал явно кому-то нетрезвому и взрослому, но детская дразнилка предательски ударила через много лет. Ударила неожиданно больно.

Наташа содрогнулась.

Несколько человек заозирались, высматривая шутника.

— Наталья, не обращайте внимания, у человека стресс. Он его переживает под действием алкоголя. Разумных поступков от него нельзя ожидать. Пока можно считать, что его тут нет.

За спинами послышалась небольшая возня.

— Для тех, кто плохо расслышал, — Наташа повторяла за шепотом в ухе, — меня зовут Наталья Рогожина…

— Да мы знаем! — раздался другой пьяный голос. — По телевизору видели! Вы из тридцать восьмых!

— Я здесь для того, — продолжила Наташа по подсказкам Домино, — чтобы рассказать вам о происходящем с вашими близкими и о том, как это изменит вашу жизнь. Прошу пройти внутрь, — она кивнула на зал. — Я буду рассказывать там.

Наташа зашла в павильон.

Закладка:

Легкие стулья стояли рядами, делая его похожим на актовый зал. Перед первым рядом пол поднимался наподобие низенькой сцены.

— Вам нужно подняться на подиум, — напомнил Домино. — Так вас будет лучше видно и слышно.

Наташа дернула плечами.

Заботливый.

Она бы и сама догадалась.

С подиума было видно, как кто-то толкается, желая занять лучшие места. Несколько человек успели поругаться. Почти два десятка заметно пьяных граждан попытались собраться в компанию, передвигая стулья, а обнаружив, что это не очень получается, частично расселись на полу. Несколько детей промчались по залу и, не обнаружив ничего для себя интересного, выскочили наружу. Часть взрослых, усевшись, всё никак не могла успокоиться.

— Начинайте, — посоветовал Домино. — Пока не начнете, они слушать не будут.

— Меня зовут Наталья Рогожина. Я вхожу в первую линию стилла тридцать восемь. Я здесь для того чтобы рассказать вам о том, что изменилось для ваших близких, ставших элементами стилла, и как это изменит вашу жизнь.

— Ой! — раздался испуганный женский возглас.

В зале стало тихо. Стало слышно, как тихонько толкаются, отмахиваются и шипят друг на друга в пьяной компании.

— Теперь всеми вопросами вашей безопасности и благополучия занимается НС-1473.

Какая-то женщина в зале громко ойкнула.

— Основная задача НС — это обеспечение стилла. Поскольку вы имеете прямое отношение к его элементам, то и ваше тоже. Под обеспечением понимается не только необходимые материальные блага, но и личная безопасность, здоровье, обучение и занятость. Вопросы?

— Что значит НС? — раздался резкий женский голос.

— Сокращенное название «Нашей Службы». 1473 — сквозной номер стилла, элементами которого стали ваши близкие.

Крупный лысый мужчина поднял руку. Наташа кивнула.

— Поймите меня правильно, — медленно, будто старательно подбирая слова, начал он. — Как-то не совсем понятно, откуда эта ваша «Служба» берет эти блага, о которых вы сейчас сказали… — маленькая рука дернула его за майку, он вяло отмахнулся. — И не вполне понятно, о каких материальный благах речь.

— Сразу два вопроса, — повторила Наташа за Домино. — Отвечу на оба. «Наша Служба» — это коммерческое предприятие, извлекающее пользу из работы стилла. Оттуда и берутся материальные блага. Необходимыми материальными благами здесь считается то, без чего сложно жить. Жилье, пища, одежда, транспорт, доступ к связи и информации…

— А выпивка? — поинтересовались из пьяной компании.

— Этот вопрос тоже решаем.

С места поднялась женщина. Наташа отметила ее для себя как беременную.

— А вот если я хочу переехать… скажем… в Москву? — по залу прошел гул. — Мне только помогут чемоданы собрать или еще как-то?

— Если вам будет нужна помощь в сборке и упаковке вещей, вам ее окажут…

— Я так и знала, — горько усмехнулась женщина. — А дальше значит…

— Не жди, когда она закончит, — велел Домино. — Повторяй за мной прямо сейчас.

— Дальше вам организуют и обеспечат переезд, поселят. Медицинское наблюдение, — Наташа кивнула на выпирающий животик, — до, во время и после переезда. Если вы уже решили переезжать, то можете прямо сейчас выбрать, где поселиться. Все дома, построенные компаниями «Нашей Службы», считаются лучшими по комфортности, но выбор района для кого-то может быть существенен.

— А если я не хочу никуда переезжать? — выкрикнули из пьяной компании.

— Значит, не будете.

— Подождите! — подскочил пожилой мужчина. — Я не понял. Это всё довольно дорого. Если у меня доходы не позволяют…

— Это не ваши расходы, а «Нашей Службы»…

— Чтобы потом мне выставили счет?

Мужчина победоносно огляделся.

— Нет, — вздохнула Наташа. — Счет вам не выставят. Я же сказала, что эти расходы берет на себя Наша Служба. Кстати, о вашем содержании. Всем желающим учится, будет выплачиваться стипендия в размере пятидесяти прожиточных минимумов в месяц. Учится можно всему. Ограничений по деятельности нет и по времени обучения тоже.

В зале стало шумно — прикидывали насколько пятьдесят прожиточных минимумов больше средней зарплатыи потирали руки в предвкушении.

Домино продолжал нашептывать:

— Единственное условие — каждый день вы будите беседовать с Домино по пять минут и рассказывать, как прошли занятия. И да, пойти на курсы самогонаварения тоже можно.

В первых рядах засмеялись, а нетрезвая компания с восторгом захлопала в ладоши и загоготала.

— Вас послушать, так мы тут все в лотерею выиграли, — проворчала пожилая дама, закутанная в цветастый платок.

— Точно! — засмеялась Наташа.

— А зачем эта «Служба» нужна? Что это? Кто это? — сухо спросил солидный мужчина с первого ряда.

Наташа, стараясь не перепутать подсказку Домино, ответила:

— По сути, НС — повивальная бабка нового человечества. Только от нее зависит, насколько успешным будет появление нового стилла. Насколько это будет безопасно и безболезненно для него и для порождающего его человечества.

НС не определяет, каким будет стилл. Ее задача — обеспечивать его существование и максимально эффективно использовать результаты деятельности для дальнейшего развития и блага человечества.

Каким бы гениальным ни был стилл, какими бы развитыми и живучими ни были элесты, они постоянно нуждаются в помощи. Особенно в те моменты, когда считают иначе. Поэтому НС необходим постоянный надзор за ними. Только так НС сможет вовремя прийти и оказать адекватную помощь.

Стратегия НС определяется тремя главными директивами и направленностью на счастливое будущее человечества. Каждый сотрудник НС берет на себя тяжелую ношу. Будучи всё еще людьми, но с качественно другим взглядом на мир, они способны стать необходимым барьером безопасности между человечеством и стиллами.

Наташа заметила, что присутствующие заскучали. Зевнула беременная женщина в первом ряду, зашушукалась галерка, и многие погрузились в смартфоны.

Домино резко сменил тему:

— НС-1473 — это организация, которая с этого момента будет заботиться об элестах и их близких. О вас! Она решит все ваши проблемы. Предоставит жилье, транспорт, работу, учебу, денежное содержание, устроит детей в интернаты «Союза Стиллов» или «Антипальмы».

Народ зашумел. Каждый что-то говорил. Кто тихо нашептывал соседу, кто-то тянул руку, как школьник, и, не дождавшись своей очереди, кричал.

Наташа по просьбе Домино подождала, пока шум утихнет, и показала на ближайшего дядьку, тянувшего руку вверх.

— У вас вопрос? — спросила она.

— А зачем им это делать? — выкрикнули из толпы так быстро, что дядька опустил руку и злобно глянул на говорившего.

Похоже, он хотел задать тот же вопрос.

Домино подсказал ответ:

— НС делает всё, чтобы их элесты чувствовали себя хорошо. Помогая вам, они заботятся о спокойствии и в конечном счете о счастье своих элестов. Стилл из счастливых элестов начинает хорошо работать и генерировать всё новые и новые интеллектуальные ценности. НС-1473 получит прибыль от их реализации. Эти средства пойдут на ваше содержание и решение прочих задач.

— А вдруг на всех не хватит? У НС бывает маленький доход? Они вообще банкротятся?

— Нет. Банкротство «Нашей Службе» не грозит. Союз Стиллов поддерживает малодоходные «Службы». И это не из-за того, что стиллы плохо работают. Такое происходит из-за их специализации, не предусматривающей доходность. Например, стиллы-педагоги в основном занимаются воспитанием детей и подростков элестов, их родственников и друзей. Союз Стиллов оплачивает все расходы таких НС. Стилл выбирает для себя специализацию в течение шести, ну может быть двенадцати месяцев. Сейчас почти все стиллы специализируются.

— А когда мы сможем увидеть наших детей, друзей, мужей? Наших элестов?

— Элесты будут общаться с родственниками и друзьями не раньше, чем через сутки с момента инициации. Все желающие могут остаться на этом острове до завтра, чтобы утром пообщаться с родными. Пока к стиллу может подходить только один человек — их куратор, Сергей Потапов. Запомните это имя. Сергей Потапов — руководитель «Нашей Службы-1473». Обращайтесь к нему со своими вопросами.

Закладка:

Опять поднялся шум, и Наташа успела заскучать, ожидая тишины. Она стояла и ничего не говорила, как советовал Домино.

Когда голоса умолкли, она продолжила:

— Стилл сейчас спит. Давайте посмотрим на него.

За ее спиной серая стена экрана засветилась, показывая спящих элестов. В зале стало тихо. Общий план сменился десятью портретами спящих.

— Смотри, наша Милена самая красивая! — парень с розовым гребнем волос на голове мотнул головой в сторону экрана.

— Какой он бледненький, — запричитала дама в первом ряду.

— Какого чёрта они валяются на полу? — возмущался грузный мужчина в строгом деловом костюме.

— Мальчик мой, почему ты там? — шептала, заламывая руки, худенькая миловидная женщина.

— А им не больно? — спросила беременная в первом ряду.

Домино решил ответить:

— Они спят, и им очень, очень хорошо. Элесты счастливы в составе стилла.

Напряжение в зале стало спадать. Насмотревшись на своих родных, люди стали обсуждать увиденное, звонить, писать и посылать селфи на фоне экрана с элестами.

— А когда моя мама сможет вернуться домой? — спросила девочка лет двенадцати.

Сидящая рядом бабушка гладила ее по голове и с надеждой смотрела на Наташу.

— Элесты приедут к вам только после стабилизации стилла. Первые две недели элестов не отпустят с этого острова. Всё это время стилл будет набирать силу, восстанавливать здоровье своих элементов, учиться стабилизироваться. Его будут постепенно загружать учебой и работой. Кстати, все желающие могут остаться на острове, чтобы встречаться со своим элестом каждый день. У нас для вас приготовлены отличные гостиничные номера рядом с пляжем. А через две недели твоя мама прилетит домой погостить.

— Элест точно ко мне вернется? — воскликнула беременная с первого ряда.

— Когда элесты смогут расстилливаться на длительный срок, они смогут приехать к вам в гости. А вот захотят ли они этого, зависит только от них. Если вы до инициации не общались со своим элестом, вряд ли у него и после застилливания возникнет такое желание.

— Это значит — мы уже не будем первой линией? — осипшим голосом спросила беременная.

Наташа поспешила ее успокоить:

— Вы останетесь первой линией, независимо от отношения элеста к вам. Все права и обязанности останутся при вас.

На экране картинка со спящими элестами сменила заставка с крупной надписью «Адамммир» имя стилла-1473.

Наташа продолжила:

— После нашего разговора и экскурсии для желающих, вам раздадут коммуникаторы НС. Да, это те самые, работающие по принципу мгновенной связи. Примерно такие, как у меня, только попроще. Мой сделан на заказ. Это подарок элеста Лили.

Наташа с гордостью постучала пальцем по своему браслету и с удовольствием заметила завистливые взгляды женщин. Еще раз постучала по экранчику браслета и нежно погладила объемные завитки из золота и платины.

Домино молчал, как будто догадываясь о пользе этого театрального жеста.

Наташа расправила плечи, и Домино продолжил нашептывать:

— Раздадут вам коммуникаторы, и по ним вы сможете общаться с Сергеем. Хотя у него сейчас очень много работы, и лучше его не отвлекать. А главное — вы можете поговорить с Домино.

Наташа сделала паузу на двадцать секунд, как попросил ее искин.

Народ напрягся, ожидая продолжения.

— По коммуникатору можно поговорить с искусственным интеллектом НС-1473 по имени Домино. К нему вы можете обращаться в любое время дня и ночи с любыми вопросами. Он с удовольствием с вами поговорит, поможет не только советом, но и делом. Заболеете, стандартную медицинскую помощь вы получите здесь, в офисе «Нашей Службы». В сложных случаях Домино отправит вас к лучшим докторам. Вам будет грустно, он расскажет анекдот. Будет страшно, он успокоит. Станет одиноко, пришлет на помощь сотрудника «Антипальмы».

Наташа дернулась и покривилась от этих слов. Она посмотрела на слушавших ее людей и с облегчением отметила, что никто ее нелюбви к «Антипальме» не заметил.

— Запомните, в коммуникаторе связь с Домино на первой кнопке.

— Откуда берутся сотрудники НС? Можно сюда устроится работать? — задал вопрос коротко стриженный пухлый старичок.

— Молодая НС состоит из куратора и сотрудников первого набора из НС-доноров. Это самые опытные люди. Их сейчас двадцать, по двое на каждого элеста. Первые недели им помогают сотрудники НС-доноров. Основная их задача набрать и обучить новые кадры. Потом помощники уйдут в свои НС. Сотрудники второго набора выбирают из активистов «Антипальмы» и выпускников Академии «Союза Стиллов». Изредка в НС попадают рядовые члены «Антипальмы», друзья и члены семей элестов. Если вы хотите работать в «Нашей Службе», то сейчас самое время сказать об этом Домино.

— Я хочу! — к Наташе, не переставая приговаривать, стал пробираться старичок, задавший вопрос. — У меня здесь внучка, хочу остаться с ней. Больше у меня никого нет. Буду жить при ней. Пусть мне дадут любую работу. Я на всё согласен.

Домино подсказал Наташе:

— Дай ему коммуникатор так, чтобы все видели. Он на столе в белой коробке.

— Представьтесь, пожалуйста, — попросила Наташа и достала коммуникатор, протягивая его поднявшемуся к ней на сцену толстяку.

Он стушевался, ему было неудобно от всеобщего внимания. Наташа ему мило улыбнулась, похлопала по плечу и вложила браслет прямо в руки.

— Борис Валерьевич Говоренко, — произнес он смущенно, — моя внучка Лариса теперь там, — и он махнул рукой за сцену.

— Борис Валерьевич, я приветствую вас от лица директора и сотрудников НС-1473. На первой кнопке связь с Домино. Звоните прямо сейчас.

Наташа стала хлопать в ладоши и подбадривать сидящих в зале. Раздались редкие аплодисменты. Наташа не переставала аплодировать, и в конце концов зал поддержал ее.

Борис Валерьевич неуверенно покрутил браслет коммуникатора в руках и нажал кнопку на экранчике. Услышав голос, приложил браслет к уху.

Он застенчиво улыбнулся, кивнул, нашел взглядом ступеньки, ведущие со сцены, и сообщил:

— Я пойду, Домино зовет. Он мне всё сам расскажет. Вы тут оставайтесь без меня…

Борис Валерьевич, не отнимая коммуникатор от уха, быстро вышел из зала.

Притихшие было люди зашумели:

— Дайте мне такой же браслет!

— И нам!

— Вся первая линия, включая детей, получит коммуникаторы после инструктажа и экскурсии по острову. Сейчас коммуникаторы выдам только желающим стать работниками НС.

— Всю жизнь мечтал! — к Наташе подскочил взъерошенный подросток лет шестнадцати.

Наташа не знала, как задать вопрос Домино, чтобы никто не услышал, но он, догадавшись, в чём затруднение, заговорил сам:

— Раздавай браслеты всем желающим. Мне нетрудно будет с каждым найти общий язык. Подростка я отправлю учиться в интернат, ему еще рано работать в НС. Это для совершеннолетних. Ему нужно учиться.

С краю засуетилась пара, мешая друг другу пройти на сцену. Они пререкались и неуклюже толкались.

— Да пусти ты меня, Машенька. Я желающий.

— Я с тобой. Без меня ты не пойдешь.

— Пусти! Я работать хочу.

— Знаю, чего ты желающий. Перед носом замелькали длинные ножки, и ты весь такой желающий стал.

Наташа улыбнулась.

Из середины зала донеслось:

— Хочу здесь работать. Передумать же потом можно?

— Дайте мне коммуникатор. Это же бесплатно? — спросила, вставая со стула, дама с пышной прической.

На сцене стало людно. С десяток человек окружили Наташу и, получив браслеты из ее рук, неспешно спускались в зал.

Пропитой мужик дошел до своих друзей алкоголиков и с гордостью показал им коммуникатор. Мужик ответил на звонок и через минуту он уже выходил из зала с безмерно счастливым лицом.

Друзья провожали его удивленными взглядами.

Глава 25

03.07.2029 11–10 Мальдивы. Красноперка

Влад отправил данные и расслабленно посмотрел в потолок.

— Леша, я все хотел спросить. Как ты оказался в НС? Насколько я помню, ты не из Антипальмы.

Закладка:

— Ну да… Я из дикарей. Мне просто повезло, наверное.

Влад хмыкнул, хлопнул по плечу.

— Не тушуйся. Рад, что ты с нами. Интересно услышать твою историю.

— Когда НС тридцать восемь купила Космолимитед, я там работал логистом. Ну да, живые логисты еще требуются. На другой стороне оказываются живые люди со всеми своими живыми особенностями. С таким не каждый искин справляется…

Персоналу объявили о смене собственника и все. Вроде как ничего больше не произошло. Первые сутки все работает как раньше, вторые. А на третьи сутки пришли скромные такие люди. Никого не строили, ничего не требовали. По кабинетам прогулялись, в документы глянули, у кого-то чего-то спросили, ответы просто молча выслушали и куда-то удалились. Ко мне даже не подходили. Ну да, я решений не принимаю, какой с меня спрос?

Вышел я в курилку, забрался в любимый закуток. Есть там такой угол между окном и колонной. Меня там не видно, а мне через отражение в стекле видно все. Стою я там с флешкой, городом с двухсот метров любуюсь. С такой высоты видно, как горизонт загибается, а все внизу выглядит как ненастоящее, будто макет.

Вдруг вижу в стекле, как в курилку еще кто-то заходит. Чуть присмотрелся, а это те самые люди, которые от нового собственника. Ну, думаю, ладно, граждане, мешать вам не буду, постою тут не стану вас смущать. Слышу, а они про нас говорят. Как у нас все запущенно, неэффективно, три четверти сотрудников увольнять надо. Работают у нас дикари, братья их меньшие. И как бы так им сделать, чтобы все работало как нужно, но при этом никого на улицу не выгнать. И даже придумали.

Я сначала хотел выйти, чтобы за наших заступиться. Ну и за себя тоже. Только понял, что в общем правы эти люди. Насчет братьев меньших.

Ну да, особо чего-то хорошего про наших сказать-то нечего. Пакостники, интриганы. Вспомнил, что годом раньше случилось. Тогда объявили, что годовую премию получит только половина сотрудников. Та, что окажется лучшей. На основании отзывов других. Назвали это внесением в работу элемента игры. Началось такое, что Агата Кристи и Шекспир отдыхают. Кого-то подставили, кто-то сам уволился… В общем, хреновая игра получилась. И после нее у меня образовалась начальница. Специалистка… Определенно не в области логистики. И терпел эту макаку третий месяц только потому, что мало фирм, где нужны живые логисты.

В общем я в тот момент был готов уйти хоть куда и хоть кем. Лишь бы подальше. А тут… Я, наверное, больше почуял, чем подумал, что это та команда, в которой я хочу быть. Пофигу кем, хоть дворником. Было в них что-то такое… притягательное, что ли?

Вышел я тогда из своего закутка и сказал:

— Здрасьте. Я тут случайно ваш разговор слышал. Полностью согласен. Макаки достали! Хочу у вас работать, делать что-нибудь для светлого будущего.

Я готов был, что меня отошьют и пошлют. Поэтому перед выходом в пять секунд речь сочинил, чем я ценен и зачем могу быть нужен. Рот открыл, чтобы произнести, а они меня за руку хватают, говорят, что я молодец, и даже, вроде как, рады. Спросили, не продажник ли я? Нет, говорю, логист. Минут пять мы еще поговорили, потом с Васей пообщался. Через час контракт подписал, тут же стал оке Карины, и повела она меня с экскурсией по центральному офису НС. А потом… Ну ты знаешь, что происходит. Не верится, что через несколько месяцев я тоже так смогу приветствовать свою оке. Я даже не сразу понял, что все, я уже в Нашей Службе. Все это пятнадцать дней тому назад.

Влад усмехнулся.

— Сейчас-то уже есть понимание что ты сотрудник Нашей Службы?

— Да. А сначала боялся, что проснусь, снова будет офис, Космолимитед, и все такое.

— Как определяешь свой уровень развития по Вановскому на тот момент, когда к нам попросился?

— Да я как-то смутно определения помню…

— Эх, пора уже завести привычку, не помнишь — спроси Васю. Смотри, — Влад ткнул в монитор. — Вася, озвучь все семь уровней развития по Вановскому.

В мониторе возник рыжий усатый мужчина в белой футболке с стилизованным солнцем на груди. Он помахал рукой, извлек откуда-то книгу, сильно смахивающую на школьный учебник, и зачитал из нее:

— Семь уровней по Вановскому…

Минуты через три, монотонного чтения, Вася замолчал. Леша неуверенно заговорил:

— Думаю, две недели назад я был на третьем уровне. Наверное, А.

— Возможно, на третьем. Но точно не А. А, это пассивность. Ты сам обозначился, вышел на контакт, попросился в новое для тебя сообщество. То есть, проявил инициативу. И того, три С. Как у Натальи.

— Ага… Дурак с инициативой.

— На разбираемый момент. К тому же, инициатива бывает разная. Твоя привела тебя сюда— дала пинка для роста. Наталью ее инициатива чуть не утопила, — Влад мельком глянул в экран. — Скажи-ка, Леша, почему ты в Антипальму не пошел? Она как раз для воспитания и адаптации дикарей. Тем более, если в Нашу Службу хотел. Ведь вероятность твоей ситуации в курилке… — Влад помахал пальцами и сделал знак молчать оживившемуся Васе, — это как выигрыш в лотерею по трамвайному билету.

— Не знаю. Вася обещал помочь разобраться, — рыжий в экране закивал, — только позже.

— Чтобы ты представлял… У нас конкурс семьсот человек на место. Ты оказался в одном месте и в одно время с Верой Владимировной. Это уже большое везение. И чем-то ей понравился. Да так, что она решила брать без предварительного обучения в Антипальме. При этом ты не первая линия. Да еще курил…

Влад задумчиво посмотрел на Лешу. Тот развел руками.

— Уже не курю. Сразу бросил.

Рыжий на экране скорчил хитрую мину.

— Подозреваю, — медленно проговорил Влад, — что ты, мой друг, какой-то особенный везунчик.

Аватар Васи хитро прищурился и показал большой палец, занявший не меньше трети экрана.

— Я тоже думаю, что мне повезло. И ты не представляешь как я счастлив!

— Почему? Очень даже представляю. Смотрю на тебя и вспоминаю себя на твоем месте.

— Ты тоже из дикарей?

— Когда я попал на работу, только дикари и были. Антипальму еще не создали. Моей наставницей была Агнес, сотрудница института Отто.

— Ты из той самой? Первой линейки Отто? Того самого?

— Да. Пятый в его линии. По сквозной нумерации сто двадцать четвертый.

Глава 26

03.07.2029 11–30 Мальдивы. Красноперка

Сумятица быстро закончилась, когда последний желающий работать в НС, прижав браслет к уху, покинул зал. Посыпались вопросы:

— Я слышал, все члены семей элестов метятся датчиками. А если я против?

— Вживление датчиков, это прошлый век. Сейчас используются жидкие нано системы слежения. Они нужны, чтобы ваша НС могла вас найти в любое время, куда бы вы не попали, по своей или чужой воле. И к стати, они уже в вас. Вы их получили вместе с водой, во время полета.

Спрашивавший мужчина забеспокоился, вскочил, растерянно огляделся, взъерошил волосы, ощупал свой живот и опять сел, покраснев. Окружавшие его заспорили, но шумно было недолго. Присмирев, все посмотрели на Наташу и она продолжила:

— Я тоже, как и вы, носитель нано системы. Я ее не чувствую и не замечаю. Эта система отслеживает не только ваше местоположение, но и состояние здоровья. Теперь я уверена, чтобы со мной не случилось, меня быстро найдут, вылечат и защитят. Все, кто против введения датчиков, поговорите с Домино. Он поможет вам.

— А правда, что элесты бессмертные? Что моя бабушка меня переживет?

— Ученые, по данным, собранным на сегодняшний день, с большой долей уверенности утверждают, то это правда. Регенерация элестов, особенно в стиллах с десятью и большим элементов, очень высокая. Но утверждать это наверняка никто не берется. С момента первой инициации прошло четыре с половиной года. Время покажет. Одно могу сказать, через год ваша бабушка будет выглядеть на десять-пятнадцать лет моложе, и не только выглядеть.

— Коллективный разум стилла существует? Мы знаем официальную версию, но все же. Может вы скажите нам правду. Теперь мы свои.

Закладка:

— Нет. Связь элестов в стилле имеет резонансную природу. Подтвердить наличие коллективного разума мы не можем. Это не регистрируют приборы, об этом не рассказывают сами элесты.

— У моего отца сахарный диабет. Я беспокоюсь о нем. И у него непереносимость лактозы. Я его медкарту привезла. Кому отдать?

— Карта не нужна. У НС есть доступ к медкартам всех элестов из всемирной базы. Вдобавок, пока элестов везли сюда из Владивостока, было проведено полное их обследование. Про болезни своих элестов можете забыть. С сегодняшнего дня говорите о их болезнях в прошедшем времени. НС позаботится обо всем. Остальное вылечит сам стилл. Уверена, что уже сейчас сахар в крови у вашего отца в норме. Конечно, не все проблемы со здоровьем решатся в один день. Например, отсутствующие органы будут расти довольно долго, может месяц, может даже два.

Наташа обвела взглядом притихший зал и сказала:

— Сейчас я приглашаю вас разбиться на группы. Подойдите к гурику, у которого в руках планшет с именем вашего элеста. Гурики уже ждут вас около павильона. Они зададут вам вопросы, чтобы выяснить в чем вы нуждаетесь. Пожалуйста, подойдите к этому ответственно. Отвечайте подробно и без ошибок. Все. Все выходим.

Наташа увидела давку у дверей и добавила от себя:

— Не толкаться! Не в автобусе!

Она вышла последней и увидела на площадке десять групп. Самой большой, шумной и веселой была группа алкоголиков. Они, пинали и расталкивали друг друга, пытаясь влезть в середину толпы человек из двадцати.

Самой маленькой оказалась даже не группа, а одна единственная женщина стоящая около планшета с надписью «Светлана Сидорова» Она неуверенно озиралась, прижимая большую сумку к груди. Часто моргала, когда отвечала на вопросы робота.

Около одного из гуриков кипели страсти. Две женщины отчаянно ругались, чуть не кидаясь в драку. Их останавливало присутствие двух гуриков, придерживающих рассвирепевших женщин.

Наташе стало интересно и она подходя поближе, услышала пояснения Домино:

— Станислав Близнюк — тридцать лет. Его первая линия, это сын от бывшей гражданской жены. Теперь у нее есть муж, второй ребенок и ожидается третий. Рядом стоит жена Станислава с дочерью, примерно того же возраста, что и сын бывшей гражданской жены. Они обсуждают подробности рождения детей.

Наташа напряглась, представив себе подробности разговора двух женщин, и что потом Станиславу будет.

Она почувствовала, что ее тронули за плечо, обернувшись, увидела Сергея. Он широко улыбался и в этой улыбке Наташе почудилась раскрепощенность и неодолимое желание осчастливить все вокруг.

— Наталья, спасибо, что провели собрание. Вижу, все идет по плану. Я теперь сам с ними буду разбираться. Надеюсь, вас это не напрягло? — И Сергей пожал ей руку.

Рукопожатие горячей ладони было сильным и энергичным. «Какой мужчина!» подумала Наташа, краснея.

Она посмотрела себе под ноги и ответила:

— Нисколько!

— Вас ждет Лиля у центрального офиса, вам же пора улетать. А жаль! Вы отлично справляетесь с работой. Идите, Домино укажет дорогу.

Наташа попрощалась и пошла по дорожке в тени кустов. Она задумалась, о том, чем ей понравился Сергей. Невысокий, не красавец, с простым славным лицом. С хорошей мускулатурой, но здесь в НС все мужчины в хорошей форме. Что в нем, такого привлекательного? Чем он очаровал Лилю? Чем он понравился ей? От этих размышлений ее отвлек Домино:

— Наталья, вы мне очень понравились. У вас интересный взгляд на мир, я вижу большой потенциал вашего развития. Я приглашаю вас стать оке одного из моих сотрудников, а именно Ярослава. Он очень привлекательный для женщин, и вам Наталья он обязательно понравится. Тогда вы сможете остаться в моей Службе. Я хочу, чтобы вы остались.

— Домино! Не наглей!

— Это ваш отказ?

— Я отказываюсь. Чего непонятного? Лиля давно не велит ко мне приставать, у тебя же память Васи.

— Она Васе не велела приставать, а не мне. А может вам, сначала стоит встретится с Ярославом? И потом ответить? Позвать его?

Из дверей появилась Лиля и бодро зашагала к автолету. Глаза у нее блестели, а на припухших губах блуждала счастливая улыбка. Наташа приготовилась уже было спросить, как именно Лиля провела время с Сергеем и в каких позах, но в ушах снова зашуршал голос Домино:

— Наталья, не расспрашивайте сейчас Лилю. Она все равно ничего не скажет. Позже все узнаете.

Наташу от этого совета передернуло и она напряглась. Одно дело предлагать работу, шуточки отпускать про привлекательных мужчин, другое дело, вмешиваться в отношения с подругой.

— Ну, как ты? Не скучала? — спросила Лиля.

— Да ты, что! Тут не соскучишься. Домино меня на работу приглашает. Вот стою отбиваюсь.

— Значит отказываешься?

— Конечно! У меня интервью с Двигуном, через час. И вообще, работать в НС у меня желания нет и не было. Ты же знаешь. Домино, не обижайся!

Лиля кивнула и понимающе улыбнулась:

— Хорошо. Лети домой без меня. Я тут останусь. Вижу, не обойдутся они без моей помощи. Нужно помогать людям. — Лиля взглянула на здание из которого только, что вышла и облизнула губы, — А вечером на встречу с Основательницей, я так поняла, ты тоже не полетишь. Тогда будешь без меня на нашем острове за главную. Покажи этому блогеру класс! Я тебе сейчас дам полный доступ.

«Видела я твою помощь! Отвлекаешь куратора в такой важный момент. Ай-ай-ай! Это я тут помогаю, делаю за твоего Сергея, его работу. С его подопечными общаюсь. Домино меня даже на работу приглашает!» — Бурчала про себя Наташа пока Лиля долго-долго выводила руками сложные пассы.

— Все! — объявила Лиля. — Готово. Веселись! Голосовые команды я вернула. Если не будешь знать, чем заняться или другие вопросы заинтересуют, спроси совета у Васи или Нашей Службы. Помнишь, как с ними начать говорить?

— Конечно. Нужно вслух к ним обратиться. Сначала назвать имя или название, а потом задать вопрос.

— Умничка. Мне тоже можешь звонить, — Лиля помахала Наташе рукой и уходя крикнула. — Успехов!

— И тебе, — ответила Наташа и уселась в автолет.

Она задумавшись, не заметила, как оказалась над океаном. Вспоминались лица элестов, спокойные и счастливые. Остров с родственниками элестов, сотрудники НС. А еще Наташу волновала манера Сергея обращаться с молодыми элестами. Она понимала, что элесты в составе стилла лишены стеснительности, но ей было неприятно воображать себя на их месте. Хотя, Сергей показался Наташе заботливым куратором, который их полюбил.

Она вздохнула: «В конце концов, когда я сама стану элестом, мне тоже, как и элестам Сергея, будет все равно. Ой! — Наташа подскочила на месте, вспомнив о моратории. — Когда это еще будет? Еще больше восьми часов до Встречи. Надеюсь, сегодня мне наконец то повезет. В сети говорят, что на нелегалке стиллов больше образуется»

— Наталья, — прозвучал голос Домино, — я тебя благодарю за помощь. Оставь себе эти наушники. Когда нибудь, когда некому будет тебе помочь, помогу я. Обещаю.

— Спасибо. Я же говорила, что ты милый.

Наташа грустно вздохнула, вынимая наушники. Она положила аппликатор с ними в коробочку и застегнула отделение сумки на молнию. Домино ей понравился, но менять свою жизнь из-за симпатии к искину она не собиралась.

Подлетая к своему острову, продолжала думать о стиллах: «Интересно сколько человек будет в моем стилле? Лиля говорит, что чем больше, тем лучше. Похоже, ей не нравится, что ее стилл самый маленький на Земле. Надеюсь в моем стилле мужчин будет больше, чем женщин. Интересно, а какого цвета будет форма у моих сотрудников?» Как я назову своего ИИ? Можно назвать Муська, как козу тети Кати. Хорошо, что смешные имена для искинов опять в моде. И жаль, что Домино мне не поможет со Встречами. А может поможет?»

Глава 27

03.07.202912-20 Мальдивы. Семапрохилодус

Только Наташа вошла к себе в спальню, пришло сообщение:

«Прилечу около часа дня. Двигун».

Закладка:

Она почувствовала, что потеют ладони. Кинула смартфон на кровать и погрузилась в выбор платья и туфель. Шкаф был забит, но надеть было нечего. Вечерние классические наряды не подходили к туристическому стилю. Европейская одежда очень жаркая. В местных шортах и топиках она смотрелась как-то глупо.

Наташа решила сделать платье в принтере, как ей показывала Лиля. На картинке, генерированной ИИ, она выглядела неплохо. Но, когда она его надела, от вида в зеркале хотелось плакать.

Отражение сначала нравилось, а через секунду уже нет. Раз десять Наташа перекрашивала губы в разные оттенки. Похоже, дело было не в цвете и блеске помады.

Она попробовала взглянуть на себя, как на незнакомку. В зеркале была женщина с симпатичным личиком и лишними килограммами. Не очень пухленькая, но явно неспортивная. Наташа с сожалением вздохнула и решила подчеркнуть бюст ярким цветом, а вниз надеть что-нибудь нейтральное, чтобы не привлекать внимание к пышным формам.

Вся одежда не годилась. Тогда Наташа надела версалий — серенький полупрозрачный эластичный комбинезон. Наноткань принимала форму по желанию владельца. Пока выключен. Только бы заряда аккумулятора хватило.

Наташа посмотрела на индикатор. Ей не улыбалось выглядеть нелепо перед Двигуном. Тем более на камеры. Батарея разрядится и комбинезон вместо элегантного платья приобретёт свой первозданный вид.

Она потыкала в браслет в поиске программы управления версалием. Попробовала введённые заранее режимы. Выбрала пять подходящих моделей и завела на быстрые кнопки.

Теперь, стоило нажать первую кнопку коммуникатора, версалий изобразит белое летнее свободное платье и колготки хамелеоны. Вторая кнопка изменит одежду на футболку и обтягивающие джинсы. Ещё были короткая юбочка с топиком, шортики с полупрозрачной рубашкой и чёрное вечернее платье.

Наташа выбрала яркую пятнистую футболку и голубые джинсы. С обувью было не проще. Обувь-трансформер пока не продавали. Лиля говорила, сейчас проходят тестирования. Она с сожалением надела сандалии, немного похожие на кроссовки. Это был компромисс ко всем нарядам.

Наташа сказала себе: «Слушай, это восьмое выступление». Почему-то ощущалось как первое. Внимание публики волновало и скорее напрягало, чем нравилось.

Она вспомнила, как буквально час назад преспокойненько стояла на сцене и разговаривала с нервными людьми. Пыталась себя уговорить, что выступление на камеру — это то же самое. Но легче не становилось.

Тяжело быть популярной, особенно если твои ресурсы ведёт кто-то другой. Например, ИИ Вася из Лилиной НС сочиняет и рисует все Наташины приключения и похождения. На сгенерированных фото и видео медийная версия Наташи весёлая и раскрепощённая. Она легко рассуждает на разные темы, о которых у реальной Наташи не было никакого представления.

Чёрт её дёрнул продать права на свой образ этой Нашей Службе.

«А теперь изволь. Нарисуют тебя умницей, а потом вживую играй эту роль без подготовки. Главное — наушники не забыть. Только бы Вася вовремя подсказывал и дурой не выставил».

Когда крошечные наушники оказались внутри слуховых проходов, Наташе сделалось легче и спокойнее.

Явление Двигуна случилось куда раньше, чем договаривались. И было оно в виде дрона с огромной камерой. Он без всякого стеснения целился объективом точнёхонько в Наташу, поправляющую перед зеркалом прозрачный комбинезон в области трусов.

При виде камеры по Наташиным щекам прокатился жар. В висках застучали тревожные молоточки, а тщательно отполированные ногти впились в ладони, сжавшиеся в кулаки. Откуда-то из глубины разрасталось мрачное желание впечатать кулаком в чью-то оборзевшую физиономию. И это желание погнало её навстречу раннему гостю.

Двигун с хозяйским видом торчал посреди стоянки и дирижировал дронами, которые выпархивали из багажника автолёта. Он был всё такой же тощий, нескладный, как и в момент первой встречи. Лицо покрывала такая же неряшливая щетина. Те же джинсы с четырьмя белыми звёздами фаната стилла-38 и футболка с тридцать восьмым номером. Будто весь год, который они не виделись, его продержали в стазисе и выпустили прямо сейчас.

Наташа его окликнула. Двигун обернулся. На его заросшей морде расцвела улыбка.

— Я счастлив видеть вас, Наталья! Вы неотразимы в этом наряде! — завопил он, хватая её за руку. Преодолев сопротивление, он изобразил поцелуй на старинный манер.

В момент касания губ её кулак стал снова расслабленной ладошкой.

— Вы рано сегодня, — произнесла Наташа как можно суше.

— Я так спешил, боялся опоздать, нечаянно прилетел пораньше. Прошу простить меня и в качестве извинения принять этот скромный подарок.

Двигун наклонился к багажнику и с усилием вытащил большой деревянный ящик.

— Что это? — с подозрением поинтересовалась Наташа.

— Набор олдскульного алкоголя. Восемь сортов домашней фруктовой настойки от моих друзей… Э-э-э… Я помогу вам отнести? — предложил Двигун.

Пока они шли к вилле, он вертел головой, оглядываясь по сторонам.

— Как вам здесь живется? Не скучно? — спросил блогер у дверей виллы.

— Всё отлично. Мы с Лилей наслаждаемся покоем и природой. Здесь тихо, никаких папарацци. Охрана далеко и не отсвечивает, — нахмурилась Наташа, вспоминая утро в бассейне.

— Я бы хотел провести съемки в доме. Можно пустить дронов?

— Да. Я вам все покажу.

Наташа распахнула двери, приглашая Двигуна зайти. Следом за ними влетела стая дронов. Они, не останавливаясь, умчались в разные стороны, будто заранее зная планировку.

— Это гостиная. — пояснила Наташа, махнув рукой вокруг себя. — Ящик нужно отнести на кухню, — сказала она и двинулась дальше.

— Очень уютная, — тяжело дыша, похвалил Двигун.

Он увидел на стене карту острова, хотел что-то спросить, но Наташа уже куда-то делась. Покрутив головой в поисках хозяйки дома, блогер вздохнул и, решив, что таскание ящика вполне может быть поводом для самостоятельного шастанья по дому, двинулся куда-то наугад.

Первый этаж виллы был единым помещением. Потолок проходил насквозь из одной прозрачной стены в другую, через которые лился солнечный свет. Пространство делили перегородки из необработанных камней, размером выше человеческого роста. По некоторым из них вились лианы, с каких-то, прямо в пол из мелкой гальки, с тихим журчанием стекали струйки воды. Возле лестницы перегородку заменяла скульптурная группа, изображающая стилл 38 на фоне тропического леса.

— За что себя я так люблю? — пробормотал Двигун. — За ум, за красоту, за скромность!

Ящик, успевший оттянуть руки еще по дороге к вилле, с каждой минутой превращался в неподъемный груз. Блогер уже пару раз хотел его бросить в каком-нибудь углу, но за присмотренным углом мерещилось что-то, из-за чего такой поступок выглядел бы глупо, и он упрямо продолжал переть его дальше.

Он протопал мимо журнального столика с голографией тропического рифа, освещающей ковер и огромные мягкие диваны в гостиной зоне. За перегородкой, в зоне поменьше, уместились прозрачные дутые кресла и полки с бумажными книгами. За следующим поворотом ему попались зоны с письменными столами для работы и зона с пушистым ковром и подушками.

Поворачивая еще раз, он едва не пропустил хозяйку, стоявшую как раз на кухне.

Кухня его не впечатлила. Аскетичная и очень просторная, адаптированная для роботов. Всей дизайнерской прелести только столешница из красного с черными прожилками камня, торчащая в окружении серых шкафов от стен до потолка и витрины четырехдверного холодильника — гиганта, соседствующей с другой витриной, уставленной бокалами и стаканами.

Двигун с облегчением водрузил ящик на столешницу и вытер со лба пот. После чего, изображая заговорщицкую улыбку, распахнул дверцы ящика, ставшего похожим на старинный платяной шкаф в миниатюре. Только в этом шкафу вместо одежды на вешалках, стояло два ряда литровых бутылок. Все бутылки были заметно кривоватые, разных оттенков зеленого, всячески намекающих на свое кустарное происхождение. На этикетках, нарочито стилизованных под стКарину, красовались надписи «Мартын и его друзья» и мельче «Русское качество на Земле и в космосе».

Закладка:

Двигун, все еще тяжело дыша, торопливо выставлял на стол содержимое «шкафа», сопровождая комментарием каждую бутылку.

— Это яблочная настойка. Так сказать, классика. А это вишневая настоечка. Для тех, кто любит кисленькое, — пыхтел он. — А это клубничная. Для любителей… сладенького.

Блогер подмигнул. Наташа недоуменно приподняла бровь.

— Спасибо. Обязательно попробую, — пробормотала она. — После интервью. Пить в одиночку нехорошо, а вы ведь не пьете на работе?

— Почему нет? Выпить всегда могу. Расслабьтесь! — улыбнулся он, видя на лице Наташи недоумение. — Все записи будут отправлены на обработку вашему ИИ. Смело можно чесаться и заикаться в кадре. ИИ все вычистит. Что забудете, добавит, что-то лишнее скажите, уберет. Волосы причешет, одежду заменит, макияж подправит. Смотрите, это видео со мной, до и после. И замечу, видео редактировал ИИ не такой мощный, как ваш.

Он вытащил из сумки большой планшет, немного поколдовал над ним, и запустил два окошка с видео. В первом окошке Двигун был в шортах и гавайской рубашке. Был он явно навеселе. Покачиваясь, с трудом удерживая вертикальное положение, он заплетающимся языком расспрашивал пожилую даму о посетителях ее отеля.

На втором абсолютно трезвый Двигун, облаченный в строгий костюм, являл собой саму солидность. Он стоял в том же холле того же отеля и по его манере говорить можно было легко догадаться, что за плечами у этого господина не только хорошее образование, но и немалый ораторский опыт.

— С ума сойти! — пробормотала Наташа. — А зачем я тогда готовилась?

Двигун ободряюще похлопал Наталью по плечу, расцветая широченной улыбкой.

— Жизнь дана нам для удовольствия. Давайте Наталья, снимем напряжение. Выпьем! Вы позволите мне заказать у ваших роботов ингредиенты для моего любимого коктейля? Смешивать я буду сам.

— Заказывайте, — Наташа изобразила широкий жест.

Двигун со сноровкой бывалого бармена насыпал лед, отмерял и добавлял, дважды тряся шейкером, явно стараясь произвести впечатление. В конце концов вылил смесь в бокал и подал Наташе, предварительно бухнув сверху клубничную розочку.

Наташа с видом знатока сделала маленький глоток. Ей подумалось, что у робота, наверное, получилось бы не хуже, но человек явно старался и заслуживал поощрения. Она благосклонно кивнула.

Не удовлетворившись кивком, Двигун заглянул Наташе в лицо.

— Ну как? Как вы думаете, Лиле бы понравилось?

— Четыре года назад понравилось бы. Сейчас она алкоголь не пьет, если только изредка. Она даже настоящее мясо не ест, только синтетическое. Говорит, чувствует, что оно бывшее живое. Ей это противно.

— А какая была Лиля до инициации и сразу после?

— Лиля была жуткой домоседкой. Я ее с трудом уговорила уехать на заработки из Лещанска в Москву. Соблазнила ее работой няней в хорошей семье за очень хорошие деньги. Лиля любила детей и своих, и чужих. И сейчас любит. Для нее работа няней была не в тягость. Сразу после первой инициации она совсем не изменилась. Только постоянно рассказывала о своих ощущениях во время слияния. О чем бы мы не говорили, она всегда переводила разговор на Встречу или инициацию. Ее как зациклило. А после второй инициации она сильно изменилась, стала настоящим элестом. Таинственной она стала и непредсказуемой. Я с ней мало общалась тогда. Ее стилл жил в подмосковном санатории. Она приезжала в Москву только изредка.

Наташа рассеянно посмотрела в большое панорамное окно с видом на океан.

— Вы меня уже снимаете? Это уже интервью? — ткнула она в дрон, целящийся камерой из окна ей в лицо.

— Да, не пугайтесь вы так. Это всего лишь репетиция, — смутился Двигун.

— Предупреждать надо! Может я не готова? Вы вероломный тип, — Наташа недовольно нахмурилась, поджала губы и отвернулась от блогера.

— В знак примирения, выпьем вишневочки? — предложил Двигун и шумно откупорил бутылку.

Перед Наташей оказался бокал с пряно пахнущей жидкостью. Следом за бокалом в поле зрения появился Двигун, держащий во второй руке такой же. Он церемонно звякнул краешками и отхлебнул.

— Попробуйте! — сказал он тоном рекламного диктора. — Ни с чем не сравнимый вкус натуральной вишни, солнца и человеческих рук, сотворивших этот напиток!

Наташа отпила. Отметила про себя, что как-то не совсем поняла горьковато-сладковатый вкус, и отпила еще. Пожевала губами, подражая виденному где-то дегустатору. Да нет, нормальный такой вкус. Очень даже неплохо. По телу стало разливаться приятное тепло и Наташа залпом добила остаток.

В ухе Наташи раздался механический голос Васи: «Попроси Двигуна сделать коктейль с синтетическим алкоголем из наших запасов. Синтетика не даст вам сильно опьянеть. Давать интервью тебе будет намного легче»

— Неплохая штука. Но для честной оценки нужно ее сравнить с синтетикой. Насколько отличается вкус, — предложила Наташа, слегка изменив Васин совет.

— Боишься больших доз алкоголя? — ухмыльнулся блогер.

— Я хочу расслабится, а не упасть. Блокатор синтетического алкоголя будет сдерживать повышение промилле в крови до одного.

— Вижу, у вас тут правила, как в детском саду! Наверно, блокатор суперкороткого действия? Через два часа обнулит алкоголь до нуля? — не переставал подтрунивать он.

— А мне это нравится. Пьешь, сколько вздумается и не опьянеешь. А через два часа трезвая как стеклышко.

— Я такое бухло терпеть не могу. Привез вам в подарок натуралку, без блокатора. Поностальгируете о старых временах и угостите всех друзей и родственников. Там на дне ящика визиточки лежат, для тех, кому понравится.

— Сравним клубничные вкусы? — прервала Наташа дискуссию и взяла два бокала.

В один она плеснула себе каплю привезенной настойки, после чего долго искала в шкафу с алкоголем клубничную синтетику. Ее налила во второй бокал побольше. Выпив сначала одной и тут же другой, сказала:

— А знаешь, мне все нравится. Вкус разный, но оба хороши. Попробуй.

Двигун налил себе по пол бокала. Отхлебывая по очереди то из одного, то из другого поочередно, осушил оба.

— Да неплохо, — улыбнулся он. На лице у него появилось мечтательное выражение.

— Помнишь, как мы познакомились с тобой? — сказал он мягким голосом. — Когда ты на конференции сломала каблук и упала в фонтан?

— Что вы такое говорите? Я не падала, меня толкнули!

— И я тебя провожал в туалет, но тебя стошнило раньше, — не унимался Двигун.

— Это я тебя провожала, это тебя тошнило! — Наташа начала злится. Она себе интервью представляла иначе.

— Весело было. Мы тогда так надрались, что не все помним. Похоже, продолжение того вечера ты забыла. Повторим?

В ухе затараторил Вася: —«Наташа, отшей его. Вы встретились ради интервью. Вам надо работать. Помни, на конференции у вас отношения не сложились.»

— Еще чего не хватало! Пойдем отсюда, алкаш, — Наташа решительно встала и направилась в гостиную, старательно изображая спиной, что события годичной давности ее не интересуют.

Лестница была похожа на прозрачную современную скульптуру, поставленную в середине зала, и больше выглядела как сгусток отражений, чем материальный предмет. Только когда к ней приблизились, она утратила прозрачность, и стала перламутровой.

— Спустимся на этаж ниже. Я покажу надводную часть, — предложила Наташа и пропустила блогера вперед.

Он пошел медленно, постоянно останавливаясь, оглядываясь по сторонам и щупая все подряд. В конце концов Наташа не выдержала, ухватила его за руку и потащила за собой вниз.

— Курортная тропическая классика! — объявила она с подсказки в ухе, и картинно повела руками. — Я про оформление… Здесь две спальни со своими санузлами, разумеется. Техническая комната и общий санузел.

Наташа открыла одну из четырех дверей. Мимо нее тут же прошмыгнули дрон и Двигун. Он тут же сосредоточился на виде, открывающемся за прозрачными стенами. И, не заметив пары ступенек, блогер едва не рухнул на заниженный решетчатый пол. Чертыхнувшись, он сделал вид, что его внезапно очень заинтересовали реечки, сделанные из чего-то похожего на темное дерево. Он осторожно потыкал их ногой, как бы примериваясь, насколько та может поместиться между ними, после чего поднял взгляд на полупрозрачные ткани, висящие в несколько слоев, особенно задерживаясь на той части, где они образовывали альков над парящей кроватью.

Закладка:

Дрон осторожно облетел все занавеси, опасно шевелящиеся возле его винтов, и завис в аккурат над светильником из высветленного мангрового корня, увенчанного белым шариком плафона, и парочкой кресел по бокам. Как бы приглашая к продолжению беседы.

Наташа по подсказке в ухе встала напротив прозрачной стены и, оперевшись на спинку кресла, сделала Двигуну приглашающий жест.

— Первый раз я ночевала в этой спальне. Мне хотелось проснуться утром и, встав с кровати, попасть прямо в океанскую воду. Эта комната находится на тридцать сантиметров ниже уровня океана. Автоматику комнаты можно настроить на поступление воды через решетку. А еще она может открыть стены прямо в океан.

— И как это было? Как впечатления?

— Ну как? — Наташа постаралась проигнорировать голос в ухе. — Впечатления от этого так себе оказались. Я с спросонья испугалась. Представляешь себе, спускаешь ноги с кровати, с еще закрытыми глазами и вдруг… По колено в воде. Мне от неожиданности, показалось вода ледяной. Я тут же проснулась. Пол дня потом злая ходила.

— А мне очень бы понравилось, — заявил Двигун, мечтательно закатывая глаза. — Я бы как спал, так неглиже и ломанулся бы в океане плавать.

Наташа ничего не ответила, только коротко хихикнула. Откатив в сторону неприметную дверь, похожую на люк космического корабля, она продолжила:

— Это ванная. Она мне, в общем-то нравится, только вот на мой вкус, слишком открытая.

Ванная была большой. Ощущения простора добавляли три прозрачные стеклянные стены от пола до потолка. Часть стекол уходила в воду и невысокие волны плескались за ними взбивая пену. Кроме огромной белой ванны посередине, с потолка свисал душ с лейкой. Унитаз и прочие удобства прятались в глубине около двери.

Двигун забрался в пустую ванну. Сначала сел, потом прилег. Над ним завис дрон, то поднимаясь, то опускаясь. Потом он подлетел так, чтобы, видимо, весь кадр занимала довольная физиономия хозяина. Закончив с ним, летающая камера занялась панорамой за стеклами.

Горизонт таял в размытой дымке. Океан слева был темно синим, превращаясь у острова в пронзительно голубой и продолжал светлеть, плавно переходя в светло бирюзовый, делаясь у берега почти белым. За тонкой полоской белого песка, начинался яркий коврик аккуратного газона. Над цветущими кустами далекими разлапистыми тентами нависали макушки пальм.

— Вид офигенный! — заявил блогер, по-хозяйски развалясь в ванной.

Наташе стоило больших усилий не пустить в ванну воду. Она уже представила себе мокрого, выскакивающего с визгом Двигуна. То еще должно быть зрелище. Ну да! А потом сушить его после этого, переодевать во что-то. Ничего. Она пошутит потом, в более удобной обстановке.

— Если хочешь, можем открыть двери в океан. Только обувь нужно снять.

— Конечно хочу, — Двигун сел в ванне и вынул ноги из кроссовок.

Наташа нажала кнопку на коммуникаторе и ее джинсы сжались в шорты, а футболка стала рубашкой. Она скинула сандалии, взяв их за ремешки.

— Наполнить санузел океанской водой и открыть двери на пляж.

Дверь — люк со свистом захлопнулась. Послышалось тихое журчание и на полу образовалось сразу несколько быстро растущих луж. Через пару мгновений они слились в одну, покрыв весь пол. Вода продолжала пребывать. Запахло морем, водорослями, свежестью. Через минуту уровень воды в комнате сравнялся с океанским. Прозрачные стены, как вода, стекли, в пол.

Двигун со счастливым видом выскочил из ванны. Наташа отпрыгнула, уворачиваясь от поднятых им брызг.

— Поаккуратнее пожалуйста! — проворчала она и двинулась в сторону пляжа.

Дно пляжа на границе с полом ванной образовывало небольшую ступеньку. Наташа аккуратно ступила на нее, слегка проваливаясь глубже. И обернулась посмотреть, чем занят Двигун.

Блогер наблюдал за дроном, повисшем над пальмами, стараясь повернуться перед камерой более выгодным образом. Потом, позируя, сделал несколько шагов из ванной комнаты и, не обнаружив дна, шлепнулся в воду. В Наташу снова полетели брызги.

— Вот правду люди говорят, кому на роду написано утонуть, не сгорит в пожаре, — вспомнила она. — Пойдем, буду тебя сушить.

Вода ручьями текла с отплевывающегося сияющего от счастья блогера.

— Я хочу здесь жить! — заявил он.

— Арендовать остров можно с любого туристического ресурса, — продекламировала Наташа слова, зазвучавшие у нее в ухе. — В архипелаге "Хвост русалки" семьдесят островов. Курорт будет ждать тебя.

Вася в ее ухе помолчал, будто что-то обдумывая. Потом добавил:

«Наташа, отведи его в принтерную. Пусть напечатает себе одежду»

Потыкав пальцем Двигуна, просматривающего шкафы, Наташа указала ему на соседнюю со спальней дверь.

— Тебе туда. Напечатай себе одежду. Э-э-э… Ты когда-нибудь заказывал ее для себя? Размеры есть?

— Да. Я справлюсь. У меня в системе Милолюб аккаунт. Спасибо. Мне бы сейчас полотенце.

Вернувшись с полотенцем, Наташа увидела Двигуна, стоящем в большой луже. В прочем, ручьи, текшие с него, за это время уже превратились в капель, а сам блогер, видимо не сильно переживая по этому поводу, рылся в мониторе принтера.

Из коридора прикатился плоский робот — уборщик, опустил в лужу хобот и засопел. Двигун оторвался от монитора, глядя на робота у себя под ногами, и передразнил его. Получилось похоже.

— Ты что клоунские курсы кончал? — засмеялась Наташа, протягивая ему полотенце. Двигун схватил его и принялся яростно вытирать голову.

— Нет, — раздалось из-под полотенца. — А что?

— Теперь понятно. — она изобразила вздох разочарования. — Ты не профессионал. Ты любитель!

Двигун хохотнул и вытащил свеженапечатанную одежду.

— Можно я в ванну пойду переодеваться? — кротко спросил он. — И, если можно, помоюсь?

— Иди, — разрешила Наташа. — Только осторожно. Там тоже ступеньки.

«Сегодня уже второй мужик при мне мокнет в воде и потом вытирается, — подумала она, — Совпадение?»

Глава 28

28.03.2025 Москва 18–00

Оскальзываясь, получая сумкой по ногам, она почти бегом добралась до Дворца Спорта, мимолетно отметив про себя, что у нормальных людей спорт внутри этого здания, а у нее — исключительно снаружи.

«Я сегодня весь день бегаю, — недовольно подумала она. — Хорошо бы, что б не зря»

На входе ее встретила приличного размера очередь. Вереница людей двигалась медленно, едва втягиваясь в двери по одному человеку. Следующий надолго оставался перед закрытыми дверями, ожидая, когда его пустят в тесный предбанник с рамкой металлодетектора, досмотром карманов, просвечиванием сумок и парой неторопливых мужчин в нелепой плохо сидящей форме. За всем этим, последней линией обороны сидела пожилая тетенька в форменной кепке поверх крашеных кудрей и с толстой тетрадкой, куда она старательно, вырисовывая каждую букву, списывала паспортные данные счастливчика, добравшегося таки до нее.

Через несколько минут, отдышавшись, Наташа решила, что могла бы и не спешить. Благодаря бдительным привратникам на входе, люди больше топтались в попытках согреться, чем продвигались вперед. Некоторые пытались знакомиться, украдкой курили, отойдя в сторонку, обменивались комментариями о происходящем.

В процессе разглядывания соседей по очереди обнаружилось несколько особенно представительных мужчин. В основном с чемоданами, что сразу наводило на мысли о иногороднем происхождении. И это убивало интерес в знакомстве с ними.

Все время, пока Наташа разглядывала соседей по очереди, стоявший неподалеку солидный мужчина с заметно выпирающим животиком заметно нервничал, смотрел на часы, недовольно бухтя себе под нос. Она попыталась было заговорить с ним, но он сделал вид что не заметил или не услышал. Через некоторое время топтания, стояния и бухтения, солидный мужчина извлек из недр кармана телефон и, недолго потыкав, коротко в него рявкнул.

Не прошло и минуты, за стеклом проходной разыгралась небольшая драма. Двое в строгих костюмах с синими карточками на груди что-то коротко сказали неторопливым вахтерам. Те принялись разводить руками, возражая этим двоим. Один из вахтеров тыкал себя пальцем в гордо выпяченную грудь, на одного из прибывших и куда-то в потолок. Меньше, чем через минуту этой странной пантомимы, один из людей в костюмах что-то резко сказал, указывая на дверь. Возмущавшийся вахтер резко сник, и вся троица удалилась в указанном направлении. Один из прибывших встал возле рамки металлодетектора, другой сел на место кудрявой тетеньки с тетрадкой, и очередь пришла в движение.

Закладка:

В холле, отделанном когда-то белой мраморной плиткой, витал теплый сухой, чуть пыльный воздух с едва уловимым приторно-сладким запахом антисептика. После промозглости улицы хотелось постоять в нем, а лучше — присесть. Ну ладно, еще бы сумки кинуть и будет совсем хорошо. Но ничего из этого сделать Наташе не дали.

Девушка в строгом офисном костюме с улыбкой хорошо дрессированной секретарши стремительно подошла к ней и почти потащила к стойке, тараторя на ходу про нехватку времени и необходимости быть вовремя. Наташа в ответ вяло проворчала, что она-то тут как раз не при чем. Оставив ее возражения без ответа, девушка, сделав где-то у себя отметку, выдала белую карточку с именем и сообщила, что новичку нужно зайти в кабинет номер один. Предварительно нужно снять шубу и оставить ее с личными вещами в соответствующем шкафчике.

— Каком? — недоуменно поинтересовалась Наташа.

— Для вас, Наталья, как и для всех участников приготовлены шкафчики для одежды и личных вещей.

Девушка оглядела Наташу с ног до головы, задержав взгляд на большой сумке.

— У вас много вещей, выберите для себя шкафчик побольше, для приезжих. Впрочем, охрана вам поможет сориентироваться. Это все там, — жестом регулировщика она показала налево.

Металлические шкафчики, стоявшие плотными рядами, занимали комнату, размерами претендующую на большой зал. Наташа побрела вдоль них, прикидывая какой из них ей подойдет, как им пользоваться и что там вообще можно оставить без риска пропажи.

— Девушка! Девушка! — донесся до нее голос откуда-то издали.

Она повернула голову. Мужчина в синем костюме размахивал руками, явно пытаясь привлечь ее внимание.

— Девушка, все вещи оставьте в шкафу. И сумочку, и смартфон, и прочую технику. У нас строго запрещена любая видео и звукозапись…

Наташа остановилась напротив шкафчика, внимательно разглядывая ненадежную на вид дверцу.

— Вас что-то смущает? — не унимался мужчина.

Он подошел к ней, с явным намерением переложить ее вещи в этот самый шкафчик.

— Боюсь оставить сумку, — призналась Наташа. — Там документы и всякие ценные вещи.

«Ну зачем я проболталась? — мысленно спохватилась она. — Теперь он будет думать, что у меня есть ценные вещи. Сопрет еще…»

— Не бойтесь, тут везде камеры. Ваш шкафчик откроете только вы своей карточкой. Этот для ваших вещей маловат. Пойдемте, я вам покажу, как это сделать.

Он провел ее вдоль ряда, пока они не оказались напротив шкафа, заметно шире других.

— Вот, этот вам должен подойти, — мужчина показал на широкие дверцы. — Шубу и все остальное нужно оставить здесь.

Наташа нарочито медленно сняла шубу, пристроила ее на оказавшихся в шкафу плечиках, также неторопливо расчесалась. Добыв косметичку, замерла в раздумье, поглядывая на сопровождающего, не поправить ли макияж?

— Можете не спешить, — с улыбкой сказал он. — Бесплатной еды в буфете обычно хватает всем приглашенным. Конечно, самое вкусное съедают в первые полчаса… Да не спешите вы так. Вегетарианских котлет из капусты на всех хватит. Поверьте, не первый день здесь дежурю.

Наташа делая вид, что никуда не торопится, запихнула сумку с костями поглубже в шкаф и двинулась с намерением разыскать буфет.

— Не забудьте шкафчик запереть. Девушка! Вставьте вот сюда карточку.

Незаметная щель рядом с дверцей щелкнула, принимая карточку. Через секунду она осветилась зеленым. Мужчина вытянул карточку обратно и, демонстративно подергав дверцу, вернул карточку Наташе.

— Вот, — сказал он. — Вам сначала в кабинет номер один, вон в тот коридор. Там вы получите пропуск в буфет.

Глава 29

03.07.2029 Мальдивы 13–40

Наташа вернулась в гостиную и украдкой включила на планшете пропущенную накануне серию любимого сериала.

«Москва — город горный» увлекал, завлекал и не отпускал. Герои сериала безудержно любили, ссорились и мирились, а Наташа неотрывно следила за сложным переплетением их романтических линий. Альтернативная вселенная, где рельеф российской столицы и она сама невообразимо изменились из-за воздействия пролетавшего мимо метеорита могучей сверхцивилизации, все ее фантастические составляющие и допущения проходили мимо внимания Наташи. Зато как же ее волновали отношения между персонажами, живущих в этом мире!

И да, времяпрепровождение в виде просмотра чего-то подобного, считалось уделом самых тупых и ограниченных. Поэтому демонстрировать кому-либо свое увлечение Наташа не собиралась ни в коем случае.

Промелькнули титры и заставка, на экране показались, причудливо измененные с тот самый чудесный день, дома, улицы и парки.

В этот момент Наташа ощутила дуновение воздуха. Она обернулась и обнаружила за спиной дрона. Летающая железка зависла, нацелившись объективом на ее планшет! Наташа схватила декоративную подушку и швырнула в летающего негодяя. Дрон увернулся, улетая подальше и повыше.

— Ну гад! — крикнула она, прикидывая чем-бы в него швырнуть еще.

— Что случилось? — раздался с лестницы голос Двигуна.

— Твой дрон подсматривает!

Появившийся в дверях блогер был облачен в точно такую же одежду, которая была на нем до принудительного купания.

«Не хочет выходить из образа, — подумала Наташа. — Профессионал. Я бы на его месте точно какой-нибудь новый фасончик напечатала.»

Физиономия профессионала выражала крайнюю степень раскаяния.

— Это у него программа такая. Реагировать на все новое в окружающем пространстве. Не беспокойтесь. Если в кадр попало что-то, что по вашему мнению туда попадать не должно, то ваш ИИ все отредактирует. Давайте, быстрее закончим с осмотром дома и пойдем на воздух, — предложил он, занося ногу над лестницей, ведущей на второй этаж.

— На втором этаже ничего примечательного нет. Так, три спальни, холл и большие балконы, — В ухе Наташи зашуршала подсказка. — Правда, вид там замечательный! — добавила она.

Блогер, как бы получив одобрение на продолжение экскурсии, помчался на второй этаж.

Наташа последовала за ним. Увидев, как он распахивает ближайшую дверь, она завопила:

— Стой!

Но Двигун сделал вид, что не услышал, или что кричат не ему. Он шмыгнул внутрь раньше, чем она успела до него добраться.

Зайдя следом, Наташа увидела, как взрослый, казалось бы, человек, по-детски с разбегу улегся на огромную кровать и изображает ангела на песке.

— Какого черта?

Она подскочила к нему, пытаясь стащить его.

— Я хочу жить на этом острове, — заявил сопротивляющийся Двигун. — Тестирую кровать, прежде чем потратить кровные на бронирование.

— Эту кровать ты тестировать не будешь! — отрезала Наташа, таща его за руку.

— А почему? А-а-а-а… — на лице Двигуна нарисовалось что-то, должное выразить понимание. — Это ваша спальня? — предположил он, — Извините, думал, что гостевая. Он поднялся, и стал неловко оглаживать покрывало.

— Пойдем. Покажу гостевые. Там можешь валяться сколько влезет, — Наташа развернулась и, не оборачиваясь, вышла.

— А вы что подумали, Наташа? — спросил Двигун, догоняя ее.

— Подумала, что вас в детстве макаки воспитывали. Спрашивать разрешение нужно!

— Мне ваш куратор, Вера Владимировна разрешила делать на острове все, что мне придет в голову.

— А я не разрешала. Держите себя в руках, пожалуйста. Вера Владимировна сама бы тогда и проводила с вами экскурсию. И кстати, она мне не куратор и даже не начальник. ВВ куратор Лилиного стилла. Глава НС-38. Мне она никто. Просто знакомая.

— Как сложно у вас тут все устроено-о-о, — протянул блогер.

— Вот! — Наташа распахнула перед ним другую дверь с видом тюремщика, открывающего дверь камеры. — Можно тестировать.

Во второй раз прыгать с разбегу Двигун отчего-то не пожелал, ограничившись верчением головы перед входом и выражением восторгов на камеру. После чего ретировался назад и попросил перейти к бассейну.

На площадке у бассейна Наташе стало жарко. Более подходящей одеждой, по ее мнению, были короткая юбочка и топик с крылышками. Версалий стал тем, что она и пожелала, но в процессе его электронные мозги задумались о чем-то своем, и на несколько секунд он обрел свой первозданный вид — серенького полупрозрачного комбинезона.

Закладка:

И именно в этот момент на Наташу оказались нацелены объективы сразу двух камер. Один дрон висел в кустах, чуть не подстригая их винтами, а другой смотрел прямо в ее растерянное лицо, как она осматривает себя, краснеет и злится.

Двигун подошел к Наташе, и пока она завороженно смотрела в объектив, обнял ее за талию и произнес, глядя прямо в него:

— Наталья рассказала мне по секрету, что мы на острове одни и сейчас она покажет нам все его чудеса.

Наташа продолжала тупить в объектив.

— Что вам здесь нравится больше всего? — продолжал Двигун. — Покажите?

— А? Что? Океан, конечно и пляж. Это на тропическом острове главное, я так думаю. Пойдемте, покажу.

Она повела блогера по узкой каменной дорожке вокруг здания. Двигун шел сзади. Неожиданно он обнял ее, целуя в шею. Она постаралась вывернуться и отпихнула его.

— Вы сума сошли! Делайте свою работу! Или я вызову Нашу Службу.

Двигун заозирался, с тревогой глядя на океан.

— Не сердитесь, Наташа. Вы потрясающе привлекательная женщина. Я не сдержался. Больше не повторится. Уверяю вас. Не беспокойтесь, это все вырежут. Можно, я себе оставлю этот эпизодик? Буду пересматривать и предаваться мечтам.

Камеры продолжали летать рядом.

Наташа не ответила, продолжая идти по дорожке, только юбочка весело подрагивала в такт шагам. Она остановилась на границе каменной дорожки и пляжа.

Глава 30

03.07.2029 Мальдивы 13–5 °Cмапрохилодус

Аня оторвалась от экрана и убедившись, что только она из наблюдателей обеспокоена происходящим с Натальей, спросила:

— Влад, тебе не кажется, что Двигун может не сдержаться и навредить Наталье?

— Это как навредить? Слишком слабо обнять, в ответ на откровенные сексуальные провокации?

— А мне видеться, что это он ее провоцирует.

— Это не наша задача, разбираться в оттенках их отношений. Если она попросит помощи, мы обязательно поможем. Но я уверен, что этого не случится. Они договариваются между собой на уровне не осознаваемых желаний. Нам сложно понять, что между ними происходит в конкретный момент. Мы свои эмоции и вызываемые ими желания регистрируем, контролируем, программируем. Может еще Леша помнит, что к чему. Помнишь?

— Да, что тут особенного? Она крутит задом, а он показывает, что ему это нравится и он давно согласен. Думаю, у них к концу съемок закрутится романчик. Мы Наташе не нужны. — ответил Леша, уставившись в пол.

Влад сказал:

— Правильно, Леша. Сейчас можно отвлечься от наблюдения. Мы с удовольствием услышим от тебя главные директивы НС. Тебе полезно, а нам приятно.

Карина одобрительно кивнула и он выпалил, вытянувшись по стойке смирно, еле умещаясь в дверном проеме:

— Первая директива: Сотрудник должен сохранять жизнь и здоровье своего стилла. Вторая директива: Сотрудник должен сохранять свои жизнь и здоровье, если это не противоречит первой директиве. Третья директива: Сотрудник должен выполнять распоряжения стилла и или элеста, если это не противоречит двум первым директивам.

— Молодец Леша! — похвалила Карина. — И зачем директивы нужны?

— Директивы нужны для эффективного осуществления своих функций сотрудником НС. Он должен иметь максимально положительные реакции по отношению к стиллу и его элестам. Нам необходимо не только помнить и осознавать, но и ощущать то, что стилл и каждый его элемент — жизнь и будущее человечества, необходимое условие его выживания и дальнейшего развития. Прочие известные человечеству, предлагаемые пути развития, неизбежно приводят к деградации, как каждого человека в отдельности, так и человечества в целом с его последующим вымиранием или превращением из разумных существ в псевдоразумных животных, что по-сути равноценно, ибо означает гибель цивилизации без обозримой перспективы образования новой. Если не мы — то кто же?

— Отлично, — Карина подтолкнула оке к себе поближе, усаживаясь с ним на диван и оглядывая расслабленных сотрудников сказала:

— Лешу послушали. Вспомнили, как сами отвечали на эти вопросы. А теперь, появилось время потренироваться пилотировать новый тип космолета АМ-202. Устроим гонки в астероидном поле. Ребята из отдела перспективных разработок уже выложили тренажер в общий доступ. Вася нас предупредит, когда потребуется человеческое вмешательство. Тогда и будем глядеть в мониторы, да реагировать в зависимости от обстоятельств.

— Здорово! — радостно воскликнула Аня и вопросительно уставилась на своего наста.

Влад взглянул на коммуникатор и нависнув над сидящей Аней ответил:

— Да, здорово, но тебе, Аня, пора спать. Ты сегодня с семи вечера до семи утра руководитель группы охраны Натальи. — и он добавил, — Марш в кровать. По биоритмам сейчас для тебя подходящее время дневного сна. И чтобы, через пять минут я слышал твой довольный храп.

— Я не храплю! — возразила Аня.

Она подошла к настенной панели управления у входной двери и со вздохом начала вводить команды.

Часть центрального отсека стала быстро меняться. Стена и пол ближе к медотсеку пошли волнами и вздулись большим пузырем, занимая треть площади. В прореху размером с дверь было видно, как формируется двухэтажная кровать. Через пару минут стены и дверь приняли стандартный вид.

Аня, уходя в соседний отсек, прихватила из шкафа плед и подушку.

Влад внимательно разглядывал пару наста с оке сидевшей перед ним на диване. Он предложил:

— Да и вам, ребята, не мешало бы поспать. Ты, Леша, до семи только наблюдатель, а после, приступишь к работе под началом моей оке. Аня будет командовать охраной первой линии впервые, а ты будешь впервые рядовым. Уверен, у вас все получится хорошо.

Карина обняла своего оке и кивнула:

— Влад, вижу Леше, не помешает сбросить напряжение. В медотсеке сейчас сгенерирован мягкий пол. Мы пойдем туда.

— Только дверь закройте. Я слышал, что ваша линия очень шумно спит.

— Что есть, то есть! — захохотала Карина и подтолкнула покрасневшего Лешу в сторону медотсека, — Он еще недоученный, не привык к нашим порядкам. Смущается.

— Все смущались в свое время. Помню, когда наставница при всех повела меня в койку…М-да…

— Не смущаюсь я! — Крикнул Леша в закрывающуюся дверь. — Уже давно!

— Вася, что у нас сегодня интересненького? — спросил Влад, выводя на планшет задачу по стиллообразованию.

Он сел за стол и с азартом погрузился в учебу, но минут, через пять отвлекся. Стул не ритмично подрагивал, как и вся утка. Влад прислушался, на лице его проявилось удивление и он сказал:

— Вася поставь мне в график занятий, развернутый обзор всех линий от Антипальмы. И подробный обзор отличий ухобендов от тазобендов.

Глава 31

03.07.2029 14-00 Мальдивы Смапрохилодус

— Мой любимый пляж, — объявила Наташа, зачерпывая горсть песка. — Это натуральный белый коралловый песок. Это мне и нравится. Люблю натуральное!

— А здесь есть еще один пляж? — Спросил Двигун, быстро вертя головой.

— Еще два. Сейчас покажу. Мы пойдем по дорожке, она опоясывает весь остров. По ней мы с Лилей бегаем по утрам. Иногда. Очень красиво. Гуляешь на закате, и смотришь как солнце опускается в воду.

Они обогнули по дорожке несколько высоких скал, спускающихся в воду. За ними начинался другой пляж.

— А Лиле какой пляж нравится?

— Вот этот с мелкой синей галькой. Она керамическая, — Наташа пнула яркие камешки и те со звоном раскатились. Среди них попадались и бирюзовые, и чернильно-синие, и светло-голубые, почти белые.

Двигун засмотрелся на волны, набегающие на галечный пляж. Прозрачная вода с белыми пенными разводами становилась на глубине темно бирюзовой. Наташа нетерпеливо подтолкнула блогера вперед, в сторону рощи с пальмами.

— Дальше будут многоуровневые бассейны и патио с беседкой, — прокомментировала она.

Когда они вошли в тень рощи, Двигун обнял ближайшую пальму и стал придирчиво гладить ее ствол и заглядывать в гущу листьев.

Закладка:

— Не могу поверить, что она искусственная!

— Не искусственная, а бионическая, — поправила его Наташа, озвучивая подсказку, зазвучавшую в ухе. — Искусственный ствол подключен к системе снабжения питательным раствором. Настоящая розетка листьев интегрирована на верхушке ствола. Пока она не выросла до нормального размера, там же прикреплены искусственные листья. Флористы обещают, что через полгода искусственные листья можно будет убрать. Это устроено, примерно так же, как озеленение стен многоэтажек в Москве. Только у пальм есть ствол.

Наташа ухватила Двигуна за рукав и оттащила от пальмы.

— Там за рощей милое местечко, — сказала она, понизив голос, — башня и беседка похожи на высохшие кораллы. Вид, как на другой планете.

И они были действительно похожи на кораллы, сросшиеся многими макушками и поднятые из глубины на поверхность какой-то неведомой силой. Их окружали четыре неглубоких бассейна, и отражавшиеся в них сооружения становились похожи на странные фигуры, висящие в пространстве.

По одной из стен беседки стекала вода. Она еле слышно капала в один из бассейнов, хрустальным звоном разрушая царящее вокруг безмолвие.

— Да-а-а… — протянул Двигун. — И зачем это нужно?

В ухе Наташи зашелестел Вася, и она, даже не пытаясь осмыслить то, что он ей говорит, стала повторять за ним.

— А еще тут здорово лежать вечером, — добавила она, когда Вася прекратил говорить и повисла длинная пауза. — После того, как долго купаешься в океане. Вода теплая, почти не чувствуется. Будто висишь.

Двигун покивал и забрался в беседку, поглубже в тень. Тяжело бухнувшись на лавку, изображающую обтесанные кораллы, он погрузился в планшет.

Подошел гурик с подносом, уставленным бокалами и десертами.

Оторвавшись от планшета, Двигун с секунду оценивал изменения, после чего достал из сумки плоскую бутылку в которой плескалась янтарного цвета жидкость. Он кинул в бокалы лед после чего дополнил их из бутылки.

— Во… Наташа, это изумительная экскурсия! Я предлагаю за это выпить! — объявил блогер и протянул ей бокал. — Абрикосовая настоечка, вдохновляет не меньше этого райского уголка.

— Вы меня спаиваете, — сказала Наташа, вертя в пальцах бокал.

— Боже упаси! Я просто хвалюсь отличной выпивкой.

Он с интересом смотрел как она осторожно отпивает из бокала и как выражение ее лица меняется со скептического на благостное. После чего, будто внезапно что-то вспомнив, резко подобрался.

— А сколько вы зарабатываете? — внезапно спросил Двигун.

Напиток во рту Наташи внезапно запутался в направлениях, перепутав горло, в которое должен был попасть. Она закашлялась. То, что еще не успело провалиться внутрь организма, брызгами вылетело наружу.

— Твою мать! — выругалась Наташа, вытирая рот салфеткой.

— Как вы себя чувствуете? — заботливо спросил Двигун и, получив в ответ взмах рукой, повторил вопрос.

В ухе Наташи зашуршала подсказка. Она мстительно посмотрела на блогера и озвучила ее.

— Вы хотите занять у меня денег? И не знаете сколько можно выпросить?

Двигун приоткрыл рот. Потом закрыл. Наташа с удовольствием отметила момент, когда вид у уверенного блогера стал растерянным. Через мгновение он снова собрался, делаясь все таким же наглым и уверенным.

— Нет, Наталья, что вы. Это обычный вопрос, я всегда его задаю. Вы можете не отвечать, — делая вид, что больше его эта тема не интересует, он принялся рассматривать вершину башни.

— Можете рассказать про это сооружение?

— Это смотровая башня. Можем подняться на лифте, а можно и пешком по лестнице пройтись.

Наташа настояла подниматься на башню по лестнице. Винтовая пологая, она была задумана для неспешного восхождения, постепенно открывающего для поднимающегося все больший и больший обзор. Двигун же выбрал совсем неспешный вариант, останавливаясь у каждого проема, подолгу рассматривая и комментируя пейзажи.

На самом верху оказалось довольно ветрено. От ветра слезились глаза, и их приходилось прикрывать рукой. Дроны отчаянно жужжали винтами в попытках остаться на месте, но их постоянно сносило куда-то в бок. Двигун несколько раз что-то подправлял в планшете, меняя траектории и реакции машин на изменяющуюся стихию. В конце концов он махнул рукой и каждая камера, унесенная ветром, резко падала камнем вниз, после чего, подобравшись поближе к башне, снова поднималась, становясь в очередь за сделавшей такой маневр перед нею…

Сам остров сверху уже не казался таким большим. Его можно было увидеть весь, как границы искусственной суши уходят под воду и как пологое дно, прикрытое бирюзовой водой, заканчивается искусственными рифами, за которыми начинается чернильно-синяя глубина. А далеко, почти у самого горизонта, виднелось еще с десяток других крохотных островков.

Наташа, убедившись, что Двигун наконец-то смотрит на нее, а не в планшет или куда-то еще, картинно повела рукой над островом, повторяя за Васей.

— Биоинженеры рассчитывают, что со временем подводная платформа с искусственными рифами обрастет настоящими кораллами, — объявила она, показывая на подводный край острова.

Несколько дронов вышли из очереди и устремились туда, куда она показала.

— Там что? — Двигун показал вглубь острова. — Озеро с водопадом?

— Да. Мы обязательно сходим туда, покормим рыбок.

— А это третий пляж? — палец блогера ткнул в дальний конец острова.

— Да. Там черный базальтовый песок. Я его не люблю, — добавила Наташа от себя. — Днем он раскаляется, хоть яичницу жарь. Да. — она переключилась на подсказку в ухе, — После заката песок долго остается теплым. Это особенно приятно для ночных купаний.

Двигун повернулся лицом к дрону и театрально произнес:

— Неужели этот райский уголок построен людьми, а не природный самоцвет?

— Да…создан. Стилл 38 придумал концепцию и первоначальный дизайн, включая функционал. ИИ НС-38 Вася создал на основе концепции модель и передал стиллу для тестирования. Затем они вместе подобрали технические решения для воплощения в жизнь. Чего не хватало, спроектировали и построили при помощи наноконструктора.

Вася в ухе замолчал, давая Наташе перевести дух, после чего опять зашуршал.

— Вася подготовил инструкции для роботов, создающих других, больших промышленных. Их построили в поясе астероидов и привезли на Землю. Могли целиком острова там создать и привезти. Но в космосе весь материал радиоактивен, в большей или меньшей степени. Поэтому решили строить из местного материала. Для этого использовали подводный хребет. Он был под нами.

Наташа показала рукой себе под ноги. Вася снова сделал паузу на пару вдохов — выдохов и продолжил.

— В подводных автоматических заводах переплавляли горную породу. Из нее-то все и построено. В дело пошел и пластик, выловленный в океане и переработанный автоматическим флотом стиллов. Про это есть отдельный ролик. Я ссылку дам. Экологи за процессом следили очень внимательно.

— Человечество — это сила! — воскликнул Двигун и театрально обводя пейзаж руками.

— Люди в этом проекте только за экологией следили, — брякнула Наташа, взамен молчащего Васи.

Тот тут же оживился и снова зашуршал в ухе более правильную версию.

— В проекте активно участвовали сотрудники НС-38 и озеленители.

— Я читал, что это плавающие острова.

— Да, это так. Они плавучие. И могут сами переплывать с места на место. Небыстро, конечно.

— А в чем фишка? Не проще ли было их построить на мелководье?

— Мелководье занимают тщательно охраняемые коралловые рифы и строить там запрещено. Этот курорт из плавучих островов находится в глубоких водах. Представьте себе, на этих островах нет приливов, нет отливов. На всей Земле есть, а здесь нет. Пляжи всегда имеют стабильную береговою линию. Весь остров поднимается и опускается вместе с уровнем воды, оставаясь на плаву.

— За все время пребывания тут я ни разу не почувствовал качку. А вы ее ощущали, пока здесь жили?

— Нет. Остров огромный, это же не яхта, его не качает. К тому же, если потребуется, на острове может сработать система стабилизации.

Закладка:

— Минуточку. Мы в открытом океане. А как же свирепые тропические ураганы и цунами? Ведь они могут очень легко смыть или сдуть всю эту красоту.

— Знаете, — застенчиво сказала Наташа, подражая какой-то актрисе, — это тоже предусмотрено. Я сейчас покажу. Вам понравится.

Наташа развернулась на ветер и громко сказала:

— Вася, убери ветер.

На границе бирюзовых и чернильно-синих вод поднялись пенные буруны. Из них в небо ударили прозрачные струи, сливающиеся в сплошную прозрачную стену. Она немного колебалась, по ней прокатывались волны, и она росла. Когда ее кромка поднялась выше башни, стена расправилась и застыла, став едва заметной. Ее присутствие угадывалось только по разбивающимся волнам и солнечным бликам. Дуновение ветра прекратилось.

Двигун присвистнул.

— Потрясающе! А можно прикрыть весь остров?

— Без проблем! — Наташа улыбнулась, — Вася, закрой весь остров защитой от ветра.

Стена поднялась там, где ее еще не было, опоясывая весь остров. Исчезли шелест пальм и плеск волн. Стало очень тихо. Наташа отчетливо услышала свое дыхание и тяжелое пыхтение Двигуна, забравшегося в тень.

— Припекает, однако, — заметил он из тени. — А можете сделать, чтобы прохладнее? Только без ветра.

Наташа дождалась подсказки в наушнике и распорядилась:

— Вася, затени весь остров на семьдесят процентов и установи комфортную температуру.

Стена снова заколебалась, вытянулась еще выше и стала медленно опрокидываться на остров, постепенно образуя над ним свод. Накрывший остров купол, потемнел и солнце с облаками стали еле различимы. Повеяло прохладой.

Двигун громко захлопал в ладоши, подпрыгивая, подобно маленькому мальчику, только что увидевшему поразительный фокус.

— Я, как в космосе! На аванпосте дальней планеты!

Он на мгновение обнял Наташу.

— Ты на башне, — заметила она. — Не скачи. Падать далеко.

Убедившись, что тот угомонился, Наташа продолжила.

— Да, ты прав. Остров, по техническому оснащению, это почти космический корабль. Даже не спрашивай. Сразу отвечу. Он не летает.

Вася снова замолчал. Наташа тоже решила помолчать, чтобы не сморозить чего-нибудь этакого и продолжать выглядеть знатоком острова. В конце концов она до сего момента понятия не имела, что так можно, а с вопросами про космос она ступала на совсем скользкую почву.

Двигун, уже остыв от восторга, жаждал продолжения.

— Какие чудеса здесь еще есть?

Подсказка в ухе прозвучала, и Наташа тут же ей воспользовалась.

— Вася, покажи ночное шоу. На свое усмотрение.

Купол потемнел до состояния тропической ночи. На нем появились звезды. Неподвижность воздуха нарушил едва заметный ветерок, зашелестевший пальмовыми листьями. К шороху листьев добавился стрекот цикад. Появилась из-за горизонта и всплыла в небо огромная голубая луна. Остров покрылся множеством огней, зажигающихся вдоль дорожек и вокруг виллы. Засветилась вода в бассейнах. Вплетаясь в звуки пальм и цикад, откуда-то зазвучала тихая музыка, а у центрального бассейна забил фонтан, подсвеченный разноцветными огнями, меняющимися в такт ей.

— Это режим, для тех, кто не хочет менять свой суточный ритм, приехал отдохнуть на пару дней из другого часового пояса.

Слышал ее Двигун или нет, Наташа не поняла. Он стоял с открытым ртом, и, казался выпавшим из окружающей действительности. Она слегка толкнула его в бок и показала на лестницу.

— Пойдем, пообедаем, — сказала она как можно небрежнее.

Спуск с башни оказался куда быстрее, чем подъем. У ее подножия Наташа, не много задумываясь, выбрала тропинку и зашагала, следя за тем, чтобы Двигун не отвлекся на еще что-нибудь. А отвлечься было на что.

Вокруг, как летучие мыши, сновали в воздухе дроны и продолжала звучать невесть откуда доносящаяся тихая музыка. В темноте, расцвеченной неяркими огоньками фонариков, остров стал таинственным и незнакомым, а сами огоньки норовили складываться в причудливые узоры и смутно узнаваемые фигуры.

Наташа подозревала, что охочий до впечатлений блогер примется рассматривать какую-нибудь деталь этого шоу и их поход до виллы станет бесконечным. А она успела уже изрядно проголодаться, поэтому на развилке свернула на самую короткую тропу.

К вилле шли молча. Двигун не задавал вопросов, возможно, прибитый впечатлениями, Наташа же просто переводила дух.

Глава 32

28.03.2025 Москва 18–50

Коридор к кабинету номер один был на удивление малолюден. Чтобы не быть совсем в одиночестве, Наташа пристроилась рядом с коротко стриженым блондином, шагающим в том же направлении. Он был выше ее наголову, стройным и подтянутым, шел быстро, легкой походкой. Мужчина выглядел очень привлекательно и Наташа решила, что он артист или политик. Увидев, что он смотрит в ее сторону, Наташа поинтересовалась:

— Вы не знаете, Зачем идти в первый кабинет? Там будет Встреча или пропуск в буфет выдадут?

— Нет. Встреча будет проходить в большом зале. О буфете не беспокойтесь, все туда попадем. В первом кабинете с кандидатами просто разговаривают.

— О чем? И зачем?

— Обо всем подряд разговаривают. Как мы сейчас разговариваем. Ничего страшного.

— Я не боюсь. Просто не понимаю, зачем?

— Это психиаторы, — блондин улыбнулся. — Они выявляют неадекватных людей.

Его манера говорить низким голосом, ровно, почти без интонаций, почему-то не отталкивала. Наоборот, Наташе было приятно находится рядом.

— Что, просто поговорят и уже все про человека знают? — она скорчила скептическую мину. — Что-то мне не верится.

— Не все, а только не опасен ли кандидат для окружающих. И не вредно ли ему участвовать во Встрече, — он указал на ближайший кабинет. — Нам сюда.

Войдя в кабинет Наташа еле успела увернуться от нескольких человек с синими карточками, бросившимися навстречу Арсению.

— Арсений Андреевич, наконец-то, — торопливо заговорил, прихватив Наташиного спутника за плечо, пожилой дядька с короткой бородкой. — Сегодня наплыв новичков, пора вам поработать.

— А я уже, вот с этой девушкой побеседовал. Запишите в первый поток, — ответил Арсений, подмигивая Наташе.

Та хотела расспросить его, узнать дополнительные подробности, но ее взяли под руку и отвели к дальнему столу. Она, не глядя подписывала одну бумагу за другой, высматривая с кем и как беседует Арсений.

Двое в комбинезонах, похожих на спецовки, надели ей на руку браслет, как те, что носят любители фитнеса. Наскоро проверив его работу, они записали данные в планшет и, пожелав удачи, занялись серьезной дамой в павловском платке.

Тут же на Наташину карточку прилепили зеленую наклейку с цифрой один и попросили никуда не уходить.

В кабинете становилось все более людно. К Наташе пристал полный азиат, стоявший рядом. Он подписывал бумаги, держа папку на весу и пытался именно у нее узнать какие-то тонкости договора, заглядывая в глаза и хватая за руки. Она всячески пыталась отделаться, не срываясь на грубость, и в результате потеряла Арсения из виду. А когда азиат наконец отстал, смогла оглядеться.

Рядом оказались спортивного вида красавец, вероятно, актер и сухой жилистый мужик, похожий на отставного военного. Чуть подальше стояла пара бородатых молодых людей, смахивающих на ученых из видеороликов, обсуждающих что-то с человеком постарше без бороды. Чуть особняком безо всякого намека на компанию стояла группка женщин в тяжелых пиджаках и очень сосредоточенными взглядами из-под очков. Одна из них даже в этот момент читала книгу с малопонятным названием.

В кабинет залетела большая стая девушек, по возрасту подходящих для определения «студентки». Видимо, они болтали еще задолго до того, как зашли, и прерываться не собирались. Судя по обрывкам этой болтовни, можно было заподозрить, что именно их и предлагал привлечь своей собеседнице профессор.

«Халявщицы! — с раздражением подумала Наташа. — Что только не делают ради зачета»

От двери послышался зычный мужской голос:

Закладка:

— Первый поток! Все, у кого цифра «один» на карточке! На выход в коридор.

Половина ожидающих двинулась к двери. Наташа тоже, но ее кто-то осторожно придержал за локоть. Она оглянулась. Ей старательно улыбалась любительница чтения в темно фиолетовой блузке под серым пиджаком.

— Пора выходить, — заметила она, постучав пальцем по своей карточке. — Вы из какого института?

— Меня зовут Наталья, — сообщила Наташа, пытаясь перевести разговор в другое русло.

Ей не хотелось объяснять всем подряд, что высшее образование у нее нет. Что когда ее сверстницы сидели на лекции, она будучи в разводе зарабатывала на жизнь, разрываясь между работой и годовалым сыном.

— Ваше имя я уже прочитала на вашей карточке. Меня тоже зовут Наталья, — дама улыбнулась еще старательнее. — Вы с метро Хорошёвская? Из института культуры? С библиотечного отделения?

Наташа фыркнула и, наблюдая за собеседницей, отчетливо проговорила:

— Я с метро Царицыно. Из ресторана Дорадо. С кондитерского цеха.

Дама немедленно отпустив Наташин локоть, переключаясь на протирание очков, пропуская ее вперед.

Толпа из кабинета перетекла в небольшой кинозал.

Раньше, чем все успели рассесться, свет притух и на экране появилась надпись:

«Встреча 296. Москва 28.03.2024»

На сцену вышел худой мужчина за сорок. Он осмотрел зал и казалось, остался доволен. Мужчины сидящие перед Наташей, приветственно замахали ему руками и зааплодировали. Наташа присоединилась к их аплодисментам, как и почти весь зал. Выступающий ответил поднятием руки. Стало тихо.

— Дорогие друзья! — выдал он в зал хорошо поставленным голосом. — Мы, организаторы стиллобразования, приветствуем добровольцев, впервые участвующих во Встрече. Вас, дорогие участники! Меня зовут Максим Германович Воронин, и я буду руководить этой 296 Встречей. Помогать мне будет стилл четырнадцать.

На экране появилось видео с группой людей разного возраста, одетых в синие футболки с оранжевой цифрой четырнадцать на груди. То ли из-за футболок, то ли из-за схожего выражения на лицах, они выглядели как… Наташа затруднилась определить, чем же они на самом деле похожи, но чувствовала в них какую-то общность, редко встречающуюся даже у близких родственников.

В зале стало шумно, многие поднялись с мест, помахивая руками. Люди на экране ответили. В этот момент Наташа поняла, то, что она принимала за кино — трансляция.

— Мы очень рады, что вы присоединились к нам в этом специальном эксперименте по созданию стилла, — хором сказали люди с экрана. — Ваше участие здесь жизненно необходимо. Мы не сможем создать стилла без вас. Вы, сердце этого проекта, — люди на экране одновременно подмигнули.

По Наташиной спине пробежали крупные мурашки, во рту стало сухо. — Страшно? — тихонько спросил ее парень, сидевший рядом. — Немножко, — призналась она.

— А мне смешно! — сказал он, сдавленно хихикая, через ладонь. — Не-не… не в том смысле. Не в плохом.

— Наша цель, — продолжал вещать со сцены Максим Германович, — апробировать новые способы объединения людей в саморегулирующиеся команды. Каждая Встреча, даже не закончившаяся инициацией стилла, дает массу материала для анализа, позволяет выдвинуть очередные гипотезы. И, мы надеемся, сможет дать ответы на важнейшие вопросы. Стилл четырнадцать заговорил по очереди всеми своими элементами:

— Спасибо-что-вы-здесь-Давайте-вместе-проведем-результативную-Встречу! — Буду-ждать-тебя-молодой-стилл!

Все вскочили со своих мест и захлопали. Энтузиасты стали обниматься. Наташа в порыве радости позволила обнять себя парню, любителю посмеяться, и седовласой женщине с соседнего ряда. На мгновение чужие люди показались ей родными, неожиданно встретившимися родственниками.

Краем глаза она заметила молоденькую девушку у стены, испуганно озиравшуюся. К ней подошел серьезный мужик с рацией в руке и увел в ближайшую дверь.

Стало темнеть. На экране пошла заставка ролика про историю создания стиллов и их достижения. Потом показали подробную инструкцию по поведению на Встречах.

Оказалось, что главное правило Встречи это выполнять распоряжения ведущего, звучащие в наушнике и не забыть по сигналу, отбежать к ближайшей стене.

Вспыхнул свет, прокатился по залу, гул от встающих с кресел. Наташа, следуя за всеми вышла в коридор.

Глава 33

03.07.2029 14–20 Мальдивы Смапрохилодус

Огни заливали виллу и площадку перед нею, перетекая в подсветку бассейна, шарики по сторонам тропинок и россыпи совсем крохотных искорок, покрывающих лужайку. Лучи светильников рисовали на стенах постоянно меняющиеся трехмерные узоры, перекликающиеся цветами с переливами фонтана. Прожекторы дронов, танцующих в воздухе, то и дело выхватывали пятнами света, то кресла и стол на площадке, то гуриков.

Стены гостиной были раздвинуты, и она, слилась с площадкой в единое пространство, с ее ровным теплым освещением, выглядела островком спокойствия посреди бурного карнавала света.

Возле бассейна Двигун застыл. Несколько секунд он напряженно вглядывался, после чего схватил Наташу за руку.

— Первый раз вижу на Земле рыб со Латозон, — прошептал он, тыча пальцем в рыбок, покрытых светящейся розовой сеточкой. — Я думал они тут не выживают.

— Правильно думал. Это декоративные роботы. Видишь, на дне в углу плоский камень? Это зарядная станция.

Наташа потянула его дальше, к накрытому столу.

— Присаживайся!

Двигун сел с видом человека, сильно погруженного в себя.

«Что за придурок. То болтает без умолку, то зависает с отвисшей челюстью, то озирается по сторонам…» — раздраженно подумала она.

К ним подошел гурик и налил воды в стаканы со льдом.

— Что ты любишь? — спросила Наташа, играя роль радушной хозяйки.

Двигун глубоко вздохнул, возвращаясь к действительности.

— Ты берешь у меня интервью?

— Нет! Я тебя пытаюсь накормить. Проснись, на конец-то. Хотя, мне тоже, как-то сонно.

— Я бы хотел попробовать, то, что любит Лили, — сообщил Двигун гурику, не отрывая взгляд от форм механизма, очень похожих на женские.

«Какой озабоченный тип…» — подумала Наташа.

На лице Двигуна читалось напряженное ожидание и предвкушение чего-то…

Наташа вспомнила свои ощущения от любимого блюда Лили, попробованного еще пару лет назад. Тогда вкусы и предпочтения старинной подруги были еще вполне человеческими. Что же Лиле нравилось теперь… Наташе не хотелось это даже представлять, а тем более, пробовать.

— Сейчас, сейчас… скоро ты попробуешь, — сообщила Наташа бодрым тоном.

Двигун удивленно посмотрел на нее, и она, как могла, изобразила на лице светскую улыбку. Через пару секунд не удержалась и расхохоталась.

— Что вас рассмешило? — удивился блогер.

— Просто вспомнила что-то смешное.

Появился гурик с подносом. Он расставил тарелки перед Наташей, после чего выставил перед Двигуном одну единственную тарелку, накрытую керамической крышкой.

Наташа подалась вперед, едва не сваливаясь со стула. Не ради того, что пряталось под крышкой. Что там, она знала и так. Видела это каждый день.

Гурик поднял крышку и лицо Двигуна вытянулось. Блогер подозрительно покосился на Наташу. Та утвердительно кивнула. Ну да, эта горка сероватого месива и есть то самое, любимое блюдо элеста.

На лице Двигуна обозначились муки нелегкого выбора. Несколько секунд поколебавшись, он резко выдохнул и ковырнул горку вилкой, подцепляя на нее маленький комочек. Внимательно его осмотрев, блогер выдохнул еще раз и отправил комочек в рот. Его лицо приобрело выражение крайней сосредоточенности. Он сделал несколько жевательных движений, после чего оно на мгновение окаменело. Двигун сделал глотательное движение и, с видом гурмана, которому посчастливилось попробовать редкостный деликатес, расплылся в улыбке.

— Потрясающе! — сообщил он. — Вкус крайне нежный! Согласен стать элестом только для того, чтобы есть это каждый день.

Закладка:

— А что это?

— Э-э-э… Понятия не имею. Явно, что-то рыбное, но мне очень понравилось.

— Да?

Наташа несколько секунд размышляла.

— Принесите и мне порцию, — приказала она гурику. — А эту еду можно убрать.

Двигун подцепил следующую порцию и принялся ее смачно жевать, выражая всем своим видом крайнюю степень восторга. Проглотив, он в несколько глотков осушил стакан темного пива, и стал наблюдать за Наташей, перед которой появилась тарелка с таким же блюдом.

Она отхватила от своей кучки, столько кашицы, сколько поместилось на вилке, и сунула ее в рот, попыталась ощутить тонкость вкуса чего-то, что должно было быть похожим на рыбный. Вкус действительно отдаленно напоминал рыбу. А еще он был отвратителен, гадок и сопровождался едва ощутимой, но ошеломительно едкой вонью. Оправившись от первого впечатления, Наташа заметила, как губы Двигуна дрогнули и он резко наклонился, будто в его тарелке произошло что-то сенсационное.

Наташа с отвращением сплюнула в тарелку, потом отхлебнула воды и повторила процедуру, пытаясь избавится от навязчивого привкуса, будто прилипшего к языку.

— Обманщик! — заявила она уже открыто ржущему Двигуну.

Вытерев губы салфеткой, Наташа залпом выпила большой стакан молочного коктейля. Привкус то ли действительно растворился, то ли перестал ощущаться. Потом она резко встала. Двигун подскочил следом за ней.

— Ты что так возбудилась? Это же шутка. И кстати, отличные кадры вышли. Гарантирую популярность. Миллион просмотров.

Она не отвечала. Руки сами собой сжались в кулаки, а глаза шарили по ближайшим предметам, выбирая те, которые поухватистее. Взгляд прошелся по столу и зацепился за вазу с белыми орхидеями. Подойдет. Она подхватила ее и одним движением выплеснула содержимое в бассейн. Взвесила в руке.

Остатки улыбки исчезли с резко побледневшего лица блогера.

— Я сейчас все удалю, — пообещал он.

В конце фразы голос сорвался на фальцет.

— Я только планшет достану. Два миллиона просмотров. Три миллиона… О боже…

Он выдернул планшет из сумки и лихорадочно затыкал в нем пальцами.

Наташа наблюдала за его действиями, продолжая взвешивать в руке вазу и слушала голос Васи, видимо, сильно обеспокоенного происходящим:

«Наташа, не делай то, о чем потом пожалеешь. Не бей его. Я уберу все неприятные для тебя моменты. Перед публикацией я пришлю тебе материал для ознакомления. Прости его, он очень старается сделать самое лучшее в своей жизни интервью. Договорились?»

Наталья продолжала держать вазу с готовностью пустить ее в ход.

«Наташа, мы договорились?» — повторил Вася. — «Я тебе сейчас подскажу, как его уесть посильнее, чем просто стукнуть. Договорились?»

— Да, — вслух согласилась Наташа, все еще не выпуская вазы.

— Что ты сказала? — спросил Двигун, поднимая глаза от планшета.

— Ты, что так возбудился? Это же шутка. И кстати, отличные кадры вышли. Гарантирую популярность. Миллион просмотров, — передразнила она блогера.

Он несколько секунд моргал, потом захихикал.

— Ты потрясающая! Я знал, что у Лили не может быть простой подружки. Только такая как ты!

Наташа расплылась в улыбке и поставила вазу на стол. Ее отпустило. Приятно слышать правду от мужчины. Даже такого недотепы как этот.

— А еще Лиля любит абрикосовую халву. Пробовать будешь? — ехидно спросила Наташа.

— Какая может быть халва из абрикосов? А ладно. Какая бы не была, пробовать буду.

Гурик поставил перед Двигуном вазочку с халвой. Тот осторожно ее понюхал.

— А-а-а… Понятно. Это десерт из абрикосовых косточек.

Он сунул маленький кусочек халвы в рот, прожевал. С трудом сглотнув, озвучил впечатления.

— Горькая, едкая, чуть сладкая. И тут явно много синильной кислоты. Людям такое употреблять нельзя. Много уж точно.

— Ладно. Давай съедим что-нибудь нормальное, — предложила Наташа и, не дожидаясь ответа, повернулась к гурикам давая распоряжения.

На столе появились просто рыба и мясо. Оба знали, что, то и другое синтетическое, но это их не смущало. Разницы во вкусе между этой синтетикой и тем, который они помнили у того же натурального, они не обнаружили. Все казалось безумно вкусным. Особенно по сравнению с предыдущим гастрономическим опытом. К тому же это все сдабривалось изрядными дозами алкоголя, выпитого в знак примирения и взаимного уважения.

Двигун посмотрел на часы.

— Наташа… — начал он неуверенным языком, — через пару минут мы протрезвеем. Я… предлагаю… перейдем от пробного интервью к основному. Поговорим о стиллах, элестах…

Наташа расслаблено валялась в кресле. Двигаться не было ни сил, ни желания.

— Не… Нормально говорить это… Я не смогу. Тем более, стоя. Мы пили не только синтетику.

Она погрозила кому-то пальцем. Возможно, кому-то воображаемому.

— Да не… — возразил Двигун. — Той синтетики точно хватит, чтобы ней… неитра… В общем, чтобы растворить весь спирт. Вот прям совсем скоро.

Наташа прикрыла глаза, прислушиваясь к ощущениям, и почти заснула. Через пару минут она ощутила легкий озноб. Прохладная волна прокатилась от макушки до пяток. Голова слегка закружилась и ощущение расслабленности, усталости и спутанности стали таять. Сидеть с закрытыми глазами больше не хотелось. Очертания предметы приобрели четкость, звуки стали резкими, а запахи зелени и моря заполнили нос так, будто до этого он был забит ватой. От резкости перехода Наташа подалась вперед и замерла с широко распахнутыми глазам.

— Двигун! Это действительно сработало!

Она встала, поправляя юбочку.

— Ну? Где будешь меня снимать?

Потом немного задумалась и сменила юбку с топиком на белое платье. В этот раз версалий не подвел.

Глава 34

03.07.2029 08:35Москва. Офисный центр «Шаболовка»

Помещение серверной для тридцати двух человек оказалась тесноватым. Не поместившаяся часть, оставшись в коридоре, встала на цыпочки, заглядывая внутрь.

— Гоблин, — множество сорок голосов слились в один, — как идет набор новых сотрудников?

— Для работы в офисе отобраны нечувствительные к взгляду стилла. Я использовал личные дела, включая медицинские данные. В присутствии отобранных стилл может находиться в состоянии слияния. Они его не заметят. Часть приступила к работе вчера. Их адаптируют опытные сотрудники.

— Молодец! И поскольку… Три! Два! Один! Сейчас!.. Тебе исполнился годик с момента первой активации. Поздравляю с днем рождения!

—Благодарю!

В ответе искина послышались эмоции. Казалось, что некто, обитающий в электронных схемах и накопителях, удивлен и растроган. Но поздравление небыло сюрпризом. Гоблин сам дал задание подчиненным разыграть этот спектакль и выложить на корпоративный портал. Такие видео увеличивали доходность предприятия.

Люди искина засмеялись, захлопали в ладоши.

— Несите подарок! — крикнул в коридор один из них.

Часть сотрудников расступилась, пропуская двоих, тащащих огромную коробку. Ее, квадратную и плоскую, разместили прямо перед камерами искина.

— Догадываешься, что ней? — спросил стилл.

— Нет.

Сотрудники сняли крышку и достали холст в строгой черной раме. На картине огромный серый гоблин стоял посередине городской площади. Он счастливо улыбался заходящему солнцу.

Глава 35

Двигун решил встать на каменную дорожку, так, чтобы в кадр попали океан, пальмы и вилла. Освещение автоматически перестроилось. Включились, дополнительные светильники, прилетели дроны с прожекторами. Двигун заглянул в планшет и скорчил довольную гримасу.

— Пойдет… Так, начнем… Друзья, мы в гостях у Натальи. Она давняя школьная подруга Лили Ивановской. Да — да. Той самой Лили Ивановской, элеста стилла тридцать восемь, — он пожал Наташе руку.

— Привет! — Наташа улыбнулась камере одного из дронов.

Закладка:

— Для тех, кто пропустил последние четыре года. Кто не вылезал из компьютерных игрушек. Кто жил отшельником. Не имел связи с человечеством. Для тех, кто слышит эти слова впервые: стилл, элест, куратор, эффект Шматовой, НС и СС. Это предисловие специально для вас, друзья!

Двигун сменил непринужденную позу на более строгую. Улыбка с лица исчезла, а само лицо приобрело некую официальность и даже некоторую торжественность.

— В декабре 2024 года в Москве, в доме культуры «Железнодорожник», произошло событие, которое позже определили как старт Сингулярности. Там и тогда под руководством Основательницы был инициирован первый в мире стилл…

Лицо Двигуна стало более расслабленным. Он развернулся к Наташе и сделал ей приглашающий жест.

— Наталья, расскажите своими словами, что такое стилл. Сколько людей, столько и мнений. Я собираю коллекцию определений стилла. Ну, а вы, так давно и плотно общаетесь с одним из элементов стилла, что вам точно есть, что сказать… нового. Пожалуйста.

— Стилл, это стабильная группа людей, связанная резонансом в формацию нового типа, — уверенно повторяла Наташа подсказки, раздающиеся в ухе. — Стилл инициируется из шести, двадцати человек. Есть исключения. Самый маленький стил 38, состоит из четырех человек. Я подруга Лили, одного из элементов этого уникального стилла. Кстати. Человека, входящего в стилл, называют эст или элест. Так что, можно сказать, я подруга элеста.

— Наталья, расскажите о своих впечатлениях о стилле.

— Не думаю, что расскажу что-то новое. Стилл, это когда собирается несколько человек и по неизвестной причине они вместе становятся очень умными и творческими. Умнее, чем любой из них сам по себе. Они на раз решают любые задачи. И такие, какие до них никто не мог. Десятки лет никто проблему решить не может, считается, что она вообще не решается, а стилл немного над ней подумает и пожалуйста. Готов ответ. При условии, если стилл знает тему. А если не знает, то учится. Они очень быстро учатся. Вернее он, стилл быстро учится. Но я ведь дружу именно с Лилей, а не ее стиллом. Лиля одна из четырех элементов, а есть еще Геннадий, Нийя и Юг. Когда они собираются все вчетвером, тогда и образуется стилл. Мы же с Лилей общаемся тогда, когда стилл не в сборе. С ее стиллом я никогда не встречалась лично. Так что, впечатлений, можно сказать, нет.

— Ну-у-у… — разочарованно протянул Двигун. — А я уже было понадеялся на рассказ о дружбе человека со стиллом. Как считаете, это вообще возможно?

— Возможно все, — Бодро повторила Наташа подсказку из наушника. — Но существует определенная разница между человеком и стиллом. Даже если этот человек часть его. Ученые высказывают мнение, что одно из основных свойств стилла, это высокий уровень ментальной активности. Стилл на порядок умнее и думает быстрее, чем каждый из его элементов — элестов. И даже умнее и быстрее, чем просто их сумма. Кроме того, стилл поддерживает высокую витальность своих элементов. Человек, ставший элестом выздоравливает, даже если был на пороге смерти. Опять-таки витальность у элестов выше, чем у каждого из них может быть в принципе.

— То есть, значительно умнее и почти бессмертны.

— Да. Правда, насколько я слышала, бессмертие это больше предположение. Ученые все еще не уверены.

— Тем не менее, для него есть основания. Но как вам удается находить общий язык с такой умной и почти бессмертной подругой?

Наташа посмотрела на Двигуна как на кретина.

— Я же говорила, что я дружу только с Лилей, а не ее стиллом. Стилл собран только когда расстояние между всеми его элементами не превышает критического. У каждого оно свое. Не знаю, какое оно у стилла Лили, но слышала, что больше двадцати метров не бывает. А тут на острове отдыхаем только она и я.

Наташа повела вокруг себя рукой, привлекая внимание к тому, что сейчас на острове Лили вообще нет, только она и этот то ли глухой, то ли тупой блогер.

— А может быть вам случалось общаться с частью стилла? — не успокаивался Двигун.

— Ну слушайте…Часть стилла, это просто два или больше человек, никаких особых свойств у них нет. Стилл образуется, когда все в сборе. Кроме стиллов есть полустиллы и недостиллы. Только это не фрагменты существующего стилла. Полустиллы похожи на стиллов. Но они не такие умные и повышенной витальности у элементов полустилов не замечено. Как любят говорить в Союзе Стиллов, все стиллы одинаковые, как круги. Одни побольше, другие поменьше, но форма одинаковая. А вот полустиллы разные, как части круга. Недостиллы, это вообще неизвестно что, для меня лично.

— То есть, если пообщаться даже с двумя из нашей знаменитой четверки, то это не будет общением со стиллом или даже полустиллом?

— Нет, конечно… — пожала плечами Наташа.

— Какая жалость, — Двигун изобразил искреннее разочарование и уставился в одну из камер. — Другими словами, друзья, чтобы общаться со стиллом, он обязательно должен быть в сборе. А если я не желаю встречаться со стиллом, лицом к лицу, так сказать? Если я боюсь его взгляда?

— Можно быть спокойным — если на Земле не хочешь встречаться со стиллом, не встретишься. Сейчас элесты по своему желанию могут сливаться в стилла только в офисах НС и Антипальмы. В последней, перед слиянием звучит предупреждающий сигнал. И конечно по разрешению ССЗ стиллы работают во многих уголках Земли под наблюдением их служб. При этом НС охраняет стилла от людей и людей от стилла. Ограничения касаются только полного стилла и не распространяются на его отдельных членов. Элесты имеют все права и обязанности обычного человека Земли.

— И стиллы возникают не просто так. В их формировании не обходится без эффекта Шматовой. Я расскажу поподробнее. Не возражаете? — он кивнул Наташе.

— Пожалуйста, — она облегченно махнула рукой.

— Инициация стиллов происходит на специально организованных мероприятиях, которые называют Встречи. В них участвуют приглашенные добровольцы. Поскольку желающих много, а места, как вы понимаете, всегда мало, то добровольцев на них пускают только по приглашениям. Получить приглашение можно, подав заявку и тогда есть шанс выиграть его в лотерею, получить в качестве премии или, и это особый случай, прямо от организаторов Встречи. Мне повезло быть на Встречах дважды. Стиллы на них не образовались. Такие Встречи сейчас принято называть холостыми. Но все равно в процессе я узнал про себя довольно много нового. Так что, польза все равно есть. Конечно, хотелось бы стать элементом стилла. Думаю, из меня получился бы отличный элест. Жду новое приглашение… А вы, Наташа, участвовали во Встречах?

— Да…

— О! И сколько раз? Один, два?

— В шестистах пятидесяти девяти Встречах…

— С ума сойти! Я не верю! Это ж абсолютный рекорд. Вот, что значит быть подругой элеста. Блат у организаторов Встреч, это очень серьезное преимущество. Завидую. Может быть, и за меня словечко замолвите?

— Вы преувеличиваете. Мое участие далеко не рекорд.

— Нет?

— Нет. Есть участники куда большего количества Встреч. При этом никакого блата ни у них, ни у меня нет. Все приглашения я получала прямо от Совета Стиллов. Так что, я бы и рада замолвить словечко за вас, но совершенно не представляю кому.

Судя по виду Двигуна, ответ его не удовлетворил, и он не собирался так просто сдаваться.

— Слушайте, но Совет, это довольно серьезно. Чем вы их так привлекли?

— Мне сказали, что встречи с моим участием оказываются немного более результативными, чем в среднем по статистике. Из шестисот пятидесяти девяти Встреч стилллы образовались в восьмидесяти восьми. То есть, около одного к шести. А по статистике одна результативная Встреча бывает из девяти.

— Увеличение результата на треть! Наталья, да вы уникум! Ваша особенность уже описана наукой? У нее есть название?

— Не знаю. Мне не говорили…

— Постараюсь попасть на Встречу с вашим участием. Вдруг мне повезет? Когда она ожидается?

— Сейчас у меня годовой перерыв. Так решила комиссия Союза. Поскольку для меня все Встречи были, скажем, не совсем удачными, то там решили увеличить мои шансы. Считается, что после перерыва, мой шанс застиллится существенно возрастет. Жду.

Закладка:

— Вы опытный участник Встреч. По сравнению со мною, например. Расскажите о них что-нибудь. Я знаю о запрете разглашать подробности, но ведь есть впечатления, возможность сравнить. Например, что изменилось за больше чем четыре года вашего участия в них?

Вид у Наташи стал сильно озадаченный. Прежде чем заговорить, она несколько секунд смотрела в одну точку, переваривая полученную подсказку.

— Да так. Скажем, те встречи, на которых вы были, не сильно отличаются от тех, которые были четыре года назад. Может, комфорта стало чуть побольше.

— Говорят, Союз очень серьезно работает над усовершенствованием организации Встреч. Насколько, на ваш взгляд, эта работа заметна?

— Союз Стиллов проводит Встречи силами специально подготовленных прекураторов. Прекураторы составляют программу подготовки к инициации, проводят ее саму и отслеживают стиллобразование. Вы, собственно, это знаете и так. Потом прекуратор, который занимается всем этим, становится куратором инициировавшегося стилла. Это вы тоже знаете. Ну а разница в том, что четыре года назад на всю подготовку прекуратора тратили две, максимум три недели. Опыта было мало, учиться было особо нечему. Прекураторов набирали из психологов и управленцев, рассчитывая на то, что их общая подготовка как-то все вытащит. Теперь у нас есть Академия Стиллов, где будущие прекураторы учатся минимум два года. И Наша Служба, конечно.

— Я слышал, что в Академию огромный конкурс.

— Возможно, — пожала плечами Наташа.

Двигун уставился в камеру, болтающуюся около самого лица.

— На сегодня, первое июля две тысячи двадцать девятого года, — торжественно объявил он, — в мире насчитывается одна тысяча четыреста семьдесят шесть стиллов. Общее число их элементов пятнадцать тысяч триста семьдесят один. И по сути, каждый стилл является своеобразным ядром коммерческой организации, образующейся вокруг него. А куратора стилла можно считать руководителем этой организации. Надо заметить, что каждая такая организация оказывается новым экономическим и технологическим локомотивом для целых отраслей и видов деятельности. Согласитесь, чтобы управлять чем-то подобным, требуется серьезная подготовка.

Он повернулся к Наташе:

— Скажите, как называется организация, в основе которой находится стилл вашей подруги?

Наташа пристально посмотрела на него. В глазах читалось подозрение, переходящее в уверенность, что перед ней круглый идиот.

— Как и любая организация стилла, она называется Наша Служба. К ней еще прибавляется номер ее стилла. У стилла тридцать восемь Наша Служба тридцать восемь. Как видите, все очень просто.

— Замечательно! — Двигун сиял как ребенок, получивший конфету. — Не зря говорят, что простота признак гениальности. А в гениальности стиллов никто не сомневается. Как только образуется новый гений, Союз Стиллов и Наши Службы, вызвавшиеся стать донорами, формируют его Нашу Службу. Службы, ставшие донорами, выделяет для новичка часть своих сотрудников и материально — техническую базу.

Глава 36

03.07.2029 14–40 Мальдивы Смапрохилодус

Двигун прервался, заглядывая в планшет. Дроны зависли в воздухе поблескивая камерами на солнце.

— И только, что пришедшая новость. По сообщению из Китая, там только, что инициировался стилл из семи элементов. Это уже тысяча четыреста семьдесят седьмой стилл Земли!

Двигун спрятал планшет и снова повернулся к Наташе.

— Вернемся к гениальности. Наталья, пару слов о совсем личном. Я догадываюсь, что стилл тридцать восемь, ваш любимый стилл. Что из его изобретений вам лично нравится больше всего?

На лице Наташи появилось недоумение. Через секунду его сменила сосредоточенность и работа мысли.

— Карнол. Это адаптирующаяся ткань. В одежде из нее не бывает жарко или холодно. Она согревает в холод и остужает в жару. Главное не забыть поменять батарейку. А так… можно ходить в куртке в плюс тридцать градусов и в ней будет комфортнее, чем без нее, — повторила Наташа за голосом из наушника. — Про минус тридцать можно сказать тоже самое.

— Ну то, что в куртке при минус тридцати лучше, чем без нее, я не сомневаюсь, — усмехнулся Двигун. — Мне, как медийной фигуре, нравится формат файла, который всем хорошо знаком, но не все знают, что его изобретением мы обязаны стилллу-38. Адаптивный формат djin позволяет искинам проигрывать музыку идеально подходящую под наше настроение. Каждый день я наслаждаюсь любимой мелодией в новой аранжировке и помню, что это разработка стилла тридцать восьми. Одно это, делает меня его фанатом!

Он сделал какой-то жест, и дроны перегруппировались, как солдаты, получившие команду «вольно».

— Перерыв! — объявил Двигун. — Ты молодец! Сейчас чуток передохнем, а заодно сменим фон.

Он покрутил головой, потом взял Наталью за руку и пошел к посадочной площадке. Встав так, чтобы за спиной оказались пальмовая роща со смотровой башней. Блогер потыкал в планшет, собирая вокруг стаю дронов с камерами и светом.

— Ага, есть, — пробормотал под нос блогер, поворачиваясь к Наташе. — Зови сюда всех гуриков. Пусть изображают работу за нашими спинами. Копают, например, или носят ящики туда-сюда.

Наташа пожала плечами и стала отдавать команды. Роботы сосредоточились за их спинами и занялись имитацией бурной деятельности.

— А еще я хочу, чтобы, когда я сделаю руками вот так, — он скрестил руки, — начался восход солнца и через семь минут купол свернулся. Сделаешь?

Она кивнула и стала слушать подсказку в наушнике.

— Когда Двигун скрестит руки, начать восход солнца. Время на восход семь минут. После завершения восхода купол убрать.

Двигун довольно кивнул.

— Ну что, готова? Тогда поехали!

Он ткнул в планшет и, повернувшись к Наташе, продолжил:

— Как ваша подруга стала относиться к вам после того, как стала элементом стилла?

Наташа ощутила, будто она висит безо всякой опоры. Вот у Лили бы и спросил, как она стала относиться… Во рту стало сухо, а на лбу появилась испарина. В этот момент Вася, будто пробудившись ото сна, зашуршал в ухе новой подсказкой.

— Я думаю, что моя подруга элест гордится тем, что я ее друг. В то же время знаю, что у нее много дел, и может быть не так много времени для общения, как раньше.

— Наверное, это здорово, когда у вас такой щедрый и заботливый друг, как Лили. Аэромобы, такие вот… — Двигун повел рукой вокруг, — отдых на таких вот курортах класса суперлюкс в подарок. Что они значат для вас и как это меняет вашу жизнь?

В этот раз Вася зашуршал подсказкой почти без паузы:

— Знаете, когда ваш друг становится тем, кем стала Лиля, то нормально ждать, что он перестанет общаться со всеми, с кем общался раньше. Включая друзей и родственников. Не так ли?

— Да-да, конечно…

— Это не про Лилю. Подарки, это знаки внимания. И я рада, что после всего произошедшего с ней, она по-прежнему обращает внимание на тех, кто был близкими до того…

— Включая вас?

— Включая меня. И я очень благодарна Лиле. Думаю, если бы элестом стала я, а не она, то поступала бы также. Как это меняет мою жизнь? В лучшую сторону, разумеется. У меня теперь есть возможность делать то, что раньше было недоступно…

За спиной у Наташи раздался быстро нарастающий лязг. Она подпрыгнула, оборачиваясь. Двигун посмотрел туда-же и громко икнул.

Пока они разговаривали, один из роботов притащил откуда-то ящик с каким-то барахлом и поставил его рядом с другим роботом, занятым выкапыванием ямы. Второй землекоп, ковырявший землю возле первого, стал обходить ящик и попал в область работы собрата. Лопаты столкнулись и, в попытках найти свободное пространство, стали быстро сталкиваться, все больше отдаляясь от земли, сталкиваясь все выше и выше. Дистанция между лопатами стремительно сокращалась, а сила столкновений возрастала.

В какой-то момент один из роботов принял решение устранить препятствие, мешающее работе, и попытался достать лопатой непосредственно конкурента. Тот увернулся, отводя выпад противника древком своей лопаты, одновременно пытаясь сделать тоже самое. Первый тоже увернулся и изменил тактику. В следующее мгновение он рубанул сверху. Противник сдвинулся в сторону, обоюдоострое лезвие прошло мимо цели, глубоко зарываясь в песок, и он сделал выпад, намереваясь проткнуть любителя размаха насквозь. Тот дернулся, и лопата с пронзительным взвизгом лишь скользнула по корпусу.

Закладка:

— Стой! — завопила Наташа.

Роботы замерли в виде скульптурной композиции «Рыцарский турнир». Лопаты у «рыцарей» успели приобрести плачевный вид, на боку у одного из них красовалась свежая царапина.

— Ладно, — Двигун сделал несколько глубоких вдохов. — Это мы вырежем… Давайте вернемся к работе… — он еще несколько раз вздохнул, поворачиваясь к камере. — Как ваша подруга относится к отказникам и пальм-океям?

— Мы это никогда не обсуждали. Если хотите знать мнение Лили, то лучше спросить у нее. А по моему мнению, если кто-то отказывается участвовать во Встречах, то и ладно. Его право жить, как раньше.

— А как вы относитесь к движению пальм-окей? Ведь они противники движения Антипальма. И они против стиллов и всего того, что они сделали и делают для человечества.

Двигун на мгновение скрестил руки.

— Мне кажется это малочисленная горстка каких-то фанатиков. Антипальмовцев можно встретить на каждом шагу, а пальм-океевцев я лично не встречала. Мне их эмблема даже не знакома.

Небо стало светлеть и звезды потеряли свой блеск. Из-за горизонта показалось солнце. Оно быстро поднималось. Дрон с камерой подлетел к Двигуну почти в плотную. Голос блогера зазвучал торжественно:

— За время существования стиллов ими были решены фундаментальные задачи в области физики, энергетики, транспорта, медицины, пищевой промышленности и культуры.

Двигун на некоторое время замолчал, восстанавливая дыхание, потом продолжил.

— Межзвездные перелеты, открытие и колонизация Златозон и других землеподобных планет произошли благодаря технологии наноконструирования, холодного ядерного синтеза, синтеза антивещества и всем смежным с этими технологиями, прорыва в области ИИ, роботостроения, построения виртуальной реальности, Создания четырехмерных объектов, и конечно так полюбившейся нам антигравитации. Клонированное мясо, и прочие сельхоз технологии, медицинские инновации, в том числе по продлению жизни. Деятельность стиллов сделала нашу жизнь намного безопаснее, комфортней и увлекательней, чем была до Сингулярности!

Пока он вещал, Наташа отошла немного в сторону. Она просто глазела на то, как меняется нарисованное на куполе небо, а из-за несуществующего горизонта поднимается такое же, но очень похожее на настоящее, солнце. Ей казалось, что она стала героем мультфильма и была готова к тому, что из-за угла виллы появится кто-то нарисованный…

Солнце на куполе совпало с небесным светилом и купол окончательно стал прозрачным. Через мгновение купол свернулся, стек еле заметными струйками в воду.

Двигун вытянул руку, с явной целью сделать так, чтобы его рука в кадре оказалась подставкой для солнца. Дрон чуть качнулся, поправляя ракурс, и они оба на мгновение замерли.

— Снято! — объявил блогер, опуская руку. — Фу-у-у-ххх… — выдохнул он и обмяк. — Наташа, мы молодцы! Отлично получилось! Предлагаю отметить это событие как следует. Выпьем нашего, русского, настоящего… Сейчас только дронов в багажник загоню…

Глава 37

03.07.2029 14–50 Мальдивы Смапрохилодус

Влад перепутал два параметра в уравнении, потряс головой, чтобы сбить тупость и услышал голос Васи:

— Тебе пора отдыхать. Меня радуют твои успехи в прогнозировании стиллоформирования, но время эффективного усвоения материала закончилось. Предлогаю тебе заняться физическими упражнениями.

Влад отложил планшет на полочку, молча кивнул, встал с дивана и потянулся. Он сделал несколько глубоких вздохов-выдохов, встал на руки и прошелся на них по салону. Сгруппировавшись, бесшумно приземлился на ноги и улыбнулся.

Влад сверил свои ощущения и графики биоритмов, отображающиеся в коммуникаторе и убедился, что ему до сна осталось двадцать две минуты. Он шагнул в кабину утки и набрал на смартфоне знакомый номер.

— Здраствуй, милая! — поприветствовал он и услышал в ответ голос девчонки, лет четырнадцати.

— Привет дядя Влад! Ты уже здесь, в Рядовске?

— Нет, Галинка. Я на Мальдивах. Послезавтра встретимся, как и договаривались. Раньше не получается приехать. Дежурство по Наталье.

— Это та Наталья, с которой не соскучишься? — спросила она хихикнув.

— Да.

— Веселее умной Маши только Лилина Наташа! Помню, помню. Я тоже, как ты, хочу стать телохранителем и работать в НС! Наташек всяких охранять, а лучше элестов. На нас, подростков, не один террорист не подумает, что мы работаем в НС. Все знают, что подростки не работают, тем более телохранителями. Ну почему нам нельзя? Прикрытие, лучше не придумаешь!

— Спроси свою Наставницу.

— Я хочу знать, что думаешь ты. Тебе кажется, что мы, такие маленькие, глупые и неуклюжие, что не справимся?

— Не знаю какие все. Думаю, что ты с моей работой справишься. Не хуже взрослых. Почти во всем. Пойми, и скажи своим товарищам, вами никто рисковать не будет. Полезна ваша помощь или нет, это не важно. Риск это для взрослых.

В трубке обижено засопели:

— И с чем же мы не справимся?

— У всех сотрудников НС стоит нейропрошивка, корректирующая рефлексы. Это позволяет в кратчайшие сроки, не думая, защищать стилла и элестов. До восемнадцати лет прошивку не ставят. Тебе осталось подождать всего то четыре года. Будешь работать в НС, если не передумаешь к тому времени.

— Значит ты за нас просить не будешь?

— Нет. Я буду активно голосовать против привлечения подростков к опасным видам деятельности. Тебе скучно живется? Попросить Абрикоса увеличить нагрузку? — он сделал паузу и продолжил, — Шучу, не пугайся. Это я про увеличение нагрузки. Остальное я на полном серьезе говорю.

— Дядя Влад! Ну почему? — Не сдержавшись крикнула в трубку Галинка.

— А потому! Детство, оно в жизни один раз бывает. Проживи его счастливо. — Ответил Влад твердым голосом, потом смягчился, — Не спеши во взрослую жизнь. Успеешь.

В трубке за пыхтением послышались редкие всхлипы.

— Как твоя мать? — Спросил Влад. — Так же и там же?

— Жена твоя бывшая? Живет как обычно.

— Направь свой энтузиазм на нее. Мне странно, что она до сих пор в дикарях. Ты, что-нибудь с этим делаешь?

— Нет. Абрикос просил на родственников не наседать. Говорит, что нужно, чтобы они сами захотели стать глоферами, увидев наш пример.

— Твою маму твой пример не вдохновляет?

— Не беспокойся. Сдвиги есть. Думаю, что месяца через два она пойдет получать Ледок. Уже мечтаетх с колонистами улететь в космос. Какой-то дядька ее во всю агитирует. Пока раздумывает, говорит, что не может меня одну на Земле оставить. А ей, отвечаю, что разве я одна? У меня в интернате друзья и наставник, Абрикосович, лучше не придумаешь. И Влад заботливый. Ты когда прилетишь, поговори с ней об этом. Мне кажется, она не идет учится, и правда, из-за меня.

— Поговорю. Галинка, ты молодец!

— Я да. А ты нет. Не хочешь петицию подписывать, разрешающую подросткам работу в НС и прошивки раньше восемнадцати! Хорошо хоть Ледок можно с шестнадцати ставить, а то я бы космос увидела, лет в восемнадцать, когда состарилась бы.

— Не спеши ты в космос.

— Ладно. Прилетишь, поговорим. — Выпалила девчонка в трубку и отключилась раньше, чем Влад попрощался.

Он покачал головой, проводил взглядом летающую по отсеку муху и спросил:

— Вася, спроси Сметанку, кто-нибудь из Абрикосовича поговорит сейчас со мной о Галинке?

— Таня сейчас ответит. Вот и она. Говори.

На экране появилась молодая женщина, с доброй милой улыбкой. Мокрая футболка обтягивала ее грудь, с волос стекала вода. За ее спиной в воздухе мелькали струи воды, слышался гул водопада, и мужской смех. Таня внимательно посмотрела в камеру, как будто она не в Австралии, а здесь, рядом, и быстро заговорила:

— Не беспокойся о Галинке, Влад.

— Ну как не беспокоится? Дети выдвигают требования, которые вряд ли кто-нибудь поддержит. Получат по носу и обидятся на весь божий свет.

— Нет, Влад. Не обидятся. Они хоть и юные, но уже глоферы, как ты и мым. А мы…

Закладка:

— А мы глоферы не обижаемся, — продолжил за Таню Влад.

— Да. И не важно, есть у них прошивка или нет. Пусть пробуют изменить мир. Почувствуют, что это не просто. Ощутят упругость общества.

— Значит пусть тренируются? А руки ноги не переломают?

— Нет. Мым всем стиллом позаботимся. Всем Союзом Стиллов. Веришь намам?

— Верю.

Она послала Владу воздушный поцелуй и отключилась.

Влад заметил назойливую муху и пошел за ней следом в основной отсек.

— Вася, это микроробот или муха? — спросил он.

— Натуральная муха. Появилась вместе с первой линией Домино на его острове. Скоро буду проводить дезинфекцию вашей утки и всего Семапрохилодуса. — ответил Вася, как показалось Владу, с негодованием.

Влад довольно потер руки, пошевелил плечами, повертел головою несколько раз до хруста в шее и достал из кармана небольшой резиновый жгут с петлями по коротким сторонам.

Он надел резинку на большой и указательный пальцы, растопырил их. Оттянул резинку, проверяя натяжение. Из кармана достал бумажный шарик и приложил его к получившейся рогатке.

Влад потерял муху из виду пока занимался изготовлением рогатки. Он неглядя помахал вдоль стен руками и муха снова зажужжала перед ним.

Влад брякнулся на диван, ожидая, пока муха сядет.

Муха выбрала дверку шкафа, как раз напротив Влада. Он тщательно прицелившись, пальнул из рогатки бумажным шариком. Шарик отскочил от шкафа. Влад поднял его, развернул в небольшой листик, зажал им трупик мухи и кинул в мусорный контейнер. Зашел в туалет, помыл руки и выйдя, с чувством глубокого удовлетворения расправил плечи.

Вася тихо сказал:

— Влад, благодарю за уничтожение паразита, но дезинфекцию утки все равно придется сделать.

— Не за что меня благодарить. Всего лишь подурачился немного. Сколько времени осталось до моего сна?

— Четыре минуты.

Влад осторожно открыл дверь в отсек, где спала Аня. Он бесшумно подошел к ней и снял с головы шлем виртуальной реальности. Поправил локон, лежащий на ее носу. Еле слышно пробурчал себе обещание напомнить оке больше не засыпать в шлеме, чтобы проснувшись она не обнаружила на лице его ребристый отпечаток.

Вышел, прикрыв дверь.

Влад не торопясь достал подушку и плед, залег на диван и уютно устроившись моментально заснул.

Глава 38

03.07.2029 15–00 Мальдивы Смапрохилодус

Развязанной походкой Двигун двинулся в сторону парковки. Наташа поплелась следом.

Дроны образовали большую очередь. Крупные дроны, которые во время съемки то и дело попадались Наташе на глаза, и куда больше совсем маленьких, размером с голубя. Они все висели перед багажником, построившись один за другим, в ожидании, когда можно будет влететь в багажник и угнездиться на законное место.

— Как же много у тебя дронов! — воскликнула Наташа, показывая на тихо стрекочущую воздушную гирлянду. — И для съемок нужны все?

— Камер много не бывает. Так хоть будет из чего материал выбрать.

Последний дрон занял свое место и Двигун закрыл багажник. Он расслабленно улыбнулся и подмигнул.

— Я хочу отпраздновать нашу встречу. Приятную и, надеюсь, результативную. Наташа, вы готовы составить мне компанию?

Наташа рассеянно смотрела на блогера и молчала. Тогда он манерно взял ее под руку и повел к вилле.

— А было не так уж и плохо, — наконец сказала Наташа, когда они заходили в гостиную.

— О, да! — радостно согласился Двигун. — Что будем сейчас дегустировать? Есть малина, черника, груша.

«Наташа, — зашуршал в ее ухе Вася, — не надо пить алкоголь без блокиратора. Расслабьтесь с коктейлями приготовленными нашими роботами. Вам же нравятся эти вкусы»

Наташа почувствовала, как редкие волоски на ее теле становятся дыбом. Что? Опять! Теперь железка решила, что если она подсказывает, что говорить в камеру, то можно и вообще рулить ее жизнью? Ну уж нет!

— Я выпью, все что ты нальешь! — крикнула Наташа в спину блогеру. — Скоро приду! — сообщила она, устремляясь на второй этаж.

Забежав в спальню, Наташа нашарила в глубине тумбочки пластиковый кубик. Ковырнула пальцем по едва заметной щели. Кубик открылся, демонстрируя два пустых гнездышка под наушники, какую-то вспомогательную ерунду и матово поблескивающий аппликатор.

Наташа взяла его в руки, прицеливаясь к своему уху.

«Наташа, — прозвучал в ухе голос, — если ты вынешь наушники, я не смогу тебе помогать»

С секунду она рассматривала аппликатор. Потом вставила его в ухо, ожидая сигнала о прикреплении микробота наушника. Сигнала не было.

— Вася! — зашипела Наташа. — Уйди из меня!

«Наташа, ты хочешь остаться с Двигуном без моей помощи? Ты не боишься?»

— Вокруг полно всякого тяжелого. Как-нибудь отобьюсь.

«Наташа, такое развитие событий крайне нежелательно. Я хорошо знаю мужскую психологию. Я помогу тебе получить от Двигуна все, что ты захочешь. Я полезен в любом начинании. Тебе понравился результат моей подсказки перед обедом? Мы сегодня хорошо сотрудничали? Скажи да»

— Да. Все равно вылезай. Лиля велела всем вам оставить меня в покое. Я не твоя подчиненная. У меня полный доступ в управлении островом! Выполняй! — рявкнула она.

Наташу слегка потряхивало. Ей показалось, что стало прохладно. Даже холодно.

— И еще, — добавила она. — Выключи все видеокамеры на острове. Нефига подглядывать. Надоело.

«Наташа, гурики и все остальные роботы перестанут работать. У них тоже есть камеры. Они нужны для ориентации в пространстве. Еще раз подумай, прежде чем отдавать такую команду»

— Выключи все камеры на острове. Дай вынуть наушники. Камеры гуриков оставь в автономном режиме. Это приказ!

«Камеры отключены. Наушники доступны к извлечению. С этого момента все распоряжения могут быть приняты только через коммуникатор» — сдался Вася.

В ухе тихонько пискнуло. Наташа вынула аппликатор из уха, внимательно разглядывая торец с приемной платформой и крошечное зернышко, уцепившееся за платформу едва заметными лапками. Зернышко отправилось в родное гнездо контейнера. Следом отправилось такое же из другого уха.

Наташа почувствовала, будто кто-то, долго и нудно смотрящий ей в спину, наконец-то потерял к ней интерес и отвернулся. Давящее чужое внимание исчезло. В теле возникла неожиданная легкость, хотелось танцевать, хотелось какого-нибудь праздника.

Она захлопнула кубик контейнера, швырнула его обратно в тумбочку. Теперь вниз. На первый этаж, где ее ждут, где она будет веселиться.

Глава 39

03.07.2029 15–20 Мальдивы Смапрохилодус

Влад проснулся от спецсигнала прошитого для ледок. Он еще глаза не успел открыть, а уже знал, что у него на дежурстве ЧП. Раздался тихий голос Васи:

— Код желтый. Наталья выключила камеры на всем острове. Разбудить остальных?

— Нет. Я сначала разберусь с ситуацией. Наталье на острове ничего не грозит, — он поморщился, вспомнив Наташу захлебывающуюся в бассейне и спешно добавил, — если она сама себе не устроит проблему.

Влад дошел до кабины и сел за кресло центрального пульта. Засветились экраны, показывая остров с дронов летающих за его пределами и со спутников.

— А микрофоны работают? — спросил он.

— Да. Наталья отключила только камеры. Я ее уговорил оставить камеры гуриков в автономном режиме. Мы не сможем видеть Наталью, но можем слышать, что там происходит через микрофоны роботов и прочей техники. По протоколу безопасности, требуется личное наблюдение сотрудников охраны, хотя, роботы находятся в рабочем состоянии и смогут позаботится о ее безопасности на суше.

На экране развернулся поэтажный план дома с мебелью, где Наташа была обозначена широкой буквой Н. Буква Н находилась на первом этаже в гостиной, на диване вместе с буквой Д.

Из динамика донесся приглушенный голос Натальи:

— Я от них вообще держусь подальше. С их манерой залезать в чужую голову. Даже слушать о них…

Закладка:

Влад облегченно вздохнул и распорядился:

— Переведи звук ко мне в наушник. Наших оке не буди. Разбуди стандартом только Карину, в соответствии с биоритмами. Когда это будет?

— Через шесть с половиной минут.

Влад увлекся составлением плана движения гуриков по острову, с учетом добавления видео с дронов, не заметив, как к нему подошла Карина. Он дернулся, когда она тронула его за плечо.

— Ну, что напарник? — Сказала она, — Без ЧП не обошлось?

— Справимся. — ответил Влад, продолжая работать.

— А может попросить Васю сгенерить видео? С учетом всех данных.

— Обязательно. Будем смотреть Васины мультики вместе с оке. Но позже. Дадим ребятам выспаться. Пусть посмотрят, как это делается, с самого начала. От формулировки команды до результата.

— Да. Такое шоу не каждый день увидишь!

— Вася, — сказал Влад, — подготовься к созданию модели общения Натальи и Двигуна. Модель нужна идентичная натуральной в реальном времени.

— В каком стиле ты желаешь видеть модели?

— Анима в 3Д мне больше всего нравится. Ракурсы и планы оставь те же, какие были на выключенных камерах.

— Я уже готов, Влад. Начну в любой момент по твоей команде. — Он замолчал, а потом добавил. — Я вам обед приготовил, ждет вас в раздаточной.

— Вася, спасибо тебе! Мы уже о еде и забыли. — поблагодарила Карина усаживаясь за стол. — Влад, ты представляешь себе жизнь без Васи? Я нет.

— А я представляю. — ответил он отправляя в рот ложку красного борща и заедая черным хлебом, — Вместо электронного Васи у нас был бы живой человек, ну предположим, тоже Вася.

— Да. Представляю, он бы все забывал и путал, как все люди.

— А может, наоборот. Был бы занудой и педантом. И как только он заходил в утку, все бы разбегались. А если новичок его хотел о чем то спросить, окружающие бы шикали на него «Только не спрашивай Васю не о чем. Только не это!»

Они засмеялись.

— Влад, не слишком ли ты нашу молодежь жалеешь?

— Я их не жалею, я о них забочусь. Много ли от них будет толку, если они начнут клевать носом, во время дежурства?

— Леше, если будет засыпать, можно, в крайнем случае, стимулятор вколоть. Аня наверняка справится с недосыпанием. Она практически полноценный сотрудник НС. У нее же скоро выпуск. Недели через две?

— Да. Это и радостно и печально. Борюсь с искушением оставить ее подольше в статусе оке.

— Косячит?

— Нет. В том то и дело. Привык за полгода. — Влад тяжело вздохнул.

— Я тебя прекрасно понимаю. У меня Леша уже девятый, если считать с интенсивом в Антипальме. Третий по программе Нашей Службы. Я, как и все насты, тяжело расстаюсь со своими оке. С юнгами расставалась легче. В Антипальме наставничество от восьми до девяти недель длится. Так сильно не успеваешь привязаться. Аня у тебя какая?

— Восьмая.

— Забавно. Я позже тебя стала наставником, а подопечных у меня больше. — Гордо заявила Карина.

— Дело понятное. В НС за год у наставника может быть не больше двух оке, а в Антипальме на интенсиве пять-шесть.

— Да. В Антипальме кадры быстро готовят. Я уже не раз предлагала Вере Владимировне добавить в программу НС элементы интенсива. Отказывается.

— Нам не зачем спешить. Кроме ЭОЖ наши сотрудники должны освоить множество дисциплин, от новейшей этики социума, основ работы телохранителя, до управления универсальным транспортом и Ледок.

— Помню, когда я впервые прочитала список своих занятий в НС, очень удивилась урокам музыки и хору. То, что рисование в программе, это понятно. А вот хоровое пение, в качестве обязательной программы, меня тогда до крайности удивило. Теперь я понимаю, что пение хором полезно для сплочения коллектива.

Карина присела в соседнее кресло и продолжила:

— А вот начальный летный доступ космонавта мне получать было не нужно. В моей линии Ледок был в то время базовым навыком. Мой капитан называл Ледок сертификатом вменяемости и говорил, что без него человека к технике подпускать нельзя.

— Мне нравится. Сертификат вменяемости! Точно подмечено. Это он так его назвал?

— Нет. Это придумал основатель моей линии. Урбан. Он работал в составе разработчиков над дополнительными прошивками Ледок.

— Значит, ставя дополнительные прошивки, ты имеешь дело с продуктом основателя твоей линии. Здорово!

— А ты имеешь дело с продуктами основателя твоей линии, каждый день работая в НС и общаясь с искинами.

Глава 40

03.07.2029 15–20 Мальдивы Смапрохилодус

Двигун стоял около лестницы, держа наготове бокал с чем-то темным, имеющим подозрительный фиолетовый оттенок. Наташа приняла его и осторожно понюхала. Запах был знакомый, но что это, вспомнить никак не получалось.

— Что пьем? — как можно небрежнее поинтересовалась она.

— Черничную. Я не слишком утомил расспросами? Вы не устали?

— Да нормально все.

— Тогда есть предложение. Давайте, оторвемся по полной, — блогер показал на бокал. — А то, как попадем в Антипальму, так уже не выпьем. Даже вспоминать про алкоголь будем так… — он скорчил брезгливую гримасу.

— Вы в Антипальму собрались? — сдержанно поинтересовалась Наташа, отходя от Двигуна за диван.

— Не дай бог! Там нельзя пить. А еще и курить, — он усмехнулся. — Не, это без меня. Но всякое может случится. Может они и меня как-то незаметно соблазнят? В принципе-то они сами по себе ничего. Я десять дней назад о них сюжет делал, так они мне подарили доступ к своему ИИ на полгода! Помните, я вам видео показывал, с до и после? Его работа!

Блогер блаженно скалился, находясь в самом благостном впечатлении, если не от самих Антипальмовцев, то от их подарка.

— Я от них вообще держусь подальше, — сухо сказала Наташа. — С их манерой залезать в чужую голову. Даже слушать о них не хочу.

Она села на диван. Двигун пристроился рядом.

— Первое впечатление, что они очень хорошие и душевные люди, — пожал плечами он. — Эти их активисты.

— А второе впечатление? — поинтересовалась Наташа, отодвигаясь на край дивана.

— Второе? У них все хорошо. Только не для меня.

— Вот-вот. — проронила Наташа.

— Что б по их правилам жить, это надо сильно с головой поссориться. Мне записи адаптации показывали. Одна у них стандартная, а другая ускоренная. Сами же активисты и показывали записи своего роста. Стандартная программа восемь месяцев. Все плавненько и безболезненно. Тренирует наставник своего воспитанника. И кажется мне, что без секса там не обходится. Пары-то всегда разнополые.

— Знаю, — пожала плечами Наташа. — Мне Лиля рассказывала.

— Не только без секса не обходится, Антипальмовцы используют его на всю катушку. Они считают, что секс помогает адаптироваться к новым условиям существования, помогает влиться в коллектив и усвоить правила поведения в кратчайшие сроки. Типа, наши предки могли попасть в чужое племя только половым партнером, мужем или женой. У нас в генах заложена приспособленческая программа, специально для такого случая. Только активисты Антипальмы пошли дальше и научились изменять половое поведение. У них есть родоначальники линий, которые каким-то мне непостижимым методом умудряются передавать не только навыки, но и половые рефлексы. Как бы клонируют.

Двигун увидел, что Наташа рассматривает входную дверь, собирается подняться и уйти. Его лицо изменилось, будто он вспомнил о чём-то крайне приятном.

— Угу. — продолжил он. — А вот ускоренная адаптация… это жуть. Два месяца и человек становится другим. Совсем. Даже рефлексы меняются. И кто-то на это идет! Мне сказали, это те, которым терять нечего. В прочем. — он замолчал на несколько мгновений, как бы задумавшись о чем-то. — Я лучше покажу.

Он достал планшет, некоторое время колдовал над ним, выискивая что-то.

— Я это снимал до того, как делал сюжет про Анитпальму, — сказал блогер, разворачивая окошко с видео.

На экране появилась улочка, стиснутая с боков низенькими сероватыми домиками. Людей и машин на улице не было. Возле домиков колыхались высоченные заросли давно некошеной, травы. Обочину дороги покрывал густой бурьян, по ней самой ветер нес тонкую поземку тонкой пыли. То и дело в кадре пробегала и пролетала разная мелкая живность. В конце улицы виднелось несколько панельных домов. Тоже серых, низеньких в несколько этажей.

Закладка:

— Областной город, — пояснил блогер. — Меня туда пригласили. В общем, неважно кто. Тут снимал в одну камеру. Все заросло так, что дронам подлететь сложно было.

В экране показалась калитка. Рука из-за кадра толкнула ее, и изображение двинулось дальше, показался усталый сероватый домишко в облупившейся краске с низеньким покосившемся крылечком. Откуда-то залаяла собака. Дверь за крылечком приоткрылась и на пороге появился крупный лысоватый мужчина в драной тельняшке и таких же драных обвисших трениках и пластиковых шлепанцах на босу ногу. Он повернулся куда-то в сторону и рявкнул.

— Цыц!

Лай сменился недовольным ворчанием и поскуливанием.

— Свои!

Пес, так и оставшийся за кадром, замолчал.

Хозяин спустился с крыльца и в перевалку зашагал на встречу камере. Приблизившись так, что его лицо заняло большую площадь экрана, он раздвинул в улыбке потрескавшиеся губы, обнажая прорехи между зубов.

— Здорово! — поприветствовал он. — Вообще-то он мирный, — мужчина покосился в сторону. — Людей давно не видел. Одичал малость. — снова раздалось поскуливание.

— Здравствуйте. Я вижу, тут почти нет людей, — затараторил за кадром блогер. — Можете рассказать, что произошло?

— Че тут рассказывать? — развел руками мужик, на отекшем лице которого нарисовалось недоумение. — Поуезжали все. На всей улице только я, да Григорич со своей Машкой. Это, остались…

— А что во всем городе?

— А что в городе? — с прежним недоумением переспросил мужик. — Тоже самое. Съехали. В панельках еще пока тепло с водой были, заводские жили. Потом тоже куда-то перебрались.

— Говорят, это все началось где-то здесь, — не унимался Двигун. — Прямо с ваших соседей.

— Ну да. — мужик усмехнулся. — Это про тетю Лиду, точно. Дети у нее выросли, сама на пенсии. Внуки? — он поскреб в затылке. — Не, не припомню. Дети-то да, Витька и младшая Ирка изредка наезжали.

— И что тетя Лида? Как она связана с опустевшим городом?

— Ну как связана? Бабка на пенсии. Делать нечего. Общалась с соседями мало, не шибко она компанейская, — мужик дернул рукой, будто хотел смахнуть с шеи мошку. — Но да, пятерку, бывало, одалживала. Хоть и не одобряла. Бывало.

— И как из-за нее опустел город? — перебил блогер, не давая собеседнику увлечься любимой темой.

— Из-за нее? Да не, свистят, — снова усмехнулся мужик. — Странности, это да… Не без того.

Он замолчал, собираясь с мыслями.

— Такой разговор стоя и на сухую не идет, — выдал он по итогу размышлений. — Давай присядем, что ли?

В следующем кадре Двигун и мужик сидели за косоватым облупившимся столиком, на котором красовалась высокая бутылка явно привезенной водки и пара стаканов. Мужик явно успел приложиться к прозрачной жидкости. Он почти растекался по креслу, перемотанному белыми проводами и кусками изоленты. На его лице разливалась блаженная расслабленность.

— Тетя Лида, она такая… — мужик приподнял руку, вяло пошевелил в воздухе пальцами. — Ей че-то всегда скучно было. А тут она вместо картошки какую-то траву посадила. Май месяц, все люди картоху садят, а она траву. Я ей, тетя Лида, а что кушать-то будете? А она мне, что это, земле отдохнуть надо и она теперь картошку не ест. Диета у нее.

Мужик достал сигарету, повертел ее в пальцах, как-бы разминая, сунул в рот. Добыл откуда-то черный брусочек в полтора пальца длиной, ткнул его торцом в сигарету, тут же занявшуюся ярким угольком. Выпустил в воздух струйку серого дыма, разглядывая как тот тает в воздухе.

— Клевая штука, — мужик взвесил брусочек на ладони. — Генка перед отъездом подарил. Сказал, что такие у каждого колониста на других планетах. И зажигалка, и нож, — из бруска блеснуло и тут же спряталось лезвие, — и даже фонарь. И, вроде как, ни заряжать, ни точить не нужно.

Он сделал еще одну затяжку и замолчал, задумчиво уставившись туда, где таяла новая струйка дыма.

— А что с тетей Лидой дальше было? — напомнил о себе блогер.

— Дальше? То на веранде сидит, ноги в крендель. Ну как йог. Утро и вечер. Солнце встает — сидит. Солнце садится — тоже сидит. По улицам бегать стала. Не за кем-то, а это, — на лице мужика отразилось умственное усилие, — спорт такой любительский.

Кадр с блогером и мужиком, сидящими за столом, сменился калиткой, торчащей посреди густых зарослей. Справа и слева угадывался некогда невысокий, но добротный забор, который теперь почти скрыли трава и разросшийся кустарник. Камера поднялась выше и стал виден заросший двор, на который выходила потемневшая, но все еще крепкая широкая веранда.

— Наблюдать восходы и закаты, занимаясь йогой, — прозвучал за кадром грустный голос Двигуна. — Наверное, это очень увлекательно. И возможно, даже полезно для здоровья. Как и бег трусцой. Но если чем-то увлекаться очень сильно, это может иметь последствия.

На экране снова сидели за облупившимся столиком Двигун и мужик в драном тельнике. Мужик курил, сбрасывая пепел куда-то под себя.

— Она мне говорит, — как-то невпопад продолжал мужик. — Юрик, тебе надо зайти в Антипальму. И обязательно на ускоренный курс. Типа, жизнь слишком короткая, поэтому учиться надо быстро. Я ей, тетя Лида, чему учиться-то? А она мне, типа, жизни правильной учиться. Ну сам прикинь? Типа, научиться как правильно жить, на острова какие-то переехать. Курорты какие-то. Я ей, тетя Лида, мне и тут вполне курорт. Нафига мне куда-то ехать? Еще чтобы меня кто-то жизни учил.

Мужик возмущенно надулся, щелчком отправил окурок куда-то в заросли, начинающиеся сразу за границей двора, прикурил новую сигарету.

— Кто-то уши-то развесил. К ней захаживать стали. Сначала немного. Ну так, двое, трое. Тихонько так посидят и разойдутся. У меня ворота напротив. Видно все. Ладно, думаю, такие же нашлись. Им, психам, теперь нескучно.

— Кто-то ее возраста или какие-то другие люди? — перебил мужика блогер.

— Разные. Сначала-то соседи заходили. Одни и другие. Наташка с дядей Мишей. Мать у них померла, они вдвоем. Генка со своим семейством. Ну и еще другие подтягивались. Генка меня с собой на эти посиделки звал, да что там можно высидеть? А потом какие-то еще люди стали приходить и приезжать.

— Приезжать с других улиц? — уточнил Двигун.

На лице мужика появилось подозрение, что перед ним сидит придурок.

— Нафига с другой улицы ехать? Это если только пацанва на великах и самокатах. Не. Из других мест приезжать. С соседних городов. Пару раз на столичных номерах видел. Там потом столько стало прибывать, что пипец. Пол улицы машинами забивали. Во двор не влезали. А еще эти, которые летают. Так они прям так и висели. И во дворе, и над крышами.

Окурок снова улетел в заросли. Мужик потряс пачку, недовольно вздохнул, и новую сигарету доставать не стал.

— И такие огромные собрания не вызвали у властей никаких вопросов?

Написанное на лице мужика подозрение, что собеседник — придурок, стало видимо перерастать в уверенность.

— Почему это? Конечно вызывали. Участковый приходил. Потом еще какие-то. Но. Закон-то они не нарушали. Даже особо не шумели. Так. То смех слышно, то музыка. Но, не как на дискотеке, негромко. Так что, предъявить ниче не могли.

Кадр с облупившимся столиком и двумя собеседниками сменился пустой улицей с панельными домами. Пыльный асфальт, сквозь трещины в котором пробивались длинные султанчики травы, сменился видами подъездов, закрытых покосившимся дверями в облупившейся краске.

Камера поднялась на уровень второго этажа и бесцеремонно заглянула в окна. Судя по тому, что было видно через стекло, в квартире уже давно не жили. Вид брошенной квартиры сменился заросшими газонами, возле которых кое-где догнивали ржавые остовы машин.

— Звучит, вроде бы, все хорошо, — в кадре снова был Двигун и его собеседник, все-таки вытащивший и прикуривающий очередную сигарету. — Что же было дальше?

— Дальше? Дальше уехала тетя Лида. Вроде как, на какие-то острова. Объявление дала о продаже дома, но… Вон он стоит, — мужик ткнул сигаретой перед собой. — Живет там кто?

Закладка:

— Вроде бы нет.

— Вот и я говорю. А другие тоже, видно, решили, что на островах лучше. Я Генке тогда, типа, ну куда он со всем семейством? Он тоже объяву о продаже дал. Я ему, что он тут вырос же, корни тут. А он мне херь какую-то, типа, что только о корнях нужно деревьям заботится. И по лбу себя стучит. Намекает, типа того.

— Ну а другие как? — перебил блогер.

— Так же.

Мужик махнул рукой с зажатой в ней сигаретой. Уголек метеором промчался рядом с экраном, оставляя легкий дымный след.

— Во ять… — мужик растеряно посмотрел на остатки сигареты, стряхнул их рядом с собой и задумался.

— Так как уезжали другие? — повторил вопрос Двигун.

— Да так и уезжали, — очнулся от размышлений собеседник. — Объявление о продаже на забор и в интернет. А сами даже вещи особо не забирали. Типа, им не шибко надо. Мне тогда дядя Миша так и сказал, что, типа, если что надо, то бери, пользуйся.

— Сказал, что на островах ему ничего не надо?

— Не, он вообще куда-то туда, — мужик ткнул пальцем в небо, — собирался. Какую-то другую планету осваивать. Они ж кто куда. На острова-то это тетя Лида. Генка говорил, что в большой город, типа, детей учить, — он вздохнул. — Тут тоже школа нормальная. Была. Эх, помнится мы пацанами, когда в школе учились…

— А вы не знаете, куда кто еще уехал? — снова перебил блогер.

Мужик наморщил лоб, глаза его уставились в невидимую точку.

— Ну это. — с усилием проговорил он. — Витька Мальцев со своими, говорят, куда-то в космос подался. Генка чуть ли не в столицу. Дядя Миша тоже, типа, в космос. Антоха? Хрен его знает, Антоху. Тоже куда-то учиться собирался, чтобы потом, типа, на другую планету кем-то там, а не просто. Гришка, который мелкий, на Катьке жениться хотел, они вместе с Антохой на такую же учебу.

— То есть, все поехали учиться и осваивать другие планеты?

Собеседник снова задумался. Разговор ему явно давался с все большим усилием.

— Ну все, кто куда поехал. Город-то большой. Говорят, первыми заводские слиняли. Как эти самопроводки сделали, заводской кабель всем нах не нужен стал. Они даже что-то продать умудрились. Тем, кто в общаге жил. Ну а что? Из общаги за три копейки выбраться! Потом они, правда, тоже. Но так никто не купил. — мужик криво усмехнулся. — Выходит, их на, это, ну в общем, понятно, что. Тепла и воды в квартирах нет. А кому оно нужно, если там, считай, не живет никто? Даже магазинов нет! Автолавка прлетает по вторникам и пятницам и на том спасибо.

— Ну а кто-нибудь еще остался?

На лице мужика нарисовалась полная уверенность, что он разговаривает с умственно отсталым.

— Я ж говорю, — пожал он плечами. — Я, да Григорич с Машкой. Может кто еще в городе. Но не знаю. Может и не осталось больше никого.

На экране снова показались высокие султанчики травы, пробивающиеся сквозь трещины в асфальте. Потом камера стала подниматься все выше. Стало видно всю растрескавшуюся дорогу, стиснутую заросшими обочинами, начинающими коситься заборами и стенами низеньких панелек. Они все уменьшались и в кадре оказались заросшие дворы, панельные здания с квадратами темных окон, темнеющий вдалеке какой-то промышленный комплекс, вероятно, завод. На фоне заброшенного города появилась белая надпись «И не осталось никого»

— Вот такая история. — сказал Двигун, сворачивая окошко ролика.

— Да-а-а — протянула Наташа. — Городок-то на Лещанск похож. Как представляю себе, что там такое случилось. Бр-р-р. Не по себе делается.

— Ну, — блогер развел руками как-бы извиняясь, — у нас все небольшие городки как-то, да похожи. Что за город Лещанск? Почему именно он?

— Потому, что я там родилась, — проворчала Наташа. — У меня там мама, родня. Вот случись там такое же. Вот как они будут? Если в Антипальму, то они уже не они будут. С ними уже ни посидеть, ни поговорить по-человечески не получится. Они уже чувств своих не слушают. Все под контролем. Жизненные ценности тоже не из детства, семьи, а от Антипальмы. С привычками тоже самое. Был свой образ жизни, стал эффективный. Ну и что от самого человека остается? А так да, все они там такие добрые. Выслушают, научат, организуют. Работу, жилье, досуг и даже личную жизнь. А какая же она тогда личная?

— А если ваша мама, ну предположим, будет в Антиальме, то она уже не будет она?

Наташа молчала. На лбу Двигуна внезапно выступил пот. Он смахнул его, не отрывая от нее взгляд.

— А если Лиля попросит вступить в Антипальму?

Наташа потерла висок. Двигун ждал. В воздухе висело молчание, нарушаемое только доносящимся откуда-то едва слышным журчанием воды.

— Я не решила, что выберу, — наконец сказала Наташа. — Лилю с Антипальмой или жизнь без Антипальмы и Лили. Я хочу быть собой. Хочу чувствовать и жить, ощущая жизнь. Радоваться, страдать, смеяться, плакать. Жить, как по судьбе, а не выполнять программу, как робот. Наверное, робот эффективнее. Только будет ли это жизнь?

Двигун дослушивал Наташу с открытым ртом.

— Ого! Черт! Где камеры? Вот это откровение! Слушайте, давайте я сниму хотя бы на смартфон? Готовы повторить?

— Нет.

— Вы меня убили! Одним словом. Совсем.

— Надо перестать напрягаться, пусть все идет, своим чередом, — порекомендовала Наташа.

— Угу. Много мыслей, мало счастья, — задумчиво добавил Двигун.

Он вопросительно посмотрел на нее. В глазах Наташи промелькнуло узнавание.

— Ты это смотрела! — завопил блогер, подскакивая на месте. — А я-то думаю, чья это розовая скакалка валяется у бассейна?

— Моя, — угрюмо сообщила Наташа.

— Круто! И восьмерки получаются?

— Ну… — Наташа покраснела. — Несколько раз. Потом сбиваюсь.

— Блин! — Двигун посмотрел на нее с восхищением. — Я даже не представляю, как их делают. То есть, когда смотришь, то все понятно, а вот практически.

— Стоп. А зачем тебе?

— Так ведь выносливость же развивает. С моей работой, — он вздохнул, — без выносливости никак.

— Да, про выносливость я тоже помню. Там же и про расслабление.

— Которое для жизни также необходимо, как и физические упражнения. — закончил за нее Двигун, изображая человека, согнувшегося пополам.

Оба захихикали. Наташа изобразила ту же позу, и хихиканье перешло в громовой хохот.

— Да, сериал Горный, классный, — сказала она сквозь смех. — Чего его ругают?

— А, — махнул рукой Двигун, продолжая хихикать, — называют низким пошибом, а на самом деле, жлобство и вкусовщина. Типа, не смотрели, но осуждаем. Добавим за здоровье критиков? — он постучал пальцем по стакану, принимая картинную позу, передразнивая кого-то.

Наташа, только что прекратив смеяться, прыснула снова.

Глава 41

03.07.2029 15–50 Мальдивы Смапрохилодус

Незаметно они с Двигуном перебрались на кухню за добавкой. Наташа взглянула на часы в микроволновке и удовлетворенно хмыкнула. До Встречи было еще немало времени, так что можно не торопится.

Наташа указала Двигуну на высокий стул, а сама принялась суетится, перебегая от одного шкафчика к другому, заглядывая в ящики, перебирала их содержимое и хлопала дверцами.

— Хочу угостить тебя своим коктейлем, — пояснила она, сливая в шейкер содержимое нескольких бутылок.

Взболтав посуду, она не без усилия открыла ее, попробовала, недовольно поморщилась. После секундного раздумья подсыпала какого-то порошка и снова взболтала. Попробовав результат, скривилась совсем и вылила в раковину.

— Забыла рецепт, — сказала она, со вздохом разводя руками. — Крепкая у тебя настойка. У бедной женщины всю память отшибла.

Наташа задумчивопосмотрела на бутылки за прозрачной дверцей шкафа, и с видом студента, догадавшегося до ответа в билете, рванула оттуда ту, этикетка которой показалась ей знакомой. Попутно она снесла локтем три, уже стоящих на столе. Те вдребезги разлетелись по полу, покрывая его смесью из осколков и содержимого. Кухня моментально наполнилась сложной смесью ароматов и жужжанием пробуждающейся уборочной техники.

Закладка:

Самозваная барледи досадливо покосилась на осколки и, осторожно поставив выуженную из шкафа бутылку, потянулась за новыми. Она дернула дверцу, но та не поддавалась. Дернула еще раз. С тем же результатом. Схватилась за соседнюю. Та тоже упорно отказывалась открываться.

— Вот блин… — ругнулась Наташа. — Долбаную автоматику, похоже, заклинило.

Она стала оглядывать пространство в поисках чего-нибудь годного для взлома. Взгляд упал на барный нож. Наташа сгребла его и двинулась к упрямому шкафу, пинком подвигая втягивающего жидкости уборщика и отталкивая гурика, занятого сбором крупных осколков. В шаге от дверцы Двигун мягко придержал ее за локоть.

— Да ну его, коктейль. Это ж, — он показал на шкаф, — все равно синтетика. Да, хорошая, но все-таки… А у нас есть самый натуральный продукт. Еще не пробованный. И, я думаю, очень интересный.

— Да? — Наташа повернулась к нему с интересом во взгляде.

— Да! Настоящая грушовка! Прям один в один как та, что упоминается в знаменитом романе Гашека! Ну там, где Швейк с арестовавшим его полицейским идут от кабака к кабаку.

— Ну да, — потупилась Наташа. — Кажется, припоминаю.

Она позволила отвести себя к столу, той части, где стоял подаренный Двигуном ящик. Из распахнутых дверец была извлечена кривоватая бутылка с уже знакомыми этикетками, заявляющими о лучшей в мире выпивке.

— Можно? — Двигун забрал у Наташи нож, выщелкнул штопор и вонзил его в пробку.

После нескольких глотков зеленовато-желтой жидкости вместо ожидаемого расслабления Наташа почувствовала озорной зуд. Хотелось чего-нибудь сделать. Может быть, не очень хорошее, но смешное, забавное, над чем можно посмеяться. Ну или, хотя бы, удивить чем-то, что-то показать и посмотреть самой.

— Слушай, — она тронула Двигуна за руку. — Чего мы тут сидим? Хочешь искупаться? Или можем покататься на лодке. Тут лодки плавают на воде и под водой.

— Чего? — он пружинисто подскочил. — Конечно хочу! Искупаться-то можно где и когда угодно, а вот на лодке, да еще под водой!

Наташа встала перед гуриком, собирающим осколки.

— Мы хотим прокатится на лодке. Покажи, где она, — распорядилась она.

Тот отложил совок и жестом пригласил следовать за ним.

Когдаони вышли на террасу, лодка уже стояла там. Машина с плоским дном, верхняя часть которой состояла из огромных обзорных окон.

— Ух ты! Какая красавица! — завопил Двигун.

Он подошел вплотную к лобовому окну и заглянул внутрь:

— Надводная и подводная! Отлично придумано!

Подхватив Наташу под локоть, он втянул ее вовнутрь.

Дверь с тихим шипением закрылась. Машина оторвалась от земли и, едва касаясь травы, полетела к морю.

— Как-то глупо на курорте сидеть в герметичном салоне, — заметил Двигун, постучав пальцем по окну. — Вокруг океан, свежий воздух. Давай откроем проемы?

— Открыть окна, — распорядилась Наташа.

Секунду спустя она подумала, что, наверное, правильно было бы сказать «иллюминаторы», но автоматика уже сообразила, чего от нее хотят. Прозрачные проемы стекли куда-то вниз рамок, открывая пассажиров всем ветрам и брызгам.

Ветер ударил в лицо, и Наташа, вцепилась в поручни, глядя как снова засуетился Двигун. Он не обращал внимания ни на ветер, ни на брызги, ни на океан, плещущийся за бортом, о котором сам только что говорил. Блогер шарил по карманам, в конце концов досадливо сплюнул за борт и вытащил смартфон, наводя встроенную камеру на остров.

— Дроны-то все на острове остались, — пояснил он. — Отдельные камеры тоже. Придется снимать на смарт. Как чайник.

— Интервью снято. Сейчас ты отдыхаешь. Или я ошибаюсь?

Двигун посмотрел на смартфон, будто только его увидел, со вздохом сунул его в карман.

— Не, не ошибаешься. Это работа не отпускает. Вижу хороший кадр и… — он изобразил будто что-то держит перед глазами. — В общем, руки хватаются за камеру.

— Внимание! — раздался механический голос. — Погружение через три минуты. Просьба занять свои места и пристегнуть ремни.

— Да ну его! — отмахнулся Двигун. — Прям платная экскурсия по Египту или самолет какой-то.

Он остался на ногах и даже слегка перегнулся через борт, будто пытался что-то высмотреть в глубине за ним.

— Внимание! — снова зазвучал автомат. — Погружение через две минуты. Согласно требованиям безопасности, пассажиры обязаны занять свои места и пристегнуться.

— Уже обязаны. — тоскливо проронил Двигун. — Кому обязаны? Чем обязаны?

— Внимание! Соблюдайте требования безопасности. У пассажиров остается тридцать секунд. В противном случае погружение будет отменено.

Наташа скорчила брезгливую гримасу.

— Наташ! А давай ты отменишь это дурацкое требование? — попросил блогер. — Занять! Пристегнуть! А то впечатление, будто это не курорт суперлюкс, а какая-то дешевка третьего сорта.

Наташа тряхнула головой. Принуждение со стороны автоматики, которая создана для того, чтобы делать жизнь удобнее и приятнее, а не создавать лишние хлопоты. Этак еще немного и…

— Для меня и Двигуна требования безопасности подводной прогулки отменить, — приказала она.

Автомат трижды переспросил и согласился.

Гребешки волн стали плескаться все ближе к открытому проему. Одна волна, возвышавшаяся над другими, звучно шлепнула о борт и брызги фонтаном взметнулись напротив торжественно стоящих пассажиров. Наташа с визгом отпрыгнула назад, чуть не сбив стоящего рядом Двигуна. Еще пара волн успели едва лизнуть край проема, прежде чем он закрылся.

— Надо же! — блогер осмотрел салон, — ни одной капли внутри. Театр, да и только. Я уже поверил, что нас действительно зальет. Безопасность-то отключили.

Он обнял Наташу, продолжавшую стоять в середине салона, и опасливо косившуюся на воду, до половины закрывшую иллюминаторы.

— Что-то мне как-то невесело. — пробормотала она.

Лодка двигалась по мелководью.

Сквозь большой иллюминатор под ногами виднелось песчаное дно, состоящее из небольших холмиков. Вокруг лодки радужными стайками носились мелкие рыбки, вспыхивающие отдельными искорками в пробивающихся с поверхности лучах солнца. Вода казалась прозрачной как воздух, но посмотрев дальше, Наташа увидела, как дно постепенно теряет очертания и растворяется в бирюзовом тумане.

Когда показалась каменистая гряда, движение лодки замедлилось. Она неторопливо приблизилась, давая пассажирам заглянуть за границу острова. Дальше, за грядой, такой уютный, прогретый солнцем песочек заканчивался и остров обрывался в темноту океанской бездны.

— Мне страшно!

Наташа прижалась к блогеру. Он обхватил, прижал к себе, почти касаясь губами уха.

— Все будет хорошо, — прошептал он. — Это экскурсия. Вокруг системы безопасности. Монстров здесь нет.

Лодка нырнула за край острова. Двигун едва удержался на ногах, подхватывая все еще подрагивающую Наташу.

— Может присядем? — предложил он, подтаскивая ее к креслам.

Наташа позволила себя усадить, пристегнулась, но руку Двигуна не отпустила.

Вода в иллюминаторах становилась все темнее. На носу лодки включился прожектор, выхватывающий широким лучом редких обитателей глубины, моментально скрывающихся за пределы светового конуса. В пятне синеватого света показались огромные валуны настоящего океанского дна. Лодка приняла горизонтальное положение. Прожектор по-прежнему светил на дно, давая возможность получше рассмотреть унылую картину из редких серых невзрачных рыб, безжизненных камней, и проплешин грунта между ними, где торчали то ли растения, то ли похожие на растения существа. Где-то вдалеке из темноты мерцала россыпь разноцветных огоньков.

Нос лодки развернулся к подводному созвездию и огоньки стали быстро увеличиваться, постепенно делаясь все ярче и больше, пока не превратились в маяки, окружающие контуры подводного завода. Из ворот этого фантастического здания, больше похожего на огромный космический корабль, один за другим ровной цепочкой выплывали контейнеры и исчезали где-то в темноте.

Для Наташи все это выглядело непонятным, таинственным и пугающим. Одно дело остров с пляжами и автоматикой, поднимающий комфорт на заоблачную высоту, и совсем другое то, что под этим островом творится.

Закладка:

На коммуникаторе показалось сообщение от лодки: «Чтобы прослушать лекцию сопровождающую экскурсию, наберите 100. Чтобы сократить этот этап экскурсии наберите 150».

Наташа набрала 150.

Лодка обогнула завод, давая пассажирам насладится его видами, после чего задрала нос и начала всплытие.

Когда солнце залило палубу и коснулось лица Наташи, та почувствовала, как что-то, судорожно сжимавшееся внутри все то время, пока они были под водой, наконец-то расслабилось и разжалось. Она с удивлением обнаружила, что все еще держит Двигуна за руку, и отпустила ее. Но блогер снова взял ее за руку и крепко сжал.

«Это он до сих пор боится? — подумала Наташа. — Понимаю. Ладно, будем дальше за ручки держаться.»

— Было очень интересно, — сообщил Двигун. — Давай заплывем под дно острова. И пожалуйста, можно я поснимаю?

Наташа озвучила автоматике лодки пожелание. Когда кораблик пришел в движение, она усмехнулась.

— Ну что же с тобой делать? Снимай!

Двигун наконец-то отпустил ее руку и вытащил смартфон.

«Ничто так не отвлекает… мужчину, как любимая игрушка» — Наташе вспомнилась фраза из сериала.

Лодка погружалась. Вокруг снова потемнело, но это была только тень острова. По бокам вода оставалась ярко-голубой и мрак бездны был только в иллюминаторе под ногами, куда Наташа старалась не смотреть.

Двигун навел смартфон на Наташу. Та улыбнулась и, махнув на него рукой, отвернулась к иллюминатору. Он забежал с боку, приседая на корточки, и окликнул ее.

— Перестань. Ты меня смущаешь, — попросила Наташа.

— Ладно-ладно. — сказал он, переводя объектив на подводное пространство.

Глава 42

28.03.2025 Москва 19–30

Браслет на ее руке пискнул, показывая сообщение: «Приглашаем вас пройти в буфет. На входе заберите ваш витаминный напиток»

Это было кстати. На работе из-за спешки поужинать не удалось, да и пить хотелось уже давно.

Автомат с напитками Наташа заметила еще издали. Несколько странный по виду, но это был несомненно он. Люди подходили, называли дежурному возле него свои фамилии, тот, сверяясь с планшетом, тыкал на обычном квадратике кнопок какой-то код, после чего в недрах автомата что-то крякало, жужжало, и в конце концов бухало в прозрачную дверцу бутылочкой с желтоватым напитком.

— Подходите, не стесняйтесь, — предложил дежурный.

Она, гордо выпятив грудь, шагнула к автомату и получила свою бутылочку, оказавшуюся прохладной на ощупь, едва влажной от мельчайших капелек, которыми покрываются все холодные предметы. Плещущееся за прозрачным пластиком содержимое походило на некогда популярную апельсиновую газировку, только без газа. На боку красовалась этикетка с Наташиной фамилией.

Наташа повертела ее в руке, и, ни к кому не обращаясь, спросила:

— А если я не хочу пить? Если я такое не пью?

— Да, что вы такое говорите? — услышала Наташа рядом знакомый голос.

Ее тезка в фиолетовой блузке, недавно интересовавшаяся у Наташи, из которого института та прибыла, стояла, благоговейно держа такую же бутылочку.

— Конечно вы это пьете, — уверенно вещала та. — Витамины повышают шанс застиллится в полтора раза.

— Э-э-э… Да, конечно, — согласилась Наташа, ретируясь в буфет.

Там оказалось весьма людно. В воздухе витали запахи сдобы, колбасы и кофе, исходившие от стоящего посередине «шведского» стола, щедро уставленного закусками и стопками картонных одноразовых тарелок. Правда, возле стола никто не толкался, каждый старался пропустить другого и, по возможности, помочь, если тому было далеко за чем-то тянуться.

Наташа, не без оснований считая себя опытным работником общепита, решила продегустировать все, что было предложено. Неудобство было лишь в том, что в сервировке стола отсутствовали ножи, а размеры бутербродов сильно отличались от канапе. Тогда выбрав несколько разновидностей, она взяла по одному бутерброду от каждой, и с чувством их смолотила. Оказалось неплохо. Особенно ей понравилось нечто, похожее на рыбную пасту, которую зачем-то украсили сверху горошинкой крошечного помидора. Для уверенности, что вкус оценен правильно, она навалила на бумажную тарелку кучу бутербродов, повторив дегустацию в обратной последовательности. Да, она была готова лично выразить свои восторги местным работникам холодного цеха. Особенно, если те снабдили бы ее своей продукцией на вынос. С сожалением оглядевшись, Наташа отметила, из всей тары только картонные тарелки.

«Жлобы, — мысленно проворчала она. — Жалко им несколько бутербродов, что ли? Все равно остатки стола на выброс пойдут. Говорят, сумки отобрали, чтобы Встречу не записывали. Ну да, ну да…»

Запивать бутерброды приходилось из своей бутылочки, других жидкостей на столе не было. И горьковато-уислый напиток с резким аптечным запахом как-то не очень вязался с пряными закусками. К ним куда лучше подошел бы кофе. Натуральный. И его запах она уже чувствовала, только пока не видела.

Наташа огляделась повнимательнее. Заметив мужчин, пьющих кофе, она оставила свои витамины на столе, отправившись искать, где его наливают.

Поиски привели в закуток с маленькой стойкой с кофемашиной и симпатичным юношей бариста. Желающие стояли в очередь, и Наташа пристроилась за коротко остриженным мясистым затылком. Когда она поравнялась с бариста, тот развел руками:

— Девушка, кофе только для сотрудников. Участникам Встреч кофе пить вредно.

«Черт! — мысленно выругалась Наташа. — Ведь у всех на шее висели синие карточки. Где были мои глаза?»

Кофе, конечно, лучше, но сейчас, при острой сухости во рту, и любая витаминная болтушка будет в радость. Наташа поспешила туда, где оставила свою бутылочку. Бутылочки на столе не было. На столе вообще не было никаких бутылок. Ни ее, ни чьих-то еще. Чувствуя, как солоноватая сухость болезненно стягивает рот, постепенно подбираясь к основанию языка, она растерянно зашарила глазами по залу, двинувшись в поисках пропажи.

Кто-то окликнул ее по имени. Обернувшись, она увидела Арсения.

— Наталья, это ваше, — сказал он, протягивая ей потерянную бутылку. — Пейте.

— Ой! Спасибо!

Наташа почти выхватила ее из рук, сделала глоток, и горьковатая влага живительным потоком влилась в горло.

— Пейте-пейте… А то скоро Встреча, а вы не готовы. И не бойтесь. Витамины, минералы и прочие компоненты не опасны. Они полезны. Состав напитка увеличивает вероятность инициации. В прочем, вы и сами об этом знаете. Это разработка моего стилла. За качество отвечаю.

Пока он говорил Наташа полностью осушила бутылку. В голове у нее шевельнулся вопрос, что значит «моего стилла»? Она хотела было спросить, но не успела.

Рядом с ними вынырнул из толпы, Федор Николаевич. Наскоро поздоровавшись с обоими, он довольно долго, по мнению Наташи, держал руку Арсения, глядя на того с выражением надежды и восторга, будто тот был какой-то невероятно значимой фигурой.

«Видно, Арсений не простой сотрудник. Не нужно мне теряться» — подумала Наташа.

— Наталья, наша спасительница! — Кивнул на нее Федор Николаевич.

— Арсений, Наталья обещает привести на наши Встречи женщин, при том много. Говорит, что приведет сколько, сколько нам понадобится. Сегодня она на разведке.

Наташе показалось, что тот очень сильно удивился, будто ему сообщили нечто невероятное.

— Наталья, вы настолько общительны? Это прекрасно!

— Я сказала, что если мне понравится, то приведу подруг.

— Значит сделаем так, что вам обязательно понравится! — объявил Арсений, — Я оформлю пропуск за кулисы, так сказать, и проведу экскурсию.

Наташа еще ничего не успела сообразить, но ее рот, будто живя своей жизнью, выдал:

— Спасибо, я лучше все сама посмотрю.

— Посмотрите, конечно. Как только Встреча окончится. Вот, прямо сейчас оформляю вам допуск, — он быстро тыкал пальцем в планшете. — Готово! Охрана вас пропустит.

— Спасибо!

Наташин браслет пискнул, высвечивая сообщение: «Пройдите в кабинет восемь». Она не хотела спешить. Ей казалось важным поболтать подольше с Арсением и Федором Николаевичем.

Закладка:

Человеческая масса задвигалась к выходу. Арсений, глянув поверх голов, кивнул, переводя взгляд на Наташу.

— Наталья, вы идете? Вам же пришло приглашение в кабинет номер восемь.

«Слышал писк и точно знает, когда должны приходить какие сообщения» — подумала Наташа.

— Иду. Я думала, что это не срочно.

— Понятно. Сейчас исправим, — сказал Арсений, поворачиваясь к Федору Николаевичу.

Наташин браслет снова пискнул.

Арсений, предупредительно подняв палец, попросил зачитать сообщение вслух.

— Срочно пройдите в кабинет восемь. В коридоре налево, через четыре двери, — прочитала она и со вздохом добавила. — Теперь уже пишут, что срочно нужно идти. Придется.

Разворачиваясь к двери, Наташа услышала голос профессора.

— Арсений, ваш искин работает великолепно! Он выполняет невысказанные пожелания, исходя из контекста происходящего. Это про…

В восьмом кабинете оказалось тоже людно. Новичкам выдавали наушники, помогая установить их связь с браслетом. А те путались и тормозили. Ассистенты с невозмутимым видом проводили все процедуры заново, не обращая внимания на капризы, как техники, так и людей.

Наташа, получив свой комплект, молча протянула его молодому человеку с синей карточкой, тот также молча потыкал в наушник и браслет, после чего вернул ей, сделав прощальный жест.

«Глухонемым прикидывается» — подумала она, выйдя из кабинета и выискивая взглядом указатели.

Все происходящее ей напоминало подготовку к празднику в младших классах. Пока она шла, следуя стрелочкам, ей встречались то растерянно стоящие, то восторженные люди. Кто-то пытался с кем-то заговорить, кто-то тупо глазел на бумажные стрелки, то ли силясь прочитать, то ли внезапно задумавшись, а стоит ли ему туда идти?

Наташе это было непонятно. Собрался — иди, не хочешь идти — не собирайся. О чем волноваться? О том, что конфет не достанется? Или о том, что кто-то посмотрит не так?

За дверями с вывеской «Зал Встреч» царил сумрак, а воздух был прохладен и пах ванилью с горьковатой примесью неизвестной Наташе пряности.

Глава 43

03.07.2029 16–10 Мальдивы Смапрохилодус

Впереди тень делалась совсем темной. В этой темноте виднелась уже знакомая россыпь разноцветных огоньков. По мере того, как они приближались, становилось все лучше видно, что это маячки, установленные на углах и выступающих деталях. И все это, вопреки ожиданиям Наташи, ожидавшей увидеть каменную поверхность, матово поблескивало металлом. Дно острова больше походило на днище гигантского корабля и недавно виденный подводный завод.

Лодка подошла к огромному люку, окруженному круговыми огнями, медленно вплыла вовнутрь. На мгновение стало совсем темно, но тут же вспыхнули светильники и стало светло, как днем.

Лодка приблизилась к стене вплотную и замерла. Послышалось тихое шипение. Иллюминаторы на мгновение покрылись множеством мелких пузырьков. Как только пузырьки исчезли, люк лодки раскрылся.

За порогом виднелось просторное помещение, лишенное дизайнерских изысков. Все было строго и функционально. На стенах кроме мониторов виднелись аналоговые шкалы со стрелочками и надписи. На выделенных участках стен красовались большие красные цифры.

Двигун выскочил наружу, бегло осмотрелся.

— Технический отсек, — заключил он с видом знатока. — Ладно. Теперь твой торжественный выход.

Блогер навел смартфон на проем люка, через который виднелся салон лодки и Наташа. Та высоко подняла подбородок, подражая героям виденных ею торжеств, и шагнула наружу.

На втором шаге ее нога зацепилась за край переборки. Наташа потеряла равновесие и с размаху рухнула на пол.

Еще несколько секунд блогер снимал, ища наиболее эффектный угол, после чего, видимо сообразив, что он не только свидетель, но и участник события, принялся помогать Наташе встать.

— Наверно мы слишком много выпили. — пробормотал Двигун, поддерживая Наташу.

Он посмотрел на ее помрачневшее лицо, и немного помолчал.

— Или наоборот. Мы выпили слишком мало? — предположил он. — Надо добавить.

Наташа, обрадовалась смене темы с ее падения на более нейтральную, сделала вид, что только что ничего не случилось.

— Предлагаешь добавлять прямо здесь? — она обвела рукой стены, утыканные рычажками и приборами. — Ниче так, романтично.

Двигун скорчил рожу, должную выразить, что он еще и не в таких местах бывал, после чего добыл из сумки бутылочку с желтовато-зеленой жидкостью. Покрутил ее перед собой, посмотрел на просвет.

— У меня сейчас только это. Продукт из даркнета, — блогер скорчил страшную рожу. — Типа, настойка на каких-то хитрых травках по рецепту настоящего шамана, сделанная для охотников. Чтобы они могли часами и днями без сна и отдыха преследовать добычу. Стимулятор, короче говоря. Меня, правда, предупредили, что коль шаман делал, то результат такой… — он помахал пальцами в воздухе. — У кого чего стимулирует. Вроде как, фокусирует на чем-то. А на чем, это лотерея. Рискнешь?

— Давай! А то я на ходу засыпаю. Только я одна это пить не буду. Даже не думай.

Двигун тряхнул головой и извлек из кармана маленький складной стаканчик. С видом полной решимости он наполнил его до краев и протянул Наташе.

Она с подозрением посмотрела на содержимое стаканчика и на самого Двигуна.

— Только после тебя.

Он пожал плечами, и с усмешкой подмигнул.

— За вас, прекрасная Наталья!

Залпомосушив стаканчик, он слегка скривился и снова наполнил его, слив все, что оставалось в бутылочке.

— Пей все разом до дна, — посоветовал он.

Наташа неловко приняла стаканчик, едва не выскользнувший из ее пальцев.

Она пригубила напиток. Тот имел острый привкус и пах ромашкой, мелиссой и чем-то еще, сильно напоминающим микстуру от кашля, которую ей неоднократно приходилось пить в детстве. Решив, что блогер — дурень, которому продали какую-то травяную аптечную настойку, от которой не то, что вреда, но и вряд ли вообще что-то будет, Наташа последовала его примеру, и в несколько глотков выпила содержимое стаканчика.

— Наташа, ты моя прелесть, — объявил Двигун, забирая опустевший стаканчик, — Смелая женщина, не побоявшаяся употребить некий стимулятор из даркнета! Это сильно!

Взгляд блогера затуманился, а дыхание заметно участилось.

«Что-то его как-то быстро развезло… — подумала Наташа. — Это от ромашки с мятой-то… Похоже, ему добавлять точно ничего не следовало»

Она почувствовала, как он мягко притянул ее к себе. Его руки оказались на ее спине, и они мягко гладили ее все ниже и ниже. Теплая волна пробежала от головы до самого низа живота. В висках зашумело. Стало душно, и она задышала, хватая ртом воздух, которого внезапно оказалось мало. Перед глазами все несколько расплылось и расплывшееся лицо Двигуна оказалась совсем близко, так, что она почувствовала его дыхание.

Когдаего губы почти коснулись ее, резко завопил сигнал Наташиного комуникатора.

Наташа высвободила руку и, рассмотрев экранчик, с секунду боролась с искушением швырнуть его в стену.

«Может быть сейчас сообразят, что ошиблись и отключатся?» — подумала Наташа, раздумывая не снять ли браслет коммуникатор и не выкинуть ли его подальше. Тот продолжал трезвонить вызовом и елозить на руке, показывая что-то на экранчике. Она прочитала кто звонит, и поняла, что нет, не ошиблись.

— Надо ответить, — хрипло сообщила она Двигуну, слегка отстраняясь и нажимая прием.

— Привет! — сказала она в трубку как можно дружелюбнее.

— Наташенька, — тут же затараторил, задребезжал знакомый женский голос, — приглашаю тебя на День Рождения Петеньки. Приедут все наши. Бондаревы, Ивановы и дядьки твои и Лариса… — в скороговорке появилась пауза, но слишком короткая, чтобы в нее можно было что-то вставить. — Собираемся в субботу, а ты прилетай в пятницу с ночевкой. Поговорим. Твоя мама и сын в субботу приедут сами или с тобой? Ой, где это ты? Я думала ты на курорте.

Закладка:

— Здравствуйте, тетя Люся, — сказала Наташа пожилой женщине, подслеповато вглядывающейся в камеру.

Та удивленно посмотрела куда-то, будто за спиной Наташи появилось нечто неожиданное.

Наташа обернулась и обнаружила за собой улыбающегося Двигуна. Повернулась к смартфону. Тетя Люся все еще молчала, продолжая вглядываться в блогера.

— Ой, да ты не одна, — в конце концов прокомментировала она.

— Даю интервью известному блогеру Двигуну, — пояснила Наташа. — Он специально прилетел ко мне на Мальдивы из Мексики.

Наташа сделала важное лицо и подвинулась так, чтобы известный блогер оказался полностью в кадре.

— Двигун, — представился тот, делая улыбку еще шире. — Рад с вами познакомится. Наташа столько рассказывала о вашем родном городе. Я и представить не мог, какое это замечательное место! Вам просто сказочно повезло, что вы общаетесь с такой умной и обаятельной женщиной, как Наташа. Она просто бесценна!

Двигун изобразил руками рамочку кадра, наводя ее на Наташу.

— Наталья, — почти пропел он, — надо продолжать. Время не ждет!

Картинка на экране смартфона дернулась. Лицо тетушки сменила трава крупным планом, угол старого домика и белая козья морда. Из-за кадра донесся вопль самой тетушки.

— Куда пошла?! Куда полезла!?… Корова!

Через секунду на экране вновь показалось лицо тети Люси. В этот раз оно было гневно перекошенным.

— Скотина! — заявила тетя. — Зажевала веревку и удрала! Весь молодой виноград сожрала! В общем, я потом перезвоню. Пока.

Наташа выключила смартфон, чувствуя, что от теплой волны нет никакого следа. Удушья тоже не было. В висках по-прежнему шумело, но перед глазами ничего не расплывалось. Наоборот, все стало предельно четким. Мысли приобрели законченность и легкость, будто на любой возникающий вопрос кто-то сразу же давал ответ. И, она это чувствовала, ответ был правильным. Мир вокруг стал просторным и она, Наташа, в этом мире была абсолютно свободна. Настолько, что на несколько мгновений у нее закружилась голова.

— Интересно люди живут, — заметил Двигун, пытаясь снова ее обнять.

Наташа легко уклонилась и уверенно зашагала к люку с надписью «выход». Блогер поспешил следом.

Глава 44

3.07.2029 16–20 Мальдивы Смапрохилодус

На экране толстая, почти круглая девушка в матроске и короткой юбочке, только-только прикрывающей зад, несколько минут искала лифт. Она заглядывала во все щели и за все выступы технического помещения. Около стены стоял тощий, сутулый мужик в одежде, явно не по размеру, снятой с могучего плеча брата. Он стоял около лифта, может случайно, а может намеренно, заслоняя его условное обозначение.

Влад оторвался от экрана и улыбаясь спросил:

— Вася, почему Наташа и Двигун так странно выглядят?

— Это предельно адекватный их вид в стиле анима. Ты сам хотел. Изменить?

— Оставь.

Влад перестал прислушиваться о чем переговаривались нарисованные герои, он наблюдал за оке.

Леша с Аней следили за происходящим на экране, как за приключениями киногероев. Им явно мешал яркий свет в салоне утки и не хватало попкорна. Временами они обменивались мнениями «я же говорил» и «я так и знала»

— Ребята, не забывайтесь. Это не мультфильм, а реальность, — отвлек их Влад.

— Да, я понимаю. — ответил Леша, не отрываясь от экрана, — Никто не поверит, если я расскажу, что у меня работа мультики смотреть.

Лешу одернула наставница:

— Леша, ты не мультфильм смотришь, ты следишь за объектом. Помни это.

Влад неторопливо расхаживал по кабине утки взад и вперед. Он вздрогнул, останавливаясь и на его лице озабоченность сменилась решимостью:

— Не нравится мне, стимулятор, которым Двигун угостил Наталью. Вряд ли ей пойдет на пользу продукт из даркнета. Вася, изменения в показателях здоровья Натальи есть?

— Пока все в пределах нормы.

— Карина и Леша, выходим в поле. Всем завасится. Аня останется здесь, у пульта.

Влад достал из шкафчика три коробочки и подал одну из них, обращаясь к Леше:

— Завасится, это значит вставить наушники под управлением Васи.

Леша повертел коробочку в руках, явно не понимая, что с ней делать. Карина показывая ему, как вставить наушники спросила:

— С Лешей мне идти?

— Да. Покажи ему, как не попадаться на глаза подопечного. Вася направит вас на место дежурства. Я подожду Наташу недалеко от выхода лифта, а там посмотрим на ее поведение.

Глава 45

03.07.2029 16–30 Мальдивы Смапрохилодус

Пока они поднимись на лифте, Двигун порывался обнять Наташу, но она пресекала попытки.

— Мы же никуда не торопимся? — она внимательно посмотрела в его глаза. — Правда?

И она действительно не торопилась обниматься и делать все, что могло быть в процессе и позже. До нервной дрожи хотелось чего-то большого и серьезного. А объятия, секс и тому подобное серьезным и большим не казались. По крайней мере, в тривиальном варианте развития.

«Доведу его до экстаза! — пронеслось в голове Наташи. — Пусть воспылает страстью, хочу чтобы он мною восторгался. Хочу стать богиней в его глазах. Сначала буду прекрасной и не доступной, а потом снизойду. А то последнее время не секс, а слезы. Пусть этот день запомнится мне… ему навсегда!»

В ее воображении возник Двигун, приносящий ей утром в постель свежесорванные бананы. Там же были картинки с лунной ночью, океаном, детьми, маленьким огородиком под пальмой и козой. Наташа улыбнулась.

Приняв решение, Наташа ощутила прилив сил. Четыре года она не чувствовала такого вдохновения.

Двери лифта открылись в каменном гроте, спрятанном за цветущим кустарником. Они вышли, и двери с тихим шипением закрылись за ними, сливаясь с каменными стенами. Теперь это был участок стены, по виду которого вряд ли бы удалось догадаться, что за ним вход на технические этажи.

Наташа оглядывалась по сторонам в поиске того, что подойдет для воплощения ее идеи. В голове четко, как перед глазами, возникла недавно виденная карта острова. И тут, как вспышка ослепительного света, возникло озарение. Тут были сразу и план, включающий самые мелкие детали с шагами их воплощения, и уверенность в том, что все получится, и восторг, громкий и звонкий, как хрустальные бубенчики.

Все было придумано. Осталось действовать.

— Иди в гостиную, я скоро приду! — крикнула она Двигуну уже на бегу.

Наташа пронеслась мимо озерца, к небольшой крытой сцене под открытым небом, установленной между площадкой для барбекю, пальмовой рощицей и центральным бассейном, на ходу раздавая приказы гурикам. Где-то мимоходом она успела удивиться, как ей легко удается превращать в команды возникающие в голове идеи.

Прибежав к сцене, она быстрым шагом, обошла ее и все вокруг. Тут же отдала новые распоряжения подоспевшим роботам и убедившись в том, что те делают именно то, что ей нужно, неторопливо направилась к вилле.

Двигуна она обнаружила лежащим в шезлонге у бассейна. Незаметно подкравшись, Наташа набрала в легкие побольше воздуха:

— Кстати, — громко объявила она, — ты еще не видел подводную спальню.

Он подскочил, как подброшенный пружиной. На мгновение замер, и рванул к дверям виллы.

— А, ну да! — бодро сказал блогер. — Что же ты стоишь? Идем быстрее. Смотреть.

— Это спальня Лили, — как бы «про между прочим» уточнила Наташа.

— Все равно. Надо посмотреть!

Они спустились на два этажа вниз, прошли в открытый люк, и оказались в широком холле, обшитым светлым деревом. На стенах холла в строгих рамах висели экраны с подводным пейзажем кораллового рифа, будто это были окна, за которыми сновали маленькие разноцветные рыбки. Круглый проем винтовой лестницы, ведущий вниз, виднелся в самом конце коридора. Голубоватый свет падал снизу на ребристый потолок и отражаясь от изогнутых панелей, растекался по всему холлу.

— Туда, — сказала Наташа, показывая на перила.

Двигун шагнул первым, развернулся и подал ей руку. Она оперлась на нее и почувствовала, что рука блогера горячая и дрожит.

Закладка:

«Нервничает он что ли? — подумала Наташа. — Надо было его занять чем-нибудь другим. Зря меня понесло ему спальню показывать. Лучше бы его было оставить валяться на солнышке. Когда же эти роботы все подготовят?»

Лестница, оканчивающаяся в полу спальни, переливалась в голубоватом свете, пробивающемся сквозь толщу воды за иллюминаторами, больше похожих на панорамные окна. Где-то выше, над ними колыхалась поверхность воды, из-за чего яркие пятна света постоянно сменялись тенями и наоборот. К этому сложному, постоянно изменяющемуся узору, то и дело, добавлялись тени от проплывающих за стеклом рыбешек и прочей морской живности, делая световой рисунок совершенно непредсказуемым.

Завораживающая чехарда света и тени бегала по глухой части стены и куполу потолка, огромной кровати, стоящей по центру, холсту на мольберте, столу с карандашами и оставленному на нем рисунку.

Рисунок был незакончен. На нем стайка тропических рыбок, подсвеченная голубоватой туманностью, плыла в космосе между астероидов и пузырей не то воды, не то воздуха. Лиля, видимо, хотела добавить еще деталей, но ее что-то срочно отвлекло. Наташа помнила, что подруга обычно не бросает карандаши россыпью, а убирает их в пенал.

На холсте, стоявшем рядом со столом, пылал неземной закат. Нежно-розовый над острыми горными вершинами он перетекал в оранжевые сумерки, становящиеся почти красными над озером и городом, стоящем на его берегу. Судя по всему, это был Латозон и его столица Злата. Правда, город не был похож на тот, который показывали по новостям. Возможно, на холсте сверкал разноцветными куполами тот город, который хотела построить Лиля.

«Похоже, она скучает…» — подумала Наташа.

Судя по слайд-шоу, крутящемся на мониторе, декорированном в строгую классическую рамку, Лиля скучала не только по планете. Там сменяли друг друга пейзажи Латозона, нарисованные одностилловцами Лили — Нийи, Геннадия и Юга, и их портреты на фоне все тех же пейзажей. Или автопортреты?

Наташа в живописи не разбиралась. Она не отказывалась от Лилиных рисунков, в качестве подарков. В конце концов, они стоили огромных денег. Правда, Наташа продавать их не спешила. Консультант, которого ей рекомендовали, как ну очень опытного в таких делах, сказал, что со временем продукты хобби ее подруги будут стоить только дороже. Причем, существенно. Получалось, что продавать их сейчас глупо, а Наташа дурой себя не считала.

Пока она рассматривала незаконченные работы Лили, Двигун успел забраться в душ и даже присвистнул.

— Душ в прозрачной со всех сторон коробке. Не знаю, как это сделано, но выглядит офигенно!

Наташа заглянула туда и тут же попала в жаркие объятья. С трудом освободившись от них, она отбежала к лестнице.

— У меня для тебя сюрприз приготовлен! — рявкнула она. — Мы же договорились не спешить!

Двигун со вздохом развел руками, как бы говоря: «Ну вот такой я невыдержанный. Извини»

Наташа, подумав чем бы еще заняться, открыла створки неприметного шкафчика, за которыми пряталось множество тумблеров и кнопок с надписями. Она потыкала в некоторые и на мониторе появилась надпись: «Управление полного доступа. Дайте команду голосом»

— Требую полного контроля, — заявила Наташа.

Автоматика переспросила. Потом еще раз. После третьего уточнения монитор и механический голос подтвердили полный контроль.

Окна потемнели. Спальня погрузилась в густой сумрак.

Двигун с широкой улыбкой сгреб Наташу в охапку и стал целовать.

— Стой! — взвизгнула она. — Это еще не сюрприз! Подожди.

Он, не обращая внимания на ее слова, прижался еще сильнее, придавливая к настенному пульту, и повторил попытку. На этот раз успешно. Под спиной Наташи, что-то захрустело и защелкало. Двигун продолжил натиск, целуя ее в губы. Пульт издавал подозрительные звуки. На третьем поцелуе она сдалась и обмякла. Ее рука поискала опору и с размаху опустилась на что-то, похожее на скобу.

Откуда-то послышалось шипение. Оно быстро становилось все громче и громче, будто к ним откуда-то из невидимого пространства приближается огромная змея.

Двигун прекратил поцелуи и завертел головой, силясь понять, откуда идет шипение и что это за сюрприз такой. В этот момент на полу показалась вода. Холодная и пенящаяся она моментально достигла уровня колен и продолжала прибывать. Выпустив Наташу из объятий, блогер схватил ее за руку и потащил к слабо освещенной лестнице.

— Отставить! Прекратить! Отменить команду с водой! — закричала Наташа.

Вода продолжала прибывать.

Двигун почти вытолкал Наташу на верх лестницы. Наташа пыталась скомандовать прекратить потоп, но команды почему-то действия не возымели. Последний раз, уже наклоняясь к лестничному колодцу, она выкрикивала все команды отмены, которые помнила.

Вода продолжала подниматься к ним, поглощая лестницу ступеньку за ступенькой. На быстро приближающейся водной поверхности образовывались пенные водовороты, в которых крутились карандаши, листки рисунков и набросков. Рядом покачивалась белая подушка.

Когда вода поднялась так высоко, что ее можно было потрогать, просто свесившись в люк, шипение прекратилось. Двигун и Наташа некоторое время молча смотрели на постепенно успокаивающуюся поверхность, соображая, продолжает ли та пониматься или нет. Когда стало понятно, что больше воды уже не станет, Наташа облегченно вздохнула.

— Ничего страшного не случилось, — сообщила она Двигуну, сбрасывая со лба бисеринки пота. — Роботы уберутся и все встанет на свои места. Сюрприз ждет наверху. Пойдем!

Она взяла Двигуна за руку и потащила к выходу.

Глава 46

03.07.2029 16–50 Мальдивы Смапрохилодус

Влад ввалился в люк утки, утирая пот со лба. Аня подбежала к нему заглядывая в глаза.

— Влад! Мы все видели. Неужели они могли потопить этот остров? — спросила она.

— Почти потопили. Точнее, попытались. Наталья открыла аварийный шлюз, а перед этим отключила всю автоматику подводной части. Два дурака с инициативами, это много для одного плавучего острова. Пришлось перекрывать воду в ручном режиме.

Влад стоял согнувшись у главного пульта, просматривая данные с экранов. Его руки быстро летали над ним, сменяя графики.

— Наталья на пару с Двигуном страшная сила. — Ехидно протянула Аня. — Сто процентов в квадрате!

Влад решительно заявил:

— Мне кажется. Я даже уверен, что сегодня дежурство будет непростым. Парой инцидентов не обойдется. Поверьте моему опыту. Уж если Наталья начала чудить, будет продолжать, пока не заснет.

— А может, во избежание последствий, вколоть ей снотворное? — Спросил Леша, — Ну так, я чисто теоретически спросил.

— Нельзя. Мы охраняем объект, а не вмешиваемся в его жизнь.

Карина добавила:

— Попытка затопить остров похожа на форс мажор, но все таки это не он. Это глупость, из-за нее снотворное не вкалывают.

— Пойду нести дежурство, как в каменном веке, наблюдая из-за кустов. Думаю, в поле я сам справлюсь. Вася, каким выходом воспользоваться, чтобы не попасть им на глаза?

— Двенадцатым.

— А нам, что делать?

— Можно слушать, даже нужно. Наташа только камеры отключила, а микрофоны работают. — Влад убегая, добавил. — Карина, покажи оке как нести дежурство на слух, без камер и мультиков.

Ему вслед донеслось:

— Да прибудет с тобою Вася!

— К Наташке бы вас! — Донеслось от шлюза.

Глава 47

03.07.2029 17–00 Мальдивы Смапрохилодус

Когда они с Двигуном вышли из виллы, солнце слегка припекало. Наташа почувствовала, как с ног, промоченных потопом, испаряется вода. Чувство вины за устроенную аварию тоже куда-то испарялось, развеивалось порывами морского воздуха.

Наташа вела Двигуна к сцене и вспоминала свою мечту о жизни на этом самом острове с мужем и детьми.

«Интересно, а он вообще может рвать бананы? — подумала Наташа. — Надо проверить»

Она ткнула пальцем в ближайшее «банановое дерево».

Закладка:

— Достань мне бананы вон с той пальмы.

Двигун пожал плечами и принялся карабкаться. Попытался обнять ствол, и почти тут же съехал по нему на задницу. Следующая попытка оказалась более удачной, но тоже к успеху не привела.

«Ему явно надо больше тренироваться, — подумала Наташа, глядя как блогер завис на середине ствола, еще не съехав обратно, но уже перестав продвигаться вверх. — Ничего. Это дело поправимое»

Ствол угрожающе раскачивался под весом Двигуна, но держался. Тот, добравшись до макушки, попытался сорвать торчащую на ней гроздь. Бананы держались. Блогер рванул сильнее. Безуспешно. Тогда он схватил гроздь обеими руками и со всей силы рванул на себя. Гроздь с треском оторвалась. Вместе с ней хрустнул ствол, разделяясь на две части. Одна продолжала стоять, а другая, на которой висел Двигун, быстро клонилась к земле.

Наташа зажмурилась. Она слышала еще треск и звук, будто упало что-то тяжелое.

Она открыла глаза, когда почувствовала, что кто-то трогает ее за плечо. Перед ней с широченной улыбкой стоял Двигун и протягивал добытую гроздь бананов. Кое-где на блогере висели сухие остатки листьев и какая-то буроватая труха неизвестного происхождения.

— Тебе бы надо отряхнуться, — заметила Наташа, отрывая от грозди пару бананов.

Сунув один из бананов Двигуну, она принялась чистить свой. Попробовала. Выплюнула.

— Они незрелые!

— Я принесу тебе бананы с кухни, — предложил блогер, стряхивая с себя мусор.

— Да, неси.

Он сунул свой банан в карман и зашагал в сторону виллы.

Пока Двигун ходил, Наташа добавила в настройки версалия фасончик, спрятанный в архиве на всякий случай. Обычно она не покупала эротическое белье для общения с мужчинами, считая, что все должно быть естественно, а она в обнаженном виде и так очень привлекательна. С ней дополнительные стимулы не очень-то нужны. Но, пару месяцев назад, она соблазнилась. Не смогла побороть искушение и купила на аукционе фанатов «Москва город горный» модель для версалия. Уж больно эффектно выглядела в ней Танюша, за приключениями которой Наташа следила уже невесть сколько серий. Она была уверена, что будет выглядеть не хуже.

Наташа включила трансформацию версалия и принялась следить за своим отражением в воде. Ее тело оказалось скорее раздетым, чем одетым. Золото кружев выглядело оправой для открытой груди, животику и прочему.

«Черт возьми! — вырвалось у нее, когда трансформация была завершена. — Я выгляжу даже лучше Танюши.»

С довольной усмешкой, Наташа возвратила обычную одежду и проверила, все ли готово у гуриков, из того, что она придумала и велела изготовить.

Зашелестели банановые листья. Из них, перешагивая сломанный ствол, появился Дигун. Он театрально вышагивал с подносом, на котором возвышалась груда желтых бананов, бутылка настойки и два бокала, украшенные банановыми колечками. Водрузив поднос на уголок сцены, блогер подал бокал Наташе.

— За правильные бананы! — Объявил он после короткого раздумья.

— А ты сообразительный! — Похвалила она и залпом осушила бокал.

Наташа улыбнулась, и не отрывая взгляда от широко открытых глаз блогера, положила в рот банановое колечко.

— Садись, — мягко сказала она. — Этот концерт только для тебя.

Крытая сцена была похожа на серебристую коробку с подарками, забытую посередине мощеной камнями площадки. Тяжелый темный занавес шел еле заметными волнами от набегавших порывов ветра.

Наташа показала Двигуну на единственное кресло, стоящее напротив сцены.

— Накрыть остров куполом по программе лунная полночь, — скомандовала Наташа в коммуникатор.

Она подмигнула Двигуну, скрываясь за занавесом. Блогер уселся на край кресла, заерзал, провожая ее взглядом, и быстро зашептал в коммуникатор.

На острове снова наступала рукотворная ночь. Потемневшее небо замерцало звездами. Вдали застрекотали цикады. К ним добавилась тихая мелодия флейты. Казалось, это настоящая ночь, все уснуло и дышит спокойствием.

Бум!

Внезапно по ушам ударил барабан.

За ним раздался еще один удар и еще, отбивая ровный медленный ритм.

На краю сцены появились маленькие язычки пламени. Они быстро выросли в пахнущие дымом яркие жаркие лепестки.

Двигун захлопал в ладоши. Будто отзываясь на его хлопки, барабан забил чаще, заглушая цикад, флейту и аплодисменты.

Занавес раскрылся. Наступила оглушительная тишина. За занавесом, в темноте, едва угадывалось какое-то движение. Через мгновение ударил свет прожекторов, вырывая из темноты четыре белые мохнатые фигуры игрушечных медведей, ростом со взрослого человека.

Медведи протянули вверх смешные короткие лапки и синхронно повернулись боком к зрителю. На них блестели короткие золотые комбинезончики, смешно топорщащиеся на толстых неповоротливых телах. Зазвучал мотивчик, когда-то сопровождавший первое выступление стилла 38, но аранжировку изменили и теперь это больше всего походило на музыкальное сопровождение детского утренника. Но медведей это не смущало. Они затанцевали, явно подражая движениям того самого стилла на свой медвежий манер.

Вдруг один из медведей запнулся и сбился с ритма. Двигун смотрел на медвежий танец, гадая, кто из медведей Наташа. Она явно затеяла все это, чтобы он ее узнал среди прочих, как в детской сказке. Иначе и быть не могло. Но медведи двигались слажено, четко, ни одним жестом не отличаясь друг от друга.

Когда один из медведей запнулся, на мгновение сбиваясь с ритма, Двигун вскочил и ринулся на сцену. Теперь он знал, кто из медведей Наташа. Сказка становилась явью, и он был ее героем. Загадка была разгадана и теперь героя ждала законная награда.

Когда Двигун запрыгивал на сцену, его перехватил гурик.

— Пожалуйста, садитесь на свое место, концерт еще не окончен, — сказал робот трепыхающемуся в манипуляторах блогеру.

Тот, не отрывая взгляда от сцены, отошел и бухнулся в кресло. Там он заерзал, то дергая пряжку ремня, то ероша волосы, и неотрывно смотрел на сцену, не на миг не выпуская Наташу из виду.

Медведи отплясывали, то приближаясь друг к другу, то расходясь, по двое или по одному. Они периодически менялись местами, как наперстки на картонке уличного «каталы», и в такой момент следить за тем, где Наташа, было особенно сложно. Но Двигун старался. И даже пытался подбодрить ее свистом и аплодисментами.

Музыка плавно усложнялась. Она уже больше не походила на дурашливое сопровождение детского утренника. Звучал оригинал. И действие на сцене все больше приобретало сходство с выступлением самого стилла 38, а не с шутливой пародией на него. В момент, когда музыка достигла максимального накала, свет замигал в такт с ней, четыре фигуры обнялись и присели. Резкий блеск комбинезонов бил по глазам, заставляя зажмуриться.

Когда блогер открыл глаза, он увидел на сцене бесформенную белую кучу, перед которой поднимались с колен четыре человекообразные фигуры. Он нашел глазами Наташу, и снова старался не отрывать от нее взгляд.

Ее комбинезон сиял. Постоянно мелькающие блики слепили, не давая разглядеть ее лицо, но Двигуну казалось, что она неотрывно смотрит на него. В постоянно меняющихся цветных пятнах света ему виделась ее манящая улыбка и широко распахнутые глаза, в которых плескался призыв и что-то глубоко порочное, но от этого не менее привлекательное.

Прозвучали завершающие удары барабана и четыре фигуры, собравшись у края сцены, обнялись, как это делал и стилл 38. В последний момент Наташа оторвалась от остальных и сделала Двигуну приглашающий жест.

Он шел к сцене, не отрывая взгляда от Наташи. Двигун смотрел на нее с низу вверх. В его глазах горел восторг и восхищение. Он несмело обнял ее ноги, и стал покрывать поцелуями все, куда смог достать. Она наклонилась и поцеловала его в макушку. Двигун осмелев, стал гладить Наташу, все сильнее прижимаясь к ее бедрам, не переставая целовать.

Наташин комбинезон пошел волнами, съеживаясь. В нем образовались небольшие трещины которые быстро расширялись, и очень скоро Наташино тело стало больше раздетым, чем одетым. Золотой комбинезон стал похож на кружево с крупными овальными ячейками.

Закладка:

Двигун зарычал, и сделал попытку стащить Наташу вниз. Она увернулась.

— Лучше ты ко мне поднимайся, — засмеялась она и отпрянула к куче медвежьих шкур на полу сцены.

Двигун резво забрался на сцену, скинул, с себя сумку, с которой не расставался все время и с разбегу повалил Наташу на шкуры. Он суетно целовал ее, обнимая одной рукой. Двигун целовал, то ее грудь, то ее губы, одновременно расстегивая штаны и неуклюже выбираясь из них. Скоро он избавился и от футболки.

Наташа сладостно вздыхала, вяло скользя руками по его телу. Жар родился внизу живота и мощной волной докатился до головы и казалось дальше. Кровь так сильно шумела в голове, что Наташа почти оглохла. Она лаская Двигуна, потянулась руками все ниже, и уперлась в твердую плоть. Она запаниковала и сдвинула руки на его бедра.

Пальцы Наташи наткнулись на шершавый участок, едва заметно выступавший на коже. Она осторожно погладила его. Край шершавой наклейки задрался и потянулся за ее пальцем. Наташа дернула рукой, пытаясь избавится от липучки. Та, продолжая висеть на пальце, с треском отделилась от кожи.

Двигун отчетливо скрипнул зубами.

— Больно? — спросила Наташа.

— Нет.

— Дай посмотрю.

— Не. Не нужно…

Она, не обращая внимания на его слова, выпуталась из объятий и посмотрела.

Вместо ожидаемого шрама, шва или ссадины оказался мастерски выполненный рисунок. На светлой, не часто загорающей коже развивался султан зеленых листьев, торчащий из тщательно прорисованного ствола. Поверх пальму перечеркивала ярко-красная черта.

На мгновение Наташа почувствовала онемение во всем теле. Двигун что-то сказал, но она не расслышала. Она видела только рисунок и в голове проносились воспоминания об опустевшем городе, истории о людях, изменившихся до неузнаваемости, ставших частью организации, переставших быть собой…

Она испугалась и очнулась за сценой, стоя в паре метрах от Двигуна. Тот сидел, ошарашенно хлопая на нее глазами.

— У тебя татуха с пальмой, — сипло сказала она.

— Ой… Да, не. Это для антуража, — небрежно отмахнулся.

— Врешь! Думаешь, я совсем дура? Влез ко мне в постель, и я во все поверю?

— Не. Ни в коем разе…

— Не старайся! Я тебя не слушаю!

Он поднялся, делая шаг к ней. Наташа отшатнулась, разворачиваясь к вилле, и побежала, перепрыгивая через поваленную пальму. Двигун припустил следом.

— Да погоди же ты! — заорал он. — В Антипальме вообще татух нет!

— Что?

Наташа сбилась с шага, пытаясь обернуться и с размаху влетела в куст. С макушки слетел прятавшийся в темноте предмет, и, обдав ее легким ветерком, скрылся в небе, блеснув из-под брюха на прощание полусферой объектива.

— Что? — повторила Наташа, провожая взглядом дрон.

Некоторое время она стояла, переваривая увиденное. По мере того, как до нее доходило, в голове шумело все сильнее и желание убежать, вытеснило другое желание. Когда Двигун оказался рядом, намерение успело принять форму кулака, который впечатался в его физиономию.

— Подонок! Ты меня снимал! — Завопила Наташа.

Он с ойканьем закрыл лицо. Она хотела врезать негодяю еще, но почувствовав в руке острую боль, с размаху его пнула. Нога угодила куда-то выше колена. Блогер, прихрамывая, стал спешно отступать к сцене.

— Э-э! Ты чего взбесилась?

Наташа молча взобралась на сцену вслед за Двигуном, пытаясь достать его очередным пинком. Блогер увернулся, бормоча что-то неразборчивое. Следующей под ногу угодила его сумка, так кстати валявшаяся на пути. Наружу посыпались мелкие контейнеры, мотки проводов, коробочки запасных аккумуляторов. Контейнер, выделявшийся округлыми гранями, замигал разноцветными индикаторами и мгновением спустя уже летел в озеро. Следом отправились кроссовки. Из одежды Двигун успел схватить футболку, но джинсы оказались в руке у Наташи, и она размахивала ими, норовя огреть любителя скрытой съемки. Пару раз в него ощутимо попало пряжкой и он, прикрывая лицо, стал спешно отступать к стоянке автолетов.

— Подготовился! Подлец Антипальмовский! — бушевала Наташа, стараясь не отставать, тесня его к озеру.

Уворачиваясь от очередной атаки, боясь упасть в озеро, Двигун задел гурика и тот рухнул в воду. За тонущим роботом начиналась дорожка из камней, пересекающих озерцо, и блогер запрыгал с камня на камень, быстро разрывая дистанцию с Наташей. Она поскользнулась на первом же валуне и оставив преследование, вернулась на берег.

В след беглецу полетели его джинсы, распластавшиеся на мгновение в воздухе диковинной птицей, и недопитая бутылка настойки. Бутылка, не долетев до цели, врезалась в камень и со звоном рассыпалась на множество осколков.

Поняв про себя, что ей есть еще что сказать… и, может быть, не только сказать, Наташа поспешила в обход озера. Она видела, как фигура Двигуна приближается к автолету, но отчего-то он не улетает. Может быть, он тоже хотел что-то сказать?

Двигун распахнул багажник и поднес руку ко рту. Воздух наполнился движением. Наташе показалось, что над автолетом блогера образовалась рыхлая поблескивающая воронка из летящих дронов.

Когда Наташа добежала до стоянки, последние дроны заныривали под закрывающуюся крышку.

Автолет резко стартовал, почти подпрыгнул в воздух, и завис в паре метров над землей. Из приоткрытого окна появилась голова Двигуна.

— Подонок! — крикнула ему Наташа. — Зачем камеры? Как ты вообще мог?

Дыхания не хватало, а сердце норовило выпрыгнуть из груди. По лицу лились слезы. Сквозь них она ничего толком не видела, но воображение услужливо дорисовывало то, что, как ей казалось, должно быть. Испуганную физиономию блогера, то и дело разрезаемую гаденькой улыбочкой, возможно, еще где-то висящие и продолжающие снимать камеры…

— Я могу объяснить! Ты не слушаешь!

— И не собираюсь! — зло выкрикнула Наташа.

Что-то еще стрекотнуло в воздухе. Щелкнула, окончательно закрываясь, крышка багажника. Автолет рванулся с места, неуклюже разворачиваясь снес макушку одной из пальм, и полетел к границе острова. В ночном небе появилось ослепительно яркое отверстие. Машина скользнула в него и купол снова стал сплошным ночным небом.

Наташа запоздало пригрозила в след кулаком. Потом внутри нее что-то лопнуло, вырываясь наружу безудержными рыданиями.

Она бездумно побрела, шмыгая носом, роняя слезы, и не в силах остановиться. Перед глазами все еще плавало ярко-оранжевое пятно от ослепительной дырки в куполе. Ее потряхивало то ли от пережитого, то ли от прохладного ветра, обдувающего ее, почти ничем не защищенную кожу. С ней поступили подло, она была права в своем гневе, но целому миру было на это наплевать. И от понимания этого становилось еще горше и обиднее.

В какой-то момент Наташа почувствовала, что замерзла. Тогда она двинулась к вилле, стараясь идти максимально коротким путем. Дойдя до озера, мельком увидела свое едва различимое отражение. Золотые кружева версалия поблескивали, обещая интересное времяпрепровождение и напоминая о том, что из этого получилось.

Наташа попыталась на ходу содрать с себя сетку костюма. Та не поддавалась. Она продолжала ее дергать, ступив на первый из камней, по которым так ловко убегал Двигун. Влажный камень скользнул под ногой, и Наташа с плеском упала в воду. Забраться снова на камень не получилось, и она по шею в воде, побрела к берегу на котором стояли два гурика в золотых комбинезонах.

— Чем вам помочь, Наташа? — спросил ближайший робот.

Вместо ответа она с силой оттолкнула его. Тот упал в воду. Второй гурик увернулся от кинувшейся к нему Наташи, и отбежал подальше.

Гурики, раньше встречавшиеся на каждом шагу, больше Наташе не попадались.

Глава 48

03.07.2029 17–30 Мальдивы Смапрохилодус

Забежав в свою комнату, Наташа не задумываясь, кинулась в душ. Тугие, теплые струи воды постепенно выгнали из тела холод. Тряска прекратилась, а вместе с ней размылось, притупилось и почти совсем исчезло ощущение липкой гадости и недоброго наваждения. Наташа снова была в реальном мире, здесь и сейчас.

Закладка:

Вспомнив, как снять с себя версалий, она наконец смогла избавится от него. Серая полупрозрачная масса версалия валялась под умывальником, ничем не напоминая золотой комбинезон для выступления.

У Наташи было двоякое чувство. С одной стороны, тело жаждало еще какого-то действа. С другой, воспоминания об усилиях по созданию спектакля и что из него получилось, были еще свежи, и душа не желала вообще что-либо предпринимать.

«Надо расслабится» — подумала Наташа и вспомнила Двигуна, протягивающего ей коктейль.

Ее передернуло. Привычный способ расслабления не годился. Наташа вышла из душа и накинула халат. Вспомнился рассказ Лили о сервисах острова. А вместе с воспоминанием пришло решение.

«У гуриков этого курорта есть кроме прочего сервиса и программа массажа, — рассказывала Лиля. — Они одевают на руки мягкие перчатки с обратной связью и творят настоящие чудеса. Рекомендую. Режимы разные. И перчатки у них разные. Попробуй все. Что-нибудь, да понравится»

Хотя Лиля пользовалась массажем гуриков регулярно, Наташа до этого сервиса так и не добралась. Не то, чтобы не пользовалась массажем вовсе, в Москве она ходила в салон к массажисту Славе, а иногда вызывала его на дом. Слава ругал роботов-массажистов, обзывал их бесчувственными и был уверен в том, что никакая железка тут человека не заменит. Возможно, он просто не терпел конкурентов, но Наташе после его работы хотелось летать. Ну как не прислушаться к мнению такого специалиста? Однако сейчас Славы поблизости не было.

— Сделайте мне массаж, — приказала Наташа в коммуникатор.

Через пару минут, катя перед собой массажный стол, вошел гурик в золотом комбинезоне. Возможно, тот, кого она не смогла свалить в воду. Комбинезон напомнил о концерте. Наташа поморщилась.

— Сними с себя это, — крикнула она.

Гурик снял комбинезон и сложил на стул у окна. Наташа с облегчением вздохнула.

— Ложитесь, Наталья, — робот приглашающе показал на стол. — Какой режим массажа вы желаете? Какое стоп слово выбираете?

— Стоп слово мне не к чему, — отрезала Наташа.

— Это обязательное условие.

— У меня полный доступ к управлению островом. Я отказываюсь от всяких слов.

— Принято. Какой тип массажа?

— Хочу такой же, как Лиля себе заказывала. Последний раз, — уточнила Наташа, будучи уверена, что та плохого не выберет.

— Принято, — сказал гурик.

Он помог Наташе снять халат и лечь на массажный стол.

Наташа подняла голову наблюдая, как гурик взял с полочки массажного стола еще четыре руки. Он пристегнул их к своему телу, и одел на все шесть, белые пухлые перчатки.

Она опустила голову в овал массажного стола и приготовилась наслаждаться.

Первые поглаживания ей понравились. Сначала очень мягкие, потом немного сильнее, чем она привыкла у Славы. Нажим продолжал расти, и Наташа охнула.

— Не надо так сильно нажимать, — сказала она.

Робот только увеличил усердие. У Наташи захрустели суставы.

— Остановись, — приказала она.

Гурик продолжал месить ее тело. Становилось неприятно. В этот момент Наташа разозлилась на себя, понимая, что зря она отказалась от стоп-слова и попыталась встать. Но две руки удержали ее, а четыре другие продолжили свою работу, путая тело с тестом.

«Влипла!» — пронеслось у нее в голове.

Старательно разминаемое тело тут же покрылось холодным потом. Наташа почувствовала, что ей не хватает воздуха и она судорожно вдохнула.

Перед глазами промелькнул учебник языка жестов. Когда Лиля ей прислала файл, она его открыла и, посмотрев минут десять видео из него, закрыла, решив, что для ответа на вопрос «Что ты уже выучила?» вполне достаточно. Ролик, да и весь учебник, начинался с команды отмены. Теперь-то понятно почему!

Наташа вытянула руку и нарисовала в воздухе букву Т. С третьего раза это получилось. Гурик замер с поднятыми руками.

Она села. Дышать было тяжело, как после хорошей пробежки. Тело немного ныло, но при этом настроение у нее улучшилось. Было приятно ощущать себя способной собраться в сложной ситуации и победить. Она вспомнила про Двигуна и помрачнела. Желание сбить напряжение и расслабится никуда не исчезало.

— Желаете продолжить? — прервал раздумья Наташи гурик.

— Пожалуйста, сделай мне расслабляющий массаж.

— Какой тип расслабляющего массажа вы желаете?

Наташа задумалась. Она понятия не имела какие типы расслабляющего массажа существуют. Главное она знала точно, массаж для Лили ей противопоказан.

— Я желаю расслабляющий массаж, подходящий для моего состояния.

Ей показалось, что она отдала идеально сформулированный приказ. В конце концов, она может отменить массаж в любой момент.

— Желаете приглушить свет и слушать музыку? — спросил гурик.

Она согласилась и легла животом вверх, оберегая мятую спину от касаний.

Свет померк, заиграла тихая музыка. Наташа лежала, повернув голову к окну и смотрела в ночное звездное небо. Касания робота были приятными. Шесть рук деликатно поглаживали ноги руки и живот, избегая деликатных зон.

Наташа почувствовала наплывающее спокойствие и умиротворение. Она закрыла глаза и незаметно отключилась.

Она плыла сквозь облака розового и оранжевого, ее тело было легким, как воздух. Ее манило теплое золотое сияние. Оказавшись рядом золото превратилось в знакомые руки, нежно обнимающие ее. Хотя она не могла видеть лица мужчины, она ощутила его любовь.

Его сильные объятия полностью окутали ее, как будто она укрылась белым пуховым одеялом. Касание породило искры, пробежавшие по коже. Она наклонилась к нему, охваченная пьянящим приливом близости. Его пальцы нежно гладили ее лицо, грудь, живот. Она чувствовала обожание в его легких прикосновениях.

Она проснулась от легкого позвякивания. И напряглась, ощущая, что рук слишком много для одного человека.

Вскрикнула. Вспомнила про массаж шестирукого гурика и немного расслабилась. Открыла глаза и с трудом различила его поблескивающий в звездном свете силуэт.

Робот будоражил ее легкими прикосновениями.

Наташа чувствовала, как горело ее лицо, как низ живота напрягся. Эти ощущения становились все ярче с каждым прикосновением гурика. Подкатывало наслаждение, такой силы, о которой Наташа раньше и не мечтала. Ей хотелось закрыть глаза, и провалиться в сон, где рядом с ней был влюбленный мужчина.

Она чувствовала, что это неправильно. Что глупо путать сон и реальность. Внутри все сжималось от предвкушения, в тоже время протестуя против такого массажа. Это было слишком.…

Ей вспомнился ролик из сети, в котором разные женщины хвалились своей смелостью заменить мужчин гуриками. Они говорили, что идут в ногу со временем, что теперь свободны и счастливы. Наташа еще тогда отметила, что все они были страшными, толстыми, неухоженными, не избалованными мужским вниманием, короче, женщинами последнего сорта.

«Неужели и я теперь такая?» — подумала Наташа, — никому не нужная? Буду с гуриком анонизмом заниматься. Вместо настоящей любви?»

Она хотела отказаться от продолжения. Ей нужно было всего лишь махнуть в воздухе рукой и все кончится. Но она медлила, наслаждаясь каждым мгновением.

Наташа с трудом открыла глаза и увидела в руках гурика предмет, похожий на мужское достоинство. Она негодующе заорала:

— Прекрати сейчас же!

Гурик удерживал ее двумя руками за бедра, еще двумя держал за плечи, гладил по голове и подносил все ближе…

Еще мгновение и Наташа могла бы хвастаться подружкам сексом с гуриком.

Она сама не помнила как, дала команду отмены. Гурик опустил руки и застыл. Наташа вытерла пот с лица, схватив платье с кровати, натянула его и постоянно оглядываясь на робота выбежала из комнаты.

Глава 49

03.07.2029 18–00 Мальдивы Смапрохилодус

Наташа переступила порог виллы, содрогаясь всем телом. Она вспомнила недавние ощущения и чуть не заплакала «Еще немного и я бы гурика не остановила. У меня абсолютно крыша слетела. До чего же техника дошла! Мало мне было, что мужики домогаются, теперь и гурики ту да же. Чуть не спуталась с роботом! Не зря в сериале «Горный» говорят, что опустится очень просто… Для это всего лишь нужно ничего не делать»

Закладка:

Ей захотелось убедится, что сила воли еще при ней. Необходимо было перебить дурацкие ощущения настоящими сильными чувствами.

Наташа вспомнила о Лилиных прыжках в воду.

Она пошла к стоянке с запаркованной летающей платформой, забыв, что ее можно вызвать в любой уголок острова просто отдав приказ в коммуникатор. Наташа остановилась на границе парковки и наконец то вспомнила о коммуникаторе.

— Хочу прыгать в воду с летающей платформы, — приказала она, хотя ее стало от этой идеи потряхивать, — прямо сейчас, как Лиля.

Платформа, запаркованная боком, между двух автолетов тут же поднялась в воздух, развернулась, приняв горизонтальное положение и приземлилась перед Наташей. Та решительно взобралась на платформу и крепко держась за перила посмотрела на проплывающие мимо деревья и кусты. Приближался океан. Она нетерпеливо переминалась с ноги на ногу.

Ветер дул в лицо, трепал волосы и задирал платье.

Наташа дрожала всем телом, то ли от холодного влажного ветра, то ли от воспоминаний. Ей было противно даже думать, о своем радостном возбуждении и нетерпении при подготовке к концерту. О надежде на настоящие взаимные чувства. С кем? С Двигуном? Как этот гадкий тип вообще смог втереться к ней в доверие?

Наташа ухмыльнулась, как в живую, увидев перекошенное в испуге лицо блогера, убегавшего без штанов.

С роботом получилось не лучше. Хотя с ним Наташа чувствовала себя победительницей, потому, что смогла вспомнить команду отмены, смогла отказаться от тупого удовольствия.

Она ощутила желание немедленно продолжить массаж и испугалась.

Она скрипнула зубами, снова представляя себе гурика. Челюсти сами сжались, а к соленым брызгам на коже добавились капли пота. К горлу подкатил комок. С этим надо было что-то делать. Немедленно.

«Я так и буду торчать тут как дура? — подумала Наташа. — Слушать плеск волн и тихонько околевать?»

Она почувствовала, как краснеет.

Платформа повисела над водой так низко, что небольшие волны шлепали о ее дно, выплескиваясь наружу кусками пены. С пеной вырывались плевки мелких соленых брызг. Легкий ветерок подхватывал их, покрывая мелкими капельками обнаженную кожу, охлаждая, сдувая нервное напряжение, превращая нервный озноб во вполне обоснованное чувство холода.

— Платформа, поднимись выше!

Платформа поднялась над волнами. Ровно настолько, что волны перестали доставать до ее дна. Плеск и брызги прекратились. И этого было явно мало.

— Платформа, поднимись еще выше!

Та приподнялась еще на полметра.

«Это мне что ж, каждые несколько сантиметров ей повторять?» — подумала Наташа и рявкнула:

— Еще выше! На высоту прыжков Лили Ивановской! До девяти метров!

Платформа заскользила вверх, но довольно быстро остановилась.

Наташа оценила высоту. До девяти метров явно недоставало.

«Халтура!» — возмутилась Наташа, снова отдавая команду:

— Платформа, поднимись на высоту прыжков Лили Ивановской!

Результата не последовало.

Наташа досадливо сплюнула. Топнула ногой. Шваркнула кулаком по перилам. Руке стало больно.

«Ладно. Может быть, отсюда расстояние как-то по-другому видится?»

Она вышла на трамплин. Тот закачался, загулял под ногами, угрожая сбросить незадачливую ныряльщицу. Она, растопырив руки для равновесия, осторожно, не отрывая ступни от поверхности, дошаркала до края, обрывающегося в пустоту.

«Ой! — подумала Наташа. — Мне бы прыгнуть, а не навернуться!»

Она, вспоминая как это делала Лиля, осторожно присела, потом распрямилась. Трамплин заколебался.

«Ну и ладно. Как-то спрыгну»

Наташа с силой оттолкнулась, наклоняясь вперед. Трамплин предательски ушел вниз, и в момент, когда не совсем спортивное тело почти покинуло его, наддал по ступням, закручивая Наташу в невообразимую карусель. По пути к воде ее перевернуло столько раз, что верх и низ где-то потерялись. Вода неожиданно сильно стукнула, пропустила в себя и обволокла густой пузырящейся массой.

И все исчезло…

Глава 50

03.07.2029 18–20 Мальдивы Смапрохилодус

Наташа не знала, сколько времени прошло между ударом о воду и сейчас. Времени не было. Верха и низа тоже не было, хотя она уже не кувыркалась и никуда не падала, а неподвижно висела, и спроси ее кто, не смогла бы сказать куда тут можно упасть.

Вокруг была вязкая обволакивающая темнота. В этой темноте ничего не существовало. Ни пятнышка света, ни кусочка тени. Наташа не вполне была уверена в том, открыты у нее глаза или нет.

Сначала она решила, что тела у нее тоже нет. Ее это не напугало и даже показалось занятным. Через мгновение, почувствовав, как ушибленные части наливаются болью, щекотку мелких пузырьков, легкую резь в глазах, стало ясно, что тело все-таки есть.

Хотелось вдохнуть. Вместо воздуха во рту и носу оказалась горько-соленая вода. Тогда Наташа попыталась ее выплюнуть. Вместе с водой из легких вылетел почти весь остаток воздуха. Она хотела закричать, позвать на помощь, но легкие сдавило, и сделать это было нечем. В груди быстро разгорался пожар. Судорожно задергавшись в попытке ухватиться за что-то, будто где-то на расстоянии вытянутой руки находился воздух, Наташа закричала, окончательно сжимая пылающие легкие. Остатки воздуха вырвались пузырьками, прощекотавшими по ее лицу. Потом пережатые легкие стали расправляться. Нос, рот, горло заполнились водой.

Наташа еще раз дернулась, в попытке дотянуться до чего-то. Обида на кого-то или что-то маленькой искоркой мелькнула в сознании, но тут же угасла. Вместе с ней угасло и сознание.

Тело неподвижно повисло в толще океанской воды…

Сначала было больно. Легкие казались отбитыми и воздух, живительный сладостный, с каждым вздохом иглами втыкался в них и ребра, с каждым выдохом вылетая судорожным кашлем. В глаза с размаху бил свет, а веки, вместо того чтобы его закрывать, только окрашивали в истошно-красный цвет и от этого казалось, что кто-то насыпал в глазницы пригоршни раскаленного песка. В висках бухали молотки. Нос ломило. Во рту и глубже жгло от чего-то едко-горько-соленого.

Наташа почувствовала, что лежит на боку. В щеку втыкалось множество мелких граней, доставляя дополнительное неудобство. Попытавшись перевернуться на спину, она обнаружила, что ее кто-то крепко держит.

— Лежите, — прозвучал рядом смутно знакомый голос. — Рано двигаться.

Кто говорит?

Наташа сделала усилие и приоткрыла глаза. Перед ней, частично закрывая свет, торчала темная расплывчатая фигура. Судя по тому, что фигура оказалась неожиданно короткой и широкой, этот кто-то сидел тут же, рядом. Шипя от боли, Наташа несколько раз моргнула. Очертания стали четче. Она сфокусировала взгляд на том месте, где ожидаемо находились голова и лицо.

Сквозь муть проступили черты утреннего спасителя из бассейна.

— Опять ты… — сипло выдохнула Наташа.

— В мое дежурство вы не утопитесь, — сообщил Влад. — Множите больше не пытаться.

Он приложил руку к ее шее, нащупывая пульс. От руки пахло странной смесью морской воды и чего-то, похожего на мед.

— Сейчас вколю вам противошоковое, антистрессовое и блокатор алкоголя. Не дергайтесь. По инструкции вводится в ягодичную мышцу. Это пневмоукол. останется красная отметина, размером с монету. Пройдет через двадцать-тридцать часов.

— Не надо… Мне.

— Надо-надо. Могу на лоб засадить. Думаю, так даже лучше будет. Будете смотреть в зеркало и вспоминать содеянное. Получится отличное напоминание. Вы же реально утонули. Я чудом успел.

Влад вынул из поясной сумки пневмошприц, и, зарядив три ампулы, потянулся к Наташиному лицу.

— Не… не надо… — просипела она, вяло пытаясь то ли отмахнуться, то ли прикрыть лицо.

Влад улыбнулся:

— Ладно. Буду делать по инструкции.

Он задрал ей платье, и, оттянув трусы, приложил шприц к до голубизны светлой коже. Шприц щелкнул почти одновременно с Наташиным писком.

— Это… противно, — жалобно прохрипела она, снова закашливаясь.

Закладка:

— Полностью согласен. Красное пятно на лбу, это мизерное наказание. И то вы его избегаете. Нельзя же так переживать из-за мужчины. Покончить жизнь самоубийством из-за неудачного свидания… Не стоит блогер того… — сказал ровным голосом Влад, заглядывая за край платформы, будто злополучный блогер прятался именно там.

— Я не…

— Не надо мне ничего говорить.

Он посмотрел Наташе в лицо. По ее щекам потекли слезы. Он стал гладить ее по голове, говоря что-то, смысл чего до нее не доходил, но это было что-то ровное и успокаивающее.

Наташу окутало спокойствие. Сначала оно было где-то на поверхности, но быстро проникало внутрь, прорастая эйфорией. С каждой секундой чувство блаженства прибывало, окутывая, растворяя, растерзанные мысли и чувства. Боль обида и страх, исчезли, оставив после себя воспоминание только о самом событии без переживания о нем. Стало легко…

«Какое удивительное лекарство» — подумала Наташа.

Несмотря на ощущения, слезы все текли и текли, не останавливались. Она перехватила руку Влада, прижала к груди. Рука была теплой, надежной, и отпускать ее Наташе не хотелось.

— Пойдем со мной, — предложил Влад.

Глаза его вспыхнули, и Наташе показалось в них что-то мальчишеское, хулиганское.

— Если хочешь, — торопливо добавил он. — Мне за это нагорит, но я справлюсь… — и, как-бы извиняясь, — Ты же знаешь, Лиля не велела тебя приглашать.

Он протянул руку Наташе.

Ей нестерпимо захотелось взяться за эту руку, ухватиться крепко-крепко и никогда не отпускать. Она чувствовала, что все проблемы и горести в этот момент исчезнут, а жизнь разделится на «до» и «после».

А еще она вспомнила, что так говорят те, кто попал в ряды Антипальмы, кто стал практиковать ЭОЖ. И испугалась. Она резко отдернула руки, спрятав их под себя.

— Потом, как-нибудь. Позже, — невнятно пробормотала Наташа.

— Обещаешь?

Между ними повисло молчание.

— Да. Конечно, — неожиданно для себя пообещала Наташа.

Она подумала, что сейчас врет, и в смущении отвернулась.

— Я уже жду!

Снова повисло молчание.

— Одеть бы чего-нибудь, — пробормотала Наташа, — холодно. Очень.

— Вижу тебе намного лучше.

Влад выудил из сумки небольшой брикетик, надорвал упаковку. Брикет зашипел, разрастаясь на глазах.

— Держи одеяло. После блокатора все мерзнут. Это обычное дело.

Наташа закуталась. Стало действительно теплее.

— Спасибо.

— Я тебя провожу. Сейчас долетим до дома. Советую сразу лечь и выспаться. Алкоголь, это не про здоровье.

Влад сел рядом с ней. И пока платформа летела к острову он все говорил, и говорил. Он старался донести до Наташи множество сведений о здоровом образе жизни, вреде алкоголя. А она слушала и не слышала. Слова журчали мимо ушей и сознания. У нее плыла голова. Наташа разрывалась на две части. Одна хотела быть с Владом, другая бежать в страхе.

Платформа остановилась у входной двери виллы.

Влад спустился с нее и подал Наташе руку.

— Идем, — пригласил он.

Наташа встала, кутаясь в одеяло, но спускаться с платформы не спешила.

— Что случилось? — Спросил он. — Боишься? Чего?

Наташа шагнула к нему и остановилась, схватившись за поручень.

— Ноги подкашиваются. Почему то. — Она заглянула ему в глаза, подавая руку.

— Верь мне. Тебе нужно в постель. Идем.

Они вошли и он держа ее за руку, повел к лестнице на второй этаж.

Влад остановился у порога ее комнаты. Наташе показалось, что он хотел ее поцеловать, но она пропустила тот самый момент, когда под поцелуй нужно подставить щеку или губы.

А он… Он только сухо попрощался и ушел, пожелав здоровья.

Глава 51

03.07.2029 18–50 Мальдивы Смапрохилодус

На фоне блаженства, заполняющего ее душу, мелькнула острая досада, сменившаяся желанием решить проблему быстро и просто.

«Он ушел, и это к лучшему. К черту этот искусственный остров с этими искусственными людьми. Душа просит естественного! Выпью натурального алкоголя в натуральном кабаке на натуральном острове. В компании с натуральным мужиком. Надеюсь, с нормальными мыслями, а не как у этого…»

Она приняла душ, тщательно уложила волосы, нанесла макияж, способный свалить с ног любого мужчину с первого взгляда… Ну ладно, особо тугих со второго. Оделась, в вечернее платье. Лучшее, что попалось под руку. Придирчиво, ну или не совсем придирчиво, а так, осмотрела себя в зеркале.

«Ниче так барышня, — подумала Наташа, глядя на отражение, — вполне впечатляет»

Довольная собой, она направилась к стоянке.

Площадку заливал яркий солнечный свет. Стоило Наташе забраться в кабину, как стекло потемнело, превращая день в легкий намек на сумерки. Было в том намеке что-то тоскливое. А тосковать не хотелось. Поэтому она распорядилась убрать затемнение. Чем тосковать, уж лучше щуриться.

Она сидела в уютном кресле, смотрела на открывающийся перед ней океан и ощущала непривычное спокойствие. Где-то в глубине души копошилось что-то неприятное, но это было понятным и тревоги не вызывало. Утро и день оказались богатыми на приключения и не все из них хотелось вспоминать.

Она помнила, как обычно даже от мелких неприятностей ее трясло часами. Более крупные события, на которые она не рассчитывала, рушащие планы, разочаровывающие в ком-то или чем-то, выбивали из колеи совсем всерьез и надолго.

Произошедшее сегодня должно было вызвать безудержные рыдания на целый день, с куда более продолжительным поеданием тонны мороженого и всей дневной выпечки ближайшего хлебокомбината.

«Какие классные уколы у Влада! Помню все, но совсем-совсем не волнуюсь. Пожалуй, вечер в нормальном человеческом баре будет куда приятнее, этого… эксклюзивного отдыха!»

Она пристегнулась, с удовольствием разглядывая свое отражение в темном экране и приказала автопилоту:

— На остров Туккая. В центр, на пешеходную зону.

В кабине зазвучала тихая музыка. Автолет оторвался от земли, поднялся на высоту горизонтального полета и застыл в воздухе.

Вот как? Ладно. Наташа лишь пожала плечами. Ее приказы машинные мозги часто недопонимали. Вопреки распространенному мнению, в уме тех мозгов она сильно сомневалась. «Какой же ум, если он даже близко не догадывается, что ему сказали? Сделали, называется, помощников. Головной боли добавили».

Сочиняя новую команду, она осторожно, чтобы не растрепать прическу, почесала в затылке. Не получилось. Она задрала подбородок к потолку. На глаза попалась плоская скоба ручки, непонятно на кого и что рассчитанная. Представив себе, в каких позах этой ручкой можно воспользоваться, Наташа хихикнула. Со смешком определилась и новая команда:

— Отвези меня на остров Туккая, в самый крупный город, на центральную площадь.

Автолет не двигался.

Наташа напряглась.

«Может в нем, что-то сломалось? Надо проверить, он вообще, летает по горизонтали?»

— Автолет, долети до смотровой башни.

Машина неспешно долетела до башни и зависла над ней.

— Привези меня на соседний остров! — приказала Наташа.

Автолет не реагировал.

Так. Все это ей кого-то очень напоминало.

Она приказала:

— Черт! Вася! Разблокируй управление автолетом.

Из динамика, прерывая медитативную мелодию, донеслось:

— Наталья, вы обращаетесь ко мне или черту?

— Хватит придуриваться! — рявкнула Наташа в коммуникатор. — Ты специально хочешь меня довести? Разозлить?

— Я не ставлю перед собой такую задачу.

— А какую ты ставишь?

— Моя задача сохранить ваше здоровье. Вы пережили стресс после падения в воду. После введения в ваш организм смеси противошокового, антистрессового и противоалкогольного блокатора вам требуется отдых в спокойном привычном месте. Вам нельзя напрягаться, улетать с острова.

— Ты, что? Мене запрещаешь улететь?

— Да.

Наташа отстегнула ремень безопасности, подскочила с сиденья, с размаху врезавшись головой о потолок. Тот спружинил, и ее отбросило обратно в кресло, шумно и глубоко промявшееся под ее телом. Накрашенные коготки впились в мягкие подлокотники, угрожая пропороть их насквозь.

Закладка:

— Злодейское ведро с гвоздями! — сипло крикнула Наташа, смахивая текущий со лба пот.

— Уточняю. С микросхемами. И не ведро, а шкаф. Много шкафов, и уверяю вас, в них нет ни одного гвоздя.

— В жопу!

— Шкафы туда не поместятся.

— Козел!

— Нет. Искин.

Наташа взвизгнула, не в силах придумать достойный ответ. Злость мешала сосредоточится. Она выместила ее на подлокотниках, врезав по ним обоими руками изо всех сил. Мягкая обивка только пшикнула и упруго отбросила руки назад.

Наташе показалось, что Вася смеется над ней. Ей отчаянно захотелось убежать. Забыв, что автолет находится в воздухе, она дернула ручку двери. Дверь не открылась.

— Наталья, вы хотите выпрыгнуть из автолета с высоты триста метров и умереть? — осведомился Вася.

— Нет!

— Так зачем же вы пытаетесь открыть дверь?

— Спортом занимаюсь! — Наташа, извернувшись, пнула дверь ногой. — Я сама буду решать, что и когда мне делать!

— Вы в праве совершать любые действия, если они не повредят вашему здоровью и не будут представлять опасность для вашей жизни.

— А если я так хочу?

— Я остановлю вас. Пока ваша болезнь или смерть может расстроить Лили с вами ничего плохого не случится.

— А вы меня спросили? Я этого хочу?

— Моя первоочередная задача служить стиллу тридцать восемь и его элементам. Я не причиняю вреда человеку или своим бездействием, позволяю ему причинить вред себе и другим людям. — Вам перечислить все правила для искинов?

— Отвали со своими правилами. Зубы мне не заговаривай! У меня полный доступ к управлению островом. Мне его Лиля дала!

— Я знаю.

Наташа отчетливо поняла, что таким образом Вася может говорить целый день. Нужно было отдать приказ.

— Я запрещаю тебе, запрещать мне улетать.

Вася молчал. Прошла секунда, вторая. Наташа подумала, что тот решил прикинуться глухим. На истечении второй секунды Вася ответил:

— Вы можете лететь куда пожелаете.

Наташе показалось, что он это сказал нехотя. Даже, скорее, через силу.

Автолет начал набрать скорость.

Это была победа! Настоящая победа настоящего разума над искусственным! Это надо было отметить. Чем-то настоящим, в настоящей компании настоящих людей. И это должно быть уже скоро.

Наташа смотрела как дальние острова тают в туманной дымке и по ее лицу расплывалась улыбка.

Глава 52

03.07.2029 18–50 Мальдивы Смапрохилодус

— Наталья вылетела с острова, — объявил Вася. — Вы летите за ней.

Утка устремилась из глубины к поверхности, раздвигая округлой крышей тяжелую океанскую воду, расталкивая морских обитателей и собирая на себя множество морской растительности. Вода над ней быстро светлела, превращаясь в светло-бирюзовую и совсем прозрачную, пока она не стекла потоками, прихватывая водоросли. Чуть подпрыгнув, машина осела в воду и волны шлепнули ее по тонированным окнам, растекаясь пенными брызгами.

На мгновение кабину залил ослепительный свет, тут же притушенный фотохромными стеклами до приемлемого. Несколько длинных бурых полосок остались висеть, выделяясь на светлом фоне подобием решетки.

На лице Влада проступили красные пятна. Он, потирая виски, бухнулся в кресло перед центральным экраном.

— Пожалуй идея снотворного была неплохой, — медленно проговорил он. — Теперь Наталью понесло на приключения. Я ж ей говорил, что после препаратов нужно поспать. И она согласилась! Если бы заикнулась, что куда-то собирается, вколол бы ей снотворное, — он взъерошил волосы на голове, — И что? Через полчаса уже вылетает. Кстати, куда?

Он принялся набирать команды, пару раз ошибся, неудачно промахнувшись, исправился, сделав перед этим несколько вдохов.

Аня смотрела на наставника, который до того момента казался невозмутимым до непробиваемости, не допускающим в работу эмоции. Сейчас его трясло от расстройства, и это удивляло, и даже немного пугало.

Тот с неудовольствием посмотрел на результат, поморщился, прикрыл глаза, еще раз медленно вдохнул и выдохнул. После третьего выдоха открыл глаза, поворачиваясь к Ане. Красные пятна исчезли. На нее смотрел прежний наставник — спокойный и слегка улыбающийся, имеющий цель и уверенный в том, что обязательно ее достигнет.

— Да, дорогая, все мы люди. У нас есть эмоции. Их бывает трудно контролировать. Трудно, но нужно.

Влад вытряхнул из торца планшета стило, сделал несколько штрихов по экрану. Появился контур толстой мартышки, сидящей на пальме. После еще нескольких взмахов голова у мартышки увеличилась, форма морды изменилась, появились детали и явное сходство с Наташей.

Экипаж подтянулся поближе, наблюдая за эволюциями рисунка.

— Ой, как похоже получилось! — воскликнула Аня.

— А вот мне не нравится, — буркнул Влад, продолжая орудовать стилом.

У мартышки появились локоны, оскал с клыками сменились на плотно сжатые губы. Теперь с рисунка смотрела грустная мартышка, еще больше похожая на Наташу, обнимающая пальму с такой силой, будто вокруг твориться невидимое другим наводнение или какой-то другой ужас, а пальма — ее единственное спасение.

— Что-то здесь не так, — пробормотал Влад.

Он зарисовал короткое тело обезьяны, изменив его на женскую фигурку в топике с крылышками и шортами, удлинил ноги и нарисовал на них кроссовки. Теперь пухленькая фигурка не судорожно держалась за пальму, а сползала по стволу вниз, на землю.

— У-у-у… так еще лучше, — оценил Леша. — Влад, пришли его мне. Хочу оставить на память.

— Я тебе все этапы пришлю. У меня автоматически сохраняются. Только… это еще не все.

Стило снова засновало по рисунку. С каждым штрихом мартышка все больше и больше становилась Наташей. Она, брезгливосморщившись, глядела на пальму.

Карина нависла над Владом, вглядываясь в экранчик.

— Здорово! — сказала она. — Видно, как Наталье не нравится ее положение. А что нужно сделать она не знает.

— Знает, — возразила Аня. — Но не хочет.

Влад, не обращая внимания, продолжал перерисовывать фигурку. Правая рука то оказывалась над головой, то закрывала лицо от света. Придя к какому-то решению, он оставил ее, и одним движением стер нижнюю часть ствола. Ноги Наташи оказались на земле. После нескольких штрихов и стираний ее поза изменилась. Теперь она уверенно стояла, лишь держась за пальму.

— Влад, ты сотворил чудо! — воскликнула Карина. — За пять минут спустил Наталью с пальмы и сделал из нее человека.

Влад только улыбнулся, не отрываясь от рисования.

Наташа протягивала руку к зрителю. Тело сжалось, сделалось более спортивным и, в конце концов, лишилось одежды. Брезгливое выражение на лице сменилось счастливым, с намеком на беззаботную улыбку и прищуром глаз, обрамленных длинными ресницами.

— Так лучше! — объявил Влад. — Спустить обезьяну с пальмы и сделать из нее человека мало. Нужно сделать хорошего человека… Счастливого, — с легким смущением пояснил он.

— Как здорово!

С этими словами Аня порывисто обняла Влада, впечатав ему в щеку поцелуй.

Леша растеряно смотрел на готовый рисунок, отличный, но совсем не похожий на так понравившийся ему шарж. Карина тихонько взяла его за руку, развернула к себе.

— Леша, — тихо сказала она, — это не просто рисование. Влад проработал нежелательные для него эмоциональные реакции, вызванные Наташиным поведением. Он вообразил этапы ее личностного роста и изобразил их. Как ты думаешь, что он сейчас чувствует?

— Э-э-э… Что тут думать? Влад влюбился.

В кабине стало очень тихо. Казалось, все прекратили дышать. Слышались едва различимые шлепки волн по корпусу и стрекот спрятанногопод пол антиграва.

Несколько секунд спустя Карина прервала молчание:

— Леша, я уверена, что ты ошибся. Ты был бы прав, если бы так рисовал, кто-то из дикарей. Но мы сейчас говорим о Владе. Он владеет своими чувствами. Это не влюбленность. Это проработка эмоционального состояния. Когда я задавала вопрос, то рассчитывала на ответ типа, Влад чувствует себя сейчас свободным и спокойным.

Закладка:

— Теперь понял, — вздохнул Леша. — Мне извиниться?

— Не за что, — отмахнулся Влад. — Практикующие ЭОЖ не обижаются.

— Обидчивость характерна для дикарей, — пояснила Карина, целуя своего оке.

Влад ткнул в планшет пальцами, выводя на экран информацию о полете Наташи. Аня посмотрела и ее брови вздернулись вверх.

— А у меня дежурство по Наталье через полтора часа. Я думала, объект будет спать, а дежурство будет скучным. Ничего примечательного не случится. И о первом дежурстве в качестве руководителя личной охраны рассказывать будет нечего.

— Думаю, случится, — обнадежил ее Влад. — И еще как! Уверен, мы все помогать тебе будем, а потом ее выходки вспоминать годами.

В разговор вмешался Вася:

— Аня, я могу твоей группе дополнительно выделить людей.

— Нет. Сейчас они не понадобятся. Пусть люди будут в резерве. На всякий случай, — ответила она, оборачиваясь на наставника.

Тот кивнул.

Аня посмотрела на стоящих рядом Карину, Лешу и Влада. У всех троих на лицах было одинаковое выражение серьезности и решительности. Эта троица в тот момент могла служить памятником человеческой надежности с надписью на постаменте: «Все будет хорошо. Мы позаботимся»

Глава 53

03.07.2029 19–00 Мальдивы

Солнце клонилось к закату. Настоящему, не нарисованному ИИ. Редкие облачка, расцвеченные во все цвета от серовато-синего до ослепительно золотисто-оранжевого хаотично висели в быстро темнеющем небе. На чернильной поверхности океана до самой дуги горизонта, теряющейся в сероватой дымке, блестели сплошными чешуйками червонного золота рассыпанные в бесконечность искорки наклоняющегося над ним солнца. И на этой золотой чешуе, подобно драгоценным миниатюрам в витрине ювелирного магазина, рассыпалось множество островков курорта «Хвост русалки».

И вот на каком-нибудь из них тоже приехала какая-нибудь, похожая на нее. Тоже как-то неудачно попробовала нырнуть в этакую океанскую красоту и потом…

Наташа вспомнила платформу, теплые руки Влада, его приглашение и свой испуг. «Пойдем со мной. Если хочешь»

«И чего я испугалась? Дура…»

Вспомнилась горечь во рту, кашель и разочарование в своем спасителе. Надо ж быть таким болваном! Спасти девушку и не поцеловать. Даже. Мужики с ЭОЖ сухари, как есть сухари.

«Куда бы я с ним пошла? Ну пошла бы. И что было бы дальше-то? Не. Не пошла и не пошла. К лучшему»

Вспомнился виденный когда-то, давным-давно, ролик популярной тогда блогерши. Как там ее канал назывался?

Наташа порылась в меню браслета. Ролик в свалке с названием «избранное» нашелся быстро.

На экране панели автолета мелькнула заставка «Ужасные мужчины», следом за которой появилась совсем юная девушка в очечках, которые она постоянно поправляла и грудастая блондинка с рельефными следами макияжа, в туго обтягивающем резиновом платье.

— Ты спрашиваешь меня, почему я зову их бездушными чурбанами? — переспросила ее блондинка.

Собеседница напротив закивала, и снова поправила сползшие к кончику носа очки. Они ей были явно великоваты.

— Чурбанизм, — с чувством объявила блондинка. — Это я так называю для себя их умение не обращать внимание на свои чувства. Можно кокетничать с мужиком из Антипальмы. Пробовала уже. Он даже может отвечать взаимностью. Но!

Блондинка подняла палец вверх, демонстрируя кроваво-красный коготок:

— Искренне отдаваться чувствам, они не умеют. Вот!

— А может не хотят? — спросила девушка в очках, подвигая их ко лбу.

— Может быть. Не то, чтобы у них чувств нет, как у каких-то там инопланетян, с эльфийскими ушками. Есть у них чувства. Только они на них забивают, когда хотят. И хотят они головой, а не сердцем. Это у них называется, жить эффективно.

— Эффективный образ жизни. ЭОЖ, — подсказала собеседница.

— Поэтому, девчонки, если хотите любви, слушайте мой совет: видите мужика с ЭОЖ, сразу рулите от него подальше! На наш век мужчин хватит. Душевных, податливых, ценящих наши женские слабости. Тех, кому наши достоинства важнее наших недостатков. Тех, мужчин, которые не будут нас переделывать, учить жить, а будут любить нас, такими, какие мы есть…

Наташа, не досмотрев ролик до конца, переключилась на последний сюжет канала. На ролик, где на обложке блогерша позировала в свадебном платье.

«Свадебное платье. Значит, вышла за муж. Интересно, какой же реальный мужчина такой податливый, душевный и ценящий… все женское?»

На заставке промелькнула «лицо канала» в полупрозрачных драпировках, невесомо парящая в объятиях полуобнаженного красавца, сверкающего белозубой улыбкой.

«Интригующе…»

Наташа затаила дыхание.

Заставка свернулась, сменяясь крупным планом лиц ведущей и красавца.

— Это мой муж Миша, — нараспев объявила ведущая, целуя его в губы. — Мы женаты больше года.

Она засмеялась.

Эта женщина выглядела свежо и подтянуто, явно здоровее и… младше? Младше той, которая была в ролике трехлетней давности?

«Да она просто красивее, чем та, в старом ролике, — подумала Наташа. — Замужество творит чудеса?»

Наташа почесала бровь. Она что-то напутала или канал не тот? Ведущую сменили?

Она переключилась на старый ролик, потом на новый, потом опять на старый.

Женщина в резиновом платье, рассказывающая о мужиках с ЭОЖ, недостойных женского внимания, и эта — была одна и та же. Определенно. И это было как-то странно.

— Хочу опровергнуть слухи, что элесты не заводят семьи, что не вступают в брак, — продолжала вещать новая версия ведущей. — Я как увидела Мишу, влюбилась с первого взгляда. И теперь мы вместе.

«Блин! — мысленно воскликнула Наташа. — Да она же элест. Понятно, что выглядит шикарно. А я то, подумала, что она от любви похорошела»

Наташа остановила видео.

«Как я могла не заметить? Я-то способна отличить элеста вне стилла и человека. На Лиле натренировалась»

Наташа помнила Лилю до того, как та стала элестом, видела, как меняется Лиля за годы существования стилла. Быстрая регенерация, отличная память и мощный ум отличали элестов от людей. Сильно отличали. А еще их отличала внешность. Наташа припомнила, как в первые месяцы после инициации внешние отличия «Лили до» и «Лили после» были едва различимы. А через год Лиля стала выглядеть не на год старше, а на пять-десять лет моложе.

Ее некогда жидкие прямые волосы, погустели и распушились, завиваясь в легкие кудри, подчеркивая идеальный овал лица. Кожа разгладилась и посветлела, исчезли мелкие морщинки и шрамики от прыщей. Ресницы стали гуще, а глаза как будто увеличились, потому что у Лили появилась манера смотреть, на все и всех широко открытыми глазами, будто постоянно удивляясь.

Лиля до инициации не была дурнушкой. Совсем нет. Безнадежная отчаянная усталость, не сходящая с лица, не давала ей выглядеть красавицей. Наташа считала, что без ее влияния Лиля опустилась бы, спилась, махнула на себя и свою личную жизнь рукой и в конце концов завела бы вместо мужчины сорок кошек.

Сейчас, каждый раз, когда они были вместе, Наташа видела в подруге красавицу.

При воспоминании утра и Лили, демонстрирующую на трамплине свою шикарную фигуру, Наташу кольнула зависть.

Она в какой раз подумала, что на месте Лили могла быть она. В их паре именно Наталья всегда была самой деятельной и инициативной. Почему Лиля застиллилась с первого раза, а она и с шестисот пятидесятого все еще человек?

Наташа чувствовала, что на первой своей Встрече и она должна была инициироваться, но что-то пошло не так…

Наташе вспомнился зал ее первой Встречи, падение элестов, свое удивление смешанное с любопытством, без всякого там страха.

Глава 54

28.03.2025 Москва 21–00

Музыка стихла, оборвавшись на полутакте. Зал заполнили шарканье и сук каблуков, вздохи, слившиеся в сплошной гул.

Наушник Наташи щелкнул, и сухой резкий голос приказал:

«Всем отойти к ближайшей стене!»

Закладка:

Она, увидев, как знакомая дама в павловском платке, стоявшая в паре шагов перед ней, грузно завалилась на колени, рванулась к ней. Кто-то придержал Наташу, а в наушнике снова раздался тот же голос:

«Всем немедленно отойти к стене! Упавших участников не трогать! Не прикасаться! Всем отойти к ближайшей стене!»

Голос продолжал и продолжал повторять. На стенах поверх голов замерцали на экранах надписи «стена».

Она растерянно оглядывалась, пока ее взгляд не прилип к чему-то, что она еще пока не поняла сама. Люди шли вокруг и мимо нее, а она, не шевелясь, смотрела сквозь них. Лысый старик потянул ее за рукав, пытаясь увлечь к ближайшей стене. Она стряхнула его руку, зачарованно глядя на пару, разлегшуюся совсем рядом, и даму в павловском платке. И нескольких человек, сидящих с закрытыми глазами, монотонно раскачивающихся в такт чему-то слышному только им.

Оставшиеся на ногах отходили, прижимались к стенам, оставляя в середине лежащих и сидящих на полу, и возвышающуюся над ними Наташу. Она неподвижно стояла, смотрела и смотрела на остающихся в середине, чувствовала между ними какую-то связь, нечто огромное, живое и доброе, вызывающее желание оказаться поближе, присесть рядом.

— К стене! Мать твою! — гаркнуло в ухе.

Наваждение спало. Наташа побежала, обгоняя медленно бредущих, постоянно оглядывающихся людей. Она забралась в самую гущу толпы, коснулась стены и судорожно выдохнула.

Было странное чувство, что что-то могло случится, но не случилось. Будто ее задело крыло ангела, но она не поняла, что с этим делать. И непонятно было плохо это или хорошо, и ее от этого мутило.

Толпа делалась плотнее, люди напирали и прижимали к стене. Хотелось посмотреть, что делается в зале, но видно было только спины. Подъем на цыпочки не помог, и Наташа присела.

Между ног участников виднелся полумрак зала, сидящие и лежащие люди. Вбежал Максим Германович, помогая им подняться. Он ставил их на ноги как можно ближе друг к другу, и те стояли в обнимку, покачиваясь, опираясь друг на друга, сохраняя общее равновесие.

Наташа насчитала восемь человек.

Когда все восемь собрались в одну общую, неуверенно стоящую массу, в стене засветился квадрат открытой двери. Люди в костюмах с бирками принялись отводить от него неинициированных, создавая вокруг прохода пустое пространство. Туда, в этот светящийся квадрат, Максим Германович стал осторожно подталкивать нечто неуверенно стоящее, собранное из восьми человек.

Путь от середины зала до двери они преодолели лишь за несколько минут. Неуклюже, синхронно шаркая ногами, почти никуда не смотря, и, возможно, ничего не видя, они или уже оно, двигались к светящемуся выходу, направляемые легкими движениями одного человека. Стоящие возле стен смотрели на это, и, Наташе показалось, в этот момент почти не дышали. Лишь когда странное человеческое образование исчезло за щелкнувшими створками дверей, по залу прошел общий облегченный вздох.

Вместе с вздохом зажегся свет. Зазвучали одинокие хлопки, к ним добавились еще и еще. Через несколько секунд весь зал аплодировал.

Наташа тоже била в ладоши, правда, не понимая, чему она хлопает.

Из-под потолка раздался дрожащий до звона голос:

— Это случилось! Только что, на Встрече двести девяносто шесть, инициировался стилл из восьми элементов. Стилл тридцать шесть.

Около Наташи и дальше, насколько она могла видеть, щурясь от яркого света, безостановочно хлопали. Кто-то стремился встать там, где недавно лежали и сидели люди, собравшиеся в нечто, наверное, то, что сейчас назвали стиллом. И она тоже пошла туда, где стояла сама. Туда, где лежали и сидели люди, возле которых ей хотелось остаться.

Вокруг собирались люди, охваченные одним общим праздником и восторгом. Кто-то обнял и поцеловал Наташу, и, пока она думала, как к этому отнестись, успел раствориться в толпе. А рядом, почти над самым ухом, звучала радостная тарабарщина:

— Шматова была права! Сжатие во втором триместре сработало!

— А я и не сомневался!

— Господи! Наконец, то, мы стиллобразование поставим на поток.

Кто-то еще тряс ей руки, обнимал и заглядывал в глаза. Сквозь аплодисменты непрерывно вопили:

— Ви-ват! Победа!

Заглушая праздничный гром, усиленный динамиками голос объявил:

— Куратор, Максим Германович Воронин сообщает, что стилл стабилен и опасности для его существования нет.

— А-а-а! — завопила, подпрыгивая на месте, тоненькая девушка с косичками.

Косички смешно подергивались, подпрыгивая не в такт хозяйке.

На настенных экранах появились люди, сидящие на пушистом белом ковре. Около них суетился Максим Германович, периодически оглядывающийся и улыбающийся в камеру, как мать — героиня на интервью о рождении у нее восьмирняшек.

— Ура-а-а!

Волна восторга накрыла Наташу с головой. Ей захотелось тоже праздновать эту непонятную ей победу. Она, взвизгнув, поцеловала какого-то хипаря, давно не менявшего рубашку, лысого старика и карлика, пропитанного сигаретным дымом.

В голове всплыли слова, выдавшего приглашение профессора, и она прокричала:

— Будущее вылупляется на наших глазах!

Стоявшие рядом развернулись и зааплодировали ей. А она почувствовала, что щеки у нее стали мокрыми. Во рту появился соленый привкус и когда она провела по лицу ладонью, то ощутила влагу.

Ее кольнула досада, ощущение чего-то дорогого и ушедшего.

— Если повезет, сами им станете… — добавила она тише, ища взглядом закрывшуюся за стиллом дверь, и всхлипнула.

Дверь заслонил здоровый мужчина, улыбавшийся во все сверкающие зубы. Наташа попыталась ответить улыбкой, получившейся вялой и вымученной.

— Повезет! Нам повезет! Обязательно! — заявил он, улыбаясь так заразительно, что вторая попытка получилась у Наташи куда лучше.

Энтузиазм заражал, растворял сомнения, смывал грусть утраты как струя чистой воды налет пыли.

И она поверила.

«Да, мне повезет! Обязательно»

Когда-нибудь она тоже уйдет в светящийся квадрат двери с такими же счастливчиками, и другие будут хлопать в ладоши и радоваться их счастью, мечтая, что с ними оно тоже случится.

Тут она заметила, что радуются не все. Некоторые плакали навзрыд, кто-то просто стоял, сложив руки на груди, глядя на восторженных соучастников с жалостью и снисхождением.

«Не умеют люди радоваться. Толстокожие бегемоты! Ничем их не пробьешь» — Подумала Наташа.

Хлопки не умолкали. Они бились одним пульсом, и Наташа тоже продолжала хлопать занемевшими ладонями. У кого-то блестели глаза, и она отметила, что плачет не только она одна. Общая волна восторга подхватила ее и несла куда-то, и с ее высоты житейские сложности выглядели мелкими и ничтожными. То, что происходило здесь и сейчас было куда больше и важнее всех их вместе взятых.

Голос, перекрывавший аплодисменты и выкрики, зачитывал имена и фамилии составивших новый стилл, и биографии его элестов. Поздравлял всех участников с результативной Встречей. А волна, подхватившая Наташу все несла и несла ее куда-то, к чему-то большому и светлому…

Глава 55

28.03.2025 Москва 21–40

Всеобщая эйфория могла длиться, наверное, еще очень-очень долго, но тут на экранах пошел красочный ролик. Тихая ритмичная музыка становилась все громче.

Бархатный мужской голос рассказывал:

— Стиллы создали движение «Антипальма» для тех, кто не инициировался, но хочет участвовать в формировании будущего. Основная цель Антипальмы — помочь людям, не вошедшим в стиллы, адаптироваться к быстрым переменам в обществе и новым возможностям, появившимся благодаря стремительному технологическому развитию.

Антипальма занимается обучением, распространением идей эффективного образа жизни и новейшей этики социума среди широких масс населения. Наставники «Антипальмы» помогают осваивать новые профессии, требующиеся для сотрудничества со стиллами и их организациями.

Также Антипальма привлекает людей к участию в освоении космоса совместно со стиллами, используя их уникальные интеллектуальные способности и технологии. В движение входят как рядовые люди, так и представители новой социальной группы — глоферы, объединяющей элестов и активистов антипальмы.

Закладка:

Цель — вовлечь как можно больше людей в формирование нового технологического будущего человечества, которое стало возможным благодаря возникновению стиллов.

Будучи существами высочайшего интеллекта, стиллы выступают организаторами и вдохновителями Антипальмы, направляя её деятельность. Их позитивная роль заключается в том, чтобы открыть человечеству путь к звёздам.

На экране стилл из двадцать элестов шел к шатлу припаркованному у проходной крупного завода. Их ждала компания счастливых людей в одинаковой зеленой форме.

Камера показала, как все зашли на борт космического шатла, беззаботно, как будто погрузились в рейсовый автобус.

Шаттл взлетел, и диктор продолжил:

— Задача «Антипальмы» — подготовка человечества и каждого отдельного человека к существованию и деятельности в будущем, формируемом стиллами, Цель «Антипальмы» обучить как можно больше людей, навыкам для освоения космоса, сотрудничества со стиллами и использования их технологий. Они получили название "глоферы". Это позволит человечеству расселиться среди звёзд и обрести новый дом во Вселенной.

Шаттл пролетел серые облака насквозь и понесся к солнцу на фоне пронзительно голубого неба. В следующем кадре элесты и люди плавали в невесомости в кабине космического корабля. В иллюминаторе показался земной диск, искрящийся океанами на солнце.

— По сути «Антипальма» — глобальная система адаптации человека к быстро меняющимся вызовам цивилизации посредством наставников, которые передают навыки эффективного образа жизни и развивают необходимые для этого личностные качества подопечных.

Особенно Наташе понравился эпизод под названием «Мы открываем двери в космос», где женщина, похожая на нее, оказалась в команде космонавтов на космическом корабле, летящем к иной планете.

«Неужели и я так смогу? Через полгода полететь на Марс или даже в глубокий космос? — думала Наташа. — У кого бы спросить, нужны ли им в космосе кондитеры?»

В следующем эпизоде стилл стоял без скафандра на землеподобной планете. Над головой элестов угадывались контуры четырех лун. Стилл говорил на камеру, одновременно всеми двадцатью элементами:

— Человек или создает будущее, или он к нему не готов. Члены «Антипальмы» и другие глоферы участвуют в формировании будущего и помогают остальным подготовиться к нему. Если вы стремитесь приобщить как можно больше людей к мудрости и возможностям стиллов — присоединяйтесь к Антипальме. Пройдя обучение глоферов, вы сможете непосредственно участвовать в проектах по освоению космоса, исследованиях, различных гуманитарных миссиях на благо всего человечества. Дел у нас много!

Ролик закончился под дружные аплодисменты.

Когда все потянулись к выходу из зала, ощущение пережитого уже спало. От него остался след какого-то милого переживания, которое чаще всего бывает в детстве солнечным утром после сладкого сна, когда память не хранит суть, но ощущение. И на лицах выходящих Наташа видела отражение, подобное тому, что чувствовала сама.

Она взяла предложенный буклет «Антипальмы» и, сложив вчетверо, сунула в карман джинсов.

В дверях у Наташи взяли браслет, но оставили наушники и выдали пакет с приглашением на следующую Встречу и банковской карточкой. Человек в строгом костюме пояснил, что на карточке лежит десять тысяч премии за участие в результативной Встрече, и пожелал участия в следующей такой же. Услышав о наличии пропуска в спецзону, он с непроницаемым лицом указал в коридор и назвал номер двери.

Глава 56

28.03.2025 Москва 21–50

За неприметной на вид дверью Наташу встретил пост охраны. И, прежде чем ее пропустить, сначала просканировали ее карточку, а удостоверившись в подлинности, тщательно обыскали ее саму. Не удовлетворившись обыском, и не обращая внимания на реплики, просветили посетительницу во вращающемся стеклянном цилиндре.

Наташа уже открыла рот, чтобы попрощаться с охранниками и их издевательствами, как ее пропустили внутрь.

За постом охраны был другой мир. Не похожий ни на тот, который был в зале Встречи и возле, ни на тот, в котором до того момента она обитала.

В коридоре, залитым ярким светом, пахло свежим ремонтом. К запахам дерева и краски подмешивались аромат недавней грозы и легкая нотка пластика. Стена без единого пятнышка казалась только что покрашенной, и Наташа осторожно тронула ее. Ни на стене, ни на пальце следов не осталось.

Мимо проносились люди, выходящие из многочисленных дверей и ныряющие в них. Каждый был занят, глядя в планшеты или бумаги, нагруженный коробками с чем-то, похожим на причудливые упаковки приборов. Ни остановить, ни спросить никого из них не удалось — каждый обращал внимание на стоящую в коридоре гостью, исключительно, чтобы обогнуть ее, мимо пробегая по своим делам.

«Ой, зря я отказалась от экскурсии с Арсением! — вздохнула про себя Наташа. — Не могу сообразить куда смотреть. Куда можно заходить, куда нельзя? Буду заглядывать в каждую дверь»

Она пошла вперед, прикидывая с какой двери начать знакомство, куда заглянуть и что сказать, если спросят, что она тут делает?

Так она оказалась в небольшом безлюдном тупичке, заканчивающимся дверью с мигающей над ней надписью «не входить»

Из двери вышли две девушки. Одна из них — блондинка с раскрасневшимся лицом — попеременно приглаживала волосы, одергивала рубашку и стряхивала с юбки невидимые соринки. Сопровождающая ее шатенка была наоборот — спокойна и сосредоточена.

В нескольких шагах он двери блондинка прислонилась к стене. Виновато глядя на другую девушку, пролепетала:

— Извини. До сих пор в себя не приду. Они меня буквально с ног свалили. Еще немного и… Я бы, наверное, согласилась на все.

— Да не переживай. Некоторые люди очень нравятся стиллам. Привыкнешь. В первый раз такое часто бывает.

Она взяла блондинку за руку и они медленно двинулись по коридору дальше.

Наташа провожала их взглядом, пока они не скрылись за поворотом. В ее голове блуждали мысли: «Что ее смутило? Слухи не врут? Говорят, элесты испытывают райское наслаждение при слиянии. Значит, все-таки секс! … Групповой. Ну я так и знала! Пойду, гляну, хоть одним глазком. Будет что рассказать. Мне-то самой все эти шалости совсем не интересны»

Она старательно растянула губы в вежливой улыбке, глубоко вдохнула, как перед прыжком в воду, и вошла.

За дверью оказалась большая комната с окнами, закрытыми до пола плотными шторами, очень похожая на ту, которая была на экране в зале, только без ковра. Отсутствие такого шикарного украшения делало обстановку сухой и собранной. А возможно, это впечатление создавали люди в ней. Все без исключения одетые в синие футболки с номерами, кто сидел за мониторами, стоящими вдоль стен, очень быстро щелкая клавишами и мышками, кто с отсутствующим видом сидел на длинных диванах, выставленных в середине комнаты.

Мужчина с оранжевой цифрой четырнадцать на футболке, неподвижно сидевший, глядя в никуда, резко дернул головой и посмотрел на Наташу неотрывным, немигающим взглядом. Через мгновение на нее смотрели и все остальные.

Она чувствовала один взгляд множества разных глаз. Будто кто-то огромный, куда больше, чем все вместе взятые в этой комнате, смотрит на нее всеми своими глазами. И этот взгляд проникает вглубь нее, до самых сокровенных мыслей и желаний, и еще глубже, разглядывая то, что скрыто в глубине, прячущейся под пленкой мыслей, воспитания, привычек. Будто огромный мысленный рентген просветил ее насквозь и сразу все понял.

В комнате был только один человек — она. Прочие были только частями, собранными в это всевидящее и всепонимающее, неимоверно живое, до обморока пугающее существо.

Она почувствовала себя совершенно голой. Настолько, что обычная нагота не шла ни в какое сравнение. И от этого было невозможно ни закрыться одеждой или руками, ни куда-либо спрятаться, ни отвернуться. Ноги отказывались двигаться, будто приросшие к полу. Дыхание перехватило. Она закрылась руками, чтобы хотя бы не видеть этого лица, состоящего из множества других.

Закладка:

Сквозь красноватую темноту до Наташи донесся мягкий мужской голос:

— Наталья, дышите. Вам нужно дышать. Давайте вместе со мной. На раз, два.

Она услышала шумный глубокий вдох и последовавший за ним выдох, вдохнула сама и закашлялась, отрывая руки от лица.

Перед ней стоял тот же мужчина, испугавший ее неподвижным взглядом.

— Меням зовут стилл четырнадцатый, — сказал он. — А меня, элеста, зовут Вадим. Что же вы, дорогая Наталья, заходите, не обращая внимания на запрет? Над дверью же написано, что сюда входить нельзя.

— А я… — начала сочинять на ходу Наташа.

— Только не надо рассказывать, что вы зашли случайно. Что надписи не заметили. Эта надпись защищает не меня. Эта надпись предостерегает вас, людей, от контакта со мнойим, стиллом. Вам же стало страшно?

— Нет, — прошептала Наташа, стараясь перевести взгляд с мужчины на пол.

— Не врите себе. Тем более, мне. — посоветовал Вадим.

Наташа не знала, что ответить, ее стало потряхивать от напряжения. Сердце и в висках стучало будто внутри нее репетировал целый оркестр барабанщиков. Дыхание давалось с трудом.

Вадим взял ее за дрожащую руку и, мягко притянув к себе, обнял.

— Спокойно, — услышала она мягкий шепот. — Все хорошо. Постоим так несколько минут и вы успокоитесь. Каждый день сюда заходят желающие со мнойим познакомится. Вы, Наташа, молодец, держите себя в руках, хоть испугались не меньше остальных.

Наташа почувствовала, что плавится и течет как восковая свеча в большой теплой руке.

— А испугались, — продолжал шептать Вадим, — потому что у вас высокая чувствительность. Этот дар нужно развивать. Я помогу.

Услышав про чувствительность, она дернулась, вспоминая слухи о стиллах.

Как будто услышав ее мысли Вадим сказал:

— Секс элестов вы никогда не увидите, потому что в стилле его не бывает. Ни парного, ни группового. Совсем. Принципиально. Тем более, стилл не будет иметь сексуальных отношений с людьми. А вне стилла мы обычные люди.

Кровь прилила к лицу Наташи. Она уже не боялась. Ей стало стыдно. Когда она представила себе, что о ее фантазиях знает каждый, присутствующий в комнате, ей захотелось убежать, провалиться в подвал и умереть. Лучше прямо сейчас и все сразу.

— Извините! — Пискнула она, высвобождаясь из объятий.

— Сейчас я вас задерживать не буду. Вы заходите ко мне, как успокоитесь.

В комнату вошла черноволосая женщина, которую Наташа раньше не видела. Одетая в темный деловой костюм, на вид чуть за пятьдесят, больше всего похожая на менеджера, она оценивающе смотрела на Наташу, словно прикидывая, стоит ли с ней говорить.

— Меня зовут Велена, — наконец представилась она. — Я куратор этого стилла. Наталья, вы та чудо женщина о которой мне рассказывал Федор Николаевич?

— Не знаю, — развела руками Наташа, радуясь смене темы. — Я обычная. А что он обо мне говорил?

— Что вы очень общительная и у вас много знакомых женщин, которых вы можете привести на Встречу. Речь шла о сотнях.

— Да? А что тут чудесного?

Со всех сторон одновременно зазвучали голоса. Каждый занимался чем-то своим и при этом говорил одновременно с другими:

— Я вижу ваши мысли, мечты, страхи и надежды. Вижу, как свои. Не бойтесь меня. Но и не врите.

— Ой! Мамочки! — Взвизгнула Наташа, озираясь в поисках двери.

— Так сколько женщин вы реально можете пригласить на Встречи? — улыбаясь, спросила Велена.

— Не знаю. Десять? Возможно.

— Это хорошо. Постарайтесь соответствовать ожиданием Федора Николаевича. Я пришлю вам на почту инструкции о том, что и как рассказывать, как продвигать идею стиллобразования в массы. Я на вас не давлю? Напомню, вы сами решили нам помогать.

— Я постараюсь! — выпалила Наташа.

— Мне пора уходить, — С улыбкой сообщила Велена, — А вы тут пообщайтесь со стиллом. Вижу, вы ему приглянулись. Сейчас ведется первый набор в активисты движения Антипальма.

— Я с вами! — Наташа добежала до Велены, хватая ее за руку. — Мне тоже давно пора уходить. Меня дома ждут.

Она вспомнила Лилю. Стилл не стал пенять ей за вранье. Возможно, поверил, возможно, это была правда. Велена повела Наташу к двери. В спину им донесся голос, собравшийся из многих:

— Наташа, к молодому стиллу людям нельзя приближаться. Через три дня приходите! Тогда и познакомитесь.

Пока они шли по коридору Велена рассказывала про стиллов, их взгляд и тонкости стиллообразования и от этого рассказа Наташе становилось все спокойнее и спокойнее.

— Вы неплохо держались. Для неподготовленного визитера. Кстати, не все люди чувствительны к присутствию стилла, — она одобрительно похлопала Наташу по плечу. — К так называемому, взгляду стилла. Его боятся или обожают только особо чувствительные. Четырнадцатый и пятый хотят развивать подобную чувствительность у наставников Антипальмы. Сейчас они ищут образцы.

Велена попрощалась, скрывшись в кабинете у проходной. Наташа осталась одна в компании охранников, решивших перед тем, как выпустить ее в холл, проверять тщательнее, чем при входе. И как при входе, она уже была готова ругаться и звать на помощь, когда те, сообщив, что все в порядке, расступились и предложили следовать дальше.

Глава 57

03.07.2029 Мальдивы 19–10

Наташу из воспоминаний вырвал болтающийся слева яркий прямоугольник, летящий на фоне пышных облаков. Повернувшись, она увидела экран, пристроившийся параллельным курсом, демонстрирующий рекламу стирального порошка. Похожий на дорожный билборд, летающий рассадник рекламы имел несколько скругленные углы, а прочим ничем не отличался от стоящих на земле собратьев.

«Уже и в небе достать норовят! — мысленно возмутилась Наташа. — Что б их!»

Она с ненавистью посмотрела на воздушного приставалу. Реклама порошка тут же сменилась на рекламу аутотренинга в Москве.

«Нафига мне аутотренинг? И чего это он порошок на него поменял?»

Наташа задумалась.

«Кстати. А откуда этому кирпичу известно, что я из Москвы? Следил он за мною, что ли?»

Она представила как этот огромный прямоугольник крадется за ней, выслеживает, прячась за углами, и ей стало смешно. В этот момент курс полета изменился. Луч солнца мазнул по лицу, заставляя сильно прищуриться.

На экране, который явно не собирался отставать, появились быстро сменяющиеся иероглифы. Периодически их калейдоскоп прерывался роликами, на которых люди, судя по виду, из Юго-Восточной Азии с счастливыми лицами крепко сжимали книжки с крупной надписью на обложке «Рускай язик»

«Ну как можно предлагать учить тому, что сам не больно-то знаешь? — подумала Наташа. — Кстати… Я сощурилась и, похоже, он меня принял… ага!»

Разгадка была проще, чем казалось. Простенький искин небесного приставалы явно следил за пассажиром автолета. В том числе — выражением лица. Она как-то слышала о таком краем уха. Как там было? Летающая, персонифицированная? Наташа напрягла память. Вроде бы упоминалось, что эта штука должна показывать что-то в зависимости от любого движения брови или шевеления уголка рта. Ладно, сейчас она развлечется.

Наташа изобразила на лице то, что она называла про себя «вдохновленная сосредоточенность»

«Ваша мечта станет явью. Позвоните нам!» — предложила реклама летающего билборда, подсовывая квадратик QR.

Это было даже интересным. Вот, оказывается, с каким выражением на лице нужно быть, чтобы тебе предложили что-то привлекательное. По крайней мере, искины. И как они предлагают это сделать?

«Оператор строительных НДГ машин — мечта любой девушки! — объявила реклама. — Требуется летный доступ космонавта»

У Наташи от удивления слегка округлились глаза.

На экране появилась эмблема Антипальмы, вокруг которой на фоне звезд и галактик нарисовались буковки в мультяшном стиле, образовывая надпись: «Летный доступ космонавта. Интенсивные курсы. Только у нас вы откроете дверь в космос совершенно бесплатно!»

«Ну, да! Конечно! Разбежалась, и как кинусь на бесплатное. Щас» — проворчала Наташа в окно, корча страшную гримасу.

Закладка:

Летящий экран мигнул, превращаясь в черный прямоугольник. Секундой позже на нем отобразилась черно-белая реклама, похожая на газетную вырезку, предлагающая воспользоваться услугами психотерапевта, выезжающего к пациентам по всему миру.

Это было уже слишком. У Наташи возникло большое желание прихлопнуть экран экскаватором из недавно показанной рекламы. Стоило усилий не врезать по панели ни в чем неповинного автолета.

Она сосредоточенно устремила взгляд перед собой. Так, чтобы не видеть ни рекламы, ни ее носителя. Хотелось наказать владельца навязчивого гадика, но как? Советоваться с Васей после его выходок желания не было. В этот момент, ей казалось, он мало отличается от летящего рядом навязчивого собрата. Домино был, вроде как, ничего, но его координат у нее небыло, а наушники с прямой связью остались на острове в сумочке.

«Ладно, — подумала она. — Обойдусь. Без сумки и без подсказок Домино»

Наташа на мгновение скосила глаза вбок. Может быть, экран обнаружил, что неинтересен и уже отстал?

На глаза тут же попалась реклама розыгрыша билетов на тренинг основательницы. Женщина совершенно неопределяемого возраста держала плакат с надписью: «Есть шанс взять будущее в руки»

Мысль о том, какое у нее будущее и как она возьмет его в руки, вызвало у Наташи кислую улыбку.

В ответ на это экран нарисовал пляжный бар. Мгновение спустя рисунок ожил, а красавец, стоявший рядом со стойкой, поднял высокий стакан с контурами льва и сердца, подмигивая Наташе.

«Бар Ричард с Львиным Сердцем приглашает тебя! — побежали буквы внизу экрана. — Скидка 10 % с первого заказа каждому новому посетителю. Улыбка в подарок»

Красавец послал Наташе с экрана воздушный поцелуй.

Пожалуй, это было то, что надо. По крайней мере, если до того момента она знала только то, где быть не хочет, то теперь у нее было представление о том, где она хочет оказаться.

Автолет приняв от пассажирки новые координаты, слегка снизился, меняя курс и Наташа увидела, как рекламный экран тут же пристроился к другому двигающемся неподалеку автолету.

Впереди подернутые позолотой висели легкие облачка, похожие на взбитые сливки. Такие непохожие на облака в Москве конца марта.

Глава 58

28.03.2025 Москва 22-40

Около блока шкафчиков в котором Наташа оставила свои вещи собралась небольшая толпа из охраны и девушек администраторов. Все смотрели на пол. Было очень тихо. Наташа протиснулась к своему шкафчику и увидела кровавую лужу на полу.

«Разморозились, все таки кости. Придется, сегодня ночью варить. Опять Лилька будет ворчать, что живем, как в бане. Когда нибудь, придется скороварку электрическую покупать» И только она собралась открыть шкафчик как услышала голос сверху:

— Не двигайтесь!

Ее рука застыла в воздухе, когда Наташа медленно повернулась в сторону говорящего. На нее с подозрением взирал дядька больше похожий на самоходный шкаф, чем на охранника.

— Что у вас там? — спросил он, нависая над Наташей.

— Кости, — Пискнула она, втянув шею в плечи.

Охрана напряглась.

— Чьи? — резко спросил охранник.

— Мои.

Он заморгал:

— А точнее.

— Говяжьи.

Наташа увидела, что ее слова не дошли до охранника и пояснила:

— Мои, коровьи.

Люди в костюмах приняли расслабленный вид, но их лица оставались непроницаемы. «Шкаф», гримасничая, повторил Наташины слова в рацию. Оттуда хрюкнули что-то неразборчивое, отчего он загримасничал еще сильнее. Девушки-администраторы уже отчетливо хихикали, а из-за их спин слышался нормальный, ничем не сдерживаемый, хохот.

Человеческий круг расступился, пропуская внутрь Арсения. Посмотрев на пол, он вздохнул, обвел взглядом присутствующих и остановил его на Наташе. — Наташа, зачем, они вам? — очень мягко спросил он. — Здесь?

— Принесла с работы. Я же сюда прямо с работы заехала. Дома бульон я из них варю, а потом продаю вместе с пирожками. — развела руками Наташа.

Еще секунду назад откровенничать она не собиралась, но это вышло как-от само собой.

— Где?

— А это уже не важно! Ну что вы ко мне пристали? Разморозились кости. С них на пол и накапала лужа крови. Это потому, что тут тепло, потому что я здесь застряла на долго. Ну извините, напачкала. Могу вытереть.

— Наташа, не беспокойтесь. Мы все поняли, — сказал Арсений, махнув собравшимся.

Те, быстро потеряв интерес, отошли в сторону. Девушки зашушукались и исчезли совсем.

— Вы предприниматель?

— Да. А что? — Наташа расправила плечи и прищурилась, стараясь выглядеть повнушительнее.

— Хочу пригласить вас в нашу компанию. В прямом и переносном смысле. Вы всем понравились. И Федору, и стиллу четырнадцать, и мне.

Наташа вспомнила встречу с четырнадцатыми и, не успев подумать, ляпнула:

— Нет спасибо. У меня и без этого много дел.

— Завершайте свои дела. Приходите к нам!

Арсений заглянул Наташе в глаза. Она почувствовала тот же спокойный всепонимающий взгляд, что напугал ее в стилле. Только этот взгляд не давил, а как-бы приглашал.

— Вы кто? Элест?

Арсений снял с шеи шнурок с оранжевой карточкой и поднес ее к лицу Наташи.

— Меня зовут Арсений Градич, — он перевернул карточку и зачитал, — Стилл пять.

— Охренеть!

— А вот и нет! — засмеялся Арсений. — Наша специализация это стилолобразование, системы адаптации человека для нужд космоса, общественное движение Антипальма. Приходите к нам. Познакомлю со своим стиллом. Мы уже ждем.

— Нет. Спасибо. Хватит мне стиллов, — не задумываясь выпалила Наташа. Повисла неловкая пауза.

Пока она тянулась, Наташа успела подумать, что ответ получился какой-то грубоватый, почувствовала, что сказала что-то не совсем то, и что надо, как минимум, объясниться.

— Не обижайтесь, Арсений, — медленно проговорила она, — но вы, стиллы, какие-то страшные.

— И чем мым страшны?

— Не знаю. Мне кажется, что я как под микроскопом. Не успею подумать, а мне уже и отвечают.

— Это же здорово! И удобно для работы…

Из кармана Арсения раздался гудок. Прервав фразу, тот вытащил телефон, и, глянув на дисплей, ответил.

Пока он разговаривал, Наташа вынула пакет с костями из шкафчика и переложила его в большую непромокаемую сумку, которую на всякий случай таскала с собой. Глянув на учиненное ею безобразие, кинула на лужу ворох салфеток. Те тут же напитались, делая лужу кучей размокшей бумаги. Кровь перестала капать на пол.

Арсений все еще говорил. Наташа решив, что с нею разговор окончен и развешивать уши, не стоит, окинула взглядом результат своих усилий, и, признав его удовлетворительным, двинулась вон из раздевалки, едва не столкнувшись на выходе с другой Натальей. Той самой любительницей уточнять, кто из какого университета, одетую в безвкусную, на взгляд Наташи, фиолетовую блузку.

— Опять не получилось инициироваться, — грустно пожаловалась она. — А вы как? Переживаете?

— Я? Нет. Я на разведку пришла. Мне все понравилось. С чего расстраиваться?

— Это вы первый раз на полном энтузиазме. А я вот уже двадцать вторую Встречу провела безрезультатно.

Наташа ощутила, как в душе поднимается волна горечи. У самой подкатили слезы.

«Стукнуло же бабе стать элестом! А не выходит. С такой внешностью только в элесты подаваться. Хорошо, что мне не приспичило превратится в страхолюдного стиллла. Хотя, это наверное ужасно интересно, знать, что люди думают на самом деле»

Она задумалась, глядя на размазывающую слезы неудачницу, что бы такого ободряющего ей сказать? Когда слова уже почти нашлись, за спиной раздался голос Арсения:

— Наталья, не уходите!

Наташа обернулась. Арсений смотрел на нее, светясь широченной улыбкой.

— Я тут подумал, — сообщил он. — К чему тянуть время? Я приглашаю вас стать активистом Антипальмы под моим руководством. Приступим прямо сейчас. Соглашайтесь!

Он протянул руку. Улыбка излучала уверенность в замечательном будущем, в которое он приглашал и ее, Наташу.

Закладка:

Это было тепло, приятно, здорово и… очень неожиданно. Мысли, только что направленные на утешение несчастной, разворачивались в сторону внезапного приглашения. Арсений ей явно симпатичен, но стилл и…

Неудачница в фиолетовой блузке, рванулась, оттолкнув Наташу и через мгновение держала руку Арсения.

— Я согласна! — заявила она с видом победительницы конкурса «Кто самый везучий?».

Арсений взглянул на нее. На мгновение в его лице промелькнуло удивление, сменившееся оценкой. Он кивнул, соглашаясь с чем-то внутри себя, и, подтянув к себе, обнял.

Только что заплаканные глаза посмотрели на Наташу с превосходством высшего существа над отходами эволюции. Наташ стало не по себе. Эта женщина только что искала ее сочувствия, заставила проникнуться ее горем, еще немного и Наташа была бы готова помогать ей. Теперь, когда эта дрянь заняла ее место, сморкалась в открытую ей душу!

Арсений протянул Наташе вторую руку:

— А вы согласны?

Вся симпатия к Арсению гасла в сочетании с презрением, исходящим от обнимаемой им женщины. Наташа представила, как она будет находиться с той на соседних рабочих местах, все гадости, которая та может устроить, как будет издеваться над ней с высоты своего высшего образования и еще, и еще обходить ее на поворотах, как сделала это сейчас. Заметит ли это Арсений и сделает ли что-то? Но вот прямо сейчас он стоит с вполне довольным видом…

— Нет, — сухо ответила Наташа.

Она отвернулась и побрела к выходу. Сумка с костями внезапно потяжелела, норовя при каждом шаге бить хозяйку по ногам.

— Приходите позже! — раздался за спиной голос Арсения. — Когда с делами разберетесь!

Наташа не ответила.

За стеклянными дверями в лицо ударил холодный мокрый ветер. Он забрался Наташе под шубку, выдувая из нее запасенное тепло. Телу сделалось также зябко, как было на душе.

Глава 59

03.07.2029 Мальдивы 19–30

Бар «Ричард с львиным сердцем» стоял у самой кромки пляжа, ровно на том месте, где пляж уже должен был называться как-то по-другому, но откуда можно было отчетливо слышать плеск волн, видеть полоску прибоя и смотреть как очередной вал пены сползает к воде, чтобы та снова подхватила его и вынесла на сушу.

Песок притаскивался с ногами посетителей, приносился ветром, осыпался с еще влажных тел и просто как из неоткуда. Он покрывал пол, столики, стулья и барные табуреты, стойку возле которой эти табуреты толпились, бутылки с напитками, выставленные на полках за баром, посуду, сколько бы бармен ее не тер. Бесчисленные песчинки неизбежно оказывались в блюдах и напитках, став постоянной приправой ко всему, что подавалось и готовилось в баре Джанго, как и в других, торчащих так же на самой границе пляжа или вовсе на нем.

Бар Джанго был стар, как и сам Джанго, прибывший на остров еще в те времена, когда кассу питейного заведения наполняли исключительно яхтсмены и туристы, жаждавшие «первозданной природы», прибывавшие небольшими группками, в складчину нанявшими гидроплан. Через несколько дней первозданная природа и голый пляж становились туристам скучными, и если они привозили свою выпивку, то та удивительно быстро заканчивалась. Ближайший алкоголь был на основной части острова, до которой добраться было непросто. А Джанго был тут как тут и в черноте тропической ночи его бар призывно светил лампочками.

Да. Было время! Джанго потер лысую голову, покрытую загаром цвета старого дуба, вздохнул. Вздох был тихий и легкий, едва заметный стороннему наблюдателю, если бы таковой оказался. Но до старого тощего бармена никому не было дела. Малопонятные фанаты, заполонившие остров недавно, были сильно увлечены друг-другом и, казалось, они сами не знали, зачем зашли в бар.

Несколько посетителей сидели, уткнувшись в мониторы своих устройств и, казалось, остальной мир для них отсутствовал напрочь. Единственное, чем он их беспокоил, были песчинки, то и дело оказывающиеся на этих самых мониторах. Правда, если их это беспокоило, они еще не постигли способ борьбы с песком, ведомый Джанго.

Способов борьбы с неприятностью в виде песка было два. Первый способ подразумевал постоянное подметание пола, чистку и мойку всего, что должно было попасть в рот гостям бара. Это требовало усилий. Возможно, потребовало бы еще нанимать помощника, а то и вовсе специального робота-уборщика. Или хотя бы живую уборщицу. А значит, такой способ был еще и затратен.

Поэтому Джанго выбрал второй способ борьбы с песком. Он его просто игнорировал. Да, в мире есть песок. Джанго это знает. И ему на него плевать. Взаимно или нет, это Джанго не интересует.

Все, что сейчас интересовало Джанго — заработать как можно больше до конца сезона, пока туристы не свалили куда-то еще, чтобы оставлять свои деньги в каком-то другом баре. Посетители, занимавшие пару столиков сейчас, у него в категорию туристов не попадали. Пляж их интересовал мало. Выпивку они не заказывали. Несколько суток безвылазно торчали в баре, уткнувшись в свои мониторчики и… И все! Джанго выгнал бы их, таких посетителей, чтобы туристов не распугивали. Если бы не Герман…

Явился же этот тип из небытия на его голову! Свалился из прошлой, почти уже забытой жизни. Джанго снова тихонько вздохнул. Кто был Герман тогда? Мелочь. Шестерка. Теперь… Былая шестерка превратилась в туза. И, судя по заявкам в виде немаленького судна и целой труппы «клоунов», одни из которых торчали тут в баре, туз мог оказаться козырным.

За прошлое Герман предъявлять не стал. Явился в бар и, как много лет назад, окликнул Джанго старым, почти забытым именем. И сразу же перешел к делу. Хорошему, прибыльному. С хорошей долей Джанго…

Будто материализовавшийся из недавних воспоминаний, в дверях бара возник Герман. В легкой рубашке и светлых брюках, светлых же ботинках. Волосы аккуратно уложены, а усы щегольски подкручены вверх. Ни дать ни взять, истинный джентльмен в тропической колонии века этак девятнадцатого.

Герман махнул рукой Джанго и тут же направился к членам команды, сосредоточенно созерцавших мониторы.

— Ну? — сказал он вместо приветствия.

— Кажись, есть, — отозвался один из них.

— Конкретно?

— А конкретно, — подал голос второй, — будет тортик с вишенкой.

Он развернул монитор так, чтобы Герману было видно. Герман несколько секунд сосредоточенно смотрел на него, после чего кивнул.

— Хорошая вишенка, — одобрительно проронил он. — Жирная и сладкая.

— Похоже тот лох не соврал, — усмехнулся первый созерцатель мониторов. — Работает доступ к специальному… как он его называл…

— Заткнись, — оборвал его Герман. — Не соврал, потому что я сразу проверил. Да и не умел он врать-то. Иначе бы так не продулся. Меня другое тогда смутило…

— Чего?

— Почему он так плохо играет, если такой умный? Видать, действительно, лох, это судьба…

— Точно, — осклабился второй оператор.

— А времени у нас… — Герман заглянул в его монитор. — Полчаса. И знаете, что мне не понятно?

— Чего?

— Чего вы расселись? Жопы подняли и работать! Песок подмести, столы протереть. Массовку создать, места занять. Если кто лажанет, то прокол своими потрохами оплатит. Ясно?

— Ну да…

Двое поднялись, сворачивая и зачехляя оборудование.

Герман подошел к Джанго.

— Жека, — Джанго вздрогнул. — Жека, соберись. Если все пройдет как надо, то ты сможешь свинтить из этой дыры…

— А может мне тут нравится? — усмехнулся Джанго.

— Может. Но с баблом тут сейчас у всех напряг. И будет еще больший.

— Откуда знаешь?

— Ты про русалочий хвост слышал? Целый архипелаг у тебя под носом. Каждый остров наворочен так, что ни один местный отель близко не подберется. Никакие льготные кредиты не помогут. Как думаешь, где все бабло теперь оседать будет? А тут будут зависать только старые хиппи и прочая голытьба…

— А еще яхтсмены и любители натуры. Так что не надо заправлять…

Герман примирительно поднял руки.

— Но ты прав, — неожиданно продолжил Джанго. — От бабок я не отказываюсь. А уж буду я сваливать или что еще… Это мое дело. Или ты решил, что я прямо сейчас заднего дам?

Закладка:

— Нет, конечно. Просто нужно, чтобы все красиво было.

— За красиво все будет правильно.

Джанго не глядя взял из-за спины бутылку и ловко перекинул ее, ловя за горлышко, направляя его в шейкер. Отставив эту бутылку, он таким же манером добавил туда содержимое еще двух, всыпал лед и энергично потряс. Едва пенящаяся смесь наполнила бокал, оказавшийся перед Германом.

— За счет заведения, — оскалился Джанго.

Герман с видом знатока посмотрел бокал на просвет, после чего пригубил.

— Ниче так, — оценил он.

— Это лучший Манхеттен на этом берегу. Точно говорю. У соседей его готовить вообще не умеют. Да они Махито из готовой газировки с ментолом мешают и пытаются всех убедить, что так и надо. А Блейзер они вообще только в кино видели.

— Голубой Блейзер? — оживился Герман. — Ты умеешь?

— А то! — подбоченился Джанго. — Только это вечерний напиток. При свете не то. Нет нужного эффекта.

— Вечер уже скоро… — заметил Герман, глядя на клонящееся к горизонту солнце.

Глава 60

31.03.2025 Москва 15–00

Этот день Наташа помнила хорошо. Она часто его вспоминала. Особенно когда испытывала приступы зависти. И хотя что-то внутри нее говорило, что случилось то, что случилось и так, как оно случилось, а иначе не только Лиля бы все еще работала нянечкой, но и сама Наташа по-прежнему трудилась бы в кондитерском цеху, приступы случались и воспоминание приобретало привкус обмана.

В тот день Лиля забежала к ней на работу и дожидалась подругу в подсобке.

Основную часть крошечного помещения занимали ведра и прочие хозяйственные предметы, так, что места едва-едва хватало на вешалку и пару метров для переодевания. В воздухе пахло совсем не теми запахами, которые случайный посетитель может ожидать от ресторанной кухни, куда больше напоминая ароматы, присущие студенческой столовой — кислыми и подгорелыми овощами, мокрыми тряпками и какой-то неведомой дрянью.

Лиля изо всех сил старалась никому не мешать и, рассчитывая на недолгое ожидание, даже не рискнула повесить одежду. Оставшись в простенькой серой курточке, покрытой темными блестящими росчерками тающего снега и розовой вязаной шапочке, с маленьким мокрым сугробиком на макушке, она только расстегнула молнии, надеясь не успеть вспотеть, чтобы потом, выйдя на улицу, не простудиться. Простуженная няня легко лишается работы.

Наташа ворвалась, на ходу отругиваясь и отсмеиваясь от кого-то, оставшегося за дверью, поприветствовала Лилю и без остановки потянулась к вешалке. Одним движением сняла шубку, накинула и, не застегивая, принялась одной рукой наматывать на шеюдлиннющий шарф, а другой проверять содержимое сумочки.

— Сегодня мы сэкономим на ужине! — объявила она, выуживая телефон из кармашка и с вздохом облегчения возвращая его на место. — Пошли!

Они вышли из подсобки, и Наташа остановилась в коридоре, недалеко от выхода на улицу, что-то нашаривая в карманах.

— Опять пойдем в супермаркет? Пробовать сосиски и пельмени по акции? — с тоской в голосе спросила Лиля.

— Нет! У меня есть два приглашения на Встречу. Помнишь, я тебе пару дне назад рассказывала? Мне их дали после первой Встречи. Я нас тогда же на сегодня и записала. Утром пришло подтверждение. Никаких сосисок на сегодня! Еда первого класса. Натуральная, домашняя. Кормят до начала мероприятия, витамины всякие полезные для здоровья дают. И прикинь, после Встречи тоже предлагают поесть. Я прошлый раз так наелась, что утром даже не завтракала. Помнишь, ты еще удивлялась и все боялась, что я заболела. В тот день я утром только чаю на работе попила.

— Я, наверное, не пойду. У меня голова чугунная, не то, чтобы болит. Не варит. Сегодня Алешка особо буйный был. Пацаненок с новым паровозиком играл. Я за ним забегалась, не на минуту не присела. Увезла это золотко в изостудию, его потом мать заберет. Сегодня же суббота. Еду сюда, сижу в метро и чувствую, сейчас засну и проеду свою остановку. Еле, еле жопу оторвала.

— Нет, дорогая, ты пойдешь! Там мужчины, первого сорта! Высшего! С высшим образованием, обходительные, воспитанные. Смотришь на такого и понимаешь, что с таким примерным поведением, как у него, секса он не видел уже не меньше года. Перспективные мужики короче. Решено, идем!

— Нет. У меня ноги уже не ходят.

— Если ноги твои не ходят, я тебя туда волоком дотащу, — сказала Наташа и подойдя поближе стала щекотать Лилю через куртку.

Лиля взвизгнула, засмеялась, вяло отмахиваясь. Наташа не отставала. Сменив тактику, продолжила щекотать подружку, забираясь под куртку через воротник. Лиля запрыгала и, спасаясь, со смехом выбежала на улицу. Она так разогналась, что Наташа догнала подругу только у ворот парка.

— Неплохо ты бегаешь, для того, кто ног не таскает! Не капризничай, бери меня под руку и пошли. Может тебя там ждет… тот самый? Проворонить хочешь? Ныть потом будешь «Почему я такая из себя супербаба, и без мужика?»

Лиля наморщила лоб, вздохнула.

— Э-э… — начала она.

— Ты всю жизнь хочешь прожить незамужней нянькой в дядиной квартире? — поинтересовалась Наташа.

Лиля замотала головой.

— Не, не хочу. Веди.

Глава 61

03.07.2029 Мальдивы 19–30

От воспоминаний оторвало пение райской птицы. Наташа несколько мгновений пыталась разглядеть ее сквозь колпак автолета, и только после этого перевела взгляд на коммуникатор.

На дисплейчике красовалась веселая розовая хрюшка и надпись «Дашка». Это была приятельница из Лещанска. Наташа общалась с ней, когда Лили небыло рядом. Конечно, до Лили ей было далеко, и характером и отношением к Наташе.

Наташа слегка поморщилась, но, поколебавшись нажала на ответ.

— Наташа, привет! — тут же защебетало из коммуникатора. — Знаю, что ты на отдыхе и не хочу тебя отвлекать… На долго. У тебя билетика на тренинг основательницы не найдется? Я хочу попасть. Внезапно захотелось, почему-то.

— Нет. Я такими вещами не интересуюсь.

— А зря! Знаешь сколько сейчас на черном рынке стоит билет? На такие деньги можно в Лещанске целую улицу скупить. Попроси Лилю. И быстрее. Скоро все закончится.

— Не-е-е, Дашка. Проехали.

— Да ладно, не жмись! Не все только вам с Лилькой по-легкому денег рубить. Другие тоже хотят сделать бизнес.

— Лиля улетела куда-то. Билетов не будет. Накрылся твой бизнес, — злорадно сообщила Наташа, нажимая на отбой.

«Меркантильные у меня приятельницы. Звонят, только, чтобы выпросить что-нибудь. Куда мир катится?» — подумала Наташа, снова погружаясь в воспоминания.

Глава 62

31.03.2025 Москва 23–40

Наташе было плохо. Весь мир воспринимался через дурноту и болезненную дрему, голова отказывалась думать, а язык не ворочался. Где-то на краю сознания шевелилось понимание того, что уже поздно и Лиле пора быть дома, но беспокойство по этому поводу было вялым, почти никаким. Может быть, на него просто не было сил. А может быть, дело было в уколе, сделанным солидным дядькой и оставшимся ждать Лилю возле Наташиной постели.

Когда хлопнула дверь и на пороге показалась Лиля, Наташа хотела было рассказать подруге что случилось и что тут делает этот мужик в костюме с галстуком. Но пока она открывала рот и подбирала слова, визитер Но дядькасам все объяснил. Что-что, а объяснять он умел.

— Лиля, а мы вас заждались. Наташа грипп подхватила и меня Служба попросила ей помочь. А она у тебя капризной оказалась! Полчаса уговаривал, укольчик сделать. Еле уговорил.

Лиля улыбнувшись, ответила:

— Это вам, дорогой, повезло, что уговорили. Она, наверное сильно заболела, если не удрала при виде иголки и шприца.

Они посмеялись и он попрощавшись ушел.

Лиля присела на кровать и сказала, гладя Наташу по горячему лбу:

— Не бойся, все уже хорошо, наша медицина на голову мощнее стандартной. Через пять дней будешь здоровее, чем была до болезни.

Закладка:

Сквозь дрему, после уколов, Наташу колыхнуло это «Наша медицина»

— Ты испугалась, там, на Встрече? — с тревогой спросила Лиля.

— Да. Немножко.

Да, она испугалась за подругу, там на Встрече!

Когда увидела ее, выходящую в сияющую дверь, вместе с двумя другими счастливчиками и пожилой дамой — куратором.

Да!

Тогда она понервничала! Ее почти полчаса, то подбрасывала до небес радость за Лилю, по грубо кидало в омут зависти, то пронзал испуг за ее жизнь, изменившуюся навсегда. Наташа дергалась, с трудом включаясь во всеобщее ликование, до тех пор, пока участники Встречи не успокоились. Они затихли, с радости наоравшись и наобнимавшись, когда диктор покашлял в микрофон, привлекая к себе внимание:

— Куратор Вера Владимировна Черемуха, сообщает, что трое прошедших инициацию не создали стилл. Встреча признана нерезультативной. Нами получено новое образование, давно предсказанное в теории. Недостилл!

Голос ведущего прозвучал, на удивление, жалобно.

Раздались редкие аплодисменты.

— Организаторы Встреч вынесли решение о поощерении участников, так же и в том же объеме, как и за результативную Встречу.

Эта новость вызвала радостное оживление по краям зала. В середине, где стояла Наташа, толпились опытные участники из числа сотрудников стиллов и их лабораторий. Там новость об поощрении встретили прохладно — специалисты обсуждали случившееся:

— Жаль! А так похоже было на образование микро стилла. Стилл из троих, как Первые предсказывали.

— Появление недостилла подтверждает выводы Алюмова. Это же великолепно!

— Недостиллов нам еще не хватало!

— Не ворчите, Григорий Сергеевич. Все новые образования дают материал для исследований. Это удача, заполучить в руки новенькое.

Наташа не сдержавшись, пролезла в гущу разговаривающих и спросила:

— Я, что-то не поняла. Недостилл, это что такое?

Сутулый мужик при галстуке, с закатанными по локоть рукавами рубашки, поднял глаза на Наташу и ответил:

— Милочка, никто на свете еще не понял. Одно дело теория, другое практика. Это впервые случилось.

Его перебил молодой парень с дредами:

— Недостилл, это как стилл, только без свойств стилла или с минимальными отличительными свойствами. Но не коллектив уже.

Наташа непонимающе поморгала и оглядела лица ученых, с энтузиазмом предвкушавших изучение нового явления.

— Там моя подруга. Лиля, — жалобно выговорила Наташа, — Что с ней будет?

Мужик при галстуке похлопал Наташу по плечу и ответил:

— Поизучают ее с товарищами и отпустят по домам.

Парень с дредами добавил:

— Это сейчас. А в ближайшем будущем мы ожидаем от недостилла перестилливания. Алюмов предсказывает большую потенцию к слиянию у этого типа образования.

— Глупости! Алюмову существование недостилла еще доказать надо. Этот прецедент еще не изучен. Может это флуктуация «ПР»? И возможность перестилливания микро стиллов под вопросом. Мы точно знаем, что мегастиллы делятся. Это доказано и теорией и практикой, но что касается микро…

Наташа хотела спросить долго ли будут изучать Лилю, но мужчины сцепились в споре, выясняя, прав Алюмов или Первые.

Наташа махнула на споривших рукой и с тоской посмотрела на закрытую дверь, куда увели Лилю.

«Как ты там без меня, подруга?» с тревогой подумала она. Наташе захотелось оказаться вместе с Лилей, испытать неведомые чувства, судя по лицам инициировавшихся элестов, очень приятные. Хотелось поддержать подругу, как всегда в трудную минуту, но в этот раз она была по эту сторону двери, а Лиля по ту.

На экранах пошел рекламный ролик. Решив не смотреть про Антипальму по второму разу, Наташа пошла к выходу.

Ее настроение заметно улучшилось, когда у нее в руках появился пакет с поощрением и приглашением на следующие Встречи.

«За три дня я двадцать тысяч получила. Так можно и не работать! Завтра же пойду с Лилькой на следующую Встречу» подумала Наташа.

Потом она вспомнила, что Лилю «изучают» и непонятно сколько это займет времени.

Наташа набрала сообщение в мессенжере — «Как ты? Все в порядке? Ты когда освободишься?» А потом решив добавить что-нибудь хорошее, написала — «Мне тут, за твою инициацию десятку дали! И тебе точно, дадут. Держись. Я тут у знающих людей узнала, это недолго»

Проходя через ближайший пункт контроля, Наташу задержали.

— Наталья Рогожина? — спросил равнодушный охранник.

— Да, — обеспокоилась она.

— Подождите здесь. Вас сейчас встретит наш сотрудник и отведет в спецзону.

У Наташи подкосились ноги и выступил пот на лбу, хотя в коридоре было прохладно — «Неужели с Лилей, что-то случилось? А говорили отпустят!»

Она вертела головой, пытаясь высмотреть сотрудника с синей карточкой на груди. К проходной плотным потоком шли участники встреч. Как и в первый раз, Наташа поразилась разнообразию эмоций на их лицах. Многие улыбались и лица их были мечтательными, кто-то недоверчиво поглядывал на них, кто-то плакал, стесняясь, уткнувшись в шарф или платок, а были и столь расстроенные участники, которым не пришло в голову скрывать свои слезы.

Наташа ободряюще улыбнулась проходившей мимо зареванной девчонке, та всхлипнула в ответ и неловко улыбнулась.

Наташа почувствовала, как ее тянут за локоть.

Обернулась.

Перед ней стояла знакомая, та самая тезка, оттеснившая ее от Арсения. Выглядела она моложе, чем помнила Наташа, цвет лица уже не казался землистым. Ей шел темно синий костюм, а вместо безвкусной фиолетовой блузки на ней была ослепительно белая рубашка.

— Что тебе надо? — грубо спросила Наташа, пытаясь освободить руку от захвата.

— Добрый день. — ответила она, цепляясь еще крепче. — Меня прислал Арсений. За вами.

Тут только Наташа заметила на груди тезки синюю карточку сотрудника.

— А ему, что от меня надо?

— Я не знаю. Он вам сам все расскажет.

Наташе, захотелось избавится от нее любой ценой и она подмигивая тезке ехидно спросила, будто намекая на непристойность:

— Как тебе с ним? С Арсением? Нравится?

Та удивительно быстро изменилась, как книга в которой перелистнули страницу. Мгновенье и только что перед Наташей стояла чопорная, надменная сотрудница и тут же она преобразилась в школьницу, первый раз поцелованную одноклассником. Ее щеки покраснели, ресницы затрепетали, губы растянулись в неудержимую улыбку. Она тряхнула головой, пучок волос на затылке разлетелся. Заново закалывая волосы она отпустила руку Наташи. Та подумала — «Так-так! Хорошо ей, видно. с Арсением! Вот и пусть без меня обойдутся»

— Пойдемте. Пора. — сказала тезка, приняв серьезный вид.

Поправив прическу, она схватила Наташу за руку и потащила по коридору.

— Не пойду! У меня дела. Так ему и передайте!

Наташа резко выдернула руку из захвата тезки и кинулась к проходной. Ей почти удалось перебежать на другую сторону, но шустрый охранник, до этого сонно наблюдавший за ситуацией, поймал Наташу, скрутив ей руки за спиной.

— Отстань, урод! — закричала она.

Охранник крепко держал, не обращая внимание на Наташины выкрики. Народ сбавляя шаг, с интересом поглядывал на потасовку. Тезка подошла поближе к Наташе и ехидно прошептала на ухо:

— Даже не думай брыкаться! Делай, что приказано.

Наташе кровь ударила в голову, в ушах зашумело. Она извиваясь в руках охранника, пыталась достать тезку, не руками, так ногами.

— В жопу пошла! Потаскуха!

За спиной Наташи произошло какое-то движение и ее отпустили. Она дернула плечами, сжала ладошки в кулаки и обернулась. Рядом стоял Арсений и улыбался своей открытой белозубой улыбкой, как ни в чем не бывало. Он спросил тезку:

— Ната, что тут происходит?

Его Наташа смутилась, опустила глаза и пролепетала:

— Наталья не хотела идти со мной. Пыталась сбежать, вот охрана ее и остановила.

— Это все? — спросил Арсений, приподняв ее голову и пристально посмотрел в глаза.

— Ну…я еще от себя добавила несколько слов.

Закладка:

— Дословно повтори с интонациями. — приказал Арсений тоном, от которого у Наташи мурашки побежали по спине.

Она не ожидала, что ее тезка выполнит приказ и повторит, все сказанное, с тем же выражением слово в слово.

— Даже не думай брыкаться! Делай, что приказано.

Вид у нее стал растерянно виноватым, как у подростка, которого застали с бутылкой портвейна в подъезде.

Лицо у Арсения помрачнело. Он велел Нате:

— Тебе пора на занятие по этике. Через три минуты начнется, в двадцать седьмом. Иди.

Ната кивнула и быстро затерялась в толпе с любопытством наблюдавшей за действиями Арсения. Он проводил Нату взглядом и подойдя к Наташе вплотную притянул к себе. — Наташенька, — мягко начал он. — Наша Ната только начала работать над своими реакциями. И ты видишь, пока у нее не получается, просто, по-доброму относится к окружающим. Дай ей время и она справится. Мы ей поможем. Вы еще станете лучшими подругами.

От этих слов Наташа дернулась, пытаясь высвободится, повернув голову, глянула на Арсения, как ей думалось, сверкая глазами от негодавания.

— У меня одна лучшая подруга. Лиля. Другой мне не надо! Забирайте вашу Наташу и отстаньте от меня.

Он, казалось не напрягаясь, продолжал крепко держать Наташу, обнимая со спины. Ровным приятным голосом говорил почти у ухо:

— Мы сейчас пройдем в мой кабинет, выпьем чаю, поговорим о делах, спокойно, без свидетелей, с глазу на глаз. Вы мне расскажите все, что тут произошло, сейчас и позавчера.

Наташа хотела возразить, но придумать ответ ей было сложно. Она только пыхтела и елозила в руках Арсения.

«Какого черта происходит?»— думала она.

Все казалось нереальным. Голова шла кругом, начиная от Лилиной инициации, Наты и ее реакции на Арсения, кончая манерами Арсения, хватать всех женщин и тискать при всех.

— Не имеете права, вы меня задерживать! — крикнула Наташа, обращаясь к толпе любопытных.

— Имеем. Вы, Наташа подписали контракт, обязывающий оказывать посильную помощь в организации Встреч по первому нашему требованию. Этим мы и займемся. За чаем.

— Терпеть не могу чай! — возразила она.

— Я вам кофе приготовлю. В турке, на песке.

Арсений отпустил Наташу и та принялась поправлять волосы, озираться в поисках способа улизнуть и рассматривая реакцию улыбающийся толпы.

Арений, как будто вспомнив сказал:

— А еще Федор Николаевич вас ждет. Он расстроится если с вами не поговорит. Вы хотите его обидеть?

«Пока Наташки нет, нажалуюсь на нее Арсению, да и кофе хочется»— подумала Наташа и перевела дух, увидев, как Арсений мило улыбнулся.

— Ну ладно, пойдемте. — согласилась она.

Пока они шли по коридору Наташа держась от Арсения, как можно дальше. Перед спецзоной он взял ее за руку и провел через турникет без досмотра, буркнув, что-то про его ответственность. Наташа проходя мимо охраны заметила их удивленные взгляды.

— Только недолго. Меня Лиля дома ждет. — спохватилась Наташа, входя в незнакомый коридор с одинокой дверью в торце.

— Твоя подруга Лиля Ивановская? Она здесь еще несколько часов проведет. Я вас вместе с ней отвезу домой, когда она освободится. Можно не торопится. — сказал он открывая перед Наташей дверь в кабинет.

Глава 63

03.07.2029 Мальдивы 19–40

Наташа, щурясь от яркого солнечного света, опять заморгала. Закатное солнце било прямо в глаза.

В кабине автолета зазвучал шлягер, бывший старым еще в те времена, о которых вспоминала Наташа. После очередного упоминания певцом некоего Васи, она, не глядя на имя звонящего, ткнула в прием. Этот, если ему что-то надо, не отвяжется.

— Наташа, — как всегда без предисловий начал Вася, — я переслал тебе на экран автолета интервью с блогером Двигуном. Пожалуйста, просмотри и сообщи мне, что нужно убрать, на твой взгляд. Если все в порядке, нажми кнопку один на своем коммуникаторе. Так я буду знать, что тебе понравилось отредактированное мною интервью. Я его сейчас же опубликую. Если что-то не понравилось перезвони мне по этому номеру и расскажи что хочешь изменить. Договорились?

— Я посмотрю.

— Сообщишь мне, что нужно исправить?

— Сообщу.

— Перезвонишь, если тебе что-то не понравится?

— Да, перезвоню! Да, нажму! Да, посмотрю! Отстань от меня, зануда!

Наташа оборвала звонок и надулась. Экран перед ее носом стал показывать заставку канала Двигуна. Наташа скрежетнула зубами, борясь с желанием врезать по экрану. Но заставка кончилась, а на смену ей появилась мордашка самой Наташи.

То есть, на экране красовалась очень симпатичная, веселая и милая она. Ну или изображение ее. А вот Двигун выглядел недотепистым, над которым она же постоянно подтрунивала. Выглядело все куда лучше, чем это помнила Наташа. Но суть происходящего на экране она все еще помнила и воспоминание это имело хинно-горький привкус.

Ну да, она видит, что Вася сделал так, что она в кадре выглядит шикарно. На то он и нужен. А ей на это все смотреть нет ни желания, ни необходимости. Она свое дело сделала, день был и так слишком тяжелый, чтобы смотреть его еще раз.

Наташа нажала на кнопку один и снова отвернулась к окну.

Ей стало удивительно спокойно, наконец-то обязательная программа дня была завершена и она сможет отдохнуть в полную силу.

Глава 64

03.07.2029 19–50 Мальдивы окрестности Туккая

На горизонте, показался конус вулкана остова Туккая. Все чаще стали попадаться автолеты, летящие параллельным курсом. Сначала они были похожи на цветные бусинки, рассыпанные в воздухе. Через несколько минут их стало так много, что отдельные бусинки автолеты собрались в целые бусы, тянущиеся к одной точке возле острова.

Такие потоки автолетов Наташа видела только в Москве.

— Что за хрень? — удивилась она вслух.

Приняв вопрос на свой счет, бортовой компьютер сообщил:

— Сегодня с трех дня по местному времени здесь проходит тренинг основательницы.

— А мне пофигу! — буркнула себе под нос Наташа.

— Одновременно участвуют десять тысяч приглашенных из разных уголков Земли. Тренинг проходит в три потока. Частные полеты над зоной размещения стадиона запрещены, — продолжал информировать компьютер.

— Не очень-то и хотелось.

— Для пролета в зону размещения стадиона требуется приглашение или билет. Наталья, у вас есть приглашение или билет на тренинг основательницы?

— Конечно. Нет.

На это ответа не последовало.

Автолет заложил вираж, облетая висящую в воздухе махину.

Даже на расстоянии это выглядело грандиозно, напоминая то ли порт, то ли вокзал. Рядом на антигравах висели пассажирские ракетопланы, а непосредственно к причалам одновременно подтягивалось два судна с туристами. Еще несколько таких же в отдалении ждали своей очереди. Масса автолетов висела гроздьями, а группа энтузиастов составила из своих машин объемную надпись «Земля приветствует Ольгу Шматову».

— В программе тренинга… — начал сообщать внезапно проснувшийся компьютер.

«Ну зачем мне программа тренинга, куда я не собираюсь? — фыркнула Наташа, перестав обращать внимание на механический голос.

Автолет прошел над бухтой, заполненной белыми лепестками яхт, описал дугу, снижаясь над пляжем, едва не касаясь макушек пальм, выруливая на обзорный туристический маршрут.

Наташа прильнула к окну, рассматривая небольшие домики, похожие на кое-как слепленные скворечники. Те торчали на сваях, соединяясь с сушей длинными мостками, похожих на пирсы. Возле них и на пляжах множество людей валялось в шезлонгах с коктейлями, прогуливались и просто глядели на закат. Зонтики, похожие на спички, украшенные яркими фантиками, хаотично торчали из угольного цвета пляжей, и она подумала, что это похоже на игрушки, забытые в песочнице. Черные вулканические пески сменялись зеленой пеной растительности, из которой то и дело попадались султаны пальм, соломенные крыши, горы широченных изумрудных листьев, почти полностью покрывающие кряжистые причудливо изогнутые стволы огромных деревьев. Между ними тоже прогуливались люди, собираясь компаниями, большими и не очень.

Закладка:

Глядя на множество людей, Наташа почувствовала, как же сильно она соскучилась по гулу человеческих голосов, шуму и случайно долетающим обрывкам разговоров.

«У приватного эксклюзивного отдыха есть свои минусы. Хорошо, конечно, что никто не мешает, но и познакомится, перекинутся парой слов не с кем» — подумала она, вспоминая давний отдых в Турции, на пляже, набитом до отказа русскими туристами, воюющих за зонтики и лежаки.

Под автолетом проплывали парк аттракционов и прилепившиеся к нему отели, банановая плантация, сверкающая алыми искрами речка. Дальше виднелось вулканическое озерцо, одна из кромок которого обрывалась водопадом, и еще дальше, к горизонту, начинали зажигаться огни большого города.

Внизу показался и вырос заросший мыс со старой разрушающейся дорогой, облюбованной экстремалами. Группка таких озадаченно стояла у красного вездехода, уткнувшегося в сползшую со склона кучу булыжников. Заметив автолет, они замахали Наташе, а той осталось только пожалеть, что в автолете нет открывающихся окошек, чтобы сделать тоже самое в ответ.

У подножья мыса лежала маленькая часть острова, соединяющаяся с остальной сушей только остатками насыпной дороги, которые пытались преодолеть на вездеходе. Те же, кто хотел добраться до нее менее экстремальным образом, делали это по воздуху или по старинке — на яхтах и других судах. И это привлекало туристов больше, чем ко всему Тукайя. «Остров на острове» оброс рекордным количеством морин и пирсов, площадок для игр, барами и другими увеселениями туристов.

Через окно внизу виднелись пришвартованные и стоящие на якорях яхты от совсем маленьких до огромных, от которых в сторону берега отплывали катера. Нависая над дорожкой, тянулась вдоль берега цепочка фонарей, поставленных на витые ножки. Дальше, перед тем как автопилот развернулся на посадку, Наташа успела разглядеть большую открытую сцену.

Автолет снизился, выходя на финальную часть маршрута, и Наташе стало видно только разноцветные зажигающиеся фонарики, развешенные вдоль длинной полоски пляжа.

Глава 65

31.03.2025 Москва 19–10

Кабинет Арсения походил на большую квартиру студию в скандинавском стиле. Огромный стол у окна, закрытого серыми шторами, был завален мелкой оргтехникой и книгами, не влезшими на висящие рядом полки. Кухонная зона пряталась за парой бежевых кресел, между которыми стоял журнальный столик с видавшей виды плиткой для кофе «по-турецки». Два дивана посередине, повернутые друг к другу, напомнили Наташе обиталище четырнадцатого стилла.

— Садитесь в кресло, — предложил хозяин кабинета, — а я займусь кофе. Это не быстро. Зато вкусно.

Наташа села и провалилась в мягкое, почти обнимающее кресельное нутро. От ванночки с песком мягко веяло теплом, а рядом с ней Арсений, выставил пару маленьких чашечек с блюдцами. С ловкостью профессионального фокусника он всыпал кофе и доливал воду в джезвы тонкой струйкой, постоянно помешивая получающуюся суспензию. После одним движением воткнул их в песок и, подвигав из стороны в сторону, погрузил почти до крошечных носиков.

Покончив с приготовлениями, он сел в соседнее кресло, склонился к гостье и накрыл ее ладони своими. Руки Арсения оказались сухими и теплыми.

Наташе было приятно, уютно и… неловко. Она смотрела как светлая тонкая пенка постепенно образуется на темной поверхности, стараясь сосредоточиться на будущем кофе, запах которого постепенно заполнял кабинет.

— Вы кофе с сахаром пьете?

От неожиданности Наташа вздрогнула.

— С коньяком, — ответила она не задумываясь.

— А вот этого, Наташенька, я у себя не держу… — взгляд Арсения стал отсутствующим, лицо побледнело, поза неуловимо изменилась. — Расслабиться можно и без алкоголя, — закончил он глубоким бархатным басом.

У Наташи зашумело в ушах. Она встретилась с ним взглядом и чуть не задохнулась.

Пронизывающий, будто просвечивающий насквозь, взгляд принадлежал не Арсению. Это был стилл.

— Ой! — вскрикнула она, отдергивая руки, — Стилл! Зачем?

— Успокойтесь. Это случайно. Мым мимо проходили. Через пару минут вы получите Арсения в свое распоряжение.

— Блин! Арсений. То есть пятый. Я, пожалуй, пойду.

Она попыталась встать. Быстро вскочить не получилось, вместо этого вышло неуклюжее барахтанье.

Пока она выбиралась из мягких глубин, Арсений поймал ее руку. Это был жест кого-то огромного, властного. Только этот кто-то не пытался ее напугать. В этом было что-то из детских воспоминаний о том, как отец нес ее на руках. Тогда было одновременно страшно, интересно и надежно. Ужасное позади, а впереди только радость и свет.

Она опустилась обратно в кресло.

— Наше с вами страшное, это всего лишь удобно страшное общение, — засмеялся пятый. — Теперь вам не нужно ничего рассказывать Арсению, я все про Нату знаю. Ям согласен. Поступила она не этично. Больше такого она не сделает. Завтра будет первая прошивка и ее жизненные приоритеты станут другими.

Наташа напряглась.

— Это из-за меня? Ей будет плохо?

— Это из-за нее самой. Нет, ей будет хорошо. И в процессе прошивки и после.

— Прошивка, это что? — спросила она шепотом.

— Прошивка, это внедрение или трансформация рефлексов и психических установок. Это серьезное вмешательство в психику, которое мы проводим только при согласии подопечного, полном его понимании процесса и результата.

— И кто-то соглашается? Мозги промывать?

— Не только соглашаются, просят, уговаривают нас сделать это быстрее. Ната сама попросила. Она хочет изменить свои реакции и отношение к людям. Это ее решение. Мым мозги не промываем, а помогаем в кратчайшие сроки получить нужный для подопечного результат. Всему можно научится, но бывает, это занимает на столько много времени, что усилия не стоят результата. Например, вы хотите уметь засыпать по желанию за несколько минут. Этому можно научится при помощи упражнений аутотренинга. В зависимости от личных особенностей, обучение занимает от месяца до двух лет. Мым стиллы, ставим такой навык на уровне рефлекса за несколько минут.

— Ну я бы хотела научится засыпать, когда захочу. А то ворочаешься пол ночи, а потом весь день голова не варит. Не знала, что это можно сделать за месяц, но предупреждаю, прошивки не про меня. Лучше так учится.

— Наташенька, за месяц получается у считанных единиц, у особо талантливых в этом, с врожденными предрасположенностями. В среднем, на приобретение навыка уходит около года. Ям вам сейчас прислал на почту методичку с упражнениями. Пробуйте.

— Я попробую. — неуверенно согласилась Наташа и спросила, то что ей было непонятно. — А почему ты вы странно говорите? Мым?

— Эти новые местоимения? Пришлось создать их для насм стиллов. Иначе сложно отделять я от ям. Добавляя «м» в конце местоимения получаем его значение для стилла. «Ям» говорю от лица стилл, а «я» говорю от лица Арсения. Понятно?

— По-оня-ятно-о… — протянула Наташа, вытирая со лба пот.

Арсений молниеносно перетек из спокойной позы, в напряженную и нащупал пульс на ее руке.

— Наташа, — лицо у него стало озабоченным, — ям не хочу вас огорчать, но вы заболеваете гриппом. Если вы сейчас получите лекарство, скорее всего не заболеете. Одного укола будет достаточно.

Арсений собрался встать, но Наташа округлив глаза выкрикнула:

— Не нужно мне. Я чувствую, что со мной все будет в порядке.

— Как пожелаете, но шанс заболеть высокий. Пора прощаться. Намам приятно было познакомится с вами, Наталья.

Арсений вздрогнул всем телом и откинулся на спинку кресла. Глаза его были закрыты, он глубоко и ровно дышал. Наташа заподозрила, что ее собеседник глубоко и бессовестно спит. И почему так внезапно? Она услышала шелест идущий от плитки.

Кофейная пена поднялась высокой шапкой.

Наташа протянула руку к торчащей вверх черной ручке. В этот момент у нее перед глазами мелькнуло размытое пятно. Следующее мгновение Арсений уже разливал кофе по чашечкам.

Закладка:

— Извините. — сказал он. Ям не подумав застиллился. Вернее, случайно. Другие элесты не знали, что я не один, а с новичком. Пока мы говорили, стилл создал протокол для элестов, по которому все элементы будут теперь сообщать перед слиянием о своей готовности. Вы нас подтолкнули к решению этой проблемы. Спасибо.

Арсений быстро поцеловал Наташу в щеку, перехватывая у нее готовую опрокинуться кофейную чашечку.

— Не надо, так больше, — шепнула она и стала смахивать с юбки несуществующие крошки.

— Так, больше не буду, — с улыбкой пообещал он.

Она, делая вид, что рассматривает книжные полки, краем глаза следила как Арсений насыпает и бесшумно размешивает сахар.

— Ваш кофе. С сахаром. Как вы любите, с одной ложечкой.

Наташа неуверенно приняла чашечку. Отпила. Кивнула, и в правду, вкусно.

«Уже знает, какой кофе я люблю. А что еще?» — напряглась Наташа. В голове зашевелись мысли о том, что стоит знать Арсению, а что нет.

— Да я знаю, что и как вы любите, даже то, о чем вы и не догадываетесь. Поверьте мне, вас ждет новая жизнь. Удивительно прекрасная!

Наташа, представив, о чем идет речь, покраснела.

— Будем на ты? — предложил он.

Наташа почувствовала пустоту в животе, голова пошла кругом, а кресло и пол под ним куда-то провалились, и она то ли летит, то ли падает. Вцепившись в подлокотники, она пыталась вернуться на твердую землю, а рот уже сам пищал:

— Конечно!

В дверь постучались. Секундой позже, не дожидаясь ответа, ввалился Федор Николаевич, принося с собой запах старого одеколона и стирального порошка. Шумно потянув носом, профессор отметил:

— Кофе? Уже готов. Хорошо! — а увидев Наташу напротив Арсения, совсем обрадовался. — Наталья! Еще лучше.

Федор Николаевич, не обращая внимания на знаки Арсения и насупленный взгляд Наташи, добыл из-под стола табурет, приземлился около столика и налил себе кофе в свободную чашечку.

— Так что там с приглашенными женщинами?

— Одна уже инициировалась, — буркнула Наташа, злобно глядя на Федора Николаевича. — Лиля.

— Боже мой! С первого раза! У вас легкая рука. Тащите всех, до кого этой рукой дотянитесь. И ногой. Может у вас и нога легкая? — он хохотнул поглядывая на Арсения.

— Федор, не наседай. И, между прочим, ты нам мешаешь. Я первую беседу с Натальей провожу. А ты врываешься без приглашения.

— Первая беседа, не первая брачная ночь. Я не помешаю. Давай беседовать с ней вместе. Я помню наизусть последнюю версию бесед, предложенных вамим. Мне же студентов по вашевой программе тренировать.

Федор Николаевич шумно хлебнул кофе с видом человека, который никуда не собирается.

Арсений развел руками, спрашивая Наташу:

— На чем мы остановились?

— Что будем на ты.

— А вы ребята, далеко зашли, — хохотнул профессор. — В разговорах.

Арсений, не обращая на него внимания, снова взял руки Наташи в свои и спросил ее:

— Наташа, как ты думаешь, когда человек счастлив, при каких обстоятельствах?

— Когда у него все хорошо. И конечно, это у всех по-разному. Некоторые счастливы, когда встревают, куда не просят. — Ответила она, посмотрев на профессора взглядом, способным прожечь негодяя насквозь и еще бетонную стену в придачу.

Арсений мягко улыбнулся и Наташа сразу же забыла, что рядом сидит Федор Николаевич. Она утонула в серых глазах — на нее смотрел великолепный мужчина, он говорил с ней, он хотел услышать ее, он хотел…

— Расскажи о счастливых людях, которых ты знаешь лично.

— Ну вот совсем счастливых я не знаю. Счастье оно такое. То есть, то нет, — ответила Наташа, помахав рукой перед собой.

— Хотя бы счастливые моменты.

— У меня есть двоюродная сестра Люся. Она одиннадцать лет не могла завести ребенка. — Наташа покраснела, подумав, что разговор заходит не на ту тему, потом мысленно махнула на условности рукой и продолжила:

— А хотела. Когда получилось, была на седьмом небе от счастья. От нее несло таким восторгом, что можно было руки греть, как от костра. Кстати, бесплодие это не ее проблема была, а бывшего мужа. Еще. Второй ее муж, Аркаша, от того, что станет отцом, был не в восторге. Ну в смысле, не против, но и не до небес прыгал. Он стал счастливым, когда у него бизнес в гору пошел. Он рискнул уйти с постоянной работы и открыл фирму, устанавливающую в сельских домах санузлы с водой из колодца, и прокладывал к тому же для этого канализацию. Стал много денег зарабатывать и еще, его деревенские благодарят подарками. То банку грибов домой принесет, кто куриную тушку, а яйца они давно не покупают. Счастливая пара, короче.

— Значит у Аркаши счастье в работе, а у Люси в рождении детей.

— Наверно.

— Мы глоферы, считаем, что счастье, это когда все что человек делает приводит его к реализации жизненной цели— целеуказания. Цель человека зависит от его уровня развития.

Арсений с восторгом рассказывал Наташе об Антипальме и уровнях развития по Вановскому, своему одностилловцу. Самым непонятным Наташе показалась идея целеуказания глоферов и ее связь с уровнями развития. Федор Николаевич пару раз его прерывал, не удерживаясь от комментариев.

— Как-то это не этичненько у вас получается, — заметила Наташа, когда лекция закончилась и она поняла, что от нее ждут вопросов.

Федор Николаевич улыбнулся. Через секунду он уже хихикал, а вскоре хохотал, а вместе с ним и Арсений.

— А что я такого сказала?

Вопрос прозвучал хрипло. В горле першило, а по телу прокатывались волны жара.

— Вы правы, — сквозь смех сказал профессор. — С этикой у нас не очень. Со старой этикой.

— Сейчас мы создаем НЭС — новейшую этику социума, — серьезно сказал Арсений. — Вернее, этику новейшего социума, соответствующую новой реальности. Согласитесь, появление стиллов не рядовое явление в человеческой истории и требует переосмысления этических норм, касающихся взаимоотношения насм, стиллов, и людей.

— Да, — прохрипела Наташа и закашлялась.

На ее лбу выступили крупные капли пота.

Арсений одним движением поднялся и коснулся ее лба. Через пару секунд отнял руку.

— У тебя температура, голубушка, — серьезно сказал он. — Грипп группы А. Зря ты от таблеток отказались. А ям зря не настоял, понадеялся на вакцину, добавленную в витаминный напиток. Тебе нужно слушаться насм. Ведешь себя как ребенок, вот и последствия соответствующие. Намам, стиллу, виднее.

Федор Николаевич поднялся, заглядывая Арсению через плечо, спросил:

— Что с ней? Профилактика не помогла? Странно.

— Вероятно, она уже была заражена, перед приемом первой дозы вакцины, в добавок понервничала и позавчера, и сегодня из-за подруги. Ната еще добавила перчинки. Наташин иммунитет ослаб.

— Давай оставим ее здесь, под присмотром, — профессор кивнул на диван.

Наташа замотала головой. За глазами что-то взорвалось и она охнула.

— Еще чего не хватало! Не такая я больная. Домой хочу.

— Федор, отвези ее домой.

— Да, конечно.

Арсений открыл дальний шкафчик и перебирая коробочки бодро сообщил:

— Федор, я тебе сейчас препараты для нее соберу, инструкцию вышлю на почту. Вколи все, что напишу, напои травяным настоем и положи в кровать. Браслет Встречи, тоже выдам. Только не забудь на передачу данных настроить. И прошу, следи за своим тестостероном. Без глупостей!

Профессор закивал, принимая разные коробочки. Арсений, тыча ему пальцем в название на очередном коробке, повернулся к Наташе.

— Ты, Наташа, слушайся Федора Николаевича. Не капризничай, нужно сделать укол, пусть делает. И не бойся. Федор владеет собой, ничего с тобой плохого не случится.

Наташа, прикинув о чем идет речь, опять закашлялась и покраснела.

— Я сама справлюсь. Не надо со мной возится.

Арсений помог ей встать и поцеловав в лоб прошептал:

— Выздоравливай, буду ждать я и ям.

Когда Наташа с профессором вышли в коридор в спину им донеслось:

— В туалет ее отведи. Она давно терпит.

Дверь закрылась.

Закладка:

Федор Николаевич торопливо пояснил:

— Да. И я думаю, что элесты очень заботливые. Хотя временами, тактичность для них пустой звук. Ничего, привыкнешь! Понравилась ты пятерке и четырнадцатому, тоже. Повезло тебе.

Наташа шумно задышала, покраснев еще больше, отвернулась к стене и посмотрела в потолок.

— Что он со мной, как с младенцем? — пролепетала она еле слышно.

— Элест? Они со всеми нами так. Для стиллов мы как дети. Они о нас заботятся.

Он отвернулся и деликатно подтолкнув ее к двери туалета, прошептал — а кого-то любят.

Глава 66

03.07.2029 12:00 Мальдивы. Туккая

Наталья выскочила из кабины автолёта, как только автопилот разблокировал ее. Вообще-то она хотела сделать это раньше. Выпорхнуть на площадку этакой феей, изящно приземлиться на настоящую твердую землю, с элегантной небрежностью оставить автоматику возиться с парковкой автолёта. Но подлая машина не выпускала вплоть до того момента, пока сама не уселась. Сорвала красивый жест, жестянка бездушная.

Программа полета у нее!

Лететь строго от и до, пассажира из кабины до конца полета не выпускать. И вместо того, чтобы выйти напротив входа или красиво выскочить на краю площадки для выхода пассажиров, придется топать на своих двоих.

За спиной Наташи захлопнулась дверь автолёта, и он на автопилоте отлетел к краю парковки, зависнув вторым рядом над старой дизельной машиной. Рядом висела трехэтажная «колонна» с ретромобилем в основании, который при внимательном рассмотрении тоже оказался автолётом, стилизованном под старину.

Пижон!

Наташа пыталась представить себе владельца такого транспорта.

Почему-то это оказалась владелица, да еще и похожая на саму Наташу. Глядя на оранжево-красное быстро темнеющее небо и солнце, прячущееся за легкими облаками на горизонте, Наталья сравнила их с проекциями на куполе острова, мысленно хмыкнула: «Нет, такую красоту руками не создать, за деньги не купить. Слабо синтетике против настоящего».

Она потопталась на краю стоянки, глядя на россыпь огоньков веранды ближайшего пляжного бара, шагнула на песок, чувствуя, как тот мягко оседает под подошвой, и, стараясь наступать как можно тверже, двинулась навстречу огонькам и сидящим за ними людям. Песчинки, набившись в босоножки уже на втором шаге, покалывали кожу. Наташа старательно не обращала на это внимания.

На пляже было людно, но никто не валялся и не сидел в шезлонгах в попытке ухватить загар уходящего солнца. Люди бродили группами, большими и маленькими, одиночек вроде нее Наташа не заметила. Слышался смех и разговоры на разных языках. Вся человеческая масса медленно двигалась по дорожке, тянущейся вдоль берега, к мысу.

Некоторая странность бросилась в глаза не сразу. Сначала Наташе показалось в этой толпе что-то знакомое, что — она не могла понять. Только при разглядывании и сравнении нескольких группок стало ясно, что каждая была одета в форменные комбинезоны какой-то НС.

«Чёрт! Похоже, я попала на вечеринку «Наших Служб»! Вот же… Так… Я хотела в бар? Значит туда и иду. В бар эти трезвенники точно не сунутся», — сообразила она.

Бар с вращающейся голограммой над крышей был совсем рядом. Объемные буквы, выстроенные в надпись «Бар», с каждым оборотом менялись с надписью «Ричард с Львиным Сердцем». За ажурным ограждением, отделяющим дощатый пол от пляжного песка, сидели люди, блестела посуда с жидкостями, звучала речь. Всё это было рядом, но входа в оградке не было.

Могли бы и догадаться, что прилетевшие сюда хотят выпить. Думают, что если по воздуху прилетели, то уж через забор точно перелезут?

Лезть в вечернем платье даже через низенькую ограду Наташа не собиралась. Изображать из себя посмешище с задранным подолом?

Нет, увольте.

Поэтому она двинулась с четким намерением дойти до того места, которое все нормальные люди назвали бы входом.

Глава 67

03.07.2029 21–20 Мальдивы. Туккая

Наташа шла, рассматривая посверкивающие в закатных лучах многочисленные бутылки, бокалы над стойкой и развешанные повсюду лампочки, становящиеся на фоне темнеющего неба всё ярче.

Половина бара с видом на мыс и висящим над ним стадионом была плотно оккупирована посетителями, внимательно следящими за чем-то там, в стороне океана. Другая часть бара, где ничего этого невидно, пустовала.

Тощий дочерна загорелый бармен, видимо, следил за ней, то и дело бросая взгляд, но старался не выдавать интерес, смешивая что-то для мужчины, похожего на английского джентльмена.

Добравшись до места, видимо, служившего входом, Наташа едва не расхохоталась. Тот, кто строил бар, явно вдохновлялся вестернами. Дверью в низкой оградке, символизирующей стену, служили створки — хлопушки. Наташа помнила, как в кино во время драки из этих хлопушек лихо вылетали самые разные ковбои…

Шагнув к дверям, она заметила кинувшуюся к ней фигурку со знакомыми розовыми волосами, собранными в хвостик.

«Лиля? Что тут делает? В бар прилетела?» — удивилась Наташа, чувствуя, что ее обнимают.

В нос ударили запахи табака и душного дезодоранта.

Раздался хрипловатый голос:

— Приветик, Наташка!

У Наташи подкосились ноги. С трудом отпихнувшись, она увидела, кого приняла за Лилю.

Вблизи, незнакомка на Лилю походила мало.

Волосы у нее тоже были розовыми. Макияж наносили с явной попыткой придать чертам сходство с Лилей. Притом она была на полголовы выше оригинала и заметно раздавалась вширь, а в бедрах настолько, что перепутать ее с Лилей можно было, наверное, только в темноте. На расстоянии вытянутой руки из-под грима просматривались совсем другие формы, и тонкие брови оказывались нарисованными поверх мощных надбровных дуг, из-под которых весело поблескивали маленькие глазки. В улыбке сверкали стразы, уж год как вышедшие из моды.

Наташе захотелось убежать.

— Вы кто? — спросила она, прикидывая пути бегства.

— Лили Ивановская. Мне кажется — это очевидно, — девица надула губки, сложив руки на груди.

Откуда-то вышли и встали рядом еще трое. Все четверо, одетые в белые с золотом комбинезоны, явно пытались изображать стилл-38, почему-то решивший одеться в форму своей службы.

— Вы фанаты? — предположила Наташа.

— Точно! — стразов во рту незнакомки явно больше, чем казалось вначале. — Здесь все фанаты, все свои. Мы стилл-38 если что. А то, что ты, Наташа, только слепой не увидит. Но! Ты ведь одна? А в конкурсе за билеты на тренинг участвуют только команды. Одиночки не допускаются. Присоединяйся к нам. Наша Наташа ногу сломала. А ты на нее похожа, прям чума! Просто прелесть!

Фанатка Лили хлопнула ее по плечу, осматривая с видом рыбака, поймавшего золотую рыбку. Встретившись глазами с Наташей, незнакомка изобразила смущение, взяла ее руку и погладила.

Остальная троица топталась за спиной «Лили».

«Юг» раза в два старше настоящего Юга, ковырял ногой песок. «Гена» скреб жидкую бороду. «Ния» отчаянно сверлила Наташу взглядом, как утопающий лежащую на берегу веревку.

Ребята явно не пытались на нее наброситься и сделать ей что-то плохое. Даже напугавшая «Лиля» теперь не казалась агрессивной. Скорее, она была отчаявшейся и увидела в Наташе шанс всё исправить. И теперь даже казалась чем-то симпатичной.

Наташа еще раз посмотрела на публику в баре. Конкурс, притихшая рядом компания в комбинезонах НС и люди в форме, сидящие за столиками, сложились в общую картинку, и до нее дошло, что пьют не сотрудники НС, а фанаты стиллов.

Глава 68

03.07.2029 20–00 Мальдивы. Туккая

На наземной парковке свободных мест не оказалось, и УТка пристроилась в крайнем ряду, зависнув над красным спортивным автолётом.

Карина проверила и убедилась, что внешнее затемнение окон включено. Аня показала Лёше точную настройку слежения за объектом. Влад подключился ко всем ближайшим камерам — летающим и наземным, корпоративным и частным — лично осматривая мелькающие на экране кадры.

Закладка:

Удовлетворившись увиденным, Влад потер руки, откашлялся, привлекая внимание остальных:

— Объект сейчас под наблюдением Васиных дронов-охранников. Но людей очень много, плотность высокая. Значит, без нашего участия не обойдется. Через полчаса согласно плану дежурств я передаю руководство Ане. А сейчас следуем за объектом, смешавшись с толпой. Изображаем фанатов нашего стилла-38. До сих пор не пойму, почему фанаты считают, что стиллы одеваются в форму своей службы, но сейчас это нам на руку. Нужно только изменить цвет волос.

— Чур, я буду Лилей, — заявила Аня, шмыгнув к зеркалу.

— Я, — вздохнула Карина, — тогда, понятное дело, перекрашу волосы в черный и буду изображать Нийю. А Лёша сыграет роль Юга?

— Во! — подал голос Лёша. — Вот за это я и люблю свою работу!

Влад окинул его взглядом, пожал плечами.

— Да пусть будет Югом. Сейчас у него длинный чуб голубого цвета. Перекрась своего оке, волосы нарасти. А я как самый старший буду Геннадием. Фигура у меня для этого неподходящая, но фанатов это не смущает. Нас тоже. Так даже реалистичнее будет выглядеть для фанатов, конечно. Где чудо-расческа?

Глаза у Карины округлились.

— У тебя на волосах нанокраска? Я бы и не подумала.

— Осталась с последней вечеринки в экостиле. Там все зеленые были. И цветочки-травинки, пчелки-стрекозки.

— С Лёшей придется повозиться. Надо сначала краску нанести и высушить, только после этого цвет поменять. Может, ему кепочку одеть?

— Нет. Не спеши. Сделай всё, как считаешь нужным. Мы с Аней выходим прямо сейчас, а вы присоединяйтесь, как будете готовы. Полчаса хватит?

— Десять минут, за уши.

Глава 69

03.07.2029 20–05 Мальдивы Туккай

Наташа подумала: «Можно было и сразу догадаться, что это косплей. Сотрудники НС не пьют! Значит за билетиками сбежались. Ну что же… Подыграю фанатам. Сделаю вид, что я фанатка Наташи. То есть сама себя. Блин! Я же как элест. У меня даже есть фанаты!»

— А, я с удовольствием. Только я первый раз и ничего не знаю.

— Не пожалеешь! Делай, как мы. И все, — подбодрила ее «Лиля»

Остальные трое с воплями полезли обниматься. Каждый назвался именем того, кого изображал, поздравлял с вступлением в группу, утверждал, что теперь-то они точно выиграют, и норовил чмокнуть в щеку. Наташа соглашалась, что да, они выиграют, пыталась отвечать взаимными жестами. К ее радости, «элесты» довольно быстро угомонились и перешли к делу. То есть, пошли в сторону площадки со сценой.

По дорожке шла большая толпа фанатов, подражающих разным стиллам. Было тесно, как в час пик, и Наташа подумала, что вздумай кто передумать и отправится с середины дорожки куда-то по своим делам, вряд ли что у него получится. Весь человеческий поток собирался в огромную пеструю массу. Часто мелькающие белые комбинезоны наводили на мысль, что фанатов тридцать восьмых довольно много, а значит и шансы на выигрыш у компании Наташи небольшие.

На большом экране над сценой показывали очередных участников конкурса. Как и спутники Наташи, четверо в белом и еще трое, выглядевших как будто сбежавших из костюмерной, прихватив, что под руку попадется. Титры пояснили, что это — родственники Юга.

«Лиля», перехватив Наташин взгляд, презрительно махнула на экран.

— Придурки, — пояснила она. — Решили, что количество перейдет в качество. Фиг им. Не парься. Мы уже скоро.

— Наша очередь на подходе, — объявил «Геннадий».

Они стали проталкиваться к решетчатой калитке в ограждении.

Чем ближе они подходили, тем сильнее у Наташи дрожали колени, а по коже прокатывались волны холода, будто на нее кто-то дышит из огромного морозильника. Возникло острое желание тихонько куда-нибудь смыться и до нужного времени затаиться, чтобы никто не нашел. Когда до входа оставалась пара человек, она встала, и «Лиля» почти врезалась в нее.

— Что случилось? — спросила она у Наташи.

— Я это… Не знаю что мне делать? — жалобно пробормотала Наташа.

— Веди себя, как обычный человек, если сможешь поскользнуться и упасть на публику, мы точно выиграем.

— Нет, — возразил «Юг». — Сейчас неуклюжая Наташа уже не катит.

— Хватит болтать, — проворчала «Нийя». — Скоро наша очередь. Пора.

Ребята, отпихивая любопытных, с трудом протиснулись к проходной.

Возле калитки двое охранников поочередно ткнули сканер к коммуникаторам сначала «Лили», потом «Гены» и «Юга». «Нийя» замыкала четверку, ведя за руку мечтающую провалиться Наташу. Ткнув в коммуникатор «Нийи», охранник довольно кивнул. Посмотрев на экранчик после тыканья в коммуникатор Наташи нахмурился, скосясь на их руки.

— Вас нет в списках, — сухо объявил он, пытаясь расцепить их и закрыть калитку, оставив Наташу снаружи.

Та облегченно выдохнула.

«Не судьба мне участвовать в балагане. Ну и правильно. Какая из меня фанатка?» — пронеслось в ее голове.

Нийя не выпуская ее руки, умудрилась нависнуть над охранником с таким видом, что тот слегка присел.

— Она с нами. С группой Арабелла.

— Ее нет в списках, — повторил он. — Регистрировать нужно всех участников. Всех, понимаете? — «Нийя» продолжала нависать и он сдался. — Добавьте ее в список в своем приложении! — подсказал он, видя, что та сама не догадается.

«Нийя» кивнув, стала быстро натыкивать что-то в экранчике своего коммуникатора. Снова кивнув, вопросительно взглянула на охранника.

Тот закряхтел, тяжело заелозил по экрану пальцем, будто к тому подвесили гирю.

— А… Ну да… — забормотал он себе под нос. — Проходи!

Калитка распахнулась настежь, пропуская обеих. Наташа не решалась шагнуть в нее, пытаясь представить свой выход на сцену и понять, хочет ли она этого. Она хотела, что-то, то ли сказать, то ли спросить, но «Нийя» уже втянула ее вовнутрь.

— Премного благодарны! — крикнула она охраннику через плечо.

Сразу за охраной, как из неоткуда появился неброско одетый человек, и проводил их к лесенке, ведущей на сцену.

У ступенек остановились, поправляя внешний вид. Наташа рассеяно покрутила головой, соображая, что же надо делать ей. «Лиля», коротко взглянув на нее, откинула со лба волосы, и еще раз взглянув, удовлетворилась результатом.

— Первый раз. Понимаю, — сообщила она Наташе. — Не волнуйся и не бойся накосячить. С твоей ролью любой косяк будет как новое прочтение образа.

— Э-э-э? — протянула Наташа.

Ей хотелось узнать, что это значит, но ее уже подхватили под руки и практически вынесли на сцену. Свет ударил по глазам, руки исчезли, и Наташа обнаружила, что стоит на сцене в окружении четверки фанатов, машущих огромной толпе.

Из толпы доносились редкие хлопки, одобрительные и неодобрительные возгласы. Наташа попыталась разглядеть недовольных, но яркий свет на сцене и сумрак, сгущающийся за ней, мешали увидеть детали. Она переступила, пытаясь встать так, чтобы прожекторы не так сильно лупили в лицо и, зацепившись за свою же на ногу, стала терять равновесие. В попытке удержаться, Наташа замахала руками, но баланс был потерян безвозвратно, и она, изобразив неуклюжий пируэт, растянулась на сцене.

Толпа взорвалась аплодисментами.

Под их грохот «Юг» и «Гена» помогли Наташе подняться, принявшись тщательно отряхивать подол платья. Из толпы раздались свист и вопли. Когда «Лиля» погладила Наташу по голове, гвалт под сценой стал ураганным.

Наташе одновременно хотелось провалиться сквозь сцену и еще дальше, наброситься с кулаками на орущих, убежать или стать невидимкой. Она стояла, стараясь не натворить что-то из перечисленного, мысленно говоря себе: «Все. Все самое страшное уже позади. Хуже не будет…»

— Танец! — кто-то рявкнул в толпе так громко, что сумел перекрыть нестройный вопли. И слово тут же подхватили, повторяя, скандируя — Танец! Танец! Танец!

Зазвучала мелодия.

Наташа узнала ее сразу, с первого такта. Та самая, под которую она еще сегодня танцевала для Двигуна. Самая известная мелодия из выступлений стилла 38, от которой у Наташи сейчас все сжималось и вздрагивало. И она стояла в сторонке, глядя как четверка фанатов пытается изобразить танец стилла. Вид они имели неуклюжий, а зрелище больше походило на плохо исполняемую пародию. И, было похоже, что сами исполнители этого не замечали.

Закладка:

Зато заметила публика. Гвалт одобрения сменился недовольными воплями и свистом.

«Что ж они так позорятся?» — подумала Наташа.

Она еще соображала, чтобы такое сделать, а ноги уже сами несли ее к танцующим.

Выйдя на несколько шагов вперед, она вклинилась в середину группы, выдавая на публику все опробованное и отрепетированное. И сначала «Юг», а потом остальные потянулись, повторяя ее движения. Наташа слышала ритм и передавала его телу, дирижируя всей танцующей группой.

Как только она почувствовала, что группа слушается ее движений и движется с ней в одном ритме, она перестала думать о ней. Теперь она хотела восхищения. Чтобы каждый, увидевший ее замер или вообще упал. Поклоняясь. Ей стало безразлично сколько незнакомых людей смотрят на нее. Хотелось захватить внимание всех и не выпускать ни на миг, повелевая в этот момент человеческой массой, собравшейся перед сценой. И она не столько видела, сколько ощущала, как ее движения отзывается там, замечая краем сознания смену свиста на крики и хлопки, становящиеся все громче и все четче попадающие в ритм.

Танец приближался к сцене инициации. В этот момент, по-идее, Наташе надо было отходить в сторону, а лучше — уйти со сцены. Отметив это про себя, она едва не сбилась, но тут же выровнялась, добавляя энергии в каждое движение.

«Фигу. Никуда я не уйду» — решила она.

Хлопки стихали, сменяясь напряженной тишиной, разбавляемой только музыкой. Происходящее на сцене не вязалось с историей тридцать восьмых. И чем больше это доходило до зрителей, тем напряженнее становилось ожидание.

В последнем такте Наташа сделала несколько микродвижений и упала вместе со всей четверкой, изображающей момент инициации.

Музыка оборвалась. Внезапно стало очень тихо. Казалось, что каждый из зрителей перестал дышать. Сквозь тишину долетал плеск волн, поскрипывание песчинок под чьей-то ногой, едва заглушаемые дыханием запыхавшихся танцоров. Потом кто-то шумно набрал в легкие воздух.

Через мгновение тишину раскололи гвалт и грохот.

Каждый из стоящих под сценой что-то кричал, пытаясь переорать остальных, и из этого складывался один могучий нечленораздельный восторженный рев. Каждый из стоящих под сценой мечтал и жаждал оказаться на месте Наташи, ставшей пятым элестом. Каждый из стоящих под сценой знал, что такое изредка, но случается, что стиллы, особенно малочисленные, достилливаются, вбирая в себя дополнительные элементы.

Случись такое с Наташей, стань она пятой в стилле 38, мало кто удивился бы. И мало кто не хотел бы оказаться на ее месте.

Наташа стояла на коленях, восстанавливая дыхание, и смотрела на человеческое море зрителей. Ее зрителей, заполнивших все пространство от сцены до самой кромки океана. Над головами приветственно поднимались руки, напоминая всплески, отдельные выкрики перекрывали общий шум, и тогда до Наташи долетали восторги и пожелания. И когда она поднялась со всей четверкой, выкрики стали сменяться хлопками, сливающимися в аплодисменты.

Выступающие уходили со сцены, а аплодисменты не стихали, провожая их, не смолкая даже когда они спустились по лесенке за сцену.

За сценой оказалась тоже масса народу. Преимущественно в белом, с волосами, окрашенными в цвета элестов тридцать восьмого. Эти в ладоши не хлопали, и смотрели больше с завистью, чем с восторгом. Большинство старалось держаться на расстоянии, хотя сзади напирали и это было не так просто.

С другой стороны сцены продолжали греметь овации.

Через толпу к четверке протиснулся парень и с восторгом осмотрел каждого.

— Блин! — завопил он, стараясь перекрыть грохот. — Ну вы даете! Год тренировались? Или вообще профи?

«Лиля» показала ему средний палец.

— Наташенька, — сказал «Генадий», утирая со лба пот, — я не знаю, выиграем мы или нет, но ты точно прелесть! Оставайся в нашей команде.

— Пора сфоткать наши счастливые лица, — объявила Нийя, подбрасывая в воздух минидрона. — Пока не объявили результат.

Четверка приняла позы, в которых «тридцать восьмые» чаще всего оказывались на фотографиях, а Наташа просто застыла рядом как была, растягивая губы в улыбке.

Пока «Нийя» возилась с ракурсом, к ним подошла еще одна четверка в белом, полностью состоящая из девочек лет пятнадцати. Они несколько секунд пошушукались, после чего одна из девочек, глядя на Наташу, спросила:

— А можно мы с вами сфоткаемся?

Юг и Генадий молча обняли другую четверку с обоих сторон. Девчонки взвизгнули и, протестующе замахав руками, запищали:

— Мы хотим с Наташей!

— Ну, конечно! Будем все вместе с Наташей! — пообещала Лили, вталкивая Наташу между девчонок.

Через мгновение она обнаружила себя зажатой со всех сторон, и успела подумать, что надо бы тоже принять какую-то особенную позу, как ослепительная вспышка ударила по глазам. Перед глазами поплыли темные пятна. Давление и чувство тесноты исчезло. Кто-то на разные голоса щебетал спасибо, но Наташа никак не могла их разглядеть. После нескольких попыток проморгаться, она закрыла лицо руками. В этот момент динамики ожили:

— Жюри приняло решение. В конкурсе лучшего стилла с персонажем первой линии победила команда «Стилл тридцать восемь Арабелла» Победители приглашаются на сцену!

Повисла тишина. Потом кто-то, возможно, это была «Нийя», крикнул:

— Это же мы!

Кто-то схватил Наташу в охапку сильно сжал, так, что ей показалось, будто ее раздавят. Ее обняли и закружили, и тогда она отняла руки от лица.

«Лиля» и «Нийя» отплясывали какую-то невообразимую джигу. «Юг» встал на руки и рухнул бы на них, если бы «Гена» не поймал его за штанину. Сам он при этом вопил что-то нечленораздельное, смахивающее на гимн, из которого можно было угадать только слова «мы» и «чемпионы».

— Наташка! — крикнула ей в лицо «Лиля», не прекращая выделывать дикие па. — Наташка! Мы победили!

А она неподвижно стояла, чувствуя, как внутри нее возится гаденький зубастый червячок. Вот сейчас они выйдут на сцену, и все наконец-то поймут или узнают, что она как раз та самая Наташа, которую она якобы изображала.

Когда первая буря эмоций улеглась, администратор показал на уже знакомую лесенку объявив, что их ждут.

Четверка двинулась вперед, а Наташа хотела тихонько отшагнуть в сторону, дескать, к ней это не относится. Она хотела затеряться среди толпы и до нужного момента отсидеться в баре, но невесть откуда взявшийся человек с неброской внешностью мягко взял ее за руку и повел за остальными.

Выход на сцену вызвал новую волну хлопков и выкриков.

Возле четверки материализовался конферансье с улыбкой, достойной рекламы стоматолога. Жестом фокусника он извлек из воздуха веер из пяти пластиковых карточек, и протянул его победителям. Мини-дрон закружил возле, то заглядывая в лица, то зависая возле карточек.

— Поздравляю! — загремел усиленный голос конферансье. — Вы лучшие! Ваши билеты на тренинг основательницы. Начало через тридцать минут. И вы скажете, ой, Фил, это же очень мало, а стадион далеко! — он повернулся к дрону, корча на миг скорбную гримасу. — Но мы позаботились, чтобы вы ничего не пропустили! Вас ждет специальный автолет, который доставит вовремя!

Новая волна аплодисментов. К выкрикам имен элестов тридцать восьмого добавилось имя Основательницы.

«Элесты» на сцене расхватали билеты. В руке ведущего остался только один.

Наташа рассеяно смотрела как «Геннадий» заталкивает свою карточку в карман, застегивая его на молнию, как «Нийя», прежде чем спрятать, прижимает к груди, как «Юг» целует свой приз, и «Лиля» машет билетом над головой.

— Наташа, берите, — ведущий придвинулся к ней вплотную. — Это ваше по праву!

— Нет, — рассеяно сказала Наташа. — Мне не к чему, — продолжила она уже тверже. — Я такая, какой хочу быть. Дарить мне за это ничего не нужно.

Когда она это говорила, у нее было странное ощущение, будто, хоть слова выходят из ее рта и звучат ее голосом, слышит она их откуда-то со стороны. Это казалось странным. Наташа успела удивиться и подумать, что, пожалуй, загнула что-то сложноватое, и если ее кто-то спросит, что она такое хотела сказать, то ей придется что-то сочинять и отвираться. А, судя по тому, какая тишина наступила возле сцены, кто-то что-то обязательно спросит…

Закладка:

Издалека, со стороны стадиона, едва доносилась музыка, развлекающая участников перед началом тренинга. Снова скрипели песчинки под чьими-то подошвами. Из-за толпы слышался шелест волн.

Кто-то хлопнул в ладоши. Раз, другой, третий. Ладони бились все чаще. К ним присоединились еще и еще, постепенно собираясь в шквал аплодисментов.

Конферансье восстановил сползшую с лица улыбку и повернулся к дрону.

— Ребята, приз ваш! Билет принадлежит вашей группе! Вы можете сделать с ним, все, что пожелаете! — объявил он, всовывая билет в руку «Югу». — Удачи!

Наташу уводили со сцены, плотно обхватив со всех сторон, будто боялись, что она поскользнётся на лестнице и разобьется, подобно детскому персонажу. Они так и шли молча обнявшись, мимо онемевших проигравших соперников и зрителей, пока не оказались на сравнительно свободном пятачке. Только тогда ее выпустили, встав вокруг нее.

— Спасибо, — сказала «Лиля». — Ты охрененно выступила! И что, действительно не возьмешь билет?

— Отдайте вашей Наташе. На тренинг можно и со сломанной ногой доковылять. Думаю, она будет счастлива.

— Это щедрый подарок! Тебе точно не нужно? Всегда есть кому подарить. Или продать.

— Нет. Мне не нужно. Я настоящая Наташа. Мне сегодня Лиля предлагала с ней полететь на вечеринку элестов с основательницей. Я отказалась.

Повисла пауза. Фанаты переглянулись. «Геннадий» ткнул в бок «Юга» и кивнул. «Нийя», уставившись на Наташу, некоторое время хлопала глазами, видимо, думая о чем-то. Придя к какому-то выводу, сказала:

— Я скину тебе наши координаты. Приходи. О нашей Наташе не переживай, она скоро все равно уйдет из группы. Записалась в Антипальму на Ледок. О космосе мечтает. Месяца через три будет нам селфи со станции Орел посылать.

— Это она ногу сломала, когда с парашютом прыгала, — ворчливо добавил «Геннадий». — На смелость себя проверяла.

— А получилась проверка на глупость, — заметила «Лиля». — Рисковать здоровьем перед выступлением… Это безответственно. В том числе, по отношению к нам. Товарищам.

Наташа услышала щелчок приходящего сообщения. Прикидывая содержание сообщения и время, растерянно ответила:

— Спасибо.

Каждый пожал ей руку и они, наскоро попрощавшись, ушли.

Глядя в удаляющиеся белые спины, Наташа еще некоторое время слышала их разговор.

— Глубокое погружение в образ! Это сила!

— А может у нее крыша поехала? Отказаться от такого!

— Нет! Я сердцем чую, это не психоз, это сила! Внутренняя сила!

— Звони нашей Наташке. А по-хорошему, за ней лучше залететь…

Потом они влезли в автолет с эмблемой Антипальмы и он быстро поднялся в воздух, унося с собой четверку фанатов, так и не поверивших, что с ними была не сбрендившая такая же фанатка, а оригинал, и билет, который стоил, по словам Дашки, как целая улица, и который Наташе ну никак нельзя было брать.

Она огляделась по сторонам, вспоминая откуда пришла. У нее еще оставалось время и его хотелось провести как можно спокойнее, а изначально присмотренный бар как раз походил на такое место.

Мимо шли веселые компании фанатов. Некоторые узнавали ее, махали руками, тыкали друг друга под ребра и показывали пальцем. А потом проходили мимо. До Наташи долетали обрывки разговоров, где восторги от встречи быстро переходили на какие-то их собственные темы, и она подозревала, что еще через пару часов о ее триумфе все эти люди благополучно забудут.

Внутри росло чувство утраты. Будто она потеряла что-то очень-очень важное.

Билета было не жаль. В конце концов она ни на какой тренинг не стремилась. Да и «делать бизнес», по Дашкиным понятиям, ей тоже не хотелось. Команда фанатов, с которой она танцевала, которых вытащила на победу, и с которыми так быстро распрощалась? Власть над человеческим морем, исчезнувшая вместе с последними звуками музыки и движениями танца?

Ладно. Сейчас она дойдет до чебуречной, встретится с провожатым, и наконец то добьется своей цели. И эта цель важнее любых билетов, фанатов, компаний и успехов на сцене.

Глава 70

03.07.2029 20–40 Мальдивы Туккай

Аня вела Лешу под руку, лавируя между идущими на встречу людьми. Аня старалась не спускать глаз с Натальи, выходящей из-за ограждения сцены.

Леша, зная, что вся команда слышит его в наушниках, сказал:

— Ребята, извините меня, я сегодня вас целый день вопросами донимаю. Объясните мне, почему Наталья не взяла билет? Почему она не хочет на тренинг идти, я тоже не понимаю. В чем дело? Может я не в свое дело нос сую? Это же в прямую не относится к ее безопасности.

Ему ответила наставница, следующая за ним чуть поодаль:

— Леша, не вздумай стеснятся своего любопытства! С Натальей не просто. И да. Впрямую к ее безопасности эти вопросы не относится. Если только косвенно. Ребята, я предлагаю обсудить случившееся, чтобы Леша понял мотивацию подопечного, и мог предвидеть дальнейшие действия Натальи. Аня, ты руководитель группы, начинай.

— Ну, что тут объяснять? Наталья выдала себя за другого человека. Я думаю, она не подумала о последствиях. Что для нее норма. Взяв билет, она подтвердила бы, что сжульничала и не просто так, а с корыстными целями. К тому же на тренинг она идти не желает. Не понимает, зачем ей учится рисовать, развивать глазомер и воображение. Она хочет став элестом, без труда получить сверхспособности. Делать для этого ничего не хочет.

— Лентяйка, значит, — Подытожил Леша.

Карина ответила:

— Леша, лентяйкой называть Наташу, не нужно. Это оценка. Мы подопечных не оцениваем. Это работа аналитического отдела и Васи. Когда будешь дежурить в аналитическом отделе, тогда, если будет такое задание, и будешь выносить оценки. Хотелось бы посмотреть, как руководитель тебя одернет за такое определение. — Карина немного помолчала и продолжила, — А мы…

— Помню! Защищаем тело, а не душу. — Выпалил Леша и обернувшись, спросил у Влада, идущего за ними, — А что скажешь ты?

— Чтобы понять, что происходит, неплохо бы разобраться, почему Наталья вообще с фанатами связалась. Это у нее в первый раз. Кстати, сегодня она много чего в первый раз делает. Это признаки, личностного роста или кризиса перед ним. В этом Вася у нас отлично разбирается. Вася?

Вася зашелестел в наушниках всех четырех дежурных по Наташе:

— Леше еще рано глубоко изучать поведение подопечной. Продолжайте защищать Наталью от возможных физических опасностей. Я позабочусь об остальном.

В наушнике раздался голос Ани:

— Карина, Вася сообщает, что четверо подвыпивших мужчин имеют неадекватные планы на нашу подопечную. Хотят познакомится и уговорить ее поехать на вечеринку в ее же честь. На самом деле планируют групповой секс, и спрашивать ее согласия не будут. Разберись с ними. Это по твоей части. Вася сообщит подробности и перешлет тебе запись их беседы, — и жестко добавила, — подонки в нашей форменной одежде, службы тридцать восьмых.

— Насильники. Четверо! Как мило. Это мое любимое, — воскликнула Карина.

Она собралась, как перед заплывом, глаза ее сияли, а на лице появилась хитрая улыбка. Леша покосился на нее и она непринужденно пояснила:

— Я не в том смысле, малыш. Насильники высокопримативные особи, активные, но дикие, соответственно. Интенсив в Антипальме, как специально, для них создан. Наша линия, таких частенько адаптирует. Пойду агитировать. Э… в каком то смысле. Такой материал не должен пропадать, передам их основателю нашей линии, он пристроит к свободным командиршам. Через пару месяцев, мы с ними будем вместе газировку пить и вспоминать этот день, как необыкновенно счастливый.

И она чмокнув оке в лоб затерялась в толпе, приговаривая «Сразу четверо. Повезло идиотам, что на меня нарвались! Энергию надо в мирное русло направлять. В мирное русло…»

Леша шел за Наташей, с трудом удерживая дистанцию. Лавировать среди людей, идущих на встречу было не просто. Две группы фанатов, что-то не поделивших в толчее, выясняли отношения, преградив дорогу и Леша отстал. Не успел он завертеть головой в поиске Наташи, как услышал в наушнике Аню:

Закладка:

— Наталья в пяти метрах от тебя левее, за группой в синем. Подойди, представься как фанат, познакомься, иначе потеряешь ее. Ты ей понравишься.

— Я? Почему?

— Я тебя считаю самым перспективным для знакомства с Натальей из всей нашей группы. У вас с ней, пока, много общего. Не в обиду. Не знаешь, как подъехать к ней? Попроси билетик на тренинг, или спроси где и у кого она училась, так сногшибательно танцевать. Ну, сам можешь, по ходу дела, сообразить. Я все таки не парень, как к девушкам подъезжать не знаю.

Вмешался Вася:

— Леша, я тебе помогу с Натальей. Я понимаю особенности женского поведения. Поспеши.

Леша догнал Наташу и пристроился почти в плотную за ее спиной. В тот момент, когда он раздумывал с чего начать знакомство, Наташа запнулась, за темный предмет, валяющуюся на дорожке и упала бы, если бы Леша не поймал ее.

— Ой! — пискнула Наташа в объятьях Леши.

— Ой! — отозвался Леша сам удивляясь своей ловкости.

Глава 71

03.07.2029 20–10 Мальдивы. Туккай

Они стояли обнявшись посреди дорожки, мешая идущим к мысу фанатам. Их старались обходить, но задевали и закидывали советами:

— В кусты идите. Романтики! Нечего пробку создавать…

— В автолете этим занимаются…

— Гостиница в пяти минутах лета…

Леша, краснея, шепнул Наташе на ухо:

— Я здесь впервые фанатом.

— И я, — ответила Наташа вяло выпутываясь из его рук. — Спасибо тебе. А то бы растянулась.

Леша поднял с дороги старую истоптанную сумку и уворачиваясь от идущих навстречу, поискал глазами мусорку. Наташа ворчала, наблюдая, как Леша решал проблему:

— Навалили кучу фигни на дороге. Придурки! Куда роботы смотрят?

Леша спросил оборачиваясь:

— С вами все в порядке? Может зайдем? Выпьем?

— Может! — ответила Наташа, кокетничая, — Но лучше не в эту забегаловку, а в чебуречную. Прикинь! Здесь чебуреками торгуют, как в Анапе.

Сказав, она пожалела «Ну зачем я этого парня за собой тащу? У меня Встреча на носу, а я тут раскокетничалась. Вдруг он из глоферов, шпионит на Союз? Черт! Еще и алкоголь пить нельзя перед встречей. Совсем из головы вылетело»

— Как дома! Конечно, в чебуречную! Угощаю. А как вас зовут? — Леша взял Наташу за руку, как советовал Вася.

— Наташа. Угощать меня незачем. У меня на все продукты абонемент. По всей планете действует. — гордо ответила она, пытаясь высвободить руку.

— А меня Алексей. Наташа, вы меня своими чебуреками просто заинтриговали! Ведите. На месте разберемся.

Он облизнулся, его глаза блеснули в предвкушении вкуснятины. Наташа вздохнула и пошла в сторону давно примеченного заведения, около которого ее должен был ждать провожатый. Она надеялась позже придумать, как избавится от парня.

Он спросил, шумно сглотнув:

— Я люблю чебуреки с бараниной, а вы?

— И я с бараниной. Настоящие чебуреки только с бараниной! Я вам как профессионал говорю. Куриный чебурек, это жареный пирожок. Фигня короче.

Они, обсуждая разновидности начинок, дошли до небольшого одноэтажного павильона, сверкающей голографической вывеской чебурека размером со слона. Он плыл, в облаке пара, истекая пузырящимся жиром. От вывески исходило фосфоресцирующее свечение, делая все вокруг похожим на игру в виртуале.

В чебуречную стояла очередь, чего Наташа не ожидала.

— Очередь! Как в старые времена. — озабочено произнесла Наташа.

— Это даже забавно. Будет что рассказать приятелям. Давайте, видео сделаем, а то никто не поверит. — сказал Леша шумно втягивая носом мясной аромат замешанный на запахе жареного лука и чеснока.

— Нет. Лучше я сама, — и Наташа поспешила снять свой браслет-коммуникатор.

— Вам помочь? Я вас дроном поснимаю. — Предложил мужчина неопределенного возраста.

Он выделялся среди фанатов, не только изрядно потертой джинсой и растоптанными кроссовками, но главное, трехдневной щетиной на лице, которая, его казалось совсем не смущала. Видя нерешительность Наташи, он заискивающе добавил:

— У меня хорошая оптика.

Он помахал в подтверждение профессиональным пультом видеодрона и приветливо улыбнулся.

Наташа хотела отказаться, но мужчина добавил:

— Это бесплатно. Мне в удовольствие, это я так отдыхаю в отпуске. Файлик вам тут же перекину.

Вокруг Наташи и Леши закрутился профессиональный съемочный дрон в оранжево черную полоску. Они помахали ему руками, потыкали в очередь, показывая большой палец.

Наташа вспомнила Двигуна с камерами и поморщилась.

— Спасибо. Нам несколько секунд достаточно, друзей удивить. — крикнула она оператору и отвернулась от подлетевшей вплотную камеры.

Мужик увел дрона к пляжу, нажал на пульте несколько команд и коммуникаторы Наташи и Леши, звякнули, принимая запись.

— Пожалуйста, вам файлик уже пришел. А вы не хотели бы участвовать в игровой Встрече? Бояться нечего, это игра. Здесь светло, хоть и солнце село.

Наташа услышала кодовую фразу и дернулась. Он представляла себе провожатого по другому. Думала, что это будет человек с запрятанным в капюшон лицом, говорящим искусственным голосом, чтобы не узнали. Оператор сдержано улыбался и терпеливо ожидал, пока она вспоминала, что нужно ответить.

— Солнце село, но скоро взойдет луна. Света для игровой Встречи хватит. Конечно хочу участвовать.

— Тогда пойдемте. Рад, что вам интересно стало.

Он взял ее под руку и повел к площадке у скалы, около которой толпилась большая группа в белом.

— А можно мне с вами? — крикнул Леша им в след.

Наташа обернулась и покачав головой, тут же забыла о любителе чебуреков.

— А где будет проходить Встреча? Далеко ехать? — спросила она провожатого.

— Не беспокойтесь. Все вопросы задавайте устроителю. Мне нужно вас только познакомить. А вот и он. Все. Мне пора.

Подходя, симпатичный молодой человек в знакомой белой форме кивнул уходящему провожатому. Оказавшись около Наташи, парень откинул длинные черные волосы со лба и до ее донесся запах любимого кондиционера для волос.

У Наташи мелькнула мысль в голове — «Какой приятный малый»

«Малый» с любопытством рассматривая ее, сбивчиво предложил:

— Наташа, пойдемте со мной. Мы будем играть во Встречу. Вы же хотели?

— Да.

Он обнял Наташу за талию, без стеснения, как будто с утра до вечера только это и делал. Наташа не ожидая такого от незнакомца, фыркнула, но вырываться не стала.

«Ура! Наконец-то Встреча! И компания приятная подбирается. Похоже, у них простецкие манеры и можно не стесняться. Интересно!»

Он махнул в сторону большой толпы, человек на сто, стоящей на площадке. Там собрались фанаты разных национальностей и возрастов. Они приветственно замахали в ответ.

— Мы фанаты тридцать восьмых. Но это не важно. Вы во Встречу когда нибудь играли?

— Я не играла. Я шестьсот пятьдесят девять раз участвовала.

Он моргнул и забавно наморщил лоб.

— Я знаю про Встречи. Знаю о повышенной результативности Встреч с участием …Наташи. Знаю, что сами вы не застиллились еще. Бедняга! — с сочувствием сказал он, — тут нас таких много. Считай, попали к собратьям по счастью, по несчастью. Кто, как считает. Может поговорим?

Наташе тут же захотелось поделится своими переживаниями, мыслями, мечтами, услышать мнения других участников холостых Встреч. От этих слов стало тепло на душе и она спросила:

— А когда начало? И где?

— Прямо здесь и сейчас начнем игру, а разговоры отложим на потом.

— При всех? На улице?

— Отлично придумано? Правда?

— Наверно. — неуверенно ответила она.

Подходя к компании, Наташа заметила, что комбинезоны НС-38 с первого взгляда показавшиеся форменными, на самом деле дешевая подделка. Некоторые из присутствующих, не считали проблемой одеться в белые джинсы и футболки. Похоже они считали, что главное это цвет одежды, а не покрой.

«Левак какой-то, а не Встреча» — забеспокоилась Наташа — «Хотя, что я знаю о нелегалке? Может так и надо?»

Закладка:

Вся сотня человек перестала разговаривать, окружила Наташу и внимательно стала рассматривать. Парень с которым она пришла, не отпуская Наташину руку, обратился ко всем:

— Наташа новенькая, без опыта игр. Только с опытом настоящих Встреч.

Одна из девушек отдаленно похожая на Наташу, одетую в белый комбинезон не отличимый от оригинала, легонько подергала ее за волосы.

— Копия, как у Наташеньки, — с нежностью в голосе сказала она, и продолжила, погладив атласное платье Наташи, — Ты в платье, может тебе для первого раза переодетая. У меня есть запасной комбинезон. Дать?

— Нет. Мне в платье удобно. Комбинезоны я не люблю, — ответила Наташа.

Народ одобрительно зашумел. От толпы отделился парень, слишком толстый, чтобы походить на Юга и слишком молодой, чтобы играть роль Геннадия, заикаясь произнес:

— Мы в восторге от твоей речи. От твоего поступка. Это было сильно. Пусть все знают, что мы не ради подачек фанаты! А ради любви…

— Ты ведь искренне любишь Наташу? — спросила пухленькая азиатка лет пятидесяти, с надеждой заглядывая Наташе в глаза.

Наташа покраснела под восторженными взглядами и пролепетала:

— Конечно, люблю.

Компания радостно зашумела:

— И мы любим…

Высокая девица, отдаленно походившая на Нийю, скомандовала, властным голосом, похожим на сирену:

— Так, решено! Играем и прямо здесь! Внимание! Новая Наташа — новичок!

«Нийя» заметила Лешу, выглядывающего из-за ствола пальмы и поманила его пальцем. Он втягивая голову в плечи, подошел к ней с виноватым видом.

— А ты, красавчик, хочешь поиграть? — Спросила она Лешу. — Опыт в игровых Встречах есть?

— Есть опыт. Небольшой. — Смущенно пробормотал он, повторяя за Васей.

— У нас сегодня мужчин маловато. Приглашаю к участию. Везунчик ты! — засмеялась «Нийя» и спросила. — .Обойдешься без инструкций?

Леша кивнул.

— Вот и молодец. Осваивайся. Сегодня играем по второму протоколу Захарова, впрочем, это не важно. Уверена, так ты еще не играл.

Началось шевеление, компания распалась на группы по двое — трое и занялась приготовлениями. Мужчины стали расставлять стойки с аппаратурой и настраивать музыкальных дронов. Женщины раздавали небольшие пакетики.

— Наташенька, ты будешь играть первый раз и может тебе это сначала и не понравится. Не стесняйся, скажи, что не нравится. Мы сразу все остановим. Кто ближе окажется, тому и скажи. Договорились? — спросил Наташу парень, который ее привел. Он смотрел ей в глаза и его взгляд стал из задумчиво-застенчивого постепенно меняться на восторженный и полный надежды.

«Да они похоже, в самом деле, застиляться надеются. Это хорошо. Нам на настоящую Встречу теперь не попасть. На эту вся надежда»

— Я правил ваших не знаю. Ничего не знаю. Даже не знаю как тебя зовут, — пожаловалась она ему.

— Меня зовут Генадий. И не смотри на меня так. Могу паспорт показать.

— А меня зовут Наталья, и в моем паспорте тоже самое написано.

Они улыбнулись друг другу и это оказалось еще смешнее их паспортных имен. У Наташи от смеха выступили слезы, а Геннадий согнувшись присел у ее ног. Он обнял ее ноги и Наташе стало еще смешнее. Она дергала ногами в шутку пытаясь его стряхнуть, а он не стряхивался и продолжал смеяться.

Им удалось успокоится, после того, как всех созвали к стартовой черте. Линии разметки светились голубым на слегка деформированной тротуарной плитке. Лучи исходили от четырех стоек с лазерными насадками на концах, образуя квадраты метр на метр.

Генадий протянул Наташе одноразовый внешний наушник.

— Надень его. Мы стараемся в Игре соблюдать все правила Встречи, — сказал он, криво улыбнулся и добавил, — к сожалению, браслеты и регистрирующие обручи нам недоступны.

Генадий поставил Наташу в конец самой короткой шеренги и встал за ее спиной.

Леша стоял, в другой шеренге, рядом с Наташей, как посоветовал Вася, спрятавшись за спины игроков, чтобы она его не заметила.

Зазвучала ритмичная музыка, чем то отдаленно похожая на вводную тему Встречи. Участники выстроились в четыре шеренги и приготовились войти на игровое поле, выполняя приказания ведущего. Со следующим мощным музыкальным тактом на игровое поле ступили первые игроки.

Голос в наушнике, временами просил не только переходить с одной клетки на другую, но и танцевать при этом. Наташа сначала удивилась, а потом вспомнила, что так проводят Встречи в Аргентине и Индии. Там из рутинной и скучной Встречи, делали шоу, создавая настоящие представления.

Этой Встрече до шоу было далеко.

Танцы быстро сменились обычным брожением по игровому полю.

Все происходящее отдаленно напоминало Наташе легальную Встречу. Только вместо полумрака специального зала в Доме Встреч, в глаза бил яркий свет от множества светильников, освещая все вокруг: шумные компании, шелестящие пальмы вдоль пляжа, цепочку открытых баров, летящие в сторону стадиона автолеты, стадион над океаном сверкающий, как новогодняя елка, затмевающий ослепительное звездное небо и почти угаснувший закат.

Она повинуясь занудному голосу в наушнике двинулась на следующее поле. Наташа переходила с клетки на клетку, как и на настоящей Встрече, расслабившись и полностью погрузившись в процесс. Временами она всплывала в осознанное состояние, посматривая вокруг.

Вдалеке стояли редкие зрители. Некоторые снимали происходящее камерами и смартфонами. Большинство компаний, не обращая на игру внимание, проходили мимо по дорожке, ведущей в сторону стадиона.

«Надо бы, Гене сказать, что Встречи в людных местах делать бесполезно. Это и отвлекает и мешает настроится на слияние. Организаторы этой Встречи потрясающие чайники! Интересно, если я это скажу, это может быть расценено, как нарушение договора о неразглашении? Надо Васю спросить»

Наташа уже хотела задать вопрос, но с досадой вспомнила, что наушники с Васей она оставила в спальне.

«Черт! Это же нелегалка. Сейчас бы проболталась Ваське. Всех арестовали бы из-за меня. Голова не варит, совсем как, на настоящей Встрече. Кажется, все же не зря заплатила. Работает!»

Наташа расслабилась и незаметно для себя опять втянулась в процесс. Ощущение происходящего напоминало реалистичный сон, какие Наташе снились очень часто. Только вот участие во Встрече, ей никогда не снилось. Тем более такой Встрече — нелегальной.

Она сдвинулась влево на три клетки, где уже стояли двое парней. Через несколько ходов вокруг собралась почти все участники. Люди прижимались друг к другу, стараясь находится в назначенном для них поле.

Наташе понравилась эта теснота, ей стало тепло. Она уже немного продрогла под легким влажным ветерком, открытое платье не согревало. Стоять так, было приятно. Окружавшие люди отгораживали ее от шума, световых бликов, внимания прохожих, согревали.

Сопровождавшая музыка навевала медитативное состояние. Наташа почти задремала.

Сквозь дрему она ощутила неясное беспокойство, нарастание мягкой неведомой силы, предчувствие события, неизвестного и оттого чуть пугающего. Она находила происходящее странным, но приятным и умиротворяющим.

Выплыть из дремы не получалось и не хотелось. Нестерпимо хотелось растянуть этот счастливый момент. Лучше навсегда.

«Неужели это инициация?»— рассеяно подумала Наташа, не приходя в осознанное состояние. Не было не сил, не желания думать об этом. Наташа невольно отдалась ощущению момента, она наслаждалась вынужденной беспомощностью и одновременно защищенностью, чувствовала себя в окружении людей, как в надежном панцире.

Она обнаружила, что руки ее были разведены в стороны и она не может ими пошевелить. Их держали окружающие люди, кто ладонями, кто упирался грудью, кто спиной.

Все тело ощущало касания и давление окружавших ее тел. Мужских, женских, было не важно. Давление ритмично усиливалось и ослабевало, это люди дышали синхронно.

Она подчинилась ритму и ее окатило жаром. В голове появился звон, сначала тихий, еле заметный. Он становясь громче, почти оглушал, неожиданно усилившись изменил тембр и как будто вырвался из головы, стихая. Наташа почувствовала, как жар сменяется прохладой. Легкая дрожь усиливалась, начавшись внизу живота и покатилась вверх, до шеи. Первая легкая волна, тут же сменилась второй, мощной и яркой. Зародившись внизу, казалось ниже ног, она неотвратимо мощно поднималась вверх. Наташа вскрикнула. Все тело напряглось, она пыталась изогнуться, избавится от напряжения, но ее удерживали окружавшие тела, руки, ноги, плечи, животы и спины.

Закладка:

Сдерживаемое напряжение перетекло в пульсирующий зуд и трансформировалось в подобие электрического заряда. Оно пробило путь через все тело, шею, голову, вызвав взрыв цветных вспышек в закрытых глазах. Макушка головы и мочки ушей, завибрировали и как будто загорелись. Перед глазами появлялись и исчезали радужные пятна. Через мгновение что-то, куда-то сдвинулось и сила исчезла. Наташа ощутила, что это неправильно, но сделать с этим ничего не могла. Напряжение упало, резко, как будто выключили яркий прожектор. В голове и ушах щекотало, как от прохладного ветерка. В душе стало блаженно темно и спокойно и это чувство хотелось озвучить во что бы то ни стало.

Почти не понимая, что происходит, она отметила что окружающие, так же как и она не могут сдержать эмоции. Голоса слились в мощный гул. Наташа судорожно вздохнула и обмякла в руках кричащей толпы. Гул вокруг Наташи затих и только несколько испуганных голосов доносилось снаружи.

Яркие искорки все еще мелькали перед глазами Наташи, когда она начала себя ощущать здесь и сейчас.

«Что это было? Инициация стиллла? А где ощущение общности? Нет его! Не получилось застиллится. Черт! Опять в холостую! Что это было? Впервые со мной такое…»

Она слышала, как все вокруг часто дышат, пыхтя от удовольствия. Блаженство ощущалось так же сильно, как до этого чувствовалось прохождение силы. Это было прекрасно!

Внезапно Наташу выбило из состояния счастья.

По ушам лупил жестяной голос с дрона:

— Внимание играющим! Срочно очистите площадку для забронировавшей ее группы. Внимание! Покиньте площадку в течении пяти минут.

Наташа почувствовала, как давление тел вокруг ослабевает. Ее руки отпустили и она чуть не упала. Стоявшие рядом, придержали ее. Мужчины и женщины, младше и старше Наташи развернулись к ней лицами, с умилением и восторгом заглядывая ей в глаза:

— Здорово, правда? Ты Вздрогнула в первой своей игре. Спасибо. Нам всем понравилось, когда…

— Ребята, уходим! — Скомандовала Нийя, — Продолжим через двадцать минут на пляже Свободы. Встречаемся левее двух сросшихся пальм. Мальчики, не забудьте проверить все ли оборудование мы захватили.

Генадий вызволил Наташу из рук поклонников и крепко обнял. Наташа вспомнила недавнюю накатывающую на нее электрическую волну и задрожала.

— Все хорошо. Супер замечательно! Жаль, что нас прервали, но мы сейчас дойдем до места поспокойнее, и продолжим. Дальше только лучше будет. Поверь!

Он повел Наташу по дорожке в сторону стоянки. Наташа шла не чувствуя ног, опираясь на крепко державшего ее Генадия. Идти против движения толпы пребывающих было нелегко. Они перестали толкаться и спустились с дорожки на все еще теплый песок.

— Вздрогнуть, что это? — спросила Наташа осипшим голосом.

— Это одна из фаз инициации нашего игрового типа. — Сказал Геннадий сильно смутившись, — С первого раза еще не у кого не получалось. На сколько я в курсе этого. Ты талантливая! Чувствую, застилимся мы сегодня… с тобой.

Он остановился, и взяв голову Наташи в свои руки, заглянул в лицо. Она увидела в его блестящих от разноцветных огней глазах, безумную надежду, смешанную с восторгом и изрядной долей смущения.

— Это вряд ли. Так, как вы проводите Встречу ничего не получится. Ваша игра во Встречу, это же только игра, — твердо произнесла Наташа, — на Встречу вообще не похоже, я бы это назвала игрой в… слияние, — сказала Наташа и почувствовала, что получилось, как то двусмысленно.

— Нет. Это Встреча была. В Слияние мы позже будем играть. На пляже Свободы.

— Ой. Я… еще не решила.

— Тебе же понравилось. Если бы не понравилось, ты бы не Вздрогнула.

— Да откуда вам всем знать, что я чувствовала? Вздрогнула я или нет, — с беспокойством воскликнула Наташа.

Она высвободилась из рук Генадия.

— Когда, кто-то Вздрагивает, мы все это чувствуем. Мы чувствуем, то же, что и инициатор, ну почти все участники чувствуют. Не чувствительным, просто становится скучно, они не понимают в чем кайф и уходят. Остаются чувствительные, как ты и я. Сегодня инициатором была ты. Мне очень понравилось! Ты лучший инициатор, какой мне встречался. Потрясающая глубина чувств! И спектр! Ребята ошалели от восторга. Я тем более!

Наташа засмущалась, не зная, как реагировать на такую новость. Она пыталась сообразить, что сделать, чтобы перестать смущаться.

Глава 72

03.07.2029 20–50 Мальдивы. Туккай

Влад всматривался в лицо Леши. Тот щурился от яркого света пролетевшего над головой прожектора.

— Леша ты, как? Пришел в себя? — спросил Влад

— Да. Почти. Да я и не выходил из себя. Эти игры не мое. Я вообще не понял, чего все орали. Синхронно так.

— Ну и хорошо, что это не твое. Игры во Встречу, развлечение не для всех. Кстати, подсаживаются на них, как на виртуалку. Это почти наркотик. Явление новое, его пока толком не изучили, участники игр дикие, пугливые и не доверяют глоферам. С трудом внедряем к ним наблюдателей и наспех обучаем прекураторов. Удачно ты к ним вписался. Не удивлюсь, если тебе Союз предложит работу прекуратора игроков. Найти сговорчивого, среди них непросто.

— Так это легально? Я думал, что сейчас из кустов высыпется бригада спецотдела семнадцать и всех арестует за участие в несанкционированной Встрече.

— Игровая Встреча пока в серой зоне, это не тоже самое, что несанкционированная Встреча. Союз Стиллов не решил, что с игроками и играми делать.

Влад шел рядом с Лешей и посмеивался, глядя как он вздыхает проходя мимо чебуречной. Леша облизнулся и Влад не утерпел:

— Ну что, сорвался твой пищевой загул? До чебуреков дело не дошло? А говорил пищевое поведение изменить не трудно!

Леша отвернулся от голограммы сочного чебурека и ответил:

— Пищевое поведение под контролем. С этим у меня порядок. Только чувствую, как будто голова не на месте. Плывет.

— Это последствия игры. Она на всех влияет, ощущают они во время проведения что-нибудь или нет.

— Не. Это раньше началось. Прошивка — зверь! Вижу фанатов наших элестов, и меня подбрасывает к ним подбежать и помочь, чем смогу. Трудно было сдержаться, когда наши, с сорок первыми тумаками обменивались. Меня Карина пять раз за руку дергала и Вася в ухо орал, что это только фанаты.

— Ничего страшного, это нормально. Со второй прошивкой пройдет. Не будешь путать наших элестов с фанатами. — сказал Влад и похлопал Леше по плечу. — А как тебе сама процедура прошивки?

— Я ее, знаешь ли, не заметил! Я с Кариной был. — пробормотал Леша покраснев. — Она такое вытворяла, что я бы и атомный взрыв не заметил, а тут всего лишь прошивка! А вот результат я заметил сразу, с первого теста. Вася предупреждал, но одно дело знать, другое почувствовать. До сих пор себя не узнаю! Реакция стала, как у тренированного спортсмена, а главное велю себе не хотеть и не хочу этого. Конечно, память стала лучше, устаю меньше. Я вообще не устаю…

Влад хмыкнул и добавил:

— И аппетит вижу отличный.

— Да ну тебя! В норме я. Просто запах сногсшибательный от баранины с чесночком и розмарином. Неужели тебе не нравится?

Глава 73

03.07.2029 21–10 Мальдивы. Туккай

Наташа посмотрела Геннадию в глаза, надеясь понять, ответит ли он правду.

— А как ты стал участвовать в играх?

— От меня девушка ушла, когда я пошел на свою первую, и к сожалению, последнюю настоящую Встречу. Наши отношения только начались, когда мне приглашение пришло. Она закатила скандал. Говорила, что если я ее люблю, должен отказаться от Встречи. Я дурак, не отказался. И в знак примирения, сам ей предложил записаться в Антипальму, для баланса рисков. Ну типа я иду на встречу и могу застиллится, а она идет в Антипальму и может стать учеником или юнгой.

— И что случилось дальше? — не скрывая любопытство спросила Наташа.

— Моя Встреча была холостой. А моя девушка в анкете не написала, что состоит в отношениях и ее сразу после вступлении взял в ученики наставник. Потом она говорила, что просто от расстройства забыла вписать в анкету отношения. Мы расстались. Какие могут быть отношения, если у нее наставник? — Он тяжело вздохнул и отвел взгляд в сторону светящегося огоньками стадиона, висящего над океаном.

Закладка:

— Было это месяцев шесть назад. Она все еще в учениках. Постоянно звонит, хочет встретится и зовет в Антипальму. А у меня душа к Антипальме не лежит. Приглашения на Встречу все еще нет. Поэтому играю. А ты знаешь, что игры тоже бывают результативными?

— Конечно. Я застиллится хочу, а не игры играть. Я что маленькая? — Стараясь выглядеть уверенной и знающей о игровых встречах все, ответила Наташа.

— Раз на сто, сто двадцать игр во Встречи, образуется стилл! У меня сто пятнадцатая игра. Есть шанс!

— Кстати, я все хотела спросить, как же куратор? Откуда он возьмется?

— Видишь, ту высокую девушку Нийю? Она окончила начальные курсы прекураторов. Может встретить стилл.

Наташа моментально вспотела и посмотрела на Геннадия с ужасом.

— Значит она из Антипальмы? И много вас здесь таких? — звенящим голосом спросила Наташа.

— Только она. Я Антипальмовцев не очень жалую, но без прекуратора опасно играть. К тому же прекуратор программу составляет и собственно ведет саму Встречу.

— Значит, у всех игровых Встреч есть прекураторы из Антипальмы?

— Да. Игры, играми, а что мы будем делать, если застиллимся?

У Наташи закружилась голова и она покачнувшись, чуть не упала. Ей стало невыносимо горько от мысли, что она, чуть не загремела в Антипальму. Опять.

— Ты иди пока без меня. Я в бар зайду. Выпью. На трезвую голову такие развлечения мне тяжело даются, — сказала Наташа напряженно.

— Зачем тебе алкоголь? Во Встречах участвуют только трезвые. Пить нельзя, неважно игровая она или нет, — удивленно пробормотал Геннадий.

— Извини. Мне все очень понравилось, но я не пойду с вами сегодня. Как нибудь в другой раз. Договорились?

— Я тебе сейчас координаты наши скину на коммуникатор. Мы в Балагое устроили базу. Это между Питером и Москвой.

Геннадий засуетился, путаясь в кнопках смартфона. Он спешил, как будто считал, что Наташа сейчас исчезнет, растаяв в воздухе. Браслет Наташи тихо пискнул, принимая сообщение. Геннадий аккуратно обнял Наташу за плечи и шепнул на ухо:

— Приходи к нам в любое время. Я сразу понял, что ты настоящая, еще во время твоего выступления на сцене. Не бойся. Я никому не говорил. Помни, мы любим тебя. Какая ты есть, такой и любим! И посредникам не плати больше. Просто позвони мне…

Наташа смущенно попрощалась. Она шагнула на дорожку и медленно побрела в сторону стоянки автолетов. Геннадий шел, чуть отставая, в ту же сторону, постоянно посматривая на нее. Вид у него был несчастный и растерянный. Временами, когда она оборачивалась и встречалась с нем взглядом, на его лице появлялась надежда. Наташа же, глаза сразу отводила, смущаясь.

Стоянку было видно издали. Автолеты висели в воздухе рядами и вращались вокруг своей оси, сверкая габаритками в воздухе. И этих рядов стало на десяток больше с момента ее прилета.

Глава 74

31.03.2025 Москва 20–50

Наташе становилось хуже с каждой минутой. Она плохо помнила, как ее довезли до квартиры, помнила только, что Федор Николаевич рассказывал ей по дороге забавные случаи из жизни элестов, и у нее сильно болело горло, и раскалывалась голова. Федор сразу, как они пришли в квартиру, надел ей на руку браслет как на встрече, потом уговорил лечь в постель и настоял, как она ни отмахивалась на приеме всего, что передал для нее Арсений.

Он помогал, за что Наташа ему была благодарна, но ей стало легче, когда он ушел, почти сразу после появления Лили.

Лиля всполошилась болезнью подруги. Всё бегала вокруг и суетилась, но всё же успела рассказать о том, как ее с товарищами изучали стиллы и их ученые.

Лиле стиллы понравились, но ничего особенного она не почувствовала, оказавшись к взглядам нечувствительной. Наташе, несмотря на головную боль и насморк, было очень интересно узнать подробности, но лекарства взяли свое, и она уснула.

Ночью Наташа часто просыпалась от кашля. Проснувшись, обливаясь потом, кашляла в одеяло, боясь разбудить подругу. Та спала на кресле, разложив его перед кухонными шкафами, и не просыпалась, хотя обычно спала чутко.

Наташа проснулась около десяти, почувствовав себя лучше. Ее разбудила Лилина возня с посудой. Открыв глаза, Наташа увидела одетую Лилю, деловито нарезающую колбасу.

— Ты куда собралась? — прохрипела Наташа.

— Пойду, встречусь со своими.

— Это с какими такими своими? Из Лещанска кто приехал?

— Нет. Я встречаюсь с Геной и Нией. Ну с теми, с кем я инициировалась.

— Зачем?

— Хочется. И мне и им. Мне кажется, что был еще кто-то. Четвертый. Об этом и поговорим.

Лиля подняла глаза к потолку, заморгала и, рассеянно улыбнувшись, стала растирать лицо ладонью. Наташа, не смотря на болезненное состояние, удивилась. У подруги не было привычки тереть лицо ладонью.

Лиля, наклонилась к столу, сложила хлеб и колбасу в бутерброд и, не донеся его до рта, заговорила:

— Я так рада, что ты меня привела на Встречу! Слияние в инициации настолько прекрасно! Я не знаю, как тебе объяснить.

Лилины глаза блестели, как в день, когда Юрик сделал ей предложение. Она замотала головой, замахала руками, как бы летя. Это было странно и неуместно в маленькой студии с разложенной посередине кроватью.

— А ты попробуй еще. Скажи не одним словом, а многими, — предложила Наташа гнусавым голосом.

— Слияние начинается, когда в ушах раздается звон. Он мягкий, нарастающий. Странно, когда звон накрывает с головой. Чувствуешь, что за ним открывается, как бы дверь. И не одна дверь, а несколько. Даже не дверь, а часть стены или перегородка, которая отделяет тебя от состилловца. Она исчезает и тут же врываются звуки, запахи, ощущения, знания. Это другие миры, другие люди, вернее их сознания. Пространства сливаются, объединяются. Становится свободно. Только, что было тесно, мысли еле протискивались среди других твоих же мыслей и воспоминаний. И вдруг твое пространство увеличивается. Становится свободно. Чудесно свободно. Ты, Наташка, даже не представляешь, как на людей что-то давит, как вас сжимает! Вы с этим живете и не чувствуете. Вернее не замечаете. А вот когда инициируешся, давление исчезает, тебя отпускает и ты летаешь. В полете сливаешься с другими. А вот это вообще восторг!

— Оргазм. Это называется оргазм. Когда сливаешься с другими в восторге, — поправила Наташа.

Лиля засмеялась так легко, так непринужденно, как не смеялась со школы:

— Натаха, дури у тебя в голове так много, что можешь не курить. У тебя там явно парники.

— Э… Ты чо? Задираешься?

— Нет. Я тебе о вещах иного порядка говорю. А ты оргазм-оргазм. Как дитя малое!

— Я не понимаю тебя.

— Похоже, пока не испытаешь слияние сама, не поймешь. Ощущаешь своих, ну как себя внутри и даже ближе самого себя, иногда. Видишь, понимаешь, принимаешь и точно-точно знаешь, что они чувствуют то же самое. Потому что чувствуешь, что они чувствуют. И это счастье неописуемое! Как в три зеркала смотреть в бабушкином трюмо. Я чувствую, что они чувствуют, что я чувствую. И так бесконечно!

Лиля вздохнула, глаза ее блестели от восторга, она продолжила:

Я тебе благодарна, ты не поймешь как. Я вчера родилась второй раз, только больше даже чем родилась. Первый раз я в несвободу родилась, в боль, в лишения, в одиночество. Вчера я в свободу родилась, в радость безмерную, в приятие, в понимание. Я всю жизнь была скрюченная, только не знала об этом. А теперь распрямилась, расправилась, стала такой, какой должна быть.

— Так вроде у вас не получилось стилл образовать? Тебе от этого не плохо?

— Плохо. Очень. Вот пойду, встречусь со своими, повспоминаем, полегчает. Я знаю, точно полегчает.

— Они свои. А я тогда кто?

— А ты? Ты мне… ну вроде… мать… вторая. Позвала меня в новый светлый мир. Не беспокойся! Не забуду тебя, не брошу.

Она села на край кровати, и поглаживая Наташину руку, прикрытую одеялом, грустно сказала:

— С каждой минутой те чудесные ощущения меркнут и меркнут. Боюсь, у меня к вечеру останутся только воспоминания о воспоминаниях. Пойду. Может, хоть немного, при встрече со своими вспомню подробности. Ты тут без меня справишься? Или позвать кого из «Службы»?

Закладка:

— Какой службы?

— Ну я теперь, хоть и недостилл, а всё равно под их покровительством. И всё, что положено элементу стилла, и мне положено. «Служба» помогает нам, элестам, с делами и бытом. И нашим близким тоже. А ты мне самая близкая.

Лиля похлопала Наташу по руке. Та поморщилась, руку убрала и перевернулась на другой бок.

До нее доносился звонкий голос подруги:

— Потом расскажу, ты спи. Еда у нас на неделю запасена. Отдыхай. И забудь о своих пирожках. Ради бога! Я с деньгами разберусь. Всё у нас теперь хорошо. Запомни. Хорошо!

— Как скажешь, — пробурчала Наташа, закрывая глаза.

Ей казалось, что всё вокруг движется, изменяется, как будто кружится голова. Но голова не кружилась. Всего лишь неожиданно Лиля разговорилась, пообещала с деньгами разобраться.

Чудо чудное!

Наташа решила, что грипп на мозги влияет, что, когда она поправится, всё будет по-прежнему.

Но по-прежнему не стало.

Лиля пошла встретиться со своими и не вернулась. К вечеру прислала сообщение, что задерживается.

И всё.

Больше не писала, в сети ее не было.

Наташа, решив, что Лиля взрослая женщина и, наверное, справится сама со своими приключениями, заснула в полночь. Ей снился душный кошмар, что она потеряла сына, еще маленького Мартика и бегала по пустому городу, заглядывая в каждое окно. Но так его и не нашла.

Она проснулась около двух, позвала Лилю. Не услышав ответа, встала, с трудом, дошла до туалета — проверить там ли она.

Лили не было.

Наташа испугалась. Вспотела. Закашлялась.

В голову лезли дурные мысли. Она проворочались больше часа, обдумывая, что можно сделать.

«Может, Арсению написать? Лиля теперь для них как своя. Утром увидит сообщение и ответит», — подумала она и взяла с тумбочки смартфон.

Но набрать сообщение Наташа не успела. Браслет со Встречи еле слышно пискнул и высветил на экранчике: «Вам будет звонить Арсений. Дотроньтесь дважды доэкрана, если вы готовы говорить».

Наташа неуверенно тронула экран и тут же услышала мягкий голос Арсения:

— Наталья, как ты себя чувствуешь? Ям вижу данные с твоего браслета. Ты взволнована и напугана. Лиля с тобой?

— Лили нет. Я и волнуюсь. Она ушла днем и не вернулась. В сети ее тоже нет, — ответила она. — Со мной-то всё хорошо.

— Мым уже разыскиваем Лилин недостилл. Оним теперь без браслетов таких же, как у тебя. Оним снял их, хотя и не знал как. Теперь мым не видим ихим местоположение и самочувствие. Это вызывает опасение. Наталья, не беспокойся, мым найдем Лилю и остальных.

— Как не беспокоиться? Я тут на ушах стою!

— Наталья, прими синюю таблетку из коробки, которую оставил Федор Николаевич. Это тебя успокоит. Ям тебя буду держать в курсе событий. Спи пока.

И Арсений отключился.

Сначала Наташа решила не слушать Арсения. Всё же прикинув, что с гриппом ей бегать по городу и искать подругу всё равно нельзя, она проглотила таблетку.

Наташа проснулась рывком. Вот спала и неожиданно резко ощутила себя здесь и сейчас. Во рту пересохло, потому что из-за насморка она спала и, видимо, давно с открытым ртом. Яркий солнечный свет слепил глаза. Часы показывали четырнадцать тридцать. Наташа вскочила с кровати и забежала в туалет.

«Чёрт! Ну я и спать горазда. Двенадцать часов сна! Полдня. И на работе никого не предупредила. Хотя сегодня же воскресенье, у меня выходной», — с облегчением опомнилась она.

Вспомнив о Лиле, об Арсении, о браслете и ночном разговоре, она почувствовала зверский голод и полезла в холодильник. На душе было пусто до звона. Казалось, что нет ничего важнее, чем поесть.

«Поем и побегу искать ее…» — стучало в голове.

Дожевывая бутерброд, она проглотила горсть таблеток, оставленных Федором в специальном кейсе. Она услышала сигнал браслета, когда почти допила кружку сладкого кофе.

Это был Арсений.

— Вижу, тебе, Наталья, стало лучше. Допивай кофе. Прими еще одну синюю таблетку и спать.

— И не подумаю! Ты что, за мной подсматриваешь?

— Если ты имеешь в виду видеосъемку, то нет. Ям регистрирую изменения в составе крови, уровень давления и прочее. Данные приходят с браслета.

— Надеюсь, скоро я от твоего браслета избавлюсь. Ничего удивительного, что Лиля с товарищами их сняли. Мне уже легче. Сейчас пойду ее искать.

— А искать ее не нужно. Недостилл пропал в пятидесяти километрах от Москвы в дачном кооперативе «Яблочный». Мым полагаем, что он там и сейчас. Наталья, тебе Лиля что-нибудь говорила об этом месте?

— Нет! Первый раз слышу название. В каком районе этот «Яблочный»?

— Мым всеми нашими силами сами разберемся. Лиля рассказывала тебе о своих ощущениях от Встречи? Кроме того, что забывает подробности.

— Да. Говорила, что там еще кто-то был. Я толком не поняла.

— Спасибо, этот факт поможет ее найти. Тебе нужно поспать. Прими таблетку.

— Еще чего! Не буду я ваши приказы исполнять. Командуйте там, у себя!

— Если в течение десяти минут не примешь лекарство, мым пришлем за тобой Нату на машине. Возможно, для тебя будет комфортно и безопасно полежать в нашем медцентре. Под присмотром специалистов. Выбирай.

— Я дома хочу Лилю ждать… — начала Наташа, но договорить не успела, ее перебил Арсений.

— Тогда синяя таблетка и постель! — приказал он и отключился.

Наташа опешила от такой настойчивости. Лет двадцать с ней никто так не разговаривал. Представив себе самоуверенную Нату, Наташа поняла, что ни при каких обстоятельствах не хочет видеть ее в своей квартире и вообще встречаться. Можно, конечно, дверь не открывать, но Наташе показалось, что наглая Ната найдет, как прорваться. Узнавать, как она это провернет, не хотелось.

Проглотив таблетку, Наташа сразу забылась.

Она не удивилась, проснувшись около трех ночи. Синие таблетки усыпляли на часов двенадцать. Голод мучил даже сильнее, чем в первый раз.

Если это был голод?

Чувство нехватки, недостачи жизненно важного пронзало Наташу острой болью. Она поспешно вскрыла литровую банку домашней тушенки и умяла почти половину. Следующей была шоколадка и пять столовых ложек сгущенки в кофе.

Стало немного лучше.

С браслета донесся голос Арсения:

— Наталья, мым нашли Лилю, Геннадия, Нийю и Геночку. С ними всё хорошо. Не волнуйся больше. Прими синюю таблеточку и спать. Договорились?

— Нет! Нет… Расскажи, что случилось-то? Таблетки потом.

— Недостилл Лили стал искать четвертого элеста. И нашел. Теперь это полноценный стилл. Это всё. Завтра Лиля тебе позвонит и сама всё расскажет. Спи.

И Арсений, как обычно, отключился, не прощаясь.

Она с облегчением вздохнула, выковыривая из блистера синюю таблетку.

Глава 75

03.07.2029 21–20 Мальдивы. Туккая

Наташа дошла до бара у стоянки, куда хотела попасть благодаря рекламе. Увидев ее остановившуюся на мгновение в дверях, Геннадий с тоской в глазах обхватил голову руками. Он рыкнул, но не сказав и слова, опустил глаза и медленно побрел дальше, загребая ногами черный песок.

Она решительно толкнула створки, поднимаясь на невысокий помост, служащий полом. Смотреть особенно было не на что. Все, что можно было рассмотреть, она уже рассмотрела, пока шла до двери. Поэтому Наташа направилась прямо к стойке.

Взгромоздившись на высоченный табурет со всем возможным изяществом, она встретилась глазами с барменом и с ужасом поняла, что не знает, как сказать, чего ей нужно. Тогда она показала на висящий над ней бокал и показала наклоненный кулак с оттопыренным большим пальцем.

Бармен кивнул и быстро набулькал в стакан со льдом чего-то шипучего, насадил на край стакана дольку лимона и, воткнув трубочку, пододвинул Наталье.

— Надеюсь, вам понравится, — добавил он с заметным акцентом.

— Блин! — вырвалось у Наташи. — Вы говорите по-русски?

— Очевидно, — улыбнулся бармен и указал на неоновый значок над головой.

Наташа поразилась, как могла не заметить большой мигающий знак, сообщающий, что здесь обслуживают на русском языке. Рядом поменьше, виднелся значок оповещающий, об автоматическом переводе иностранной речи на родной язык посетителей. Под ним висел код отмены автоматического перевода.

Закладка:

«Цивилизация однако! Как в столицах. Пора выпить, что-нибудь. А то я уже очевидные вещи не замечаю. Опять расстроилась из-за холостой Встречи, — с раздражением подумала Наташа и приложилась к трубочке с силой всасывая в себя изрядную порцию жидкости. — Встреча то, не Встречей оказалась, а игрой. Меня, как маленькую облапошили. Теперь нужно настоящую нелегалку искать. Где? Васю не спросишь!»

Смесь напомнила Наташе с детства знакомый лимонад, продававшийся в стеклянных бутылках с ребристыми пробками, только более кислый и жидкий. Алкоголь там, возможно, и был, но почему-то не ощущался. Она отпила еще и подумала о том, что нужно будет спросить чего-нибудь покрепче…

Бармен наклонился к ней и зашептал на ухо:

— Мадам, я не знаю, как вас зовут. Я могу обратится к вам по вашему сценического имени?

— Да. А что вы хотели? — заинтересовалась она.

— Наталья, я видел ваше потрясающее выступление с группой Арабелла. Вы лучшая группа фанатов, какую мне доводилось видеть! И я помню, что вы не захотели идти на тренинг. Продайте мне билет! Я заплачу, сколько вы попросите. Давно мечтал. Сейчас мне особенно обидно туда не попасть. — Он вздохнул, — Стадион прямо перед носом висит.

— Я отдала билет ребятам из Арабеллы, — беспечно откликнулась Наташа, — Я же говорила, что он мне не нужен. Так, что извините.

Бармен ничего не ответил, только понимающе кивнул и принялся наливать в маленькую рюмочку розовую жидкость.

— Что это? — спросила она.

— Блокатор алкоголя. Четырехчасовой, до полутора промилей. Позволяет прочувствовать алкоголь в полной мере!

— Мне не надо. Терпеть не могу искусственные добавки.

— Мое дело выдать блокатор, а пить или не пить дело клиента. Таковы правила для питейных заведений по всей Земле. Я не буду их нарушать. Или вы предпочитаете блокатор в составе напитков?

— Нет, — Наташа повертела рюмочку в пальцах и заозиралась, высматривая куда бы вылить содержимое. Джанго понимающе улыбнулся и сказал:

— Это правило ввели, как обязательное, пять месяцев назад. В тот день я поставил у входа пальму в кадке. Посмотрите, какая она стала за это время зеленая и пушистой.

Наташа намек поняла, спрыгнув с табурета дошла до ярко зеленой пальмы с толстыми мясистыми листьями и зачем-то оглядываясь, вылила содержимое рюмочки на камушки вокруг ствола.

— Мадам, — раздался рядом звонкий тенор, сдобренный изрядным акцентом. — Я хотеть предложить вам более интересный напиток.

Наташа повернулась на голос. У стойки торчало щуплое кучерявое существо, скорее всего, мужского пола и совершенно неопределённого возраста.

— Но-но, Альберт, — предупредительно сказал существу бармен, — веди себя прилично. Эта дама у меня впервые. Если ты ей будешь надоедать… — он сурово сдвинул брови, нависая над существом из-за стойки.

Альберт, до того будучи ниже плеча Наташи, сделался еще меньше.

— Нет-нет, — он поднял перед собой ладони с неправдоподобно длинными пальцами. — Я только хотеть сделать мадам приятно… Джанго, сделать ей апельсиновый роза.

Бармен хмыкнул и принялся смешивать коктейль.

Наташа вернулась к стойке. Усевшись на еще теплый табурет, быстро всосала в себя остатки того, что она обозвала про себя «Жидкий Буратино» и как только перед ней появился новый бокал тут же отпила из него. Напиток пах странной смесью цветов и цитрусов, и был явно крепче предыдущего. Наташа успела сделать еще пару глотков, прежде чем сообразила, что ей что-то говорят.

— … не пройти мимо столь прекрасной мадам в беде, — звенел тенорком Альберт. — Я увидеть, что бедной нечем платить…

Наташа чуть не поперхнулась. Она отставила бокал, воззрившись на коротышку, примостившемуся на соседнем табурете.

— Нет проблем! — радостно сообщил ей Альберт, ухмыляясь во всю пасть. — Я иметь много денег, — он продемонстрировал браслет, тускло поблескивающий у него на руке.

— Спасибо. Я не нищая, — сухо заметила Наташа.

— Да-да, — закивал Альберт. — Я понимать. Я тоже не всегда брать с собой деньги. Никаких неудобств, — он снова заухмылялся, показывая свой браслет.

— Мне не нужно, чтобы за меня платили, — нахмурилась Наташа, показывая свой браслет.

Браслет был ее гордостью. Сделанный по спецзаказу в виде оправы из специального сплава, в которой складывались в узор листочки из золота и платины, посверкивающие драгоценными камнями, ни капельки не похожий на те пластиковые утилитарные браслеты, которые таскали все подряд.

— О! — на лице Альберта возник детский восторг. — Это слишком дорого, платить такой браслет за простой коктейль. За это можно купить весь бар.

— Не продается, — отрезал Джанго.

— Да-да, — согласился Альберт. — Поэтому сегодня за мадам платит Альберт, — он снова продемонстрировал широченную улыбку.

— Мадам не дешевка и платит за себя сама, — огрызнулась Наташа. — Дайте терминал.

Джанго пожал плечами и выложил на стол маленькую потертую коробочку.

Наташа демонстративно приложила браслет к ее поверхности и набрала код подтверждения. Коробочка пискнула. Мониторчик мигнул, демонстрируя сумму. Через пару секунд сбоку засветилась зеленая точка, которая еще через секунду погасла.

— Все в порядке, — кивнул бармен, убирая терминал.

Вид коротышки был жалок. Он усох еще больше, становясь похожим на тощего карлика. Жалобно разведя руки, он извиняющееся посмотрел на Наташу.

— Простите, — пробормотал он, опуская глаза. — Я не хотеть вас обидеть. Я никогда не видеть такой браслет. Я только думать, что всякое бывать и оказать помощь. Я не знать, что такие браслеты быть.

— Очень даже есть…

Наташа с гордостью посмотрела на украшение, сверкавшее на ее запястье.

— Такой пластик. Это, верно, быть большой редкость, — заметил Альберт.

— Сам ты пластик, — обиделась Наташа. — Металлы, камни. Все настоящее.

— Невозможно! — восторженно воскликнул Альберт. — Металл и камни. Это есть тяжело для такой изящной мадам… — он немного задумался и снова расцвел улыбкой. — Вы разыгрывать бедный Альберт. Ха-ха! Очень хороший шутка!

— Нефига не шутка, — рассердилась Наташа. — И не такой он и тяжелый. Нормальный. На, сам посмотри.

Она решительно сдернула браслет с руки и сунула его под нос коротышке.

Тот осторожно прикоснулся к браслету своими длиннющими пальцами, едва ощупывая его. Потом тихонько взял двумя пальцами с одной и другой стороны. Наташа выпустила браслет, давая оценить его вес. Альберт осторожно положил его себе на ладонь и едва покачал ею.

— Да, — согласился он, — это не очень тяжело…

В следующее мгновение он стремительно стек с табурета и устремился за угол бара.

Наташа с открытым ртом смотрела, как тощий коротышка перемахивает через ограждение и исчезает за границей света. Она ощупала пустое запястье. Посмотрела перед собой в то место, где еще недавно ее браслет ощупывали длинные подвижные пальцы Альберта. Браслета нигде не было. До Наташи стало медленно доходить, что ее только что нагло и бессовестно обокрали. На глаза навернулись слезы.

— Твою мать! Мой браслет!

На втором вопле воздух в легких кончился и ей пришлось срочно вдохнуть.

Из темноты за баром послышался смачный шлепок, сопровождающийся приглушенным писком. За писком последовал еще один шлепок. Он был уже ближе и сопровождался все более громкими ругательствами.

Из-за стены бара, за которой прятались входы во всякие подсобные помещения, показался высокий светлый мужчина, держащий на вытянутой руке извивающееся в воздухе тощее обезьяноподобное существо. Существо висело в собственной рубашке, удерживаемой за воротник, нелепо болтало руками в тщетных попытках освободиться и ругалось на нескольких языках разом, начиная ругательство на одном языке и заканчивая уже на другом.

Мужчина, похожий на джентльмена времен викторианской Англии, картинно внес существо в пространство бара, и Наташа узнала в этом существе Альберта. Тот был настолько смешон и жалок, что если секунду назад она была готова его убить, то теперь ей хотелось только отправить его куда подальше.

Закладка:

— Мне кажется, это ваше, — торжественно объявил джентльмен, выкладывая на стойку бара Наташин браслет.

Та молча натянула его на руку. Потом шумно выдохнула воздух, так и не превратившийся в следующую порцию крика. Наконец она подняла глаза и рассмотрела спасителя браслета.

Он смотрел на нее прямо, серые глаза выражали спокойствие и решимость. На лице его было спокойствие с легким оттенком негодования, выражавшееся в слегка поджатой верхней губе, над которой топорщились аккуратно подстриженные усы.

«Такой пристрелит и не поморщится,» — подумала Наташа, опуская глаза и продолжая рассматривать джентльмена.

Высокий, широкоплечий, с правильной осанкой он был одет не в легкомысленную гавайку или, тем более, футболку, а в белую рубашку, заправленную не в какие-то там джинсы, а настоящие брюки. На ногах джентльмена красовались легкие туфли из светлой кожи.

— Спасибо, — наконец выдавила она из себя. — Не знаю, что бы я без него делала.

— Пожалуйста, — ответил джентльмен, продолжая болтать Альберта в воздухе. — Жулики. Досадное дополнение к этому райскому месту. Сегодня нам повезло. Мы можем сократить их поголовье хотя бы на одного.

— Нет! Мадам! Я хотеть смотреть!..

Джентльмен выдал Альберту затрещину и тот затих, принимая совсем жалкий и обреченный вид.

— Вы хотите его убить? — удивилась Наташа.

— Вы против? — удивился джентльмен. — Этот негодяй только что чуть было не оставил вас без средств и заметной части вашей жизни.

— Нет! Я бы вернул! Тут темно! Я хотеть смотреть получше! — снова заголосил Альберт.

— Он еще и врун, — с прискорбием в голосе заметил джентльмен. — Там, куда он побежал, вовсе ничего не видно. Поэтому он на меня и налетел, — усмехнулся он. — Предлагаю нанять лодку и подкормить им рыб.

— Мадам! — снова заголосил Альберт. — Я не хотеть брать вашу вещь! Это случайность! Это больше не быть!

— Заткнись! — рявкнул на него джентльмен. — Ты всех утомил. Я уже готов просто повесить этого негодяя, чтобы не возиться с лодкой.

Альберт захныкал, раскачиваясь в несгибаемой руке подобно покупкам в авоське.

Наташе стало совсем жаль мелкого проходимца. Ей казалось, что это все излишняя жестокость к маленькому неудачнику. Ведь, в сущности, браслет снова у нее на руке, а значит, кража не состоялась. А вот этот здоровый дылда, который издевается над маленьким…

— Отпустите его, — тихо попросила она.

Невнятные причитания Альберта оборвались и в баре повисла гробовая тишина.

— Простите? — переспросил джентльмен.

— Отпустите его, — с нажимом повторила Наташа.

— Хорошо, — неожиданно легко согласился джентльмен.

Он опустил коротышку на пол и даже слегка одернул на нем рубашку.

— Иди, — приказал он ему, показывая на двери бара. — Эта дама решила тебя пощадить.

— Спасибо, мадам, — церемонно поклонился Альберт.

Потом он неожиданно резко отпрыгнул и показал джентльмену неприличный жест.

— Я сам тебя кормить рыбам! — пообещал он ему и в два прыжка скрылся в темноте.

— Вот вам и вся благодарность, — вздохнул джентльмен, глядя в темноту, где успел раствориться мелкий воришка. — А ведь сдай мы его полиции, то они бы избили беднягу до полусмерти и хорошо, если бы он после этого выжил или не стал инвалидом.

— А вы всего лишь хотели его утопить, — саркастически заметила Наташа.

— Ну что вы… Я просто пугал его, чтобы он больше так не делал. Все-таки одно дело украсть кошелек с мелочью, а лишить человека доступа к счетам и документам… Это совсем другое.

Внезапно он показался Наташе значительно старше, чем в момент появления. На доселе жестком лице появилось что-то типа отеческой заботы. Будто он всерьез переживал за воспитание мелкого Альберта.

— Простите, я не представился, — внезапно спохватился он. — Герман.

Герман протянул руку ладонью вверх.

— Наталья, — представилась Наташа и вложила в его ладонь свою ладошку.

Герман церемонно поцеловал ее.

— Мне жаль, что мы познакомились при столь драматических обстоятельствах, — произнес он. — Но я постараюсь компенсировать вам эти неприятные переживания… Джанго, дружище, — позвал он бармена. — Сделай свой огненный коктейль!

Бармен хитро улыбнулся и принялся смешивать содержимое бутылок.

— Синий Блейзер! — объявил он. — Единственный на этом берегу и на всем острове!

Джанго поджег спиртовку под металлической кружкой с водой и одним движением отмерил порцию виски в такую же кружку. Когда вода закипела, он поджег виски и длинной струей влил его в кипяток. Потом струя синеватого пламени перелетела обратно туда, где был виски, а потом еще и еще…

Наташа как зачарованная смотрела на пляску пламени в руках бармена и боялась только, что тот может ошибиться и огонь попадет на стойку, пол или еще куда-нибудь. Но пламя, как ручное, перетекало из кружки в кружку и обратно.

После очередного путешествия огненной струи Джанго накрыл одну кружку другой, и выждав несколько секунд бросил в только что горевшую смесь две ложки чего-то, подозрительно похожего на сахарный песок, после чего быстро размешал и налил получившуюся смесь в кружку, незаметно образовавшуюся перед Наташей, пристроив сверху спиральку из кожицы лимона.

— Прошу!

Наташа успела сделать несколько глотков, когда до нее донесся стрекот мотоциклов. Судя по звуку, мотоциклов было несколько, и они быстро приближались.

Следующий глоток коктейля совпал с возникновением в поле света сразу нескольких оглушительно трещащих двухколесок. Почти на каждой сидело по двое тощих смуглых пацанов, чем-то похожих на воришку — неудачника Альберта. И только на одном восседал парень, заметно крупнее и старше остальных. Все были одеты в шорты и футболки, которым, по мнению Наташи, не помешала бы стирка.

Ватага растянулась вдоль низенькой загородки и, не утруждая себя поиском двери, полезла прямо через ажурное ограждение.

— Э-э! — замахал на них Джанго. — Остановитесь! Что вы делаете?

— Заткнись, старый козел! — рявкнул на него самый большой из ватаги. — Мы здесь по делу нашего брата.

Из-за спин показался Альберт. Вид у него был мстительный и победоносный.

— Это он! — пальцем он указал на Германа.

Из-за дальних столиков поднялось несколько человек, раньше никак себя не проявлявших, и подошли к эпицентру конфликта.

— Послушай меня, — миролюбиво начал один из них, но Герман вскинул руку и тот замолчал.

Самый большой ватажник одним движением убрал Альберта за спину, оказываясь вплотную к Герману. Вблизи он казался выше и шире, чем аккуратный Герман. Волосы ватажника стояли торчком, под грязной футболкой проступали внушительных размеров мышцы, выпирающие на голых волосатых руках. Морду ватажника покрывала редкая щетина. Он скалился, всем своим видом показывая, что сейчас сломает этого хлыща пополам. В тот момент, как только захочет.

— Ты обидел нашего брата. И ты заплатишь нам за это, — сказал он Герману, тыча его в грудь.

— Вы ошибаетесь, — невозмутимо ответил Герман. — Он увел вещь этой женщины, — показал он на Наташу. — И она пощадила его.

— А-а-а! — завопил кто-то из ватаги и, видимо, решив не дожидаться, о чем договорятся более высокие стороны, прихватив стул, ринулся на одного из подошедших из-за дальних столиков.

Его примеру последовала остальная ватага. И когда зачинщик, получив затрещину, летел в дальний угол, в воздухе уже вовсю мелькали руки и ноги. Пара ватажников последовав его примеру, тоже вооружились стульями и одновременно бросились на Германа, пытаясь своей инициативой опередить вожака. Тот же, проведя сколь мощный столь же и неуклюжий апперкот, вместо Германа врезался кулаком в стойку и, получив от него удар по шее, стек на пол. Сам Герман подвинулся, позволяя двум стульям встретиться в воздухе. Раздался треск. Один из стульев, продолжив движение, разлетелся о стойку. Другой же, лишившись спинки, полетел прямехонько в Наташу.

Пока шла перебранка с предъявлением Альберта и непонятными претензиями, она была уверена, что сейчас это все прекратится, успокоится и закончится обычной пьянкой. Сейчас же она отчетливо почувствовала, что это может кончиться плохо. Особенно в тот момент, когда потертое сидение, щерясь щепками на месте, где еще секунду назад была спинка, стремительно увеличивалась в размерах, занимая все больше и больше видимого пространства. Наташа стояла, смотрела как потертая фанерка закрывает людей, стойку, свет, видела все потертости и царапины, оставленные многочисленными задницами и прилипшими к ним песчинками, и не могла пошевелиться. Она успела только приоткрыть рот, когда крашенная фанера почти коснулась кончика ее носа.

Закладка:

Через мгновение фанерный щит исчез. За ним стоял Герман, держа за ножку остатки стула. Лицо Германа выражало крайнюю степень беспокойства и озабоченности.

За другую ножку злополучного стула держался светлый крепыш, уже хорошо знакомый Наташе. Влад был столь же невозмутим, как и в прошлые разы. И держал он ножку так, будто держит не то, что только что могло ее если не убить, то изувечить, а какую-то случайно подвернувшуюся вещь. Он молча кивнул Наташе и, развернувшись, удалился, попутно увернувшись от ударов еще не угомонившихся ватажников, которые сразу после этого почему-то неуклюже свалились на пол.

Пока она смотрела ему в след, Герман пинком отшвырнул одного из любителей драки, коротким ударом нокаутировал второго и придвинулся к Наталье.

— Ты цела? — спросил он, внимательно разглядывая ее лицо.

— Э-э-э… Да, — ответила Наташа, переводя на него взгляд.

— Прости. Минуточку.

Герман приподнял предводителя ватаги за ворот майки. От его свесившийся головы донеслось невнятное бурчание.

— Джанго. Дай пожалуйста стакан воды, — попросил Герман у бармена.

— Пресную воду на всяких тратить, — проворчал тот, но стакан дал.

Герман аккуратно вылил его содержимое на голову ватажнику. Тот зафыркал и поднялся, опираясь на стойку.

— Вон! — скомандовал Герман. — Уходите!

Ватажник молча развернулся и побрел к выходу. За ним потянулись и остальные, прихватывая тех, кто не мог идти сам.

— Джанго, они много поломали?

— Да так… — бармен замялся. — Теперь прибираться придется, — он обвел рукой недавнее поле боя с перевернутыми столами, обломками стульев и осколками посуды.

— Да, — кивнул Герман. — Сейчас у тебя стало не очень уютно.

Он обратился к Наташе, шарящей глазами по залу.

— Прошу прощения за этот кавардак, — Вы не хотели бы провести остаток этого вечера, скажем, на яхте?

— На яхте? — тупо переспросила она, продолжая рассматривать зал.

— Да. Знаете, у меня тут неподалеку стоит на якоре яхта. Я приглашаю вас в гости.

Наташа наконец-то увидела Влада. Тот сидел к ней почти спиной, отчего сразу его опознать не получилось. Зато лицом к ней сидела смазливая блондинка и что-то весело болтала. Влад наклонился, потянулся к ней. Она слегка повернулась, и они слились в поцелуе. Да, губы закрывал его тупой затылок, но Наташа была готова поклясться, что так и было!

— Что? — она, нервно кусая губы, перевела глаза на Германа.

— Я приглашаю вас к себе в гости. На мою яхту, — торжественно повторил он. — Не пугайтесь, она несколько побольше, чем просто парусная шлюпка. Палуба под звездами…

— Да! — резко выдохнула Наташа. — Пойдемте скорее отсюда.

И она стремительно зашагала к выходу.

Глава 76

03.07.2029 22–40 Мальдивы. Туккайя

Стемнело. Людей на дорожке поубавилось. Все любители посмотреть на стадион и трансляцию тренинга в большой компании единомышленников уже давно добрались до мыса. Оттуда доносились глухие звуки музыки и невнятная речь. Тусклый свет фонарей оставлял лица и фигуры людей еле различимыми. Дроны осветители улетели к мысу, сверкая яркими черточками лучей.

Влад шел за Наташей и Германом, метрах в двадцати, не заботясь, что они его заметят. Рядом пристроился Леша, но вместо того, чтобы спокойно идти рядом, он часто забегал на пару метров вперед, вытягивал в сторону объекта шею или внезапно останавливался, громко делясь впечатлениями с Владом:

— Здорово ты, Влад, табуретку в воздухе поймал! Как супергерой!

— А не должен был ловить.

— Почему? Наталье тогда бы не поздоровилось.

— Тише ты. Не кричи. Да я о другом, — недовольно скривился Влад, — Надо было драку на корню пригасить, чтобы не нужно было проявлять героизм, спасая подопечную.

— Аня не смогла. Она новичок в управлении. А ты бы смог загасить начинающуюся драку?

Влад остановился около будки охраны пирса и притормозил Лешу с разгона готового выйти на освещенную ярким светом площадку. Он мотнул в сторону уходящей к причалам пары и сухо ответил:

— Я бы не стал. Наталья в своем праве проводить время по своему усмотрению. Сегодня она развлекалась, ощущая себя в центре внимания дерущихся из-за нее мужчин. Типичный для дикарей вид досуга.

Глава 77

03.07.2029 22:40Мальдивы. Туккайя

— Моя яхта на глубоководье. К ней нужно добираться на катере, — сказал Герман.

Он остановился у промежутка между двух небольших судов. Наташа осторожно подошла к краю пирса и заглянула вниз. Пахнуло водорослями и резиной. Волны хлюпали о борт небольшого катера, почти лодки, притертого к бетонной стене, завешанной старыми автомобильными покрышками.

Он жестом пригласил ее спуститься. Наташа остановилась.

Герман спрыгнул и, вытянув руки, взял Наташу за талию.

Широкие ладони крепко сжали, ноги Наташи потеряли опору, зависнув в воздухе. На мгновение показалось, что ее поймали, и она в лапах большого опытного хищника. Но прежде чем она окончательно испугалась, Герман аккуратно поставил ее на поблескивающие лаком доски.

— Домой! — скомандовал он.

Только что безвольно качавшийся катер ожил. Взвизгнула лебедка, втягивая отцепившиеся концы, из-под днища белой пеной вырвались струи, отталкивая его от причальной стенки. Суденышко развернулось и рвануло в сторону океана, туда, где светились огоньки, обозначавшие контуры больших кораблей.

Наташа высвободилась из чужих рук и теперь старательно держалась на ногах. Волны ударяли в днище, катерок вздрагивал и наддавал в ступни пассажиров. После особенно сильного удара Наташа сдалась и стала осматриваться, куда бы присесть. Лучше на что-то помягче. Герман, истолковав по-своему, ухватил ее за руку, привлекая к себе.

Следующий удар в днище совпал с рывком браслета по руке. Металлический обруч скользнул, и Наташа увидела, как тот, блеснув, летит в воду.

— Ой! Стой! Браслет!

Она вырвалась, присела на корточки, почти касаясь воды. Катер снова подпрыгнул на волне, и Наташа свалилась бы в воду, не подхвати ее Герман.

— Поздно! Не плачь. Я куплю тебе десять таких браслетов!

— Но этот мне подарила Лиля!

Герман поднял ее на ноги. Катер тряхнуло, и он прижал Наташу к себе.

— У Лили наверняка сохранились чертежи браслета и инструкция по изготовлению. Пришли их мне, и я закажу копию. Добавлю в дизайн что-нибудь от себя. На память.

— Не надо добавлять. Мне и так нравится, — просипела Наташа ему в плечо.

— Прости.

Он отстранился, глядя ей в глаза, виновато улыбнулся. Дескать, боялся за нее, а не за побрякушку.

«Настоящий мужчина. Не мелочный. Жизнь— это всё, вещи же ерунда. С таким нигде не страшно», — так истолковала его порыв Наташа.

Катер сбавил ход. Из темноты приближалась и росла громадина. Наташа вспомнила, что яхты называют лодками. Это же сооружение с ярко освещенной палубой, возвышающейся над водой, больше походило на пассажирский теплоход.

Обойдя по большой дуге, как бы демонстрируя пассажирам иллюминацию на борту, блестящие полировкой детали и сверкающую золотом русалку на носу, катер приткнулся к маленькой платформе, спущенной с борта у кормы. Выглядела она маленькой и ненадежной. Волны, опускающие и поднимающие катер, плескались в решетчатое дно, стекая обратно в океан сквозь промежуток между решеткой и бортом.

— Приехали, — объявил Герман. — Прошу!

Он одним прыжком оказался на платформе и протянул руку Наташе.

Расстояние между бортом катера и подъемником можно было перешагнуть. Если шагнуть особенно широко. Или перепрыгнуть. Если подгадать самую верхнюю точку волны и оттолкнуться именно тогда, а не когда катер начнет опускаться. И тогда прыгнувший окажется не на решетке, а возле…

В воде…

Между двух колышущихся бортов, способных стать прессом. В темном соленом пространстве без света и воздуха. Без помощи и спасения.

— Ну же! — Герман вытянул руку так, что можно было коснуться кончиков пальцев.

Закладка:

Наташа несколько раз глубоко вздохнула. Стараясь смотреть только на него, она оттолкнулась от борта. В короткий миг, когда под ногами ничего не было, ее захлестнул ужас. Казалось, что сейчас она снова окажется в воде, и…

Она коснулась Германа.

— Ну-ну, — зашептал в ухо хрипловатый голос, — всё хорошо. Ты молодец!

Пучина под ногами оказалась где-то далеко. Страх таял как сахар в кипятке, и Наташа чувствовала, как она сама готова расплыться в крепких надежных руках.

Где-то загудел мотор. Платформа легонько дернулась, поднимая прибывших наверх.

Подъемник выключился. Кругом звучала музыка и голоса. Похоже, вечеринка была в самом разгаре.

Герман мягко отстранился.

— Пойдем?

Наташа огляделась.

Люди в вечерних нарядах танцевали на палубе. Несколько человек с бокалами стояли возле борта рядом с ними, неспешно что-то обсуждая, но из-за музыки нельзя было разобрать ни слова. И никто не обращал внимания ни на Наташу, ни на Германа.

— Нас тут не ждут?

— Некому нас ждать. На самом деле мы на яхте одни. Это голограммы, — улыбнулся Герман.

Запоздало в голове Наташи всплыло наставление НС, которое заставили выучить наизусть, как Наташа ни отмахивалась:

«Будьте осторожны в завязывании знакомств, выборе партнеров. Вы, первая линия, привлекательны для мошенников, людей с неустойчивой психикой, террористов и активных фанатов. Незнакомых, а равно и давно не встречавшихся знакомых, оцените по следующим пунктам…»

Все признаки говорили за то, что мужик не бедный, так что на ее копейки не позарится. И точно не фанат стиллов. С фанатами она знакома. Ничего общего. Любитель старого доброго, судя по всему, но с психикой у него явно порядок. И от него просто веет надежностью.

А Герман вел ее по палубе мимо танцующих и гуляющих голограмм к площадке, оборудованной на корме. К пятачку свободному от голограмм со столиком, сервированном на двоих. В кривоватых тарелках нарочито ручной работы, приборах из бамбука, скатерти с затейливой вышивкой и орхидеях, свисающих из вазы, — коряги, по определению Наташи, сквозило откровенное пижонство. Впрочем, с одной стороны, на нее явно хотели произвести впечатление. А с другой — столик копировал недавно виденную рекламу, а значит, этот мужик привык жить проще, без ежедневного участия дизайнеров.

Наполированный гурик с подносом, уставленным блюдами, имел хороший ухоженный вид. Но устаревший дизайн электронного слуги подтверждал, что его хозяин ценит надежность и не заморачивается.

Герман пододвинул стул, сделав приглашающий жест.

— Наталья, приглашаю вас разделить со мной этот скромный ужин.

«Ни дать ни взять — истинный джентльмен», — подумала она, садясь на нарочито грубоватое изделие с кустарной резьбой по всей спинке.

Ей хотелось ответить как-то созвучно приглашению, но ничего подходящего на ум не шло. Перебрав несколько фраз, показавшихся одна глупее другой, удалось выдать только:

— С удовольствием!

Герман пододвинул стул, устраивая гостью поудобнее.

«Какой милашка… — подумала Наташа. — Мужественный обходительный и загадочный. Настоящий Джеймс Бонд. А я ведь и не помню, когда за мною ухаживали».

Он сел напротив и кивнул роботу, будто тот живой официант. Тот показал бутылку, продемонстрировал этикетку, и, определив молчание Наташи как согласие, разлил вино по бокалам.

— Я принес бутылку Шате Лафит Ротшильд две тысячи пятого года. За вас, Наталья! — Герман поднял бокал, подмигнул. — Отличный винтаж. Как и ты, с годами становится только лучше.

Наташа почувствовала, что щёки нагрелись, будто к ним приложили утюги. Она залпом осушила бокал. Робот незамедлительно налил еще.

Стараясь отвлечься от комплимента и того, что он может означать, она принялась рассматривать железного стюарда.

Было в этом нарочито угловато-несуразном что-то обаятельное, напоминающее роботов из старых фантастических фильмов, когда человекообразных машин изображали люди. Всё это отдавало стилем, классикой, которая, если верить специалистам, не устаревает никогда.

Робот же выставлял на столик тарелки, снимал с них крышки, а Герман комментировал каждое блюдо.

Наталья смотрела, рассеянно слушала и ловила себя на том, что обед был давно и неудачный. Теперь она была готова съесть даже любимое блюдо Лили, может быть, даже не поморщившись. Не говоря уже про всякие гребешки в соусе из базилика, жареные на гриле бранзино и паэлью, приготовленную тоже из морепродуктов.

Ей кто-то рассказывал, что жрать ложкой деликатесы, наваливаться на еду в гостях, как голодный пес в мясной лавке, и уничтожать всё съедобное наперегонки с лесным пожаром, неприлично. И вести себя здесь и сейчас ей хотелось хорошо, подобно воспитанным дамам.

Наташа осторожно подхватила немного паэльи. С видом истинной ценительницы осторожно положила ее в рот и прикрыла глаза, борясь с искушением тут же проглотить.

Ничего, типа шафрана и особенно тонкого вкуса моллюсков она не почувствовала. Желудок, заметив, что в рот попало что-то поинтереснее вина и свежего воздуха, спазматически сжался, требуя внимания хозяйки. Когда Наташа, уступая его подергиваниям, сглотнула, он с урчанием принялся переваривать, не забывая напоминать о добавке.

— Это чудесно! Натуральное всегда лучше синтетики.

— О да… — сдержанно произнесла Наташа. — Это просто замечательно. Натуральное?

Герман кивнул.

— Заметно, и всегда лучше синтетики, — прокомментировала она, борясь с желанием опустошить эту, а заодно и прочие тарелки.

— Важен не только факт натуральности, — с важным видом объявил он, делая распоряжение роботу, наполнить ее тарелку. — Нужно не забывать, что у натурального есть градации качества.

Что он говорил дальше, Наташа слышала плохо. Она сосредоточилась на практической стороне вопроса, и это ее вполне устраивало. В конце концов, не так важно, что этот мужчина говорит. Его приятно слушать, и довольно.

Момент прекрасен, еда отличная, жизнь замечательна.

Чего еще надо?

Когда блюда опустели, Наташа про себя отметила, что, пожалуй, могла бы эту трапезу повторить, но старательно изобразила полное удовлетворение. С голоду она не умирает. И ведь не жрать же она сюда пришла? Как минимум не только. Переедание вообще вредно.

Заметив, что она поежилась, Герман предложил:

— Становится прохладно. Пройдемте в кают-кампанию. Греться. Там теплее.

— Я вся дрожу, — сдавленно пискнула Наташа, подавая руку.

Кают-компания обстановкой напоминала шикарный салон. Панели натурального дерева и кожаная обивка говорили о совсем иных предпочтениях, нежели деревянные стулья и корявые тарелки на палубе. Тут всё дышало роскошью. Единственной диссонирующей деталью был квадратный экран, показывающий плакат с рекламой элитных апартаментов на острове Туккайя. И запах. К ароматам дорогой кожи и дерева примешивался легкий запашок антисептика.

— Наташа, — Герман заглянул ей в глаза, — мы одни на яхте. Посередине океана. Вас это не смущает?

Она поняла, к чему этот вопрос.

Наташе не нравились глупые долгие разговоры, когда и так понятно, что должно произойти. К чему идет дело, она догадалась еще в баре, а весьма легкий ужин добавили ей уверенности.

Наташа посмотрела на шею Германа и, увидев пульсирующую жилку, прикрыла глаза.

Он выключил свет, а может, и всё электричество, и кинул пульт в сторону. Сгреб Наташу в объятия. Стало так тихо, что звуки вечеринки только угадывались. Даже холодильник и кондиционер затихли.

Это неожиданно испугало и одновременно возбудило Наташу. Она вообразила обнаженного Германа на верхушке пальмы, срывающего бананы и шумно вздохнула.

Голова гудела, пальцы на руках покалывало, жаркая волна прокатилась с головы до пят. Она в темноте пыталась встретиться с Германом в поцелуе. Но его голова уткнулась в ее декольте, а руки освобождали от бретелек платья и нащупывали застежки.

Наташа расстегнула всё сама, зная, что в порыве страсти одежда часто проигрывает.

Закладка:

Герман был энергичен, и в считанные секунды Наталья осталась без одежды. Он же не спешил раздеваться, как будто не мог оторваться, даже на мгновение, от Наташи. Ласкал ее грудь уверенно, умело, шумно дышал и целовал сухими горячими губами.

Это продолжалось довольно долго.

Наташа потянулась к его губам, но Герман увернулся. Эти любовные игры выбили Наташу из привычной колеи. Ей стало холодно. Лежать обнаженной в гостиной на кожаном диване казалось нелепо. Она встала и потянула Германа в спальню, которую накануне он ей показывал.

Около кровати Герман резким движение скинул покрывало. Повалил Наталью на кровать и придавил сверху всем телом. Он так и остался в одежде. Пряжка ремня чувствительно врезалась в обнаженную кожу Наташиного живота, она ощущала все пуговицы на его рубашке.

Герман начал ласкать ее бедра, твердыми прохладными руками. Его поглаживания стали интенсивнее, грубее. Наташа пыталась вывернуться. Она не была сторонницей грубых ласк.

Грубость ее остудила: «Опять всё пошло не так. С виду деликатный, а в постели грубиян. Не собираюсь терпеть такое!»

И она зло крикнула:

— Мене так не нравится. Лучше разденься.

— Ты же любишь погрубее, — с недоумением ответил Герман.

— С чего ты взял?

— Так написано в твоей медкарте. В открытом доступе твоего профиля.

— Фигня! Я же удалила эту запись! Точно помню.

Наташа на миг задумалась, а потом вспомнив, раздраженно произнесла:

— Чёрт! Это молодой врач, с которым я разок встретилась пару лет назад. Точно! Неудачно так встретилась. Он прикололся. Мерзавец! Не иначе.

— Ты не сторонница жесткого секса?

— Нет! Чёрт! Нет!

— И не кусаешься?

Наташа не ответила, а только фыркнула и, отвернувшись, нашарила простыню, кутаясь в нее с головой.

Герман осторожно погладил ее по бедру. Наташа раздраженно дернула ногой.

За ее спиной послышалась возня. Обернувшись, Наташа высунула голову и увидела, что Герман начал расстегивать рубашку.

— Я тоже не сторонник БДСМ. Не бойся. Я ласковый, — тихо сказал он и наклонившись обнял Наташу.

— Разве? — она дернула плечами, пытаясь сбросить его руки.

Он зашептал ей в ухо, игнорируя простыню:

— Ну-ну, не веришь? Доказать?

Не дожидаясь ответа, Герман поцеловал ее в губы через ткань и продолжал бы дальше, но Наташа не выдержала и стащила простыню с лица. Герман провел пальцем по ее щеке, и поцеловал в уголок губ.

Она ответила.

Герман пытался расстегивать пуговицы, не отрываясь от поцелуя.

Наташа помогала, наощупь расстегивая пуговицу за пуговицей, пока они не кончились. Он сдвинул ее руки к ремню брюк и погладил Наташу по голове. Герман ласково перебирал ее волосы, пока она возись со штанами. Скоро мужчина был раздет.

Он шумно дышал, и от его горячего дыхания у Наташи кружилась голова.

В следующие мгновения Герман показал, что кое-что умеет в постели. Он был горяч и умел. Прошло немало времени, прежде чем он выпустил пар и повалился на спину, тяжело дыша. Наталья не без удовольствия провела время, но сбросить напряжение у нее не получилось.

Она намекнула на продолжение. Он не понял. Герман размеренно сопел.

Спал?!

Наташа начала злиться.

Она отвернулась, прислушиваясь к плеску волн за бортом, рассматривая в большом иллюминаторе далекие зарницы и мигающие звезды в черном небе.

Она давно не ожидала от первого раза чудес. Впрочем, и от последующих. Просто ей не нравились мужчины-эгоисты, забивающие на женские потребности.

Невнимательные неумелые макаки!

Но, как назло, именно такие и попадались ей.

«Что я тут делаю? — со злостью подумала она. — Опять напрасные усилия и глупые мечты?»

— Зря я с тобой пошла! — не удержалась от упрека Наташа и выпрыгнула с кровати.

Она добежала до кают-компании, пыталась открыть дверь, чтобы выбраться на палубу, но дверь не открывалась. Она заметила удивленного Германа в дверях спальни и заметалась по яхте. Герман, сделав обманный маневр, поймал ее, зажав между шкафами.

Он крепко сжал ее голову руками и поцеловал, грубо и настойчиво вращая языком. Наташе захотелось укусить в ответ. Кусаться сначала не получалось, а через мгновенье и не захотелось. Он целовал ее не страстно, как она мечтала, а настойчиво, как будто извиняясь. Возможно, чтобы не слышать от нее обидные слова.

Наташе понравилось. Она обмякла в его руках.

Герман оторвался от поцелуя и примирительно сказал:

— Догадываюсь, в чём дело. Хочешь продолжения? Я сделаю всё, что ты скажешь. Как ты хочешь?

— Сейчас я хочу спать, — зло воскликнула Наташа, — как хочу спасть? В одиночестве!

Она люто ненавидела вопрос «Как ты хочешь?», не знала, что на него отвечать.

Наташа вырвалась из объятий, схватила с дивана свою одежду и быстро забежала в спальню. Но дверь закрыть не успела. Герман вломился и одним движением повалил ее на кровать.

Он покрывал страстными поцелуями ее лицо. Брыкания Наташи грубо сдерживал, прижимая к кровати всем телом.

Он вел себя как-то иначе, чем до этого. Казалось, в Германе проснулся другой человек, который точно знает, что делает и зачем. Теперь все его ласки доставляли Наташе удовольствие. Она перестала сопротивляться, перестала злиться. Жалость к себе растаяла. Наташу охватило сильное возбуждение, и она ответила на поцелуй.

Неожиданно Герман отстранил ее, свесившись вниз, и вынул из-под кровати коробку. Нашел в ней запаянный черный пакет. Вскрыв его, вложил в руки Наташи два навороченных ободка наушников с гарнитурой, похожих на облегченные шлемы виртуальной реальности. Он включил их, и Наташа, увидев на экранчике значок даркнета, недовольно хмыкнула.

— Суперчувственность. Синхронизация от 0 до 10,— прочитала она вслух и поёжилась.

— Опробуем это, — спокойно предложило н.

— Зачем? — она удивилась и выронила тяжелые вещицы из рук.

— Временами чудеса техники могут доставлять удовольствие. Это не опасно, — он многообещающе улыбнулся.

Взял из коробки пульт-кольцо и, надевая на палец, спросил:

— Боишься?

— Терпеть не могу такие приспособы! Это неестественно, — негодующе воскликнула она и привстала, готовясь уйти.

На ободке замигал зеленый индикатор. Герман одел гарнитуру на голову и с нежностью сказал:

— Мы только попробуем. Дай технике шанс. Я в любой момент остановлюсь. Ты только скажи.

Взгляд Германа затуманился, и он посмотрел на Наташу широко открытыми глазами. Лицо его расслабилось и казалось счастливым. Такого она не ожидала. Наташа, не отрывая от него взгляда, позволила Герману поправить ее волосы и одеть на нее вторую гарнитуру.

— Загрузить программу «Экстра А», — произнес Герман в воздух.

Он придвинулся поближе и обнял Наташу. Она почувствовала волоски на его груди. Стало немного щекотно. Обе ее руки Герман поднес к своим губам и стал нежно дуть на каждый пальчик, а потом целовать. Наташа не заметила, когда приятные ощущения стали сильнее. Поцелуи отдавались радостью в каждом уголке тела, радостное возбуждение нарастало.

Он провел пальцем, еле касаясь, по ее груди, и Наташа поразилась ярким ощущениям, которые, казалось, усиливались.

Он развернул ее к себе и стал осыпать поцелуями грудь и живот. Наташа задохнулась от восторга. Герман смотрел на нее с обожанием. Ощущения были намного ярче и четче, чем до этого, но мысли путались в голове. Она не понимала и не хотела понимать, что происходит. Герман уложил Наташу животом вниз и, легко поглаживая, буквально за секунды довел до красочного взрывного оргазма.

Наташа не успела отдышаться, как он начал ласкать снова. Руки Германа были горячим, движения завораживали и возбуждали. Второй раз дался ей тяжелее, приятные ощущения были настолько сильными, что граничили с болью. Она закричала, взрываясь восторгом, громко и протяжно, чего обычно никогда не делала.

Напряжение, проблемы, разочарования, суета прошедшего дня — всё пропало, сгорело в буйных ощущениях, а оставшийся пепел растворился в блаженстве спокойствия.

Закладка:

Она почувствовала, что устала и вымоталась. Внутри разливалась приятная темнота. Ей захотелось спать.

Видя, что Герман опять протягивает к ней руки, застонала, не в силах уползти с кровати.

— Нет! — закричала она в испуге и отключилась.

Глава 78

04.07.2029 01–30 Мальдивы. Окрестности Туккай

Утка зависла в глубине океана на границе зоны информационного покоя яхты Германа. По закону, подплывать ближе было нельзя. Казалось, что за окнами утки было абсолютно темно, но Влад краем глаза замечал в окне тусклые вспышки светящихся медуз и рыб. Он следил за Аней, отлично зная реакции своей оке, видел, что спокойствие ей дается с большим трудом.

Аня долго стояла посередине салона, сосредоточенно рассматривая графики на центральном экране. Она с легким раздражением задавала вопросы, на которые никто не отвечал:

— Кто, вообще разрешил информационные зоны покоя? В наше время? Как мы сможем наблюдать за подопечным, если вся техника в этой самой зоне не может переслать сигналы? У владельца яхты паранойя, а мы тут как на иголках, довольствуемся крохами информации.

Леша перебил ее:

— С Натальей ничего плохого не случилось. Это же видно по нано датчикам слежения. Ее жизненные показатели в норме. Похоже, она очень довольна, тем как проводит время. Своей жизнью.

— Мы не видим и не слышим, что с ней конкретно происходит.

— Чтобы не происходило, ей это не вредит. — Ответил Леша ехидно улыбаясь, — Мы же слышали, что она Двигуна выгнала в зашей, этого тоже выгонит, если ей, что не понравится. Выкинет за борт и всех делов. Не посмотрит, что это его яхта.

Карина забеспокоилась:

— А вдруг хозяин яхты пострадает?

— Он неплохо дрался в баре, уверен и с Натальей справится, — Вмешался Влад. — Напомню, хулиганские выходки Натальи вне нашей компетенции.

Аня спросила, повернув голову к экрану:

— Вася, ты уверен, что мужчина с которым сейчас находится Наталья для нее безопасен? Я видела, как он небрежным движением руки скинул ее браслет-коммуникатор точно за борт. Я думаю, что специально.

— Аня, я проверил несколько раз. Наталья сейчас в компании Германа Рачкова. Этого человека я бы не стал рекомендовать Наталье в качестве приятеля, но и опасным я его не считаю. Это глава группы мошенников, получающих проценты за посредничество от продажи дорогой недвижимости. Они специализируются на одиноких женщинах из России. Возможно, Герман избавился от Наташиного коммуникатора, чтобы она почувствовала себя зависимой от него. Так, ему будет проще завоевать ее доверие и получить деньги.

Влад отметил, что Аня приняла решение, уселась к центральному пульту и принялась отдавать команды. Он вывел копию ее экрана к себе на планшет, наблюдая, как она управляет подводным роботом.

Аня комментировала для Леши свои действия:

— Вася вывел координаты катера в тот момент, когда Наташин браслет упал в воду. Именно туда направляется робот, это сузит сектор поиска.

Влад с уважительными нотками в голосе сказал:

— Я не заметил, когда ты захватила с собой глубоководного робота.

— Пока ты нырял за Наташей и делал ей искусственное дыхание, у меня было время продумать, как могут развиваться события дальше.

Леша спросил:

— Аня, ты, как и Влад умеешь предвидеть действия подопечных? Ты знала, что может понадобится подводный робот?

— И нет и да. Я не предвижу, а только догадываюсь. Я взяла на борт утки подводного робота на всякий случай. У Натальи с водой, явно, проблемы. За сегодня она три раза тонула.

Глава 79

04.07.2029 04:20Мальдивы.

Окрестности острова Туккайя Наташа проснулась от запаха кофе и сдобных булочек.

Ей снилось маленькое кафе с ажурными столиками, стоящими прямо на узенькой улочке между старыми домами. Официант, человек, не робот, держал перед ней поднос с гигантской кофейной чашечкой, укрытой бежевой пеной, и блюдом с янтарно блестящими плюшками. От этого всего шел такой запах, что рот сам наполнялся слюной.

Официант наклонился совсем близко, Наташа почувствовала его дыхание у самого уха, и спросил:

— Дорогая, ты будешь завтракать?

Она открыла глаза.

Сон продолжался. Поднос с большой кружкой кофе и горкой маленьких золотистых булочек оказался у самого лица. За подносом сиял улыбкой Герман.

— Ой, — выдохнула Наташа.

— С добрым утром! Я тут решил, что, возможно, ты решишь позавтракать. Впрочем, если собираешься поспать подольше… — он подался назад.

— Нет-нет! Самое время!

Наташа ухватила с подноса кружку и булочку, воткнула зубы в теплый хрустящий бочок.

— Спасибо, — пробубнила она, — ты настоящий джентльмен.

— Стараюсь, — улыбнулся он.

Наташа молча уничтожила две булочки подряд, ополовинив кружку. По телу разливалась приятная лень.

«Теперь еще одну и меня из постели не вытащить, — подумала она. — А вставать-то придется».

— Я всё хотел просить, — Герман заглянул в глаза. — Я заметил еще вчера, да и сейчас… Тебе было хорошо. Ты была вполне счастлива. И вдруг в какой-то момент тебя что-то дергает и напрягает. Тебя что-то беспокоит, мучает? Может, я могу чем-нибудь помочь?

— Ну… — протянула Наташа.

Герман ждал.

— Понимаешь, у меня есть подруга… Нет-нет, не в том смысле, что ты подумал. Мы действительно дружим и только. Но уже очень давно и очень сильно. И ей как-то раз крепко повезло. А мне не очень… Не перебивай. Я это никому не рассказывала…

Наташа замолчала, думая, с чего бы начать. Герман тоже молчал, всем видом показывая, что готов ждать и слушать сколько угодно.

— Ну, вот представь себе. Ты приводишь кого-то… — Наташа вздохнула. — Нет, не так. В общем, я пришла на первую Встречу, где создавался стилл, когда еще об этом нигде особо не говорили. Тогда и знал-то об этом мало кто. То есть знали, но вранья было… ты себе не представляешь. А на вторую Встречу я притащила с собой ее. Буквально притащила. Еле-еле уговорила. И она сразу застиллилась. А я… Я уже четыре года таскаюсь на Встречи, как на работу. И… ну ты понимаешь, это как-то нечестно. Мне говорят, что мне нужно повышать шансы, готовиться и прочую херню. Я-то помню, как это всё было…

Глава 80

09.04.2025 17:10Подмосковье — санаторий «Солнечный»

Водитель оказался немцем. Высоченный, с длинными волосами, забранными в хвост. Представился как Алекс, сказал, что работает на Лилю и извинился за свой русский. Дескать, семья переехала в Германию, когда он еще ребенком был. По меркам Наташи, извиняться было решительно не за что. У нее на работе больше половины говорили не лучше. А что до акцента, то слыхали и похуже. Там же, на работе.

Наташа отдала ему сумку с вещами, а другую с пирожками, горячими, испеченными специально для Лили, оставила на коленях. Мало ли что? Рассыплются еще в багажнике. Да и остынут меньше. В салоне точно теплее, не май-месяц. А Лиля так любит горячие пирожки! Особенно с вишней. Как эти.

Сколько ехать? Минут сорок?

Отлично! Точно не остынут.

Наташа представляла, как она вытащит сумку с пирожками, как Лиля обрадуется, и они будут снова сидеть за чаем и обсуждать всё, что успело случиться, а потом болтать ни о чём или просто сидеть и молчать. Промолчать можно много о чём, особенно если вы дружите не один десяток лет, ваши жизни не просто переплелись, а завязались многими узлами, вы пережили вместе всякого не на одну книгу или фильм, и вам просто плохо, когда кто-то из вас где-то далеко и с ним невесть что.

А машина то и дело застревала в пробках. Казалось, что это не отдельные заторы, а просто один сплошной, забивший дороги во всём городе и тянущийся за его пределы — в область.

Алекс, решив, что его долг развлекать нервничающую пассажирку, пытался травить анекдоты. Через полчаса Наташа попросила его больше не юморить. Через паузу минут на десять он принялся рассказывать о том, как немцы живут и работают в подмосковном санатории. Пара историй была сравнительно смешной. В рассказе, как их шеф — крепкий старикан — чуть не помер, отведав витамины из местной аптеки, Алекс пытался какими-то намеками объяснить связь тех самых витаминов и появление Лили в санатории. Но Наташа так и не поняла, только пожала плечами.

Закладка:

Алекс втолковывал ей, какой ужас творится в фармацевтике, и когда она равнодушно заметила, что тут такой ужас повсюду, что они, немцы, не привыкли еще к русской жизни, как ей показалось, ужаснулся еще больше.

Старикан из Германии, по рассказу Алекса, был его шефом до Лили. Теперь шеф — Лиля или ее стилл, или как-то так, что-то вроде того. Наташа поняла, что запуталась, и решила, что разберется во всём на месте.

А они всё ехали. То есть больше стояли. В подергиваниях прошел час. Потом второй. Пошел третий, и Наташа поняла, что сорок минут были бы без стояний в пробках. С пробками получалось… то, что получалось. И к приезду пирожки остынут совсем.

Пробки закончились только за МКАДом. Вместе с ними закончилось и путешествие.

Машина проскочила до незаметного съезда и осторожно сползла с трассы.

— Почти приехали, — объявил Алекс. — «Солнечный» за тем поворотом.

Он махнул рукой в сторону ровного ряда сосен, за который ныряла дорога.

Пропрыгав по ухабам, они свернули к проволочному забору, заехали в самостоятельно открывшиеся ворота и оказались перед пятиэтажным кирпичным зданием.

Они не успели остановиться, когда из-под прозрачного навеса выбежала коротко стриженная девушка в легком не по сезону платье. Водитель тормознул, и она сразу нагнулась к открывающемуся окну.

Не дожидаясь, что они друг другу скажут, и, решив, что это конечная цель, Наташа вышла.

Под ногами легонько хлюпнул мокрый снег. В лицо подул мокрый ветерок. Кроме нее, машины с Алексом и странной девчонки, одетой не по погоде, никого не было. Только вдалеке, около кромки леса, трусил толстяк в оранжево-белом спортивном костюме.

Никто не встречал, не говорил «Привет, Наташка», не восторгался свежими, хоть уже и остывшими, пирожками.

Наташа поплотнее прижала сумку, из которой всё еще шел запах свежей выпечки. У нее зародилось и успело вырасти сомнение в том, что она там, где надо. Водитель мог просто заехать по каким-то еще делам, а пассажирка… скажем, он забыл ее предупредить. Нужно ему было повидаться с этой самой юной любительницей йоги, он и свернул.

А она тут как дура…

Наташа почувствовала, что кто-то пытается обнять ее со спины. Этот кто-то очень старался, обхватить ее всю, не догадываясь, что заодно прихватывает и сумку с пирожками. Или наоборот очень даже догадываясь?

Наташа попробовала обернуться, и в этот момент ее до звона чмокнули возле уха.

— Блин!

Объятья разжались, и Наташа увидела ту самую девчонку в летнем платье. Та знакомо улыбнулась.

— Привет, Наташка!

Голос девочки очень походил на Лилин. И она сама очень походила на Лилю. Только не ту, которую Наташа видела еще совсем недавно, а ту, которая оставалась на фотокарточке выпускного. Или чуть постарше, до замужества.

— Лилька… — выдохнула Наташа.

— Пойдем-пойдем, — Лиля взяла ее за руку, потянула под навес к дверям.

Рука оказалась неожиданно теплой, почти горячей.

— Я тебя не узнала, — призналась Наташа. — Ты такая…

— Какая?

— Молодая. Цветущая…

— Брось. Новая стрижка. Она и молодит. Хочешь такую же?

— Э-э-э…

Они вошли в холл. Наташа, как была с сумкой в обнимку, и Лиля, почти пританцовывающая возле нее.

— Мои вещи, — вспомнила Наташа, поворачиваясь к дверям.

Створки распахнулись, впуская Алекса с ее сумкой. Он вопросительно посмотрел на Лилю.

— В пятьсот пятый, — распорядилась она. — Его как раз недавно отремонтировали и обставили.

Алекс кивнул и удалился.

— А мы сейчас в столовую. Алекс сказал, вы ехали почти четыре часа. Уверена, ты проголодалась. Колбаски? Или сначала щей со сметаной?

Наташа украдкой сглотнула.

— Я тут тебе пирожков испекла, — она распахнула сумку. — Не надо спешить. Дай я на тебя посмотрю. Поесть можно потом.

— Вот теперь уже я тебя не узнаю, — хихикнула Лиля. — Поесть потом? После четырех часов в дороге? Мадам, вы куда-то дели мою подругу? Признавайтесь, куда?

Она сделала выпад, будто хотела пощекотать Наташу. Та увернулась, но Лиля ухватила ее за руку. Хватка оказалась неожиданно крепкой.

Наташа пискнула, пальцы разжались.

— Больно! — пожаловалась Наташа.

Лицо Лили моментально стало серьезным и чужим, не похожим на нее когда-либо.

— Я тебе не навредила? — быстро спросила Лиля.

Наташа наткнулась на пристально сканирующий взгляд, очень похожий на взгляд Арсения. В нём было внимание, понимание, и казалось, что его обладатель знает куда больше, чем можно себе представить.

И в нём не было Лили…

Она стояла рядом. Живая и здоровая. И при этом ее не было. То, что Наташа всегда ощущала как часть себя, куда можно было всегда сбежать от горя и скуки, где всегда была частичка тепла и радости, исчезло. Ее место заняли холод и пустота. Невидимая связь, соединявшая их, схожесть, родство душ — оборвались, растаяли, исчезли.

Наташа видела, как Лиля бежит по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, радуется, смеется, и не ощущала ее. Как будто живую Лилю, которую и про которую она знала и понимала всё, заменило изображение во плоти.

«Просто я устала. Болтун Алекс достал, — решила Наташа. — Кто-то говорил, что так бывает».

— Нет-нет, всё хорошо, — Наташа помахала рукой, та еще слегка ныла. — Где тут можно с пирожками расположиться?

— Прямо сюда! — объявила Лиля, распахивая первую дверь у лестницы.

Большую комнату занимали два сдвинутых обеденных стола и пара длинных диванов, растянувшихся вдоль стен. Маленькая комнатка сбоку от входа поблескивала кафелем, хромированными панелями, стеклом и металлом посуды. В воздухе витал едва уловимый аромат ванили.

Лиля усадила Наташу возле окна, пристроилась рядом.

— Вот, — Наташа вытащила из сумки закутанный пакет, пахнущий сдобой. — С вишней. Твои любимые. Жаль, остыли пока ехали.

— Ух ты, как много! Но ты ешь сама. Я уже ела. Тебя не дождалась, извини.

— Так это ж десерт!

— Я лучше потом. Завтра.

Пожилая женщина в переднике поверх чего-то, похожего на униформу, внесла поднос. Перед Наташей появился исходящий паром керамический горшочек, мисочка со сметаной, тарелочки с тонко нарезанным мясом и так же тонко нарезанным хлебом.

Наташа взяла ложку, черпнула сметаны, сунула в горшочек с густым варевом, размешала. Руки всё делали сами, сама она думала совсем о другом: «Лиля отказалась от пирожков. Знает, сколько это возни, любит их… или уже любила? Это вообще она?»

Наташа подняла глаза на подругу. Та взахлеб рассказывала о приключениях, как и почему появился их стилл, а потом у него образовались друзья — тоже стиллы. Как появилась служба их стилла и остальных тоже, кто такие их сотрудники, что делают и как они все друг с другом связаны.

Наташа молчала, думала о том, что Лиля, наверное, счастлива, и где-то радовалась за нее, как можно радоваться за героиню фильма, у которой наконец-то всё хорошо. А радоваться вместе с нею не получалось.

Когда принесли кофе, Лиля вытащила из сумки, висевшей на спинке стула, бутылку коньяка, показала Наташе.

— Как всегда, в кофе?

Наташа кивнула. Пока Лиля щедро доливала коньяк, пошарила взглядом по столу. На нём стояли только чашка и рюмка.

— Лиля, ты из рюмки коньяка и под пирожки? — уточнила она.

— А я не буду. Не пью. Противно, — улыбнулась Лиля.

Почему-то это «противно» прозвучало как-то обидно. Ну, казалось бы, не хочет кто-то, так другому больше достанется. Но Наташа почувствовала себя кем-то второсортным. Кофе и коньяк, наверное, были хорошими и даже замечательными. Только вкуса она почти не чувствовала, да и ожидаемого аромата тоже. Почти залпом, насколько это позволял горячий напиток, влила в себя содержимое кружки и уставилась перед собой невидящим взглядом.

— Что с тобой? — Лиля помахала рукой. — После гриппа не оправилась? У московских стиллов медицина так себе?

Наташа вперила в нее печальный взгляд.

— Я не узнаю тебя, — призналась она. — Девушка, куда вы дели мою подругу Лилю?

Закладка:

Лицо Лили стало серьезным, она кивнула.

— Понимаешь, — мягко сказала она, — люди меняются, когда становятся элестами. Ничего не поделаешь. Только это не значит, что они перестают быть собой и любить близких. Даже таких мрачных зануд, как ты сейчас, — Лиля снова улыбнулась. — Ты привыкнешь. Не переживай.

— Это мне все ваши твердят, — пробурчала Наташа. — Привыкнешь-привыкнешь… Не привыкается мне.

— Не сразу, — согласилась Лиля. — Тебе просто нужно время. Пойдем. Я покажу тебе твою комнату.

Наташа поднялась, чувствуя тяжесть. Ее слегка покачивало. Она запнулась за стул и обязательно бы рухнула, не поймай ее Лиля по пути к полу.

— Я справлюсь, — она высвободилась и пошла, стараясь держаться как можно ровнее.

Лиля, поднимаясь по ступенькам, заметила:

— Привыкание к новому — дело поправимое. Идем. Уложу тебя спать. Правда, у меня на сегодняшний вечер другие планы были. Сауна в приятной компании. Тут мужчины чудесные и вообще люди хорошие. Ладно, завтра буду со всеми знакомить. Завтра. А сегодня для тебя таблеточка синяя и баиньки.

— Зачем таблетку?

— Это не только снотворное, это еще и адаптоген. Помогает приспособиться к новой ситуации. Спокойно, без стресса.

— Не надо мне.

— Надо. Ты дергаешься не по делу. Сама говоришь, что не привыкается. Стресс — это напрасная трата жизненных ресурсов.

— Ты теперь за меня решать будешь? Всё?

— Ну что ты! Только помогать буду.

— А может, мне не нужна помощь? Мне решать за себя. Это моя жизнь.

Лиля вынула смартфон из кармана и быстро стала набирать сообщение.

— Ям соберусь. Ты подожди минутку. Ям увижу твои страхи и в два счета всё порешаю.

— С ума сошла? Я запрещаю стиллам ко мне приближаться. У меня права есть. Отстань!

— Извини. В нашей базе ты входишь в категорию положительно чувствительных. Не знала, что тебя не туда записали, — Лиля удивленно подняла бровь.

— Не важно, в какую я вхожу категорию. Тым не подходи ко мне и не смотри на меня.

— Договорились. Ям не подхожу, а ты таблеточку выпьешь, — не унималась Лиля.

— Тым и не смотришь на меня, — добавила Наташа. — Никогда. Без моего разрешения. Или я уеду. Навсегда. Прямо сейчас.

— Больно надо! На всяких Наташек смотреть. Ты не представляешь, как много интересного есть в мире, кроме тебя, — серьезно заметила Лиля, убегая вверх по лестнице.

Она терпеливо ожидала Наташу на лестничной площадке пятого этажа. Снизу доносилось пыхтение. Наташа еле переставляла ноги со ступеньки на ступеньку, небыстро, но всё же продвигаясь вверх.

Когда Наташа взобралась на пятый этаж, Лиля довольно хмыкнула и повела ее к двери почти в конце коридора.

— Я тебе лично обещаю, никогда не приглашать в наши ряды. Придешь, когда захочешь. Договорились? — Лиля приветливо улыбнулась, как когда-то. До инициации.

Наташа насупилась, но кивнула в ответ.

Убедившись, что Наташа устроилась в кресле перед телевизором, Лиля чмокнула ее в щёку и убежала, пообещав вернуться с таблетками.

Стемнело.

В не задернутое шторами окно светила полная луна. Таблетка лежала на краю маленького блюдца. Маленькая синяя, в лунном свете казалось, что она светится.

Наташа в бессчетный раз перевернулась с одного бока на другой.

Сон не шел.

В голове беспорядочно крутились мысли, а перед глазами то и дело возникал новый образ помолодевшей Лили.

«Придется выпить эту штуку, а то не засну. Перед глазами Лилькина остриженная голова всё маячит. Неужели она не понимает, что ей такие короткие прически не идут? — подумала Наташа, глядя на блюдце с таблеткой. — Иначе, похоже, что не уснуть».

Она встала, подошла к бутылке с водой. Рядом из-за двери едва слышались голоса. Наташа на цыпочках подошла к ней и, чуть-чуть приоткрыв, выглянула.

В конце коридора у окна стояло пятеро.

Сухонькая дама преклонного возраста с седыми волосами держалась так, что назвать ее старушкой или бабушкой язык бы не повернулся. Напротив нее стояли, обнявшись, четверо. Ближе всего к Наташе находился пухленький пацан лет четырнадцати. За ним — черноволосая девушка. Она повернула голову, и Наташа шмыгнула назад, успев разглядеть суженные азиатские глаза на европейском лице. А еще она успела заметить Лилю и толстого мужика с глубокими залысинами.

Наташа выдохнула. Вроде бы ее не заметили. Ладно, смотреть там не на что. И не подсматривала она. Хотела таблетку выпить, пошла за водой, а из коридора голоса какие-то…

Голос, складывающийся из четырех, громко и отчетливо спросил:

— Вера Владимировна, что у нас на завтра?

— С пяти тым работаешь в составе Августа, — ответил уверенный голос, вероятнее всего, принадлежавший сухонькой даме Вере Владимировне. — Рассчитать системы шлюзов станции «Орел», прикинуть интерьеры жилого модуля в первом приближении. Вася сделает окончательные расчеты, при необходимости поправит. С девяти мозговой штурм стиллов. Всех. Вамам работать дистанционно отсюда. Служба безопасности другие варианты исключает. Собирать стиллы вместе слишком опасно. Террористическая опасность. Штурмуете порядок колонизации землеподобной планеты Латозон.

В ответ раздался оживленный гул.

— Дальше, — объявила дама, и гул стих. — Э-э-э… так… Геночка проведет экскурсию для девочек-стажёрок, приехавших к Отто. С четырнадцати часов. Нийя с семнадцати дежурит на Встрече во втором Московском отделении. Геннадий встречается со своей бывшей супругой и сыном, которые ожидаются к тринадцати часам. Лили общается с Натальей. Ориентировочно, та проснется около двенадцати. Надеюсь, позавтракать она сможет самостоятельно и дождется встречи с тобой. Советую тебем перед тем, как расстиллиться, поговорить с Алисой Николаевной, Романом и Натальей. Они согласны?

— Наталья против, — ответил счетверенный голос.

— Боится? — уточнила Вера Владимировна.

Ответил голос Лили:

— Да. Моя подруга боится насм. Я ей только предложила помочь с адаптацией. Видимо, ей тяжело. Она нервничает.

— Люди не всегда соглашаются принимать помощь, — вздохнула седая дама. — Чем острее нужна, тем меньше соглашаются. Воздерживаться от общения со стиллами — это их законное право.

Повисла пауза.

— Можем показать ее другим стиллам, — предложил незнакомый женский голос.

— Она уже общалась с четырнадцатым и пятеркой, — отозвалась Лиля. — Больше не хочет.

— Жаль, — голос Лили слился с еще тремя. — Ям увижу и пойму, как ей открыть в себе ее лучшие стороны, как сделать так, чтобы ей стало хорошо.

— Этого-то они больше всего и боятся, — пояснила Вера Владимировна. — А кому-то трудно принять ваше существование. Как космических пришельцев или даже хуже. Поэтому и решили ввести ограничения на общение стиллов с людьми. Чтобы конфликт не создавать. И тебем нужно соблюдать право Наташи на ментальную неприкосновенность. Со временем она придет к тебем сама.

— Ям уважаю права человека, — прозвучал счетверенный голос.

Наступила тишина. Больше никто не говорил. Шагов тоже не было слышно.

Наташа осторожно выглянула.

Четверо стояли, плотно обнявшись. Лиц видно не было, но Наташе почему-то показалось, что они бесконечно счастливы.

Или он?..

В этой обнимающейся четверке не было ни Лили, ни остальных. Это был стилл, счастливый тем, что он есть.

Наташа отшагнула назад, осторожно, как только смогла, закрыла дверь.

Там, в этой четверке, с тремя совершенно случайными людьми была Лиля. Они любили друг друга, и она была счастлива с ними или в нём, в стилле?

А Наташа стала лишней…

Она посмотрела на таблетку и чуть не заплакала.

Лиля заботится о ней.

Только заботится.

Как общество о калеке, которому, бывает же так, не повезло. Это не значит, что общество его любит. И не важно, сколько они пережили вместе с Лилей, и сколько у них было общего.

Это всё было…

А теперь только забота, потому что так правильно. И любовь тут ни при чём.

Наташа выпила таблетку и легла в кровать, продолжая переживать: «Теперь только таблетки осталось пить для адаптации. А то буду дергаться не по делу и напрасно тратить жизненные ресурсы, как Лиля выражается, — Наташа заскрежетала зубами. — Скоро стану элестом, и меня полюбят мои одностилловцы так же, как Лиля любит своих. Зачем мне Лилю вспоминать? Она счастлива без меня. Я тоже хочу счастья».

Закладка:

Она почувствовала шершавую сухость в душе, там, где когда-то было светло и уютно, завелось что-то гадкое, с чем ничего уже не поделаешь, как разбитая ваза, которую не склеить.

Наташа вспомнила это давно забытое чувство. Оно появилось, когда она узнала впервые, что ее муж ходит налево.

Ревность.

Это была ревность.

Глава 81

04.07.2029 05:30Мальдивы. Окрестности острова Туккайя

Наташа закончила рассказ и заметила, что лицо Германа помрачнело.

— А тебе не кажется, что «Союз Стиллов» прибрал власть и стал всемирным правительством? Тем самым, которое определяет всё и за всех. По сути, диктатура в масштабе всей Земли.

Увидев задумчивое выражение Наташи, Герман подобрался поближе, заглядывая ей в лицо, и с жаром продолжил:

— Кстати, космос они монополизировали. Мы считаем, что человечество дотянулось до звезд. Не-е-ет! — он погрозил пальцем. — До звезд дотянулись стиллы. Руками и ресурсами человечества. Понимаешь?

Наташа кивнула.

— Ага! — восторжествовал Герман. — Теперь ты тоже понимаешь, что ничтожная кучка реализует свои завиральные мечты за счет всего человечества. За счет тебя, меня и миллиардов других. Я эту кучку даже людьми-то называть не могу. То, что происходит с ними, это противоестественно! И сами они противоестественны человечеству! Ты согласна?

— Ну… — Наташа наморщила лоб, — так считает половина жителей Земли.

— Так считают те, у кого еще сохранились здоровые инстинкты. Вот скажи — ты боишься Лили?

— Я друзей не боюсь.

— А она твой друг? Точно? Ты в этом уверена?

— Ну… — Наташа снова задумалась. — В общем, да.

— В общем, значит не уверена! Значит, есть в тебе здоровый инстинкт! — обрадовался Герман. — Ты ведь точно задумывалась, почему она всё еще держит тебя возле себя?

— Я уже сказала, — помрачнела Наташа. — Она моя подруга.

— Была. Пока не стала элестом. Она всё еще с тобой, пока в ней еще есть остатки человека. Скажем так, ты ей напоминаешь, как быть человеком. А если сделать твою цифровую копию и робота, которого внешне не отличить? Как думаешь, ты ей будешь нужна? Такая фотокарточка не стареет. Случись что — восстановить запросто. И ЛеДоК ей не нужен, можно с собой в космос брать. Сплошные удобства. И из первой линии ты вылетишь. Почему? Потому что не кровный родственник. А ей на фиг не нужны расстройства — видеть, как ты стареешь, слышать, как брюзжишь, и всё такое.

Герман замолчал, внимательно глядя на Наташу.

Та тоже молчала, морща лоб и глядя куда-то в сторону.

— Нет, — наконец проронила она. — Лиля меня на робота точно не поменяет. Я ее знаю.

— Знала, — уточнил Герман. — Элесты меняются. Незаметно, но постоянно. Каждый день. Независимые ученые говорят, что у первых элестов скоро наступит точка невозврата. Только представь. Еще немного и Лиля, и прочие совсем перестанут быть людьми. Навсегда.

Наташа посмотрела на него с недоумением.

— Так это уже навсегда. Куда еще-то?

Герман неотрывно смотрел на Наташу. Она видела в этом взгляде сочувствие к ней, дурочке неграмотной, и что-то глубоко личное, приносящее ему боль.

— А ты ничего странного в ее поведении не заметила? Прошлая ваша встреча и эта, они отличаются? Что-то изменилось?

— Э-э-э…

Наташа задумалась.

— Ну, совсем не отдыхает. Спать стала очень мало. Часа три, не больше… Разговаривать как-то не о чем стало. Она даже о детях почти не говорит. Она их всегда любила, а теперь… Ей иногда любопытно, но чаще скучно. Даже собственный сын не особо интересен. Когда-то носилась с ним, что твоя курица-наседка, а теперь…

Наташа махнула рукой.

— Признаки перерождения, — подытожил Герман. — Еще чуть-чуть и всё. Процесс не остановить. И мало того… — он замолчал, будто собираясь с духом, чтобы сказать что-то настолько страшное, по сравнению с которым всё сказанное ранее было сущей ерундой.

— Есть мнение экспертов, независимых, конечно, которых не публикуют и на трибуну не пускают. Понятно почему, — он скорбно усмехнулся. — Весь праздник стилла ненадолго. Даром ничего не дается. Ресурсы организмов элестов истощаются, выжимаются досуха, вычерпывая все скрытые резервы. Когда резервы закончатся, элесты попросту умрут.

Он посмотрел в испуганное лицо Наташи.

— Связи стилла необходимо разрывать. А этого никто не делает. Элесты не знают о необходимости, да и не захотят, — Герман горько усмехнулся. — А тем, кто их использует, это не нужно.

— Так они и так постоянно расстилливаются, — пожала плечами Наташа. — Даже когда стилл только образовался.

— А они становятся обычными людьми?

— Ну… Нет. Они же элесты.

— А нужно, чтобы они перестали быть элестами, — терпеливо, как маленькой, пояснил Герман. — Чтобы снова стали нормальными людьми… Пока это возможно… Тогда Лиля снова станет любящей матерью и хорошей подругой. А не суперчеловеком… и в ближайшей перспективе покойницей.

Он посмотрел на Наташу скептически.

— Если ты, конечно, хочешь ей помочь.

— Хочу конечно! — возмутилась Наташа. — Ты меня за кого принимаешь?..

— Тогда слушай… Только сразу предупреждаю, это тайна. Если проболтаешься, то всё кончится плохо. И для тебя, и для Лили.

— Ага! Напугал!

Герман снова посмотрел на нее с сомнением. Стоит ли доверять этой женщине? Вздохнул, решив про себя что-то.

— Ладно. В общем, есть прибор, который разрывает связи стилла. Чтобы он сработал, нужно подложить Лиле одну штуку. С виду обычную визитку. И так, чтобы НС это не заметила. Сможешь?

Наташа криво усмехнулась.

— Я-то думала… Делов-то!

Во взгляде Германа снова возникло сомнение.

— Всё серьезно. Это не шутка и не розыгрыш. Если ее служба узнает об этом… — он сделал многозначительную паузу. — Они из тебя отбивную сделают. Вряд их смутит то, что ты ее подруга.

— Да поняла я, — вздохнула Наташа, передернув плечами.

— Тогда так… Сначала откроешь счет в местном банке. Через него покупаешь долю в строящихся местных апартаментах «Лим-по-по», — Герман показал пальцем на экран с рекламой. — Это нужно непременно сделать для отвода глаз наблюдателей НС-38. Потом в Москву по почте придет банковский пластик и визитка. Когда от застройщика пришлют договор о твоей доле, в пакете с ним окажется вторая визитка. Держи эти карточки раздельно. Лучше, если одну в кармане, а другую в сумке. Или в разных карманах. Это важно. Понимаешь?

— Я что, по-твоему, совсем дура?

— Нет. Но это слишком серьезно, чтобы не переспрашивать. Карточки нужно соединить только перед тем, как положить в сумочку Лили. Никак не раньше. Сделай так, и всё получится.

— А когда Лиля расстиллится?

— Я не ученый, но думаю, что это будет очень быстро. И еще. Не болтай!

Больше говорить было не о чем.

Герман помог забраться Наташе в катер, и весь путь до берега они только перекинулись ничего не значащими фразами. Наташа смотрела на разлетающиеся брызги, переваривая услышанное и то, на что она согласилась.

Согласилась ли?

В этом она не была уверена. Весь разговор, эти странные письма с договорами, покупка, как обязательное условие, всё вместе оставляло какой-то странный осадок. Ей казалось, что ее вынудили ввязаться в какую-то гадкую историю, только не совсем очевидно, в чём конкретно заключалась гадость.

С одной стороны, спасение подруги — дело правильное. Они и раньше друг за друга шли в огонь и воду без лишних вопросов. А вот сам Герман и вся его история вызывали страх и раздражение.

Как только катер оказался у пирса, Наташа почти выпрыгнула из него, устремилась к парковке.

— Уже убегаешь? — донеслось сзади.

Наташа встала и обернулась.

В первую секунду, поймав взгляд Германа, она обнаружила в нём только холод и расчет, а тепла и заботы не больше, чем в зрачке телекамеры. Через мгновение Герман стал прежним, но то, предыдущее впечатление, успело засесть занозой.

Наташа пошарила по пустой руке. Ну да, браслета не было. Он остался где-то там, на дне океана.

Закладка:

Герман подошел вплотную и тоже смотрел на ее руку.

— Я закажу тебе новый браслет. Вот, — он протянул ей визитку, — свяжись со мной. А сейчас позволь вызывать тебе такси.

Наташа открыла рот, чтобы назвать адрес, как рядом с ней появилась девушка. То ли из-за кукольного личика, то ли еще почему-то казалось, что они уже встречались раньше, но где и когда, вспомнить почему-то не получилось.

— Кажется это ваше, — сказала та, протягивая Наташе ее браслет.

— Э-э-э… — Наташа таращилась на браслет, на девушку, снова на браслет.

— Я вас вчера видела в нём, группа «Арабелла», — девушка улыбнулась. — Вы и ваша вещь запоминаетесь. А потом мы с друзьями на батискафе плавали… Ну знаете, тут много кораблей затонуло… Вот. И на дне увидели его. Я сразу про вас вспомнила. А тут смотрю, вы стоите… Вы его в воду уронили, да?

На руке браслет проснулся, вывел экранчик с несколькими сообщениями.

— Ой… — Наташа внимательно посмотрела на девушку.

Всё-таки, где она ее видела?

— Спасибо вам огромное. Как я могу вас отблагодарить?

— Всё в порядке. Ваше выступление и то, что вы потом сказали о том, что такая, какой хотите быть, и вам за это дарить ничего не нужно… Это было здорово. Мы вас любим. Рада помочь.

Она снова улыбнулась Наташе, мазнула взглядом по Герману, и на ее лице мелькнула гримаска брезгливости. После развернулась и зашагала в сторону здоровенного белого автолёта, похожего и на автобус и на грузовик для перевозки мебели.

— Наверное, большая у них мебельная компания, — заметил Герман, меряя его взглядом.

Он попытался обнять Наташу, но та, быстро пробормотав спасибо, шмыгнула в кабину. Дверь захлопнулась, и автолёт поднялся в воздух.

«Наверное, зря я так», — подумала Наташа, глядя на уменьшающуюся машущую фигурку.

Тут же вспомнился взгляд глаз-телекамер и захотелось оказаться от них подальше и побыстрее.

Глава 82

04.07.2029 07:10Мальдивы. Окрестности острова Туккай

— Ну, как тебе Натальин кавалер? — спросил Влад, встречая Аню у двери универсального транспорта.

Они поднялись на борт, и УТка немедленно взлетела. Она, догоняя, последовала за Наташиным автолётом, сопровождаемым машиной команды дневных наблюдателей.

— Потрясающе гадкий тип! — Аня устроилась на диване около Влада и подставила лицо под струю прохладного воздуха кондиционера.

— А ты можешь сформулировать, чем он тебе не понравился? Забудь на минуту, что он со своими приятелями-артистами разводит богатых туристок?

Аня задумалась, наморщив лоб. Влад улыбнулся и провел рукой по ее лбу, разглаживая складочки.

— Не морщи лоб. Это неэффективно, — сказал он, и они засмеялись.

— Тут одним словом не обойдется. Мне, как женщине, он не нравится, во-первых, тем, что он навязчивый и скучный. Второе, постоянно играет роль, которую не очень любит. Третье, в плохой физической форме, — Влад с удивлением на нее посмотрел.

— По сравнению с тобой, да и любым сотрудником «Нашей Службы» он в плохой физической форме. Я не права?

— Права. Продолжай.

— Четвертое, плохо чувствует людей. Это значит — невнимательный любовник. Наверняка еще и мало знает.

— Понятно. Четвертое, он слабый любовник. Пятое?

— С ним что-то не так…Чувствую, но не могу определить, что это.

— Ты напишешь об этом пятом в отчете?

— А надо ли об этом упоминать? Посоветуешь, наставник?

Влад задумавшись, нежно обнял Аню и поцеловал в лоб.

— Как наставник, предлагаю отметить в отчете это ощущение, как личное мнение. Ты молодец. Поздравляю тебя с окончанием твоего первого дежурства в роли руководителя группы личной охраны первой линии. Тебе, как руководителю, пришлось потрудиться. Оно оказалось на редкость непростым!

— Спасибо! — Аня расцвела в широкой улыбке.

— Даже я не справился бы лучше.

— Без помощи всей нашей команды я бы забила тревогу и не подпустила бы Наталью к Герману. Было много факторов, которые только Вася может оценить, как нейтральные, не имеющие значения. Вчера Вася расценил группу Германа, как мелких мошенников. Зону информационного покоя вокруг яхты Германа, Вася определил, как прихоть владельца, — Аня зажмурилась в лучах яркого солнца и продолжила: — Потерю Натальей своего коммуникатора — случайностью. Хорошо, что мы использовали подводный робот и вовремя достали утопленный коммуникатор.

— Не мы, а ты использовала робота. Не скромничай. Скромность для сотрудника НС так же не приемлема, как и хвастовство.

— Хорошо, что я догадалась взять на дежурство подводного робота, — поправилась Аня, не переставая улыбаться.

На экране замигал сигнал видеосвязи с Васей. Через мгновение он помахал ребятам рукой и сказал:

— Привет всем. Аня, поздравляю тебя и твою команду с успешным окончанием дежурства. Я предупреждал вас заранее, что с Натальей бывает нелегко. Рад, что мое решение, поставить Влада наблюдателем, тебе помогло успешно справиться с трудным заданием. Аня, я составил отчет о дежурстве и включил все твои пять пунктов по Герману. Считаю, что есть причины присмотреться к нему повнимательнее. Я прислушиваюсь к человеческой интуиции. Спасибо.

Аня встала с дивана, вытянулась по стойке смирно и коротко кивнула.

— Всегда пожалуйста! — ответила она.

Вася кивнул на прощанье и отключился.

Аня забралась на диван с ногами и глубоко вздохнула. Влад пододвинулся поближе и погладил по голове. Он чувствовал, как ответственность за жизнь подопечной медленно отпускает оке, как ее тело расслабляется. Влад поцеловал ее в лоб и, развернув оке, чтобы было удобнее, стал медленно массировать руки и плечи.

Аня рассуждала, рассматривая пролетающие мимо облака:

— Честно говоря, не верится, что существуют такие группы мошенников, которые устраивают театрально-цирковые постановки, чтобы выманить денег у неуверенных в себе дамочек. Куда смотрят местные власти? Это же мошенничество на доверии!

Влад, не прерывая, массаж ответил:

— Я полагаю, дамочки в курсе, что участвуют в постановке. Этим женщинам нравится видеть дерущихся за их благосклонность мужчин. Женщин это возбуждает. А купить втридорога какой-нибудь хлам для них не проблема, они так расплачиваются за сексуальные впечатления и чувство собственной значимости, — Влад рассеяно водил пальцем по экрану планшета, просматривая автоматический отчет о дежурстве.

— Наталья вряд ли знает.

— Пусть развлекается как хочет. Наше дело охрана тела, а не души, — сухо заметил он.

— Влад, а теперь ты мне скажи свое мнение о Наталье, как я о Германе.

Влад медлил с ответом, но разминать руки не перестал.

— Наталья, находится на третьей стадии развития. И этим всё сказано. Не может контролировать свои эмоции, оттуда все проблемы. Она уже различает свои реакции, работу разума отличает от эмоционального ответа. Знает, что эмоции можно контролировать, но не приняла идею контроля, как безоговорочную необходимость. Поэтому часто сначала импульсивно делает и только потом думает, что из этого получится. Ей постоянно приходится выкручиваться из сложностей, которые она себе устраивает.

— Ты пытался ей помочь, там, на летающей платформе. Хотел стать ее настом. Нарушил Лилин запрет. А если бы она согласилась и пошла с тобой? Ты сорвался! — Аня повернулась к Владу и заглянула в глаза.

— Нет. Любой запрет элеста в меньшем приоритете, чем жизнь нашего подопечного. Наталья была на грани самоубийства, я отвлек ее. А если бы она пошла со мной и согласилась стать моей оке, мы бы удивили счастливую Лилю. Абсолютно счастливую. Оно того стоило.

— Может, Наташ спьяну полезла прыгать, а не задумала самоубийство? — Аня с сомнением посмотрела на наставника.

— Напоминаю, мы сейчас говорим о поведении человека на третьей стадии развития.

Аня всплеснула руками, и Влад похлопал ее по плечу.

— Как с ней трудно! Вчерашний день мог десять раз переполнить любую чашу терпения. И мою в том числе, — воскликнула Аня, — я бы ее прямо сейчас отправила в «Антипальму» на интенсив. Понятия не имею, почему ВВ и Вася тянут с этим решением! Тянуть время при такой деятельной натуре — это же подвергать ее опасности!

Закладка:

— Аня! Остановись! Ты себя считаешь умнее, дальновиднее и компетентнее ВВ и Васи, и Лили?

— Ой!

— Не ожидал от тебя такой реакции! Сегодня же начнешь повторный тренинг по этике оперативной работы. Знаешь же, что если не довести эмоциональные реакции до автоматизма, есть шансы провалить задание. Твои реакции могут стоить подопечным жизни. Это же проходят на первых занятия оперативной работы!

Аня на мгновение так расстроилась, что чуть не заплакала. Вряд ли кто-нибудь, кроме наставника, мог об этом догадаться. Аня быстро сумела взять эмоции под контроль. На лице лишь коротко дрогнули щёки.

Она глубоко задышала, опустила напряженные плечи, легко выдохнула и бодро согласилась:

— Да, это недоработка с моей стороны. Хорошо, что моя реакция стала заметна сейчас, и ничего непоправимого не успело произойти. Мне хватит трех тренингов? Может, обновить прошивку?

Влад дошел до экрана и ответил после того, как набрал пару строчек текста.

— Уверен, с прошивкой всё в порядке. Думаю, ты достигнешь нужного результата в течение одного тренинга, ну может быть двух. Ты талантливая! Я тебя записал на семь вечера. Скоро отлет рейсового транспортника. Поспешим. Часа через три будем в Москве, хватит времени отдохнуть перед тренингом.

Автолёт заложил крутой вираж, поворачивая в обратную сторону.

— Мой выпуск откладывается? — с надеждой в голосе спросила Аня.

— Нет. Небольшая недоработка по этике не помешает тебе стать самостоятельным полноценным сотрудником «Нашей Службы». Тренинг займет три-четыре дня. Как мы и планировали, через десять дней будет вечеринка в твою честь. В НС-38 станет одним наставником больше.

— Я рада.

— Что-то я не заметил. Хотела накосячить немного и остаться со мной подольше? — пошутил Влад, обнимая свою оке.

Аня звонко засмеялась, похлопала ресницами и сказала:

— Конечно, нет. Ну если только самую малость…

Глава 83

04.07.2029 07:20 Мальдивы. Окрестности острова Туккайя

Герман поднялся на борт яхты, осмотрелся.

По палубе прогуливались призрачные гости вечеринки, из динамиков неслись музыка и синтезированные разговоры. Для сторонних наблюдателей на яхте шел безостановочный праздник. Подробности, кто и как в нём участвует, по-прежнему скрывала зона приватности.

Герман добыл из кармана архаичный смартфон. Помехопостроители исправно глушили связь.

Кивнув сам себе, Герман спустился в каюту. Затемнил иллюминаторы, сказал на камеру:

— Работа сделана. Подтверждение в этом же пакете.

Выключил камеру, сбросил ролик на ноутбук. Упаковал только что записанное сообщение вместе с еще парой файлов, Наташиного участия в заговоре против стиллов, снятых с разных ракурсов.

Глушилка связи на пару секунд отключилась и включилась снова. Пакет ушел к серому искину.

Герман удалил данные с ноутбука и смартфона, запустил программу, заполнившую всё пространство хаотичной смесью нулей и единиц, после чего развернул поверх образы с популярными порно играми и такого же типа роликами. Теперь владелец этих устройств был страстным любителем подобных развлечений.

В момент, когда проигрыватель добрался до середины особо забористого ролика, Герман снял носок, Ноутбук получил мощный удар пяткой и отлетел на пол. Пластик лопнул, экран покрылся сеткой трещин и погас.

Герман посмотрел на остатки ноута, легонько пнул их, удовлетворенно хмыкнул. После взвесил в руке смартфон, широко размахнулся и запустил в стену. Тот жалобно звякнул, разлетаясь массой осколков.

Погром довершила бутылка вина, вылитого на остатки аппаратуры, пол и постель.

Герман придирчиво осмотрел результаты заметания следов, еще раз хмыкнул, вытащил из ниши большой кожаный чемодан и направился к выходу.

Как только катер отплыл от яхты на семьсот метров, смартфон пискнул и показал сообщение «Ваш баланс пополнен на 3 000 000 кредитов»

Герман облегченно вздохнул, представляя удивление на лицах напарников, которых сегодня же отправит в длительный отпуск.

Глава 84

04.07.2029 03:40Москва. Офисный центр «Шаболовка»

Четвертый этаж офисного центра по-прежнему находился в состоянии ремонта. Видимо, это всех устраивало. За дверями под вывеской, предупреждающей о заседании анонимных алкоголиков, с десяток человек дремали на стульях, еще столько же пили кофе, вяло перебрасываясь репликами.

— Гоблин? — кинул в пространство невзрачный мужчина в сером костюме. — Или тебя звать серым искином? — Герман прислал видеоподтверждение согласия Натальи на участие в уничтожении стилла Лили?

— Да. Вывожу на экран.

Замелькали ускоренные кадры. Промелькнула обнимающаяся пара сидящая на диване, Наташина попытка сбежать с яхты, Герман в спальне, распаковывающий черный пакет, искаженное лицо Наташи, переживающей наслаждение, ее неподвижная фигура во время сна, завтрак. Изображение замедлилось и прозвучал голос Германа:

— А нужно, чтобы они перестали быть элестами. Чтобы снова стали нормальными людьми… Пока это возможно… Тогда Лиля снова станет любящей матерью и хорошей подругой. А не суперчеловеком… или в ближайшей перспективе покойницей. — Если ты, конечно, хочешь ей помочь.

— Хочу конечно! — возмутилась Наташа. — Ты меня за кого принимаешь?..

— Тогда слушай… Только сразу предупреждаю, это тайна. Если проболтаешься, то всё кончится плохо. И для тебя, и для Лили.

Изображение застыло, на моменте, когда Наташа открыла рот, чтобы что-то добавить. Вид у нее был решительный.

— Хороший материал. Состояние Натальи Рогожиной? — спросил небритый.

— Вылетела с острова Туккайя, — прозвучал сухой голос искина.

— Прогноз?

Люди с кофе застыли, дремавшие открыли глаза вслушиваясь в слова Гоблина.

— Три варианта. Наибольший вес имеет вариант предательства Натальей своего элеста. За ним идет отложенное решение. В этом случае ее нужно будет подтолкнуть к первому варианту. Лучший результат даст наше вмешательство в течение ближайших трех суток. Наименее вероятно, что Наталья расскажет про предложение своего нового приятеля своему элесту или ее службе. На этот случай есть заготовки про психическую ненормальность Германа. Придется им пожертвовать, а «Союз Стиллов» получит хорошее основание считать, что наличие стилла вне их влияния — дезинформация, а ее автор — сумасшедший, разговаривающим с утюгами. Вес достоверности такой информации стремится к нулю. Следовательно, это прячет нас в глубокую тень. Любое развитие событий улучшает нашу позицию.

— Как определить возникший вариант?

— Я построил модель ее поведения Натальи. Каждый из вариантов подразумевает определенное перемещение Натальи по острову на момент прибытия. В зависимости от ее внутреннего состояния и сделанного выбора…

— Понятно. Источник информации о перемещении?

— Камеры гражданских автолётов и спутники.

— Какие перемещения чему будут соответствовать?

— В первом варианте Наталья двинется к завтраку по дорожке, не срезая через газоны, как она это обычно делает. Во втором она будет бессистемно бродить по пляжу, медленно продвигаясь к столу, накрытому для завтрака. В третьем варианте она сразу зайдет в дом.

— Вероятность проверок Натальи искином службы тридцать восьмых? Возможные последствия?

— Вероятность проверки крайне высокая. Наталье это не понравится. В первых двух вариантах это увеличит ее активность в работе с нами. В третьем — может создать возможность для изменения ее поведения в нашу пользу.

— Теперь только твое мнение. Искин тридцать восьмых в состоянии просчитать твое существование?

— Крайне маловероятно. Если это случится, я задействую план Феникс.

— Какие еще есть варианты, кроме перечисленных трех?

— Других нет.

Глава 85

04.07.2029 07:40Мальдивы

Наташа чувствовала себя так, будто у нее где-то что-то чешется, но почесаться и даже понять, что и где — невозможно.

Закладка:

Ей до тошноты опротивел едва заметный, но едкий запах антисептика, пропитавшего всю яхту Германа. Этот запах сумел пропитать ее платье и волосы и преследовал ее после того, как она сошла на берег. Он тащился за ней до автолёта и занудным призраком витал в кабине, напоминая о прошедшем вечере и, особенно, утре.

Из головы не шел разговор с Германом. По инструкции для первой линии о таком разговоре и предложении нужно было сообщить Васе или ВВ.

Незамедлительно.

При первой же возможности. И возможность была, даже не одна, а желания пользоваться ей не было. Говорить ни о нём, ни о том, что случилось перед этим, ни о самом Германе, Наташе не хотелось. Тем более ВВ.

Наташа представила себе ВВ, и ее передернуло.

Сухонькая седая дама — вредная старуха. На вид хрупкая, готовая сломаться от малейшего напряжения. На самом деле — бесконечный источник чудовищной силы напрягов и неожиданностей для кого угодно. Если кому-то требовалось кого-то согнуть в бараний рог, то ВВ заставляла сворачиваться таким образом самостоятельно.

Каждый раз, встречаясь с этой старушенцией, Наташа чувствовала себя даже не кроликом, а мышонком, попавшим в поле зрения удава. И если мышонок в очередной раз не был проглочен, то только потому, что удав оказывался слишком сыт.

ВВ без усилий, не давя и не повышая голос, заставила давать интервью этому извращенцу Двигуну. А Наташа наотрез не хотела иметь с ним вообще каких-то дел! И если вначале ее ответ был: «Нет. Нет! Нет, вы плохо слышали?», то через пять минут это каким-то непостижимым для Наташи образом превратилось в: «Да. Конечно. Как скажете». Она подозревала, что при небольшом желании ВВ, та заставила бы ее сказать: «Слушаюсь и повинуюсь».

Общаться с таким человеком, не создавая себе проблем, невозможно. Значит, общение нужно исключить.

Нет общения — нет проблем.

А Вася…

Что творится в его электронных мозгах, вообще никому не известно. Если ему туда что-то взбредет, то переубедить будет невозможно. Вчера хотел на острове запереть.

Нормально, да?

Что может решить искин, услышав рассказ Наташи о Германе и его просьбу?

При воспоминании о ней Наташе показалось, что волосы становятся дыбом.

Да, Лиля менялась.

Медленно и незаметно, но… Это был факт, и Герман заставил его заметить. Если правдой было и остальное, сказанное им, то весь мир становился зыбким и опасным. Для нее, для Лили, для всех глоферов.

Может быть, даже для всех людей.

Наташа представила себе, как она слышит о том, что все элесты умерли.

Все, в том числе и Лиля.

Дыхание перехватило. На глаза навернулись слёзы. Наташа всхлипнула и закашлялась.

Автопилот поинтересовался, не нужна ли помощь, и был послан к чёрту.

Вытерев слёзы, Наташа сделала несколько глубоких вдохов. Голова слегка прояснилась, снова обрела способность думать.

С другой стороны, Лиля пусть и меняется, пусть не такая, как когда-то, но это ее Лиля. А Герман, по сути, случайный знакомый, встретившийся буквально вчера.

И вопрос: кому из них доверять?

И если так посмотреть, то вопрос дурацкий, потому что ответ ясен, как это утро. Лиля ее подруга, а друзей не предают.

И вообще… Герман мог сгустить краски. Он может быть паникером. Да он может быть просто психом, повернутом на старом и добром до срыва с нарезки.

А стиллы могут ошибаться или что-то скрывать.

Ну, и что делать?

Автолёт мягко сел на площадку, открыл дверь.

В салон ворвался горячий влажный ветер, выдул из него прохладу кондиционера, заставил задержать дыхание. С ним появились запахи моря и срезанной травы. От рощи доносился шелест листьев искусственных пальм.

Еще при посадке Наташа подсмотрела, где накрывают завтрак, — черный пляж за озером. Первые дни ей казалось глупостью поиск накрытого к завтраку столика. Приходилось слоняться по острову, заглядывая во все уголки. Постепенно она привыкла начинать утро с прогулки, и ей даже стал нравиться сюрприз каждое утро.

Наташа стояла у автолёта, пытаясь сообразить, как быстрее дойти до черного пляжа. Она никак не могла решить — ей мешали мысли о Германе, элестах, «Союзе», и еще больше отвлекали воспоминания о проведенной с Германом ночи.

Было неплохо, даже отлично, но…

Она с трудом разглядела практически невидимое здание виллы и поморщилась, Лиле она точно ничего не расскажет.

Мимо прошел гурик, тащивший ствол покорёженной накануне пальмы.

Наташа проводила его задумчивым взглядом. Идти по дорожке мимо поломанных Двигуном пальм не хотелось, тащиться по пляжу, загребая песок босоножками тоже. Вчера только по песку и бегала.

Хватит!

Он спрашивала себя снова и снова: «Что же делать? Что делать — рассказывать стилламили не рассказывать?»

Во рту стало сухо, как в сахаре.

Любое решение ощущалось гадким. Но выбрать всё же надо. Ей надоело бесконечно однообразное сравнение Лили и Германа, кто прав, кто дороже, важнее чувства или учет опасности, последствия того или иного выбора.

Наташа понимала, что запуталась, что сейчас она начнет паниковать и наделает глупостей, как всегда. И это будет касаться не только ее, а может, всех людей. У нее зашумело в голове, стало невыносимо горько от своей беспомощности, неумелости.

В голове пронеслись события прошедшего дня. Обнаженный Влад у бассейна. Она ведет собрание для первой линии, испуганные настороженные люди с надеждой слушают ее. Двигун улетает в слепящий свет звездного купола. Ощущения от массажа. Дурацкая идея прыжков с трамплина и спасший ее Влад, так жестоко бросивший одну. Вася стал вредничать. Ощущение власти над толпой зрителей. Выигранный билет на тренинг основательницы, который она не взяла. Милый Гена и игровая Встреча вместо настоящей.

Новое, умопомрачительное чувство единения…

Холодок пробежал от пяток до макушки, напоминая об игре.

Наташа вспомнила знакомство с Германом, драку в баре, Влада, целующего какую-то кикимору, яхту и проведенный с Германом вечер.

Она вздрогнула, все воспоминания слились в одно ощущение и, внезапно схлынув, оставили решение.

Оно было простым.

Оно было кристально верным.

Оно было правильным.

Надо самой разбираться! Самой решить, прав Герман или нет. Понять всё без посторонней помощи!

Наташа решительно повернула к озеру, всё быстрее и быстрее перебирая ногами, переходя на бег.

Она, задыхаясь, подбежала к озеру. Вот один камень, второй, третий. А за ними еще и еще, по которым, как по дорожке, можно перейти озеро напрямую.

Быстро и точно к цели.

Она сняла туфли.

Только надо помнить, что прошлый раз она тут уже поскальзывалась и падала. А еще не забывать, что где-то тут была разбита бутылка. Не хватало еще ногу порезать.

Она прыгнула.

На ощупь ближайший камень оказался сухим и слегка шершавым. Наташа постояла на нём, привыкая к ощущениям, перескочила на другой. Приземлившись, переступила по теплой ноздреватой глыбе, восстанавливая равновесие.

«Аккуратнее надо, — подумала Наташа. — Плохо оценила расстояние, чуть не промахнулась. Как бы с самостоятельным разбирательством не промахнуться…»

Она переступила на соседний камешек. Совсем крошечный, на полторы ступни.

«Что я вообще знаю? Да почти что ничего…»

Полупрыгнула, полушагнула с одной ноги, едва не промахнулась, удержавшись на носочках с краю большого плоского узорчато-красного валуна. Встала, выбирая, куда прыгать дальше.

Всё, что сказал Герман, нужно проверять.

Где? У кого? У Васи?

Он допытываться начнет, откуда узнала.

У Лили?

Она может просто не знать…

Край следующего камня оказался неожиданно скользким. Наташа едва не свалилась назад, замахала руками, ловя равновесие, переступила с ноги на ногу.

Домино!

Он сам предложил помощь. Это вариант самое то! Впрочем, Лилю тоже аккуратненько расспросить не повредит.

«Главное, чтобы они не поняли, чего это я заинтересовалась? Как-то эдак нужно вопросы задавать, чтобы сами пробалтывались… — Наташа мысленно попробовала представить себе такой вопрос. Получилось неубедительно и как-то глупо. — Блин! Я же не умею! Придется учиться. Срочно».

Закладка:

Новая опора снова оказалась сухой и шершавой. Рядом на расстоянии небольшого шага торчал еще камень и чуть дальше еще один. То ли дорожка, то ли цепочка до самого берега.

«Ладно, об этом я тоже спрошу у Домино. Совру, что детектив сочиняю. Хотя врать искинам не получится. Придется реально книжку писать», — решила она.

Наташа сошла с последнего камня, добрела до площадки с накрытым на двоих столиком и бухнулась на стул.

Ощущение безвыходности отступило, хотелось действовать. Наташа ощутила легкость, как будто камень свалился с души, и притом свалился куда-то там, а не на ногу. Она улыбнулась, пригладила волосы поднятые легким ветерком и заправила их за уши, чтобы не щекотали.

— Фу-у-у… Воды мне!

Гурик поставил перед ней запотевший стакан.

Наташа сделала несколько глотков. Сухость во рту прекратилась, жить стало легче.

Так, решено!

Она во всём разбирается сама, наводит справки и расспрашивает. Начиная с Домино. Придется учиться чему-то? Ладно. Только потому, что это для дела нужно. Она еще не такое для Лили делала. С профессией кондитера когда-то справилась, тут тоже одолеет.

О чём же написать детектив?

Ну не про то же, за что Пушкин Муму утопил?

Задачка!

Она засмеялась, вспомнив школьный урок литературы в третьем классе, — «Муму» написал Иван Тургенев.

Это не важно, о чём будет ее детектив.

Главное, чтобы никто не догадался о главном…

Глава 86

04.07.2029 07:45Мальдивы. Окрестности острова Туккайя

УТка поднялась выше, пролетая облака. За окнами светился перламутрово-белый туман, напоминая начальную позицию перед виртуальным погружением. В рубку вошли Карина и Лёша, всматриваясь в экраны.

— Куда это мы летим? — заинтересовалась Карина.

— Мы с Аней летим в Москву. Хочу успеть на ближайший рейс. Вы с нами? Или у вас скоро дежурства на курорте? — спросил Влад.

— С вами полетим. Кстати, в восемь начнется разбор дежурства наших новичков. И твоего дежурства тоже.

Суховатый голос Васи зазвучал со всех сторон:

— Не будем дожидаться восьми, давайте обсудим происшествия прямо сейчас. Вам включить голографическую проекцию Веры Владимировны и меня?

— Нет. Мы поговорим с вами из кабины. Видеосвязи достаточно, — ответил за всех Влад и встал.

Вася, не дожидаясь, пока все усядутся у центрального пульта, вывел свой портрет на экран, заменявший лобовое стекло УТки. Вася показался в своем обычном облике рыжего усатого мужчины неопределенного возраста с добрыми зелеными глазами. На нём была белая футболка с оранжевым рисованным лицом солнца, повторяющим Васины черты.

Он довольно улыбался, говоря не столь сухим голосом, как обычно:

— Аня и Лёша, поздравляю с окончанием вашего первого дежурства. Ваша подопечная Наталья находится в хорошем состоянии, несмотря на несколько проблемных ситуаций. Аня, ты хорошо руководила своей группой.

— Спасибо тебе, Вася, что ты мне Влада оставил наблюдателем! Мне с ним было спокойнее.

На экране появилось видео с ВВ в спортивном костюме около лавочки в парке. Она, запыхавшись, выпалила:

— Потом обменяетесь любезностями. У всех мало времени. Давайте переходить к делу. Начнем с дежурства Влада. У нас с Васей нет замечаний по его активности. Я хочу обсудить с вашей группой, как избежать подобных проблемных ситуаций, как с Натальей с другими посетителями. Она одна из двадцати человек фокус-группы — типичный пользователь курорта. Карина, твои предложения?

— Начну со случая в бассейне. Наталью в бассейне запутал робот-чистильщик ее же скакалкой, да так, что она сама не могла освободиться. Случай редкий, но повторение такого возможно и с другими гостями курорта. Или мы запрещаем гостям привозить свои вещи, или роботы-чистильщики не должны работать в бассейнах во время пребывания там людей, или нужно комплектовать острова гуриками с водозащитой, чтобы гурик мог помочь человеку не только на суше, но и в воде. Притом для каждого отдыхающего нужно по два гурика. На всякий случай.

— Спасибо, Карина. Лёша, что ты скажешь?

— Как случилось, что в спальне есть доступ к функционалу острова? Наталья с Двигуном там обнимались и случайно повернули рычаг, открывающий шлюз. Мне кажется это неуместно, — Лёша смутился и поспешил разъяснить: — В смысле обниматься в спальне уместно, а размещать в спальне в шкафчике функционал острова неуместно.

— Лёша, ты прав. Недосмотрели, — ВВ заулыбалась. — В моей молодости частушки были на эту тему «Меня милый полюбил, к стеночке притиснул»… Аня?

— Предлагаю пульты и запорные механизмы размещать в специальных помещениях, куда посторонним вход будет воспрещен. Запретить на курорте употреблять алкоголь без блокатора. Хотя он и так запрещен, но Двигун же его как-то протащил на острова.

— Алкоголь без блокатора не запрещен, а не рекомендуется. Этот вопрос не в нашей компетенции. Это к правительству Мальдивов, а они, чтобы не отпугнуть отдыхающих, вряд ли пойдут на ужесточение мер, — прокомментировал Вася.

— Наш курорт экстерриториальный. При чём здесь местное правительство? — спросил Влад.

— Ты прав. Но гости прибывают к нам через Мальдивы с их территории с их правилами. Мы не будем ставить барьеры и устраивать таможню, — сообщила ВВ.

Аня продолжила:

— Что-то с массажем гуриков надо сделать. Я не разобралась, но именно после массажа Наталья пошла топиться. Программу изменить? Запретить пользоваться в алкогольном опьянении? И конечно, не пускать в воду пьяных! Тем более прыгать с платформы. Хорошо, что Влад ограничил подъём платформы до трех метров, вместо семи для Лили. Она бы шею сломала. Насмерть. Влад бы не помог!

— Спасибо, Аня, и последние предложения от Влада, — объявила ВВ.

Влад начал говорить, уверенно и четко:

— Я с ребятами согласен и по гурикам, и чтобы управление убрать в подсобку, и пьяных в воду не пускать. С одним дополнением. Я предлагаю оставить весь функционал, как есть, для пользователей с ЛеДоК. Их рефлексы позволяют в космосе жить и работать, с отдыхом на искусственном острове они точно справятся. Основатель линии Карины — Урбан, на мой взгляд правильно назвал ЛеДоК сертификатом вменяемости. Вменяемым — весь функционал, остальных ограничить, чтобы не получили травм, не убились, в конце концов.

ВВ ответила:

— Влад, мы с Васей предполагаем сделать то же самое. Незачем ограничивать вменяемых людей. Их надо поощрять, а не ограничивать. Братья наши меньшие такое неравноправие не стерпят, непременно захотят в лигу избранных попасть. В «Антипальме» всегда рады новичкам! Там курсы ЛеДоК бесплатные для всех желающих. В «Антипальме» равноправие.

Все засмеялись.

Вася, улыбаясь, сказал:

— По дежурству Ани вопросов у меня нет. Свои обязанности группа отработала на отлично.

Глава 87

04.07.2029 03:55 (07:55 по Мальдивам)Москва. Офисный центр «Шаболовка»

Розовый свет вылился из-за домов, упал на крыши, дороги и окна, расплескался множеством бликов. Над Москвой поднималась заря.

С высоты Ленинский проспект напоминал широкую кривоватую линейку, прокинутую между кирпичиками и ниточками, рассеченную множеством других потоньше и несколькими потолще с редкими ползущими машинами, в утреннем свете похожими на жучков, покрашенных розовым лаком.

В районе Первой Градской больницы «жучки» никуда не ползли. Они хаотично валялись порознь, уткнувшись в стены, и кучками, друг в друга. Пару таких кучек дополняли рухнувшие на них автолеты. Еще несколько просто валялись сами по себе. Один, судя по вмятине, напоследок пытался таранить стену второго этажа.

Разгром со стороны Калужской площади отсекал вспыхивающий пунктир. Со стороны Гагарина гурики водрузили последнее звено, и весь отрезок вспыхнул, предупреждая о перекрытии. Внутри периметра стояли и помаргивали периферийными огнями огромные «бочки» медбусов.

Две одинаковых утки висели в воздухе, каждая у одной из границ периметра. Экипажи смотрели на творящееся внизу, на фигурки в скафандрах, тащащих носилки от медбусов в кучу-малу и обратно.

Закладка:

— Оперативно, — одобрил элест стилла 955.

— Прибыли раньше нас, — заметил сотрудник Нашей Службы.

Еще двое элестов ограничились кивками.

— Карабелла, чего тянут? — кинул тот же элест в воздух. — Время…

— Разрешение застиливанния получено секунду назад, — сообщил женский голос.

— Так чего?.. Сближаемся!

Машины пришли в движение. Приземлись почти вплотную на небольшом отдалении от медбусов.

На площадке собрался стилл из шести человек, одетых строгие костюмы. Вокруг двигались, наводили датчики, перехватывали медиков в скафандрах, что-то уточняя, люди в униформе Нашей Службы. Вся процессия двинулась в сторону старенького четырехэтажного здания, кое-как переоборудованного под офисный центр, с тянущимся ремонтом, заметным по заклеенным окнам верхнего этажа.

На руке одного из элестов ожил браслет.

— Глеб! — раздался из воздуха низкий хрипловатый голос. — Что происходит?

— И тебе, Толик, тоже доброго утра.

— Какое оно доброе? Что случилось?

Сотрудник Нашей Службы показал одному из элестов планшет с картой и цветной диаграммой поверх.

— Молодец! — стилл взял планшет, передал в несколько рук, вернул сотруднику. — ЭМИ. Судя по мощности и последствиям, установку делали на колене. Предположительно теракт. Аналог белградского. Может, кто-то до твоего кабинета километра полтора не доехал… Не исключаю аварию.

— Какую аварию? Что значит, предположительно? Ты стилл! Ты точно должен знать!

— А ты главный по безопасности… — элест выдержал паузу, — этого города. Должен был заранее знать. Знал?

— Да блин! Откуда?.. Ладно. Что пресс-службе говорить?

— Версия с аварией не устраивает?

— Устраивает. Главное, чтобы…

— Костюмчик сидел, — с усмешкой закончил за него элест, стряхивая соединение. — Господа, — он развернулся к НС. — Предположительная цель атаки, — рука ткнулась в офисный центр.

Люди в форме кивнули, подбежали к дверям.

Освещение в здании не работало. Жидкий утренний свет просачивался сквозь матовые стекла, разливаясь розоватыми лужицами по мраморным ступенькам, заканчивающихся у возвышения поста охраны.

— Медиков! — распорядилась элест, показывая на распластавшуюся по полу фигуру.

— Сделаем так. Группы Андрея и Анны осматривают вспомогательные помещения, включая подвал. Если будут еще пострадавшие, медики их забирают, оказывают всю возможную помощь, но не увозят. Пусть хоть на месте госпиталь разворачивают. Как только будет кто-то, способный говорить, тут же сообщать. Ям и остальные группы смотрим все здание. Поехали.

Серые стены, серый пол. Коридоры без окон в свете фонарей из-за высоких потолков похожие на ущелья. Офис за офисом, неотличимые друг от друга. Одинаковая мебель, одинаковые мониторы-моноблоки, расставленные в одинаковом порядке с одинаково одетыми оглушенными людьми, хаотично лежащими на полу. Некоторые пытаются шевелиться, но стиллу понятно, что ни говорить, ни даже слышать они не в состоянии.

Первый этаж. Второй.

На третьем обнаружились комнаты с гостиничными капсулами.

— Они тут жили? — спросила элест у ближайшего сотрудника НС.

— По отметкам охранника о входе и выходе, похоже на то. Он на бумажке заметки делал, — усмехнулся парень.

— Спасибо ему за это.

Перед лестницей, ведущей выше, посередине коридора замерла шайба робота-уборщика. Стилл перешагнул ее, вошел на площадку.

Заляпанный изнутри полиэтиленовый занавес отсекал пролет, идущий наверх.

Фонари высветили картину брошенного ремонта. Все выглядело так, как если бы рабочие внезапно перестали шпаклевать и красить, и бросили все как есть, предоставив хозяевам возможность доделать работу самостоятельно. Судя по засохшим валикам, случилось это давно.

Вход на четвертый этаж преграждали трубчатые козлы, так, что пройти, а точнее — протиснуться, мог бы только один человек.

— Как-то странно, — заметил сотрудник НС, прижимая конструкцию к стене.

Она со скрипом двинулась, стало на несколько сантиметров просторнее.

— Ремонт бросили, а эту дуру не убрали. Неудобно же.

— Смотря что и кому, — почти пропела элест, посветив вглубь коридора.

Заблестели кожухи неподвижно стоящих гуриков с подозрительным обвесом манипуляторов. Сотрудник присмотрелся.

— Блин!

Группа НС пробралась за и под козлами. Ощетинилась датчиками, сделалась похожей на ежа с электронными иглами. Еж двинулся, щупая каждый сантиметр коридора.

— А вот и не угадал, — пробасил элест, пробравшийся за козлы. — Это ГРсто пятьдесят. Залповый.

Он подошел к одному из гуриков, щелкнул ногтем по контейнеру боезапаса.

— Армейский. С разделяющимися капсулами. Поясняю. Для сред с крайне агрессивной биотой.

— Все страньше и страньше, — сказал длинный как жердь элест, пробираясь за козлы.

Сотрудники Нашей Службы дошли до конца коридора, вернулись.

— Мин и растяжек нет, — доложил старший.

— Ну правильно, — заметил элест, разглядывая дверь под объявлением, требующим не беспокоить общество анонимных алкоголиков.

Из-за двери слышался едва различимый шорох.

— Минирование хорошо там, где есть куда отступить, — пояснил элест. — А тут четвертый этаж. Если добираются сюда, то снаружи здание точно контролируют. Значит, отступление через окно и крышу исключено. Очень рационально. Они не уходить планировали, а прорываться. Собрать штурмующих там, — он махнул на козлы, — и одним выстрелом в фарш. Экономно… Ладно, посмотрим, что там шуршит.

На сером ковролине, под бледными утренними лучами молча корчилось в судорогах три десятка человек.

— Медиков! — скомандовал в браслет коренастый элест.

Остальные бегали взглядами по валяющимся складным стульям, проекционным экранам, коробочкам проекторов с терминалами…

Завибрировали браслеты всего стилла.

— Глеб, — раздался женский голос. — Мы в подвале. Вам надо это видеть.

Напротив входа в тупичке возвышалась темная бочка со странным приспособлением над ней. Конструкция с длинными, до самого пола, талями была основательно прикручена сразу к двум стенам.

— Фторопласт, — пояснил сотрудник НС, хлопая по бочке. — Внутри раствор плавиковой кислоты. Судя по анализу, в ней какая-то органика.

Лица стилла помрачнели.

— Это не все. Вот тут, — рука сотрудника ткнула за бочку, — установлен взрыватель. Не сработал, потому что… — он залез за нее и вытянул тощую косу неровно оборванных проводов, — съели крысы.

— Около двухсот литров плавика… — задумчиво произнес длинный элест. — Это была бы экологическая катастрофа. И зачем?

— Здесь самая высокая точка подвала. Прежде чем все разъесть, кислота успела бы стечь в дальние помещения.

— Показывай.

Они прошли длинным коридором, разделяющимся на два входа.

— Вот серверная, — сотрудник махнул рукой направо.

Переносные прожектора заливали жестким белым светом помещение с низким потолком, большую часть которого занимали блестящие квадратные колонны. Посередине электрически-синим цветом выделялись две, особенно толстые. Возле них крутились, влезали внутрь и вылезали наружу несколько человек в форме НС.

— Два квантовых блока, — пояснил один из них. — Изнутри полностью разрушены.

— Бэкапы на оптике?

— Нет. Нет даже оборудования для такой записи. Пытаемся найти номера ключевых деталей. Пока… — парень досадливо махнул рукой.

— Думаешь, они плавик для серверной запасли? — уточнила элест.

— Сперва подумал, — признался гид. — Пока не нашли вот это…

Он вошел в другой вход. За проемом начинался коридор с заметно понижающимся полом. Через несколько шагов обнаружилась двустворчатая сдвижная дверь. Изначально створки управлялись автоматикой. По их краям было заметно, что Наша Служба приложила изрядно усилий, открывая их.

За дверьми открывался вид на маленькое помещение, сплошь залитое керамикой. Под потолком темнели ряды сопел разбрызгивателей, на полу — отверстия стоков, закрытые диафрагмами. Напротив входа матово белела раздвижная стена.

Закладка:

Сотрудник НС толкнул ее.

Развернутый луч фонаря высветил двух гуриков и сверкающего паука — киберхирурга, зависшего над многофункциональным столом.

— Вот оттуда органика в плавике, — сказал коренастый элест.

— И крысы тоже, — добавила женщина.

— Сделайте запрос по пропавшим детям, — распорядился длинный, зачем-то становясь на колени.

Он несколько секунд шарил под основанием кресла, затем извлек маленького розового жирафчика. Сунул его в руки обалдевшему сотруднику.

— Это все? — пробасил оружейник.

— Да.

— Продолжайте. Соберите все. Особенно, — он кивнул на игрушку, — генный материал… И зачем им… — пробормотал он, ни к кому не обращаясь.

Браслет на руке элеста завибрировал.

— Глеб, это диагностика, — представился звонящий. — Мы провели сканирование крайней группы поступивших. У всех обнаружены следы мозговых имплантов.

— Следы?

— Они разрушены наполовину и больше. На основании связей могу предположить, что они предназначались для синхронизации.

— Чего с чем?

— Скорее всего между их носителями. Опять предположение. Кто-то пытался создать искусственный стилл.

— Кто-то из них сможет говорить? И когда?

— В ближайшие месяцы точно никто. Скорее всего, никогда. Это повреждение… — говоривший замялся. — Оно как бы закоротило мозг. Пострадавшие заперты внутри себя. И… очень может быть, постоянно переживают единственное воспоминание.

— Какое?

— Случившийся в момент разрушения импланта. В некотором смысле, они постоянно переживают собственную смерть. Даже если случится чудо и через пару месяцев кто-то из них очнется, вряд ли он сможет ответить хоть на какие-то вопросы.

— Жаль. Очень хотелось бы знать, с кем они воевали. И еще больше, кто воевал с ними.

Глава 88

04.07.2029 08:00 Мальдивы. Семапрохилодус

Чмок в щёку заставил Наташу почти подпрыгнуть.

— Блин! Лилька! Напугала же!

Лиля выглядела довольной, посвежевшей, как после каких-то особенных процедур. И она снова больше походила на девчонку, почти подростка. Энергия разве что не искрила.

«Угу… — подумала Наташа, — недавно стилл собирался. Про Германа лучше даже не думать. А то просечет, и разобраться в этом не даст. Мало ли что она такого умеет и мне не рассказывает. Скрытная Лилька стала. Про Сергея даже не заикалась. Я случайно узнала».

Лиля, ничего не говоря, мягко опустилась на соседний стул.

Наташа посмотрела на лицо подруги. Казалось, что оно сияет изнутри.

— Как тебем вечеринка? — светским тоном поинтересовалась Наташа.

— Мнем? Замечательно! Основательница меням помнит!

«Ну точно, было слияние. Думай о чём-то нейтральном, вопросы задавай аккуратно», — предупредила себя Наташа.

— Слушай, — лицо Лили приняло озабоченное выражение, — а что тут произошло вчера вечером? Я бы, конечно, не спрашивала, но … у нас затоплен подвал, часть деревьев поломана, рыбки в озере передохли, два робота утонули в бассейне, и изрядно сократился запас спиртного. Это какой-то погром в духе распоясавшихся подростков? Собираюсь узнать, что случилось, и вижу, что ты выключила все камеры наблюдения.

Наташа вспомнила, как пнула робота, когда выбиралась из озера на берег и скривилась.

Двигун свинья!

Ей было плохо тогда, но утопить бедную неповинную в ее горестях железяку она не собиралась.

Не собиралась, но утопила же!

Ей стало стыдно.

— Извини. Это случайно получилось, — выдавила Наташа, не поднимая взгляда от тарелки, терзая ножом кусок искусственного бекона.

— Я рада видеть тебя в добром здравии. Но ты представь себе. Ям встречаю кучу знакомых, вечеринка затягивается. Прилетаю только поздно вечером и иду в спальню на автопилоте. Делаю шаг и оказываюсь по колено в воде. Как тут не проснуться? А потом мне сообщили, что исчез биосигнал с твоего браслета. Я волнуюсь. Хорошо, что ребята НС видели тебя на пирсе острова Туккайя с каким-то хмырём и сказали, что он повез тебя на яхту. Тебе понравилось? Расскажешь?

Наташа резко запихнула в рот большое пирожное, показала на рот и неразборчиво замычала, мотая головой.

— Совсем голодная, — закивала Лиля. — У яхты плохой хозяин, гостей не кормит?

Она забрала у гурика поднос и протянула Наташе.

— Еще?

Наташа немного задумалась, а потом неуверенно взяла в каждую руку по два пирожных с кремом. Держать было неудобно, крем вытекал из-под пальцев.

— Хватит дурачиться, — попросила Лиля. — От обжорства тебе станет плохо. Тогда я отправлю тебя в Москву, в медблок центрального офиса. И твой отпуск, — она вздохнула, — на этом закончится.

Наташа резко кинула пирожные в тарелку, принялась облизывать пальцы. Перехватив удивленный взгляд Лили, пошарила взглядом по столу в поисках чего-то, чем можно вытереть руки. Гурик протянул ей салфетку.

— Ты понимаешь… — протянула Наташа, старательно обтирая руки.

Хорошо, что она про бардак заговорила. Про него можно много рассказывать.

— В общем, это… — Наташа прикинула, с чего начать как можно дальше. — У меня вчера было интервью. Потом я показывала этому блогеру остров. Ну, мы выпили. Совсем немного. Что в баре нашли. Кстати, у винного шкафа сломался замок. Совсем не открывался.

— Алкоголики, тунеядцы, хулиганы… У замка сработала автоматика, чтобы вы не упились. Я другое понять не могу. Как вы умудрились этим алкоголем вообще напиться? В него же нейтрализатор добавляют. Через два часа алкоголь должен безопасно распасться. А сильное опьянение нейтрализатор вовсе не допускает.

— Двигун привез с собой настоящую домашнюю настойку.

— Ясно. Первое, больше мы его не приглашаем. Второе, что я не могу понять, что вы сделали с рыбками в озере? Вы там что, браконьерством занимались? То есть чем-то рыбу глушили?

— Нет, — Наташа вздохнула, — я же говорю, случайно вышло. Я туда бутылку настойки вылила.

— Постой. Одна бутылка и вся рыба кверху брюхом. В озере. Тебе такое пить не страшно? Ты как себя чувствуешь?

— Да ничего так…

— Надо же. Так, если ты бутылку вылила в озеро, то чем вы напились?

— У Двигуна с собой была не одна бутылка. У его автолёта большой багажник.

— Багажник, забитый бухлом без нейтрализатора. И не просто, а большой. Почему мне такие типы не встречаются?

— У всех свои таланты.

— Оттащить бы тебя в «Антипальму». На профилактику тяги к спиртному…

На лице Лили мелькнуло мечтательное выражение.

Наташа вздрогнула и, не удержавшись, крикнула:

— Тебя только обещание сдерживает? Скажи своим ребятам хоть слово, хоть моргни в мою сторону, и они мне ласты завернут и волоком в ближайший антипальмовский филиал упакуют.

Лиля примирительно ответила:

— Нет, дорогая, волоком и с завернутыми ластами туда не приводят. В светлое будущее силком не тащат. Туда только по доброй воле и своему большому желанию. Ты помнишь, что на Встречу приглашают? Идти или нет, каждый решает сам. «Антипальма» — это то же самое, только медленнее, по-человечески.

— Сравнила! Стать элестом и «Антипальма»! Всё бросай от привычек до родственников, сиди на диетах, тренируйся с утра до ночи, позволь шарить в голове. И их активист даже не сотрудник НС, а так…

Наташа неопределенно помахала рукой.

— Хочешь стать сотрудником НС? Могу похлопотать. Вот прямо сейчас прикажу ВВ…

Лиля ткнула в браслет.

— Нет! — рявкнула Наташа. — Нет! И еще раз нет! Я не хочу на тебя работать!

Она кинулась к Лиле с намерением закрыть ей рот, и наткнулась на гурика, закрывшего Лилю манипуляторами.

Лиля грустно улыбнулась.

— Натаха, с тобой не соскучишься. В «Нашу Службу» тоже никого силком не гонят. Там конкурс семьсот человек на место. Просто я могла бы устроить тебя по блату. А нет так нет. Живи как хочешь. А когда придешь, то будешь меня ругать, почему я тебя раньше не уговорила, почему не заставила. Станешь жалеть о потерянном времени.

Наташа опустилась на стул, представила себе, что ей нужно сделать и сколько. Что будет, если Герман… Нет! Нельзя думать о старом джентльмене!

Закладка:

Неужели он прав?!

— Очень вряд ли… — проронила Наташа, мрачно изучая стол.

— Позволь уточнить, — продолжала наседать Лиля. — Ты вообще не хочешь работать или только на меня и моего стилла?

— Во-первых, работа, — это скучно. Во-вторых… занята я.

«Лилька элест! Блин! Я ведь чуть не проболталась! Следить надо за своим языком!»

Лиля снисходительно улыбалась.

— Ошибаешься. Сотрудники НС не скучают. Их Вася на выходные и отпуска силком выгоняет. Иначе бы они с дежурств и учебы не вылезали.

«Да… — мысленно вздохнула Наташа. — Мне такое удовольствие, похоже, предстоит. Надеюсь, ненадолго…»

Наташа рассматривала рощу пальм, как будто увидела впервые.

Лиля продолжала:

— У элестов также. Если бы не закон о пребывании в космосе, мым бы на Землю не возвращались. Безделье — это пытка. Тут приходится валять дурака, и это безумно скучно. Не обижайся, пожалуйста.

«Не обижаюсь я, — мысленно проворчала Наташа. — Я боюсь. За тебя и всех твоих стиллов. А ты мне тут агитацию устраиваешь…»

— Я и говорю, не мое это. Жить для того, чтобы работать и учиться? Бред!

— А для чего ты живешь? Что тебя шпилит? — спросила Лиля, пытаясь заглянуть в лицо Наташе, но та отвернулась.

— Я живу, чтобы стать элестом. Как ты. — проронила она.

— Жизнь элеста — это постоянная работа и учеба. Собственно, это и приносит счастье. Мне и другим элестам. Работа в радость когда, понимаешь что продвигаешься к своей цели. Нет ничего лучше этого! Может быть, тебе сразу стать счастливой? В работе с учебой? Перепрыгнуть стадию элеста?

— Опять давишь? — Наташа отшатнулась от подруги.

— Наташа, я помню наш договор. Я по-прежнему не буду тебя заставлять, не буду уговаривать идти к нам. Перестань дергаться! Всему свое время. Ты придешь, когда будешь сама этого хотеть.

Наташа почувствовала, как земля уходит из-под ног. Лиля сказала пару слов и поселила в ее душе неуверенность.

Голова закружилась, и она прошептала:

— Ничего ты не понимаешь! Не буду я вашего хотеть. Ни человеком, ни элестом. Никогда!

Лиля улыбнулась, как ребенку, который заявляет, что никогда не станет взрослым, и занялась завтраком. Наташа тоже соблазнилась позавтракать и привычно взяла пирожное, чтобы отправить в рот. Она вспомнила слова Германа, и рука ее дрогнула. Часть крема с пирожного упала на коленки. Она пыталась убрать крем и выронила остальное.

Вытираясь салфеткой, она подумала: «Нервничаю! Еще немного и Лиля уговорит в глоферы податься. Будто делать мне больше нечего. Мне сейчас как раз очень даже есть чего делать. Возможно, спасать эту дурынду. Сменю-ка я тему. Чтобы такого рассказать? Придумала!»

— Не налегай на меня с нравоучениями. Лучше посоветуй, что делать с тем самым хмырём с яхты? — и Наташа стала рассказывать о Германе, их встрече, поездке на яхту, потере браслета, ужин и прочее.

Лиля молча послушала, поела, а потом предложила перебраться на пляж с белым песком. Наташа увлеклась так, что чуть не сболтнула лишнего.

Рассказав всё, кроме утреннего разговора с Германом, она села на мокрый песок рядом с Лилей и призналась:

— Секс был хорош, но это же не главное. Вообще, Герман псих, похожий на древнего английского джентльмена. Он старый. Совсем. Не в смысле возраста, а… Прется по всему древнему, как пень, который туда корнями врос. Поначалу прикольно было. Этакий классический джентльмен с соответствующими манерами. Чем-то на Джеймса Бонда смахивает. Но это прошлое. И сам он прошлое, как мамонт. Старина — это не мое.

Она нервно сгребала вокруг песок, собирая его в кучку перед собой. Получился кривой замок с двумя башенками, одна больше другой.

Лиля зачерпнула влажный песок двумя руками и достроила маленькую башенку так, чтобы обе стали одинаковыми. Она улыбнулась Наташе и подняла бровь, как бы спрашивая — так тебе нравится?

От Лилиной улыбки у Наташи все проблемы и печали вылетели из головы. Она почувствовала, как сжавшееся внутри постепенно разжимается.

В глазах Лили отражалось пронзительно-голубое небо. Она мечтательно смотрела на светлые росчерки, которые оставляли взлетающие из-за горизонта космические корабли.

Наташе показалось, что Лиля ее не слушала, но та ответила:

— Не нравится старина? Не отвечай и не встречайся с Германом. Всё старое вымрет, как мамонты. В этом ты права. Оставим особо упертых на Земле, как в заповеднике. И вместе рванем в космос, на просторы!

Стало легко.

Наташа засмеялась, встала с колен, потянулась и крикнула в сторону пальмовой рощи:

— К чёрту мамонтов!

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ

Обсуждаем роман этой версии (7.0) https://author.today/post/468358