История от Келли Стью. Цепи

Глава 1

Цепи. Такие холодные и тяжёлые звенят у меня в подвале. Возможно, когда-то я и правда, не верил в мистику, могу это объяснить физикой, что довольно просто для меня. Но когда перед твоим носом появляется она, то тут уже не поможет ни физика, ни химия. Будь ты лучшим в беге или в плаванье, знай – это не спасёт тебя от неё.

Я Келли Стью, и я алхимик, не верующий ни в Бога, ни в дьявола до одного момента. То, что сидит у меня в подвале – это ни человек, ни призрак, шуршащий тихо страницами от книг. Я не знаю, как назвать это, не знаю, что или может быть кто это, не знаю, цел ли мой рассудок и может в подвале, никого и нет.

Всё это началось ещё в детстве, я отличалась сильно от детей, была застенчивой и общалась только с людьми старше меня. Как мне сказала бабушка, я после рождения сильно болела и чтобы излечить меня, она позвала местную ведьму, что оставила мне шрам на лбу, а на завершении своего ритуала поцеловала меня в лоб.

Годы шли, я росла, всё было прекрасно, не учитывая одного, но, я видела молодую девушку в дали, и чем старше я становилась, тем ближе она подходила ко мне. Когда мне исполнилось восемнадцать лет, я увидела её вблизи. Её черные волосы закрывали почти всё лицо, они были настолько грязные, что комочки грязи падали на землю. Её белое платье было невероятно чистым, что даже чисто теоретически не могло быть.

В тот день, она протянула мне руку, покрытую шрамами и ссадинами, в её ладони лежал красивый медальон, он сверкал на солнце и мне очень понравился. Я знаю, что другой любой, наверное, просто бы убежал на моём месте, но не я. Я взяла этот медальон и стала буквально выигрышным билетом. Мне доставалось без труда всё, нобелевские премии, лучшие парни, лучшая жизнь и много денег.

Амулет сейчас до сих пор на мне, я его не снимаю. Как говорится, за всё когда-то приходится платить, и я даже знаю, какая плата будет за роскошную жизнь.

Как я говорила, у меня в подвале звенят цепи, массивные цепи, что поднять не каждому мужчине под силу, а ей это даётся с невероятной лёгкостью.

Моя плата за везение началась пару недель назад. Я шла по улице после магазина, думала о новом лекарстве, что могло бы вылечить не одного и не десяток людей с онкологическим заболеванием. На моём пути появилась хрупкая девушка, её чёрные как смоль волосы были в колтунах, из одежды у неё было только грязное платье, всё измазанное и местами порванное. Я не знаю, что произошло точно, но она мне очень сильно понравилась. Не поймите неправильно, я не из ЛГБТ сообщества, она мне понравилась по-особенному. Дальше, что было я не помню. Знаю лишь то, что через час она была у меня дома, и я её обстригала волосы, после помыла, смыв многолетнюю грязь с особым трудом, а когда я закончила, мы поели.

Всего несколько часов, что она провела со мной время, девушка расцвела, не стала больше похожа на девушку болеющей анорексией, стала весёлой и игривой со мной.

Так изо дня в день, мы стали жить вместе, её волосы очень быстро отрасли, что меня не смутило, мне казалось, что это просто особенность её организма. А буквально неделю назад, произошло то, что меня бросает в дрожь.

Я пришла домой после магазина. Дома веяло сыростью, было холодно и тяжело на душе, словно на меня смотрят тысячи сумасшедших из психиатрической больницы. Я прошла в зал, что находился на первом этаже, прямо напротив кухни, встала напротив камина и прислушивалась к мёртвой тишине. Не было слышно пение птиц, что пели на улице, когда я заходила в дом, не звуков машин.

- Ты помнишь её? – Поинтересовался тихий голосок моей подруги по дому.

Развернувшись, я увидела в руках девушки фотографию бабушки. Я могу точно поклясться, что девушка была один в один похожа на бабушку с фотографий, только молодая.

- На тебя похожа, ты будто молодая копия её, — призналась я.

Ощущение было неприятное, мороз по коже прошёлся и я съёжилась.

- Это моя мама, — прошептала девушка, — она тебе и дала кулон с лунным камнем, что ты носишь и не снимаешь уже много лет.

Моё сердце замерло от происходящего, я точно помню, что о кулоне на моей шее мы ни разу не говорили.

- Так приятно мне осознавать, что за многие годы, ты не потеряла его и не выбросила, — прошептала девушка, сжимая пальцами фотографию.

Я наблюдала за каждым малейшим движением, не знаю, откуда у меня появилось это желание, которое я воплотила в жизнь, но я сделала это. Схватив кочергу, я со всей силы ударила девушку. Перед тем как потерять сознание, буквально секунду до этого, мой кулон прикоснулся до её кожи. Девушка выгнулась, стала истерически кричать и чуть ли не лезла на потолок, прежде чем отключилась. На месте прикосновения кулона, остался ожог. Я потыкала им в себя, на голую кожу шеи, ног и рук, но ничего не произошло. Но только стоило мне поднести его к обездвиженному телу девушки, он начинал жечься, слегка издавая трепетание. Взяв её за ноги, и утащила её в подвал, я приковала с особым трудом цепи на руках. Честно говоря, я сама не знаю, откуда у меня появилась такая сила, чтобы дотащить тело в подвал, а там сжать в оковы цепей её руки. Я всегда никогда не двигала эти цепи, они были слишком тяжёлые, но в тот момент, у меня была сила словно пятерых, мускулистых мужчин. Управившись, я ушла спать. Сколько проспала, я не знаю, но когда очнулась, уже шёл за окном снег.

У меня нет дома календаря, я не привыкла к таким вещам. Люди ведь буквально чуть ли не отсчитывают дни своей смерти, заглядывая туда.

Спустившись в подвал, передо мной стояла девушка, она спокойно перемещалась по подвалу, звеня массивными цепями.

- Моя мама верила, что добро возвращается всегда, — злобно процедила девушка, — а я в это не верила и теперь я та, что сейчас. Этот медальон не просто медальон, в нём заключена жизнь, лунный камень тебе даёт силы и молодость, а у меня забирает это. Моя матушка постаралась сделать так, чтобы с каждым новым годом, я тебе отдавала не только силы, но и счастье.

Я стояла, не верила её словам, не хотела этого делать, а может и не могла. Я не сказала ей даже слова, просто поднялась наверх, и сразу же направилась в церковь набрать святой воды. Придя домой, я опустила свой амулет в воду, из прозрачной святой воды, она стала голубой, светилась еле заметным свечением. Не теряя зря время, и спустившись в подвал, я облила девушку этой водой.

Крик из подвала кажется, слышали все соседи, живущие в радиусе десяти метров. Мучаясь в предсмертных конвульсиях, я последний раз увидела её глаза.

После смерти девушки прошло пять лет, но каждый день, я слышу, как цепи в моём подвале звенят, ударяясь об бетонный пол.