История без названия

Глава 1. Азартные игры до добра не доведут

Пятая карта уже в игре. Ставки сделаны. Между игроками висит ощутимое напряжение. И вот он, решающий момент, время показать свои карты!

— Пара! — шёпотом крикнул парень, сидящий на краю кровати соперницы.

— Тройка! — так же шёпотом ответила ему девушка.

— Да чтоб тебя… Третий раз за день! Как у тебя это получается?

— Просто. Вот как сейчас, — девушка хихикнула и с победной улыбкой положила свой выигрыш в прикроватную тумбу.

Ребята хотели было ещё поговорить, но в коридоре послышались быстрые шаги, отчего парень резво собрал карты с фишками и пулей забрался к себе в кровать. Как раз вовремя. В комнату зашла женщина, на вид лет сорока. В темноте было сложно разобрать кто из воспитателей пришёл на их голдёж, из примечательных деталей был виден лишь неаккуратно собранный пучок волос. Она суровым взглядом медленно прошлась по койкам, которых в комнате было около шести, и так же медленно закрыла за собой дверь и спокойным шагом ушла.

Прождав ещё несколько минут и поняв, что воспитатель уже ушла достаточно далеко, чтобы точно не слышать шёпот, «совы» решили продолжить разговор.

— Фу-ух, мы чуть не попались, — парень выглянул из-под одеяла и посмотрел на ту, что играла с ним в покер в, мать их, два часа ночи. Их кровати стояли рядом друг с другом, что позволяло разговаривать не вставая с постели.

— Ещё немного и нам влетело бы. Хватит пытаться отыграть свой кулончик обратно. Из-за тебя у нас могут возникнуть проблемы, — сероглазая бросила укоризненный взгляд на парня.

— Ладно, будем считать, что я его тебе подарил, — произнёс он с некой добротой в голосе.

— Уже поздно, лучше лечь спать.

— Иначе будем, как в тот раз, как зомби? — усмехнулся он (а ведь тогда было даже весело).

— Именно. Спи, умник, — девушку забавляли такие ночные разговоры, ведь именно в это время люди могут поговорить о том, что их больше всего волнует. Днём такой возможности нет. Не та атмосфера.

Оставив все мысли на потом, она укуталась получше в одеяло и устроилась поудобнее, сон начинал брать своё, укрывая сладкой пеленой снов. Однако спустя время Ева резко открыла глаза, словно кто-то разбудил её громким дыханием над ухом. Девушка подскочила и начала оглядываться в поисках чего-то, что могло быть источником этого звука и объяснить внезапно охвативший тело страх, но её ждало разочарование: кроме крепко спящих соседей, в комнате никого не было. По какой-то причине от этого страх лишь больше сковал движения, не давая даже повернуть голову. Только краем глаза она смогла заметить чью-то фигуру в окне, которая в тоже мгновение, словно почувствовав на себе чужой взгляд, исчезла.

Страх покинул её тело так же внезапно, как и появился. Ева почувствовала некое облегчение и без сил упала на кровать. Хоть она больше не испытывала страха, чувство, что кто-то наблюдает за ней, чувство чужого присутствия рядом, не давало уснуть.

Как бы иногда не хотелось, но всегда после ночи наступает утро.

— Подъём! Все быстро к умывальникам и строиться! — в комнату ворвалась та самая мадам с пучком, которая заходила ночью, и громким криком разбудила всех сладко спящих. — Пять минут! Кто не успеет — останется без завтрака, — сказала она и вышла, хлопнув дверью.

Дети неохотно начали просыпаться и лениво вставать с постелей. Ева уже давно сидела на своей кровати, так ни разу и не уснув, в ожидании, когда же её друг соизволит поднять свою тушку и помочь ей.

— Ди-им, — позвала она приятеля, по всей видимости, всё ещё крепко спавшего. — Ди-и-има.

Проходящий мимо них парень решил помочь разбудить «спящую красавицу», навалившись на него сверху с криком: «Димо-о-он!» Дима же, не ожидавший такого налёта на спящего себя, резко повернувшись случайно ударил его локтём по носу. Парень скатился с чужой кровати на пол и схватился за нос, бубня что-то ругательное, пока разбуженный Дмитрий пытался понять что происходит и чего от него хотят. Наконец, обратив внимание на брюнетку и окно за её спиной, он понял, в чём дело.

— Прости, Макс, — сонным и одновременно виноватым голосом произнёс он, потирая переносицу.

— Да ничего, жить буду. Только постарайся не драться во сне, лады? — Макс направился за остальными в столовую, придерживая всё ещё болящий нос.

— Я слишком крепко спал? — спросил он всё ещё сонным голосом.

— Настолько, что на тебя пришлось прыгать, чтобы разбудить, — как-то лениво, слегка усмехнувшись сказала она. — А сейчас, будь так добр, помоги мне.

— А, да, конечно, — парень поспешно поднялся, взял подругу на руки и усадил в кресло, после чего осталось только застелить кровати.

— Спасибо.

— Без проблем. А теперь нам стоит поспешить, — с этими словами они направились к умывальникам, чтобы кое-кто смог окончательно проснуться.

После прохладной воды в лицо сонливость прошла, поэтому на завтрак можно было идти не вразвалочку.

Обычно в таких учреждениях каждому полагается трёхразовое питание за счёт государства, но здесь действует другое правило: «Кто не успел — тот опоздал». Об этом богом забытом месте на окраине такого же города вспоминают лишь коммунальные службы или те, кому неохота возиться со своим чадом. Собственно, ничего удивительного в худощавости половины всех ребят, находящихся здесь, нет. А вот по поводу лишнего веса у некоторых личностей из педагогического состава этого заведения возникают кое-какие вопросы… Кхм. Собственно, само помещение столовой представляло из себя просторную комнату, в которой в два ряда стоят по четыре стола на восемь человек каждый и старые лавочки. Входная дверь, находившаяся слева от двери на кухню, белые потолки и обшарпанные серо-голубые стены. Когда наши герои наконец дошли до столовой, Дима увидел две стоящие порции, что большая редкость к этому времени, и, оставив Еву посреди коридора, ринулся за ними. Девушка же откатилась в свой привычный угол и стала терпеливо ждать этого «добытчика». Брюнет еле успел схватить тарелки, когда к ним уже подходили другие ребята. Он уже взял порции в руки, когда сзади к нему подошли двое парней, один из которых грубо развернул его к себе лицом.

— Ты что, проблем ищешь? — зло спросил один из них.

— Это наши порции! А ну отдай! — сказал второй и попытался забрать еду из рук Димы, но тот успел увернуться.

— С чего бы это? Вы здесь уже давно и наверняка уже поели, — он указал на две тарелки в руках того, что стоял немного позади своего «друга», — а эти порции наши, Раймонд.

— Чьи это «наши»? Ты тут один стоишь, — Раймонд прошёлся взглядом по столовой и, остановившись на девушке в углу, продолжил: — а, так ты с этой инвалидкой дружбу водишь? Неужто ты настолько отчаялся? — его насмешливый тон начинал выводить парня из себя.

— Отвали, а? Просто дай мне пройти.

— Конечно, только заберу то, зачем пришёл и всё, — Раймонд протянул к нему руку. — Давай, будь хорошим мальчиком.

Дима потратил буквально пару секунд на раздумья и, резко дёрнувшись с места, попытался сбежать через единственный проём между парнями и столом. Но он не учёл, что эти задиры не так уж глупы. Один из них успел толкнуть «добытчика» и тот вместе с тарелками полетел на пол. Звон разбившейся посуды привлёк взгляды нескольких воспитателей, которые тут же подбежали с криками и, конечно же, за инициатора этого беспорядка приняли Дмитрия, заставив вымыть пол во всей столовой, на что ушло больше времени, чем он рассчитывал, поскольку одна из кухарок всё время следила за процессом его работы.

Помятый, раздражённый и уставший, он вернулся к Еве, всё так же сидящей в уголке столовой. Брюнет был зол на парней и раздосадован тем, что уже не первый раз подводит и себя, и подругу.

— Прости, мой косяк, — веснушчатый почесал затылок и виновато отвёл зелёные глаза в сторону, — на обед придём заранее.

— Это не твоя вина, поэтому незачем извиняться, — девушка не была расстроена, скорее безразлична к потере завтрака, ведь это было почти привычно для обоих.

Суббота — день свободного времени и свободы от занятий, поэтому, когда все направились в игровую или на площадку, вечно проигрывающий подруге в любые игры парень предложил вновь сыграть в карты.

— Снова? Ничему тебя жизнь не учит, — сказала шатенка с грустинкой в голосе, но отказываться не стала.

— Посмотрим, что ты скажешь, когда я наконец у тебя выиграю! — уверенность в своей победе придавала ему сил, это можно было понять по его голосу.

— Ну да, конечно, — девушка улыбнулась, удивляясь такой детской самоуверенности.

— Надежда умирает последней!

— Тут уж кто кого опередит.

— Что?

— Что? — повисла неловкая пауза.

— Ла-а-адно?.. Сделаем вид, что я этого не слышал, — видел бы он своё лицо, полное непонимания и подозрения.

Партию было принято решение сыграть в беседке за кладовой, которая находилась по правую сторону от главного входа. По выходным дням там пусто и никто не ходит, разве что ночью кто-то из работников ходит покурить.

Но какого же было их удивление, когда они увидели там Энни — новенькую, она тут буквально неделю. Сидела на лавочке поджав колени к груди и обхватив ноги руками. На вид худая, но на анорексичку не тянет. Помнится, привезли её всю в слезах и ссадинах, тёмно-каштановые волосы были растрёпаны и местами запутаны в колтуны, макияж поплыл от слёз. Сказали, что на пару дней, до выяснения обстоятельств. Сама же Энни ни с кем не разговаривала ни тогда, ни сейчас. То есть вообще ни с кем. По началу это напрягало воспитателей и персонал в целом, но уже пару дней спустя им стало всё равно. Оно и к лучшему. Чем больше местным на тебя плевать, тем меньше у тебя будет проблем. Никто не жаждет оказаться в подвале…

— Эй, ты ведь Энни, верно? — Дима протянул ей руку. — Я Дима, а это моя подруга, Ева. Думаю тебе стоит знать здесь хотя бы наши имена.

В ответ послышалось одобрительное мычание.

— Надеюсь, ты не против нашего присутствия? — в ответ на заданный Евой вопрос было всё то же мычание. Ребята решили больше не доставать вопросами и без того зашуганую девочку и перейти к своим делам.

— Что же, тогда можно приступать! — волнительно воскликнула шатенка и достала из-за спины маленький набор для покера.

***

— И-и-и я снова выиграла!

— Что?.. а, стоп! Нет! Не может этого быть! — резко выкрикнул Дима, проиграв всю свою заначку в виде запасного ключа от кладовки, пары шпилек и проигранного когда-то ему Евой лезвием. — Может ещё разок, а?

— Скучно, — со скукой в голосе сказала Ева, попутно собирая карты обратно в коробку к фишкам, — да и не на что тебе больше играть.

— Но я не могу вот так это всё оставить!

— Тогда найди, что будешь ставить, — она была непреклонна и идти против своих принципов не собиралась.

Парень в свою очередь понимал, что без хоть какой-то ставки игры не будет, но так же он прекрасно знал, насколько его подруга азартна и придирчива в плане игроков. Однажды ему удалось-таки у неё выиграть, и лишь по этой причине Ева всё ещё может согласиться с ним сыграть, чтобы оттачивать свои навыки и не допустить подобного впредь. Не более того.

— Бли-ин. И чем теперь заняться? — тоскливо произнёс парень и сел на лавочку.

— Понятия не имею, хотя, — Ева запнулась на секунду, бросив взгляд на своё правое запястье и оживлённо улыбнувшись, — лично у меня есть чудное занятие. Найти бы лист бумаги и тогда…

— О нет, дамочка, у нас ведь был уговор, — прервал её мысль Дмитрий.

— Да ладно тебе, — она направила коляску в сторону, собираясь покинуть беседку. — Ничего со мной не случиться, если я немного развлекусь.

— Тебе напомнить, как с тобой «ничего не случилось» в тот раз? — брюнет направился за подругой.

— Ты мне теперь до конца жизни будешь это припоминать?

— Конечно да!

— Прекрасно… — уже раздражённо буркнула она себе под нос.

Ева уже было направилась ко входу в здание, как коляска резко остановилась. От такой неожиданности девушка не успела придержать коробку и та с грохотом упала, показывая своё содержимое. Виновник происшествия быстро принялся собирать набор, но в этот момент из-за угла показалась женская фигура с до-боли знакомым неряшливым пучком, которая с криком «Что вы тут делаете? Опять за своё, гадёныши!» практически бежала в их сторону на своих средней величины каблуках. Парень тотчас бросил попытки собрать набор и лишь успел сказать подруге одну фразу:

— Держись крепче, — спокойно проговорил он на ухо Еве.

Не дожидаясь какого-либо ответа, он, ухватив плотно ручки коляски, рванул с места в противоположную сторону от злобной тётки. Та ещё что-то кричала, но догнать не смогла. Оббежав так здание до запасного выхода, служившего также иногда и входом, они направились в игровую комнату. Она находилась на втором этаже. Подняться туда вдвоём довольно проблематично, но именно по этой причине их с меньшей вероятностью будут там искать. По крайней мере, не в ближайшие полчаса.

Они в два захода поднялись по лестнице и свернули в первую дверь справа от неё.

В игровой, как и положено, бегали по всей комнате, снося всё на своём пути играли дети. Самых младших ребята постарше звали к себе в компанию, но те довольствовались своей игрой «стащи у воспитателя листик». Сама же воспитатель, по всей видимости самая спокойная и стpессоустойчивая из всех, разбирала какие-то бумаги у себя за столом, изредка говоря детям играть в более спокойные игры и не бегать по комнате. Короче говоря, здесь царил полнейший хаос.

Просидев в этой обстановке некоторое время, Ева предложила найти ту «злюку» и, выслушав тонну нотаций вперемешку с гневными воплями, принять наказание, которое они в любом случае получат. Как бы ни хотелось попадаться этой «карге», иного выхода из сложившейся ситуации просто нет.

Покинув игровую комнату, с первого этажа стало слышно отчётливое ругательство. Как выяснилось, несколько работников обыскивали комнату на наличие запрещённых здесь вещей, а ругалась та самая злая воспитательница от того, что те ничего не нашли. Заметив злостных нарушителей порядка и её покоя, она, как и предполагалось, кинулась на них с криками и обвинениями чуть ли не во всех бедах мира.

— Полагаю, вы знаете, какие меры будут предприняты за подобную выходку, — уже более спокойным, но не менее раздражённым голосом процедила она, выделив последнее слово.

— Да, мисс Дорован, — в один голос подтвердили они.

Дожидаться ужина ребят отправили в комнату, закрыв за ними дверь на ключ. С учётом того, что на всех окнах первого этажа были решётки, «тюремщики» посчитали побег невозможным. Хотя в действительности никто из «заключённых» и не думал о побеге, зная его бесполезность. Одни хлопоты.

Заняться было нечем, от чего юноша тихо-мирно лежал на своей кровати, пристально вглядываясь в белый, слегка потрескавшийся потолок, пытаясь собраться с мыслями. Порой на нём можно было разглядеть интересные узоры или даже лица людей. Он всегда записывал в дневник то, что видит там. И каждый раз он замечает всё новые образы. Как и мысли. Это что-то на подобии хобби, которое появилось после нескольких таких случаев.

Девушка же решила попытать удачу и словить редко появляющееся вдохновение. Взяв коричневый блокнот вместе с карандашом, она подкатилась к окну для лучшего освещения и принялась что-то рисовать. Через некоторое время на странице отчётливо можно было увидеть букет роз. Любимых цветов Евангелины. Быть может из форточки доносился лёгкий аромат небольшого куста этих цветов, чудом выросших около этого окна.

На мгновение она вспомнила очертания образа, которые ей удалось увидеть ночью, но решила просто выкинуть его из головы. Мало ли, что может привидится ночью от страха.

От утра до вечера ждать немало, и если отсутствие завтрака не сказалось на ребятах, то отсутствие ещё и обеденных порций отзывалось жалобным урчанием желудка. Наконец, за окном, сквозь кроны деревьев стал виднеться закат, а за дверью послышались голоса и топот, из чего можно было догадаться о начале ужина.

Глава 2. Даровано начало

И стоило так злиться из-за какой-то игры? Боже, она невыносима…

— И чтобы без глупостей! Ещё одна подобная выходка и будете спать на улице, — с неким отвращением кинула Дорован в след провинившимся.

Пожалуй, единственной радостью сейчас было лишь то, что ребятам удалось поужинать.

Дверь захлопнулась в сопровождении режущего слух скрипа, оставив их с единственным источником света — лампой. Света от неё было мало, но чтобы осмотреться и не напороться на один из торчащих гвоздей в старых деревянных балках, которые, казалось, могут обвалиться вместе с потомком в любой момент, хватало. От такой картины обоим стало не по себе, хотелось как можно скорее покинуть это место. Даже сквозь сланцы под ногами отчётливо ощущались камешки, мелкие осколки стекла и неимоверное количество грязи. В совокупности это, хоть и отдалённо, напоминало фильм ужасов. Самый банальный из них, о демоне из подвального зеркала, но в отличие от него здесь не было ни единого зеркала.

В подвале было холодно. Настолько, что простояв без движения полминуты Дима поёжился, а Ева и вовсе дрожала, как осиновый лист на ветру.

Слева от двери стояло несколько свёрнутых матрасов, за которыми на полках располагались стопки с покрывалами и подушки. Благо брать их не запрещалось.

Матрасы, как и подушки с покрывалами, были сухими, что немного смутило, ведь в самом подвальном помещении отчётливо ощущалась влажность воздуха. Развернув пару из них ребята удивились: на них не было и пятнышка, хотя обычно здесь находились самые испорченные вещи. Остальное здесь так же было как новое, присутствовал даже запах порошка. Подростки переглянулись в недоумении, мысленно радуясь такому «подарку».

— Ну, это же здорово! — девушка приняла факт большого везения, оставив противоречия без дальнейшего рассмотрения.

Дмитрий кивнул, согласившись, что этим нужно пользоваться и радоваться, а уже «как» и «почему» — не должно их волновать. Расстелил матрасы, положил сверху побольше покрывал, затем помог подруге перебраться из кресла на её сегодняшнее место ночлега. Кроватью это назвать было сложно: бо́льшую площадь конструкции уже облюбовала ржавчина, в следствие чего от любого движения на ней раздавался ужасный металлический скрип. Укрыв уже замёрзшую Еву парой пледов, он перебрался на своё лежбище, без какого-либо желания уснуть. Одна единственная мысль, въевшаяся в голову, никак не хотела оставить его.

***

Сырость и холод никак не давали расслабиться. Хоть они попали сюда не первый раз, ощущения всегда оставались по прежнему отвратными. С одной стороны — подвал, как подвал, с другой — отвратное, пропитанное сыростью и болью от детских криков место, пригодное для, разве что, крыс.

Неожиданно, сосредоточенного на своих мыслях брюнета вывело из раздумий шуршание и неразборчивое мычание справа от него. Было похоже, что девушке снится кошмар, от которого она пытается убежать обратно в реальный мир. Парень несколько секунд наблюдал за поведением соседки, после чего решил всё же поинтересоваться:

— Всё нормально? — шёпотом спросил он, надеясь не разбудить подругу, если та всё же спит.

— Холодно… — тихо проговорила та в ответ, сильнее сжимая покрывала, поворачиваясь на другую сторону, спиной к Дмитрию. — Не могу уснуть.

Ещё пара пледов с полок вскоре укрывали девушку, однако холод отбил любые мысли о нормальном сне, от чего «добытчик» без задней мысли устроился у подруги под боком, подперев одной рукой голову, а второй приобняв её, под предлогом, что так будет теплее, и предложил поговорить для коротания времени. Та возмутилась такому поведению со стороны друга, но, тяжело вздохнув, возражать не стала. Речь зашла о нелепости ситуации, произошедшей днём, потом о выражении лица мисс Дорован, пока та пыталась их догнать на своих старых поношенных туфлях.

— Её там так перекосило, это надо было видеть! — помещение заполняли лёгкие смешки парня.

— Я бы и увидела, да только кое-кто тут же с места рванул, как ошпаренный, — слегка укоризненно сказала подруга, закатив глаза. — И из-за тебя мы подарили этим гадюкам набор! Весь!

— Да брось, я тут ни причём, — пытался оправдаться он в наигранно-обиженном тоне.

— Кстати, — добавил Дмитрий, — расскажи, как ты здесь оказалась? Я давно пытался спросить, но ты всегда перево…

— А чем ты был так увлечён, что даже не заметил собственную победу? — внезапный вопрос перебил и вогнал Диму в ступор. Неожиданно все мысли куда-то исчезли.

По спине прошёлся холодок, и тело Димы замерло на пару секунд. Что это ещё значит? Пропустил? Победу? Пребывая в полном недоумении, он посмотрел на Еву с немым вопросом в глазах. Брюнетка в свою очередь повернулась в его сторону, ожидая услышать ответ на свой ранее заданный вопрос.

— О чём ты? — неразборчивые мысли всё никак не хотели собираться в единое целое.

— Тогда, в беседке, ты ведь выиграл и даже не заметил этого, я просто словила момент. Ну, так что, о чём ты думал?

В этот момент подростка пробрала мелкая дрожь, а на щеках проступил лёгкий румянец, когда их взгляды встретились. Он вспомнил. Хотя и не забывал, никак не может принять. Тогда он так же смотрел ей в глаза, в эти серо-голубые глаза, ставшие такими родными, словно пытаясь увидеть что-то. Как и во все предыдущие нелепые случаи. Ева всё также смотрела на него любопытным взглядом, в свете лампы её глаза отливали бледным бирюзовым цветом.

— Ну, это… — хотел он было что-то сказать, но никак не мог подобрать слов и лишь убрал руку, которой до этого пытался согреть её в объятиях, покраснев ещё больше не в силах отвернуться или убрать взгляд куда-нибудь ещё. Всё очень запутано.

Казалось, что все мысли исчезли, оставив все свои заботы на ощущения. Создавалось чувство, словно вокруг были не старые потрескавшиеся стены подвала, а толстые стальные, не пропускающие во внутрь ни единого звука стены, среди которых был слышен каждый вздох, а биение сердца казалось оглушительно громким. Время словно остановилось, давая подумать о волнующем в данный момент, чтобы не допустить ошибки в своих суждениях.

Наблюдая эту картину, Ева начала догадываться, что происходит у него в голове, но ей хотелось услышать это от него, услышать эти слова собственными ушами.

А вдруг она ошиблась?

Дима не из тех, кто будет молчать о мелочах, он предпочитает сразу говорить о том, что его волнует, однако сейчас он не может сказать и слова, хотя видно, что молчание ему даётся с трудом. Желая узнать правду, она положила одну руку парню на плечо, второй оперлась о кровать и подтянулась ближе, оставляя всего несколько сантиметров между ними.

— Может это было что-то особенное? Или… кто-то? — с этой издевочной фразой парня словно осенило.

Складывается такое впечатление, что её это забавляет, как развлечение. Последнее предположение обрело стойкое основание, когда Ева не смогла сдержаться и невольно рассмеялась.

— Ой, прости, — девушка снова не сдержала смешок и продолжила: — просто ты так забавно смущаешься, что я не могла этим не воспользоваться. От продолжительного смеха в уголках глаз проступили слезинки, которые она поспешно попыталась убрать. Было вполне хорошей идеей перевести нарастающее напряжение в шутку. Пока Дима пребывал в полном недоумении, пытаясь разобраться во всём вышесказанном, его уже с некой нежностью, будто извиняясь, трепали по слегка кудрявым тёмно-каштановым волосам.

И в момент всё обрело некую домашнюю атмосферу, как будто они брат и сестра, которые всю жизнь росли вместе и знают друг друга, сколько себя помнят. В какой-то степени так и было. Оба попали сюда в малые годы, оба были отстранёнными, и на обоих временами вешался один и тот же ярлык. Дмитрий, как он сам рассказывал, помнит лишь какие-то отрывки из того времени, когда впервые перешагнул порог этого здания. Одним из них был весьма нерадостный момент: отдавая его в этот приют, родители были вне себя от радости и лишь подписав бумаги быстро покинули его, оставив сына гнить в этом чёртовом месте. Причины для такого поступка он не помнил, либо не хотел вспоминать. Его вполне можно понять, если знать ту истину.

Ева же попала сюда на несколько месяцев позже, поэтому Диме пришлось проходить весь кошмар новичка в одиночку. Девушке в этом плане повезло немного больше. Через пару дней парень первым подошёл к ней и заговорил. Когда он поинтересовался о её случае, та в ответ лишь опустила глаза в пол и шмыгая носом и практически шёпотом сказала, что не понимает, почему так вышло. Причина появления девушки здесь оказалась достаточно весомой для родителей, если это можно так назвать: они отказались от дочери из-за врождённой патологии ступней, вследствие чего она не могла ходить. Это единственное, что она рассказала о себе, и то спустя несколько лет.

Вообще, когда у тебя есть кто-то, на кого можно положиться, кому можно довериться, всё оказывается не так плохо, как казалось. Начинаешь видеть хорошее в тех вещах, которые тебя окружают, появляется некое чувство удовлетворённости, душевного покоя, надежда на то, что завтра будет лучше, чем вчера. И даже пресная еда кажется чуть вкуснее. Хотя порой реальность бывает жестокой, возвращая с облаков мечтаний и надежд обратно, в суровую действительность.

***

Было трудно определить утро сейчас или всё ещё ночь. Подростки провели всю ночь разговаривая друг с другом. А им было о чём поговорить. Хоть темы были достаточно щекотливые для обоих, никто так и не задал главный вопрос.

Наконец, спустя неопределённое количество времени, с тем же противным скрипом ржавых петель, открылась злосчастная дверь. В проходе стояла неизменная фигура мисс Дорован. Обошлось без привычных нотаций и крика, просто обычное «можете выходить».

Не хотелось есть, не хотелось никуда идти, было лишь огромное желание наконец понять, что происходит у них в головах. Что-то важное.

Опустив эти мысли на задний план, ребята всё же сосредоточились на завтраке, который по счастливым обстоятельствам достался им даже без боя, хотя в столовой от общей толпы осталось всего несколько ребят. И казалось вот он — прекрасный момент для хоть какого-то наслаждения от пищи, но… Было бы проще, если бы некоторые индивидуумы прекратили самоутверждаться за чужой счёт.

— Приятного аппетита, пташки! — громкий крик заставил обоих обернуться, и они тут же были грубо впечатаны в свои тарелки.

В этот момент что-то щёлкнуло и Дмитрий не смог сдержаться и в ту же секунду подорвался с места в сторону Раймонда. Тот обернулся, не ожидая такой бурной реакции, опешил и получил удар в лицо с такой силой, что заставила его упасть. Брюнет навалился сверху, не давая и шанса подняться и вновь ударил. А потом ещё, ещё и ещё. Раймонд пытался закрыться руками, но это было бесполезно. Вся накипевшая злоба в миг вылилась наружу, поглощая и уничтожая. Дима остановился лишь когда крови стало настолько много, что с его руки начали капать бурые капли.

Есть в этом нечто завораживающее, прекрасное.

Несколько человек, стоящих чуть поодаль от места драки, поспешили убраться, опасаясь попасть под горячую руку. Парень со страхом смотрел на свою руку, на разбитое лицо обидчика, испачканное в крови и слезах. Осознав происходящее, он резко подорвался и второпях начал искать по кухне тряпки. Избитый и униженный, Раймонд повернулся набок в попытке встать, в ногах била дрожь, но у него получилось. И медленно, опираясь о каждую поверхность, переполненный злобой и обидой он поплёлся к выходу, оставляя за собой дорожку из тёмных капель.

В панике брюнет оттирал лужицу крови со старого кафеля, постоянно оглядываясь на дверь. Он не понимал, оттирается она или нет, но на всякий случай добавил ещё больше чистящего средства. Честно сказать, это было больше похоже на сцену после убийства, нежели обычной драки. Пока оставив химикаты разъедать остатки пятна, парень поспешно приступил к каплям.

Всё это время Ева лежала половиной лица в тарелке с холодным картофельным пюре, в полном недоумении наблюдая за представленной картиной. Было сложно поверить своим глазам, поверить, что этот всегда сдержанный парень, который терпит все её выходки вот так просто сорвался на какого-то недоноска с низкой самооценкой.

Тяжело вздохнув, девушка вытерла салфеткой лицо, отнесла тарелки на мойку и вернулась к столу, за которым уже сидел взволнованный Дмитрий. Он уже закончил уборку «места преступления». На удивление всё отмылось достаточно легко, а дорожка капель не дошла и до конца обеденного зала. Видимо, дойти до умывальников ему уже помогли.

Отсутствие кого-либо из взрослых и удивляло и было привычным одновременно: драки, побои, травля и многое другое были вполне привычным делом, и на это мало кто обращал внимание. Скорее всего, воспитателя просто заняты своими делами.

— У тебя вся щека в еде, — девушка беглым взглядом осмотрела друга и продолжила: — и на руке ещё кровь осталась.

Тот вопросительно посмотрел на неё, переваривая полученную информацию, после взял пару салфеток и не спеша начал приводить себя в более менее нормальный вид. Видеть его таким девушке довелось не впервые, и этот факт расстраивал её не меньше.

— Пойду поговорю с миссис Фаус. Что-то я неважно себя чувствую, — хоть это было и не самой лучшей идеей, другие были затруднительны в исполнении. — Тебе бы тоже не помешало. Вдруг поможет.

Она прекрасно знала, что разговоры с Маргаритой Фаус ей никак не помогают, а иногда даже наоборот ещё больше заставляют копаться в себе, однако прописанные доктором препараты положительно сказывались на её самочувствии. По крайней мере так казалось. — Перестань. Я практически полностью уверен, что смысла от её сеансов меньше чем от лампочек на улице, — ответил Дима, спустя пару секунд молчания.

— Ну и что ты предлагаешь? Мне поплакаться тебе на плечо? — её ухмылка была непривычно печальной.

— А почему нет? Я достаточно долго и хорошо тебя знаю, чтобы понять. Или хотя бы попробовать… — с каждым словом он всё меньше верил в то, что говорил, запинаясь от неуверенности. Виновато свесив голову и уставившись куда-то в пол, парня всё больше прельщала идея просто оставить всё как есть и дать ей разобраться со всем самой, нежели ощущать какой-либо негатив от самого дорогого человека.

— Да, ты прав.

— Что?.. — брюнет медленно остановился, поняв, что сейчас услышал.

— Хотя мне очень хочется верить, что это не так.