Истории строителя-заказчика

1. Так все начиналось.

Лето 2003 года закончилось. Я с другом Пашей сижу в гостинице возле аэропорта города Лос-Анжелеса. Через день вылет домой. А дома ждет меня работа, на которую меня пригласили во время учебы в университете. А может и не ждет. Причем я даже не представляю, что это за работа. Вроде как управление крупного оборонного предприятия. Не зря я проходил проверку в ФСБ, чтобы получить согласие от них на трудоустройство. Проблема в том, что мои анкетные данные после визита в США поменялись и проходить эту проверку нужно заново.

Уже поздно, а в России день. Звоню начальнику отдела кадров, господину Левцову. Объясняю ситуацию и получаю подтверждение, что приглашение в силе и меня там ждут. Даже после повторной проверки. Взяли меня в отдел номер Х в управление. Ну что ж. Отдел не 13-й, управлять я люблю. Значит возвращаюсь на Родину.

Ночь. Улица. Фонарь. Дорога к аэропорту.

Заходит Паша, зовет прогуляться. Идем по темным улицам. У бетонного забора прямо у забора аэродрома на пути захода на посадку стоит забегаловка с прозрачной крышей, где самолеты проходят в буквально в паре десятков метров над землей. Идут один за одним с разностью около минуты. Пьем кофе, прощаемся. Скорее всего больше друг друга не увидим.

В гостинице поднимаемся на последний этаж на лифте. Так быстро лифты в России не ездят. При торможении непроизвольно встаешь на цыпочки с непривычки, а кофе пытается вылиться наружу изо рта. Почему-то двери технического помещения открыты и болтаются. Не сговариваясь идем туда, попадаем на тускло освещенную лестницу вверх. Внезапно оказываемся на крыше. Вид потрясный на аэропорт и на ночной город. Что-что, а на освещении американцы не экономят. Непривычно смотреть на летящие самолеты сверху вниз. Самолеты следуют на посадку одним за другим.

Вид с крыши на терминал.

Хлопает дверь и на крышу поднимается человек из обслуживающего персонала. Как в старых добрых американских боевиках прячемся за выпусками вентшахт. Человек в униформе поосматривавшись уходит. Выждав минут 10 уходим за ним и мы. Завтра летим домой. Паша в Москву, а я на восток.

Забавно получается. В институт подавать документы я собирался на приборостроительный. Хотелось что-то мастерить и считать. Но по приходу на сдачу документов, понял, что баллов мне туда не хватит. По остальным факультетам информации было чуть меньше, чем никакой. Только похвальбушки методички из самой дешевой желтой бумаги. Будучи в сильном замешательстве встретил среди подающих документы своего одноклассника. Он сдал на энерго. Что это и зачем я и не спрашивал. Сходил и сдал туда тоже. Вот прям только узнал о факультете и через 10 минут уже сделал выбор.

С выбором работы тоже так же получилось - отдел Х. Что за отдел - хочется знать... Как-будто толкал кто-то. Странные и случайные события, определившие мою судьбу.

2. Первые дни

Господин Левцов был очень рад меня видеть. Думаю он был рад видеть абсолютно всех, по крайней мере изображать искреннюю радость у него получалось лучше подавляющего большинства российских актеров. Получил новую пачку анкетных листов и по новой заполнил. Ждать 2-3 месяца обрадовал меня Левцов и попрощался. Ну чтош...

Пообщался с бывшим одногруппником, который уже работал в отделе Х. На вопрос, что же там делать надо, он затруднился ответить. Интрига...

— Что ты за месяц-то хоть сделал!? — пытал я его.

— Изучал проекты и подтвердил возможность замены одного кабеля на другой.

За целый месяц... Чувствую, работа будет напряженной и сложной. Отдел Х назывался Отделом Капитального Строительства. От названия пахло кирпичами и кладочным раствором. Что делать инженеру-электрику в отделе капстроительства мне было абсолютно непонятно. Захотелось вернуться в США и попытать счастья там, но Атлантический Океан перейдён, а вернее пролетел я над ним и обратного хода не было.

Три месяца пролетело довольно быстро. В ноябре пришло подтверждение о пройденной проверке ФСБ и я устремился. Сдал загранпаспорт в первый отдел и пошел знакомиться с коллегами.

Отдел размещался на этаже с генеральным директором, главным бухгалтером и заместителем по финансам. Даже на этаж зайти без пропуска было невозможно. Отдел был человек на 35.

Зам.директора по строительству — величественная женщина (далее КР), у которой в кабинете даже голос ни у кого не повышался. Прошла сама весь путь от сметчицы до зам. директора компании с 11к сотрудников. Разруливала все конфликты и всегда была за наш отдел горой.

Секретарь, которая командовала всеми и все про всех знала. Коротко — ЛВ. Без ее ведома нельзя было выйти из отдела. Кабинет ее был всегда открыт и просматривался единственный выход из нашего крыла наружу. Это было, кстати, очень удобно. Всегда было можно узнать, где какой коллега, когда вернется, когда ушел, на какой машине уехал. Не надо было заполнять никакой журнал отсутствия на рабочем месте. Достаточно было заглянуть в кабинет и сказать куда пошел и когда вернешься.

Начальник отдела. Маленький и шустрый мр. Удь. Передвигался всегда полубегом. Будучи на голову ниже меня мне приходилось напрягаться, чтобы не отставать. Самое главное было не упускать его из виду, когда идешь с ним куда-нибудь. Подъехала машина — он заглядывает к нам в кабинет, типа, что сидите, едем на объект! Выходишь, он уже в конце коридора. Идешь за ним и понимаешь, что на лестнице вниз его уже нет. Может уже в машине сидит, но нет. В машине тоже нет. Зашел по пути поговорить на пол часика к снабженцам или еще куда. И самое главное никакого понимания, что пол отдела его пол часа в машине ждали сидели и что это плохо. Компьютер не признавал абсолютно. Все письма, которые надо было написать и отправить писал карандашом на каких-то обрывках обычно мятой бумаги и отдавал исполнителю. Разобрать его загогулины получалось далеко не всегда. Да даже если разобрал и написал, один фиг исправлял формулировки. Что также весьма раздражало. Личность легендарная, на самом деле. Всю жизнь проработал на строительстве, пол предприятия построил лично в разных ипостасях.

Канцелярия. То маленькое царство бюрократии, где хранилась переписка за последние хз сколько лет. Все подшито, пробито, пронумеровано, занесено в журнал и расставлено по полочкам. На время отпуска г-жа К. заменяла секретаря и наоборот. Не дай бог взять письмо из подшивки и во время не вернуть или не дай бог оставить у себя или у нее на столе, а не вставить обратно. Будешь морально унижен и в твою сторону пол часа или даже час будут смотреть с укоризной.

Архив. Две околопенсионного возраста женщины, которые следили за документацией, регистрировали, выдавали для ознакомления документацию. Работница постарше до архива работала проектировщицей и разбиралась не только в архивном деле, но и в чертежах. Легко шла на контакт и помогала по мере возможности. Только она могла разобрать каракули мр.Удя и найти у меня на столе чертеж, зарытый в глубине других чертежей. Причем до этого я уже пол часа потратил на поиски. Вторая 90% времени проводила в разговорах по телефону о своих знакомых родственниках. Кто когда с кем подрался, кто когда с кем нажрался, реально чудился запах нечистот, когда приходилось находиться в архиве рядом. Обсуждения велись всегда громко и с подробностями, которые выслушивать никому не хотелось. Естественно, если требовалась ее помощь в поиске документов или еще что, то только с боем, только через вопли, какая она занятая и как ее всякие лентяи утомили своей неполноценностью. Тогда еще об эффекте Даннинга-Крюгера широко известно не было, но что-то такое висело возле стола в воздухе архива.

Сметный отдел. Две сметчицы, одна моя ровесница, полная и ленивая С1 и постарше лет на 10 С2. Тоже трудолюбием не отличалась, но с ней всегда можно было найти общий язык. Т.е. если надо было проверить какую-либо бумажку КС-ку или ЛСР, то в течение дня можно было добиться приема. А С1 гасилась до последнего, даже когда надо было всего лишь какую-нибудь расценку в сметной программе глянуть (делов на пару минут). Все делалось неторопливо, не дай бог кто-то из них заболел или ушел в отпуск. Хоть оплата за совмещение платилась всегда, но разбираться в чужих сметах или каэсках С1 за С2 и наоборот не собирались.

Геодезисты. Старый и опытный командир экипажа Дримкинс дед Г1. с очень украинской фамилией. Работал с момента рождения предприятия. Как он рассказывал, первые колышки забивал он, будучи молодым солдатом советской армии. Посреди болот и полей. Знал расположение всех зданий и коммуникаций по памяти. Любил выпить и травить байки. Типа таких:

В одном месте вышло распоряжение разбить участки под посадку многоэтажек. Дали генплан и отправили его колышки забивать. Приходит он на место, а на месте посреди ровного поле стоят березы числом в несколько десятков. Почесал он свой теодолит и сместил посадку зданий на сотню метров в сторону, чтоб поляну березовую сохранить. Второй геодезессой была женщина лет на 15 старше нас, пусть будет Г2. Сидела в секретных планшетах, чем занималась мне особо понятно не было — на площадки не ездила, но выглядела всегда очень занятой. Абсолютно ничем не запомнилась, ни одной истории с ней связанной не помню.

Третий геодезист (Г3) был местный парень года на два меня старше. Ездил на места проведения работ, выполнял замеры, практически единственный, кто умел в AutoCAD. Вскорости после моего прихода отдел приобрел охрененнейший прибор в виде тахеометра Никон. На то время просто космический корабль, среди всяких нивелиров и теодолитов ценой в новую иномарку В класса.

Четвертым недогеодезистом Г4 в виде помощника был молодой человек со следами кожных заболеваний на лице и замашками гопника. Носил рейку, вешку и курвиметр, постоянно рассказывал, как он 200 км/час на своей шестерке гонял и иногда про то, как он с игрового автомата 500 рублей поднял. В каждом магазине в то время стояли эти автоматы, куда пятирублевые монеты надо было кидать (для тех кто не застал). Выглядел, как человек с другой планеты.

Кураторы проектов (к коим принадлежал и я) состояли из двух электриков, двух сантехников и двух общестроевцев. Один из общестроевцев был начальник группы кураторов — О1. Был из местных, взятых на работу по блату. Второго, который пришел раньше и образование имел получше — областной ВУЗ и факультет ПГС — О2 с назначением прокатили. Единственным старым куратором, оставшимся со старых времен была ОВ1. Возрастом за 40 женщина, общающаяся хриплым голосом с неизменной сигаретой во рту. Интеллектом не обижена, опыт работы на стройке огромный, гонять подрядчиков талант врожденный. Характер склочно-вспыльчевый, но отходила быстро. В напарники к ней попал парнишка с Казахстана родом. Не знаю, каким образом иностранцев умудрялись брать на работу на такие предприятия, но тем не менее. Из электриков был я и мой напарник, бывший одногруппник.

Первое время старожилы не горели особо с молодежью общаться. Было странно ходить по коридорам и не знать, что делать. Первое задание было получено где-то через неделю работы. Пришла документация на подземное хранилище спецвеществ с зубодробительной аббревиатурой.

На жаргоне людей, связанных с тем самым, если в слове содержится приставка «спец», то это значит, что это связано с делящимися материалами. Спецканализация — канализация, по которой текут радиоактивные стоки. Специзделие — изделие, которое либо состоит из ураноплутония, либо содержит в себе нечто подобное. Спецчасть — военная часть, которая либо охраняет специзделия, либо их перевозит, либо их испытывает. Так вот пришедшая Стадия П (та самая, еще до 87 постановления) содержала в описаниях много спецслов. В огромном котловане размещался роботизированный склад спецматериалов. В ячейки складывались ящики, которые, собака, грелись от идущих в них процессов. Грелись до тех пор, пока не достигали температуры возгорания. А дальше грелись еще и процессом горения. Про полезность продуктов горения для природы и для людей говорить, думаю, излишне. Тут-то в голове и прояснилось, куда я попал и чем заниматься придется. И да, первое задание было — проверить Стадию П и Стадию Р по своим разделам... И если Стадия П была написана более-менее понятно словами, то Стадия Р состояла из чертежей и спецификаций. На чертежах можно было понять разве что часть с общими указаниями. Сама графическая часть чертежей была очень сильно непонятной. И да, я чертежи, оформленные по ГОСТ СПДС видел в первый раз в жизни.

Похожие схемы для проверки.

Как еще не говорил Чубайс — «нано, значит нано». Сел проверять. Проблемой оказалось то, что в институте стандартам оформления документации, вообще, не уделялось никакого внимания. Все эти непонятные значки на схемах означали непонятно что. Благо дело, в архиве мне выдали книжку по теме ГОСТ СПДС и ГОСТ ЕСКД и я пошел изучать основы. И если в электрических схемах разобраться можно было (о проверке вчерашним студентом правильности принятых решений и выполненных расчетов даже говорить смешно), то схемы автоматизации процессов поставили меня в тупик.

На 6 человек было 2 компьютера, год, напомню 2003-2004. Постоянно конфликты возникали. То письмо нужно написать, то еще что, а на компьютеры заняты важным делом - в контру играют с соседями. Да, умудрялись пронести, установить и даже по сетке поиграть.