Истории собачки Зины

Воспитательная уборка.

Сегодня мама Даша вдруг сказала: — Срочно наводим порядок!

Сказала строго, как будто кто-то натоптал. И пригрозила приходом тараканов. — Тараканы?.. — насторожилась я. Я их никогда не видела, но слово — звучит… усато. Мне это не нравится.

Пока мама показывала рукой на пыль, а Ева вздыхала, я поняла: без меня не справятся! Я тут же схватила тряпку зубами и давай помогать! Игрушки я аккуратно раскидывала по углам — пусть проветриваются. Пыль летала по ковру, как облака по небу. А ещё достала из-под дивана старый носок, крошки и кусочек печенья. Давно искала! — Молодец же! — подумала я. — Без меня не справились!

— Зина, ты только мешаешь! — вздохнула Ева. — Мешаю?! Да это я порядок создаю по-собачьи! — хотела сказать я. Но получилось только «гав!» Они, конечно, не поняли.

Когда комната уже почти сияла (глядя с моего роста), я решила немного отдохнуть. Прилегла на подушку… но меня тут же подняли: — Она же на полу лежит. Вся в пыли! — сказала мама.

На полу? Ну да, так и я на полу лежу. И ничего, не запылилась! Но ладно, не буду спорить. Села у двери и стала сторожить порядок. Вдруг опять всё разбросают?

А в гостиной всё кувырком. Ищут пульт, который валялся за диваном. Теперь он в моей лежанке. Потому что порядок — это важно! Они приучили меня писать на пелёнку, а я приучу их не терять вещи.

Новогодний нос-картошкой.

Новогодний нос-картошкой

Сегодня мы наряжали ёлку. Было очень интересно — кругом стеклянные шарики, и в каждом можно увидеть… ужас!

— В одном у меня был гигантский нос-картошкой! А в другом — глаз, как виноградина. Я даже подпрыгнула!

Сначала испугалась — вдруг это моя настоящая мордочка? Но потом вспомнила одну историю.

— Мы как-то ходили в цирк, и там было кривое зеркало. Так его называла бабушка. В том зеркале я выглядела, как изогнутая макаронина. И потом долго переживала.

— Где меня так перекосило? Может, когда я в машине сидела и долго смотрела назад? Или, когда бегала вокруг колонн?

Успокоилась только по дороге домой, увидев своё отражение в витрине.

— Фух… снова прямая собака.

Вот и в шариках тоже кривые отражения. Теперь я это точно знаю.

Но больше всего меня поразила мишура! — Это такая длинная, блестящая, шуршащая верёвка с иголками, как у ёлки. Только мягкими! Я сразу решила — украшу ей лежанку!

Схватила её в зубы и радостно поскакала в сторону спальни, по пути чуть-чуть её пожёвывая.

И вдруг — лечу! Поразительно. Раньше такого не было.

— Может, я так высоко подпрыгнула, что застряла на люстре?

Но когда я приоткрыла рот… всё сразу стало понятно. Это бабушка держала меня в руках. А мама тем временем ловко забрала мишуру. Сказали: — Мишура — это не еда и не игрушка!

Вот уж удивили. Что они обо мне думают! Ну пожевала немного — бывает. Но как им объяснишь, если мы разговариваем на разных языках?

К счастью, Ева подарила мне украшение — волшебный колокольчик. — Когда я бегаю с ним в зубах, он замечательно звенит! Мы с Евой довольны. Только взрослые почему-то снова хмурятся.

Новогодний ужин

Новогодний ужин

С утра в доме было неспокойно. Все куда-то бегали, переставляли мебель, доставали тарелки, вспоминали про какие-то салфетки и даже гладили особую скатерть. Я не понимала, зачем всё это, но выглядело серьёзно.

Даша сказала: — Сегодня придут гости, надо всё подготовить. Я сразу поняла: раз гости, значит, будут вкусности. И если я постараюсь, может, даже мне перепадёт кусочек. Или два.

Затем, в комнату заглянула Елена Ивановна

— Вечером встречаем Новый Год! Вы написали письмо Деду Морозу?

Оказалось, что Ева еще не писала. А я, вообще писать не умею — куда там, с моими лапками. В письме Ева попросила у Дедушки мороза всякие «девчачьи радости» для себя, и новую пару тапочек — для меня.

Мои когда-то принадлежали маме, потом Еве, потом мне… В общем, тапочки были популярны.

Конверт с письмом я торжественно положила под ёлку и пошла на кухню.

Там очень вкусно пахло. Ева с бабушкой уже лепили котлетки, Даша резала салаты, папа Стёпа уговаривал чайник закипеть быстрее, а я ходила и всё контролировала. Даже немного помогала — по-собачьи. Проверяла, ничего ли не упало, чтобы сразу подобрать.

Но тут пришёл наш сосед Сергей Сергеевич. С ним — его кот Василий. Большой, пушистый и подозрительный. Сергей Сергеевич мне нравится — он угощает меня печеньем. А мама говорит, что он — кавалер нашей бабушки. Я запомнила, слово красивое. А вот за Васей я присматриваю.

Ева убежала поздравлять подружку, взрослые остались на кухне, а мы с Васей оказались у накрытого стола в гостиной. Я честно смотрела телевизор — там дядя пел в душе прямо в шубе и шапке! Я ничего не поняла, но выглядело весело. Василий тем временем молча утащил кусок мяса. Прямо со стола! Я хотела залаять — мол, преступление! Но Вася шикнул и сказал: — Если что, подумают на нас обоих. Лучше быстро уничтожим улики.

Мы почти с ними справились, когда в комнату зашли взрослые. Картина была… убедительная. Нечего и объяснять.

Но Елена Ивановна вообще удивила. Кто бы мог подумать, что и кота, и собаку можно поставить в угол. Причём в один. Причём надолго.

— Где справедливость? — думала я, стоя в углу. — Я же съела меньше!

А потом начались танцы. Артисты пели песни, все встали из-за стола.

— Вот оно веселье. — сказала я Ваське. — А мы здесь цветочки на обоях нюхаем.

Как вдруг, бабушка взяла меня на руки, Сергей Сергеевич — Васю, и они закружились с нами в танце.

Конечно, праздник был шумный и не всегда понятный. Но главное — мы были вместе. А ещё я поняла: в Новый год важна не вкусная еда, а семья рядом.

Хотя совсем без вкусностей никак нельзя!

Масленичный хоровод

Масленичный хоровод

Сегодня мы собирались на праздник — Масленица! Ева говорила, что там кормят вкусными блинами, поют песни и водят хороводы. Это когда все ходят по кругу и улыбаются.

Утром мы с Дашей отправились на площадь — веселиться и смотреть ярмарку. Сначала всё было спокойно. Румяные тёти в длинных ярких платьях угощали всех блинами, а весёлые дяди в полосатых штанах смешно приседали и хлопали себя по коленям, как будто они у них болят. Я немного волновалась за их здоровье, но никто не жаловался.

Одна из тётенек подошла к нам и угостила блинчиком. Мама взяла меня на руки, оторвала половинку и дала мне. Я вцепилась в неё зубами, прищурилась от удовольствия и уже представляла, как буду её есть…

Как вдруг — бац! Кто-то из толпы толкнул маму. Я вылетела из её рук, блин — из моих зубов, и… шлёп прямо в бороду большому, важному дядечке!

— Нет! Не-е-ет! — кричала я в душе. — Верните мой блин!

Толпа ахнула. Замерла. Даже гармошка замолчала. Дядечка осмотрел всех подозрительным взглядом и грозно спросил: — Это кто тут блинами кидается?

— Я! Вернее, мой блин… Это было случайно! — честно хотела признаться я. Но вместо этого, конечно, вырвалось только: — Гав-гав-гав!

— Ах, вы ещё и собаку на меня спустили?! — еще больше рассердился дядечка. Вид у него был такой, будто сейчас он и сам начнёт швыряться блинами, и нас заставит водить хоровод до самого утра.

— Мама! Я больше не хочу блинов! От них одни беды. — пыталась я мысленно до неё докричаться.

Но тут случилось настоящее чудо. Его самого утащили в хоровод! Прямо из центра площади — в самый центр круга.

Румяные тёти и весёлые дяди начали кружиться всё быстрее и быстрее.

Я уже совсем перестала понимать, где чей платок и где чьи ноги, когда мама ловко подхватила меня на руки и побежала на другой конец ярмарки.

— Бежим, пока нас тоже не «захораводили»! — лаяла я от души.

В общем, праздник удался! Жаль, блинов не поели. — Но, может, и к лучшему... Вдруг ещё бы кому-то в бороду прилетело.

Новый друг

Сегодня был выходной — это такой день, когда все сидят дома. Очень здорово. Ну, если не нужно убираться. Утром папа Стёпа куда-то пропал, а потом вернулся с коробкой и сказал:

— Теперь у нас есть новый друг!

Я сразу всё поняла — собака. У меня чутьё! Конечно, меня не приносили в коробке, но всякое бывает. Я уже представила, как мы заживём! Как научу её грызть тапки, лаять на чужую собаку в зеркале, охранять котлеты от похитителей… В общем, всё покажу.

Но когда из коробки вынули что-то круглое, я поняла: у папы проблемы с выбором друзей. — Черепаха! — радостно закричала Ева. И вот чему тут радоваться?

Я подошла. Понюхала. Потрогала лапой. Твёрдая. Не мытая.

Ну вы даёте. А играть как? Прыгать, бегать, в салочки? Где у неё вообще голова?

Когда её поставили на пол, она сначала показала голову, потом лапы… и по-по-ползла. Медленно. Очень медленно.

Посидела я рядом, посмотрела. Скукотища! Взяла мяч — пошла играть с Евой. Через какое-то время папа вдруг спросил:

— А где черепашка?

Не уследили! Стоило мне отойти, и всё — потерялась.

Вот обидно! У меня всегда спрашивают:

— Когда ты, Зина, повзрослеешь?

Черепаху потеряли они — а маленькой называют меня.

А потом началось:

— Зина, найди черепашку.

Я не растерялась. Недавно мы с Евой искали булочки с кремом, спрятанные за макаронами. Нашли! А черепаху и подавно найду — у меня теперь опыт. Правда булочки пахнут приятнее. Начала с кухни. Ну, мало ли — вдруг у неё тоже нюх на мясо. Не нашла. Зато сама поела.

Затем проверила ванную — вдруг черепаха решила мыться. Нет. Осмотрела ковёр в спальне, игрушки, под диван заглянула… Пусто.

Вернулась в гостиную — и вдруг вижу: клубок бабушкиных ниток ползёт сам по себе!

Вот это поворот!

Подбежала ближе — и, конечно! В клубке запуталась черепашка! Ползла себе по делам и увязла. Тоже мне, разведчица.

Я залаяла. Все сбежались. Черепаху освободили. Назвали Зоей.

Решено — буду приглядывать за ней. А то семья у нас ещё не совсем готова к таким друзьям. Пусть немного повзрослеют.

Поездка на дачу

Сегодня мы все встали рано утром — целая семья собирается ехать на дачу. Ева сразу сказала:

— На даче я уверена, ты подружишься с соседскими собаками! А ещё там растут твои любимые яблоки — будем рвать прямо с дерева! И можно бегать в догонялки и рыбачить на речке.

Я подумала: «Бегать — это точно моё. А что такое рыбачить? Подумаю потом.»

Пока взрослые суетились с сумками, Ева внимательно собирала свои вещи и сказала:

— Положу твои игрушки к себе в сумку.

Вот здорово! Я и сама хотела положить свои игрушки в твою сумку. — но лаять об этом не стала.

Когда собранные вещи начали загружать в машину, проходящие мимо соседи даже подумали, что мы переезжаем.

Папа тяжело вздохнул и сказал:

— Багажник не резиновый, ребята. Нужно оставить необходимое и убрать то, что «на всякий случай».

Мама кивнула:

— Тогда достанем всё, разберём и пересмотрим.

Сначала взрослые всё выгрузили из багажника, определили, что можно оставить, снова собрали. После второй попытки вещи поместились — и мы сели в машину.

Я должна была ехать как большая, на сиденье рядом с Евой и Еленой Ивановной, но в последний момент к нам подсадили соседского мальчика Лёньку и его сестрёнку Катю.

— Мы едем к бабушке с дедушкой на лето, — объяснил он.

— Надеюсь вы без вещей — пробормотал папа.

— «Ещё Сергей Сергеевич с Василием хотел с нами поехать», — с улыбкой сказала мама, — но мест не осталось. Им придётся ехать на своей машине.

Я порадовалась:

— Неизвестно, чего можно ожидать от этого кота.

Бабушка неправильно меня поняла и решила успокоить:

— Терпение, Зина, скоро вы все будете бегать на свежем воздухе.

В дороге я сидела у бабушки на руках и смотрела в окно. Там быстро бежали дома, потом деревья, поля, снова дома... Всё так быстро менялось, что голова закружилась.

— Вот и приехали! — сказала мама, открывая дверь машины.

Свобода! Без поводка и ошейника! Я выскочила и радостно побежала.

Из дома выбежала Люся — собака наших соседей, и за ней вышла Лидия Евгеньевна — бабушка Лёни и Кати.

— Зина, давай играть в догонялки! — крикнула Катя.

Я почувствовала, как быстро растёт настроение. Новые друзья, свежий воздух и игры — что может быть лучше?

Косточковый обстрел

Вечером взрослые накрывали стол во дворе, а мы сидели под яблоней — как варёные сосиски. Было жарко, душно, даже шевелиться лень. Я растеклась по траве, только уши подёргивались от мух.

И тут Лёнька важно так, с гордостью говорит:

— Дедушка завтра берёт меня на рыбалку.

— И меня возьмите! — пискнула Катя.

— Я тоже хочу! — закричала Ева.

Ох, началось… Я сидела и делала вид, будто рыбачу с щенячества. А сама — за мухой приглядываю. Вот сейчас на ухо сядет, и я — хлоп! Видела, как бабушка делает — у неё мухобойка. А когда я балуюсь, она говорит: «Теперь это — ПОПОбойка». Вот как, значит!

Я уже прицелилась… и тут шмяк! — кто-то меня ударил по уху. Оно сразу обиделось и свернулось в трубочку.

— Ай! — воскликнула Катя.

— Кто кидается?! — огляделась Ева.

Я тоже обернулась — и вижу: на нашем заборе висит Федька-разбойник. Пуляет вишнёвыми косточками, сидит как будто в засаде. Да ещё хихикает!

— Ах ты!.. — я зарычала. — Сейчас догоню, растяпа ты косточковый!

Я со всех лап рванула со двора — уже представляла, как треплю его штанины, вчера видела, что так делают уличные собаки. Но тут, прямо передо мной, выросла бабушка. Елена Ивановна попыталась меня перепрыгнуть — оступилась. Чайник полетел в розы, а бабушка — почти за ним.

— Зина! — закричали с крыльца.

— Уберите собаку! — закричала мама.

— Где мухобойка?! — зачем-то спросила бабушка, стоя на одной ноге.

Все вдруг резко оживились, начали бегать по двору и повторять моё имя. А я подумала: Пора сматываться. И юркнула в сарай.

Федька, конечно, сбежал. Штанина — не поймана, виноватая — вот она, в сарае. Сидела я там, пока на дворе не стихла буря. А когда выглянула — уже убирали со стола.

Ева подсунула мне кусочек колбаски и прошептала:

— Представляешь? Папа уговорил деда Лёньки взять нас всех на рыбалку. Говорит, что если нас не вывезти, у дома скоро крыша уедет.

Ого, крыша на колёсах? — поразилась я. Но времени удивляться не было: мысли уже только о рыбалке.

Интересно, рыбу ловят зубами или лапами? Завтра узнаю! Главное — не упустить улов. Или хотя бы не получить мухобойкой.

Рыбачество

Утро. Петухи кричат, комары жужжат.

Я не спала почти всю ночь — всё думала, как оно там, на этой рыбалке. А потом забежала на кухню попить… и увидела два последних пирожка на тарелке. Ну как тут уснёшь?

Тихо взять их не получалось, думала не есть. Но урчание в животе победило. Один съела сразу. Второй — чуть позже. А потом решила: всё, не прошу больше ничего — чтобы понимали, какая я виноватая. Пусть увидят, как переживаю! Да и в животе уже места нет…

Утро наступило быстро. Услышала шаги — стою у двери. Мама в кухне говорит:

— Кто у нас по ночам ест? Где пирожки?

Потом зашла в комнату, Еву будить, и смотрит на меня с улыбкой. В общем вижу — подозревает. Гляжу в ответ серьёзно: Да мне и дела нет до ваших пирожков!

Но разборок не было. Папа спешил на работу, а мы — на рыбалку.

Завтракали все яичницей с сосисками. А мне дали кашу. Не жалуюсь, она и так еле влезла. — Второй пирожок был явно лишним…

Потом пришёл Александр Юрьевич — для друзей просто деда Саша. Дедушка Лёни и Кати. Он вручил Еве удочку, а мне — палочку с верёвкой. Улыбнулся:

— Всё, девчонки, в сборе. Встречаемся на улице!

Шли по тропинке между домами. Впереди — деда Саша, за ним Лёня с Катей. Мы с Евой — замыкающие. Ну или отстающие. Возле одного двора дедушка показывает кур:

— Это птицы, — говорит. Птицы? Ну-ну, насмешил! Я птиц видела — они летают! А эти — толстые, важные, только «ко-ко-кокают» и землю клюют. Я их немножко погоняла, для разминки.

А поросята! Это вообще не Пятачок. Нос — как розетка, глаза — как бусины. И взгляд такой... хитрющий. Таких по телевизору увидишь – испугаешься!

Наконец пришли. Дедушка достаёт банку. Я обрадовалась — думала, перекусить собрался. А там — черви. Живые, толстые. Фу. Это, оказывается, приманка. Ну и вкусы у этой рыбы…

Червей насадили на крючки, закинули в воду. И сидят. Извините, а мне что делать? С такой короткой верёвкой на палке — только в ванне рыбачить.

Решила: буду ловить по-собачьи. Подожду у воды. Папа нам летающих рыб в книжке показывал! Выскочит такая, а я её — клац! — зубами.

— Зина, не подходи близко к краю, — волнуется дедушка. — Ещё упадёшь…

Но я же не маленькая, сама знаю, как надо. Подкралась поближе, потянулась, лапа съехала… и вдруг всё завертелось! Земля — пух! Спуск — шух! Вода — плюх! И я — в ней!

Вся мокрая, плыву! Лапами мельтешу! Ушами тоже! Вижу, как деда Саша бежит ко мне. Катя на берегу ревёт — скоро сама свою речку нальёт.

И тут — она! Рыба! Прямо перед носом! Я её — клац! А она мне — хвостом по щеке нац! Так, что даже в голове всё забулькало. Но я держу! От меня не уйдёт! Я ведь чудачу с рыбачества!

Бррр…то есть — рыбачу с щенячества!

Гребу, как могу, с рыбой-то — неудобно. Тут дедушка и подхватил меня из воды. А рыба… оказывается, попалась на Лёнькину удочку. И я, выходит, тоже.

Теперь Лёнька всем рассказывает, что у него самый большой улов: собака с рыбой на три кило.

Забег с деревенской коровой

Лето мне очень нравится! Столько развлечений! Елена Ивановна говорит, что на даче дел — невпроворот: полоть, поливать, сорняки убирать, урожай собирать, варенье варить. Но у меня и своих дел полно: загорать на траве, лаяться с собаками, пугать котов (а потом от них убегать), ловить бабочек на грядках… Правда, взрослым это больше всего не нравится. А что поделать, если я в душе охотница! Может, у меня инстинкт!

После обеда дети играли в мяч, а я сидела наготове — жду, когда он попадёт в мои лапы. И тут в калитку вошёл деда Саша. — Ребятки, пошли со мной на поляну. Траву для Дуньки косить. Дунька — это их коза. Я её не боюсь. Даже если бы она не была привязана, я бы всё равно не струсила!

Всем идея понравилась. Идти недалеко, солнышко, ветерок уши развевает, красота! Дети пели песню про чёрного кота:

Говорят, не повезёт, Если чёрный кот дорогу перейдёт. А пока наоборот — Только чёрному коту и не везёт.

Ну конечно, только ему! Я как-то раз с Евой гулять вышла, а он — из-за угла, как выскочит! На спину запрыгнул, в шерсть вцепился, да как завоет! Я от испуга — бегом! А он доволен — от Бобика тёти Зины удирал. Так я и скакала по всей площадке, пока он сам не отцепился. С тех пор мы не дружим. Я ему не лошадь, чтобы кататься. И из подъезда теперь выхожу осторожно, оглядываюсь.

На поляне девочки стали венки плести — бабушка научила. Даже для Лёньки венок сплели, а он: — Это всё девчачьи глупости. Я дедушке помогать пришёл! Ну и ладно. Венок надел деда Саша и пошёл дальше красивый, косит траву.

Я тем временем рассматривала божью коровку. Она сидела на ромашке, потом села ко мне на нос… и как выдала: — Мууууу! Вот это да! Кому расскажи — не поверят. Да и кому я расскажу…

А Катька кричит: — Смотрите! Корова!

Я аж подпрыгнула. — Конечно — думаю. — Это я корову поймала!

Оказалось, на поляне действительно жевала траву настоящая корова. — Это Нюра, — сказал деда. — У неё окрас особый — белая, а по бокам пятна, как облака. Только вы её не злите, боднуть может.

Вот это да, громадина! На картинках в книжках они меньше… Я размышляла, как у неё молока попросить, чтобы мороженое сделать, а Лёнька смело заявляет: — А я не боюсь! Сейчас за рог потрогаю!

И от слов к делу — хвать её! Нюра вздёрнула голову, глаза как блюдца, жевать перестала. А Лёнька — застыл. И рог не отпускает.

Я поняла: нужно срочно отвлечь! — Где вы молоко покупаете?! — спрашиваю. Но по-собачьи. А она, видимо, собачий не понимает. Взревела, как сирена: — МУУУУУУУУУ! Головой махнула — Лёнька от рога и отвалился.

— Бежи-и-и-им!!! — кричит он с травы. Это мы любим! Дважды повторять не нужно. Я побежала первая, думаю: не хватает только чёрного кота на спине — для ускорения.

Бежим через луг. За нами — корова. За ней — деда Саша, машет косой и кричит: — Сто-о-ой! Дурёха!

На подходе к деревне — голос: — Сюда! Сюда!

Заворачиваем во двор — и калитку за собой: хлоп! Федька стоит! Разбойник ты наш, спаситель. Оказывается, услышал шум — и на помощь выбежал.

Нюра чуть следом не влетела — застряла рогами в заборе! Забор затрещал, перекосился. Дедушка подбежал, стал её успокаивать. Тут и хозяева прибежали — ругаются, шумят.

— Это что ж вы за детьми не смотрите?! — кричат. — Корову чуть не угробили! Все видели, как они по деревне удирали! А вы, Александр Юрьевич, с косой на бедное животное!

— Ну всё, — шепчет Федя. — Сейчас всем хвосты накрутят… Я не поняла, что это значит, но за хвост стало страшно.

А дедушка громко говорит: — Не знаю, где мои ребята! Нюрка их так напугала — разбежались кто куда! За своей коровой следить надо!

— Бежим, — сказал Лёнька. Девочки засомневались — с Лёнькой бегать — ничего хорошего.

— У меня папа в яблоневом саду сторожем работает! — выручает Федя. — Пойдёмте туда. Он меня на руки — и мы через огороды — в сад.

Федин папа оказался добрым. Он долго смеялся, когда услышал нашу историю, а потом накормил всех хлебом с колбасой и напоил молоком.

Теперь мы с Федькой дружим. Он косточками пулялся, потому что Катя его дразнила: — Федя, Федя, съел медведя! Но она извинилась. Больше не дразнится.

А я теперь точно знаю — у коровы про молоко лучше не спрашивать.