Искупление

Девочка-зеркало

И бывают же совпадения –

На двоих один день рождения.

И живем вот так, вместе празднуя,

Только мальчики снятся разные…

Сестры Зайцевы

«Девочка-зеркало»

– Марина?

Приятный мужской голос вырвал из раздумий, и я вздрогнула от неожиданности. Вздохнув, повернулась к говорящему – опять меня перепутали с Маринкой, что неудивительно. Мы с детства были как в песне сестер Зайцевых: «Как похоже в нас все до мелкого. Эта девочка – мое зеркало…» До тех пор, пока не подросли, даже родителям было сложно нас отличать, настолько мы похожи. И лишь характеры разные. Маринка – вечная егоза и непоседа, ее за уши не оттащишь от больших компаний, ночных клубов, веселья. А я домоседка, люблю почитать книгу, наслаждаясь тишиной и одиночеством. Сестра – душа компании, заводила и массовик-затейник. Я интроверт, тяжело схожусь с людьми и предпочитаю рядом с собой только проверенных временем друзей.

Обернувшись, увидела статного молодого человека, который искренне мне улыбался.

– Вы ошиблись, я не Марина.

Он нахмурился, а я улыбнулась. Ничего не меняется…

– Но… Я же видел фото…

Пришла моя очередь хмуриться. Судя по внешнему виду, это жених сестры. Но тогда о каком фото он говорит?

– Не понимаю вас. – Голос звучал холодно, хотя любопытство уже подняло голову.

– Брат показывал фото невесты, я был уверен, что вы это она, – смущаясь, произнес молодой человек.

– Кто показывал? – Мне все еще было непонятно, в чем дело.

– Я Олег, брат жениха. Мы с ним близнецы…

Наверное, мое лицо выразило крайнюю степень изумления, потому что Олег заразительно рассмеялся.

– Вы не знали.

– Нет, понятия не имела, что у Максима есть брат. Он никогда не говорил о вас.

– Да уж… Но я так и не знаю, кто вы, прекрасная незнакомка, – все еще улыбаясь, посетовал Олег и выразительно посмотрел на меня.

– Я Дарина, сестра невесты. Сестра-близнец, как вы могли заметить.

Тихий смех перерос в громогласный хохот. Он звучал настолько заразительно, что я не смогла не присоединиться к веселью.

– Вот так номер. Это даже забавно, учитывая вечные шутки наших родственников о том, что нам нужно найти невест-близнецов и жениться в один день.

Улыбка моментально слетела с лица, и я вздрогнула. Перед глазами предстала картина того, чем закончился мой предыдущий поход к алтарю. Нет уж, спасибо. Мне и одной неплохо.

Видимо, почувствовав перемену в моем настроении, Олег замолк и посерьезнел.

– Извините, если сказал что-то не то и обидел вас. И в мыслях не было…

– Все нормально, вы тут ни при чем. Скажите лучше, почему мы о вас ничего не знаем.

Я сама приехала только неделю назад, по приглашению мамы, которая решила, что ее дочерям пора помириться, и не нашла лучшего повода, чем свадьба Маринки. За эту неделю мама мне все уши прожужжала «Максимкой», как она его звала. Расхваливала его на все лады: красивый, умный, трудолюбивый, отзывчивый… В общем, как раз такой, о каком мечтает каждая мать. Ну да, чтоб не пил, не курил, тещу мамой называл и так далее… Саму Маринку я видела всего два раза. Она не знала о моем приезде, поэтому устроила скандал, когда увидела меня. Такое впечатление, что она считала меня виноватой в случившемся. Как бы не так. Кто умудрился переспать с моим женихом за два часа до свадьбы, пока я надевала платье и делала прическу? Правильно, любимая сестренка. Их случайно застукала моя лучшая и единственная подруга Ника. Разумеется, свадьбу я отменила, с сестрой поссорилась и уехала, оборвав с ней все связи. И вот три года спустя мама не выдержала. Приспичило, чтобы на свадьбе младшенькой – Маринки, то бишь, – вся семья была в сборе. Зачем я только поддалась на мамины уговоры?

И вот теперь напрягала память и пыталась вспомнить хоть что-то из сказанного мамой, что бы имело отношение к брату Макса. Ничего. Ни слова. Я слышала о его родителях, бабушке и даже собаке, но брата никто ни разу не упоминал.

Олег усмехнулся в ответ на мой вопрос, но все же ответил.

– Я в семье что-то типа паршивой овцы. Бросил университет, когда было двадцать, потом ушел из дома после грандиозного скандала… Видимо, моя семья предпочитает обо мне не вспоминать.

– Звучит знакомо, даже слишком. Правда, обо мне предпочитает не думать моя сестра… Но разница, в общем-то, небольшая.

– Меня практически изгнали за то, что не оправдал ожиданий. А вас за что анафеме предали?

Рассказать человеку, с которым я была знакома неполные десять минут, историю своей жизни казалось верхом безумия, но почему-то начала говорить.

– Три года назад моя сестра меня предала, жених изменил, и я бросила все и уехала. А сейчас Маринка ведет себя так, будто это я виновата в той ссоре, мама – словно ничего не случилось… Фарс какой-то. Хочется плюнуть и уехать домой.

– И почему бы так не сделать, если плохо?

– Маму жаль. Я же вижу, как она пытается все наладить, хочет, чтобы было как раньше.

– Мамы идеалистки, да? – Смешок получился грустным.

– Это точно.

– Не хотите пойти перекусить и выпить чего-нибудь прохладительного? Здесь очень жарко.

Он был прав, даже я в своем полупрозрачном легком платье уже вся взмокла. Каково ему в строгом темном костюме – вообще не представляла.

– Хочу. Здесь через дорогу есть кафе, в котором подают отличный мохито.

– Решили меня напоить и соблазнить? – Тон голоса изменился, в нем появились какие-то мурлыкающие нотки. Внутри что-то дрогнуло. Я интроверт, а не монахиня. Конечно, у меня были мужчины, не так много, как у Маринки, но все же. Хотя ни разу не было вот как сейчас – только узнала имя, и почему-то захотелось большего. Нет, о постели я пока не думала. Вернее, старалась не думать. Получалось плохо. Видимо, сказывалась отшельническая жизнь в течение трех лет. Надо было все-таки поддаться на уговоры своего коллеги, когда он предлагал секс без обязательств. Сняла бы стресс, и все было бы хорошо. Но я же слишком правильная…

Я вынырнула из своих мыслей о том, как мы с Олегом идем в бар, напиваемся там до чертиков, а потом отправляемся к нему домой и… Почувствовав прикосновение к своей руке, вскинула глаза. Его взгляд был непроницаемым и, казалось, абсолютно безучастным, но меня так просто не обманешь: в глубине я увидела всполохи пламени, которые могли означать только одно… Держаться бы от него подальше, да сил нет.

Я поняла, что он чего-то ждет. Попыталась вспомнить, о чем мы говорили. Ах да, мохито…

– Во-первых, мохито там безалкогольный, – начала бодро. – Во-вторых, я не пью и вам не советую. – Это сказала уже тише, все больше внутренне напрягаясь от его пристального взгляда и постепенно теряя запал. – В-третьих, обычно так поступают парни: сначала напоят хорошенько, а потом… – Последние слова я уже буквально пропищала, вжимая голову в плечи. Вид у Олега становился все более грозным. Мне показалось, он настолько разозлен (знать бы еще, из-за чего так взбесился), что сейчас меня ударит. Но он вдруг опять громко рассмеялся. Я растерялась.

– У вас был такой бойкий вид, совсем как у воробушка, который пытается дать понять кошке, что не боится ее.

– Ну знаете… – Тут уже я разозлилась по-настоящему.

– Ну не злитесь. – Его рука, лежавшая на моем запястье, спустилась к ладони, и он легонько потянул меня к выходу. – Я не хотел вас обидеть. Пойдемте пить ваш отличный мохито.

***

– А потом что?

Мы сидели в баре, воздух был прохладным благодаря кондиционеру, напитки приятно освежали, и мы незаметно перешли на «ты» и начали делиться историями из жизни.

– А потом он говорит: «Я же тебя послал бананов купить». Я отвечаю: «Ну не было бананов, купил мандарины, они полезные». А он в ответ: «Да плевать на полезность, жена моя их не по прямому назначению использует. А мандарины никак. Так что сам ешь».

Я прыснула от смеха, хотя обычно такие шутки «ниже пояса» не приветствовала. Но сейчас не было настроения строить из себя ханжу и правильную девочку. Хотелось просто расслабиться и забыть обо всем.

– Да уж, твой Сергеич тот еще фрукт.

– И не говори, и фрукт, и овощ. И жена у него такая же. Одного поля ягоды. Твоя очередь рассказывать.

– Да нечего, я уже все рассказала.

– А как вы с сестрой поругались?

– Это не смешная история. Не хочу об этом говорить.

– Ну ладно, в след…

Он не закончил, потому что к нашему столику подлетела бешеная фурия со сверкающими глазами. Маринка, конечно, кто ж еще.

– Так-так… Неплохие посиделки устроила, сестренка. Значит, за моей спиной шашни крутишь?

– Прости, не помню тот момент, когда я подписывалась под тем, что обязана тебе обо всем докладывать.

– Ничего себе… – Маринка аж задохнулась. Я-то знала сестру как облупленную и видела, что она просто в бешенстве, но пытается держать лицо. – Так, Макс, вставай, мы уходим.

Она протянула руку к своему, как ей казалось, жениху, но он аккуратно отвел ее ладонь в сторону.

– Значит, вот она какая, Марина…

– Да, собственной персоной, прошу любить и жаловать, – скривилась я.

– Да ты… Да как ты смеешь?! Решила мне отомстить, да? Решила сорвать мою свадьбу? Стерва! Не дождешься. Я сказала, мы уходим! – Маринка взвизгнула и вцепилась в рукав Олега, который со смехом продолжал отдирать ее от себя.

– Девушка, чего вы от меня хотите? По какому праву пытаетесь силой забрать с собой?

– Что-о-о?! По какому праву? Что эта… тебе наговорила про меня? Макс, или ты идешь со мной, или между нами все кончено! – Марина уже почти кричала, и на нас стали оглядываться посетители. Я вскочила, чтобы попытаться утихомирить сестру, но она меня оттолкнула, и я, больно ударившись о край стола, приземлилась обратно на кожаный диванчик.

– Между нами ничего не может быть кончено, потому что ничего еще не начиналось! – Олег откровенно подсмеивался, что мне уже не понравилось. Что бы ни произошло между нами, но сестра есть сестра.

– Так, Олег, прекрати. Пожалуйста.

– Олег? – Марина перевела непонимающий взгляд с меня на парня и сразу будто сдулась, как воздушный шарик.

– Марина, позволь тебе представить Олега, брата-близнеца Максима.

– Офигеть не встать. Я сплю? Ущипните меня. – Я выполнила ее просьбу, и Маринка ожидаемо взвизгнула. Олег с усмешкой смотрел на мою сестру. – Нет у Максима никакого брата. Макс, хватит меня разыгрывать. – В голосе прорезались жалобные нотки.

– Марин, никто тебя не разыгрывает. И меня удивляет тот факт, что Макс не сказал тебе о брате. Олег говорит, что видел твое фото, Макс показывал.

– Да, показывал, – вмешался парень, – но я приехал вчера поздно вечером. Возможно, Макс просто не успел ни увидеться, ни поговорить с невестой.

– Да-да, у него сегодня смена. А во время работы он мне не звонит. – Марина потихоньку успокаивалась, но взгляд все еще метался между нами, будто она пыталась подловить нас на лжи.

– Ну вот и познакомились, Мариночка. Можно мне так тебя называть? Мы ведь без пяти минут брат и сестра.

– Да-да, конечно, – отрешенно пробормотала Маринка, о чем-то глубоко задумавшись, а потом внезапно покраснев. – Господи, стыдно-то как. Простите. Я как не в себе была. Увидела через окно тебя со своим женихом, мило беседующими и смеющимися, и меня переклинило. Подумала, что хочешь Макса отбить в отместку…

Взгляд Маринки говорил сам за себя: ей действительно было стыдно. Однако где-то в глубине души поселилось чувство удовлетворения. Пусть хотя бы так, но сестра поняла, как это может быть больно.

– Так что же все-таки между вами случилось, девочки? – Олег испытующе смотрел на нас.

– Пусть она рассказывает. – Я кивнула на сестру, взяла меню и сделала вид, что углубилась в его изучение. Сама же искоса следила за этой парочкой. Меню знала наизусть, часто тут бывала, поэтому даже не смотрела в него.

– Ну, в общем… – Марина замялась, а Олег улыбнулся. – Три года назад Дарина собралась замуж. Когда она познакомила нас с Ярославом, мне он сразу не понравился.

«Да что ты говоришь… Так не понравился, что в постель к нему прыгнула». Я начинала злиться, а Марина тем временем продолжала.

– Ярик был бабником, я это сразу поняла. То, как он смотрел вслед всем девчонкам и даже женщинам гораздо старше, говорило само за себя. И ко мне пытался подкатить, но я отказала.

«Да неужели? А что же ты тогда делала с ним в обнимку прямо перед бракосочетанием?»

– Он волочился за всеми, а особенно за Никой, лучшей подругой Дари. Ника та еще кокетка, но любит только глазки строить и разводить мужиков на подарки и внимание. Обычно дальше не заходило.

«В этом ты права, сестричка. Ника, в отличие от тебя, сразу сказала, что постреляла глазками, а Ярик делал ей недвусмысленные намеки. Зная Нику, я даже не удивилась. Но точно знала, что большего она себе не позволит».

– Ну вот… На все попытки Ярослава развести меня на секс я отвечала отказом. Но ему словно что-то втемяшилось в голову. В день свадьбы, когда Даринке делали прическу, маникюр и прочую красоту, я зашла в свою комнату и внезапно обнаружила там Ярика. Он сидел полуодетый на кровати и при моем появлении вскочил.

История Маринки внезапно показалась настолько интересной, что я отложила меню и откинулась на спинку дивана, скрестив руки на груди. Хотелось все-таки услышать ее вариант, ведь мы так с ней и не поговорили о случившемся.

– Когда я сказала Ярику, чтобы выметался, он неожиданно схватил меня и повалил на кровать, задирая платье. Я отбивалась, но куда там. В него будто дьявол вселился. Он зажал мне рот, поэтому я даже не могла закричать. И вот когда он уже почти сорвал с меня платье и расстегнул штаны, в комнату заглянула Ника. Я увидела ее расширившиеся глаза. Она тут же захлопнула дверь, а я нашла в себе силы оттолкнуть этого негодяя. Даже врезала ему, не помню чем. Схватила что-то со столика и врезала. У него кровь пошла из губы, но он даже не отреагировал. Просто сполз на пол и сидел с ухмылкой на губах. Я выбежала из комнаты и встретила Дарину. – Сестра виновато посмотрела на меня. – Хотела сказать, что ее жених меня чуть не изнасиловал, но она сорвала фату, бросила мне в лицо и сказала, чтобы я забирала себе этого подлеца, раз он мне так нравится. Больше я ее не видела до тех самых пор, пока несколько дней назад она не приехала на мою свадьбу.

– Да уж, интересную историю ты тут изложила. Жаль, она мало соответствует действительности. Ника сказала, что видела, как ты его обнимала и не только. И вообще, почему ты говоришь об этом лишь сейчас? В тот момент не смогла придумать настолько красивую версию?

– Я пыталась рассказать, но ты не слушала. – В голосе сестры послышалась обида. – Сразу все бросила и на следующий же день укатила неизвестно куда. Я пыталась потом все объяснить, писала на имейл, даже звонила. Но ты не отвечала на сообщения, а номер телефона сменила.

Я вспомнила, что пару раз приходили письма от сестры на электронную почту, но я их удаляла, даже не открывая. Потом пометила адрес сестры как спам. Может, надо было их хотя бы прочитать?

– Все равно слабо верится. – Я бросила быстрый взгляд на Олега. Было немного странно обсуждать такие подробности личной жизни при незнакомом человеке, но почему-то не стеснялась его. Это странно – я редко доверяю людям. А уж незнакомым вообще никогда. – Ника мне ясно дала понять…

– Дарин, а ты знаешь, где сейчас твоя подруга? – Тон Маринки вдруг изменился.

– Без подробностей. Мы переписываемся по интернету. Она мне писала, что вышла замуж, переехала. Муж хорошо зарабатывает, у них большой дом и собака. Все, как она мечтала.

– Ну да. А мужа ее ты видела?

– Нет. А к чему этот вопрос?

– Да к тому, что замуж она вышла за Ярика твоего. Уехали они на север, мыкались по родственникам. Ярик-то оказался наркоманом. Он и тогда, на свадьбе, обкуренный был. Видимо, для храбрости. Посадили его, за наркоту. А Ника к бабушке уехала. У той дом в деревне. Большой, до почти развалившийся. И собака во дворе на цепи. Возрастом как сама Ника. Так что все мечты сбылись…

Я была в шоке. Даже не от факта, что Ника вышла замуж за моего бывшего жениха. А потому что она мне врала. Получается, она и раньше могла врать. И про Маринку с Яриком тоже. Вот блин…

– Значит, так, девочки… – Олег хлопнул себя по коленкам. – Чувствую, что нам всем не повредит глотнуть чего-нибудь покрепче. Чтобы мысли на место вставить. Давай, Мариночка, звони своему благоверному. У него уже наверняка смена закончилась.

Сестра мельком взглянула на часы и взяла телефон. Договорившись, что встретимся с Максом у бара, в котором они с Мариной часто зависали, мы взяли такси и направились туда.

***

Через час, немного выпив (даже я позволила себе пару бокалов вина), мы с сестрой все-таки расставили все точки над i.

Пока мальчики курили, мы помирились, обнялись, и мне стало интересно, откуда она знает подробности жизни Ники. Оказалось, одна интернет-знакомая Маринки, коих у нее великое множество, увидела у нее на страничке фото, где мы были втроем, и сказала, что живет по соседству с Никой. На севере расстояния большие, а городки маленькие, все друг друга знают. Вот и знакомая та рассказала, что муж у Ники то ли алкаш, то ли нарик, но странный очень, бьет Нику, орет на нее постоянно, она с синяками ходит, но никому ничего не говорит. Стыдно, видимо. А когда к ним менты пришли и мужа забрали, так соседи сбежались, все видели, даже на телефоны снимали. Это ж сенсация для маленького городка – наркодилер завелся. И скинула эту фотку Маринке. Тут она Ярика-то и опознала. Сестра моя хоть и оторва, но далеко не дура. Сопоставила кое-что и отыскала Нику в глухой деревне у ее бабки. Не сама, конечно, мир не без добрых людей, да и сарафанное радио все еще работает. В общем, замутила Маринка этакое частное расследование. Детективщица…

Когда она мне все это рассказала, мы с ней пришли к выводу, что Ника с Яриком крутила с самого начала. А мне заливала, что просто играет. Поговорили с сестрой по душам, все выяснили, сошлись на том, что Ника – стерва, и успокоились. Когда вернулись братья, мы уже мирно пили вино и беседовали. Макс с Олегом присоединились, и вся наша четверка стала эмоционально обсуждать итоги очередных Олимпийских игр.

– Макс, а почему ты мне не рассказал, что у тебя есть брат, да еще и близнец? – Маринка так внезапно сменила тему, что этого никто не ожидал. За столом воцарилось молчание.

– Ну… Наверное, я боялся, что ты его увидишь и влюбишься. Он же такой красавчик.

Ответом был взрыв смеха. Мы с Маринкой оценили то, как Макс напрашивался на комплимент, и то, как сам себя «ненавязчиво» похвалил. Хотя я бы сказала, что отчасти он прав. Мне вот Олег очень понравился. Даже учитывая, что рядом сидела его копия.

***

Как ни странно, мы с Олегом оказались, как говорится, родственными душами. Мы во многом были похожи, нам нравились одни книги, фильмы, он, как и я, обожал закаты и белые ночи. После того вечера мы часто виделись, гуляли, разговаривали и даже просто молчали. Говорят, что нужно ценить человека, с которым есть о чем поговорить. А еще больше ценить того, рядом с которым есть о чем помолчать. Через полторы недели после одной из таких прогулок он проводил меня домой, я пригласила его выпить кофе… В общем, слово за слово, но опомнились мы только тогда, когда были наполовину раздеты и яростно целовались. Дав мне возможность перевести дух, он спросил, уверена ли я, что хочу этого. И лишь дождавшись кивка, вновь набросился на меня с поцелуями.

Мы решили не спешить, и в тот вечер дальше поцелуев дело не зашло. Однако уже через пару дней я взяла инициативу в свои руки. Кажется, Олег от меня такого не ожидал. Да что уж, я сама от себя такого не ожидала. Главное, что все остались довольны. Так и заснули в обнимку.

Меня разбудил запах кофе. Обожаю кофе. Аромат был божественный. Интересно, что Олег в него добавил? Я встала, потянулась, накинула халат прямо на голое тело и отправилась на кухню. Наверное, напоминала Рокки из мультфильма про Чипа и Дейла, когда он сыр унюхивал. Я примерно так же шла – буквально плыла по воздуху за ароматом. И лишь очутившись на месте, обнаружила, что кроме кофе меня ждет еще и завтрак: яичница в виде сердечка, разрисованная цветочками из кетчупа, тосты с сыром, посыпанные зеленью… У стола с ножом в руке стоял Олег, на сковороде шкворчала очередная порция яичницы, а рядом призывно исходил паром предмет моих вожделенных мечтаний: кофейник с ароматным напитком.

Я с удовольствием зевнула и направилась к Олегу, а он, не оборачиваясь, проговорил:

– Доброе утро, спящая красавица. Садись, завтракать будем. – Споро вытряхнув на тарелку глазунью, щедро посыпал ее перцем и зеленью и с удовольствием принялся поглощать. Себе он не стал делать из яичницы сердечко, а для меня расстарался. Я подняла глаза от тарелки и улыбнулась.

– Вкусно. – Это было честно. – Особенно кофе. Что ты в него добавил? – Вновь и вновь втягивая аромат, пыталась угадать.

– Немного кардамона, гвоздики и щепотку корицы в чашку. Увы, это все, что я у тебя нашел.

Я удивилась не тому, что он заморочился тем, чтобы найти какие-то специи для кофе, а не просто сварил его, а тому, что вообще обнаружил в шкафчиках что-то подобное. В этой квартире никто не жил уже три года, и, хотя она не сдавалась, запасов еды тут не было. Видимо, эти приправы завалялись тут еще с давних пор, хотя не помню, чтобы покупала такое. Может, мама?

– Очень вкусно, правда. Дашь рецепт?

– Все что угодно для моей принцессы. – Олег перегнулся через стол, и я потянулась к нему. От него пахло кофе, специями и еще чем-то неуловимым, что сложно было описать. Но этот его запах мне очень нравился. Я как-то слышала теорию о том, что мы выбираем партнеров не по виду, а по запаху. Возможно, в ней есть доля истины.

Доев яичницу, я потягивала кофе, наблюдая за тем, как Олег моет посуду. Хотела сделать это сама – в конце концов, это моя квартира и я женщина, – но он не позволил. Усадил меня на диван, вручил чашку и приказал наслаждаться. Что я и делала. А еще сравнивала Олега с Яриком. И сравнение было явно не в пользу последнего. Ярославу и в голову бы не пришло мыть посуду. Он считал, что это женская обязанность. Максимум, на который Ярик был согласен – засунуть все в посудомоечную машину. Он даже в раковину ничего не ставил, просто оставляя на столе. Я никогда особо не задумывалась о таких вещах, казалось, что так делают все мужчины. Пока не встретила Олега. То, что он заботился обо мне, заставляло сердце бабочкой трепетать в груди. Я смотрела на сильного мужчину в джинсах и без рубашки, который стоял у мойки и ополаскивал очередную тарелку. Мышцы на его спине двигались, и я наслаждалась видом.

– Хочу проводить так каждое утро.

Неужели сказала это вслух? Наверное, да, потому что Олег замер, а потом медленно развернулся.

– Я бы тоже не отказался. – Голос звучал настороженно.

Он внимательно посмотрел на меня, а я на него. Наверное, со стороны это выглядело смешно: два взрослых человека будто играли в гляделки. Не знаю, что Олег пытался рассмотреть на моем лице, а я искала признаки неуверенности. И не находила. Казалось, что он это серьезно.

– Ты не шутил?

– А ты?

– Я первая спросила.

– Ну ладно. Нет, не шутил.

– Я вроде тоже. – Прислушалась к себе и поняла, что сказала чистую правду. Я действительно хотела просыпаться, пить замечательный кофе, завтракать милой яичницей в виде сердечка, а потом смотреть как мужчина – мой мужчина – моет посуду. Это было настолько нехарактерно – так быстро привязаться к человеку, – что я даже испугалась. Но, увидев его улыбку, поверила, что все будет хорошо.

– Тогда выходи за меня замуж.

– Ого, так быстро? – Я поразилась его прыти.

– Погоди…

Олег вышел на пару секунд, а когда вернулся, присел рядом и открыл бархатную коробочку.

– Я думал об этом с нашей первой встречи. Никогда не верил в любовь с первого взгляда. И сейчас не верю. – Увидев, что я готова возмутиться, он поднял руки. – Подожди, дай сказать. Так вот, как и сказал, я не верю в любовь с первого взгляда. Но верю в любовь со второго. Когда я бросил на тебя первый взгляд, ты была невестой моего брата, так я тогда думал. Но когда посмотрел второй раз, ты сказала, что тебя зовут не Марина. Именно тогда я понял, что хочу видеть тебя рядом, быть с тобой, прикасаться к тебе, целовать тебя, дышать одним с тобой воздухом. И на следующий день после наших посиделок в том баре купил это кольцо. – Я посмотрела на золотой ободок, покрытый тонкой вязью. В нем было несколько камушков, которые переливались на свету. – Я ждал подходящего момента, и вот он настал. Так что, ты выйдешь за меня, прекрасная незнакомка, которая не невеста моего брата?

– Да, прекрасный незнакомец, который не жених моей сестры, я выйду за тебя.

***

– И что теперь, переносить свадьбу, чтобы пожениться в один день? – Марина смотрела на нас испытующе и с толикой негодования.

– О нет, – хором воскликнули братья, а потом Олег продолжил: – Ни в коем случае. Хватит и того, что вместо четырех дней рождения у нас будет всего два. Еще и годовщину свадьбы праздновать в один день – уже перебор…

– И зачем мы выбрали одинаковых парней, скажи на милость? – поинтересовалась Марина.

– Не знаю, судьба, наверное. Снились-то разные. Помнишь, в школе?

– Помню. – Маринка улыбнулась. – Мне нравился Владик Егоров, блондин с волосами по плечи. А ты сохла по Сашке Харисову – жгучему брюнету с карими глазами. – И посмотри, до чего мы докатились! – притворно воскликнула сестра и картинно вскинула руки. – Они же одинаковые!

Парни переглянулись и синхронно покачали головами. Я обняла Марину и возразила:

– Ничего подобного, они совершенно разные, как и мы…

Вечность

Сколько я уже сижу тут? Час? День? Год? Какая разница. Для меня все дни одинаковые. И так уже последние сто восемьдесят лет. Зачем я тогда пожелала такую глупость – жить вечно? Да потому что сама была глупой. Это казалось таким замечательным – никогда не стареть и не умирать. Сначала действительно было здорово: оставаться молодой, красивой. Но жестокая реальность разбила розовую мечту. Уж лучше самой умереть, чем видеть, как стареют и умирают твои близкие, возлюбленный и даже дети. Сколько раз мне приходилось уходить, уезжать, разыгрывать свою смерть… А потом тайком наблюдать за их жизнью, пока она не заканчивалась.

Я пыталась найти ту, что исполнила мое желание много лет назад. Но все мои попытки потерпели неудачу…

Я очень быстро поняла, что такой дар мне не нужен, но было поздно…

– Вечность – иллюзий сверкающая игра,

Дар твой, что я иногда прошу: отними…

Откуда я знаю эти строки? Какая разница. За столько лет столько книг прочитано, столько мыслей передумано… Может, я вычитала это где-то, а может, придумала сама.

Мне так хочется, чтобы прервалась эта иллюзия… Иллюзия вечности. Почему я не покончила с собой, если так хочу умереть? Потому что таково было мое желание – жить вечно. Я не могу умереть. Меня не берет никакое оружие, яды, ничего. Будто я – бестелесный призрак… Только одно может мне помочь…

Молодой, подающий надежды фотограф по имени Дэниел шел по берегу в полном одиночестве. Сегодня он никого не хотел видеть. Шел, загребая босыми ступнями горячий песок, и время от времени фотографировал открывавшийся вид. Вскоре решил закончить прогулку и вернуться домой, чтобы проявить пленку.

Занявшись этой кропотливой работой, не сразу заметил на одной из фотографий нечто странное. А когда заметил, то изумлению его не было предела. На берегу сидела длинноволосая девушка. Лица не было видно, но судя по облику, ей не больше двадцати. Она сидела, подтянув колени к груди, и, явно задумавшись, смотрела на воду.

Дэн точно знал, что никакой девушки на берегу не было, он был там совершенно один. Тогда откуда она на фото?

Схватив его, он выскочил из дома и направился к дому Франчески, известной на всю округу врачевательницы. «Если кто-то знает, кто эта девушка, то только она». Ворвавшись к Франни без стука, с порога стал заваливать ее вопросами о странной незнакомке. Франческа немного помолчала, а потом рассказала ему местную легенду о Мирабелле – девушке, мечтавшей жить вечно. Она якобы однажды повстречала ведьму, которая исполнила ее желание. Вот только не совсем так, как девушка мечтала. Ведьма та действительно исполнила желание девушки. И заставила наблюдать, как умирают ее возлюбленный и дети от старости. Девушка не выдержала и утопилась. И теперь ее дух изредка возвращается, чтобы избавиться от проклятия. Говорят, что ее можно увидеть на берегу того самого озера, где она свела счеты с жизнью.

– И как снять проклятье?

– В нее надо поверить, – пожала плечами Франни и удалилась.

Дэн постоял немного, а потом припустил бегом на то место, где он сделал фото. Разумеется, он там никого не увидел. Сев на песок, сказал:

– Если ты меня слышишь, Мирабелла, я хочу сказать, что верю. Ты сможешь сделать то, что хочешь. Но ты тоже должна поверить…

Внезапно воздух вокруг него всколыхнулся, и в нем обозначились еле уловимые человеческие очертания. Постепенно они становились все явственнее, и вот уже рядом с ним на песке сидела молодая девушка, устремив взгляд на воду.

– Спасибо, – еле слышно прошептала она, и образ вновь стал растворяться в воздухе. Она вдруг посмотрела на него, улыбнулась и произнесла:

– Вечность – всего лишь иллюзия…

С этими словами она исчезла.

Как замечательно. Я не знаю, кто он и откуда узнал то, о чем не знает никто. Но теперь я свободна.

Смерть – это свобода…

Цикл "Искупление". Симбиоз

– Ник, ты только посмотри на это!

Вся команда прильнула к иллюминатору, разглядывая, как из-за валуна выползает странное существо, похожее на земную черепаху. Вот только из спины поднимались побеги, которые животное время от времени откусывало и медленно жевало. Размером оно было с приличного слона.

За время пребывания на Снарке-8, недавно открытой планете в созвездии Тельца, экипаж видел много необычного, но такое довелось лицезреть впервые.

Тем временем животное лениво вышагивало по каменистой пустыне, не обращая внимания ни на палящее солнце, ни на челнок, притулившийся к каменной глыбе. Оно лишь лениво обводило взглядом все вокруг, словно не замечая ничего необычного, и жевало листья, прямо как верблюд со своей жвачкой.

– Да, это что-то новенькое!

Биолог Николас Брайнс вскочил и схватил камеру, чтобы запечатлеть необыкновенный экземпляр.

– Невероятно! – бормотал он, делая снимки. – Такой симбиоз флоры и фауны! Поверить не могу!

Поставив камеру на видеосъемку, он кинулся в шлюз.

– Ник, ты куда? – воскликнул командир корабля Кристофер Гласс.

– Я должен посмотреть на это поближе, пощупать, взять образцы. – Ник лихорадочно натягивал скафандр, посматривая в иллюминатор, словно боялся, что животное уползет в неизвестном направлении, пока он собирается.

– Ник, мы ничего о нем не знаем. Вдруг оно опасно?

– Вот и узнаем! Крис, другого шанса может и не быть.

– Как командир корабля я запрещаю тебе выходить на поверхность в одиночестве! Мы не знаем, чего ждать от местной фа… – Он запнулся и продолжил: – Флорофауны. А потому один ты не пойдешь.

– Кто пойдет со мной? – Ник с надеждой обвел взглядом немногочисленную команду. Все старательно прятали глаза: идти в неизвестность было страшно и неразумно. – Неужели никому не интересно?

– В таком случае с тобой пойду я! – Крис шагнул к скафандру. – Мэйс, остаешься за старшего до моего возвращения! – кивнул он на первого пилота.

– Есть, капитан! – по-военному отрапортовал Мэйсон Каррик и отдал честь. – Будут особые распоряжения?

– Следить в оба. В случае необходимости поднимай корабль и выводи его на орбиту.

– Принято, капитан.

Два астронавта натянули амуницию, прихватили ящичек для взятия проб и направились к выходу.

Насколько они успели выяснить, атмосфера Снарка-8 напоминала земную, только была слишком разреженной для того, чтобы нормально дышать. В воздухе не было никаких отравляющих газов, вот только без кислородного баллона кружилась голова. Да и солнце – голубой гигант – палило нещадно, а потому большинство работ команда проводила во время сумерек. Но сейчас не было выбора.

Ник и Крис аккуратно шагнули на землю Снарка-8. От тяжелых шагов в воздух поднималась красноватая пыль, которая, впрочем, быстро оседала – гравитация была чуть выше земной. И это было еще одной причиной, почему Ник так заинтересовался гигантской черепахой – она была слишком большой для этой планеты. До этого они наблюдали лишь мелких животных и некое подобие моха, который покрывал низ больших валунов, прячась в тени. Ни кустов, ни деревьев, ни даже травы команда так и не нашла. И вдруг такое!

Ник был просто в восторге и все порывался подбежать к животному, но Крис его сдерживал. Он понимал энтузиазм ученого, но не разделял его. Его главная задача не исследовать планету от и до, а вернуть команду на Землю с новыми сведениями. Поэтому безопасность и сохранность экипажа была для него на первом месте.

Подойдя к спокойно стоящему в тени огромной каменной глыбы животному, Ник открыл ящик, достал оттуда необходимый инструмент и попытался взять образец панциря. С трудом отколупнув кусочек, биолог поместил его в колбу, продолжая бормотать о том, что ни на одной планете не видел ничего подобного. Крис только усмехался и внимательно следил за «черепахой», потому что Нику было не до того.

Когда же он попытался отщипнуть лист растения, росшего из спины странного существа, оно внезапно дернулось и стремительно обернулось, явив их взгляду пасть с острыми как иглы зубами, расположенным в несколько рядов. Не ожидая подобной прыти от огромного и по виду тяжелого существа, астронавты неловко шагнули назад и упали в песок планеты. Не успел он осесть, как Крис, ничего не видя в этой пелене, отчетливо услышал душераздирающий вопль Ника. Через пару секунд пыль опустилась, и пораженный капитан корабля увидел стремительно удаляющееся существо, уносящее в пасти безвольное тело биолога. Крису показалось, что «черепаха» перекусила его пополам. Быстро направившись к кораблю, капитан, пытаясь сохранять спокойствие, отдал приказ подниматься и следовать за существом. Несмотря ни на что, у него еще теплилась надежда на то, что Ник жив.

Мэйс в несколько секунд поднял корабль в воздух и полетел вслед за животным, которое уже успело уйти далеко. Но за ним клубился столб песка и пыли, который служил ориентиром. Прибавив скорость, они нагнали «черепаху», успев заметить, как та скрылась в проеме между скал. Перелетев через гряду, корабль завис в воздухе.

Команда прильнула к иллюминаторам, не веря своим глазам: сколько хватало глаз, перед ними расстилалась равнина, кишевшая подобными «черепахе» симбионтами. Команда давала им привычные названия типа кенгуру или овцы, но они лишь отдаленно напоминали земных животных. У всех на спинах кустились различные растения, выглядевшие также разнообразно, как и их «животная» часть. Местами в гуще ветвей виднелись странные уплотнения, но что это такое, никто разглядеть не смог.

Все высматривали животное, которое утащило Ника. Однако в таком столпотворении разобрать что-то было практически невозможно. Команда делала все возможное, но не удалось обнаружить ни следа биолога.

Крис отдал команду отлететь на некоторое расстояние и приземлиться на гряде. Насколько можно было судить, крыльев ни одно животное не имело, а потому вряд ли смогло бы добраться до корабля. Однако командир установил дежурство, рассчитывая после заката приняться за поиски.

Пилот плавно опустил челнок и накрыл его защитным куполом, чтобы излучение звезды не испарило корабль вместе с командой. Установив порядок дежурств, экипаж отправился отдыхать.

Посреди «ночи» Крис был разбужен громким криком. Тут же вскочив, он ринулся на звук. Оказавшись у иллюминатора рядом с кричавшим радистом, который дежурил в это время, капитан взглянул наружу и не поверил своим глазам. У корабля, на вершине гряды, бесновалось море симбионтов. Они ощупывали прозрачный купол конечностями, языками, хвостами и другими частями тела, пытаясь добраться до челнока. Внезапно Крис разглядел нечто, заставившее его сердце болезненно сжаться. Он понял, что поисков биолога не будет. Те самые уплотнения в ветвях скрывали в себе части тела. Со спины одного из симбионтов на капитана смотрели широко открытые глаза Ника. Голова биолога была пронизана ветвями, из волос торчали свежие побеги, и хозяин этих зарослей время от времени отрывал куски кожи вместе с листьями, отправляя все это в зубастый рот.

– Буди Мэйса, мы улетаем. Немедленно!

– Есть, капитан!

Радист умчался, а Крис все не мог оторвать взгляд от толпящихся у купола существ. То тут, то там он замечал части тела, явно человеческие, вросшие в симбионтов, слившиеся с ними в одно целое.

Первый пилот появился буквально через пару минут и тут же занял кресло. Крис опустился во второе. Пристегнувшись, они взглянули друг на друга и одновременно нажали две кнопки: одна убирала купол, вторая поднимала челнок в небо. Рискуя расплавиться под излучением звезды, корабль рванул на теневую сторону, чтобы покинуть планету, доложить о случившемся и в ближайшем будущем не возвращаться…